- -
- 100%
- +
Он вернулся из воспоминаний минувших дней. Ему ничего не оставалось делать, как размышлять, ведь отныне он был заключенным, которого осудили за то, чего он не совершал и припаяли двадцать лет в исправительном учреждении. Это было минимальное, что мог сделать агент, который выносил ему приговор. Он всего лишь действовал по уставу.
В данный момент небольшой круиз Аарена к режимному месту подходил к концу. Он надолго запомнит узкую камеру- капсулу, в которых перевозят заключенных специальные корабли к местам исправления их поведения – тюрьмам. Бывший агент Адвокатуры понял это, когда грузовые боковые двери тюремного корабля открылись. По всей видимости корабль был длинный, имел несколько отсеков, а вот ширина составляла всего каких-то метров двадцать. Похоже, что судно когда-то служило грузовым целям, но теперь его трюм был переделал в отсеки для перевозки заключенных.
Открылись двери камер и заключенные кое-как выходили из них. Аарен вылез наружу, спрыгнув на решетчатый пол. Тот отозвался металлическим отзвуком. Тотчас механизм на его наручных кольцах включился и руки соединились.
– Живее! – крикнул проходящий мимо тюремщик. Он выглядел угрожающее в своей светло-серой тяжелой броне. Лицо скрывал непроницаемый шлем с круглыми черными стеклышками в области глаз. На плече и спине был его, по видимому, служебный номер, нанесенный белой краской.
– Построиться в колонну! – скомандовал другой, вышедший из дверей следующего отсека.
Сквозь открытые боковые двери Аарен обратил внимание, что они приземлились где-то в закрытом ангаре. Вдоль корабля, на удалении двадцати метров с каждой стороны стояли охранники с оружием на изготовке, а далее, на стене ангара, где мигали желтые лампы, висела двуствольная турель. Она медленно поворачивалась влево и вправо, почесывая своим прицелом каждый видимый участок.
– Внимание, – прозвучало где-то снаружи через громкоговоритель женским голосом. – производится высадка заключенных.
Колонна в оранжевых робах с черными номерами на спинах двинулась вперед, к выходной рампе корабля. Аарен плелся за каким-то человеком пожилого возраста, волосы которого были уложены в пучок.
– Смотреть в пол! – крикнул один из стражников, обращаясь ко всем.
Аарен поднял украдкой взгляд на заключенного перед собой снова, как только они минули стражника. Что-то в нем ему было узнаваемо.
Они спустились по пологой рампе на посадочную площадку и продолжали идти вперед в колонне, головная часть которой уже входила в проход в стене. Над ним виднелась большая надпись на стене “Станция Звезда Справедливости” и эмблема ОЗИ ниже. Теперь ему ясно куда он попал. Далекая система Келлог – главное место, куда свозят большинство заключенных ОЗИ. Станция эта – огромный распределительный тюремный центр на орбите планеты Келлог VI. Своего рода ворота. Сюда свозили преступников практически со всех систем империи, а прежде чем отправиться дальше, на планету, сначала должны были пройти регистрацию на станции.
Скорость движения колонны уменьшилась. Все потому что впереди в коридоре начиналась обработка свеже прибывших. Сначала люди проходили через ворота-сканер – дополнительная мера предосторожности. Мало ли чего стражники корабля упустили при проверке заключенного перед его отправкой, либо кто-то пытается провести человека под прикрытием. Вариантов масса, а отвечать перед руководством никому не хочется. После чего коридор разделялся на три пути и каждый начинался с регистрационной будки, на стенах которой находились сканеры отпечатков в виде кругов. По всей видимости у одного из заключенных возникли проблемы, так как толпа начала слегка роптать.
– Ты что, оглох? – донеслось до Аарена слегка приглушенное из начала колонны.
Он наклонился в бок и выглянул. Тюремщик, стоявший возле контрольной будки, держа в руке дубинку направлялся к заключенному в начале колонны.
– Подошел к стене и приложил руки, мразь! – сказал он ему, хватая за шиворот и толкая в сторону сканера.
Охранник, сидевший в будке за стеклом, куда стекались данные заключенных после сканирования, не проявлял ни малейшего интереса и занимался своими делами, работая с компьютером. Он был без шлема, в отличие от коллег, и можно было разглядеть его короткую стрижку и гладковыбритое лицо. Тем временем бунтарь приложил руки к сканеру.
