Ведьма-неудачница, или попаданка для подлеца некроманта

Глава 6

После этой унизительной встречи на лестнице с Его Высочеством Ледяным Совершенством, Луцианом этим… Дрейвентором, кажется, так его звали, во мне закипела такая ярость, что позавидовал бы сам адский котел. Нет, не на него, конечно. На себя, любимую. Ну какая же я идиотка! Стоять, как оплывшая свеча, истуканом пялиться на этого ходячего манекена с лицом ангела и душой… ну, вы сами понимаете.

Естественно, остаток дня прошел как в тумане. Алхимия закончилась предсказуемым взрывом (кажется, я случайно добавила в котел слезу единорога вместо слюны саламандры, ну с кем не бывает?), а на истории магии я действительно проспала, умудрившись даже увидеть во сне, как Луциан падает с лестницы прямо в чан с кипящим зельем. Сны – они такие, предательские, показывают то, что ты в глубине души желаешь.

Вечером, сидя в своей убогой комнате и пытаясь запихнуть свою необъятную тушку в пижаму, которая явно была рассчитана на кого-то вдвое меньше, я чувствовала себя раздавленной. Как тот самый стол профессора Грималкинса после моего урока базовой магии.

— Плюс двести калорий за самобичевание, — как всегда вовремя встрял Корнелиус, удобно устроившись на подоконнике и с видом знатока рассматривая мои попытки справиться с предательской пижамой. — И минус пятьсот за веру в сказки о прекрасных принцах.

— Заткнись, — буркнула я, наконец-то одержав победу над непокорной тканью. — Лучше скажи, как мне перестать думать об этом… этом… идеальном подонке.

— Боюсь, это за пределами моей компетенции, — философски заметил кот, принимаясь вылизывать свою черную лапу. — Я специалист по калориям и метаболизму, а не по разбитым сердцам и розовым соплям. Хотя, могу предложить тебе низкокалорийную диету из одних лишь воспоминаний. Говорят, помогает.

Его сарказм был, как всегда, "в тему". Но я действительно не могла выбросить из головы этот мимолетный взгляд Луциана. Это презрение, смешанное с каким-то холодным любопытством… Будто я была редким экспонатом в кунсткамере, на который он случайно наткнулся.

На следующее утро, продирая глаза и с ужасом осознавая, что мне снова предстоит втискивать свою тушку в эту проклятую форму ученицы Академии Темных Искусств, я решила, что с меня хватит. Хватит быть жалкой, неуклюжей неудачницей, над которой потешается вся школа. Если этот мир решил сыграть со мной злую шутку, засунув меня в это… это тело, то я еще покажу ему, кто здесь настоящая ведьма! Пусть и бракованная.

И вот, полная решимости и с Корнелиусом, как всегда, язвительно комментирующим каждый мой шаг, я направилась в элитное крыло Академии. Туда, где обычно обитали всякие зазнавшиеся аристократы и прочие "сливки общества", включая и нашего прекрасного принца Луциана Дрейвентора.

— Плюс тридцать калорий за нездоровый интерес к чужой жизни, — пробормотал кот, когда мы свернули в нужный коридор, отличавшийся от нашего убогого крыла позолоченными дверями и ароматом дорогих благовоний. — И минус сто за самоуверенность. Боюсь, тебя там никто с распростертыми объятиями не ждет.

— А мне и не нужны их объятия, — огрызнулась я, чувствуя, как внутри нарастает какое-то странное волнение. — Мне нужно кое-что другое.

Я знала, что это глупо, что это может закончиться еще большим унижением, но я просто не могла удержаться. Мне нужно было понять, что это было за выражение в глазах Луциана. Это презрение? Или что-то еще?

И вот, проходя мимо одной из роскошно обставленных гостиных, из-за полуоткрытой двери я услышала знакомый бархатный голос. Голос Луциана. Любопытство, это моя вечная погибель, заставило меня остановиться и прислушаться.

— …да, жизнь здесь становится невыносимо скучной, — лениво протянул Луциан. — Никаких достойных развлечений. Все эти юные ведьмочки такие предсказуемые…

Раздался приглушенный смех. Кажется, он был не один.

