Моя маленькая львица

ГЛАВА 1

– Эй, рыжая, – неприятный прокуренный голос раздался за спиной, – повтори.

Я медленно обернулась и смерила холодным взглядом взмокшего хряка в деловом костюме. Не глядя на меня, он покачивал в руке пустой бокал, ожидая, что я по волшебству доставлю ему новую порцию алкоголя.

– Глухая? – он отвлекся от игры и перевел на меня мелкие крысиные глазки. Похоже, уродец проигрывает. Это карма, дружок.

Напеваю про себя одну из глупых надоедливых песенок, что крутят по радио. Взрывная злость нехотя убаюкивается, и на моих губах появляется намек на вежливую улыбку.

– Я крупье, а не официант, – ответила я тоном, лишенным какого-либо эмоционального окраса.

– Какая, к черту, разница? – толстяк возмущался, потрясая стаканом. Сейчас проиграет очередной раунд и кинется грозиться кулаками любому обладателю униформы. Пока я молчала, мужик дрогнувшим голосом выдал за стол: Олл-ин!

Обмахнул влажный от пота лоб веером из карт. Его мерзкое лицо приклеилось к происходящему за игровым столом, а я едва удерживала рвущийся наружу дьявольский смех. Этот идиот поставил все свои фишки! Любому проходимцу понятно, что ему нечего ловить. На этой морде черным по белому написано – неудачник.

Я усмехнулась и, не дожидаясь, когда боров вспомнит обо мне, свернула за угол. Там, в отведенной для вип-гостей комнате, расположилось мое рабочее место на сегодня. Гости вот-вот соберутся, и меня снова окутает ароматами элитного парфюма и бессовестно дорогих сигар.

Я достала из кармашка зеркальце и, встав напротив приглушенной лампы, окинула быстрым взглядом свое лицо. Карие линзы сидели четко, прикрывая настоящий цвет моих глаз. Густо прокрашенные тушью ресницы, тонкие стрелки и бесцветный бальзам для губ – весь мой макияж на эту ночь.

Слегка повернула зеркальце, проверяя, не пробиваются ли через рыжий парик иссиня-черные волосы. Я спешила, и мне пришлось пренебречь правилами закрепления парика, так что оставалось надеяться, что ничто не заставит меня сегодня потерять голову. Во всех смыслах.

Убрав зеркальце, я расположилась за столом. Погладила колоду, предвкушая интересный вечер. Не прошло и пяти минут, как на мою сессию покера стали подтягиваться гиганты российского бизнеса.

Смотреть им в глаза, навязываться и как-то проявляться громче положенного было запрещено, и я привыкла вести свою игру, исподлобья наблюдая за владельцами корпораций. Но сегодня я ожидала важного гостя и не могла упустить из виду его появления.

Я внимательно проходилась взглядом по лицам входящих, но то были лишь привычные мне люди. Те, что собирались за этим столом из недели в неделю. Для них, заскучавших толстосумов, это вроде как было своего рода хобби.

Нужная персона не появлялась. Внутри встрепенулась тревога и тут же злость на себя. Значит, я где-то ошиблась. Не так расставила силки, раз этот лось не угодил в ловушку.

Черт, папаша Пожарский! Если ты сейчас же не войдешь в эту комнату, я проникну в твой дом, в твои сны… И придушу тебя дважды. Сначала во сне, а потом наяву.

Только, не успела я закончить свой безмолвный монолог, как в дверях появился он.

Я его не знала, но сразу почувствовала – этот парень доставит мне немало проблем. Со мной бывало такое, что, не имея никакой информации, я вдруг могла услышать внутри голос, подсказывающий правду, или нащупать определенные ощущения, передающие мне тайное знание.

Так случилось и сейчас. Я поняла, что новенький игрок станет мне костью поперек горла.

Высокий приятно сложенный молодой человек прошел к столу и, лукаво улыбаясь, осмотрел каждого, кто был в комнате. Я же беззастенчиво изучала его тело и лицо, стараясь в максимально сжатые сроки уловить как можно больше деталей.

На вид молодому человеку было около двадцати пяти лет. Он явно уже не студент, но еще не чета тем акулам бизнеса, что уже заняли свои места за столом. Визуально проведя линию, я предположила, что его рост в районе ста восьмидесяти пяти сантиметров. Плюс-минус два сантиметра. Фигура стройная с хорошим мышечным каркасом. Ставлю сотню на то, что он любитель активно подвигаться, но и железо в зале время от времени тягает.

