5 правил счастливой жизни

Но Каспер была здесь. Ее прикосновения были осязаемыми, а руки теплыми, когда она взяла его под руку и повела к себе домой.

Он не помнил, почему именно она так сделала. После видения, глаза застилали слезы, и сильно душил страх. Он снова ощущал то чувство приближающейся смерти. Как тогда, около книжного магазина.

– Это называется паническая атака.

Каспер и Дэмиен сидели на веранде ее родителей и пили горячее и очень сладкое какао. Дэм кутался в принесенный ему флисовый плед и чувствовал себя в полной безопасности здесь. Родители Каспер отнеслись к его приходу дружелюбно. Здесь витала атмосфера любви и спокойствия. Дом мигал разноцветными лампочками. Мама Каспер то и дело раздавала конфеты стучавшимся школьникам. Несмотря на жуткие фигурки и плакаты в честь Хэллоуина, все здесь было пропитано уютом и добротой.

– Отвратительная вещь, – поморщился Дэмиен, вспоминая недавние чувства.

– Согласна. Но она не смертельна. Если научишься контролировать ее, то все будет в порядке.

– А ты умеешь это делать?

– Да, я научу тебя: когда начинает душить страх, то вспомни правило «трех четверок». На четыре счета вдыхай, задерживай дыхание и выдыхай. Каждое действие на четыре счета. В панической атаке самое страшное – чувство приближающейся смерти. Если отвлечешься, то все пройдет. Особенно это помогает, когда наступает чувство удушья.

– Тебе это помогает?

– Не всегда, но иногда да.

Дэм пристально разглядывал нескладную, с грубыми чертами лица Каспер. Иногда она казалась ему куклой, угловатым манекеном с мертвым взглядом. Вся иссохшая, с острыми скулами и костлявыми пальцами. Её волосы, давно нечесаные и не мытые, а единственным выразительным на ее лице казался лишь длинный нос с горбинкой. Дэм разглядывал каждую вену на её тонкой коже и не понимал, как такой человек может все еще жить.

Он никогда не видел её так близко. В школе, одетая в громадного размера вещи, она не казалась настолько изможденной. Но теперь Дэмиен видел, насколько нездорово выглядит Каспер. Даже голос её был «нездоровым» – сиплый и низкого тембра.

– Спасибо тебе, – ему хочется как-то подбодрить эту, кажущуюся неживой, девушку. Но он не имел ни единого понятия как.

Дэм продолжал смотреть на неё и ловил себя на мысли, что к нему снова возвращаются чувства. И это не отвратительное чувство жалости. Это страх. Страх за то, чтобы не стать такой, как Каспер. Не стать тем, с кем жутко находиться вблизи.

Но тут она улыбнулась. Это была теплая и добрая улыбка, от которой чувствовалась искренность и дружелюбие. Дэмиена тут же укольнуло чувство стыда. Он понял, что Каспер вовсе не являлась пустой внутри. Это всего лишь внешняя оболочка, что рассказывала лишь о пережитых ранее событиях. Внутри неё уже все изменилось. Или же только идет стремительно на поправку.

– Почему ты не такая в школе? – Дэм решил все-таки задать вопрос, что мучил его все это время.

– Не такая? – растерянно протянула Каспер, но быстро поняла суть вопроса, – Почему там злая? Ну, мне не хочется там находиться. Это тяжело.

– Почему же ты не переведешься?

– Потому что… есть еще много незаконченных дел. Я не могу просто убежать от всего.

« А я бы не отказался именно убежать»

– Хочешь быть сильной? – ухмыльнулся Дэмиен.

Каспер отставила этот вопрос без ответа, просто проигнорировав его. Взамен, она лишь парировала:

– От чего ты прячешься?

Дэм растерялся. Вроде как, он ни от чего не прятался. Наоборот, старался понять, что же с ним происходит. Почему его преследует нечто жуткое? Где же здесь прятки?

– От себя, – внезапно для самого себя признался ей Дэмиен и замолчал.

Кажется, он только что сказал нечто лишнее.

– Не волнуйся. Это делают все люди. Но так ты себя не спасешь.

– Спасибо за какао, – вежливо кивает ей Дэм, сдергивая с себя плед.

Она не та, с кем хотелось делиться переживаниями. Дэмиен не доверял ей. Да и вообще, теперь уже никому не хотел доверять. Но перед тем, как уйти, любопытство все-таки взяло над ним вверх и он поинтересовался:

– Так, кто же лежал в гробу?