— А как же новенькая? Эта… Толстопопкина? – спросил чей-то насмешливый голос. Я аж зубами скрипнула от этого прозвища. Ну ничего, я вам еще покажу свои "попки"!

— О, Анабель, — с отвращением протянул Луциан. — Не смешите меня. Это скорее ходячее недоразумение, чем развлечение. Она умудрилась поднять в воздух стол профессора на первом же уроке. Представляете? Какая-то неуклюжая толстуха с совершенно нулевым уровнем магии.

Мое сердце болезненно сжалось. Ну конечно, чего я ожидала? Он считал меня посмешищем. Как и все остальные.

— Ну, знаешь ли, в этом даже что-то есть, — задумчиво произнес еще один голос. — Такая… экзотика. Можно даже попробовать ее… соблазнить. Чисто ради развлечения.

Я замерла, как громом пораженная. Соблазнить меня? Этот надменный красавчик считает меня настолько ничтожной, что готов использовать меня просто как игрушку?

— Ты серьезно, Теодор? — с сомнением спросил Луциан. — Соблазнить эту… эту гору? Да это же смешно!

Раздался дружный хохот. Я чувствовала, как по щекам начинают катиться слезы обиды и ярости. Вот оно, настоящее отношение. Никакой жалости, никакого сочувствия. Только презрение и желание развлечься за мой счет.

— А почему бы и нет? – азартно произнес Теодор. — Спорим на тысячу золотых, что ты сможешь добиться ее благосклонности до весеннего бала? Два месяца – более чем достаточно, чтобы влюбить в себя даже такую… непримечательную особу.

Тысяча золотых! Они спорили на меня, как на какую-то вещь! Как на мешок картошки! Ярость во мне достигла точки кипения.

— Ты думаешь, это возможно? – с сомнением протянул Луциан. Но в его голосе уже звучал какой-то азарт. – Она же совершенно… не в моем вкусе.

— Именно в этом и вся соль, — усмехнулся Теодор. — Это будет настоящим испытанием твоего мастерства, Луциан. Докажи, что ты способен очаровать кого угодно. Даже самую бракованную ведьму Академии.

Наступила напряженная тишина. Я затаила дыхание, ожидая ответа Луциана.

— Ладно, — наконец произнес он с ленивой усмешкой. — Я принимаю твое пари, Теодор. Тысяча золотых – неплохая награда за столь… необычное развлечение. Но предупреждаю: если я выиграю, ты будешь месяц прислуживать мне на завтраках.

— Договорились! – воскликнул Теодор.

Раздались радостные возгласы и аплодисменты. Они заключили пари. На меня. На мои чувства. На мою жизнь.

Я стояла за дверью, чувствуя, как мир вокруг меня рушится на мелкие осколки. Вся эта его "случайная" встреча на лестнице, его "вежливое" обращение… Все это было ложью. Он просто играл. Играл со мной, как с какой-то жалкой марионеткой.

Боль пронзила меня, словно удар кинжала. Я никогда не была настолько унижена. Никогда не чувствовала себя такой ничтожной.

Слезы градом катились по моим щекам, но я не издала ни звука. Я просто стояла и слушала, как эти надменные богачи смеются над моей наивностью и моей болью.

В этот момент во мне что-то сломалось. Та маленькая, робкая надежда на то, что, может быть, в этом новом мире я смогу найти свое место, что, может быть, кто-то сможет увидеть во мне не только толстую неуклюжую ведьму… Эта надежда умерла.

Но вместе с ней родилось что-то другое. Что-то темное и холодное. Желание отомстить. Желание показать этим самодовольным ублюдкам, что они ошибаются. Что Анабель Лунариус – это не просто объект для пари. Что она способна на большее, чем они могут себе представить.

Я вытерла слезы, глубоко вдохнула и развернулась. Нет, я не буду устраивать истерику и врываться к ним с криками. Я поступлю умнее. Я сыграю по их правилам.