Костюм на парне ожидаемо дорогой. Серая тройка, сидящая по фигуре и-де-аль-но. Нигде не топорщится, нигде не жмет. Рубашка белее арктического снега и гладкая, словно кожа на попке младенца. Темно-синий галстук, правильно подобранный под образ. Думаю, этот пижон тот еще душнила. От него так и веет педантичностью и чрезмерной пунктуальностью, не помешавшей ему, однако, войти в зал последним. Но этот момент явно был спланирован, ведь красавчик, очевидно, любит быть в центре внимания и умеет себя выгодно преподнести.

Загадочный посетитель дошел до меня, и я невольно вздрогнула, когда поймала на себе его долгий изучающий взгляд, словно он сканировал меня так же внимательно, как и я его. Серые глаза прищурились, а улыбка на губах едва заметно дрогнула.

Я раскрыла рот, чтобы огласить раздачу, как парень, будто намеренно вырвав из моих уст очередь говорить, медленно произнес:

– Господа, всем доброго вечера, – он отвязался от меня, обращаясь к публике. – Сегодня должен был играть Александр Федорович Пожарский. Кто-то из вас направил ему заманчивое приглашение на игру. Но мне довелось лично познакомиться с ним накануне, и великодушно предложил мне занять его место за этим столом.

Я на миг заслушалась низкой мелодикой его голоса, гадая, мог ли он заниматься музыкой, как вдруг одернула сама себя, когда парень упомянул Пожарского. То самое приглашение отправила я, а не богачи, рассевшиеся за столом. Хотя никто не отказался бы оказаться за одним игровым столом с самим Пожарским. Особенно после череды скандалов, затронувших эту семью. Разве не чудесно узнать сплетни из первых уст?

Только я хотела затащить Пожарского на игру не для сплетен. У меня были свои планы на мерзкого старикашку. И этот гладко выбритый пижон мне все испортил!

– А вы кто? – лениво спросил один из завсегдатаев казино. – Еще один отпрыск рода Пожарских?

От этой фразы, кинутой так пренебрежительно, мне захотелось с ногами залезть на стол, чтобы скорее добраться до банкира, из чьего рта так неосторожно вылетела ненавистная мне фамилия, но я удержалась и с любопытством склонила голову на бок, ожидая ответа гостя.

– Упаси боже, – пошутил он, поправляя каштановые волосы, зализанные гелем назад. – Я Владислав Смольнов. Сын его вынужденного партнера по бизнесу. Я не думаю, что мой отец одобрил бы это партнерство, будь он жив.

Присутствующие понимающе заохали и принялись передавать парню свои соболезнования, а я, не ожидав такого ответа, позволила удивлению просочиться на мое лицо в виде приоткрытого в шоке рта.

Тот самый Смольнов.

Один из представителей семейки, чья фамилия не сходит с первых полос газет последние пару месяцев. Наряду с фамилией Пожарских, конечно. Те уже прочно закрепились в сводке скандальных новостей.

Шумиха на телевидении и на просторах интернета утихла чуть раньше – там и без Пожарских есть кому рваться к своей минуте славы. Однако время от времени и в ленте соцсетей вылезали кричащие заголовки, приглашающие почитать вонючие новости из жизни скандальной семейки.

Упадок компании. Сексуальные развлечения. Пожары. Покушения. Убийства. Что еще прекрасного могло случиться в этой некогда великой династии? А кое-что интересное я могла им обеспечить. Но все по порядку.

Упоминание фамилии Смольнова навело меня на мысли о его сестре Катерине. И все же что там у них произошло? Она та самая психопатка, что была замужем за Давидом Пожарским и пыталась убить его любовницу, которая, в свою очередь, спала с его братом и даже выскочила за него замуж где-то на берегу океана. Впрочем, это слишком запутанная история даже для меня. А распутывать ее для моих целей совершенно не нужно.

Попытки убить пассию братьев Пожарских не увенчались успехом, зато своему папаше, пролежавшему в коме, она помогла отойти в мир иной, за что скоро надолго присядет в тюрьму. Я восстановила в памяти образ этой бунтарки, косящей под прилежную домохозяйку, и снова окинула взглядом симпатичного шатена, присаживающегося на свое место.

Брат и сестра. Интересно, он такой же двинутый?