– Что? – Каспер стала еще бледнее обычного.

– Черный пакет. И комната… вроде, номер 113. Кого тогда убили?

– Зачем тебе это знать? – в ее голосе слышится грусть и какое-то отчаяние.

Подул сильный ветер, задувая свечи, что стояли на перекладине балкона. Начинало темнеть.

– Я видел сон, где все это…

–… Нет, – закачала головой Каспер.

– Что «нет»? – оторопел Дэмиен

– Все не так. Кто из них тебе рассказал об этом? – теперь уже преобладает злость.

– Так ты действительно знаешь все?

– Не верь тому, что говорят. Правды не знает никто.

– Каспер…

– Они презирают меня, придумав свою историю. Не вздумай смеяться надо мной, это плохо закончится.

– Я… понял тебя, – Дэм смотрит на трясущиеся от волнения руки Каспер с интересом. Но сейчас спрашивать уже не имеет смысла.

Дэмиен бродил по улицам в одиночестве. Было около восьми часов вечера, а идти было некуда. Стало немного холоднее. Еще пара часов и все школьники разойдутся по домам считать собранные ими конфеты, чтобы завтра хвастаться своими достижениями перед сверстниками. Он вышел на «Аламо сквер» и решил остановиться здесь. Дэм сел на газон, облокотившись о ствол дерева. Размышлять ни о чем не хотелось, так что он просто слушал отдаленные голоса прохожих.

Он почувствовал, как на него сверху опускаются локоны чьих-то длинных волос.

Дэмиен не сразу сообразил, что происходит. Щекочущие ощущения на шее. И теплое дыхание прямо в ухо:

– Дэмиен.

Дэм вскочил и обернулся, чтобы увидеть

Его

лишь дерево сзади него. Черт бы побрал этот Хэллоуин. Кто захотел так отвратительно пошутить?! Ведь если это был не человек, то…

«Скорее! Скорее! Скорее!»

Ухо Дэма пронзила резкая боль, да так, что он вскрикнул. Звон в ушах складывался в слово, что торопило его что-то сделать. Дэмиен беспомощно огляделся в поисках нужной ему вещи. О чем Он просит его?

«Они знают», – снова кричит голос в голове.

– Перестань, – чуть не плачет Дэм от бессилия.

Дэмиен сорвался с места и побежал к дороге. Только бы успеть убежать. По протоптанной траве бежится хорошо и ровно, а обратиться за помощью можно уже вот-вот, совсем скоро.

Но он падает.

Падает на ровном месте, проезжаясь подбородком и стирая ладони.

Дэм чувствовал себя мухой, что только что поймали и собирались оторвать лапки. Дэмиен посмотрел в сторону, откуда бежал и снова ничего и никого не увидел. От кого же он тогда убегал?

– Мне так это надоело, – устало выдохнул он, обращаясь к неизвестному.

– Замечательный сегодня праздник.

Тот самый знакомый высокий голос, что Дэмиен столько раз слышал. Он повернулся, смотря на Него: высокого и безумно худого парня с изможденным выражением лица. Впалые щеки, сухие, потрескавшиеся губы, неживой взгляд.

Становилось пустынно и тихо. Вдалеке гудели машины, да ветер старался забраться под тонкую футболку.

Но Он был неподвижен. Он был вне погоды и времени, словно статуя. Лицо Его абсолютно ничего не выражало.

Дэм не мог и слова сказать, лишь смотрел на Него и думал о том, что окончательно сошел с ума. Он поддался своим страхам и слабостям и теперь расплачивался по заслугам. Теперь ему становилось жутко. Дэм начинал жалеть себя за то, что ему приходилось во всем этом участвовать. Быть главным героем этой пьесы абсурда.

– Кто ты есть? – в горле все высохло, поэтому каждое слово давалось Дэмиену с трудом.

Призрак, не меняя безразличного выражения лица, развел уголки своих губ в отвратительной улыбке:

– Я – это Ты.

Что-то такое Дэм почему-то и ожидал услышать. Нечто банальное и неоднозначное. Но значит ли это, что все, что с ним сейчас происходит – не более чем его галлюцинация?

Дэмиен затряс головой. Невозможно. Это продолжалось уже около трех недель. Неужели, ему теперь придется жить со всем этим всю свою жизнь?

– Зачем ты преследуешь меня?

– Я хочу кое о чем рассказать тебе, Дэмиен, – призрак продолжал давить из себя жуткую ухмылку.

– Так рассказывай, – Дэм начинал раздражаться.

