Пятиминутка ненависти

Глава 18

Всё же меня знатно приложило в коридоре челнока, когда по нему нанесли электромагнитный удар, напрочь вырубивший бортовую электронику.

— Поговорим? — я зашёл в каморку и, морщась от ноющей боли в плече, сел напротив Алисы.

Та промолчала, демонстративно отвернув голову и делая вид, будто её до глубины души заинтересовала абсолютно голая стена спецотсека Аванпоста, предназначенного для допросов. Поёрзав в кресле и устроившись поудобнее, я снял с запястья штатный коммутатор и положил его на столик, разделявший нас. Разговор предстоял вполне официальный.

— Ты ведь понимаешь, что я всё равно вытяну из тебя всё, что посчитаю нужным? — негромко спросил я. — А ведь предупреждал тебя, Лиса: не надо шутить с «Дикими котами». Что ж ты такая тугая-то стала? Раньше всё на лету схватывала.

— Мне скрывать нечего, — неожиданно Алиса резко повернулась ко мне и подалась вперёд, опёршись руками на столешницу. — Сначала у себя разберитесь, кто есть кто. А то, похоже, у вас правая рука не ведает, что творит левая.

Я вздохнул и, откинувшись на спинку кресла, устало произнёс:

— Давай-ка всё сначала, подруга, а то так и будем топтаться на месте обвиняя друг друга. Хочешь кьянти? — подмигнув обозлённой девушке, я вытащил из-за пазухи фляжку, которую прихватил с собой из бара Ангела на всякий случай и сам не зная зачем, наполнил её любимым вином Алисы. Чуйка что ли сыграла?

Через час я знал если не всё, то основное точно. Киперы до последнего думали, что ведут дела не с кренгами, а с нами. Да и откуда простому человеку знать границу, которая пролегает между Дикими котами и их порождениями? С виду для обывателя мы абсолютно одинаковы. Я хмыкнул про себя. Мы… Кроме меня, естественно, я всё же не имею кошачьей наружности. Зато пока я не приму боевую форму меня не отличить от обычного человека. То же самое и с кренгами. Их хрен узнаешь, если не обладаешь нюхом — они пахнут совершенно по-другому, или если у тебя нет сканера — тот безошибочно выводит их зелёные метки на экран. Но такого спецсканера у киперов отродясь не было и быть не могло, а насчёт их возможностей что-то унюхать вообще молчу.

В общем, биокапсулы для выращивания химер достали именно киперы, искренне полагая, что выполняют контракт с Дикими. Ещё одним подтверждением этой сделки стало то, что на контрабандистов с этой деликатной просьбой вышел бывший мэр Гаррисон, а не сами кренги. И даже тогда киперы не сразу одобрили сделку. Они установили плотную слежку за Гаррисоном, и только когда его пару раз зафиксировали в компании с кренгами, наконец дали согласие. Думали, что работают через чиновника на «Диких». Всё оказалось элементарно просто: никакого первоначального злого умысла со стороны киперов Сабатона не было и в помине.

Гораздо интереснее выглядела история их взаимоотношений с самим бывшим мэром. Получив от Милоша копию бумажных документов, компрометирующих Гаррисона, Алиса первым делом разработала, как ей казалось, блестящий план шантажа. Наивная дурочка полагала, что спокойно сможет прижать опытного руководителя Сабата к стенке. Она связалась с Гаррисоном по зашифрованному каналу с изменением всех характеристик голоса и потребовала денег. Много денег и весомых преференций для определённой группы населения. То есть для киперов.

Гаррисон внимательно выслушал её условия и угрозы, задал несколько малозначительных, на взгляд девушки, вопросов, пообещал выполнить все требования и… Тут-то всё и началось. Киперы начали пропадать один за другим. Не слишком часто, зато навсегда. Был человек — и нет человека. Не оставалось не то что улик, не выдвигалось даже предположений, куда могла деться очередная пропажа. В их рядах началась тихая паника. Сложив два и два, Алиса отправила копию архива в Содружество, опрометчиво предупредив об этом Гаррисона. Ну не дура, а? Естественно, никуда никакое сообщение не ушло — вся планетарная связь плотно контролировалась хакерами «Кояма».