Я отметила про себя необходимость глубже изучить семейное древо Смольновых. Это не входило в мои планы, но с тех пор, как Владислав Смольнов объявил свое имя, я почему-то загорелась интересом. А когда я горю…все сгорает вместе со мной.

***

Влад не мог не отметить, что при натянутых радушных улыбках, на него все же посматривали с подозрением. Незнакомец. Темная лошадка. Его эти взгляды только заводили. Ему нравилось быть тем, кого немного побаиваются. Не потому что он пугающий (хотя сводная сестричка внесла коррективы в семейную репутацию), а потому что им о нем ничего не известно. А вот он всегда заранее изучает возможных оппонентов.

Он знал их имена. Знал, какими компаниями они управляют. Какие темные стороны их репутации стоит осветить в случае, если что-то пойдет не по плану. Он знал сильные и слабые стороны каждого, кто сидел за столом. Он готовился стать частью большой игры, какую когда-то вел его отец.

Отец научил его смотреть наперед и знать все обо всех. Он говорил: «Холодный расчет – залог твое могущества, сын». С самого детства этот парнишка готовился стать достойной заменой своего отца. И как так вышло, что Владу пришлось расти вдалеке от родины, а его место заняла мелкая Катерина, которая дала волю чувствам и сдала компанию своему хахалю Пожарскому? С этим мы еще разберемся.

Не менее пристально Влад изучил одну из симпатичных работниц этого казино. До него долетели слухи, что она может стать его незаменимым козырем в игре против Пожарских.

Ему нужно было собрать преданную команду, ведь он плохо знал местный менталитет, хоть кровно был полностью русским и даже родился в туманной Москве двадцать шесть лет назад. Так что сейчас, вынужденно вернувшись на родину за наследством, он с особым упоением впитывал новые знания и готовился собрать вокруг себя достойную свору исполнителей.

Осматривая игроков, он по очереди записывал на подкорку данные каждого богатенького папика, сидящего за этим столом. Только его взгляд то и дело возвращался к этой странной диковатой девчонке в форме крупье. Что его так привлекло? Ее мелкая и в то же время изящная фигурка в фирменном красном жакете, ушитом в узкой талии. Острые черты бледного лица с впалыми щеками. Огромные кукольные глаза карего оттенка. Ресницы – пушистые, черные, подчеркивающие глубину темного взгляда. Слишком горделивого для ее небольшого роста и возраста. Медного оттенка волосы, собранные в гладкий низкий пучок. Она не подходила под описание и не могла быть той, кого он здесь ищет.

Хотя что-то в ней определенно было не так. И это что-то буквально заставило мозг Влада запечатлеть эту девчонку в памяти. Он раз за разом возвращался к ней, позволяя себе отвлекаться от игры, но та делала вид, что не замечает его внимания. Ну, конечно, она, вероятно, привыкла к тому, что посетители казино одаривают ее липкими взглядами. Как ни крути, а мордашка у нее была симпатичная. И веяло от девушки чем-то странным и неожиданным… Опасностью. Может, она та самая, ради которой он сюда и пришел? Не сходится. Не похожа.

Влад красиво увиливал от вопросов, касающихся компании отца, которая теперь легла на его плечи. Тот самый момент, когда наследство – скорее обуза, нежели подарок. Гребаные Пожарские! Внутри себя парень злился на эту семейку, что практически спалила дотла дело его отца. Но он с этим еще разберется.

Когда Владу довелось видеться с отцом в последний раз, тот еще был жив и здоров. Илья Алексеевич, насмехаясь, рассказывал сыну, как братья Пожарские приходили к нему на поклон и спорили о слиянии, которое, по их мнению, могло бы спасти великий дом Пожарских от краха.

Они хотели, чтобы золотодобывающее предприятие Смольновых стало для них донором. Финансовым, маркетинговым, репутационным. Эта семейка надеялась выплыть со дна, цепляясь за ресурсы компании Смольновых.

Казалось бы, для общественности нет ничего удивительного в том, что золотодобывающее предприятие объединяется с ювелирным концерном. Только в их глазах это выглядело, как если бы ювелиры Пожарские присоединили к себе еще один ресурс – золото, как они уже делали с многочисленными месторождениями драгоценных камней по всему миру.

Никто не оглашал, что концерн Пожарских идет ко дну благодаря идиотскому управлению Александра Федоровича Пожарского. Тот растратил бюджеты компании на пиршества, убыточные контракты и собственные приходи. И теперь его сыновья пришли за компанией Влада, чтобы как-то прикрыть свой позор.

