Затерянный остров. Обратный отсчет

Глава 1

Глоток свободы

Альвис

– Забудь обо всём, что связывало нас! – длинные волосы девушки взметнулись шелковистой волной, когда она снова попыталась вырваться.

– Игра ещё не окончена, – чеканю я каждое слово, ловко поймав её в очередной раз. – У нас есть ещё время! Ещё уйма времени!

– Для моего отца уже нет, и ты это знаешь! Пусти меня и забудь навсегда!

Бешеный пульс её тела синхронизируется с моим. Наше дыхание частое и прерывистое, словно одно на двоих. Она пробудила во мне какого-то нового абсолютно, другого меня, и я не намерен её отпускать.

– Годы пройдут быстро, ты даже не заметишь, – заверяю я, грубо притянув её к себе. – К тому времени мы точно придумаем что-то против Деккена.

– Мы? Ты в этот раз обещал мне освободить отца! В этот раз, слышишь? В этот раз! – в её взгляде плещется ярость, и причина этой ярости – я.

– Целых четыре года на этом острове я ждать не намерена! Проклинай меня сколько хочешь, но я возвращаюсь домой!

– Ещё одну порцию, – слышу я чей-то голос как будто из-под толщи воды. Если бы это была порция чего-то крепкого и горячительного, то и я бы не отказался, но всё далеко не так. Совсем не так…

Сквозь закрытые веки ощущаю, как чья-то тень приближается ко мне и сжимаю зубы от резкой боли чуть ниже локтя. «Чёрт бы побрал того, кто всё это придумал…» Сделав усилие над собой, открываю глаза. Невольно щурюсь от нестерпимо яркого света.

«Добро пожаловать в ад, Альвис Лоренсо Родригес, – сам себе констатирую я, отведя взгляд от пламени факела, закреплённого на стене. – Вот только задерживаться здесь я не намерен!»

Рывком пытаюсь вырваться из плотной конструкции, которая удерживает меня в вертикальном положении. Тесный кованый ворот сверху и каркасные металлические пластины внизу не дают мне сдвинуться с места. В теле слабость, в голове туман, но я всё ещё чувствую себя живым. И это главное. Никто и ничто не сможет сломить меня. Привыкнув к свету, я замечаю множество глаз, наблюдающих за мной. Все они принадлежат жалким подобиям человека – безвольным прислужникам мёртвого капитана. Затаив дыхание, они ждут дальнейших его указаний, а я… Как я докатился до всего этого?

Вспышками молний в моей памяти возникают воспоминания. Самое первое из них то, как в хаосе стихии из волн передо мной появляется Деккен. Рядом едва держится на плаву Морган, и Деккен спасает её и меня, помещая нас на свою лодку.

Следующее, что я помню: из моих вен в чашу на полу сочится кровь. Какого Дьявола это происходит? Из моих вен! Моя собственная кровь! Проклятый Деккен! Что он задумал?

Кровь потоком стекает вниз по тонкой трубке, плотно прижатой к моей коже. Как только я начинаю сопротивляться, меня принуждают вдохнуть пары какого-то терпкого эфира, которые снова вводят меня в беспамятство.

Я никак не могу заставить своё тело подчиниться разуму и даже закричать. «Проклятье! Я Альвис Лоренсо Родригес – один из могущественных людей на земле, а не кусок живого мяса, которое можно использовать!» Вот же чёрт… Против своей воли я погружаюсь во тьму. Долго плутаю в ней, не находя выхода, не видя ни одного способа выбраться…

Внезапно в пучине тьмы будто мелькает что-то светлое, и всё моё существо тянется к этому свету. Если подобное видят люди на исходе своих дней, неужели пришёл мой черёд? Нет. Я буду сопротивляться. Я буду бороться за свою жизнь, чего бы мне это ни стоило.

«Я стану твоим спасением», – слышу голос, и где-то в глубине моего подсознания возникает образ. Пока я вижу лишь нечёткий силуэт, но, уже без всякого сомнения, знаю, что этоона. Это Бонни Элизабет Морган. С виду хрупкая и нежная девушка, на самом деле она обладает крепким волевым стержнем. Смелая и стойкая в своих убеждениях, твёрдо идущая к своей цели наперекор всем и всему, она не выходит у меня из головы. Её безудержная страсть к помощи другим противна мне в той же степени, как ненавистны мне мягкость, доброта, милосердие и сострадание, присущие её характеру.