Если они хотят поиграть в соблазнение, то я с удовольствием приму их вызов. Пусть попробует, этот Луциан Дрейвентор, влюбить в себя такую "непривлекательную" особу, как я. Посмотрим, что у него получится.

Но он и представить себе не может, что на самом деле он заключил пари не с толстой ведьмой. Он заключил пари с Ириной Васильевой. А Ирина Васильева всегда добивается своего. Чего бы ей это ни стоило.

И тысяча золотых – это, знаете ли, неплохая прибавка к моему будущему триумфу.

— Плюс пятьсот калорий за внезапно проснувшееся чувство собственного достоинства, — пробормотал Корнелиус, когда мы покинули элитное крыло. — И минус десять тысяч за опрометчивые решения. Боюсь, этот план закончится для тебя очень плохо.

— Посмотрим, — усмехнулась я, чувствуя, как внутри меня разгорается огонь. — Посмотрим, кто еще пожалеет об этом пари.

Весенний бал, говорите? У них есть два месяца? Что ж, это более чем достаточно времени, чтобы преподать Его Высочеству Ледяному Совершенству незабываемый урок. Урок, который он запомнит на всю свою надменную жизнь.

Глава 7

После моего… э-э-э… "феерического" урока магии, где профессор Грималкинс, кажется, всерьез задумался о смене профессии, а Луциан Дрейвентор бросал на меня взгляды, способные заморозить саму преисподнюю, я решила немного переждать бурю в тихом уголке. И библиотека Академии Темных Искусств показалась мне идеальным убежищем. Среди пыльных томов и шепота древних заклинаний можно было хоть ненадолго забыть о своем позорном полете на профессорском столе.

— Плюс двадцать калорий за попытку скрыться от реальности, — как всегда "вовремя" прокомментировал Корнелиус, уютно устроившись на высокой полке и с видом знатока изучая переплеты старинных книг. — И минус пятьсот за наивность. Боюсь, от судьбы, особенно такой… платиноволосой, не убежишь.

— Заткнись, философ, — буркнула я, усаживаясь за дальний стол и пытаясь сосредоточиться на древнем манускрипте о приворотных зельях. Хотя, признаться, мои мысли витали далеко от любовной магии. Я все еще переваривала высокомерие Луциана и лихорадочно придумывала новые способы испортить ему жизнь.

И вот, когда я уже почти начала разбираться в тонкостях использования слез девственницы (интересно, где их тут берут?), дверь библиотеки скрипнула, и внутрь вошел… ну конечно же, собственной персоной. Его Высочество Ледяное Совершенство.

"Вот уж неожиданность!" – подумала я с иронией, делая вид, что увлеченно изучаю пожелтевшие страницы. "Наверное, он снова потерялся в поисках своего отражения".

Луциан неспешно прошелся по залу, скользя взглядом по книжным полкам. Но я-то чувствовала, куда направлен его истинный интерес. Прямо на меня. "Ну давай, принц, начинай свой спектакль", – мысленно усмехнулась я, готовясь к очередной порции его язвительных замечаний.

И вот он "случайно" остановился возле моего стола.

— О, Лунариус? Какая… неожиданная встреча, — произнес он с таким тоном, будто мы столкнулись на светском балу, а не в тихой библиотеке, где я пыталась слиться с мебелью.

"Неожиданная? Да ты, наверное, всю Академию перевернул, чтобы меня найти", – подумала я, но вслух произнесла с притворной вежливостью:

— Ваше Высочество? Какая приятная неожиданность. Не знала, что вы интересуетесь… э-э-э… столь серьезной литературой.

Я не удержалась и бросила взгляд на название книги, которую он якобы рассматривал. "Магия Древних Рун и их Влияние на Урожай Репы". Весьма увлекательное чтиво для такого изысканного аристократа.

Луциан слегка скривился, но тут же изобразил на своем прекрасном лице задумчивость.

— На самом деле, я искал кое-что другое. Но увидев вас… подумал, может быть, вы сможете мне помочь.

