Звезды все помнят. Книга I. Крейсер «Экскалибур»
- -
- 100%
- +
Пролог
Институт так называемых «звездных маршалов» или «шерифов», кому как нравится, какие бы насмешки он не вызывал, решает главную задачу по обеспечению, если не явного, то, во всяком, случае видимого порядка в тех уголках Галактики, где законное присутствие Звездного Патруля или спорно, или невозможно.
Корпорация ГЛТК, получая многочисленные донесения о кражах ценного и дорогого оборудования с автоматических зарядных станций, была вынуждена прибегнуть к найму «маршалов», наделяя их соответствующими полномочиями для охраны своей собственности особенно на основных популярных межзвездных маршрутах, не особо заморачиваясь их часто сомнительным прошлым или подмоченной репутацией.
(Из книги «Первопроходец», Зареслав Вуч, 2525`)
Невысокого роста коренастый светловолосый мужчина в сине-голубом «всепогоднике» c гравировками специальной охранной службы ГЛТК стоял у широкого ферро-стеклянного иллюминатора и наблюдал, как 3 пары космолетов выписывали пируэты вокруг похожего на стальную ящерицу более крупного космо-катера «Тритона». Он любил смотреть вот так вот «вживую», а не через объемные искусственные экраны. Да и эти окна могли в любой момент закрыться сдвижными броне-панелями, если надо. Он был горд собой. Это все вокруг была его маленькая империя. Но империя, даже пусть и маленькая, обходилась в круглую сумму, которую нужно было еще заработать.
Это его парни накручивали восьмерки, сшибая мишени-болванки. А они были непростые, некоторые прошли обучение и опыт в Звездном Патруле. Конечно, все то же самое они могли бы делать и в виртуальном пространстве, но он, Шэмол Крит, предпочитал реальную практику. Дела в целом у него шли не плохо. Выгодный контракт «звездного маршала» в этом секторе от ГЛТК приносил свою копеечку. И Альянс не докучал своим флотом, потому что и с преторианцами у Шэма было все схвачено. Однако, глядя в «окно» с капитанского мостика своего 50-тысячетонного сильно модернизированного грузового судна класса «Кэмэлвэй», переоборудованного во вполне себе боевое, он, все же, был не весел. С часу на час он ждал прибытия очень важного гостя с новостями. Дело в том, что Шэм уже знал, что новости будут так себе, даже несмотря на успех миссии в целом. Представлял он в уме и сколько недополучит. Его ум искал пути и способы выхода из финансового затруднения. Не то, чтобы все было настолько плохо, совсем нет. На объёмном проекционном дисплее у него за спиной крутился и светился контракт от «Зова Вальхаллы». Там его ждали очень хорошие креды, но и рисков была куда как больше, чем тут на задворках «межграничья».
Огромный 450-тысячетонный более чем 3-километровый в длину грузо-пассажирский транспортник класса «Странник», подобный вытянутому толстому сужающемуся впереди и сзади как бы полому внутри цилиндру возник из яркой вспышки света всего в каких-то 50-и тысячах километров от зарядной станции «Пустапао-Энерджи», где его, Шэмола, «Хэллбой» уже более суточного цикла болтался на «приколе».
Шестерка космолетов весьма эффектно и даже где-то изящно разлетелась, оставляя голубые затухающие следы, будто брызги некоего ярко-голубого фонтана, как бы встречая и препровождая прибывший «Астропульс» ко 2-му зарядному доку станции.
– Наконец-то прибыл. Эти преторы такие медлительные.
Он развернулся и неспешно направился в сторону выхода, бросив скользящий взгляд на контракт от «Зова». Шэмол остановился и призадумался. Его мысленный взор через нейро-линк устремился к ИИ, и уже через секунду на экране появилось бодрое весьма молодое мужское лицо одного из пилотов космолетов.
– Фрэнк, скажи мне, что ты думаешь о «Зове Вальхаллы»? Что остальные артефакты об этом думают?
Лицо на экране немного напряглось в некой задумчивости, но уже спустя пару секунд отозвалось:
– А что не так с «Зовом», Шэм?
– Ну, это ж немного не вяжется с наведением законности и порядка. Может, какой негласный кодекс Звездного Патруля нарушается? – Шэмол уже и сам понимал, что наемничество для его парней-артефактов ничем не хуже имеющихся контрактов.