Удивительно, но именно эта непохожесть на меня будто какой-то силой связывает нас. Иначе как объяснить, что образ этой девушки преследует меня повсюду: во сне, наяву и даже сейчас? Её глаза, как безграничное море, как огромный, бескрайний океан. То ясные и спокойные, с нежным лазурным свечением, то тёмно-зелёные, с волнующим вызовом и манящей интригой. Даже в полной темноте я чётко вижу их перед собой. В них отражение моей любимой водной стихии и что-то ещё необъяснимо притягательное. Словно зависимость, будто наркотик…

Это смахивает на шизофрению, но я ощущаю бушующий спектр чувств, когда она рядом. Каждый раз я нахожу в ней что-то новое. Это новое захватывает меня так, что адреналин кипит в крови, и мне его дозу, как больному, хочется увеличивать снова и снова…

– Готово, – оглушает меня грубый мужской голос рядом, и я медленно прихожу в себя. Всё моё тело будто ватное, как после долгого глубокого сна. Напрягая зрение, я смотрю вниз. Моя кровь почти доверху наполнила глиняную чашу на полу. Один из прислужников берёт её и осторожно переносит куда-то в угол.

«Что дальше?» – я наблюдаю исподтишка. Прислужник подносит чашу к человеку, который сидит у стены. От синяков на его лице он выглядит едва живым. Его обречённый взгляд устремлён в никуда.

– Открывай рот и пей! Не гневай патрона! Пей!

Ещё двое прислужников стоят рядом. Они крепко держат беднягу за предплечья связанных рук за его спиной и разжимают его челюсть.

– Давай же! Пей!

Человек упирается ногами в пол и уворачивается. Моя драгоценная кровь каплями сбегает по его подбородку.

– Пей! Приказано тебе! Пей! – шипят вокруг.

В конце концов мужчина делает несколько глотков, задыхаясь от насильно вливаемой жидкости, а затем резко сплёвывает.

– Ублюдок! – рычит прислужник, видя большую часть «напитка» на полу. – Ещё! Нужно ещё!

В это время я вглядываюсь в лицо человека, брезгующего моей кровью, и узнаю в нём поразительное сходство сней. «Вот это встреча. Вовек не забуду», – ком тошноты подкатывает к моему горлу от всех сложившихся обстоятельств.

Некоторое время назад…

Половицы корабля скрипели под гулкими шагами Бонни, вторя тревожному биению её сердца.

– Куда увели моего отца? – спросила она, обернувшись.

– На твоём месте я бы не спешил с ним встречаться, – отозвался Деккен, следующий за ней по пятам. – Сейчас ещё не время.

– Мы заключили с Вами соглашение! – глаза Бонни засверкали от гнева. – Где мой отец? Отвечайте мне!

– Вторая каюта справа, фройляйн, – нехотя проговорил Деккен. – Но, опять же, повторюсь, ещё не время, чтобы…

Не дослушав продолжение фразы Филиппа, Морган ринулась к двери указанного помещения.

– Мой папа заперт здесь, как какой-то заключённый? – вспыхнула она, увидев висящий над ручкой замок. – Открывайте дверь скорее, капитан!

– Какая нетерпеливая фройляйн, – пробурчал Деккен и, свистнув, вызвал к себе одного из своих матросов.

– Слушаю Ваших указаний, патрон, – матрос был весь во внимании.

– Vertel ze om een andere Kraft bowl sneller te gebruiken! Geef hem een andere Kraft en breng hem hier[1]! – обратился к нему Деккен на своём голландском диалекте.

«Хм, и что бы это всё значило?» – из всей услышанной иностранной фразы Бонни удалось выделить только слово «крафт», которое повторялось дважды.

– Будет сделано, патрон, – тем временем тихим эхом отозвался матрос. И, как только он направился куда-то вглубь корабля, Деккен достал из кармана связку ключей и, выбрав нужный, открыл навесной замок.

– Милости прошу!