– Расставить ноги! – крикнул стражник и ударил дубинкой по его ноге.
C горем пополам настал черед Аарена выполнить туже самую процедуру. После сканирования надо было еще ждать команды “проходи”.
– В Блок 151, шаттл на площадке одиннадцать. – прозвучало из динамика.
Затем тюремщик рядом ввел ему что-то в шею шприц-пистолетом, по всей видимости датчик слежения.
– Пошел! – крикнул он.
Заключенных, следующих в блок 151, посадили в шаттл класса Avenger. Вместо капсул для преступников здесь был ряд кресел вдоль бортов грузового отсека, которые занимали четырнадцать человек. После того как Аарен сел на свое место сверху опустилось крепление, не позволяющее ему встать. Вдоль них по проходу медленным шагом передвигался тюремщик, пристально осматривая каждого пассажира и заложив руки за спиной. Он схватился за верхний поручень как только послышались возрастающие обороты двигателя.
После распределения, заключенных высылали малыми шаттлами в различные тюремные блоки, разбросанные по планете, в зависимости от потребностей и свободных мест. Даже не столько мест, сколько рейтинга охраны, который рассчитывался в соотношении количества заключенных на количество тюремщиков и систем охраны. Если в одном из блоков этот показатель был мал, то туда новых заключенных не отправляли.
Планета Келлог VI или Квартердек, к которой они направлялись, была полностью покрыта снегом и местами выступающими горными массивами. Надзиратель подошел к хвостовой части, где начиналась рампа шаттла, ухватился за боковой поручень на уровне его головы и нажал кнопку открытия двери. Раздался звук выпускания воздуха из пневматических механизмов, а затем рампа начала опускаться. Ветер засвистел, а затем стал завывать, когда дверь полностью опустилась. Человек стоял на краю и выглядывал вниз на белоснежные поля, что простирались под ними. Аарен заметил, как они пролетели мимо одного из тюремных блоков, что располагался на высоком холме. Его форма напоминала шестиугольник, в центре которого возвышалась башня. Сторонами этой фигуры выступали жилые блоки заключенных, а пространство между ними и центральной башней было отдано на внутренние дворики, накрытые стеклянными куполами.
Шаттл накренился влево и стал заворачивать так, что тюремный блок скрылся из виду. Двигатели увеличили свою мощность, а корабль, по ощущениям, стал замедляться – это работала тормозная тяга.
– Готовность две минуты. – озвучил пилот по громкой связи. Информация скорее предназначалась для надзирателя, нежели пассажиров.
Шаттл завис в воздухе над посадочной площадкой и развернулся на сто восемьдесят градусов. Через открытую заднюю дверь был виден вход в центральную башню. Видимо они приземлялись на выступающей площадке, что была расположена практически у самой вершины в центре сооружения. Корабль заколыхало влево-вправо из-за сильного порыва ветра, но пилот удержал равновесие. Затем шаттл опустился и стукнулся жестко о поверхность. Двигатели выключались, снижая обороты.
– Все на выход! Построиться в шеренгу! – перекрикивая ветер сказал стражник, стоя у рампы, хлопая в ладоши для придавания темпа.
Широкие двери башни раздвинулись в стороны и оттуда вышел отряд из четырех человек. Все были в светло-серой корпусной броне. Один из них шел впереди всех и был без винтовки в отличие от своих спутников. Аарен в составе заключенных трусцой выбежал на площадку и построился. Был страшный холод. Руки онемевали. Неудивительно, ведь они были всего лишь в лёгких робах, которые никак не защищали от холода, а температура была как никак минусовая.
– Добро пожаловать в Блок 151. – начал стражник из прибывшего отряда. – Я смотритель Уил Тагерт и это моя крепость.
Какой-то заключенный пластом упал лицом вперед. Его руки и лицо были синюшные. Смотритель повернул голову и посмотрел на тело, прервавшее его речь.
– Отнесите в медотсек этого слабака. – сказал он продолжая смотреть на лежащего заключенного.
Два стражника позади Тагерта закрепили винтовки за своими спинами и, взяв за руки и за ноги, понесли заключенного к дверям башни.