Влад слишком сильно ненавидел Пожарских, чтобы принять их в качестве партнеров. Им придется уйти. Он найдет способ избавить бизнес от этих нахлебников.

Влад хорошо помнил, как они с отцом смеялись, обсуждая слияние компаний в ресторане в центре Лондона. Ни отец, ни сын не допустили бы этого слияния. Ни к чему мешать свои дела с грязными делишками этой гребаной семьи.

Только глупая Лариса и ее дочка все испортили, а Влад не мог влезть, пока не станет официальным хозяином компании. И вот пришло время расставить все по своим местам. И начнет он, конечно, с того, что избавится от Пожарских. А вот отдаст ли он им их собственную компанию? Большой вопрос.

Никто здесь не знал Владислава Смольнова. И никто не догадывался о его аппетитах и жажде власти. А ведь Илья Алексеевич прятал сына не просто так.

Внезапно неподалеку послышалась неприятная возня. Сначала приглушенные голоса, пытающиеся донести какую-то информацию, как вдруг:

– Обобрали сволочи! – раздался резкий крик из основного зала. Голос звучал слишком близко, так что, вероятно, буянил один из игроков крайнего стола. – Да я вам ничего не должен! Карты крапленые, ясно?! Я с судом к вам приду!

Грозиться судом в казино, которое работает нелегально, было даже забавно. Каждый сидящий в зале игрок понимал, что, спускаясь в эту преисподнюю, подписывает негласное правило – не разглашать никому информацию об азартном клубе.

Игра за столом Влада продолжалась, хотя за занавесом явно происходило нечто более остросюжетное. Слышались голоса персонала, вежливо призывающие мужчину успокоиться. Кто-то позвал охрану. Попытки воззвать к разуму изрядно выпившего игрока были бесполезны. Тот продолжал кричать и грозиться расправой каждому, кто имел отношение к этому казино.

Неожиданно раздался звон битого стекла, и обманутый мужик с отчаянием завопил:

– Не подходите! Я заберу свое и уйду! – предупреждал он.

Пятясь, он вошел в закуток, где восседал Влад. Игра все же остановилась, когда все заметили толстого посетителя с безумным взглядом и разбитым стаканом в руке. На мужчину шли охранники, которым хватило бы и минуты, чтобы скрутить пьяного игрока, как тот решил пойти ва-банк, взяв в заложники хорошенького молодого посетителя.

Он буквально кинул свою тушу в сторону Влада, который сидел к выходу ближе остальных. Рваное острие бокала неслось к лицу парня, а тот, не шелохнувшись, продолжал улыбаться. И стекло стерло бы эту улыбочку с его губ, если бы рыжая девчонка в жакете крупье не оказалась рядом быстрее. Она буквально вскочила на стол на четвереньках, выкинув вперед одну руку, и, только когда стакан с шумом отлетел в сторону, а толстяк с воплем схватился за окровавленную руку, Влад сглотнул и перестал улыбаться.

У его губ застыла вытянутая рука девушки, а в ее ладони был маленький, но опасно наточенный нож. Влад медленно осмотрел ее, застывшую на столе в любопытной позе. Девчонка же часто дышала, словно осознала – для простого крупье она слишком лихо выудила нож из рукава и защитила гостя. Все присутствующие сделали свои выводы.

А Влад… Он понял, что нашел ту самую девчонку, которая была нужна для его игры.

ГЛАВА 2

Игру за столом продолжил мой коллега – один из тех, с кем мы пару раз пересекались в ночной банде. Парень окинул меня недоброжелательным взглядом, как бы намекая, какая я идиотка, раз позволила раскрыть себя. Обычный крупье вряд ли обладает проворностью вроде моей – я годами тренировала ее, чтобы выжить. Для той же цели при мне всегда был мелкий, но вполне опасный ножичек.

И я тоже с виду была мелкая и щуплая, но те, кому довелось перейти мне дорогу, знали, что эта хмурая малышка так же опасна, как нож в ее руке. Не стоит недооценивать противника. Важнейшее правило выживания.

Мне пришлось проследовать в кабинет Вепря, чтобы уладить вопрос с любимым ножичком, случайно вылетевшим из рукава прямо в мою ладонь. Я уже успела несколько раз пожалеть, что доверилась инстинкту и влезла между пьяным толстяком и элитным гостем.