Бонни быстро вошла в каюту и в недоумении замерла, окинув её взглядом. «Где же папа?» Ожидая увидеть отца, сидящего здесь в одиночестве на какой-нибудь скамье, но не обнаружив перед собой ничего такого, Морган с беспокойством стала всматриваться в каждый уголок помещения. В самом центре каюты возвышалась массивная кровать с вычурным деревянным изголовьем, украшенным резьбой в виде морских волн и кораллов. Из-под кровати виднелись ящики, наполненные множеством разноцветных тканей, сияющих камней, разнообразных монет, слитков, статуэток и другого долговечного добра. Окно с видом на океан затемняли длинные занавеси из изумрудного бархата. У стены стоял дамский стол с прикреплённым к нему округлым зеркалом в позолоченной раме. Стул рядом со столом был пуст.

– Зачем мы здесь? – Бонни резко повернулась к Деккену. – Где мой отец?

– Ты ведь сама просила меня открыть эту дверь, фройляйн, – лицо Филиппа скривилось в отталкивающей усмешке. – Раз уж мы тут, я расскажу тебе об этом месте. Эту комнату я берёг для своей суженой. Красивая, не так ли?

– Где мой папа? – Бонни едва сдерживала негодование, бушующее внутри.

– Спешу напомнить Вам о нашем недавнем соглашении, капитан Деккен. Я пообещала Вам показать место силы Альвиса взамен на благосостояние моего отца, – затараторила она, пытаясь сдержать охватившую её тревогу и говорить как можно деликатнее и вежливее. – Давайте не будем медлить и начнём с того, что я увижу Фрэнка Моргана живым и невредимым, со светлым умом и ясной памятью. Итак, где мой отец?

– Я ведь предупреждать тебя, что ещё рано, фройляйн! Расслабься, – капитан попытался выдавить улыбку, вслушиваясь в возникший шум за дверью. – Скоро твой отец снова станет прежним, и его приведут к нам.

«То есть, как это? – Морган стало мутить от того, что всё идёт совсем не так, как она предполагала. – А разве не сам Деккен должен привести папу в чувство?»

– У нас проблема, патрон! – в мысли Бонни ворвался взволнованный голос матроса, недавно говорившего с Деккеном. – Этот ублюдок снова разлил большую часть крафта, а брать ещё мы не можем, потому что…

– Потому чточто?

– Наш донор, он… в общем, его нет на месте. Наш донор сбежал.

«Донор?» – Морган обдало холодом от дурного предчувствия.

– Как так вышло, не понимаю, я… – стал оправдываться матрос, но его слова прервал оглушительный взрыв.

– Scheisse! – проревел Деккен под треск оснастки корабля и крики ужаса со всех сторон, заполнившие пространство.

– Горим! Пожар! Пожа-а-а-р!

– Наверх, живо! – скомандовал Деккен. Одновременно с ним и матросом Бонни бросилась к задымлённому выходу.

– Где мой отец? – прокричала Морган, обернувшись и видя, что большая часть корабля охвачена пламенем. – Он не должен пострадать!

– Шевелись, или сгоришь заживо! – рявкнул Деккен, за локоть подтащив Бонни к лестнице, ведущей на палубу. – Поднимайся! Я вытащу его! Поднимайся!

– Мы так не договаривались, – запротестовала Морган. – Я никуда не сдвинусь с места без папы!

– Проведите девчонку наверх! – скомандовал Деккен, и, вопреки воле Бонни, откуда-то возникли двое «голландцев» и вынесли её наверх к самой фок-мачте.

Тем временем остальные «голландцы» хаотично сновали по борту, нося воду в разных ёмкостях, чтобы справиться с пожаром.

– Уйди с дороги, женщина, не мешайся под ногами, – злобно буркнул Бонни один из них.

– За собой смотри, – оскалилась Морган, отступив в сторону.

– Да что ж такое-то! – кто-то толкнул Бонни со спины, и она недовольно развернулась. Перед ней стоял мужчина в тёмном капюшоне, с измождённым лицом, измазанным сажей.

– Ты с ума сведешь меня, Морган, – произнёс мужчина бархатным, до боли знакомым баритоном. – Где ты была всё это время?

«Не могу поверить!» Сердце девушки сжалось, когда его графитового цвета глаза встретились с её взглядом.