– Ха! Все кодексы в прошлом… Мы теперь вольные птицы. Нам хоть чем заниматься, только на глаза Патрулю не попадаться – развеселился пилот.
Они, беглые артефакты, на самом деле не знали, какими делами ворочал звездный маршал, возможно, тогда задор бы поубавился. Но им не нужно было этого знать. Шэмол хорошо и регулярно платил парням за службу в его подразделении по охране собственности ГЛТК в секторе, и для них этого было достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов, откуда такое весьма приличное по меркам дальнего межграничья жалование. А, вообще, он любил своих ребят. Они, хоть и были молоды, но превосходно управляли сложной техникой, действовали сообща, весьма грамотно и согласованно. На них можно было положиться, в отличии от ИИ, который не умел импровизировать. Может тут на задворках Галактики и нужды не было в какой-то там импровизации, но Шэм среди молодых ребят младше 25-и ощущал и сам себя молодым, хотя ему уже было далеко за 40.
Размышления прервал еще один артефакт, его правая рука и помощник в делах, Новак Штек. Он прибыл на мостик корабля, чтобы принять вахту, пока сам капитан лично встретит преторианских гостей.
– Шэм, по поводу «Зова» … Ребята не в курсе, но у этих юнионовских наемников контракт с «Вихрем» – внезапно как бы мимоходом высказался Новак, который про возможные дела с наемниками уже был наслышан.
– «Вихрем»? – удивился Шэмол, пытаясь понять, про что говорил Новак.
Да… Это штурмовой отряд Патруля. Лучший в Секторе Ориона… Контракт низовой, но если «Зов» наймет нас, то в «Вихре» точно узнают. Тогда узнает и руководство на Аламахе… У парней могут быть проблемы.
– Серьезно? Думаешь сдадут? – погрустнел Шэмол от этой не очень приятной новости.
Новак же пожал плечами, усаживаясь в кресло-ковш ко-пилота, и кратко пояснил:
– Риск залететь на 10-ку астероидных шахт на Минтаке не улыбается никому из нас даже в теории.
Шэмол вздохнул и кивнул головой. Он внезапно вспомнил кое-что еще и решил уточнить:
– А что там с «Визитером»? Ты его закончил?
На этих вопросах Новак даже слегка возбудился. Он указал рукой на проекцию, где развернулась детальная схема упомянутого маршалом малого орбитального шаттла, и прокомментировал:
– «Визитер» сейчас не хуже того же «Тритона» или, тем более, «Градианта». Только снаружи не отличить от обычного орбитальника. Внутри все по-другому… Вот тут и тут я разместил 2-х «Гардов». Как раз вошли в ниши… Вот тут для прикрытия можно пару «Ганранов» или каких скалтонов…
Однако Шэмол не дал ему закончить, подняв руку в жесте, мол, хватит, я все понял.
– А испытания? Как проверял? – спросил он напоследок.
Тот развел руками:
– Только на симуляции… У самого руки чешутся, но где ж мы тут проверим, Шэм!? Мы ж не на спец-задании каком, и захваты кораблей и шаттлов пока не практикуем… Тихо у нас и спокойно, как на кладбище.
Шэмол лишь грустно махнул рукой и подался на выход из капитанского мостика. «Без контракта от «Зова» все бестолку. А утро так хорошо начиналось».
В общей каюте-столовой станции было необычно многолюдно. Его, Шэмола, пилоты быстро нашли общий язык с экипажем «Астропульса». Сказалось то, что у преторианцев на борту оказалось две весьма недурственные собой девчонки. Шэмол же встретил капитана судна Альянса для важного разговора и препроводил его в комнату отдыха, желая выяснить кое-что и, если карта ляжет, подвинуть в доле. Он вполне уверенно считал себя в праве получить больше, потому что на нем самая главная ответственность за сохранность и прикрытие всего предприятия.
Преторианец был выше Шэмола, статнее и шире в плечах и излучал некое добродушие и спокойствие, хотя эти подведенные глаза и улыбка торгаша могла легко сбить с толку. Шэмол не считал себя сильным в торговле, а потому решил напирать на сознательность и зашел с главного:
– Как наши дела? 256 бренников – это неплохо, да?
Преторианский капитан, расположившись в кресле ковше, устало кивнул головой. Его взгляд то и дело косился в сторону релакс-камеры. Шэмол делал вид, что не замечал этого и продолжал напирать:
– «Сица» навязала нам новые условия… Я нахожу их нечестными. Этот некто «Полет», зачем он нам? Все ж и так замечательно было, разве нет?