– Вы меня порадуете, – продолжал свою речь смотритель. – если запишетесь в добровольцы на фабрику антиматерии. И вам минус к сроку пребывания здесь, и нам плюс к выработке… Правила пребывания простые: соблюдать законы ОЗИ, не дерзить и быть порядочными мальчиками… Командуйте.
Последнее его распоряжение относилось к коллегам.
– А ну живо все внутрь! – закричал один из стражников. – Быстрее! Еще быстрее!
Тут Аарен был готов согласиться и бежать быстрее чем мог. Еще чуть-чуть и ноги бы перестали его слушаться от холода. Это был своего рода урок новичкам, что пребывание в тюрьме покажется им адом. И вроде бы каких-то законов ОЗИ стражники не нарушали, но обращение с заключенными показалось ему суровым.
Несмотря на отношение тюремщиков к заключенным, камеры были вполне себе ничего. Наличие стола в камере – это сродни обладанию бассейна у себя дома. Первую ночь Аарен не сомкнул глаз, лежа на нижней койке двухъярусной кровати. То ли из-за того, что сосед сверху храпел будто шел на взлет, то ли из-за того, что не знал что ждет его завтра. Уж чего-чего, а в тюрьме вряд ли можно было быть уверенным в завтрашнем дне. Особенно если кто-то узнает о его профессиональном прошлом.
|Раздел 14
C момента когда первый кусок синтетического мяса появился на свет, прошло более восьми столетий. Тогда сто сорок грамм культивированного мяса стоило в двести десять тысяч раз больше обычного. Если отбросить эту непомерно большую цифру, то можно сказать, что это был прогресс для человечества. Всего навсего брались стволовые клетки подопытного донора, помещались в питательную среду и вуаля! Затем конечный мясовидный материал формируют и ароматизируют, чтобы был похожим на оригинальное. Сейчас цивилизация поставила уже на поток эту технологию и кусок синтетического мяса стоит намного дешевле обычного. Но даже это считалось роскошью в столовой Блока 151, как впрочем, наверное, и всех тюрем на этой планете. А потому на завтрак все получили тарелку сойлента – порошкообразного продукта, растворяемого в воде и содержащего все необходимые витамины.
– Конрад не вернулся вчера. – начал заключенный с выбитым номером на груди 151-D-2388.
– Я предупреждал его. – ответил другой.
– Интересно, как Тагерт потом отчитывается за потери. – продолжил свои размышления 151-D-2388.
– Ха, – усмехнулся собеседник и проглотил ложку сойлента. – ему и его начальству насрать на нас. Прибыль от антиматерии настолько высока, что можно закрыть глаза на сопутствующие потери такого сброда как ты, Седьмой.
– Тем не менее, Джесси, место председателя сброда по-прежнему за тобой. – парировал ему Седьмой.
С этими словами они стукнулись кулаками в знак солидарности.
– Малец, – обратился Джесси к Аарену, который все это время делал вид, что их беседа его не интересует и как будто он тут всего лишь проездом. – ты уже записался в добровольцы на завод?
Аарен, с виду, был младше всех, кого видел и по сравнению с Джесси действительно был меньше его.
– У меня руки не те, боюсь сломаю чего там.
Джесси и Седьмой загоготали.
– Учти, Тагерт будет недоволен и всеми доступными способами будет давить на тебя.
– А что, мало желающих? – поинтересовался Аарен.
– Дураков хватает, но все же…люди начинают задумываться над целесообразностью, как только начинают понимать, что частые смерти там не от хороших условий труда.
Аарен слышал о том, как тяжело производится антиматерия. Планеты, где она вырабатывается, нерекомендуемы для посещения даже простым гражданским судам. Перевозка ее также сочетается с трудностью. Дело в том, что при соприкосновении с обычной материей происходит аннигиляция, при которой выбрасывается огромное количество энергии. Именно этим она и ценна и одновременно опасна.
– Выкусите сраные имперские ублюдки! – заорал заключенный и залез на стол через ряд от Аарена.
Он показывал средним пальцем свое отношение к тюремщикам, что стояли на верхних подвесных переходах. Заключенные в поддержку ему стали стучать ложками по столам и подбадривать его.
– Я хочу нормальной еды, а не это дерьмо! – кричал бунтарь и кинул тарелку в одного из тюремщиков.