– Альвис? Ты здесь, несмотря на то, что узнал обо мне? – волнуясь, проговорила она. – Деккен сказал, что ты…

– Пусть не мнит из себя героя, – оборвал её Альвис, сменив тему. – Фейерверк на «Летучем» был не в его честь.

– Ты как-то причастен к взрыву? – глаза Бонни округлились в недоумении.

– Как бы то ни было, прежде я вытолкал твоего отца за борт. Иначе его было не убедить.

– Что? Что ты сделал? – Морган поспешила к краю палубы, вглядываясь в воду за бортом.

– Пришлось импровизировать ради общего дела, – заговорщически произнёс Альвис. – К тому же я бросил горящий факел в трюм, полный бочек с порохом, так что с минуты на минуту «Летучий голландец» взлетит на воздух.

– Деккен убьёт тебя, если поймает.

– Ты готова к встрече с отцом? – Альвис оглянулся на бушующий хаос за спиной и как бы невзначай схватил Бонни за руку. – Готова прыгать?

– На счёт «три»? – Морган приготовилась к отсчёту, отходя для разбега в ногу с Родригесом.

– На счёт «сейчас»! – крикнул Альвис, слившись в единое движение с Бонни. Не разжимая рук, они вместе рванули вперёд. Ветер метался в их волосах. Ночное небо сверкало над ними, подсвечивая волны, что расстилались внизу, как чёрное волшебное одеяло.

После нескольких секунд бега Альвис и Бонни прыгнули с палубы вниз. Там их встретили объятия океана, распахнутые настежь.

– И в какой стороне мой отец? – первое, что спросила Морган, вынырнув на поверхность. – Если я не видела его с корабля, значит ли это, что он уже на берегу, или, быть может, с ним что-то случилось?

– Ты хоть на миг можешь перестать думать о плохом и просто довериться мне? – откликнулся Альвис. – Уверен, твой отец на берегу. Где же ещё ему быть?

– А если нет? Что, если он вернулся на корабль – или его заставили вернуться?

– Это невозможно, услышь же меня, Морган! – капитан вмиг подплыл ближе к Бонни и, схватив её за плечи, с гневом взглянул ей в глаза. – Я встряхнул его хорошенько и пообещал ему, что ты будешь ждать его в манговой роще на утёсе за заливом, к северу от моего лагеря.

– Ты уверен, что папа понял тебя? Под влиянием Деккена он сам не свой, – заволновалась Морган.

– Меня едва не стошнило от слёз, застывших в его глазах после моих слов о тебе, но я выдержал это ради того, чтобы ты…

Альвис резко отпустил Бонни и, отведя взгляд в сторону, поспешно добавил:

– Чтобы ты исполнила свою часть нашего договора, разумеется.

– Всё и правда было именно так? Папа обрадовался весточке обо мне? – Морган улыбнулась в ответ, представив восхищённую реакцию отца. «Как радостно, что папа снова стал прежним! Но как это возможно? Ведь Деккен никак бы не успел повлиять на него гипнозом…»

Секундное облегчение девушки облегчение тут же пропало.

– Как ты сделал так, Альвис, что папа вдруг вспомнил меня?

– Хватайте их! Держите! – вдруг с «Летучего голландца», почти на треть превратившегося в «Пепельного», донёсся вопль Деккена. – Девка нужна мне живой, а с этим донором я разберусь лично!

«С каким ещё донором? – напряглась Бонни. – Неужели речь об Альвисе?»

– Ускорься, Морган! – Родригес вырвал Бонни из размышлений. – Корабль вот-вот рванёт!

На пару с правителем Морган стремглав направилась к берегу.

«У нас проблема, патрон! – Бонни вспоминала по пути разговор Деккена с одним из своих людей. – Этот ублюдок снова разлил большую часть крафта, а брать ещё мы не можем, потому что…»

«Потому чточто?»

«Наш донор, он… в общем его нет на месте. Наш донор сбежал».

«Что всё это значит? О чём ещё не договаривает мне Альвис?» – забеспокоилась Морган, ступив на берег.

