- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ
– Макс, поехали. Я готова, – выплыла из гардеробной во всеоружии. Эффектно дефилировала по гостиной. Предполагалось, что возлюбленный ахнет от моего шикарного вида. Ждала если не оваций, то хотя бы восхищенной похвалы. Но не тут-то было.
– Алисочка, милая, прошу тебя, не отвлекай. Мы заключаем новый контракт, срочно нужно изучить все детали и дать ответ в течение двух часов. Сама знаешь, как это важно, – он не взглянул на меня, уткнувшись в ноутбук.
– Ты только сейчас о нем узнал?! Договаривались же!
– Буквально минут десять назад позвонил Сергей и попросил ускориться.
– Не могу подобрать цензурных слов в ответ.
– Езжай одна. Я буду чуть позже. Все равно гости соберутся не раньше семи. Пока поправишь последние штрихи перед началом. Для этого я тебе не нужен.
– Видел мой ключ от машины? Нет на месте.
Максим не ответил. Уже погрузился в изучение документов. Он расположился за барной стойкой из темно-серого гранита. Отвернулся в сторону окна и отключился от окружающего мира. Даже кофе пил, не глядя.
Еще раз оглядела себя в зеркале. Огненно-рыжие волосы, отливавшие медью, аккуратно уложены ровными локонами. Визажист был в ударе, вечерний макияж превратил меня в модель с глянцевых обложек: ровный тон кожи, матовые бордовые губы, легкий румянец, густые иссиня-черные ресницы, обрамлявшие небесного цвета глаза..
Ярко-красный шелк платья струился до пола. Плотно натянутые тонкие бретели и v-образный вырез подчеркивали грудь, а разрез до самого бедра оголял при ходьбе загорелую кожу и бежевые лаковые лодочки на высоченной шпильке. Своим видом более, чем довольна. Правда, туфли пока что придется заменить на черные кожаные ботинки на толстой подошве без каблука. Зима на дворе. Переобуюсь в машине, когда приеду.
Осталось найти ключ. Куда же он запропастился? Переворошила сумки и карманы – нигде нет. Беда. Пора выдохнуть и приглядеться. Стояла посередине коридора и рассеянно сканировала пространство. Хотелось уже скорее схватить брелок от своей любимицы и рвануть в коттедж. Что там принято говорить в случае потери вещей? “Черт-черт, поиграй и отдай…” или Домового нужно просить о помощи?
С досадой изо всех сил пнула серый велюровый пуф в форме куба. От удара он сдвинулся, а у стены блеснула пропажа. Наконец-то! Схватила ключ, накинула кремовую норковую шубу, подхватила увесистую дорожную сумку с вещами и была такова. Через десять минут уже вырулила на трассу.
Обожаю свою спортивную машинку. Вкалывала три года, чтобы заполучить эту красавицу. Мы обрели друг друга и крышу снесло у обеих. Выкрутасы на дороге стали моим хобби. Особенное удовольствие доставляло крикнуть: “Глотай пыль, детка!” И умчаться в закат, обогнав очередного самоуверенного горе-самца, опрометчиво кинувшего мне вызов прямо на трассе. Сами напрашивались погонять с “телкой”, чтобы сделать ее в два счета, да редко удавалось. Бесились так, что из машин выпрыгивали.
Сейчас дорога была пустая. Она тускло освещалась фонарями с обеих сторон. Прибавила газу, включила пятую и по обыкновению задумалась.
Предстоящая вечеринка значила для меня очень много. Месяц старательно готовилась к ней. Организация мероприятий у меня в крови, больше пяти лет в этой сфере. Четыре из них владею собственным агентством по организации мероприятий “Элис”. У меня свой каталог, проверенные люди, приятные скидки и ценный опыт.
Со знанием дела предусмотрела каждую мелочь. Одно место чего стоит – двухэтажный коттедж на берегу гладкого, как зеркало, озера. Виды здесь великолепные: в любое время года дух захватывало от красоты пейзажей. Еле выбила на него бронь, она забита на несколько месяцев вперед.
Заказала кейтеринг с тщательно подобранным под вкусы гостей меню, декоративное оформление первого этажа. Договорилась с ведущим, проработала с ним программу. Позаботилась о развлечениях для тех, кто останется с ночевкой. Выбрали со стилистом ослепительный образ для меня.
Вечеринку можно назвать мини-репетицией свадьбы. Собственно, она и есть причина, по которой мы собирали всех близких и родных вместе: сегодня мы с Максом собирались объявить о своей помолвке. Если, конечно, мой суженый соизволит явиться, а не профукает сроки.