"Ага, конечно. Помочь тебе еще больше опозориться?", – мысленно фыркнула я, но вслух сказала с притворной готовностью:

— Конечно, Ваше Высочество. Чем могу быть полезна? Мой… специфический опыт в области магии может оказаться неожиданно полезным.

Он сделал вид, что не заметил моей колкости. Или просто решил проигнорировать, что было в его стиле.

— Видите ли, у меня возникли некоторые… затруднения с одним заклинанием. Воздушным плетением, если быть точным. И я подумал… учитывая ваш… недавний, скажем так, впечатляющий опыт… может быть, вы могли бы поделиться своими наблюдениями.

"Моими наблюдениями? Мое наблюдение заключается в том, что воздушное плетение у меня получается только в том случае, если я случайно поднимаю в воздух что-то совершенно не то", – подумала я с сарказмом, но вслух произнесла с самым серьезным видом:

— О, воздушное плетение – это, можно сказать, моя визитная карточка! Я достигла в этом… весьма неординарных результатов. Расскажите, что именно у вас вызывает сложности?

Луциан на мгновение запнулся, явно не ожидая такого прямого ответа. Но тут же взял себя в руки и начал рассказывать о своих "трудностях". Он говорил о каких-то тонкостях, о контроле воздушных потоков, о правильном положении пальцев при взмахе палочкой… Слушая его, я невольно отметила, как изящны его руки, как уверенно он держит палочку. В его движениях действительно была какая-то природная грация.

— Понимаете, — закончил он с легкой досадой в голосе, — никак не могу добиться той идеальной легкости, которая так необходима в этом заклинании.

"Легкости? Да ты двигаешься как ожившая статуя, какая уж тут легкость", – мысленно хмыкнула я, но вслух сказала с притворной задумчивостью:

— Хм… это действительно интересный момент. Но, знаете, мне кажется, дело тут не только в технике. Может быть… вам не хватает правильного настроя?

Луциан удивленно вскинул свои идеально очерченные брови.

— Настроя? Что вы имеете в виду, Лунариус?

— Ну, — протянула я, делая вид, что глубокомысленно размышляю, — магия ведь – это не просто заученные слова и отработанные движения. Это еще и… энергия. Внутренняя сила. Может быть, вам стоит… представить себе что-то действительно легкое и воздушное? Ну, не знаю… как перышко… или… как ваше самолюбие после очередной удачной шутки в чей-то адрес?

На этот раз в его глазах промелькнуло не раздражение, а что-то похожее на… удивление. Кажется, мой сарказм его даже слегка заинтриговал.

— Лунариус, вы всегда так… прямолинейны?

В его голосе не было презрения, лишь какое-то странное… любопытство.

— А разве есть смысл ходить вокруг да около, Ваше Высочество? Особенно когда речь идет о такой… воздушной материи, как магия.

Он вздохнул, но на этот раз в его вздохе не было демонстративного страдания. Скорее… легкое замешательство.

— Ладно, — сказал он наконец, слегка улыбнувшись. Впервые я увидела на его лице не надменную ухмылку, а что-то похожее на искреннюю улыбку. И, признаться, это зрелище было… неожиданно приятным. — Может быть, вы все-таки покажете мне, как вы это делаете? Хотя бы примерно.

"Показать? Ему? Да я скорее научу тролля вязать кружева", – подумала я, но вслух сказала с притворной готовностью:

— Конечно, Ваше Высочество. Для вас… я постараюсь.

Я встала из-за стола, чувствуя, как на нас устремляются любопытные взгляды немногочисленных посетителей библиотеки. Луциан скрестил руки на груди и с легкой усмешкой наблюдал за мной, явно ожидая очередного магического конфуза.

Я взяла свою палочку и сосредоточилась. Представила себе… нет, не его лицо, перемазанное чернилами. Представила себе… как бы это странно ни звучало… его глаза. Эти невероятные бирюзовые глаза, в которых, несмотря на всю его надменность, иногда проскальзывала какая-то… уязвимость?

Я взмахнула палочкой и произнесла заклинание. И…

В воздух взлетела книга. Обычная, ничем не примечательная книга с полки. Но она взлетела плавно, грациозно, именно так, как и требовалось для воздушного плетения.

