Черный дракон

Глава 1

Предсказания Афродиты

Тучи сгустились и закрыли солнце. На белоснежные горы Олимпа опустилась тень. Печаль напала на веселящихся богов. Зевс молча сидел на своем царском троне, глубоко задумавшись. Подперев бороду кулаком, он, словно горный орел, смотрел вдаль на безбрежные голубые просторы, расстилавшиеся у его ног. Рядом в растерянности стоял бог войны Марс, непонятно почему положив руку на эфес своего клинка. Маленький пухлый мальчик с крылышками за спиной уже не порхал как бабочка, веселя окружающих и угрожая всем своим золотым луком. Обнимая пухлыми ручонками сидящую на траве перед троном Афродиту, он пытался спрятаться у нее за спиной. Пятнистые олени, которые почти всегда резвились на лужайке, испуганно попрятались в чащу.

Гермеса пока не было видно, и Зевс задумчиво обратился к Афродите:

– Великая богиня! Красота твоя не знает равных ни среди богов, ни среди смертных, а сила любви, которой ты обладаешь, сильнее клинков и копий. Скажи, о достойнейшая, обладающая даром видеть сквозь года, как нам поступить дальше? Какая судьба ждет Избранного? Ведь его сражение – это великая битва за любовь. Сможешь ли ты помочь ему?

Афродита, польщенная вопросом Зевса, оживилась, отодвинула от себя надоедливого Амура и, немного подумав, ответила:

– Владыка богов, громовержец Зевс! Твоя мощь не знает предела. Нет в мире силы, способной противостоять тебе, когда сверкают твои молнии и грохочет гром.

Услышав эти льстивые слова, Артемида Эфесская, стоящая рядом в толпе богов, презрительно поморщилась.

«Уж эта мне Афродита! – подумала она, посмотрев на свою соперницу. – Мало того, что она считает себя самой красивой из богинь, да еще при первом удобном случае беззастенчиво подлизывается к Зевсу».

После гибели юного Актеона между двумя богинями пробежала черная кошка. Афродита не могла простить ей смерть своего любимца, превращенного по прихоти Артемиды в оленя и разорванного собаками.

Афродита между тем продолжала свою речь:

– Даже богини Мойры, что держат в своих руках нити судеб людей и богов, не сумели предсказать судьбу Избранного. И титан Прометей, обладающий даром предвидения, не смог увидеть дальнейшие события. Теряется судьба Избранного в глубинах времени, и даже боги не могут предсказать ее.

Улыбка слетела с прекрасного лица Афродиты, и она продолжала уже с серьезным видом:

– Слишком сложная задача у Избранного, слишком сильный у него противник. Не знают пока ни люди, ни боги, как бороться с ним. Не было у нас еще такого врага. Черный дракон, пришедший из глубин Вселенной, обладает неизмеримой мощью и таинственной силой. Даже всемогущие титаны ничто по сравнению с ним. Только Избранный имеет шанс победить его! Ни один из героев и полубогов не справлялся так блестяще с трудностями, которые выпали на долю Избранного. Не зря мы обратили свой взор на Человека. В любом из испытаний он мог потерпеть поражение и кануть в Лету. Не раз бог смерти Танат пролетал над ним, почти касаясь его своими крыльями. Но, видно, не суждено ему преждевременно погибнуть. Блестяще справился он со всеми испытаниями. Осталось последнее. Самое сложное, самое тяжелое – сразиться с Черным драконом, когда он находится в своем естественном обличии на своей территории, в его мире. Такое не удавалось еще никому!

– А каково его истинное обличье? – спросил Зевс. – Хоть это мы знаем?

Афродита задумчиво посмотрела на проплывающие облака.

– Мы не знаем, – вздохнула она, – но думаю, оно зависит от самого Избранного, от того, каким он его видит. Пройдя таинственными путями своих воспоминаний, наш герой в последнем из них столкнется с самым трудным своим опытом, таинственной страницей своей личности. И этого никто не может предугадать.

– Продолжай, богиня! – голос Зевса зазвучал глухо и тревожно. Он почувствовал в ее словах что-то новое, как будто Афродита предчувствовала путь, пройдя по которому можно выиграть битву.

– Как все мы знаем, Черный дракон появился внезапно. Даже Прометей и Мойры ничего не знали о его появлении, – тихо начала Богиня.