Преторианец вздохнул и на этот раз ответил:
– Я, уважаемый маршал Шэм, удивлен не меньше вашего. Но что мы можем поделать. Это ее тема, и она выдвигает условия.
– Тебе хорошо говорить. Не ты своей долей делишься, а я – подыгрывая грустно пояснил Шэм.
Преторианец снисходительно улыбнулся. Он выглядел устало, но Шэмол делал вид, что не замечал этого.
– Я рискую больше вас всех, потому что дельце-то совсем не сочетается с моим благородным званием маршала. А урезали при этом почему-то именно мою долю.
– Шэм, уважаемый, не я решаю, кому и что урезать. Нас предупредили о изменении в долях, но мы подписались.
– Я был уверен, что мы потеряем в равной долях… А так эта ситуация меня теперь вынуждает искать новые контракты на стороне.
Преторианец спокойно выслушал нытье Шэмола. Дождавшись своей очереди он прекратил намеки и сказал прямо о наболевшем:
– Я, уважаемый маршал Шэм, с вашего позволения очень хочу сходить на рекреацию… На моем «Астропульсе» что-то сгорело в распределителе, рем-дроны так и не сдюжили починить. Летели сюда с самого Аламаха, считай, без кухни и отдыха, на сухом пайке.
Шэмол кивнул головой. Его все еще одолевала грусть. Однако преторианец поднялся, улыбнулся и похлопал его по плечу.
– Не переживай так, уважаемый Шэм. Обеспечь нам первоклассный отдых и ремонт, и я с тобой поделюсь кое-чем приятным.
Маршал на этих словах заметно приободрился.
– Хоть намекни, а? – взмолился он, провожая преторианца до релакс-капсул.
– Составь мне компанию, а то не хочу все эти нейро-оперы в одиночестве… Обещаю поделиться, не пожалеешь… А в качестве намека: эти 256 бренников Альянс оплатил до самого Парпланда. Так что я везу более 2-х сотен пустых оплаченных кают… Нам с тобой надо обмозговать, как сделать, чтобы мне потом эти креды не пришлось возвращать по прилету… Понимаешь, уважаемы маршал, к чему я?
Теперь уже Шэмол ничего не ответил, но лишь кивнул и как-то даже глуповато шагнул следом за преторианцем в соседнюю релакс-камеру, хотя совсем недавно от нечего делать уже отдыхал в ней. Подобные схемы с мертвыми душами он когда-то в молодости проворачивал. Дело было плевое и малоинтересное. Но тут на кону были креды, а потому Шэмол решил впрячься и помочь преторианцу.
Потерянные
Пиратство и рейдерский захват кораблей в Галактики явление редкое, и не потому что люди, якобы, стали более высоко-развитыми, цивилизованными и не опускаются до откровенного грабежа. Вовсе нет. Просто перехват судна во ВременнОм Континууме задачка нетривиальная и в прямом смысле под силу только «Раме». Куда технически проще организовать диверсию или захват корабля у зарядной станции по маршруту его следования до или после дозаправки. Однако помешать могут свидетели, записи ИИ, тот же Звездный Патруль, который может быть где-то неподалеку в паре-тройке-десятке световых. Хотя ради крупной выгоды могут найтись желающие пойти и на такое.
(Из книги «Первопроходец», Зареслав Вуч, 2525`)
Тренировки и поединки
Лианы будто живых и все понимающих деревьев настырно лезли в «лицо» и закрывали сенсоры боевой машины, мешая быстрому движению вперед. Ноги 4.5-метрового 35-тонного мех-доспеха «Охотника» путались в них не в силах сохранить нужный темп движения. Машина то и дело совершала остановки, крутила торсом, опасаясь внезапного удара со стороны, давая живой гибкой поросли опутать себя. Убеждаясь в тишине и безопасности боевой робот продолжал движение вперед, и все повторялось снова. Он с усилием полимерных волокон-«мускул» с треском рвущихся лиан вырывал собственные конечности у настырной и агрессивной природы. Его термо-ударный клинок с остервенением прорубал путь вперед, разрезая раскаленным жалом ненавистную паутину из лиан, ветвей и кореньев. Природа Найромы сопротивлялась каждому новому шагу боевой машины, не давая той выйти, наконец, к долгожданному плато где-то на окраине плотно поросшего склона пологого холма. Можно было срезать через разрезающий джунгли крутой и глубокий овраг, но пилот который вел машину, посчитал этот маневр слишком рискованным для себя.