В библиотеке воцарилась тишина. Луциан удивленно поднял брови.

— Вы… вы сделали это, Лунариус.

В его голосе не было насмешки, лишь чистое удивление.

— Иногда и у меня получается что-то правильно, Ваше Высочество, — с легкой улыбкой ответила я, чувствуя неожиданное удовлетворение.

Он подошел ближе и внимательно посмотрел на меня.

— Может быть… вы объясните мне, как вы это сделали?

Его взгляд был таким пронзительным, таким изучающим, что я на мгновение почувствовала легкое замешательство.

— Просто… представила себе что-то легкое, — пробормотала я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Легкое? — переспросил он, и в его голосе снова промелькнула усмешка. — Неужели вы думали о… перышке?

— Может быть, — уклончиво ответила я, чувствуя, как мои щеки предательски заливаются румянцем.

Луциан усмехнулся.

— Что ж, Лунариус, возможно, в вас есть что-то большее, чем кажется на первый взгляд.

Он кивнул с легкой загадочностью и направился к выходу из библиотеки, оставив меня стоять посреди зала, чувствуя странное волнение.

Что это было? Неужели Ледяной Принц действительно проявил ко мне… интерес? Пусть даже и мимолетный.

— Плюс пятьдесят калорий за неожиданный успех, — пробормотал Корнелиус. — И минус тысяча за то, что ты начинаешь вести себя подозрительно… романтично.

— Заткнись, кот, — прошептала я, чувствуя, как на губах играет легкая улыбка.

Что ж, операция "соблазнение" началась, и, кажется, не совсем так, как планировал Луциан Дрейвентор. Но, может быть, в этом и вся интрига? Ведь иногда самые неожиданные встречи приводят к самым неожиданным последствиям. И кто знает, может быть, даже между толстой ведьмой и ледяным принцем может вспыхнуть… искра?

Глава 8

После этого странного инцидента в библиотеке, когда кажется, что моя "бракованная" магия иногда выдает такие фортели, которые даже мне самой сложно объяснить, я выдохнула и посмотрела вслед Луциану.

— Плюс тридцать калорий за успешно испорченную вылазку аристократу, — прокомментировал Корнелиус, спрыгнув с полки и устроившись на моем плече. — И минус тысяча за то, что теперь этот аристократ наверняка мечтает о твоей тушке.

— Мечтать не вредно, — фыркнула я, направляясь к выходу из библиотеки. — Главное, чтобы его мечты так и остались мечтами.

Остаток дня прошел относительно спокойно. На занятиях профессор Грималкинс старался держаться от меня подальше, а я, в свою очередь, делала вид, что усердно изучаю конспекты. Хотя, признаться честно, мои мысли были заняты совсем другим. Я все еще переваривала эту странную встречу с Луцианом. Его удивление, его мимолетная улыбка… Что это было? Неужели он действительно начал проявлять ко мне какой-то интерес?

Вечером, сидя в своей комнате и пытаясь разобраться в своих противоречивых чувствах, я услышала стук в дверь.

— Кого там принесло в такую позднюю пору? — проворчала я, поднимаясь с кровати.

Открыв дверь, я замерла, как громом пораженная. На пороге стоял… Луциан Дрейвентор. И в руках он держал огромный букет алых роз. Алых, как кровь единорога, между прочим.

— Лунариус, — произнес он своим бархатным голосом, от которого у половины студенток Академии, я уверена, подкашивались ноги. — Я хотел… просто сделать тебе приятное.

"Приятное? Этот самовлюбленный нарцисс? Да он скорее признается в любви уличному троллю, чем сделает мне приятное", – подумала я с недоверием, но вслух произнесла с приподнятой бровью:

— Приятное, Ваше Высочество? За что же?

На его лице промелькнула тень раздражения, но он тут же снова натянул свою "обаятельную" улыбку.

— Просто так. За ваши красивые бирюзовые глаза. - (у меня бирюзовые глаза?) - И… я принес вам это.

Он протянул мне букет. Розы были действительно прекрасны, но от его фальшивой любезности меня чуть не стошнило.

— Благодарю, Ваше Высочество, — с притворной сладостью ответила я, принимая букет. — Очень мило с вашей стороны. Но, знаете ли, я не привыкла к таким… знакам внимания от особ вашего круга.

— Почему же? — с наигранным удивлением спросил он. — Разве вы не заслуживаете цветов?

— Ну, обычно мне дарят разве что сочувственные взгляды и ехидные усмешки, — пожала я плечами. — Так что ваш букет – это что-то новенькое.

Он вздохнул, всем своим видом показывая, как ему тяжело вести со мной этот "неловкий" разговор.

— Лунариус, я бы хотел, чтобы мы начали все с чистого листа. Понимаю, наше знакомство началось не самым лучшим образом…

"Не самым лучшим образом? Да ты меня унизил при всей Академии!" – мысленно воскликнула я, но вслух сказала с притворной задумчивостью:

— Чистый лист, говорите? Что ж, это интересно. И что же вы предлагаете на этом чистом листе написать, Ваше Высочество?

— Может быть… мы могли бы лучше узнать друг друга? — предложил он, и в его голосе промелькнула какая-то странная нотка. Искренность? Или мне показалось?

— Узнать друг друга? — переспросила я с сарказмом. — Боюсь, наше общение может оказаться довольно… познавательным для вас. Вы ведь привыкли общаться с небожителями, а я, как вы выразились, всего лишь "ходячее недоразумение".

— Неужели вы до сих пор обижаетесь на мои слова? — с притворной грустью спросил он. — Я был неправ. Вы вовсе не недоразумение. Вы… весьма неординарная личность.

"Неординарная? Спасибо, конечно, за комплимент, но я-то знаю, что ты думаешь на самом деле", – подумала я, но вслух сказала с деланным кокетством:

— Ох, Ваше Высочество, вы такой галантный! Не ожидала от вас таких комплиментов.

— Я могу быть очень галантным, когда захочу, — с загадочной улыбкой ответил он. — Особенно с такими… интересными девушками, как вы.

"Интересными? Он считает меня интересной? Неужели пари действительно зашло так далеко?", – подумала я с удивлением.

— Что ж, Ваше Высочество, ваш комплимент я принимаю, — сказала я, стараясь скрыть свое замешательство. — А что касается вашего предложения… узнать друг друга… это звучит… интригующе.

— Правда? — его глаза загорелись каким-то странным огоньком. — Тогда, может быть, мы могли бы… прогуляться завтра после занятий? Поговорить… в неформальной обстановке?

"Прогуляться? С ним? Да я скорее пойду на свидание с трехголовым троллем", – подумала я, но вслух сказала с притворной заинтересованностью:

— Прогуляться… это звучит неплохо. Куда же вы меня пригласите, Ваше Высочество? В свои роскошные апартаменты с видом на Запретный лес?

Он слегка покраснел.

— Нет-нет, что вы! Я имел в виду… просто прогуляться по парку Академии. Подышать свежим воздухом…

— Свежим воздухом? В Академии Темных Искусств? Вы уверены, что там есть такой? — с сомнением спросила я.

Он усмехнулся.

— Ну, относительно свежим. По крайней мере, там нет запаха серы и кипящих котлов.

— В этом вы правы, — согласилась я. — Что ж, Ваше Высочество, я подумаю над вашим предложением. А пока… спасибо за цветы. Они действительно… неожиданные.

— Буду ждать вашего ответа, Лунариус, — сказал он, и в его голосе прозвучала какая-то странная… надежда?

Он развернулся и ушел, оставив меня стоять на пороге с огромным букетом роз в руках и полным недоумения в голове.

— Плюс сто калорий за успешно принятые цветы от врага, — пробормотал Корнелиус. — И минус тысяча за то, что ты, кажется, начинаешь поддаваться его чарам.

— Не неси чушь, кот, — огрызнулась я, занося букет в комнату. — Я просто играю по его правилам. Он думает, что может меня очаровать? Посмотрим, что из этого выйдет.