Мысли Афродиты, казалось, с трудом пробирались сквозь пелену ее дара предвидения. Она поморщилась, тряхнула головой и продолжала, как бы считывая пока неизвестные события:

– Однако во всем есть своя закономерность. Ничто не случайно. Черный дракон – это древний бог, пришедший в наш мир из глубин неизведанного. Это бог-одиночка, бог-разрушитель. Но мы знаем, что разрушено может быть только то, что должно быть разрушено. И раз он пришел, мы должны задуматься. Кому, как не богам предоставлена возможность увидеть то, что не могут видеть смертные…

Зевс с восторгом посмотрел на Афродиту.

– Вот женщины, им нет равных! Гермес мне таких аналитических докладов не предоставлял.

Между тем, Афродита, немного подумав, продолжала:

– Сила, питающая его, не поддавалась изучению. Однако я согласна с Гермесом. Его питает человеческий страх. Не ради Олимпа он здесь. Человечество – вот его цель. Человеческие страхи дают ему неимоверную мощь, ему не нужно разрушать мир, его задача – подчинить его. Ну а мы – боги, конечно, настоящая преграда к этому, поэтому он наступает на Олимп. Наша Амброзия – это то, что поддерживает нас, богов. Она чудодейственна, но возникает, если вы не забыли, не только из волшебных плодов. Ее создает любовь, которую приносят наши Амуры на своих стрелах, покоривших сердца влюбленных. Только так Амброзия становится животворящей и поддерживающей жизнь богов.

Афродита посмотрела на Зевса и решительно подытожила:

– Владыка, мы также зависим от энергии любви, как Черный дракон от энергии страха. Поэтому наше сражение превращается в битву за Человечество. Мы слишком долго властвовали над ним и забыли, что мы, боги, также и зависим от него.

При этих словах Зевс встал и грозно посмотрел на Афродиту.

– Я бог богов, – взревел он, – все и вся подчиняется мне. Как ты можешь говорить мне о зависимости?

Афродита тоже встала, она выглядела прекрасной и решительной. Ее красота поражала, сама любовь давала ей силы, в эти суровые мгновения никто кроме нее не смог бы противостоять Зевсу.

– Владыка, – ее слова звенели в тишине, – настал момент, когда на карту поставлено само наше существование.

Даже мы понимаем, что вечности не существует, пришло время сплотиться и принять бой. Черный дракон уже близко. Он древнее Геи Земли, древнее Отца Океана, которые древнее олимпийских богов. Он, может быть, старше, чем сама Вселенная. Битвы не избежать.

Наступила пауза. Зевс молчал. Было видно, как ярость охватывала его, он привык властвовать, лишь иногда давая подчиненным высказаться. Однако сейчас он понимал, что Афродита права. Его молчание длилось невыразимо долго, наконец, Зевс принял решение.

– Ну что же, – провозгласил он, – мы готовили Избранного, представителя Человечества, теперь слово за ним. Защищая себя, он защитит и нас. Теперь скажи, богиня, что еще нам известно? Как нам помочь Избранному?

Афродита облегченно вздохнула, немного подумала и продолжила уже веселее, обмахиваясь китайским веером, доставленным ей вездесущим Гермесом:

– Мы, конечно, многого пока не знаем, однако кое-что нам известно. Мы знаем, где развернется это последнее сражение. Это царство Аида.

– Ты в этом уверена?

– Да. Вы, конечно, помните, Владыка, что со времени первой битвы с Черным драконом, удача отвернулась от нас, и мы перестали контролировать ряд территорий, и первой из них было царство Аида. Вы знаете, это самое темное энергетическое место. Ему оно было необходимо в первую очередь, именно там живет субстанция страха, в других местах ее можно развеять, но не в царстве Аида. Завладев этой территорией, Черный дракон мог бы давно победить нас, но он этого не сделал.

– Почему?

– Здесь кроется какая-то тайна. И мы должны разгадать ее, тогда мы сможем предвидеть его дальнейшие шаги. Вспомните древнее пророчество вашего отца Крона, ушедшего в коридоры времени. Что он предрекал тогда? Может быть, его пророчество сбывается?

Глава 2

Пророчество Крона

От слов Афродиты Зевс вздрогнул, и поежился. Он помнил эту битву, словно она была вчера. Перед глазами побежали события его молодости.