Единственное, что спасло саму Алису — её параноидальное стремление к абсолютной конспирации. Даже о том, что она является главой киперов, практически никто на планете не догадывался, все директивы она отдавала удалённо. Но, судя по всему, ищейки «Кояма» её в конце концов вычислили. Алиса наняла охрану не от меня, а именно от них. Те боевики, что прибыли первыми на стоянку и которых тихо снял Склиф, являлись группой наблюдения синдиката, приехавшей перед основным отрядом зачистки. Который мы благополучно и уничтожили, преступно прозевав при этом затаившуюся химеру.

Но самое забавное я узнал под конец нашей беседы. Гоша Киров. Оказывается, его похитили вовсе не кренги, а люди Алисы. На мой вопрос, зачем им вообще сдался управляющий «Кобры», девушка, поджав губы, зло процедила:

— Он был первым, кто меня насиловал в том подвале.

Мда… Не завидую я теперь Гоше.

— Он ещё жив? — прищурившись, поинтересовался я.

— А ты думал, я его просто так пристрелю? — Алиса гордо вскинула подбородок. — Этот упырь будет умирать долго. Очень долго.

— Как ты узнала, что он у меня?

— За "Коброй" велось круглосуточное наблюдение, — пояснила она. — Я давно пыталась его отловить, но эта мразь крайне редко покидала ресторан, а когда выходила в город, его сопровождало не меньше десятка охранников. И тут мне доложили, что человек, по описанию похожий на тебя, преспокойно вывел Кирова на улицу, усадил в неприметный флаер и увёз в направлении Скотного Двора. Остальное — дело техники, Рау, — Алиса криво усмехнулась. — Рано или поздно ты бы передал его на Аванпост. Не зыркай так на меня. Про вашу базу рядовые киперы не знают, а верхушка давно в курсе, с кем и за какие бонусы мы работаем.

Но когда я узнал сам технический способ перехвата Кирова, то едва не выпал в осадок. То, что киперы сумели скопировать мастер-код Аванпоста, меня не удивило. Наша база давно и плотно сотрудничала с ними, Асахиро Ли частенько выезжал на встречи самолично, так что возможностей просканировать коммуникатор главы сабатонских «Диких котов» у них имелось предостаточно. Но… у Алисы имелся собственный ручной кренг!

Да, именно так — ручной кренг. Купленный на какой-то захудалой планете котёнок, взращённый лично Корвин. Да что ж такое творится в Содружестве? Уже генетическое оружие продают в частные руки! Ей в своё время рассказали душещипательную туфту о сиротке, у которого погибли родители — Дикие коты. Рождение котёнка держалось в тайне и о его существовании никто не знал. Ну прям мексиканский сериал… Как по мне — полная бредятина, но на девчонку эта байка произвела должное впечатление. Она не задумываясь выложила все накопления и влезла в долги.

Я тут же отправил по внутреннему комму запрос Сэму для Арчи: откуда, мать вашу, на чёрном рынке мог взяться бесхозный кренг?! Кренг!

Сэм, как всегда, невозмутимо принял запрос и отключился, сославшись на дела. Зато Арчи сразу начал что-то орать по своим линиям связи, видимо, пытаясь поскорее узнать кто, где и почему сумел так обосраться. Я тут же отключился, решив поберечь свой слух. Да и нервы, ибо, прооравшись на своих подчинённых, Арчи стопудово взялся бы за меня.

— А скажи-ка мне милая, как ты объяснишь вот это? — я выложил на столик нож, который она метнула в меня возле бара Ангела.

Алиса недоумённо перевела взгляд с ножа на меня. Я молча покивал головой, показывая ей, что хочу услышать всё об этом клинке.

— Очень дорогая вещь, штучная. Его делали по моим эскизам в мастерской на Ленсингтон. Я заказала пять…

— А теперь смотри сюда, — перебил я Алису, выкладывая рядом нож, которым убили Милоша.

Та молча взяла полного двойника своего ножа в правую руку, сделала несколько быстрых движений, проверяя баланс и наконец поднесла его к лицу, впившись глазами в сталь лезвия.

— Это не мой нож, — уверенно заявила она, вернув его на столик. — Заточка не та. У моих вогнутая бритвенная, а у этого — обыкновенная линза.

— Этим ножом Черняка прикололи к дивану, как редкого жука. Прямо в его клубе. Я сидел рядом и даже не заметил, как его убрали. Не знаешь такую особу? — и я подробно описал внешность девицы, исчезнувшей сразу после убийства Милоша.