К тому моменту небеса запылали ярким заревом. Мощный грохот прокатился по воздуху, как будто больше десятка орудий выстрелили одновременно. В считанные секунды «Летучий голландец» стал грудой обломков, взлетевших в воздух.

– Вот это да! – воскликнула Бонни. – Неужели мы победили?

– Деккена и его приспешников нельзя убить, Морган! Уходим! – хмуро проговорил Альвис и быстро зашагал к утёсу, за которым виднелась манговая роща. – За мной, скорее!

«Невозможно поверить, что после такого Деккен снова возродится», – Морган с досадой ещё раз окинула взглядом горящий корабль и поспешила за Альвисом.

– Только их нам сейчас не хватало… – процедил он через некоторое время.

– О чём это ты?

– О твоих дружках, что трясутся за тебя.

Бонни подняла взгляд и увидела Ника, Дилана и Эвана, спускающихся со стороны лагеря по размытой тропе.

– Бонни! Как ты? – радостно встретил её Ник.

– Что там произошло? – почти одновременно проговорили Рейган и шотландец, глядя на охваченный дымом горизонт. – Что случилось на корабле?

– Где Фрэнк? Почему вы без него? – сыпал вопросами Николас. – Почему ты молчишь?

– С такой настойчивостью и камень заговорит, – хмыкнул Альвис.

– Всё в порядке, – опуская подробности, заверила ребят Бонни. – Взрыв на «Летучем голландце» – несчастный случай. А папа… папа должен ждать меня в манговой роще.

– М-м-м, манго – это прекрасно! – улыбнулся Ник. – Я к тому, что роща – отличное место для укрытия в случае необходимости. Да и вообще…

– Идём к Фрэнку или так и будем сотрясать воздух? – перебил Альвис.

– Идём! Конечно, идём! – отозвалась Бонни, тронувшись с места вслед за капитаном. Все её спутники поспешили за ней.

– Это Альвис взорвал «Голландца»? – украдкой спросил Дилан, отведя взгляд от Ника, который не упускал возможности подкрепиться и уже поедал манго за обе щёки. – Деккен мёртв или на него такое не действует?

– Всё это теперь не важно, – прошептала Бонни. – Сейчас нам главное встретиться с папой и добраться к Итафениту как можно скорее, чтобы исчезнуть отсюда раз и навсегда.

– Мы сделаем это вместе с ним? – Ник указал надкусанным фруктом на идущего впереди Родригеса. – Только не говори, что ты посвятила его во все наши планы.

– Я обещала ему выбраться с острова взамен на помощь с отцом, и я сдержу данное обещание, – так же шёпотом ответила Бонни. – Теперь Альвис с нами, и вам всем придётся принять этот факт.

– Что есть ужасная глупость, – развёл руками Дилан. – Это же Родригес! Всё тот же высокомерный, жестокий и эгоистичный тип, которого мы знали!

– Я хоть и не знал его раньше, но абсолютно согласен, – кивнул Эван. – Кэп ещё тот хитроумный мерзавец. Никто не знает, чего от него ожидать.

– Тише! – оборвала Морган. – Так или иначе, только благодаря Альвису папа сейчас на свободе.

– Как вообще всё прошло? Отец тебя вспомнил? – переспросил Эван, заметив, что капитан остановился и обернулся к ним.

– Чего затихли? Все кости мне уже перемыли?

– Больно нужно, – соврал Дилан. – Мы говорили исключительно о Фрэнке.

– Кстати, где же он? – оглянулся Николас, придерживая карманы своих шорт, набитые манго. – Мы прошли уже полрощи и никого.

– Надо же, Паркер! – воскликнул шотландец. – Неужели ты стал беспокоиться о чём-то, кроме еды?

– К твоему сведению, я…

– Заткнитесь! – оборвал Николаса Альвис. – Похоже, Фрэнк совсем рядом.

– Откуда инфа? – нахмурился Эван.

– Интуиция, – прищурился капитан.

– О, ну, это, конечно, веский аргумент.

– Следы, – проговорила Бонни, проследив за направлением взгляда Альвиса по влажной почве. – Здесь свежие следы от ботинок.

– Которые как будто нарочно втоптаны в землю так, чтобы их заметили, – произнёс Альвис.