Джунгли расступились внезапно. Свет светила пробился сквозь поросль и выхватил блеск разогретого до красна клинка. Жало тут же спряталось в сторону и начало тускнеть. Пилот робота не собирался выдавать свою позицию, выжидая и наблюдая. За его спиной двигались джунгли. Промедление было подобно смерти. Долгое выжидание несло опасность самому выжидающему. Пилот «Охотника» нервничал, и это сказывалось на плавности и адекватности движений машины, выдавая свое присутствие резкими дёрганьями. Он ждал результат от сенсорной системы «Игл-Ай», даже не столько от нее самой, сколько от управляющего ИИ. Однако тот молчал, не замечая ничего опасного или необычного. Открытое пространство впереди умиротворяло и убаюкивало своей тишиной и спокойствием. «Охотник», вырывая ноги из уже начавших оплетать лиан, шагнул к свету.
Полет пары ракет в свою сторону, объявившихся словно из ниоткуда, сенсор засек слишком поздно. Обе боеголовки с треском и грохотом ударили по пилону правой руки с самым главным калибром – 5-мегаватным импульсным излучателем. Тот, кто бил ракетами, делал это грамотно, но и пилот «Охотника» считал себя достаточно опытным. Продвинутый ИИ машины тут же указал наиболее вероятный источник залпа ракет. Робот довернул торс и вскинул правую руку в том направлении, откуда они предположительно прилетели. Однако произвести выстрел излучателем он не смог. Вместо ярко-красного импульса энергии последовал сильный треск и весьма зрелищный и эффектный каскад разноцветных искр. Сильно поврежденный в 2-х местах попаданием ракет тяжелый излучатель требовал срочного ремонта.
Пилот быстро переключился на вспомогательные боевые системы. Его «Охотник», не теряя времени, ударил со своих РПУ. В сторону предполагаемого неприятеля полетели 2 группы бронебойно-зажигательных ракет. Они пропахали грунт, вырывая куски земли с порослью какого-то кустарника на другом краю опушки. Разлет грязи и веток, опадая, столкнулся мимолетно с каким-то невидимым препятствием. Сенсорика «Игл-Ай» боевой машины тут же таргетировала смещение противника-невидимки, а продвинутый ИИ указал на это пилоту и подсветил область, но бить теперь туда оказалось нечем. Обе кассеты плечевых РПУ были пусты, а тяжелый излучатель по прежнему искрил и коптил, напоминая о том, что на него теперь уж точно рассчитывать не стоит.
ИИ «Охотника» вел предполагаемую цель-невидимку на сколько это позволяли разрывы ракет и опавшие клочья земли и поросли. Однако и он был не всемогущим, и с каждой новой секундой промедления вероятность смещения цели именно туда, куда «смотрел» сенсор системы «Игл-Ай», неумолимо уменьшалась.
«Охотник» выстрелил сразу же, как индикатор перезарядки просигнализировал об этом. Однако вместо характерного приглушенного звука разрядки обоих кассет прогремел мощный взрыв, затем второй. От удара будто кувалдой по плечам «Охотник» присел, но на ногах устоял. Его пилот не растерялся и все «понял». Робот-невидимка совершенно точно скрытно сократил дистанцию до расстояния «броска» мины-липучки и использовал их. Только почему-то ИИ не таргетировал заброс мин на коробки РПУ. Однако думать над этим пилоту было некогда. «Охотник», под его управлением совершил обманный маневр, присев еще ниже, будто от тяжести последствий разрыва обеих РПУ, резко выпрямился и взмыл в небо. Продвинутый ИИ благодаря развитой сенсорике по характеру детонации мин-липучек на ракетницах отследил предполагаемую траекторию их прилета и уже наводил робота в ту точку. Термо-ударное жало клинка вспыхнуло и задрожало ярко-красным. Воздух от резкого нагрева зашевелился вокруг него как живой, вычерчивая следом за лезвием жаркими волнами расходящийся прозрачный след.