Сенсор боковой двери, светящийся красной надписью “заперто”, сменил свой окрас на зеленый и дверь отъехала в сторону. В помещение столовой стали заходить быстрым шагом тюремщики в полной боевой выкладке. Они начали обрушивать удары своими дубинками на всех, кто попадался под руки. Несколько заключенных решили дать им отпор, пиная ногами в спину одного из тюремщиков, что был занят нанесением побоев лежащему человеку в оранжевой робе. Он повалился на пол и его стали лихорадочно бить ногами, но долго это не продолжилось. Кто-то тщетно пытался оторвать привинченные скамейки к полу. Тройку агрессивных заключенных сначала оттеснили, затем разделили и окружили.
– Уносим ноги! – возбужденно скомандовал Джесси.
Аарен и Седьмой последовали его совету и вместе ринулись к выходу.
***Следующая часть дня прошла без особых происшествий. Небольшое восстание в столовой усмирили без особых трудностей, применив в конечном итоге шокеры. Затем со своего второго уровня, облокотившись на перила, Аарен наблюдал, как в самом низу двое заключенных чего-то не поделили и завязалась драка. Она прекратилась, когда один из них остался лежать без движения на полу в луже своей крови. Тогда спустя пару минут к нему подошло двое тюремщиков и два медика, облаченных в красные комбинезоны. Положив пострадавшего на носилки вся процессия скрылась за служебными дверями.
После обеда, который был похож на завтрак лишь с тем отличием, что к нему добавили кусок безвкусного чего-то, отдаленно напоминающего мясо, Аарен решил прогуляться во внутренний двор. Собственно, других занятий для себя он пока здесь не обнаружил. Свободного времени здесь давалась масса. Пройдя переходами корпуса он свернул возле большой серой стены, преграждающей путь и на которой была белая надпись “Двор”. Он представлял собой открытое пространство размерами как два плавательных бассейна с грунтовой основой. Вдоль стен стояли трехъярусные скамейки. К дальней стене, располагавшейся справа, примыкала спортивная зона. Там были турники, стойки со штангами и гантелями. Место было переполнено тренирующимися. От стеклянного потолка падал белоснежный свет из-за скопившегося местами снега.
Прямо перед собой, в десяти метрах, Аарен заметил несколько столов с досками для шахмат. За одним из них сидел человек, внешность которого ему казалась знакомой.
– Вот так встреча! – начал Аарен, подойдя ближе и садясь за игральный стол.
Человек ничего не ответил, но оторвал свой взгляд от стола и удивленно посмотрел.
– Не узнаете меня?
– А Вы что тут забыли? – спросил человек Аарена, волосы которого были завязаны в хвост.
– Повышаю квалификацию. – ответил он с иронией и посмотрел на охранную вышку. Она стояла ровно посередине двора. Высотой метров двадцать, заканчивающаяся крытой смотровой площадкой. – Заслужил командировку сюда после того, как попал на планету Вэйл.
– Потому-то я Вам ничего и не сказал. Я знал, что это бесполезно.
– А может если бы сказали, то я бы не очутился здесь.
Собеседник пронзительно взглянул на Аарена своим выцветшими от возраста глазами. Они казались усталыми.
– Вы действительно в это верите? Оглянитесь. Вас упекли сюда за то, что копались в этом всем и продолжаете упрямо это делать… Никого не осудили за зверства тех времен. Умер только император, а всех влиятельных людей всего лишь поменяли местами.
Он закашлял и последовала непродолжительная пауза. Затем продолжил:
– Пока я работал в Aegis я узнал много интересных вещей об этой компании… Вы в курсе, что император поддерживал их до падения режима?
– Если компания производит хорошую продукцию – почему нет? – удивленно и ответил Аарен.
Старик покачал головой, поражаясь, видимо, наивности собеседника.
– Почему Вы здесь, мистер Аарен?
– Якобы угрожал жизни генералу ОЗИ.
– Все повторяется… Быть может эпоха Мессера и прошла, но по факту, они лишь сменили императора, который ничего не решает теперь. Вся власть в руках армии и адвокатуры, бывших офицеров Мессера, которые остались преданны той системе, и они правят как хотят. Хотят в тайне вернуть былое. – говорил старик. – И ваше попадание сюда – отличный тому пример.