Хм, он и в день нашей свадьбы будет занят какими-нибудь переговорами? Тогда я передумаю. И не посмотрю на то, что мы девятый год вместе. Вот клянусь: уйду от него прямо перед регистрацией. Вещи вон и “брысь” из сердца!
Эх, кого я обманываю? Мы же два трудоголика. Карьеры превыше всего. Пахали, как одержимые. Благодаря чему в двадцать с небольшим у каждого уже было свое дело, которое преуспевало по сей день. Усердный труд – основа нашего счастья. Если появились срочные вопросы и менялись общие планы, обид не было, что устраивало обоих. Конечно, мы находили время и друг на друга, шли на компромиссы, подгоняли графики и отдыхали вдвоем на все сто.
Взгляд упал на стрелку спидометра, которая опустилась до ста восьмидесяти. Многовато, но не критично. Приеду раньше, чем планировала. Пунктуальность превыше всего.
Подняла глаза на дорогу и закричала: “Ай! Поворот! Откуда он? Нет!”
Выдавила тормоз в пол, но машину развернуло.
“Стой! Не туда! Страшно!”
Слетела с дороги. Крутой склон. Машина перевернулась раз, два… Я ударилась головой. Ах, больно-о-о! Отключилась…
Дорогие мои, первая глава выйдет уже вечером.
Не забывайте подписаться и добавить книгу в библиотеку. Буду также благодарна за комментарии. Интересно знать ваше мнение об “Алисе”, я его очень ценю.
Герои и события в книге вымышленные. Любые совпадения с реальными людьми случайны.
Глава 1.
Где я? Тело разрывала на части адская боль. Голова раскалывалась так, что смотреть тяжело. В ушах шумело. Прищурилась, стараясь оглядеться.
Больничная палата. Хорошо, значит, наверное, спасут. Не поняла, откуда возникла медсестра. Она заглянула мне в глаза, что-то сказала и убежала. Вернулась с врачом. Не могла разобрать, что они говорят. Гул в голове заглушал все звуки. Доктор посветил мне в глаза фонариком.
“Больно… очень… помогите…” – с трудом выдавила из себя каким-то чужим и жутким голосом.
Врач дал указание сестре, та ввела какое-то лекарство в катетер на внутренней стороне моего локтя. Стало хорошо, приятно, легко. Заснула.
Просыпалась несколько раз. Мучительная боль никуда не делась. Терпеть ее становилось не под силу. Видела медсестру, молила о помощи. Получив чудодейственное зелье, отключалась. Без понятия, как долго пробыла в этом состоянии неописуемого забвения.
В очередной раз открыла глаза. Тишина. Пульсация в висках ослабла, гул стих.
“Ай!” – потянулась к голове и пожалела об этом. Взвыла на всю палату. Дернулась всем телом, приподняв голову. Сделала лишь хуже. мало того, что боль вернулась, она захватила каждый миллиметр тела и беспощадно долбила его.
“Не могу больше терпеть! Устала!” – разревелась от беспомощности и безысходности. Мучения должны были немедленно прекратиться. Они затянулись, утомили, Ненавидела их. Жить не хотелось.
Оглядела себя. До этого не замечала, что правая рука плотно забинтована и левой ногой невозможно пошевелить, она тоже чем-то зафиксирована. Превосходно. Калека.
Билась в истерике от отчаяния, утираясь левой рукой. С катетером на сгибе локтя любые движения были малоприятны. К опухшей от слез обездвиженной “красавице” прибежала медсестра.
– Что у нас случилось? – ласковым голосом спросила молодая женщина. На вид ей было не больше тридцати пяти. Русое каре, голубые глаза, ни капли макияжа. Медицинская форма из белой приталенной рубашки с коротким рукавом и персиковых брюк сидела на ней идеально. Или она настолько располагала к себе, или я уже дошла до планки, но нестерпимо тянулась обнять ее, уткнуться в плечо, жаловаться-жаловаться-жаловаться и рыдать.
– Болит. Сил моих нет. Что со мной? – хныкала, как капризная девчушка.
– Ты слышишь меня? Так это же здорово! На поправку идешь.
– Сколько можно терпеть? Не хочу больше.
– Сейчас обезболим тебя немножко, и полегче будет. Не делай резких движений, – ввела шприцом желанное облегчение. – Меня Света зовут. Скоро придет врач, он все объяснит. Не волнуйся.
