Приказ простой

5

«Мн-да, что-то я и правда маху дал с последним сравнением, занесло на повороте… – признал свою оплошность Киборгин, как ошпаренный выскочив из штабной палатки и провел ладонью по лицу стирая слюни коими его успел забрызгать разъярённый полковник. – Надо не забывать, что мне сейчас двадцать пять, я зеленый летеха и времена сейчас такие, что язык надо держать за зубами. Хорошо еще что замполит мои слова не слышал, а то он устроил бы мне головомойку и проблемы по политчасти выпнув из комсомола, а это крест на карьере. Одно хорошо, батяня не сдаст…»

Анатолий так же подосадовал на то, что из-за всего этого не смог донести идею с дымовой завесой. Кроме того, он ее сейчас дополнительно развил, ведь можно не просто дымом обзор противнику застить, но и использовать химию, тот же хлорпикрин. Какой из противника боец, если у него слезятся глаза, а нос забит соплями? Голыми руками можно брать…

«Вот почему до этого всего не додумались?!» – недоумевал он.

Свидетелями его поспешной ретирады, а также ора полковника, оказалось несколько солдат с парой офицеров, что с интересом посмотрели в его сторону, так что уже к вечеру все будут в курсе о происшествии. Тот же дежурный или писарь разболтает, а может оба-двое сразу.

– Ну и ладно… пусть немного остынет.

Поскольку приказ, пусть и устный на проведение эксперимента по защите брони экранами имелся и его никто не отменял, то лейтенант направился в расположение автороты, что занимала просто огромную площадь ибо за сводным усиленным батальоном значилось только БТРов 45 штук, а так же танковая рота состоящая из 11 легких плавающих танков ПТ-76, причем один из них был огнеметным, усиленные пятью танками Т-55, ну и конечно куча транспортных грузовиков и прочей техники.

Механики сейчас как раз возились с подбитым БРДМ разбирая его на запчасти, что еще можно было использовать.

Всем хозяйством по эксплуатации и ремонту командовал майор Новицкий, пятидесяти лет. Из числа «вечных», но он и не хотел повышения найдя себе оптимальную должностную нишу и хорошо понимая, что это его потолок компетенции, а если пойдет выше, то просто «потеряется». Чем-то напоминал гоголевского чиновника из произведения «Шинель».

– Здравья желаю, товарищ майор.

– И тебе не хворать, герой. Чего хотел? Или просто пришел посмотреть? – кивнул он на обгоревший корпус «бардака».

– Нет, по делу. Товарищ полковник приказал провести эксперимент по дополнительной защите бронетехники от кумулятивных гранат, чтобы как раз не жгли вот так вот просто, – кивнул в свою очередь на БРДМ Анатолий.

– Так мне бы и сказал бы…

– Инициатор я, а в армии сами понимаете…

– Понимаю! – засмеялся майор. – Инициатива имеет инициатора!

– Ну да. Потом, если эксперимент покажет, что все работает, то будет приказ по всем правилам, а до этого момента и суетиться ему незачем.

– Ну да… Ладно, чего делать надо? А то гранаты эти и впрямь жопа. Придумать их придумали, а о защите от оных – нет.

Анатолий рассказал идею с защитными экранами и решетками.

– Вот ведь напасть… – с недовольным видом произнес командир автороты после получаса, во время которого пытались найти что-то подходящее для дела.

– Что-то не так, товарищ майор?

– Да не из чего нам все это делать, лейтенант. На эксперимент может и наскребем…

– Ну и ладно. Главное, чтобы он показал положительный результат, а уже по его итогам из Союза привезут необходимое.

– Тоже верно.

В общем, закипела работа. Проще всего оказалось с листом стали, нашли у себя куркули-завхозы несколько листов толщиной в три миллиметра бог весть для чего необходимые, а вот с арматурой для варки решетки оказалось хуже. Но и тут выкрутились, порезав те же стальные листы газовой горелкой на полосы по три сантиметра шириной, вырезали пазы, все состыковали и прихватили электрической сваркой. Ячейки сделали мелкие, по пять сантиметров стороной, ну так и гранаты к РПГ сейчас довольно худые.

Потом этой броней, на необходимом расстоянии, укрыли борт распотрошённой к этому времени подбитой БРДМ.

После того, как все оказалось готово, Анатолий вернулся в штаб батальона. Выбрал момент, когда комбат остался один.