Все боги в ту пору были молодые и горячие. Все они были олимпийцами, сыновьями и дочерями своего могущественного отца Крона, владыки мира. И все они были обижены на него. Больше всех, конечно, он – Зевс. Боясь за свою власть, Крон поедал своих детей. И только мать Зевса, богиня Рея, сумела его спасти, спрятав на острове Крите и дав отцу проглотить вместо ребенка валун, завернутый в тряпку. Он помнил свою тяжелую, полную лишений жизнь на острове. Если бы не нимфы Адрастея с Идеей и божественная коза Амалфея, молоком которой он питался, ему бы не выжить. Он до сих пор помнит вкус козьего молока и теплый шерстяной бок Амалфеи. Насытившись, он прижимался к ней и засыпал, слушая удары ее сердца. Часто он плакал от своих детских обид, и тогда его верные слуги-куреты стучали мечами о щиты, чтобы его кровожадный отец не услышал плача ребенка. Когда Зевс вырос и возмужал, он силой заставил своего жестокого отца отрыгнуть проглоченных братьев и сестер.

Он не оставил бы Крона на Олимпе и навечно низвергнул бы его в Тартар, но хитрый Крон был повелителем времени и ловко скрылся в его коридорах. Уходя, он пророчествовал, что могущественный и неизвестный бог придет и отомстит за него.

Зевс задумался, вспоминая рассуждения Афродиты. Они наводили его на новые мысли. Крон поселил на Земле страдания, скорбь, нужду и страх. Он внушал ужас не только смертным, но и богам. Гнев отца был страшен.

«Не исключено, – подумал он, – что Черный дракон проследил энергетический путь его гнева. Или, прячась в тайных поворотах времени, Крон намеренно оставил этот след, зная, чем привлечь дракона. Вот она – его месть».

Очнувшись от размышлений, Зевс вновь услышал слова Афродиты.

– Все царство Аида, – говорила Богиня, – слава небесам, ему пока не по зубам. Он завладел лишь его частью. Бедный Аид не выдержал изгнания и не смог вернуться на Олимп. После мрачных подземелий ослепительная белизна Олимпа казалась ему невыносимой. Теперь бедняга перебрался на край Земли, в свои глубочайшие горные пещеры, над которыми только Гермес проносится, спеша куда-то в своих летучих сандалиях.

Афродита убедилась, что Зевс опять внимательно слушает ее.

– Только двое смертных спускались в царство Аида и смогли выйти оттуда. Хитроумный Одиссей и великий музыкант Орфей. Первым был Одиссей. Судьба впоследствии жестоко наказала его за это, и даже олимпийские боги не смогли ему помочь. Двадцать лет скитался он по морям вдали от своей Итаки, а когда вернулся, в родном доме его ждало горе. Орфей нашел в царстве мертвых свою возлюбленную Эвридику, но это не принесло ему счастья. Сын твой, непобедимый Геракл, спасая жену своего друга, вступил в единоборство с ангелом смерти Танатом, который прилетел на своих черных крыльях из царства Аида и, как Вы знаете, был за это жестоко наказан. Судьба в лице его любимой супруги преподнесла ему отравленный хитон. Надев его, он испытал страшные мучения. И только Ваше решение даровать ему бессмертие позволило Гераклу занять достойное место среди олимпийских богов.

– Помню, помню. Что ты хочешь этим сказать? – Зевс нетерпеливо взмахнул рукой.

– Только одно, Повелитель, Избранному придется спуститься в царство Аида, я имею ввиду туда, где раньше было царство Аида, или как оно теперь называется… Чтобы настигнуть там дракона.

Зевс задумался, он понимал теперь гораздо больше. Риск был огромным, но он знал, что этого не избежать.

– Избранному придется встретиться с Черным драконом в его логове, – словно читая мысли Зевса, произнесла Афродита.

– А я знаю, где оно находится, Ваше Величество! – услужливый Гермес вышел вперед и наклонился к самому уху Зевса.

Он только что вернулся, но услышав обрывки фраз, сразу понял суть разговора и, как всегда, сделал вид, что располагает самой подлинной информацией.

– Я, правда, сам там не бывал. Вы понимаете, что кроме Вашего брата, бедного Аида и его высокочтимой супруги Персефоны там никому бывать не положено, но я не раз пролетал над этой мрачной областью, собирая необходимую информацию. Жуткое я Вам скажу местечко, очень противное. Да и погода там совсем не благоприятствует полетам. Вы же знаете, мои крылатые сандалии почти совсем износились. Я давно уже писал Вам прошение с просьбой выделить новую пару, но…

– Перестань болтать ерунду! Долго ты будешь тянуть резину? Говори по существу! – разгневанный Зевс от высокопарных слов перешел на жаргон.