– Спасибо, Света…
Спать больше не хотелось. Повернула голову, засмотрелась на прикроватный монитор. Многочисленные кривые бежали друг под другом, сопровождаемые монотонным сигналом: “Пик-пик-пик”.
Как я оказалась на больничной койке? Закрыла глаза и попыталась вспомнить. Безрезультатно – пустота в голове. Тогда начала с простого и ответила мысленно на основные вопросы.
Как меня зовут?Алиса.
А родителей? Мария и Владимир.
Когда день рождения? Пятого ноября.
Сколько мне лет? Двадцать девять.
Кем работала? Организатор мероприятий.
Где жила? С Максимом. Мы давно вместе. Собирались пожениться. Точно, я готовила вечеринку в честь будущей свадьбы. Ехала туда, в коттедж.
На плохо освещенной дороге не разглядела крутой поворот. И ехала на высокой скорости. Ужас. Вспомнила аварию в подробностях. Я же сама виновата. Ехала слишком быстро, скорость была запредельно высокой! Кадры летели перед глазами, будто эпизоды фильма. Не верила, что такой кошмар произошел со мной. Я же уверенно водила машину. А моя ласточка. Что с ней? Кто нашел меня? Вопросы кружили в голове, как чайки над озером, на берегу которого стоял злополучный арендованный для вечеринки дом.
– Здравствуйте, Алиса, как ваше самочувствие? – передо мной из ниоткуда возник доктор. Он рассматривал данные на мониторе и сверял их с записями на планшете.
– Любое движение – адская боль, будто раскаленным прутом насквозь протыкают.
– Где именно?
– Голова, рука, нога и, кажется, бока. Везде. Не знаю.
– Я дежурный врач-реаниматолог Верешков Александр Викторович. Вам известно, что произошло?
– Разбилась на машине, – прошептала еле слышно. Чувствовала себя глупо. Угораздило же опростоволоситься.
– Да. Вы поступили к нам в реанимацию в тяжелом состоянии…
Слова доктора воспринимала с трудом, будто он говорил на незнакомом иностранном языке. Вслушивалась, но поняла лишь то, что из-за черепно-мозговой травмы меня вводили в искусственную кому на три недели. Из нее я выходила четыре дня. Рука болела из-за какого-то сложного перелома, а нога ныла от серьезных повреждений.
Пришлось ответить на стандартные вопросы, которые ранее уже задавала сама себе. Врач был доволен ответами, что не могло не радовать. Значит, разум мой остался чистым. Ничего не перепутала.
– Когда я увижу родных? – спросила с надеждой.
– Сегодня понаблюдаем за вами, а завтра переведем в стационар. Тогда и увидитесь. У Вас остались вопросы?
– А можно мне телефон.
– Это к Свете. Жмите для вызова медсестры, – доктор протянул мне кнопку на белом проводе-пружинке. Он попрощался и исчез так же быстро, как и появился.
Я осталась одна. Складывала пазлы событий в голове. Раз за разом собирала и разбирала их. Но прослеживалась очевидная нехватка деталей. Количество вопросов увеличивалось. Они не давали покоя. Еще немного и волнение переросло бы в панику. Вспомнила про брелок. Нажала один раз, через пару секунд второй, по прошествии пяти минут – третий.
– Чего трезвоним на все отделение? Ты же у меня не одна, Алиса.
– Простите. Думала, не слышите. А не знаете, где мой телефон?
– Понятия не имею. Если память не подводит, его в вещах при поступлении не было.
– Что ж такое. Очень хочется маме позвонить, – опять накатила противная тоска. Встать бы и уйти отсюда. Но куда мне?
– Ну-ка, не плачем. Номер помнишь?
– Да. Он намертво впечатан в память. Назову в любом состоянии.
– Держи, – медсестра достала из кармана свой сотовый. – Как наговоришься, позови. И одного сигнала будет достаточно.
– Света, спасибо огромное!
Она подмигнула и ушла. А я дрожащими пальцами набрала знакомые цифры. Голос перехватило, когда услышала длинные гудки. Гипнотизировала телефон: “Давай же, отвечай скорее”
– Алло!
– … А это кто?
Кто ответил на звонок и с кем познакомиться Алиса в стационаре, узнаем уже завтра.
1.1
– Добрый вечер, меня зовут Артур. Я – помощник Татьяны Сергеевны. Как мне к вам обращаться?