– Товарищ полковник, разрешите обратиться…

Тот только хмуро кивнул.

– Я прошу прощение за неуместное сравнение…

– Ладно лейтенант, забыли… но за языком впредь следи.

– Так точно.

– Еще что?

– Так точно. Пришел доложить, что ваш приказ выполнен.

– Какой еще приказ?

– О проведении эксперимента по дополнительной защите бронированных машин от угрозы поражения кумулятивными гранатами, товарищ полковник. Теперь требуется ваше разрешение на проведение натурных испытаний брони, то есть обстрела из РПГ.

– Хм-м… Ну пойдем, посмотрим, чего вы там навертели…

Посмотрели. Причем не одни. Суета у реммастерской не осталась незамеченной и туда подтянулись офицеры батальона.

– Мн-да… выглядит конечно… – с сомнением произнес полковник.

– Ну да, кривовато чуток получилось… но нам шашечки или ехать?

Появился и замполит, что по определению не мог пропустить ни одного столпотворения.

– Что это?

Объяснили.

– То есть мы показываем свой страх перед лицом врага?

– Чего? – с удивлением уставился на Липкина лейтенант Киборгин. – То есть нам, товарищ майор, лучше показывать свое бесстрашие перед лицом бандитов, но нести потери которых можно избежать? А давайте вы будете сопровождать каждый цинковый гроб родителям тех парней, зажаренных в этих стальных коробочках… Вот пулеметчику в башне например кумулятивная струя просто испарит голову и вы объясните его матери, что стал он всадником без головы только лишь из-за того, что вы настояли, чтобы мы не показали свой страх перед лицом врага…

– Ты что себе позволяешь, лейтенант?! Как смеешь со мной говорить в таком тоне?!! – взорвался замполит в первый момент опешив от наезда со стороны с пол-оборота завёдшегося Киборгина.

К такому он понятное дело не привык, а привык к обратному, что все перед ним трясутся не желая огрести проблем. И такая власть очень плохо действует на людей завышая их самомнение до совсем уж неприличных величин. Чем-то кипящий от возмущения замполит напомнил лейтенанту старпома из фильма «Поднять перископ», когда тот задыхался от возмущения на поведение матроса.

Прочие офицеры посмотрели на Киборгина со смесью восхищения и удивления, пополам с жалостью. Дескать, подставился ты, конечно, знатно камрад, но безумству храбрых поем мы песню, мы будем помнить тебя и чтить…

«Что-то я и впрямь срываюсь легко, стал резким как понос… – подумал он с неудовольствием от своей несдержанности. – Наверное молодое тело влияет, гормоны, то да се…»

– Тихо, Павел Владимирович, – успокоил полковник замполита, положив руку ему на плечо и многообещающе посмотрев на лейтенанта, а тот растеряв все свое красноречие, продолжал хватать ртом воздух словно выброшенная на берег рыба. – Давайте проверим эффективность этого на полигоне… Позовите расчет гранатометчиков…

БРДМ уже лишенную колес, подцепили к танку и оттащили на полигон. Там по приказу полковника, гранатометчики влепили по получившейся мишени две гранаты, по одной в лист и решетку. Вспышки выглядели впечатляюще и мало кто поверил в то, что защита смогла выполнить свою задачу. Но каково же оказалось удивление, когда выяснилось, что она-таки сработала и новых пробитий в броне не обнаружилось, хотя саму защиту конечно сильно помяло и порвало. Особенно пострадал стальной лист, его местами сорвало и выгнуло, так что сразу стало ясно почему предпочитают использовать именно решетку, она пропускает через себя взрывную волну.

Замполит тем временем успокоился и недобро взглянув на своего обидчика, явно пылая жаждой мести, ушел к себе.

В общем стало ясно, что такая броня нужна и полковник отдал необходимые распоряжения подчиненным по хозчасти, чтобы те оформили заказ на нужные для ее изготовления материалы. А вот когда все привезут, это конечно вопрос, ибо грузопоток сейчас такой, что впихнуть в него что-то еще весьма нетривиальная задача. Но хоть так, чем вообще никак.

– Товарищ полковник…

– Что еще лейтенант?.. – даже как-то устало-обреченно спросил комбат.