— Есть похожая, — немного подумав, ответила Алиса. — Из «файнов». Как звать, не знаю, кличка — Кривая Мэри.

— Что-то я в ней кривизны не заметил. Фигурка у неё приятная глазу — как раз для пилона.

— Ты задаёшь вопросы, на которые у меня нет ответа. Откуда я знаю, почему её так прозвали?

— Логично, прости, — теперь уже я взял оба клинка и, принявшись с интересом их сравнивать, тихо произнёс, — Алиса, мне нужен Киров. Немедленно.

— С условием, что ты потом вернёшь его, — не раздумывая, отчеканила она.

Видимо, заранее просчитала, что я рано или поздно потребую выдать Гошу. Вот как в ней уживаются поразительная глупость и холодный расчёт?

— Годится, — согласился я, прикинув варианты.

Я решил не отсылать Кирова на Кориолис, а допросить по полной здесь, на Аванпосте. После чего верну его Алисе — пусть мстит, такое не прощается. Получив от неё координаты и пароль для охраны, я отправил ментальную директиву Кречету:

— Заберёшь клиента и двигаешься с ним на Аванпост.

— Не понял, — встревоженно отозвался штурмовик. — То бегите и ховайтесь, то дуйте на базу.

Тьфу ты, я же совсем забыл про свой предыдущий приказ уводить людей из Логова! Сказывается безумная усталость, ох сказывается. Вкратце обрисовав бойцу недавнее происшествие со лже-Склифом, я подтвердил нынешнее распоряжение, добавив, чтобы Брайс остался обеспечивать безопасность Евангелиста и Райсы.

— А можно я воспользуюсь драндулетом? — вкрадчиво поинтересовался Кречет.

— Каким ещё драндулетом? — растерялся я.

— Из чемодана.

Ё-моё. Элитный ховербайк «Текрус», про существование которого я благополучно успел позабыть.

— Бери.

— Спасибо, командир! — заорал Кречет и тут же прервал связь, видимо, опасаясь, что я передумаю.

Алиса вопросительно взглянула на меня.

— Собирайся, поедем в Сабат.

— Голому одеться — только подпоясаться, — горько усмехнулась Алиса и, прищурившись, спросила: — Или вы и мои вещи из дома сюда притащили?

Я на секунду даже оторопел. Откуда эта коза могла знать поговорки моего старого мира? Да от меня самого.

— Куда поедем? — как бы между прочим поинтересовалась девушка, не сделав даже попытки подняться.

— Угадай с трёх раз, — нависнув над ней, я хищно осклабился.

— Ко мне? Думаю, там уже засада сидит.

— Нет там никакой засады. «Кояма» стопроцентно в курсе, что ты и Магнус уже у нас, так что соваться к твоему дому занятие бесполезное и глупое, мы там ничего нового не найдём. И нет, не туда лежит наша дорога.

— Куда же тогда?

— На Ленсингтон-авеню, в оружейную мастерскую. Познакомишь меня с хозяином.

Алиса медленно поднялась, скривив лицо, словно хлебнула уксуса.

Я взял свой комм со столика и набрал номер:

— Привет, Стив. Надеюсь, твои люди под рукой и долгих сборов не потребуется? Сегодня у вас будет работёнка. Хорошо оплачиваемая.

Услышав имя моего собеседника, Алиса криво усмехнулась, но промолчала.

— Меня интересуют братья Дужкины… Да, те самые копы… Оба… Мне без разницы, как вы это провернёте… Да хоть всё им переломайте, главное, чтобы они были живы и могли говорить… Всё, давай без лишней демагогии. Как сделаете, набери этот номер коротким сбросом, без слов… Координаты, куда их доставить, я сейчас скину.

Надев комм обратно на запястье, я повернулся к Алисе и, взяв её под локоть, фальшиво пропел:

— Вези меня, олень, в свою страну оленью…

Мы стояли напротив двухэтажного здания на Ленсингтон-авеню с невзрачной, старинной работы вывеской «Триш и сыновья». Маленький кирпичный домик почти в самом центре Сити смотрелся чужеродно. Земля здесь стоила сумасшедших деньжищ, и владельцы участков строили небоскрёбы, выжимая из своей собственности максимум бабла.

— Как зовут хозяина?

— Не интересовалась, — Алиса пожала плечами. — Все его зовут просто мистер Триш.