– Не знала, что у мамы появился помощник.
– Алиса, очень рад вас слышать. Татьяна Сергеевна очень ждала новостей о вашем здоровье. Велела внимательно отслеживать любые звонки. Она сейчас на совещании. Подождите пару секунд, передам ей телефон?
По-моему, и пары секунд не прошло, как в трубке раздался взволнованный родной голос.
– Алиса, доченька, как ты?
– Соскучилась очень. Домой хочу, – жаловалась сдержанно. Знала, что мама переживала не на шутку. Мои стоны стали бы для нее пыткой.
– Хорошая моя, что врачи говорят?
– Завтра в стационар переводят. Приедете ко мне?
– Обязательно.
– Привези мне новый телефон, пожалуйста. Мой, видимо, безвозвратно утерян.
– Хорошо.
– Как там Максим?
– Нормально, – помедлив ответила мама.
– Пусть тоже приедет. Мне так жалко, что вечеринка сорвалась, не говоря уже о свадьбе. Когда теперь соберемся, не представляю.
– Это последнее, что должно тебя волновать. Успеется. Поправляйся скорее.
– А кто нашел меня?
– Мы с отцом торопились на праздник, опаздывали. На повороте увидели свет фар в кювете. А там твоя машина. Дальше, как в тумане. МЧС, скорая. В реанимацию нас не пускали. Жили от звонка до звонка в клинику. Доченька, как ты нас напугала, – дрожащим голосом добавила мама.
– Простите меня, пожалуйста…
– Сейчас твое здоровье – самое главное.
– Пока, мамочка. Целую.
– Жду завтра, Алисочка.
Всхлипнула и отложила телефон. Тоскливо. Тело ныло. Сейчас хотя бы лечь на бок или сесть. Помотала головой, размяла шею, вздохнула и нажала кнопку вызова медсестры. Света прибежала через пять минут, забрала телефон, помогла лечь повыше, что, к слову, было довольно болезненно. Но новое положение стало глотком свежего воздуха. Новая поза стала полноценным счастливым событием. Откинулась поудобнее на подушку и рассматривала потолок. Я училась радоваться мелочам.
До утра предстояло куковать наедине с самой собой. И скучно, и грустно…
Видимо, мне ниспослан урок. Всегда мчалась куда-то, суетилась, торопилась, суток было мало на все дела. Свято верила, что мне все по зубам. Заносчиво считала себя хозяйкой собственной жизни. Теперь она поставлена на паузу. Зачем-то это да нужно. Мне бы еще понять скрытый смысл.
– Милая, привет, – опустила глаза. Передо мной на кровати сидел Максим.
– Ты здесь… Как пробрался в палату? – удивленно хлопала ресницами.
– Воспользовался своей суперспособностью убеждения. И вуаля…
– Не могу толком пошевелиться. Иди скорее ко мне!
Макс наклонился. Приобняла его левой рукой настолько крепко, насколько позволял катетер. Уткнулась в шею. Аромат любимого мужчины вернул веру в лучшее. Осознала, что карабкалась по лестнице из мрачного подземелья. Самое страшное уже позади. Еще пара ступенек и увижу желанный свет моей настоящей жизни. Я совсем близко к свободе.
Целовала слегка колючие щеки. Гладила мягкие русые волосы. Вглядывалась в оливковые глаза. Наши губы встретились после долгой разлуки и не могли насытиться. Максим держал меня за талию, перебирая пальцами, как ласковый кот лапками. Как ни странно, я до такой степени ожила, что захотела его прямо здесь и сейчас. Не ожидала от себя подобного всплеска. Загорелась до дрожи. Мужчина отвечал тем же. Его не смущал мой непрезентабельный вид. Он гладил меня по голове, покрывал поцелуями шею и вибрировал от желания, кровать под нами слегка подпрыгивала. Обстановка была не располагающая. Но от страха, что нас застанут в самый неподходящий момент, азарт кратно рос. Непривычное ощущение. Набирали обороты, разгораясь сильнее и сильнее. Потеряли контроль над ситуацией. Инстинкты и чувства всецело овладели нами. Они руководили ситуацией. Я потянулась к ширинке Макса, дернула молнию, пробираясь к заветному, как вдруг он резко отпрянул, сел, как можно дальше.
– Нам нужно повременить. Не хочу навредить тебе, – прерывисто дышал, поправлял волосы. Старался не смотреть в мою сторону.
– Мне не больно. Вернись ко мне.