– Ты не веришь мне. Но тебе придется мне поверить, – голос призрака стал тише и мягче.

– Пожалуйста, прекрати. Дай мне жить нормально, – у Дэма от волнения начали дрожать руки.

– Жить? Дэмиен, думаешь, ты жив?

Глухой смех разносился по всему пространству. Дэм смотрел в ледяные глаза призрака, стараясь понять, насколько тот реален. Дэмиену хотелось дотронуться до Него, возможно, ощутив неживые, словно пластилин, ладони. Но он не решился так сделать.

А призрак продолжал:

– Что ты называешь жизнью? Твоя жалость, твоя слабость и безвольность. Ты действительно думаешь, что сможешь выбраться из всего этого?

– Прекрати читать мне морали, – Дэм сморщился, – Ты лишь плод моего воображения.

– Я реальнее, чем ты думаешь. Возможно, даже реальнее тебя.

И снова этот омерзительный смех.

– Пошел к черту! – повысил голос Дэмиен, сделав пару шагов навстречу к призраку, – Ты не реален!

– Мы еще пообщаемся. Но мое время зависит лишь от тебя. Разрешишь мне быть с тобой?

– Черта с два! – Дэм буквально выплюнул эти слова. Руки его сжимались в кулаки от раздражения.

– Ты уверен в этом?

– Я… я ни в чем сейчас не уверен. Я общаюсь с гребаной галлюцинацией.

– У тебя есть время подумать. Ведь сегодняшняя ночь имеет силу.

Призрака больше нет. Дэмиен стоял один, среди деревьев и протоптанной травы. Одиночество волнами накатывало на него, перемешиваясь с чувством страха. Дэм думал о том, что сейчас ему бы очень хотелось оказаться в объятьях мамы. Но не этой глянцевой картинки, а той, что у него никогда не было. Той, что могла бы успокоить его и сказать, что все будет хорошо, и они со всем справятся вместе.

Дэм безразлично посмотрел в экран своего телефона: «10:30 p.m.»

И ни одного пропущенного звонка.

***

Дэмиен нарочито громко хлопнул входной дверью. Он просидел на улице еще около часа, надеясь на какое-либо внимание со стороны матери.

Ничего.

Он, не торопясь, прошел в гостиную. Мисс Максвелл что-то монотонно печатала на компьютере, возможно, правя ошибки в сценарии своего текста для телешоу. И лишь когда Дэм аккуратно постучал по деревянной панели прохода, она медленно и спокойно оглянулась на него:

– О, ты уже пришел. Будешь ужинать?

Ее голос был ледяным и бесстрастным. В низ живота Дэмиена будто свалили камень, больно тянущий все внутри него к полу. Ноги приросли и не хотели двигаться. Вот значит, как она.

В тусклом свете лишь одной настольной лампы стало видно её проявляющиеся морщинки и руки со вздутыми венами. Дэм представил её ведьмой, что вырезали сердце и вставили вместо него свинец. Куда же подевалось все ее наигранное дружелюбие?

– Насколько же сильно тебе наплевать на меня? – эти слова дались Дэмиену с трудом, но они подействовали пощечиной для его матери.

Она словно очнулась от лунатизма. Взгляд ее стал осознанный, но сильно встревоженный. Она бегала глазами из стороны в сторону, отчаянно подбирая нужные слова:

– Дэмиен, прекрати говорить глупости, пожалуйста.

– О, теперь ты называешь это так? – нервный смешок вылетел у него изо рта, и Дэм прикрыл рот кулаком. Только бы сейчас не потерять самообладание.

– Что ты хочешь услышать от меня?

В ее голосе слышна усталость. Сейчас мисс Максвелл отмахивалась от своего сына, словно от назойливого заказчика, что просит чего-то невозможного.

– Я не знаю, – его голос стал дрожать. К глазам начинали подходить слезы, застилая всю видимость.

Возможно, Дэм хотел увидеть в ее глазах волнение. Возможно, ему хотелось, чтобы мама просто подошла и без слов обняла его. Сейчас он бы даже не стал отстранять ее. Ему так безумно хотелось чего-то человеческого и теплого. Но вместо этого, мисс Максвелл смотрела на него с чувством отвращения:

– Дэмиен, ты же взрослый мальчик. А взрослые уже не плачут по пустякам.

Он просто не знал, что сказать ей в ответ. Слезы градом стекали по щекам, а изо рта вырывались жалостные всхлипы. Дэм чувствовал себя просто унизительно, но ничего не мог с собой поделать. Это было выше его сил. Именно в этот момент, он окончательно понял, что остался совсем один.