– Я краем уха слышал, что есть новые бронежилеты с титановыми пластинами… вот бы и нам их получить. Пусть, как вы считаете, до возвращения всего несколько месяцев, но ведь мы не абы кто, а ДШБ и вполне можем поучаствовать в разгроме каких-нибудь банд, так что кого-то эти бронежилеты смогут спасти. Может они где-то на складах у каких-нибудь мотострелков лежат кои всякой ерундой страдают, вроде охраны аэродромов и прочей инфраструктуры. Так нам броники нужнее будут, чем курортникам этим…

Полковник недовольно поджал губы, явно удерживая в себе какие-то грубые слова, но сказал другое:

– Хорошо товарищ лейтенант, я провентилирую этот вопрос. Теперь все?

Вообще-то у Киборгина было еще не все, далеко не все, дымовухи те же, но решил пока больше не давить. Пусть хотя бы эти моменты будут реализованы, а там уже можно будет снова озвучивать инициативные предложения.

– Так точно, товарищ полковник, все.

– Отлично!

Полковник ускоренным шагом поспешил вернуться в штаб, явно опасаясь, что лейтенант передумает и снова начнет фонтанировать идеями, не иначе контузия сказалась.

– Ну ты братуха дал стране угля! – хлопнул по плечу Киборгина старший лейтенант Хватов, командир третьего взвода той же третьей роты. – Выбесить за день комбата, а потом замполита, это надо постараться! Осталось еще особиста раздраконить для ровного счета!

Остальные офицеры так же обступили его.

– У бати ко мне вопросов нет…

– Тебе Толян и замполита хватит за глаза, чтобы он тебе глаза на жопу натянул!

– Прорвемся. А уж кто кому чего натянет, это еще вопрос…

«Хотя наградные мне точно зарежет, – подумалось ему. – Ну и хрен с этой железкой».

Так посмеиваясь и перешучиваясь, все вернулись в расположение.

6

С утра следующего дня Анатолий Киборгин решил заняться личным составом своего взвода, приступив к актуальным в горных условиях тренировкам.

– Отставить бег! – приказал он.

– Товарищ лейтенант? – удивился замкомзвода. – А что нам делать?

– Бег нам в данных условиях не только бесполезен, но и вреден, а потому будем учиться ходить.

– Ходить?! – еще сильнее удивился старший сержант.

– Именно. Нам предстоит в скором времени много ходить по горам, подниматься по тропам и спускаться по ним же, а нужные группы мышц для этого дела у нас не натренированы. Потому сейчас спускаемся по склону и будем ходить вверх-вниз, вверх-вниз…

Условия для подобных тренировок имелись идеальные в том плане, что лагерь морских пехотинцев стоял на плато. Гозара вообще находилась на границе «перепада высот», к юго-востоку лежат горы, в которых анклавом жили таджики (так же они проживали большим анклавом вокруг самого Герата), а к северо-западу – равнина, где обитали пуштуны. Вообще области проживания народов Афганистана та еще мозаика…

С гор стекал ручей и огибая плато шел дальше в Гозара. Еще дальше, метрах в ста северо-западнее шла дорога. Все пространство от ручья и до дороги заминировали… пока правда лишь сигнальными средствами, даже колючки еще не натянули.

«Надо бы ручеек этот перекрыть дамбой, – подумалось лейтенанту. – Даже если мины чудом пройдут, то вода станет еще одним преграждающим фактором. Кроме того, отличное средство охладиться будет, ибо жара тут летом нередко до пятидесяти градусов поднимается. Главное, чтобы туда отравы какой не залили, но до применения бактериологического оружия американцами против советских войск еще пять лет… Вот в конце 84-го и весь 85-й год надо будет сторожиться».

Что до тренировки, то посмотрел как-то Киборгин нашумевший фильм «Девятая рота» и потом плевался от кадров тренировки бойцов с карабканьем по склону да еще с мешками полные камней за спиной. Вот так вот сходу нагружать людей конечно же нельзя, это вам любой тренер по физическому развитию скажет. Это на самом деле лучший способ сделать из людей инвалидов, сердце таким макаром посадить как нехрен делать. А то и вовсе кто-то загнется от такой тренировки да на тридцатиградусной жаре. И если уж нагружать солдат, то постепенно и уж конечно не в самую жару. Солдаты по приезде в Афганистан и так просели по физическим данным из-за высокогорья. Так, например боец способный подтянуться двадцать раз, едва осиливал десятку.

– Мне не требуется от вас рекорды на скорость или там ловкость, потому ходим аккуратно, бережем ноги, не хватает еще заполучить вывихи. Мне нужна от вас выносливость и я ее вам привью. Потому поднимаемся без надрыва хорошо выбирая место куда ставите ногу. Пошли.