– Алиса, нам нужно взять себя в руки. Нельзя. Натворим дел, пожалеем, – мужчина еще не мог перевести дух.
– Хоть поцелуй меня еще раз. Та-а-а-к хочется…
– Ты же знаешь, чем это закончится, лиса. Не соблазняй меня.
– Меня переведут в палату, и точно оторвемся.
– Бесёнок, уймись уже, – умиленно пытался остудить мой пыл возлюбленный.
– Очень соскучилась. Мы вечность не виделись, что впервые для нас.
– Знаю. Все бывает когда-то в первый раз. К сожалению, это неизбежно.
– О чем ты?
– Мало ли, что ждет нас впереди.
– Не понимаю намеков, говори прямо.
– Мы ко многому не были готовы. Жили в свое удовольствие, планы строили на следующие десять лет вперед. Дураки. Создали свой собственный мир и свято верили, что он нерушим. Эта авария разворотила его, превратила в хлам.
– Мне очень жаль.
– Оба виноваты.
– Но обошлось же. У нас есть шанс…
– Боюсь, все сложнее, чем тебе кажется, – Макс перебил меня. Разительная перемена его настроения до одури напугала: помрачнел, потупил взгляд, отдалился, стал чужим и безрадостным. Только что искрил от страсти и любви, а сейчас потух и сокрушался о зыбкости нашей жизни. Мое состояние подкосило его. Неужели боец сломлен? Я же рядом, радоваться надо и рвать когти дальше.
Протянула к любимому руку. Открыла рот, чтобы позвать его, как Максим сорвался с кровати и вышел из палаты.
1.2
В светлой одноместной палате с бледно-фисташковыми стенами витал аромат дома – пахло апельсинами, розами и пирогами. На подоконнике пышный нежно-кремовый букет. Слева, на прикроватной тумбочке ноутбук и телефон. Тут же нарезанные апельсины, яблоки, виноград, ароматная, масляная выпечка и любимый ягодный морс в открытой пластиковой бутылке с трубочкой. Они разложены так, чтобы я смогла дотянуться. Хрустящее постельное белье, плюшевый канареечный плед и плотные синие шторы – они из моей спальни. Фоном включена внушительного размера плазма, установленная на стене прямо напротив кровати. Под рукой пульты от кровати и телевизора.
Родителей еще не видела, а их присутствие четко ощущала. Они позаботились об уюте и комфорте для меня. Я буквально видела их любовь вокруг себя. В душе тепло-тепло, словно рядом горело мое личное, маленькое солнце. Расслабилась. Нажала на кнопку и подняла спинку электрической кровати. Устроилась поудобнее, еще раз оглядела свои владения на ближайшие дни в надежде, что не на месяцы.
– Добрый день, Алиса Николаевна, – в палату энергичной походкой зашла женская мечта во плоти. Да, мое сердце занято, но такую красоту сложно не заметить: ему немного за тридцать, рост под два метра, широкие плечи, округлые мускулы, глаза темно-орехового цвета, пухлые губы и каштановые волосы в стрижке кроп, плотная щетина. Никогда не видела столь привлекательных и сексуальных мужчин, вблизи по крайней мере точно.
– Здравствуйте, – машинально принялась поправлять волосы и больничную сорочку. Глупый и бесполезный жест с моей стороны. Я же почти замужняя пациентка, а все туда же. Успокоила собственную руку и изобразила серьезность.
– Меня зовут Шевченко Руслан Алексеевич, я – ваш нейрохирург. Как самочувствие?
– Хорошо.
– Жалоб нет? – удивился доктор.
– Есть.
– Какие же? – спросил с нетерпением, поглядывая на меня, как на дурочку.
– Голова побаливает. Сосредоточиться сложно, мысли путаются.
– Результаты МРТ будут завтра. Увидим полную картину, тогда я скажу что-то конкретное. В любом случае состояние ваше стабильное, идете на поправку. Отдыхайте. Читать, слушать музыку, подолгу разговаривать по телефону нельзя, – не сразу разобрала, чем приправлен его взгляд. Когда догадалась, поморщилась. Руслан Алексеевич смотрел на меня снисходительно. Без жалости и пренебрежения, но с посылом: “Очередная слюни пускает, миленькая, куда тебе, немощной”. Вызов принят. Еще посмотрим, кто из нас захлебнется слюной.
– Спасибо за рекомендации, – показательно холодно оглядела скалу в больничной форме и отвернулась к телевизору.