Обиженный Гермес пожал плечами и, наклонившись, забормотал на ухо Зевсу, оглядываясь по сторонам:

– Прошу прощения, так вот о том, как я нашел драконье логово. Это не то, чтобы конкретное место в царстве Аида, вы ведь знаете, там каждая пещера, каждая глубокая впадина принимает свой образ, в зависимости, как бы это лучше сказать, от вида, ну и силы страха, кошмары-то у каждого свои. Аид разгуливал там по этим лабиринтам и следил, чтобы каждый получил по заслугам. Чем глубже страх, тем яснее картина. Ужас пробирает, когда видишь этих бедняг, застрявших в кошмарах. Черному дракону это все, конечно, на пользу, страха-то хоть отбавляй!

Гермес посмотрел на Зевса, проверяя, произвел ли он на того впечатление, и продолжил:

– После того, как братцу вашему Аиду пришлось уйти в другое место, дракон всю его атрибутику поменял. Теперь ни Реки мертвых Стикса, ни перевозчика душ Харона там уже нет. Правда, трехголовую собачку Цербера он оставил. Уж очень она ему понравилась. Напугает кого угодно. И еще он сговорился со сторукой богиней Кали и взял ее к себе на службу. Нравятся ему всякие там страшные обряды, колдовство…

Глаза у Гермеса еще быстрее забегали, и он перешел на шепот.

– Так вот. С некоторых пор местные жители, ну те, кто там уже давно, поговаривают, что Черный дракон полюбил всякую восточную экзотику. В последнее время он прямо-таки сильно увлекся Китаем. Чайные церемонии, восточные философии и все такое прочее, говорят, что он любит изображать китайского императора и дружит с самим Конфуцием. У него там целый дворец, лучше чем у самого императора. Благовония, курильницы, наложницы…

Зевс молчал, переваривая информацию. Гермес много болтал, но из его болтовни всегда можно было узнать очень важные вещи. Божественный ум Зевса как всегда схватывал самое главное, отметая мелочи. Иначе он не был бы Богом богов.

– Ты думаешь, он делает это с какой-то целью? – обратился он к Гермесу. – Какое отношение это имеет к нашему Избранному? Ты должен все узнать и доложить мне.

«Здесь не все так просто, в этом странном увлечении дракона», – подумал про себя Зевс. Он решил сам поразмышлять над этой загадкой в тишине, когда его оставит вездесущий Гермес.

– Я желаю знать, как Избранный сможет одолеть Черного дракона на его территории, то бишь в бывшем царстве Аида!

– Но, Владыка, – после некоторого молчания отвечал Гермес, – на этот вопрос Вам не ответит никто. Ни Нерей – бог изменчивости и предсказаний, ни сам титан Прометей – предсказатель судеб.

Гермес всегда чуть-чуть лукавил, не раскрывая сразу всех своих планов. Немного подумав, он продолжал:

– Действия Избранного могут быть непредсказуемы. На таком расстоянии мы не можем отслеживать его решения и влиять на них. Не исключено, что спустившись в царство дракона, Избранный потеряет ориентацию и забудет о своей миссии. В этом случае он навсегда останется в царстве грез. Мы не сможем его оттуда вытащить, не сможем подать ему весточку. Придется ждать еще тысячу лет, чтобы повторить попытку с новым Избранным, которая может быть также безрезультатной. За это время Черный дракон наберется сил, активизируется, и еще неизвестно, доживем ли мы до этих времен! Но есть еще одна проблема, которая, как мне кажется, будет посерьезнее первой.

– Не томи, говори! – в голосе Зевса послышалась тревога.

– Когда Избранный начнет действовать, Черный дракон поймет, что это наш ставленник. Для него, я думаю, это не проблема. Придя в неописуемую ярость, он может броситься на Олимп. Последствия этой атаки могут быть непредсказуемыми. Второй битвы нам не выдержать. У нас нет Амброзии, сила наша ослабла.

– Ну, так уж и ослабла… – Зевс напряг мускулы и метнул пару молний, которые, с треском разорвав небо, упали далеко за горизонтом.

– Прости, Владыка! – Гермес втянул голову в плечи, ожидая гнева своего повелителя. – Но твои молнии бьют уже не с такой силой. Гром гремит не так раскатисто, как раньше. Мы потеряли часть своей силы!