Выпад рукой с «жалом» в, казалось, пустоту он нанес одновременно со встречным выстрелом легкой термо-ударной пушки 13-тонного мех-доспеха-невидимки «Разведчика», который будучи дезавуированным не стал спокойно ждать своей гибели но огрызался до последнего. Дрожащий сжатый воздух рябью полоснул по разогретому клинку, но смог лишь слегка отвести его от кокпита. Удар раскаленного по контуру до красна лезвия пришелся по касательной. Однако «Охотник» вложил в него весь импульс своего стремительного прыжка. Лезвие с характерной вибрацией и жужжанием прочертила глубокий след справа от кокпита «Разведчика» и перескочила на «птичье» бедро боевой машины. Броня тут же лопнула. Вверх и в стороны брызнул каскад ослепительных искр. Лезвие, словно острый нож через теплое масло, срезало «птичью» ногу целиком от самого бедра и ушло в грунт. Низкий 3-метровый приземистый «Разведчик» качнулся и с грохотом рухнул на бок. Его активный камуфляж «МАСК» замерцал и совсем отключился, обнажая боевую машину целиком. Из-под брюха повалил едкий черный дым. Горели полимерные волокна разрезанной конечности. Нога «Охотника» взмыла вверх и с сильным треском опустилась на слабо бронированную кабину поверженной машины. Сам победитель выглядел не намного лучше своей павшей жертвы. На плечах с дымом и искрами догорали остатки обеих РПУ. Правая рука с главным калибром более походила на решето, так же искрила и чадила.
– Да! Я это сделал! Я победил!
Дункан не скрывал своей радости и восторга, сидя внутри силового броне-костюма «Воид». Он не удосужился отстегнуть нейро-шлем, лишь откинул купол бронированного колпака своего «Вихора». Его переполнял восторг настолько, что, высвободив руки из скафандра, размахивал ими как птица, оглядываясь по сторонам.
Тут в коридоре межзвездного шаттла «Спэйсгейт» он был не один. Вдоль стены стояли еще трое и наблюдали за виртуальным поединком на цифровой Найроме через объемную не очень детализированную но вполне сочную и яркую проекцию, выдаваемую маленьким холо-куб-проектором, установленным тут же рядом на полу. Один из тех трех зрителей махнул рукой, рассмеялся и направился в сторону мостика вдоль прямо по коридору, обходя силовой широкий и громоздкий броне-скафандр стороной.
Шаттл был мал и узок для такого количества пассажиров. Однако ничего нельзя было поделать, как лишь ютиться в надежде скорее достичь точки назначения, куда они уже не первый недельный цикл летели, находясь в так называемом «временном континууме», поглощая световые годы.
– Ну какого хеля столько радости, «Энвис»!? … Разве я тебя не разула до нитки, а!?
Низкий и чуть грубоватый голос принадлежал совершенно лысой женщине в темно-зеленой форме вооруженных сил Крона. Она сидела у противоположно стены, облаченная в пехотный более легкий тактический боевой костюм, и была почти незаметна из-за проекции. Лишь взмахи руками сквозь объемное изображения догорающих боевых машины напоминали остальным о ее присутствии. Ими она поманила радостного победителя поединка «Энвиса» наружу. Неизвестно, что подействовало сильнее, указание на просчет или взмах руки, но Дункан перестал радоваться и беспорядочно, как ребенок, жестикулировать, но покорно последовал за ней на выход из брони.
Проекция все еще отыгрывала сцены схватки. Два оставшихся зрителя внимательно смотрели, советуясь и где-то даже споря между собой на счет произошедшего. Они оба так же были в темно-зеленых комбинезонах региональных вооруженных сил Крона. Одна из пары, женщина, была заметно смуглее и старше рядом стоящего молодого парня лет 20 – 22. Но и кроме того у нее явно был опыт управления боевыми машинами, потому со своим мнением, подкрепленным знаниями, практикой и авторитетом, она, глядя со стороны, явно брала верх.
Та самая чернокожая спортивного телосложения высокая женщина, что вступила в словесную перепалку с Дунканом, взяла управления 3-мерным экраном в свои «руки» и быстро отмотала на интересующий ее момент:
– Тут! … Дунк, хель тебя дери! Чему я учила!? – обратилась она в весьма резкой форме к неспешно подошедшему молодому парню, который еще минуту назад сидел в тяжелом броне-скафандре и радовался своей виртуальной победе.
– Что не так, Тула? … Я ж тебя победил на этот раз! Я смог!
Черная женщина лишь грустно покачала головой, устало потирая лоб. Она указала рукой на тот самый фрагмент боя, который уже запустился на проигрывание.