Дэмиен ничего больше не сказал. Он просто молча поднялся в свою комнату и закрыл за собой дверь.

За окном ярко горели фонари, разрезая темноту на черные и белые полосы. В гробовом молчании дома, можно было услышать редкий шум проезжающих машин. В его квартале все начинало засыпать, готовясь к новому дню. Но пройди еще немного – и ты увидишь другую сторону города. Живую и вечно не спящую. Сан-Франциско – город контрастов. Мечты и разбитых надежд. Труда и пожирающего одиночества.

– Если ты сейчас здесь, – Дэмиен тихо шептал себе под нос, словно читая заклинание, – то скажи, я действительно не смогу все это пережить?

Ответа, конечно же, не было. Хотя сейчас Дэм действительно был бы рад поговорить хоть с кем-то. Даже с Ним.

– Эй, призрак, я разрешаю тебе говорить со мной. Приходи.

И снова ничего. Он так и думал. Все это – плод его же воображения.

– Ну и иди ты к черту.

И Он действительно пошел.

***

На следующий день пора было возвращаться обратно в школу и быстрее наверстывать упущенное. Пришлось собрать все рецепты и диагнозы, что поставили ему врачи. В основном, многие сошлись на том, что это – последствия тревожной депрессии, где тревога – преобладающая ее часть. Такое случается при длительных стрессах, недосыпах и неудовлетворенности собственной жизнью. Ему прописали множество лекарств, в том числе и антидепрессантов, но пока Дэмиену ничего из этого принимать не хотелось. Еще оставалась надежда на то, что он сможет выкарабкаться из всего этого самостоятельно.

Проблемы начались сразу же, как только он перешагнул порог своей комнаты. Недовольный взгляд соседа тут же просверлил в нем дыру.

– Все в порядке?

Дэмиен видел, что это совсем не так, но ему хотелось верить, что это не из-за него.

– О, ты вернулся.

Язвительный тон укольнул Дэма, но он постарался не обращать на это внимания. Или, может, что-то произошло? Возможно, по его же вине? Но ведь его даже не было в школе в это время!

Улыбнувшись формальной улыбкой, Дэмиен стал неторопливо раскладывать по местам свои вещи. Но то и дело его мысли и внимание возвращались к Лори. Ведь тот, не смотря на то, что был погружен в изучаемый им материал, был слишком нервным. Все его движения были резкими, а взгляд рассеянным. Было видно, что он сейчас где-то далеко в своих посторонних мыслях.

– Лори, – Дэм тихо позвал соседа, не надеясь на ответ с его стороны, – ты ведь знал, что так выйдет. Мне жаль.

– Ты думаешь, я сержусь на тебя? Не волнуйся, ты здесь совсем не при чем.

– И в чем же тогда дело?

– Это не важно. Для тебя.

Лори специально интонационно выделил последнее слово. Вероятно, сосед хотел таким образом успокоить Дэмиена, но это только еще больше ранило его. Он снова почувствовал себя здесь чужим и абсолютно ненужным.

Последующие несколько дней стоял густой туман. В Сан-Франциско всегда вечная весна, но здесь словно другой мир – темный и мрачный. Погода была влажной, а солнца не было видно уже давно. Лишь сизые очертания.

Дэмиен погрузился в учебу. По крайней мере, он усиленно делал вид, что это именно так. На самом деле, он просто больше не мог ни с кем общаться. Лори и Сирена не разговаривали с ним со дня приезда, не считая сухих приветствий. Каспер он не видел, да и особо не желал. Ведь их последняя беседа была слишком откровенной и тяжелой. Должно было пройти немало времени, чтобы Дэм смог преодолеть свое смущение и стыд после этого.

Бессонница.

Она стала его лучшей подругой и худшим врагом. Дэмиен уже не мог представить себя отдельно от нее. Словно бессонница была частью его повседневной жизни, чертой характера. Дэм уже даже боялся потерять ее, словно без нее исчезнет он сам.

Конечно же, Дэмиен спал. Рвано, кусками, отрывками. Но даже в этих кусочках складывались ужасающие картины. Он боялся закрывать глаза. Ведь тогда он видел Его. Теперь, когда Дэм видел Его и смог разглядеть детально, память безжалостно раскрывала перед ним это пугающее лицо с мертвым рыбьим взглядом. От призрака можно было ожидать только плохого. И Дэмиен это прекрасно знал. Он опасен. Он хочет его смерти. Теперь Дэм окончательно убедился в этом.