– Что же ты тогда предлагаешь? Говори! – в голосе Зевса прозвучала обида, но он уже успел оценить усилия Гермеса по подготовке Избранного, в идеях и практических действиях ему не было равных.

– Выход один, – Гермес немного напрягся, опасаясь гнева Зевса после замечаний о молниях, – все олимпийские боги должны объединиться и действовать как единый кулак. Забыть о временах Трои, когда боги рассорились и вступали в бой между собой.

– Ты немного преувеличил! – сказал Зевс, помедлив. – Афина Паллада никогда не вступала в бой с моим сыном, богом войны Марсом. Она лишь направила копье героя Диомеда – единственного из смертных, сумевшего ранить его.

Услышав эти слова, Марс покраснел и зло посмотрел в сторону воительницы Афины. Он словно вспомнил ту боль, которую ему причинило острое копье, и свой позор, когда он, крича от страха, бросился к папе Зевсу на Олимп, чтобы тот излечил его рану, полученную от простого смертного.

Поймав его взгляд, Афина лишь хмыкнула и с презрением отвернулась.

– Я имел ввиду, Ваше Высочество, – Гермес опять склонился в поклоне, – что только полная самоотверженность и единство всей семьи смогут спасти нас от поражения. Любые интриги абсолютно исключены. Иначе нам просто не выстоять. Черный дракон очень коварен. Он может вступить в предварительные переговоры с любым из богов без Вашего ведома.

– Что? – Зевс возвысил голос до крика.

Небо потемнело, а его грозная фигура стала расти, закрывая тучу. Остальные боги сбились в кучу, испуганно поглядывая на рассердившегося Владыку.

– Если я только узнаю! – прорычал Зевс. – Если я только узнаю! От меня еще никто ничего не смог утаить! Если кто-нибудь независимо от ранга и положения хоть словечком обмолвится с Черным драконом или его представителем, Тартар ему обеспечен!

Зевс с недоверием обвел глазами богов, толпившихся рядом с троном.

– Не посмотрю на родственные связи. Наказание будет страшным!

– Что вы, Ваше Высочество, что вы, ну разве мы на такое способны! Да мы за Вас жизнь готовы отдать, и не одну!

Нестройный хор божественных голосов успокоил Зевса, и он снова стал уменьшаться в размерах, пока не вернулся к своему обычному образу.

– Ну ладно, – устало кивнул он Гермесу. – Продолжай.

– Мы должны выпустить из Тартара древних титанов!

Возглас возмущения пробежал по рядам олимпийских богов. Зевс от неожиданности чуть не уронил свой жезл.

– Да! Вы, Ваше Величество, должны простить их и выпустить из темницы! Вместе со сторукими великанами-гекатонхейрами, которые их сторожат. Все они встанут на нашу защиту. Если мы этого не сделаем, то сами разделим участь древних титанов и будем сброшены в Тартар, который не имеет дна. Или будем вынуждены уйти на вечное скитание в заоблачные миры, как это сделал ваш отец Крон. Пройдут миллионы лет, прежде мы сможем найти себе нечто похожее на наш Олимп! Если вообще найдем!

Гермес заметно погрустнел. Зевс нахмурился. Его руки крепче сжали жезл. В небе загремел гром. Афродита вздрогнула.

– А ты не думаешь, что они встанут на сторону врага? Тогда нам всем конец! – лицо Зевса стало встревоженным.

– Нет, Владыка, титаны – часть нашего мира, дети матери Геи-Земли. Они не захотят хаоса, который несет с собою Черный дракон! Они поддержат тебя!

– Ну, если ты уверен…

– Уверен! Я уже говорил с Прометеем. Он ручается за титанов.

– Хорошо! – Зевс на секунду задумался. – Боюсь, другого выхода у нас нет!

Он грозно ударил о землю жезлом, глаза его снова засверкали.

– Пока я еще владыка Олимпа! Пока я еще повелеваю громом и молниями! – загрохотал Зевс и грозно оглянулся вокруг. – Я готов драться с любой черной тварью, из нашего она мира или нет!

– Мой меч с тобой, Владыка! – Марс обнажил клинок.

– Мои огненные стрелы с тобой, Повелитель! – сияющий Аполлон сделал шаг вперед.

– И мое копье с тобой, отец! – вышла вперед Афина.

– И мое оружие с тобой, Властелин мой! – прокричала Артемида.

– И я с тобой, и я!

Со всех сторон неслись возгласы, и раздавалось бряцанье оружия.