— Ты сама-то как смогла попасть к нему в клиенты?

— Как-то раз Триш заказал у нас через посредника редкий сплав, которого на Сабатоне нет от слова совсем. Этот металл добывают исключительно на Ашпете…

Я невольно вздрогнул, вспомнив свою первую смерть в том далеком и гнилом мире.

— …и мы сумели его достать по своим каналам, — продолжила Алиса. — С тех пор все, кто с ним контактировал от нашего имени, стали его клиентами.

— Ну вот и дашь мне рекомендацию. Нам такие связи тоже пригодятся.

Хмыкнув, Алиса молча направилась к вычурным дверям оружейной мастерской, чуть ли не волоча меня за собой. Пришлось ускориться. Стоило распахнуть массивную створку, как девушка высвободила руку и решительно перешагнула порог. В тишине раздался мелодичный звон колокольчика.

— Приветствую вас, госпожа Корвин, — пожилой, слегка седоватый человек, сидящий за невысокой стойкой-витриной, привстал и коротко поклонился. — Давненько вы не посещали старика.

— Да вот всё дела и заботы, мистер Триш. Как ваш бизнес? — улыбаясь во весь рот, поинтересовалась Алиса.

Ох уж эти игры этикета. Нет чтобы сразу приступить к текущим проблемам — обязательно нужно соблюсти ритуал «долгожданной» встречи. Заметив, что хозяин мастерской с любопытством меня разглядывает, Алиса наконец-то сподобилась выдать:

— Мистер Триш, позвольте представить вам моего очень давнего знакомого… — и тут случилось то, чего я точно никак не ожидал, — …капитана «Диких котов» Раушана Раскольникова.

Вот это подстава! Ну стерва, я же тебе потом башку откручу! Едва сдерживаясь, чтобы не наградить Алису хорошим подзатыльником, я сделал пару шагов вперёд и пожал протянутую руку. Старик, ага, как же. Если бы не мой модуль усиления мышц, этот «старик» смял бы мою ладонь как пластиковый стаканчик. Так мы простояли секунд пять. Хозяин пытливо смотрел мне прямо в глаза, стараясь прочесть в них страх, боль или хотя бы испуг.

— Очень рад знакомству, мистер Триш, — произнёс я спокойным тоном и незаметно усилил нажим.

Мужчина коротко рассмеялся и внезапно разорвал захват.

— Хорошие у тебя знакомые, Алиса.

— Других не держим, — мило улыбнулась девушка.

Я уже сообразил, что владельцу заведения было от силы лет тридцать пять или сорок. Где же ты так поседел, богатырь? Словно прочитав мои мысли, тот кивнул мне и пояснил:

— До того как обосноваться на Сабатоне, я служил во втором штурмовом батальоне Кориолиса.

Опаньки! А я ведь уже знаю одного местного аборигена, который тянул лямку в том же подразделении. О чём и не преминул сообщить мастеру.

— Алекс Филин — один из нас. Бывших гренадеров здесь не мало, — хмыкнул в ответ хозяин. — И мы стараемся помогать друг другу.

— Если не секрет, почему ветераны второго штурмового массово прилетели именно сюда?

— Никаких секретов. Здесь осел наш бывший командир, поэтому выбора, куда податься после вывода за штат, ни перед кем не стояло.

Мы помолчали, потягивая налитое хозяином виски. Едва Алиса нетерпеливо взглянула на браслет своего комма, я выложил оба клинка на столик и спросил напрямую:

— Мистер Триш, что вы можете сказать по поводу этого оружия?

— Зови меня Джур, капитан, — рассеянно заметил Триш, беря оба ножа. — Этот — из партии, что я ковал для твоей спутницы. А вот этот… Точно не моя работа. Хотя и чертовски качественная реплика [32].

Я выразительно посмотрел на Алису:

— Реплику могли сделать только с оригинала.

— Или с эскизов, — заметил Джур и, резко поднявшись с кушетки, подошел к стоящему в углу сейфу.

Через минуту он обернулся к нам и озадаченно развёл руками:

— Бумаги исчезли.

[32] Реплика — практически точная копия какого-либо предмета.

Глава 19

Я негромко хмыкнул. Ну, пропали эскизы какого-то ножа, да и хрен с ними — в конце концов, это всего лишь рисунки, а не само оружие. В данном случае напрягать должно вовсе не это, а сам факт проникновения и незаметного взлома, о чём я сразу и заявил во всеуслышание.

— Ты не понял, капитан, — озабоченно покачал головой Триш. — Я и по памяти смогу повторить этот долбаный ножичек. Но пропали не только его эскизы. Вместе с ними умыкнули секретные разработки по панчеру.

- Что есть панчер? - поинтересовался я.

После короткой лекции с рисованием схем работы этого самого панчера в моей голове забрезжило что-то смутно знакомое из далёкого земного прошлого. Квака! Точнее, игра Quake, в которую я в юности до посинения рубился по ночам с такими же сопляками в полуподвальных компьютерных клубах. Панчер являлся не чем иным, как рэйлганом. Он же — портативный рельсотрон. Импульсный электронный ускоритель масс, невероятно эффективное оружие, стреляющее вольфрамовым снарядом, разогнанным колоссальной электрической энергией. У этой штуки чудовищная пробивная способность, так как её болванка, летящая с гиперзвуковой скоростью, способна прошить насквозь любой известный композит.

— Позволь полюбопытствовать, Джур, а когда ты в последний раз залезал в свой сейф?

Триш наморщил лоб и через пару секунд выдал:

— В прошлую пятницу, пять дней назад.

— А сколько, по-твоему, понадобится времени для изготовления рабочего прототипа такого агрегата? Учитывая, что собираться он будет на профессиональных автоматических линиях, а не на коленке.

— Например, в цехах «Санса Индастриз»? — быстро спросила Алиса, внимательно следившая за нашим разговором.

Слишком быстро спросила. То ли что-то знает и всерьёз беспокоится за свою шкуру, то ли сыграл профессиональный рефлекс кипера — в их бизнесе оперативная информация ценится дороже золота. Ну ничего, скоро мы вернемся на Аванпост, и я из тебя вытрясу всё, о чём ты умолчала. Ведь говорил же мне как-то Сэм Лафлин, что все без исключения киперы — прирожденные крысы. Но я тогда был молодой и глупый, контрабандисты меня мало заботили, так что вспомнил о его предупреждении только сейчас.

— Пару недель потребуется, — ответил Джур. — А учитывая, что я не знаю точного момента кражи, берём по максимуму — с прошлой пятницы…

Триш тут же принялся кому-то названивать со своего комма, медленно отходя в угол комнаты и не сводя пристального взгляда с Алисы.

Хм, интересное кино. Он ей не доверяет? Я заметил, что и она буквально пожирает Триша глазами. Занятно. Неужели они не ладят, несмотря на все внешние проявления давней дружбы?

— Алиска, — ласковым голосом произнес я, похлопав ладонью по обшивке дивана, на котором сидел. — Присядь, солнце мое, разговор есть.

Лицо девушки перекосилось, и в её глазах на секунду вспыхнула чистая, концентрированная ненависть. В этом чувстве я ошибиться не мог. Мда… Неладно что-то в датском королевстве.

— Проблемы, Лисёнок? — так же тихо поинтересовался я, когда она нехотя опустилась рядом.

— Это война, Рау.

— У кого и с кем? — я натянул на физиономию удивлённую мину, хотя уже добрую половину ситуации просчитал наперед.

— У киперов с «мясом».

— Вы так бывших гренадеров зовёте? — помрачнел я. — Ну вы действительно придурки. Я бы с вами войну начал только из-за вашей спеси. Ты вообще соображаешь, что эти парни гибли сотнями только за один штурм планеты? Они ветераны и герои, а ты их «мясом» кличешь…

— Да не их, идиот! — взвилась Алиса. — Ты вообще дебил?! «Мясо» — это банда файнов на сленге Сити! А у нас с ветеранами общие дела. При любых раскладах, если возникнут тёрки между гренками и файнами, перепадёт и киперам.

Опаньки… Я чего-то не знаю?

— Гренками? — мои брови моментально взлетели вверх.

— Мы так гренадеров называем. Ничего обидного, они сами предложили.

— Ну, вы сами виноваты, что связались с файнами. Дура ты, отмороженная на всю голову. Прошлая жизнь тебя ничему не научила, а? Они ведь, по сути, тебе всю судьбу поломали.

— Я специально начала вести дела с файнами, чтобы залезть поглубже в их структуру. Меня они в лицо не знают, всё общение шло только через комм с изменённым голосом, — хищно ухмыльнулась Алиса. — В живых из тех подонков, что насиловали меня в подвале, осталось всего двое. И один из них уже у меня в руках.