К слову, об элитном госте.

Этот щегол шел позади меня, и я четко ощущала его взгляд, изучающий мое тело сзади. Ненавижу, когда кто-то стоит за моей спиной. Чувства обостряются, и хочется скорее снова прощупать прохладный металл ножа в руке, но Смольнов вытащил его из моей ладони, когда я зависла над ним. Теперь мы оба шли в кабинет Вепря только потому, что Владиславу захотелось обсудить инцидент с главным. Наверняка, хочет пожаловаться и поныть из-за кошмарного сервиса и выклянчить фишки в обмен на молчание.

Смольнов позади меня вызывал неприятные ощущения не только из-за того, что я была уязвима в этом положении. Я злилась из-за недостатка информации о нем. Сосредоточившись на Пожарских, я упустила из виду один важный момент – после слияния компаний Смольновы встали на один пьедестал с моей несостоявшейся семейкой, и это делало их еще одной мишенью для моей ненависти.

И я, зациклившись на папаше Пожарском, благополучно забыла о существовании кого бы то ни было еще. А ведь Катерина Смольнова ожидает суда, и акции объединенного концерна должны были через нее достаться Давиду Пожарскому, но…

Но не случилось того, на что сам Давид, очевидно, рассчитывал. Почему я не отследила новости по этому вопросу? Почему не вписала в свой список имя Владислава Смольнова и не разнюхала о нем все, что только можно? Я допустила ошибку, и она может стоить мне определенных позиций.

Я кинула взгляд через плечо, отслеживая движения Смольнова. Вряд ли он прост, но я подыщу ключик и к этому сейфу. Взломаю. Узнаю, что мне нужно. Скроюсь в тени, заперев за собой замок. Сам Смольнов не заметит, как я щелкну его на раз-два.

Мелкая, но опасная. Пускаем нового игрока на поле.

Длинный темный коридор подпольного казино закончился, и мы уткнулись в дверь. Я прильнула к деревянному косяку. Два раза поскребла ногтем по двери и тут же один раз уверенно ударила кулаком. Я предупреждала Вепря о своем приходе. Гость за моей спиной едва слышно усмехнулся.

А чего он ожидал от главаря запрещенного казино? Уютного офиса с мягким диваном и симпатичной секретаршей в зоне ожидания? Скажите спасибо, что крысы не пляшут в коридоре. Это куда больше подходит природе Вепря.

Толкнув дверь, я вошла. Смольнов, конечно, не растерялся и вошел следом. Так как казино большей частью находилось в подвалах одного из московских клубов, принадлежащих команде Вепря, окон в комнатах не было. Темный кабинет, освещенный лишь торшером и экраном ноутбука, навевал неприятные мысли.

Я к этому месту привыкла настолько, что не обратила внимания даже на девицу, выползающую из-под стола хозяина. Тот откатился назад на кожаном кресле и смерил гостя вопросительным взглядом. Я тоже кинула на Владислава заинтересованный взгляд. Как он, надухаренный папенькин сыночек, отреагирует на грязь, в которой мы варимся?

– У меня есть к вам разговор, – серьезно заявил парень, сделав вид, будто ничего необычного не происходило.

Полуголая девушка поднялась с пола и, виляя булками в тонких черных стрингах, прошлась мимо Смольнова. Ее тяжелая грудь качалась при ходьбе, и я снова вперила взгляд в лицо парня, надеясь увидеть на нем хоть что-то: интерес, желание, отвращение… Но Владислав был холоден. Его глаза смотрели только на Вепря. Девушке пришлось цокнуть языком и молча удалиться.

Бедняга Лола, она все еще надеется зацепить здесь богатенького папика и все никак не продвинется по карьерной лестнице. Так и ползает от одного стола к другому. Жалкое создание.

С одной стороны, я была в не лучшем положении. Нагнуть меня, конечно, никому не дозволялось, но и я при Вепре была девчонкой на побегушках. Обращалась тенью и собирала данные на тех, в кого тыкал толстым пальцем хозяин. Брала чужое, если он того хотел. Приводила в его ловушки нужных людей.

Я тоже была здесь лишь обслуживающей единицей. Но у меня хотя бы была цель. Настоящая, прожигающая меня изнутри, и потому попытки Лолы просто уютненько пристроить свой зад на коленках богатого сноба вызывали у меня неприкрытое презрение.