– Я тоже с тобой! Мои стрелы – самые быстрые! Они пробивают любую бронь и могут разить даже богов! – размахивая золотым луком, старался перекричать всех маленький Амур.

– Я знаю! Спасибо за верность! Я в вас не сомневался! – Зевс гордо обвел глазами богов и богинь.

– Вы пойдете со мною до конца! У нас одна дорога, одна судьба!

Он поднял жезл над головой, в небо с оглушительным треском ударила молния.

– Где он сейчас? – Зевс вопросительно посмотрел на Гермеса, который с невозмутимым видом пришивал крылышки к своим кожаным сандалиям.

– Две минуты Сир, еще пару стежков, – откликнулся Гермес. Он орудовал иголкой с ниткой, как заправский портняжка. Закончив, он натянул сандалии и довольный своей работой оглянулся по сторонам.

– Так, что Вы хотите, Сир?

Зевс в нетерпении расправил складки на своем белоснежном хитоне.

– Я хочу знать, где сейчас Избранный? – произнес он твердым голосом, чеканя каждый слог.

– Всего-то? Сейчас узнаем!

Прямо с места Гермес вертикально взмыл в воздух и, сделав круг над Олимпом, со свистом полетел на север.

Боги, задрав головы, следили за его полетом, пока он не превратился в маленькую точку и не исчез за горизонтом.

Через несколько минут Гермес снова появился в небе и словно орел, расправивший крылья, пошел на снижение. Подняв целую тучу пыли, он лихо приземлился рядом с Зевсом.

– Я же просил тебя так резко не приземляться рядом со мной! – стряхивая пыль со своего хитона, недовольно проворчал Зевс.

Гермес тяжело дышал. Такой скоростной полет утомил его.

– Я очень спешил, Ваше Величество, дело не терпит отлагательств.

Он подошел к Зевсу и, наклонившись, что-то зашептал ему на ухо.

Боги сделали вид, что разговор их не интересует, но по напряженным лицам было видно, что они стараются уловить каждое слово.

– Ваш любимчик пирует у Пана, где только что устроил настоящую драку! – зашептал Гермес на ухо Зевсу.

– Он пил волшебное вино?

– Слава богу, нет, иначе бы остался там навсегда. Но есть другая проблема, не менее серьезная!

– Какая? Не томи.

– Вы знаете, что у Пана осталось немного Амброзии.

– Кто же об этом не знает! Старый пьяница втихомолку попивает божественный напиток. Ну и что?

– Избранный случайно глотнул из кружки Пана и мгновенно перенесся назад в свой мир. Это рушит все наши планы!

– Немедленно верни его обратно!

– Слушаюсь, Сир!

– Да, вот еще что. – Зевс порылся в складках мантии и достал оттуда маленькую бутылочку. Он поднял ее вверх и посмотрел на свет. Жидкость в бутылочке переливалась всеми цветами радуги. Зевс вздохнул и передал ее Гермесу. – Поосторожней с ней! Ну, сам знаешь, поэкономней!

Гермес с поклоном взял ее и спрятал в карман.

– Да еще. Когда вернешь Избранного, проводи его, ты знаешь куда.

– Да, повелитель!

Гермес склонился перед Зевсом в глубоком поклоне. Затем он выпрямился, повернулся и, не говоря никому ни слова, снова взмыл в воздух. Через несколько секунд его силуэт превратился в черную точку и исчез за горизонтом.

На Олимпе снова воцарилось молчание.

Глава 3

Возвращение

Солнце ласково заглянуло в окна комнаты. Ник проснулся и медленно потянулся в своей кровати. Хотелось еще спать. Из кухни разливался запах кофе и слышалось шипение сковородки. Мама готовила ему завтрак.

– Вставай сынок! Тебе уже пора! – услышал он ее ласковый голос.

«Куда пора?» – не понял он, но тут же вспомнил, что ему сегодня нужно ко второй паре в универ на занятия. Все тело ныло, словно он целый день качался, в голове носились обрывки воспоминаний. Шел из университета расстроенный. Встретил какого-то забавного мужика. Тот пригласил в кафе, посидели, выпили пива. Мужик стал нести чушь про олимпийских богов и дал хлебнуть из какой-то бутылочки. После этого он почти ничего не помнил. Наверное, в бутылке была водка. Он выпил и опьянел. Как пришел домой, не помнил. В голове вертелись обрывки сна. Красавица Тина, козлоногий Пан, драка с сатиром, лесная оргия. Надо же такому присниться!