– Двое убитых Вами как-то стояли за расстрелом тех гражданских? – поинтересовался Аарен.
Где-то сверху раздался рев двигателя. По всей видимости шаттл отправился куда-то.
– Генерал Артемис Рэдмейн, командующий подразделением пехоты, что нажал на курок на площади. А Ньютон Вейрес… он отдал приказ открыть огонь.
– Как агент Адвокатур мог такое сделать? – спросил Аарен.
– Во времена режима Мессера Адвокатура не имела ничего общего с блюстителями закона… они… были тайной полицией императора. Выполняли все его грязные дела.
– Откуда Вы можете это все знать? Вам было тогда…лет одиннадцать.
– Все верно. – ответил старик. – Я поставил целью своей жизни борьбу с этим зверством…В 2806 году, мне тогда было двадцать пять лет, я выслал запрос в новообразованный суд на установление виновных в бойне 2792 года на Вэйле. Но получил отказ в возбуждении уголовного дела… из-за невозможности определить участников.
– Новообразованный суд? – спросил Аарен
– Трибунал, суд… называйте как хотите… эта система была упразднена c приходом Мессера Первого, а вернули почти аж триста лет спустя…Так вот… Мне пришлось пойти в ряды Армии ОЗИ. Думал оттуда у меня будет больше путей доступа… Я дослужился до майора и тогда… мне открылся путь к заветным военным архивам, из которых я узнал кто занимал руководящую должность на Вэйл. К тому времени Артемис Рэдмейн был в звании Генерала, служил на Терре. Как-то раз я услышал про званный вечер верхушки офицеров, что служили на Терре. Там то я с ним и познакомился. Под влиянием алкоголя он выболтал мне, что приказ о применении оружия поступил из местного отделения, мистера Ньютона. При этом, рассказывая о тех днях, он имел наглость улыбаться, будто для него это была лишь забава.
Над ними завис патрульный дрон. Он держался в воздухе при помощи четырех выступающих в разные стороны прямоугольных и тонких сопел, которые наклонялись вниз и вверх, корректируя равновесие машины. Размерами он был метра полтора и под центральной частью свисал “глаз”, через который он сканировал все, что видел, а еще чуть ниже была смонтирована длинная винтовка-шокер. Старик прервал свой рассказ и передвинул пешку шахмат на клетку вперед. Аарен последовал его примеру и сделал ход конем. Дрон повисел еще пару секунд и направился дальше, провожаемый взглядом Аарена.
– Что было дальше, мистер Стенгер?
– Теперь у меня были имена, – продолжил рассказчик и передвинул другую пешку. – и я подал дело в трибунал о признании вины этих личностей. Но мне отказали. Не усмотрели вины в содеянном ими, так как те исполняли приказ.
– Что за вздор. – пробурчал Аарен. – Если приказы преступные – их не стоит выполнять, а человека, что их отдал – под трибунал.
– Только тогда это действовало наоборот. Не подчинился приказу – привет Адвокатура и тюрьма на Хароне. Да и сейчас мало что изменилось. Как тогда помню имя человека, который занимался этим делом…Уорен Джесс.
– Уорен Джесс? – переспросил Аарен. – Директор Адвокатуры?
– Вижу, он пошел на повышение. – ехидно заметил Стенгер.
В голове Аарена все сложилось в единую цепочку. Оставалось только найти доказательства.
– Архивные документы, которые мне удалось заполучить в военном ведомстве, находятся у меня дома, на планете Давьен. Там лежит также распечатка моего запроса в трибунал с отказом и подписью под ними мистера Джесса. У вас, мистер Вейрес, еще есть шанс отмыться, используя эти документы. Но будьте осторожны.
*
**
Прошло два дня с момента, как Аарен общался со Стенгером и за этот промежуток времени немного сдружился с Джесси и Седьмым. Не смотря на то какой контингент здесь пребывал – они были более менее адекватными парнями из всех. Сейчас они находились на спортивной площадке, где Джесси и Седьмой страховали Аарена, который делал жим лежа от груди.
– Давай, давай, давай… держись! – подбадривали они его при последнем подходе, который давался ему уже тяжело.