Понятное дело, что Анатолий не только отдал приказ, но и сам стал тренироваться несмотря на недавнее сотрясение, но чувствовал себя вполне хорошо, лекарства опять же пил, ну и пример надо подать.

Сразу же выяснилось, что ходить по горам в сапогах не слишком удобно. Подошва скользила на камнях, да и вообще нога не чувствовала поверхность, плюс сапоги сами по себе не слишком удобны.

«Кроссовки нужны…» – вспомнил он.

Увы, до централизованного снабжения бойцов спортивной обувью еще шесть лет, до этого времени придется выкручиваться самостоятельно. Беда в том, что купить их пока не на что. Своих денег ему на импортную обувку даже для отделения не хватит. Первые кроссовки пришлось с мертвых и пленных душманов снимать…

Впрочем, мысль, где взять нужную спортивную обувку у Киборгина уже появились, благо, как он помнил, возможность переобуться скоро представится. Ну а пока так.

– Ну что бойцы, чувствуете, как ноги уже гудят?

– Так точно, чувствуем!

– Это нужные мышцы заработали. Так что еще давайте десяток подходов сделаем и на этом можно заканчивать…

После десятого «прохода» морпехи с красными рожами, обливаясь потом словно после бани, вылезли наверх на подкашивающихся ногах, хрипя от недостатка воздуха, курильщики буквально готовы были выхаркать легкие, благо их во взводе оказалось немного – пять человек. Киборгин выглядел не лучше, плюс тупая боль в голове поселилась. Все-таки перенапрягся.

– Чего бойцов своих тиранишь, Толян? – спросил старлей Хватов, кивнув на изможденных «зомби», один из неформальных лидеров в батальоне среди младших офицеров, подойдя в компании еще нескольких лейтенантов.

На бойцов Киборгина с усмешкой и может быть где-то в глубине души с сочувствием смотрели другие морпехи из прочих взводов и рот, что проделывали обычные упражнения.

– Как говорил Суворов, тяжело в учении – легко в бою, – ответил тот, сплюнув вязкую полную песка слюну. – Так что лучше они сейчас у меня прольют цистерну пота, чем потом станут лить ведрами кровь. И вы мне поверьте, побегать нам по горам придется и хорошо если за духами, а не от них. А то может и так случиться, что охотник превратится в дичь… И вот по горам, в отличие от басмачей, мы как раз ходить не умеем. Сами попробуйте пройтись и сразу почувствуете, как все плохо. И хрен с тем если духи от нас сбегут – снова попадутся рано или поздно, а если нам тяги не хватит выйти из окружения, при этом не смогут помочь ни вертушки, ни самолеты? Придется принять безнадежный бой…

Усмешки тут же слетели с лиц командиров взводов.

Тем временем прошедшие через нестандартную тренировку бойцы захотели жутко пить и питье им лейтенант предоставил.

– Горячее же! – возмутился один из морпехов.

– Верно…

По просьбе Киборгина кухонные дежурные вскипятили для него один лишний бак воды. Увы, пока просто воды, даже не чай. Но это только пока, позже все будет лучше. Ведь при случае разжиться можно не только иностранной спортивной обувкой…

– Горячая вода, лучше, конечно, если это чай, да еще витаминизированный, утоляет жажду гораздо эффективнее, чем холодная вода, от которой еще и заболеть можно. Так что пьем и не бухтим.

Но бойцы рано обрадовались, что все закончилось, ибо еще ничего не закончилось, а лишь только началось. Потому как Киборгин по завету Ленина, взялся за тренировку личного состава «настоящим образом». Но перед этим толкнул небольшую речь:

– Все прочувствовали, как вам хреново?