Или это его же желание?

В одну из ночей, Дэмиену приснился сон. Дэм часто просыпался, но как только закрывал глаза, тут же проваливался в тот же кошмар, где он и прервался. Он пытался не спать, но тогда видения приходили наяву, что было еще страшнее. Поэтому, Дэм предпочел засыпать вновь и вновь:

Во сне он был самим собой. Дэм стоял в своей комнате в общежитии и слушал крики. Это была ужасная, нецензурная ругань, что усиливалась с каждым словом. Кажется, кричали в самой комнате. Или в соседней. Не столь важно. Казалось, кричали именно на него.

– Ты не сможешь так жить дальше!

– Ты должен просто перетерпеть это!

«Но кому я должен?», – спокойно подумал Дэмиен, «Разве есть люди, которым я что-то обещал?»

Дэмиен медленно погружался в пол. Деревянные бруски стали булькающим болотом, что засасывали его вниз. Но Дэм и не думал сопротивляться этому. Лишь когда он уже погряз в полу по пояс, к нему подошел Он. Призрак присел на корточки, чтобы смотреть своим безразличным взглядом прямо на Дэмиена и спокойно сказал:

– Очнись, ты не Арей.

Дэм открыл глаза. Холодный пот прошиб его до такой степени, что вся его пижама была мокрой. Он аккуратно потрогал свое тело, что еще недавно засасывало деревянное болото, и потрясенно прошептал:

– Арей. Вот как тебя зовут.

***

А на утро, после увиденного сна, Дэмиен впервые решился спуститься на завтрак. Как правило, утром и днем его жутко тошнило, отчего он даже думать о еде не мог. Но сегодня Дэм переборол себя, чтобы поскорее увидеться с ней.

Каспер сидела одна за столом и спокойно завтракала небольшой порцией панкейков.

– Давно не виделись, – она устало улыбнулась Дэмиену, как только тот сел напротив ее.

– Как твои дела?

Дэм старался говорить как можно непринужденнее. Последнее, что ему сейчас хотелось – потерять последнего собеседника.

– Прекрасно. Впереди рождественские каникулы. Так что, надеюсь, скорее выбраться с семьей на горнолыжный курорт.

Последующие пятнадцать минут, они вели бессмысленную, но расслабляющую беседу. Для Дэмиена это был глоток свежего воздуха. Ему было просто необходимо пообщаться с кем-либо. Лишь бы не возвращаться к мыслям об Арее.

– Увидимся на обеде?

– Да, почему бы и нет.

Попрощавшись с Каспер, Дэм облегченно выдохнул. Теперь он не будет один. По крайней мере, на некоторое время.

Он чувствовал, что с каждым днем растет напряжение между ним и Лори. Дэмиен не понимал, с чем это может быть связано. Но предполагал, что из-за его уезда

побега

из пансиона. Никто не любит слабаков. Особенно, если из-за них рушатся планы.

Дэм не раз пытался поговорить с ним, но натыкался на непробиваемую стену безразличия. Лори умел быть беспристрастным. Это его самый большой талант.

Но надолго ли хватит его? Где тот край, что может надорваться, создавая за собой необъятную рваную рану, что заштопать будет практически невозможно? Это слишком опасно, парень. Ты играешь не с тем, с чем следует.

На обеде время пролетело быстро. Словно ни в чем не бывало, Каспер и Дэмиен продолжили общаться, как хорошие знакомые. Правда, каждый из них играл свою роль. И они оба это понимали. Это была вынужденная мера. Плата за то, чтобы больше не быть одним. Но если Дэму это было действительно необходимо, то зачем Каспер нужно притворяться? Возможно ли, что она делает это искренне?

Нет, это просто глупости.

Наступило утро воскресенья, и мисс Максвелл снова приехала за ним. В этот раз она улыбалась еще шире, но движения ее были скованными и неловкими. Дэмиен же просто не понимал, как себя с ней вести. С каждой минутой он просто раздражался все сильнее, хоть и понимал, что временами ведет себя с ней просто по-хамски.

– Куда бы ты хотел поехать, Дэмиен?

Машину слегка потрясывало, когда они выезжали на трассу, ведущую в Сан-Франциско.

– У меня же сегодня встреча с психологом.

– Да, но она назначена на три часа дня. А, по моим подсчетам, мы приедем до полудня. Может, хочешь где-нибудь пообедать?

– Я не голоден.

– Дэмиен, за эту неделю ты, кажется, еще больше похудел.