– Что за бред? – отозвался Дилан, скептически сравнив отпечатки своей обуви и тех, что были представлены перед ними. – Следы как следы. Очень отчётливо их видно здесь и…

Исполненная тревогой, Бонни уже не слушала шотландца.

– Как это понимать? – воскликнула она, пробежав по следам, которые заканчивались на самом краю утёса.

– Похоже, что Фрэнк сиганул вниз, – заключил Эван.

– Но почему? – сдвинул брови Ник.

– Папа не мог поступить так со мной по доброй воле, – Бонни взялась за голову, глядя с утёса вниз на безлюдный пляж.

– Всё это очень странно, – проговорил Дилан, внимательно всматриваясь в следы. – И всё же факт прыжка остаётся неопровержимым.

– Кто или что заставило папу спрыгнуть и где он сейчас? – Бонни с тревогой озвучила свои мысли вслух. – У кого какие идеи?

– Начинается детектив в стиле Шерлока, – подытожил Николас. – Может, Фрэнка что-то испугало: например, дикий зверь или змея, и ему просто пришлось спрыгнуть?

– Ну, или Деккен каким-то образом воздействовал на него гипнозом, – предположил Эван.

– Через расстояние? – обсуждая все возможные варианты, Бонни не могла согласиться ни с одним из них.

– Если папа действительно стал прежним, он бы не исчез вот так. Он бы непременно вернулся сюда, зная, что я буду ждать его здесь.

– Что-то тут нечисто, – проговорил Альвис. – Оставайтесь на месте, чтобы не затоптать следы, а я гляну, откуда они берут своё начало.

Не смея возражать и набравшись терпения, Бонни и её спутники остались ждать. Тем временем наступало утро. Солнце прокладывало свой путь сквозь нежные облака, придавая небесам оттенки переливающегося золота. Море встречало первые лучи света мягким покрывалом, отправляя на берег неспешные волны. «Где же ты, папочка? Что с тобой произошло?» – ломала голову Морган, прокручивая в мыслях разные версии случившегося.

Внезапно через несколько минут после того, как капитан скрылся за деревьями манго, послышался его сдавленный крик и какая-то возня.

– Хмгхм, хмгхм!!!

– Что там такое? – ребята и Бонни ринулись в рощу и увидели Фрэнка, который, накинувшись на Альвиса сзади, душил его голыми руками.

– Папа? Стой! Остановись!

– Вот ты и попался, мерзавец! – во всё горло кричал Морган. – Сейчас ты ответишь! За всё ответишь!

– Хмгхм, хмгхм!!! – хрипел Родригес, вырываясь.

«Вот это поворот», – остолбенел Николас.

– Они же поубивают друг друга! – воскликнул Эван, глядя на то, как Альвис увернулся от Фрэнка и с силой толкнул его на землю.

– Что ты творишь, Родригес? – подоспел Дилан, заслонив собой Моргана. – Совсем с катушек слетел?

Вместо ответа Альвис зарядил шотландцу мощный удар в челюсть.

– А вот это ты очень зря, – шотландец ударил капитана ногой в грудь и замахнулся снова, уводя его от Фрэнка.

– Уймись, придурок! – перехватил удар Альвис, но Дилан и не думал успокаиваться, продолжая нападать.

– Ты для нас не главный! – процедил шотландец. – И ты больше нам не указ!

– Пошёл прочь! – оттолкнул его Альвис, защищаясь. – Пошёл вон отсюда, грязный пёс!

– Альвис, Дилан! Прошу, не надо! – взмолилась Бонни, видя азарт, вспыхнувший в их глазах. – Дилан! Альвис! Да что с вами такое!

– Не подходи, Бонни, – предупредил Дилан, продолжая борьбу.

– Не вмешивайся, Морган! – прошипел Альвис.

– Что ты наделал, папа! – выпалила Бонни, подбежав к отцу.

– Я хотел лишь поставить Родригеса на место, – проговорил Фрэнк. – Ты многого о нём не знаешь. Я… Куда ты, дочка?

– Остановитесь! – прокричала Морган, встав между разъярённым Альвисом и взмыленным Диланом. – Никто из вас не будет больше драться! Никогда и ни за что!

– Уходи, Бонни! – крикнул ей шотландец.