Всё, что я хочу

"Всю жизнь я искал чего-то, метался, встречался с женщинами, чужими и чуждыми мне, а вернулся обратно и нашёл всё то, что искал- свою Родину и свою любовь. Ибо, там, где она, там и есть моя Родина…"

Лишь бы эта дорога никогда не заканчивалась. Но любая дорога заканчивается и они вышли к водопаду. Когда он осторожно, как фарфоровую статуэтку, опустил её, Мария взглянула на него и не узнала. Глаза Сергея казались почти чёрными, словно два омута, в которых она уже практически утонула. Ох, уж этот его взгляд! Права матушка- как ножом по сердцу!

Водопад, к которому они вышли, был совсем небольшой, его хрустальные струи разбивались о камни, лентой струились среди них, теряясь в густой сочной траве.

– Вот наш камень, Маша, помните?– Сергей указал на плоский камень, находящийся в тени нависающей над ними скалы. Это было очень кстати, потому что солнце достигло своего апогея и начало припекать.

– Верно, наш камень, – обрадовалась Мария ему, как старому знакомому, – О, Серж, я помню, как мы сидели здесь, на этом камне. Надо же, – она погладила рукой тёплый камень и села на него,– Мне казалось, что он немного больше, – Мария подняла смеющиеся глаза на Сергея. Сергей улыбнулся в ответ и сел рядом.

– Это прекрасно, правда?– произнесла Мария, – Такая тишина кругом.

– Вы прекрасны, – так же тихо ответил Сергей. Мария кинула на него быстрый взгляд и улыбнулась:

– Тссс.

Она приложила тоненький пальчик к своим губам и Сергею страстно захотелось поцеловать этот пальчик и эти розовые губы. Но только сидел тихо, заворожённый этим местом, звуком падающей воды, пением птиц.

– Мари,– княгиня вошла в гостиную, где Мария сидела в кресле, подобрав под себя ноги, и перечитывала поэму лорда Байрона, – Известно ли тебе, что о вас с Сержем уже ходят слухи.

– Правда?– Мария, ни на миг не смутившись, подняла голову, – И что же говорят?

– Вы слишком много времени проводите наедине. Меня уже спрашивали, не помолвлены ли вы? Мари, ты должна понять, что уже не ребёнок и не можешь проводить время с мужчиной, особенно очень привлекательным.

– Значит, и вам, матушка, нравится Чайлд Гарольд?– спросила Мария, скрывая улыбку.

– Ох, Мари, что же с тобой делать?– вздохнула княгиня, – Слишком ты самостоятельная, на свою беду. И что, если Константин узнает, что ты

проводишь своё время с его другом.

Мария вспыхнула:

– Я устала говорить, что не давала слова Константину. Когда вы меня услышите? Мне он не нравится и я не буду его женой.

– Значит, тебе нравится Серж, – княгиня вздохнула ещё раз,– Ты не понимаешь, как трудно быть замужем за красивым мужчиной.

– Я зато очень хорошо понимаю, какого быть замужем за нелюбимым мужчиной, – отпарировала Мария,– Матушка, вы не слышите меня. Я не выйду замуж за Константина.

– Увидим,– с необычайной мягкостью ответила княгиня, потрепав дочь по щеке.

Когда она вышла, Мария резко поднялась с места, скинув книгу с колен, так, что она заскользила по паркету в другой конец комнаты. Девушка подняла её бережно,

погладила корешок. Это была книга о Чайлд Гарольде, само имя которого напоминало ей о Сергее. В гостиную тихо вошёл отец. Увидел Машино мятежное лицо, подошёл к ней и ласково погладил по волосам. Мария любила отца, тихого, ласкового человека, который всегда поддерживал её.

– Я не выйду за Константина, папенька, – сказала она твёрдо.

– Ох, Машенька, у меня и в мыслях не было заставлять тебя,– тихо сказал князь, – Но твоя матушка вбила себе в голову, что это лучшая партия для тебя.

– Вы же слышали, что говорят о Константине, – проговорила Мария, – И о его непотребствах.

– О Серже тоже немало судачили,– сказал князь задумчиво, – Но им ты не веришь.

– Я знаю Сержа, – ответила Мария, – И

верю ему. А Константин опасается приезжать в Петербург. Николай Павлович не особо его жалует. Княгиня не боится, что вместо родства с императорским домом получит опалу в лице Константина?

– Она верит, что ты способна перевоспитать беспутного Костю и Государь вернёт свою милость.

– Сказки, – бросила Мария,– Вы, батюшка, тоже верите в это?

Князь Демидов замолчал.

Приём в доме Демидовых был назначен на субботу, двадцать пятого мая. Сергей приехал одним из первых. Мария опасалась, что после их разговора княгиня будет холодна с ним, но опасения были напрасны. Княгиня была мила, как никогда, и сразу же завладела вниманием Сергея, взяв его под руку. Тот только и успел

поцеловать Марии руку и бросить на неё такой выразительный взгляд, что ей стало жарко в летнем лёгком платье.