— Ну… дело твоё, в душу я к тебе не лезу. Но что у тебя с бывшими штурмовиками второго батальона не так? Только не ври, я ведь не слепой, вижу, как вы с Тришем друг на друга пялились. Готовы были вцепиться в глотки, и если бы не моё присутствие, точно пролилась бы кровь.

— Ты точно дурень, Рау. Триш — мой муж.

Офигеть, час от часу не легче. Быстро переварив эту сногсшибательную информацию, я решил подыграть ей, прикинувшись клиническим идиотом.

— Чего-о-о? — протянул я, уставившись на бывшую подругу круглыми глазами.

— Того. И теперь Джур обоснованно подозревает, что я его использовала. Доступ к мастер-ключу сейфа был только у него и у меня. Теперь врубаешься, капитан?

— А как же Магнус?

— А что Магнус? Дом принадлежит не мне, а ему, я за ним просто ухаживала, а вовсе не спала, как ты себе намечтал! Он — единственное звено, которое связывает нас с «Кояма». У нас нет своих людей в синдикате, Рау, и через него мы получали хоть и мизер информации, но это было хоть что-то.

— И когда всё пошло не так?

— Откуда ты знаешь? — отстранилась Алиса и, прищурившись, принялась что-то лихорадочно нашаривать левой рукой позади себя в декоративных подушках дивана. Якобы незаметно для меня, хех. Вот дура-то, прости господи.

— А чего тут знать? — усмехнулся я и небрежно положил на кожу сиденья метательный нож, который минутой ранее незаметно выудил из-под тех самых подушек. — Вы действительно, ребята, надеялись потягаться в реакции со мной?

Я перевёл взгляд на застывшего в углу Джура Триша, который явно ожидал другой развязки — моей ликвидации своей женой:

— Короче, Склифосовские… — я мысленно поморщился, тупая земная фраза выскочила из подкорки чисто рефлекторно. — Или мы прямо сейчас начинаем работать вместе, или… — я сделал паузу, давая им время осознать масштаб проблемы.

— Или? — переспросил через секунду Триш, медленно смещаясь вправо по дуге.

Мысленно я ему поаплодировал: всё же штурмовик — он и после увольнения штурмовик. Наверняка заметил, что я манипулирую ножом правой рукой, и решил, что я правша — попытался урезать мне угол атаки. Вот только ветеран Кориолиса не учёл, что я катверс, и благодаря кошачьим рефлексам являюсь стопроцентным амбидекстером [33].

— Или «Дикие коты» проводят на этой долбаной планете тотальную зачистку. Вырежут всех к чертям кошачьим: файнов, «Кояма», киперов и… как вы их там кличете? Гренок. Вы меня услышали, стратеги?

— Круто, нагло… но доходчиво, — отозвался Джур. Он пожевал губами и осведомился: — Чем мы можем помочь вашему ведомству, капитан?

А вот теперь надо включать тактическое мышление, а не рефлексировать.

— М-м-м… Сколько у вас обученных бойцов в оперативной доступности?

Я едва рот не разинул, когда услышал спокойный ответ мастера:

— Около трёх тысяч стволов, капитан.

Сумев совладать с удивлением только через пару секунд, я выдохнул:

— Откуда, мать вашу, здесь столько?

— Оттуда, капитан, оттуда, — усмехнулся Триш. — Это власти Содружества не считают ушедших в отставку, а у нас каждый потенциальный штурмовик на строгом учёте. Самому старшему из ветеранов уже сто десять, но на военных имплантах мы все живём намного дольше простых людей.

— А разве модули не изымаются при увольнении со службы? — приподняв брови, поинтересовался я.

— С чего бы это? — в свою очередь удивился Джур. — У нас за время контракта высчитывают их стоимость из жалования. Покинуть ряды гренадеров ты можешь только в трёх случаях: погибнув в бою, получив неизлечимую инвалидность или полностью выплатив деньги за все установленные в тебя биоинтерфейсы.

«Хех, оказывается, и в регулярной армии кабала. Немного другая, чем тут у синдикатов на Сабатоне, но коммерческий принцип тот же».

Ну что ж, оно и к лучшему, что все гренки имеют в себе армейское железо, это колоссальный плюс для грядущей зачистки.