Аарен выжал штангу от груди, а ребята помогли положить ее на держатели, ответившие металлическим звоном и задрожавшие от большого веса. Он резко поднялся и взял полотенце с держателя рядом. Неожиданно к ним подошли три тюремщика.
– Заключенный 151-D-2420,– обратился к Аарену один из них голосом из шлемного динамика. – к тебе посетитель. Вытянуть руки перед собой.
Аарен подчинился и ему застегнули наручники, которые сразу же активировались. Он запамятовал застегнуть свою робу сверху, так что его вели ко входу к административной башне с полуголым торсом, если не считать белой майки.
Толстые входные двери разъехались в стороны после противного звукового сигнала и перед ними предстала серая стена холла, на которой отображалась эмблема ОЗИ и надпись “Исправительное Учреждение планеты Квартердек”. “Видимо для тех, у кого совсем с памятью плохо и временами забывает где он находится” – ехидно заметил про себя Аарен. Возле стены они свернули направо в коридор, куда направлял один из желтых указателей на стене с надписью “Зал для встреч”. Он находился на пятом уровне, так что Аарен и трое тюремщиков взяли лифт в конце коридора. Ему немного льстило, что для сопровождения выделили аж три человека.
Его ввели в темное помещение зала для встреч с черными глянцевыми стенами, потолком и полом. Диодное белое освещение шло вдоль стен и центральной секции потолка, а на стенах висели различные картины в белой, широкой оправе. Его усадили на стул, чем-то напоминающий ортопедический, в котором колено упирается в спинку, но скорее всего он использовался для блокирования резкой попытки встать. Там просто напросто можно было бы запутаться ногами и рухнуть.
Аарен сидел в ожидании, положив сцепленные руки на стол и рассматривал картины на стенах. На них какой-то художник изобразил довольно странную живопись. Как ему казалось – это была обычная мазня, в которой некоторые люди находили какой-то глубокий смысл и спорили между собой, стоя с бокалом вина в картинных галереях.
Он знал, что единственным посетителем, кто мог его навестить, была Ливия. Но не потому, что она так хотела. Хотя, тут он не может быть уверенным в ее желаниях. Аарен выслал ей сообщение два дня назад, практически сразу после его беседы с убийцей его деда и генерала ОЗИ – Стенгером. Там он просил ее о встрече, так как нашел новые зацепки по делу. Она вошла в помещение и шла по проходу между другими пустующими столами, не спеша, но и не слишком медленно, грациозно покачивая бедрами, форму которых подчеркивал служебные цвета индиго облегающие штаны. Черные туфли с невысоким каблуком, верх которых прикрывался штанами, постукивали по полу. Среди того умеренного ада, что царил в тюрьме, Ливия казалась кусочком той свободы и покоя.
– Здравствуй, Аарен. – сказала она, садясь за стол напротив. Ее большие глаза смотрели на него как тогда, когда она первый раз встретила его.
– Скучала? – спросил он, расплывалась в улыбке.
Ливия смущенно улыбнулась и отвела глаза, поправив рукой прядь волос за ухо.
– Врядли ты меня сюда позвал, чтобы спросить это.
– Не поверишь, – сказал Аарен подавшись вперед и полушепотом. – но вместе со мной в блоке находится убийца Ньютона Вейреса.
– Ты параноик. – ответила ему полушепотом Ливия. – Здесь всем все равно.
Аарен посмотрел несколько секунд в молчании на нее, ловя себя на мысли, что у нее очень приятный аромат духов, с ноткой некой свежести, затем сел ровно и продолжил нормальным голосом:
– Это убийство было местью за расстрел свыше двухсот мирных граждан войсками ОЗИ по приказу отделения Адвокатуры на планете Вэйл. Убитый генерал на Терре, как и вице-президент компании Aegis, были причастны к исполнению этих приказов. Директор Адвокатуры Уорен Джесс, тогда он был ниже по званию, получил запрос на открытие судебного дела против них, но выразил отказал.
– Господи, Аарен! – она закрыла рот руками от удивления. – Это ведь 316 статья уголовных законов ОЗИ…
– А причем тут укрывательство особо тяжких преступлений? – спросил Аарен.
– Если судья знает о преступлении, но не открывает рассмотрения дела, якобы за неимением состава, оно будет рассмотрено как укрывательство. У тебя есть доказательства?