К черту Лолу. Вепрь смерил гостя оценивающим взглядом, и я невольно сжала кулаки. Что угодно могло произойти дальше. Я не раз наблюдала, как в этом кабинете разбивали носы и лишали зубов. Одних – за неповиновение, других – за долги.

Хозяин встал со стула, застегивая ширинку. Этот мужчина шестидесяти с лишним лет был из тех, про кого не сразу точно скажешь, чем он увлекается: кроссфитом или пивом на диване. Он казался одновременно качком, затекшим на массе, и просто крупным жирдяем.

– Ты кто, мальчик? – неприятно огрызнулся Вепрь. Он приоткрыл рот, демонстрируя криво торчащие клыки – главная причина, по которой его прозвали Вепрем.

Смольнов усмехнулся и покачал головой. Кажется, ситуация его забавляла. Стоит отметить, у этого парнишки крепкие нервы, хоть с виду и не скажешь.

– Меня зовут Владислав Ильич Смольнов. Полагаю, вы знаете, кто мой отец, – он сунул руки в карманы и снова посмотрел на Вепря так, будто тот был тупым громилой, а не бандитом, удерживающим в своих огромных лапищах сеть незаконных заведений.

– Так ты его золотой мальчик? – ухмыльнулся Вепрь, щедро плеская виски в бокал. Он по-особенному выделил слово «золотой», показывая, что прекрасно осведомлен, какое наследство получил Влад от отца.

Золотодобывающее предприятие, объединенное с ювелирным домом Пожарских. Правда, пока от этого слияния ничего хорошего не произошло. Компания несла убытки из-за черного пиара, устроенного и Пожарскими, и Смольновыми в лице Катерины и ее мамочки, питающей любовь к молодым парням.

В моей памяти всплыли фотографии, которыми пестрил интернет долгие пару месяцев. Здоровый Кирилл Пожарский с волосами, собранными в небрежный пучок. И рядом в коллаже фотография Ларисы – все еще вполне приятной внешне, но уже, увы, не первой свежести. Интересно, эти фотографии внесли раздор в идиллию Кирилла и той модельки, что он увел у своего старшего брата?

– Вы можете сколько угодно строить из себя властителей мира, – медленно проговорил Вепрь, – Смольновы, Пожарские, кто угодно еще… До тех пор, пока вы на моей территории, – мужчина обвел рукой свой кабинет, но имел в виду, конечно, казино, – вы никто. Так что, если ты пришел пугать меня своим именем, не трать время.

Вепрь неторопливо отпил виски, и, только когда он поставил бокал на стол, неприятно звякнув стеклом, Влад заговорил ровным тоном.

– Что ж, постарайтесь не лишиться территории, что по каким-то причинам считаете своей, – серые глаза угрожающе сверкнули в полумраке, и я, не сдержавшись, покачала головой.

Этот идиот не ведает, что творит. Он собирается перейти дорогу Вепрю. Поздравляю, чудила, завтра твой труп найдут в ближайшем овраге. Повезет, если от него останется хоть что-то, по чему тебя можно будет опознать.

– Хозяин, я хотела бы вернуть свой нож, – встряла я, желая увести мужчин от опасной конфронтации. И зачем я это делаю? Пусть Смольнов поджарит свой зад и сам убедится, что с Вепрем нельзя играться.

Уж я-то знаю. Я живу по его правилам последние семь лет. Я видела, как исчезают те, кто не умеет склонять головы.

– Девочка моя, – с наигранной нежностью протянул Вепрь, – что я говорил тебе об оружии в зале?

Не успела я ответить, как Смольнов героически вступился:

– Собственно, из-за этого я сюда и пришел, – он достал из кармана мой ножичек и, не глядя в мою сторону, протянул его мне. Только я подняла руку, чтобы выхватить его, как этот гаденыш, ловко провернув ножичек между пальцев, закинул его обратно в карман: Я хочу забрать эту девушку с собой.

Я замерла. Вепрь рассмеялся. И только Смольнов уверенно стоял на своем.

– Я забираю девушку с собой, – холодно повторил он. – Сколько вы за это хотите?

Он понимал, что я тут не по трудовому договору работаю, и потому сразу решил выкупить меня. Выкупить меня. Смольнов. Я окинула парня непонимающим взглядом. Ползунок моего раздражения подскочил неприлично высоко. Мало того, что я ни черта не знаю об этом Смольнове, так он еще смеет совершать непредсказуемые ходы. Этот золотой мальчик знает больше, чем я.