– Дунк, ты предсказуем, как ребенок!? … Зачем разрядил обе РПУ разом, если не получил точное подтверждение ИИ о моем присутствии, а!?
– Я действовал наверняка… Мой обход должен был застать тебя врасплох! – возмутился светловолосый сероглазый парень, не желая принимать претензии от проигравшей стороны.
– Какой к хелю обход, Дунк! Это, мать ее, Найрома! Я тебя уже на подходе в 10-и милях из джунглей услышала. Сенсоры «Игл-ай» просто вопили о твоем обходном маневре!
– Кто ж знал, что ты выберешь невидимку «Разведчика» с сенсорикой? – возмутился Дункан.
Тулулу вздохнула, поманила парня ближе и указала на экран.
– Сам посуди. Вот ты вываливаешься на поляну и… застываешь.
– Конечно! А что ж мне делать!? Сенсор молчит, тебя не наблюдает. Вот я и дал бортовому ИИ просчитать показания датчиков, замерев на время.
– Ответ неправильный, «Энвис»!
Тут уже не выдержала и вмешалась та самая смуглая коротковолосая шатенка, что прекратила споры со своим соседом и вслушивалась в перепалку участников виртуального поединка.
– Почему это неправильный? Я, например, считаю, что он поступил грамотно: чуть вышел, как бы оставаясь на границе леса и опушки, и сразу замер, давая продвинутому ИИ «Охотника» детально проанализировать обстановку и вычислить невидимого противника по косвенным признакам.
– Тфу ты, ну ты! Вот не удивительно, что ваши силы отгребли, отгребают и будут отгребать от наемников!
– Хорошо, «Байпа», как бы ты поступила!? – возмутилась шатенка, сложив руки крест-на-крест и буквально поедая глазами чернокожую «фурию».
– Не «Байпа», а «Одала» … Если уж называешь меня через позывной, то не путай его с боевой машиной, дорогуша.
Тулулу перевела дух, чтобы немного успокоиться, окинула взглядом всех, включая не участвующего молчаливого соседа шатенки. Он так же отвлекся от своих мыслей и внимательно слушал Тулулу.
– Так вот… У тебя под жопой «Охотник». К хелю его продвинутый ИИ! Он все равно ничего тебе не найдет в этом хаосе и буйстве жизни. Любой след боевой машины зарастет за несколько минут! … Дунк должен был взмыть в небо и раскидать дымы или боеголовки с отложенной детонацией. А еще лучше 50 на 50… Надо объяснять почему?
Она обвела взглядом слушателей. Видя молчание и готовность слушать, продолжила:
– Потому что цель сразу не определилась, а значит что? Значить это, хель его бери, невидимка! А значит, что? … Значит надо его высветить любым способом, пользуясь замешательством… Ведь наш герой Дунк уверен, что обошел меня… Вместо этого он полагается на ИИ, который, надо отдать ему должное, че-та там нашел! Но я бьюсь об заклад на симуляции он сам себе подыграл, вот и нашел… А на реальной Найроме хель бы он догадался! Так то!
Тулулу закончила тираду и выдохнула. Учитель теории из нее был неважнецкий. Она это знала, но что-то внутри подталкивало ее возиться с Дунканом, как с непутевым сыном, пытаясь сделать из него более-менее толкового мех-вода за неполные 3 недельных цикла их полета.
– Сенсорике «Игл-ай» до голубой звезды твои дымы, Тула – попыталась поспорить с ней шатенка.
– Послушай, Габри, или «Мамба», дымы-фогги отлично заглушат твой «Игл-ай». Так что не звезди!
Та шатенка, которую звали Габриэль, махнула рукой и даже, как будто, немного потеряла интерес к спору:
– А, ну так бы и уточнила… Может у вас у наёмников «дымы» и «фогги» – это одно и тоже, а у нас у военных это по номенклатуре два разных типа боеприпасов для ракет и мин.
Тулулу рассмеялась:
– И что? Часто у вас у военных дымы применяют? Это ж архаика, хель ее бери! Кому в голову придет снаряжать меха этой бесполезной дрянью, если есть «фогги»!
Габриель заметно отвела глаза в сторону. Она, вроде, и силилась сказать нечто в свое оправдание, но что-то ее остановило. Тулулу была права, и она это знала. Ее уровень на голову превосходил опыт и мастерство и Габриэль и Дункана вместе взятых.