"Как ножом по сердцу. "

Соседи всё прибывали и прибывали. Музыканты уже начали настраивать свои инструменты в бальной зале. Окна были распахнуты настежь. Николай Васильевич и Мария стояли у крыльца, приветствуя гостей. Пахло цветами и солнцем и Мария была счастлива. В том числе оттого, что Сергей был здесь. Она знала, что он думает о ней, хотя не понимала, откуда в ней эта уверенность. И улыбалась чему-то ещё неведомому, но уже приближающемуся.

Сергею хотелось поскорее вырваться из цепких рук Анны Алексеевны, но та крепко держала его за локоть, рассказывая о личных встречах с

Николаем Павловичем так, будто это был её ближайший друг. Сергей слегка утомился от непрерывного града слов, слухов и вопросов и его радужное настроение слегка померкло, но вот они подошли к распахнутому окну бальной залы, где уже собирались гости, и Сергей увидел Марию. Она стояла спиной к нему рядом с отцом, в кремовом платье с открытыми плечами. Локоны, рассыпанные по спине, сияли на солнце. Отбросить бы сейчас эту руку, вцепившуюся в него, и сбежать вниз, по широким белым ступеням, к ней, туда, куда тянется его сердце.

Наконец, Анна Алексеевна его оставила, подошла к прибывшим гостям, а Сергей, раскланявшись со всеми, вышел на улицу. Николай Васильевич поднимался по ступеням, сопровождая последних прибывших

гостей, а Марии на прежнем месте уже не было. В нетерпении Сергей прошёлся вдоль дома до угла и увидел Марию. Она беседовала с Ольгой Быстровой и Аркадием Вознесенским, потом махнула им рукой и задумчиво пошла по дорожке от дома. Она совсем не удивилась, когда высокая фигура Сергея выросла перед ней.

– Я думала о вас, Серж, и вот вы здесь, – просто сказала она.

У Сергея перехватило дыхание. Он открыл было рот, чтобы сказать ей, что любит, но она опередила его.

– Хотите, я покажу вам нашу оранжерею?

– Конечно, – едва смог выдавить Сергей. Он предложил ей руку и она положила свою на белый шёлк его рубашки. Сегодня на Марии не было перчаток и её ручка казалось такой беззащитно хрупкой, что у Сергея навернулись

слёзы на глаза. Она молчала, охваченная своим новым чувством. И это молчание сказало им больше, чем любые слова.

Оранжерея у княгини была поистине великолепна. Она была разделена на несколько застеклённых помещений, переходящих одно в другое. Едва ли Сергей увидел что-то вокруг себя, всецело поглощённый девушкой, что шла сейчас рядом с ним.

– Вы сказали, что думали обо мне, Мари,– сказал он неожиданно, почувствовав, как напряглась белая ручка на его руке,– Что же вы думали обо мне?

Она как-то странно посмотрела на него и сказала:

– Не стоит придавать особое значение сказанным мною словам. Я разговаривала с Ольгой и Аркадием, и знаете, Серж, у них всё давно решено, всё просто и понятно. Мне претят

упоминания матушки о моём несуществующем женихе, и претит, когда вокруг все спрашивают, когда же он намерен вернуться.

– Я вызову его на дуэль и убью,– выпалил Сергей, останавливаясь и глядя на девушку горящими карими глазами.

– Ох, ну и взгляд у вас, Сергей, – Мария опустила глаза, – Даже не думайте ни о какой дуэли. Обещайте мне.

– Вы боитесь за него?

– Не за него,– шепнула Мария и тут же схватила молодого человека за руку,– Тише.

Она посмотрела на Сергея, её глаза снова искрились смехом.

– Там тётушка, и она не одна. Идём.

Она потянула его за собой к закрытой двери, повернула ключ, торчавший в замке и быстро вошла в соседнюю оранжерею. Она была недостроена,

поэтому заперта на замок. Мария аккуратно повернула ключ изнутри, стараясь, чтобы их не услышали и спряталась, всё ещё держа Сергея за руку. Смех за дверью приближался.

– С кем это она?– тихо спросила Мария. Сергей хотел что-то сказать, но Мария приложила пальчик к его губам. Сергей нежно поцеловал его и тут же опустился на колени и заговорил глухо:

– Я люблю тебя, Маша! Нет сил больше скрывать это, люблю с первой встречи в Петербурге.

Он вскинул голову, посмотрел на неё. Его лицо пылало, в глазах светилась такая тоска и нежность, что Мария не выдержала. Она обхватила его лицо ладонями, вгляделась полными слёз глазами в его лицо и сказала нежно: