Пятиминутка ненависти

Глава 21

— Да вы совсем охренели, господа капитаны? — сухо поинтересовался у нас Румата. — А меня не могли поставить в известность?

Он командовал Группой Быстрого Реагирования и носил звание субмайора. Хотя в данный момент это не имело ровным счётом никакого значения — общее руководство операцией на Сабатоне лежало исключительно на мне и Драке. В наши директивы не вправе был вмешиваться даже коммандер планетарного Аванпоста Асахиро Ли. Так что претензии Руматы меня жутко разозлили, но не успел я выдать резкую отповедь, как за меня это сделал бывший напарник.

— А с какой это стати? — лениво протянул сидевший в кресле Драк, заведя лапы за голову и с видимым удовольствием потянувшись всем телом. — Ты, Рума, тут на подхвате, а значит поскольку-постольку. Посвящать тебя в оперативно-тактические детали мы с Рау не имеем права. Если сомневаешься в наших полномочиях, свяжись напрямую с коммандером Гровом. Хочется мне взглянуть на выражение твоей физиономии во время этого разговора. И послушать, как ты будешь беситься после него.

Румата скривился и сердито засопел. Драк коротко всхрюкнул, а я ухмыльнулся про себя. Но, видимо, недостаточно про себя — земная мимика выдала эмоции, и я совсем не удивился, когда субмайор зло фыркнул в мою сторону и хищно оскалился.

После допроса Гаррисона окончательно выяснилось, что боевые ячейки «Кояма» представляют собой грозную силу, во много раз превосходящую наши ресурсы. Даже с учётом ветеранов-гренадеров, которых мы могли лишь просить о поддержке. И далеко не факт, что они согласятся рисковать жизнями и вписываться в войнушку, пусть Сабатон и стал для них вторым домом. Поэтому, трезво прикинув расклады, Драк запросил экстренное усиление у коммандера Грова, и к нам направили отряд Руматы в количестве сотни «Диких котов». Именно чистокровных фелисов, а не людей, резонно полагая, что такого кулака хватит для решения задач.Румата был мне знаком ещё с Ашпета, где мы впервые пересеклись на задании, поэтому по негласным кошачьим понятиям мне дозволялось разговаривать с ним без оглядки на субординацию, как с давним приятелем.

— Не обижайся, Рума, мы сделали ровно то, что требовалось на тот момент, — примирительно сказал я, гася раздражение рыжего кошака неимоверной комплекции. — Твоих бойцов не стоило светить раньше времени, так что давай без обид.

— Не путай недовольство с обидой, Сумрак, — угрюмо буркнул Румата.

«Ага, так тебе все и поверили». Я развёл руки в стороны:

— У тебя наверняка бывали аналогичные ситуации, ты ведь и сам в разведке лямку тянул.

Помедлив пару секунд, субмайор неохотно кивнул:

— Бывало… да. И всё же, могли бы и поддержки попросить.

— Что, Рума, скучно в ГБР прохлаждаться? — язвительно подколол его Драк, глубже откидываясь на спинку кресла.

— Не то слово. Знал бы ты, как эта рутина осточертела, — вздохнул рыжий гигант. — Вылетаем, зачищаем кого прикажут и снова на базу, тренироваться до посинения. Самое паршивое, что и не вырваться из этого болота, карьерных перспектив впереди ноль.

— А я тебя предупреждал, когда ты решил перевестись в штурмовики, — напомнил Драк. — Никакой инициативы, никакой импровизации, никаких приключений на задницу, как у нас с тобой в былые времена. — И он помахал Румате лапой в замысловатом жесте.

Оба кота синхронно заржали, явно вспомнив какой-то памятный для них двоих случай. Надо будет потом у Драка выведать, что там у них стряслось — Румата ведь ходил в напарниках у полосатого до моего появления.

Разговор происходил в тактическом зале базы Сэндиплейт, спустя двое суток после захвата Гаррисона. А обиделся Румата на то, что моя тройка, группа Драка и небольшой отряд гренадеров под началом Джура Триша, прилетев на двух челноках к засекреченной загородной базе «Кояма», устроили там форменный погром. Провели разведку боем с попутной утилизацией всего находящегося там гарнизона. А Румате, видите ли, такому боевому и красивому, ни словом не обмолвились. Детский сад, право слово, хотя субмайора понять было нетрудно — его серые будни на Кориолисе скрашивали именно такие жесткие моменты: навалять кому-нибудь от души, выплеснув на реального противника всю накопившуюся злость за скучное существование на базе. Всё же для Диких боевой кураж жизненно необходим, иначе они жить не умеют. Тренировки тренировками, но они никогда не заменят огневых контактов. По себе знаю — пусть я не кот, а катверс, но тоже люблю, когда в крови плещется адреналин, а не водичка.

— Надеюсь, цифровая запись рейда хоть велась? — грустно спросил Румата, запрокинув морду к потолку. — Хочется глянуть, чего вы там наворотили.

Драк выудил правую лапу из-под задницы — интересно, чего он там делал? — и принялся клацать когтем по браслету терминала, отправляя запись боя, сделанную его дроном с высоты птичьего полёта. Чертовски полезная штука этот дрон. Надо будет потребовать у Арчи такой же, а то Драку уберплюшки выдают, а мне — кукиш с тренировками.

— Смотри, восторгайся и завидуй, — хихикнул Драк, снова убирая лапу под себя.

Да что же у него там? Блох что ли ловит? Этот щекотливый вопрос настолько плотно засел в моей голове, что я даже пропустил первую фразу Руматы мимо ушей.

— А? Извини, задумался, — тряхнул я головой. — Повтори, пожалуйста.

— Думать всегда полезно, — проворчал Румата. — Вот только если делать это постоянно, а не время от времени, как вы привыкли. — Субмайор развернул над своим коммом трехмерную голограмму уничтоженной базы противника и потыкал когтем в оранжевые маркеры гренадеров, а затем в разрушенное строение, куда те прорывались. — С какого перепугу вот эта четвёрка ломанулась именно сюда, да ещё и без флангового прикрытия? И что это за объект, если гренки пошли на такой неоправданный риск?

Он взял со стола чашку и поднёс её к пасти. Фелисы не умели пить, как люди — анатомическое строение челюстей сильно отличалось от человеческого. Они могли поглощать жидкость только залпом, одним мощным глотком, что и продемонстрировал Румата, запрокинув кружку над раскрытой пастью.

— Это хрень какая-то, а не тактический план, — перебил меня Драк. — Ты серьезно? Где мы возьмем столько «хамелеонов»? У гренок обычная штурмовая экипировка, причём устаревшая.

Кошак нервно расхаживал около журнального столика, над которым парила трехмерная карта-голограмма предстоящей операции.

— Ты пойми, Рау! Их база со всех сторон зажата горами. Единственная ведущая к ней дорога находится под плотным прикрытием и простреливается насквозь. Один электромагнитный удар с их стороны — и для нас всё закончится не начавшись. Остаётся атака сверху, но… — тут Драк сделал театральную паузу и шагнул к столу. — Будь я на месте тамошних стратегов, я бы прикрыл лагерь здесь, вот здесь и здесь. — Кошак потыкал когтем в мерцающие изолинии. — Поставил бы зенитные комплексы на склонах так, чтобы скальные навесы закрывали позиции от орбитального сканирования, а затем вся эта ПВО всадила бы сюрприз в задницу пролетевшему челноку. Так что штурм с воздуха — тоже не вариант.

— Ты меня, как всегда, недослушал, — ухмыльнулся я в ответ. — Кто тебе сказал, что мы станем атаковать в лоб? В лоб мы не полетим, а вот тюкнуть в темечко вполне могём. Подымаем первый челнок с моей группой и десантом на борту в стратосферу. Потом твои бойцы просачиваются под невидимостью, и тихо вырезают заслоны и расчёты ПВО, если они там есть. После этого твой джет спокойно пройдет над самой дорогой и перекроет выход с базы, а мы падаем с неба на предельной скорости в противоположном конце базы, включаем глушилку связи и высаживаем десант из гренок. И двигаемся навстречу друг другу.

— Хм… Вот это уже на что-то похоже, — улыбнулся Драк и плюхнулся в кресло напротив. — Давай распишем роли. И не забывай, что на дальней орбите крутится крейсер с группой Руматы. Будем их привлекать?

Чёрт, вот ещё та задачка — как провернуть налёт, не привлекая внимания операторов дальней разведки крейсера, присланного нам в усиление. Их пока рано задействовать: незачем светить резервы перед агентурой «Кояма», тяжелые штурмовики должны стать сюрпризом. А значит, нам надо действовать быстро, нагло и предельно осторожно, без локальных катаклизмов.

— Предалагаю отправить команду Руматы на дальнюю базу Аванпоста. Ту, что в запретной зоне Сабатона, . Туда никто не сунется и его прибытие останется для всех в секрете. Но и он оттуда не высунется… — я хищно улыбнулся. — … без нашего на то соизволение.

Драк одобрительно хмыкнул:

— Сэндиплейт? Годится.

— Значится так, — я подался вперёд, ближе к голограмме. — У гренадеров двадцать стволов плюс сам Триш. Делим десант на тройки, всего получается семь боевых единиц. К четырём тройкам в командование уйдут мои пацаны и я. Дашь мне трёх своих «котов» посмышлёнее, чтобы у всех групп имелись опытные командиры. Вместе с тобой у тебя останется десяток бойцов — для скрытной зачистки ПВО на склонах тебе хватит за глаза и за уши.

— Стопэ, бро, — Драк поднял тактическую лапу. — Зачем нам распылять силы? Троих командиров ты и у Асахиро можешь взять, всё же он официальный коммандер Сабатона.

Точно! Совсем забыл, что в любом случае обязан сначала доложиться на Аванпост, чтобы они были в курсе. Значит, берём в команду Асахиро, Пикера и Саула.Быстро раскидав начальные вопросы, мы приступили к составлению финального тайминга.

— Здесь пойдут группы «двойка» и «тройка». Будут работать строго с фронта, с флангов их прикроют «единица» и «четвёрка». Остальные три отряда охватывают лагерь по широкой дуге и рассредотачиваются, блокируя периметр, — Драк начертил на голограмме цветные траектории маршрутов. — Кстати, нам пленные нужны?

Кошак вопросительно взглянул на меня.

— Только не шестёрки, — покачал я головой. — Рядовые наёмники без надобности.

— Значит, их штаб, — Драк ткнул когтем в центральное строение на карте, — захватывает моя группа. Всех остальных — в расход на месте. Ты зачищаешь свой сектор, и затем все силы стягиваются вот сюда.

Коготь Драка упёрся аккурат в центр ущелья.

«Как Полосатика-то накрыло, прямо план Барбаросса соорудил», — я с изумлением наблюдал за напарником, у которого внезапно прорезался стратегический талант. Раньше за ним такого не водилось — он всегда воевал исключительно на чистой импровизации.

— Захватите все инфонакопители, понадобятся для дешифровки, — напомнил я ему уже перед выходом.

Первые минуты штурма наёмники «Кояма» откровенно просрали. Мне почему-то сразу вспомнилось Евангелие от Матфея — избиение младенцев. Да, я и такое почитывал в прошлой жизни на Земле. Файны были классическими городскими бандитами, а на открытом пространстве ущелья, где укрыться оказалось негде, они превратились в овец, обложенных со всех сторон матерыми волками.

В толпе бестолково мечущихся по лагерю наёмников царила подлинная паника. Особо ретивых защитников, сохранивших остатки хладнокровия и пытавшихся организовать оборону, хладнокровно отстреливали снайперы «единицы» и «четвёрки». Наспех развернутые пулеметные точки тут же подавлялись огнем плазменных орудий нашего челнока, плавно шедшего на бреющем полете над самой землей к центру базы.

Орава обезумевших боевиков ломанулась было врассыпную, пытаясь добраться до спасительного скального предгорья, но там их встретил шквальный огонь наших заградотрядов. В общем, всё веселье продлилось недолго. Вскоре пилот челнока монотонно доложил, что на его дисплее остались лишь четыре пульсирующие метки противника, да и те были плотно зажаты между маркеров Диких котов.

— У нас чисто, — связался я по закрытой линии с Драком.

— Аналогично, только «груз шестьсот» [36] прихватили, — отозвался напарник.

Я улыбнулся. Поначалу Драку, а вслед за ним и нашему высшему начальству понравились мои числовые армейские коды из прошлой жизни, и они были немедленно утверждены официально. Помнится, мне за эту лингвистическую инновацию даже премию тогда выписали — неделю законного освобождения от изнурительных тренировок на полигоне.

— Эти четверо ломанулись туда, потому что именно я отдал им такой приказ.

Румата, набравший в этот момент полный рот чая, поперхнулся и с надрывным кашлем выплюнул жидкость обратно в кружку. Я ехидно подмигнул Драку и продолжил:

— И никакого неоправданного риска там не было. По данным сканера, в радиусе ста метров не фиксировалось ни единой души. К тому же я шёл первым, в полном боевом режиме. А объект, как ты выразился, со слов Гаррисона, являлся лабораторией, где стояли семь медкапсул с зачатками новых химер.

С трудом подавив кашель, Румата уставился на меня во все глаза:

— Что ещё за химеры?

— Это он про «раушат», — ухмыльнулся Драк и насмешливо покосился в мою сторону.

— А-а-а… Так бы сразу и сказал, — Рума брезгливо заглянул внутрь кружки и вернул её на столик.

Ах вы гады! «Раушата»?! Так вот чего Драк давился от беззвучного смеха, когда я в трюме поинтересовался, как ведомство классифицировало этих монстров!

— Стояли, говоришь? Значит, их там больше нет, — Румата понимающе покивал лобастой башкой. — Капсулы при штурме не пострадали?

— Целёхоньки, — Драк поднялся со своего места и сладко потянулся всем телом. — Сейчас их перегружают с нашего челнока на твой крейсер. Вот медикам на Кориолисе подарочек-то будет. — Кот повернулся ко мне и тихо добавил: — Может, по этой технологии вам с Ангелом братьев и сестёр наделают.

— Ты откуда про Живкова пронюхал? — мгновенно насторожился я.

— Не забывай, Рау, я перед вылетом на Сабатон досконально изучил всю закрытую документацию по сектору. И то пикантное обстоятельство, что на одной захолустной планете внезапно собрались вместе выживший тарвакс, единственный катверс и целая банда мерцающих кренгов, знатно подожгло тогда мой пукан.

Я не выдержал и рассмеялся. Умеет этот полосатый засранец разрядить обстановку в самый напряжённый момент. Но и я ни о чём не забыл.

— Дракушка, а скажи мне, родненький, кто конкретно дал название этим искусственным тварям?

Тот тут же развёл лапы в стороны, демонстрируя полную непричастность. Зато сидящий позади него Румата скривил пасть в «ангельской» ухмылке, подмигнул мне и демонстративно потыкал когтем в широкую спину Драка.

Различать нюансы кошачьего настроения я давно научился, но к их улыбкам привыкнуть, пожалуй, не смогу никогда. Уж больно специфически скалятся фелисы — подчас до костей пронимает. Это вам не безобидные мемы котиков в интернете начала двадцать первого века. Вживую это довольно жуткое зрелище. Мозгом понимаешь, что напарник улыбается тебе по-доброму, а на морде у него в этот момент — кровожадный, хищный оскал убийцы. Бррр…

— Ну и сволочь же ты, Полосатик, — негромко проговорил я, возвращая должок.

Драк резко обернулся, но наткнулся на абсолютно невозмутимую рожу Руматы, который моментально прикинулся ветошью и сидел в кресле, прикрыв глаза. Но стоило напарнику снова повернуться ко мне, субмайор распахнул веки, беззвучно заржал и показал мне оттопыренный большой палец. Скандалы, интриги, расследования…

— Я тебя когда-нибудь придушу, Рау, — прошипел Драк.

— Мы с тобой квиты, жопа шерстяная. Я тебя за «раушат» тоже готов был на ремни порезать. И поверь, силёнок у меня теперь хватит, — так же тихо парировал я. — Как у тебя вообще наглости-то хватило? Я понимаю, что мы теперь официально в разных группах, но подобной подставы от друга не ожидал.

— Дурак ты. О том, что твоё настоящее имя Раушан, знают считанные единицы в штабе. Для всех Диких ты по-прежнему остаешься Сумраком. К тому же ты первый из людей, кто ликвидировал кренгоподобное существо в ближнем бою, а не расстрелял издалека. Так почему бы не назвать новый биологический вид в твою честь?

— Мне никогда не понять твоей извращённой логики, Дракстер, — я намеренно назвал его полным именем, чтобы в очередной раз зацепить.

— Раушан, прости, если обидел, — кот понуро потёр лапой пушистую холку. — Но вот с этим рыжим точно надо что-то делать.

Мы одновременно повернули головы в сторону Руматы, вальяжно развалившегося в кресле с довольной физиономией.

— Кстати, а давай Руме тоже какое-нибудь прозвище придумаем? — задумчиво протянул я, поджав губы и картинно закатив глаза к потолку.

Драк коротко хекнул, а субмайор испуганно заёрзал на сиденье и тихо затараторил:

— Понял, понял, Сумрак. Я могила. Не надо прозвищ, а? Зная твою неуёмную фантазию, не сомневаюсь, что прилипнет до конца службы.

Я склонился к уху Драка и прошептал:

— Что у тебя с задницей? Ты лапу оттуда не вынимал весь разговор.

— Что, что… Мне новые импланты, что недавно затрофеил, вшивать больше и некуда. Швы чешутся, заразы.

— А где ты медика взял? — удивился я.

— Твоего одолжил. Пообещал, что не буду его на полигоне гнобить.

Вот же ухарь. Вспомнились лихие девяностые — сначала нагнать жути, а потом дать вздохнуть. Вот ничем времена не отличаются. Абсолютно.

[36] Груз шестьсот — армейский числовой код "Груз 600". По некоторым данным, это или военнопленные, или негабаритный груз. По "Грузу 400" тоже есть несколько версий. Согласно первой, это захваченный в плен неприятель, транспортируемый на допрос; согласно второй, так обозначают контуженных бойцов.

Поэтому тут приведён только один из вариантов, выбранный автором по своему вкусу.

Глава 22

— Итак, жду ваших мыслей и предложений.

Румата посмотрел на меня и недвусмысленно покрутил когтем у виска:

— Какие еще мысли, Сумрак? Вы мне вообще ничего не рассказали, что вам долбаный мэр поведал.

Я покосился на Драка:

— Ты чего дуркуешь?

— Мы же с тобой вроде договорились, что всё происходящее на Сабатоне, остаётся на Сабатоне, — выпучился на меня Драк.

— Вот только не надо на меня так зыркать, я прекрасно помню, что это как бы наше с тобой дело, — ответил я Драку, закатив глаза к потолку, — Но вот о делишках мэра мог бы и поделиться информацией.

Хитро прищурившись, Драк махнул лапой в сторону Руматы:

— А я думаю, что он получил все необходимые сведения непосредственно от командования ещё до вылета с Кориолиса.

— Дебил ты сутулый! — не выдержал я и, всплеснув руками, с шумом выдохнул, стараясь успокоиться, — Фу-у-ух… Да как же ты не поймёшь, что для пользы дела можно и поделиться инфой с другими участниками операции. Вот как ты собрался с Руматой кооперироваться?

Услышав незнакомое им слово, уши обоих котов мгновенно встали торчком, и они одновременно подались вперёд, сверля меня растерянными взглядами.

— Чего это ты только что ляпнул? — поинтересовался Румата, — Поясни-ка для отсталых, и поподробнее.

— Давай, Рау, колись, что это за новое ругательство? — поддержал его Драк.

Я медленно склонил голову и так же медленно прикрыл правой ладонью глаза.

— Кооперироваться — значит взаимодействовать между собой, — пояснил я, совершенно не подумав о двусмысленности сказанного, и тут же об этом пожалел.

— Эй, Полосатик, а давай я тебя каперирую? — негромко произнёс Румата и заржал.

— Я тебе для начала пасть порву! — приподнявшись со своего кресла, заорал на него взбешённый Драк, — А потом каперирую под хвост! Забудь про Полосатика!

— Да уймись ты уже, — Румата поднялся и с хрустом потянулся. — Пошутил я. Шуток не понимаешь?

— Таких — не понимаю. — отрезал Драк, не двинувшись, однако, с места. Только хвост заходил по креслу туда-сюда. — Ещё раз так назовёшь — я тебе язык отрежу… и завялю.

— А зачем вялить? — опешил Рума.

— К пиву.

— Ладно, ладно, капитан, всё, мир. — рыжий великан зевнул, обнажив клыки, и потянулся к кружке, — Рау, чтобы появились предложения, мне надо знать, что у вас уже сделано и что дальше по расписанию?

Я перевёл взгляд на тактический стол. Голограмма загородной базы "Кояма" медленно вращалась над столешницей: контуры горных навесов, единственная дорога, перечёркнутая зелёной чертой нашего заградотряда. Двое суток назад мы прошлись по этой картинке огнём и железом, а сейчас она выглядела мирно, как пейзаж базы Сэндиплейт за панорамным окном.

Я ткнул пальцем в зелёный маркер Аванпоста:

— Гаррисон сидит в камере, Алиса под присмотром, ваши… — я запнулся, подбирая слово, и мысленно плюнув продолжил, — … раушата уже на крейсере. Ждём только Сэма — он обещал к завтрашнему вечеру расшифровку захваченной документации.

— Ждём, — эхом отозвался Драк и снова запустил лапу под седалище.

— Ты там гнездо свил и яйца проверяешь? — не выдержал я.

— Швы чешутся, — скривился кот.

Я хмыкнул и уже открыл рот, чтобы вернуть разговор к делу, как над столом тревожно замигал свет. Голограмма базы пошла рябью и развалилась, уступив место проекции ближнего космоса.

— Сумрак. — Голос Сэма в голове был как всегда ровным. — К вам гости.

Три алые точки ползли по сетке, вытягивая за собой тонкие пунктиры курса. Одна метка покрупнее тянула за собой две поменьше, постепенно снижаясь к поверхности планеты.

— Это откуда?

— С юго-востока, с дальней орбиты. Движки почти не жгут, идут тихо. На запрос «свой-чужой» не отвечают.

— Параметры целей?

— Сигнатура серийная, — помедлив, отозвался оператор. — Десантный челнок, производства «Санса Индастриз», из тех, что штампуются по планетарной квоте. И два джета прикрытия, точные копии нашего.

Драк оказался на ногах раньше, чем Сэм договорил.

— Мастер-коды, — прошипел он, глядя на сетку, и вдруг резко обернулся к Румате. — Они идут точно по коридору, который мы тебе передали.

— Значит вы сами им коды и подарили, — заметил Румата и, увидев, как дёрнулись уши Драка, примирительно поднял обе лапы. — Молчу, молчу.

— Сэм, ты отсылал пакет по защищённой линии? — вкрадчиво поинтересовался Драк.

— Естественно. Алгоритм шифрования F. — невозмутимо отозвался оператор.

— Чёртовы хакеры! — Драк со всей дури засадил кулаком в стену.

Я навис над столом, разглядывая уже голограмму Сэндиплейта.

— Сэм, боевая тревога по базе.

— Принял.

Окна мгновенно исчезли, сменившись композитными экранами защиты.

— Драк?

— Если гости сядут на плато, они пойдут сверху, а не через боковые шлюзы. Скинь мне схему базы.

— Схема ушла.

Кошак коротко кивнул и защёлкал когтем по браслету, не отрывая глаз от возникшей перед его глазами проекции.