– И что?

– Просто я…

– Прекрати.

Резкий тон Дэма заставил мисс Максвелл вздрогнуть. Но тот и сам понял, что снова перешел границу.

– Извини, я просто снова плохо спал.

– Ты принимаешь таблетки, что выписал врач?

– Конечно.

– Тогда почему они лежат на моей прикроватной тумбочке?

– Извини.

– Ты думаешь, они не помогут тебе?

– Я устал. Давай послушаем музыку?

Он уже потянулся к радио, но мисс Максвелл не дала Дэму включить его.

– Дэмиен, давай поговорим.

Он лишь обреченно прижался к спинке сиденья и стал разглядывать проезжающие мимо них машины.

Мисс Максвелл не стала продолжать разговор, не услышав от сына ответа. Лишь сама включила радио, и приятный голос в динамике запел о том, как прекрасно отдохнуть в воскресенье за ужином с семьей.

Они заехали в первую попавшуюся закусочную, что выглядела достаточно типично, но уютно. Здесь подавали ароматный кофе, чизкейки и сандвичи. Именно то, чем и положено обедать.

От изобилия съестных запахов, Дэма стало подташнивать. Последнюю неделю у него абсолютно пропал аппетит. Общаясь с Каспер, он, как правило, брал стакан апельсинового сока и пару тостов. На большее его желудок согласен не был.

Благо, мать не стала заставлять его что-то выбирать, предоставив полную свободу выбора. Дэмиен решил выпить чашечку кофе и, для вида, взял фруктовый салат.

– Как твои дела в школе?

Снова заезженная пластинка.

– Все хорошо.

– А как поживают твои друзья?

– Прекрасно.

– Если хочешь, то мы можем как-нибудь пригласить их на барбекю.

– Не думаю, что у них будет время на это.

– Да, но впереди День Благодарения. Думаю, за четыре дня у них время найдется.

– А ты хочешь забрать меня на праздники?

Вот это неожиданность. Впрочем, такие обещания для нее не новость. Удивительное то, что она уже вторую неделю забирает его к себе. Возможно ли, что его мать действительно решила измениться? Всего-то и нужно было довести себя до нервного срыва. И как он раньше не додумался до этого.

– Или мы можем поехать в Портленд. Ты ведь давно с бабушкой не виделся?

– Двенадцать лет.

Мисс Максвелл замолчала и отвела взгляд. Было видно, насколько неловко она себя чувствует. Кажется, она действительно потеряла счет времени. И потеряла за это время взросление сына.

– Так мы… поедем к бабушке? – не вытерпел гнетущего молчания Дэм.

– О, да, конечно, если ты хочешь.

– Прекрасно, – он легкомысленно пожал плечами и наколол на вилку клубнику.

И все. На этом их разговор закончился. Его мать изменилась после последних слов, сказанных Дэмиеном. На ее лице появилось задумчивое и напряженное выражение. Довольно забавно было такое наблюдать. Вместо того, чтобы сейчас налаживать контакт с сыном, она наверняка жалеет о прошлом. О том, что не начала все это раньше. Но вот же здесь Дэм, почему бы не начать прямо сейчас?

В пять часов Дэмиен был уже дома. Ему не особо нравилось общаться с психологом. На самом деле, она раздражала его, как и все взрослые. Делала вид, что ей не все равно, задавала странные вопросы. Если бы была такая возможность, то Дэм предпочел бы сам выбрать себе психолога. Но отчего-то ему не хотелось расстраивать этим мать, ведь именно она позаботилась о том, чтобы Дэмиен ходил к этому психологу.

Как только он закрыл за собой входную дверь, к нему подбежала мисс Максвелл с таблетками и стаканом воды в руках.

Только этого не хватало.

– Я не буду это пить, – наотрез отказался Дэмиен, обходя мать и направляясь к себе в комнату.

– Но это важно для тебя. Подумай о своем здоровье.

– Я думаю. Поэтому и иду к себе в комнату, – огрызнулся тот.

– Что ты имеешь в виду?

Дэм повернулся к матери, стоя на лестничном пролете. Сейчас он смотрел на нее и думал, что они вряд ли смогут ужиться под одной крышей. Это все слишком обременительно для того, кто привык всегда отвечать за себя самостоятельно.

– Я не буду принимать таблетки, – лишь упрямо повторил Дэмиен, не желая более разговаривать.

– Не заставляй меня звонить доктору, мистер, – вот и мисс Максвелл начинает потихоньку злиться.