– Да просто охренеть как хреново…

– А ведь мы всего-то навсего из расчета высоты нашего склона поднялись на двести метров и уже сдохли. А если придется подниматься и спускаться по горам несколько раз… Так что обращаюсь к курильщикам, вы – слабое звено, – невольно спародировал он ведущую одноименного телешоу. – Гири на ногах товарищей. И если вы не бросите курить, хотя бы на время службы, после дембеля хоть скуритесь нахрен до рака легких, то однажды подставите всех не сумев выдержать общий темп хода. И поверьте мне, стоя перед выбором, потерять всех или только вас, я предпочту потерять вас, но вывести остальных. Про чушь, что своих не бросают – забудьте. Бросают. И я брошу не раздумывая, без сомнений. Я даже потом посмертные представление на вас к высочайшим наградам составлю… дескать добровольно вызвались прикрывать отходящую группу и погибли смертью храбрых за други своя. И если ваши тела потом найдут, со снятой кожей, изрубленные на части, гниющие с копошащимися в них червями, то если потребуется я лично отвезу в цинковых гробах то, что от вас останется вашим матерям и буду смотреть им рыдающим навзрыд в глаза, не испытывая ни малейших угрызений совести. Игры кончились, парни. Это не пионерская зарница. Так что у вас месяц-полтора на то, чтобы привести свою дыхалку в порядок, ну а нет – не взыщите.

Бойцы смотрели на своего командира ошарашенно и недоверчиво. Дескать, такого быть не может, ведь ты этого не сделаешь, правда? Но видя его ответный немигающий холодный взгляд, постепенно прониклись – сделает.

– Киборг… – прошептал кто-то.

Его и раньше так звали за глаза, прозвище напрашивалась само собой, фамилия слишком говорящая, хотя означала совсем не то, что все думали, но скорее в насмешку. Но игры и впрямь кончились, все стало всерьез. Они в батальоне это понимали лучше всех, ведь всего деть прошел, как поучаствовали в реальной схватке. А сколько их еще будет?!

После чего морпехи покосились на сослуживцев-курильщиков, что нервно поежились под взглядами товарищей. Ведь в этих взглядах было все, и негодование, что из-за них могут погибнуть другие, и жалость-сочувствие и… что-то еще, словно смотрели на мертвецов.

– Хорошо. Выводы сделаны. Сейчас идем осваивать профессию швей.

– И что мы будем шить, товарищ лейтенант? – спросил заместитель.

– Да я вас погнал на тренировку, а о том, что вы такие растяпы, что ходить не умеете, все время спотыкаетесь и падаете, из-за чего форму чуть окончательно не изорвали, как-то не подумал, мой косяк… так что будем шить налокотники с наколенниками, ну и перчатки… тактические типа, чтобы руки в кровь не сбивать. А так же утяжелители надо будет еще пошить на ноги и руки. Но это если удастся пробить вам усиленное питание, желательно мясное, а то на шрапнели далеко не уедешь.

– Ну это вряд ли! Чтобы нам мясо кто-то выделил!

– Тут ты прав, от родного государства мы хрен что получим… разве что этот самый хрен и получим и то в виде корнеплода.

– А-ха-ха-ха!!!

Получить необходимое количество брезента и ветоши оказалось несложно и бойцы засели за рукоделие.

7

С новыми инициативами на этот раз Анатолий Киборгин решил обратиться в установленном порядке, то есть через ротного, коего поймал сразу после обеда.

– Товарищ капитан…

– М-м? Чего хотел?

– Чувствуете, как тепло?

Капитан аж остановился.

– Толя, ты со мной о погоде решил поговорить?..

– О ней родимой.

«Хотя не только и не столько о погоде», – мысленно подумал он.

Капитан Аникеев на это только хмыкнул и уже с интересом посмотрел на подчиненного.

– Серьезно?!

– Так точно.

– Ну, говори. Заинтриговал.

– Сейчас двадцать градусов тепла, а ведь только первая декада марта. Представляете, что тут будет летом?

– С трудом.

– Жара под пятьдесят. В тени.

– Ужас.

– Ужас.

– И чего от меня хочешь? Я с небесной канцелярией не связан…

– Во-первых, приказ на копку землянок, хотя бы в нашей роте. Но лучше если и остальные закопаются… На глубине будет чуть полегче. Все не в душных прожариваемых солнцем палатках страдать. Представляете сколько народу сляжет с солнечными ударами. А если в бой?

– Херово будет. Постреляют нас вялых как пьяных бакланов. А во-вторых?

– Кондиционеры нам еще не скоро привезут, собственно, мы их не дождемся скорее всего, раньше домой умотаем, не по исполнении поставленной задачи, так по истечении предельного срока пребывания… Но можно проявить солдатскую смекалку и сварганить паллиатив, благо это несложно, но нужны материалы в виде шлангов и труб с насосами. То есть подключаемся к ручью, что течет у нас под боком, гоним воду по трубе-радиатору и обдуваем его вентилятором… получаем живительную прохладу, но такой радиатор-кондиционер будет эффективен лишь в землянке.