– Да, телевизором тоже не увлекайтесь. Покой и только покой.
– А что, простите, разрешено? Спать сутками или потолок рассматривать? Мой разум не деградировал.
– Всего понемножку и с перерывами на отдых, Алиса Николаевна, – с ухмылкой командовал нейрохирург.
– Мне особо и не разгуляться, как видите.
– Пока что, это к лучшему. Режим четче соблюдать будете.
– Не могу порадоваться вместе с вами.
– Хорошо у вас тут, релаксируйте.
Удалился, не попрощавшись, нарцисс. Фыркнула и принялась уплетать апельсин. Он пришелся как нельзя кстати: сочный, сладкий, освежающий глоток позитива. Одной рукой есть несподручно – испачкала пол-лица в соке. Само собой, именно в это время зашли родители. Объятия, поцелуи, слезы – полный комплект эмоций. А я, между делом, пыталась протереть липкие щеки. Забавная и вместе с тем трогательная картина. Я снова маленькая дочка, окруженная максимальным вниманием и лаской. Оно положено мне при болезни, так было всегда. И в этом была своя прелесть. Наслаждалась, забыв о проблемах. Неспособность полноценно двигаться ненадолго перестала беспокоить.
После ухода родителей проспала часа два. Разбудил осторожный стук в дверь.
– Привет, моя хорошая, как ты тут? – Максим, как ни в чем не бывало, присел на кресло, стоящее справа от кровати.
– Почему внезапно ушел вчера? – я скуксилась. Избаловали родители. Уже успели разбудить во мне капризную девчонку.
– О чем ты?
– Ушел из моей палаты, не попрощавшись. Забыл?
– Ты в реанимации вчера лежала, Алиса.
– Господи, я помню.
– Туда даже родителей не пускали.
– Ты как-то договорился с персоналом. Не пудри мозги, – глупые вопросы начали раздражать. Разговаривал со мной, будто я не в своем уме или отупела от удара. Мужчины сегодня сговорились или я выгляжу потерянной и недалекой?
– Алиса, я не приходил вчера.
– Издеваешься надо мной? – дернулась, обезболивающее не справилось, раскаленное лезвие прошлось по всему телу. Минут пять лежала с закрытыми глазами, терпела в ожидании облегчения. Максим молча взял за руку.
– Любимая, ты что-то путаешь. Я не шучу – вчера тебя не навещал.
– Мне приснилось или померещилось? Ты сидел передо мной так же, как сейчас. Помню прикосновения, слова. Сон не может быть до такой степени реальным. Намекаешь, что свихнулась?
– Нет, конечно, родная.
– Странно.
– Не представляешь, как я рад тебя видеть. Боялся, что мы больше не встретимся.
– Но самое страшное позади…
– Можно и так сказать.
Поцелуи, объятия, головокружительная страсть на грани срыва повторились точь-в-точь, как накануне. Но в этот раз появился необъяснимый страх. Дышать тяжело, сердце замирало от волнения и тревоги. Пришло ясное осознание: страшное, может быть, и позади, но впереди немало трудностей, испытание пройдено не до конца. Следующие слова Макса подтвердили, что интуиция не обманула.
– Алиса, сделай, как я тебя прошу. Иначе последствия будут непоправимыми. Не справимся с ними.
– Ты меня пугаешь.
1.3
– Не говори никому из твоего окружения о том, что мы вместе. Ни родным, ни друзьям.
– Почему? Ерунда какая! – непонимание на грани возмущения.
– Я вполне серьезно. Не рассказывай про нас ни единой душе. Твои родители категорически против нашего общения. В аварии винят именно меня. Теперь я – самый опасный враг. Их не переубедить.
– Ты-то тут причем?
– Отправил тебя одну в тот вечер.
– Это же абсурд. Я не новичок за рулем, ты не мог предвидеть, что случится авария. Если уж кто и виноват, то только я.
– Тем не менее они категоричны. Сюда-то пробрался с трудом, тайком от них – запретили персоналу меня пускать. Еле договорился. Дорого обошлась мне моя дипломатия. Но не ждать же, пока тебя выпишут.
– И как долго мы будем скрываться?
– Подождем, пока успокоятся.
– Думаешь оно того стоит?
– Надеюсь.
– А свадьба?
– Давай не будем далеко заглядывать.
– Супер, госпожа в восхищении… – иронично махнула рукой.
– Госпожа моя любимая. Ты выздоравливаешь, – Максим умиленно гримасничал.