Колода лжи

— Цела, — наконец произнёс он и неожиданно усмехнулся. — Как неудобно дял Луны.

Я уставилась на него.

— Ты всегда появляешься после того, как меня почти убили?

Шут приподнял бровь, будто вопрос искренне его заинтересовал.

— Почти? — на его губах появилась улыбка. — Не льсти Луне. Если бы она решила тебя убить, мы бы сейчас обсуждали совсем другую проблему.

— Какую?

— Куда деть тело, — совершенно серьёзно произнёс он.

Я побледнела.

И через секунду Шут рассмеялся, словно выражение моего лица показалось ему особенно забавным.

— Хотя тело можно было бы оставить ей. Она любит сувениры.

Я смотрела на него, не понимая шутит он или нет.Хуже всего — я уже начинала подозревать, что для него между этими состояниями не существовало чёткой границы.

Шут вдруг перестал смеяться.

— Что ты делала здесь одна? — вопрос прозвучал резко и совершенно другим тоном.

Я моргнула.

— Искала Дрианту.

— И решила войти в первую же дверь, из которой услышала её голос?

— Это был её голос.

—Разумеется, — почти ласково отозвался Шут. — Именно поэтому ты и вошла.

Он сделал шаг ко мне, и от прежнего веселья в глазах не соталось ничего.

— Во дворце, где половина существ умеет заставить тебя увидеть то, чего нет, услышать мёртвых и поверить собственному кошмару, ты пошла за голосом в темноту.

Я стиснула зубы.

— А что мне оставалось делать? Сидеть в комнате, пока неизвестно где находится моя сестра?

Шут несколько секунд смотрел на меня неподвижно. Потом неожиданно рассмеялся и схватил меня за запястье.

— Вот поэтому с пешками вроде тебя всегда столько хлопот.

Я сразу попыталась вырваться, но пальцы лишь сильнее сомкнулись.

— Отпусти.

— Сегодня ты уже продемонстрировала своё умение выбирать направление.

В его голосе снова появилась почти весёлая издевка. Он потянул меня за собой.

Я едва успевала босиком идти по холодному полу, пока мы петляли по коридорам. Несколько раз попыталась запомнить путь, но через пару поворотов всё начало казаться одинаковым: тёмный камень, высокие двери, редкие светильники и тени, будто специально смещающиеся после нашего прохода.

Наконец Шут остановился возле очередной двери и распахнул её.

Я подозрительно посмотрела внутрь.

Комната оказалась почти такой же роскошной, как и прошлая: тяжёлые ткани, тёмная мебель, приглушенный свет. Только в дальней стене находился огромный открытый балкон, за которым раскинулся ночной Гвиндем — бескрайнее море огней и башен.

— Чья эта комната? — спросила я, не заходя дальше порога.

— Сядь,

Шут указал на массивное кресло напротив своего и сам опустился в другое.

— Это сейчас была просьба? — уточнила я.

Уголок его губ дёрнулся.

— Можешь считать её редким проявлением моего терпения.

Я всё-таки подошла к креслу и осторожно опустилась на самый край, сохраняя возможность мгновенно вскочить.

Шут некоторое время молча наблюдал.

— Ты слишком глупая или действительно решила, что бессмертна? — наконец спросил он. Вопрос прозвучал почти лениво, но взгляд стал заметно тяжелее. — Бродить ночью по Дворцу Тёмных Арканов, входить в незнакомые комнаты, отвечать голосам из темноты...Признаюсь, даже для тебя сегодняшний набор решений впечатляет.

— Куда ещё хуже? — пробормотала я и холодно посмотрела на него. — Кто здесь может быть хуже тебя?

Шут усмехнулся. А через секунду уже стоял рядом.

Он наклонился, уперев ладони в подлокотники кресла по обе стороны от меня, и пространство для отступления исчезло

— Я тебя не трону, пока ты представляешь мою Колоду, — произнёс он тихо. — Остальные такого обещания не давали. Страж может разорвать тебя из скуки. Слуга — потому что ему приказали. Аркан — потому что ты неправильно посмотрела, слишком хорошо посмотрела или просто оказалась рядом в плохое столетие.

— Почему ты выбрал меня?

Он замолчал. Несколько секунд алые глаза просто изучали меня, словно вопрос оказался интереснее, чем я ожидала.

— Потому что ты вошла в игру не так, как остальные, — ответил он наконец. В голосе не было восхищения, — Ты споришь тогда, когда разумнее молчал, лезешь туда, откуда другие бегут, и почему-то продолжаешь выживать после решений, которые должны были тебя убить.

— Это всё?

Шут чуть улыбнулся.

— Тебе мало?

— Я хочу знать, почему именно я.

На мгновение его лицо стало совершенно серьёзным.

— А я хочу посмотреть, сколько ещё раз ты задашь этот вопрос прежде, чем поймёшь: ответ пока тебе не принадлежит.

Я нахмурилась, на что Шут неожиданно рассмеялся.

— Не смотри так трагично. Иногда незнание значительно продлевает жизнь.

Вот опять. Секунду назад он говорил так, будто предупреждал о чём-то действительно страшном, а теперь снова выглядел так, словно всё происходящее его забавляло.

Я поднялась с кресла.

— Где моя сестра?

— В безопасности, — ответил он уклончиво.

— Это не ответ.

Я подалась ближе и вцепилась пальцами в рукав его рубашки.

— Где Дрианта? Я хочу увидеть её сейчас.

Шут опустил взгляд на мою руку. Несколько секунд ничего не происходило. Потому он тяжело вздохнул.

— Дьявол!

Через мгновение пространство рядом с нами дрогнуло, и появились Дьявол с Дриантой.

Сестра выглядела, мягко говоря, не лучшим образом. Огненные волосы растрепались, губы были покусаны, платье помялось, а в зелёных глазах бушевала такая смесь ярости и страха, что я сразу напряглась.

Затем посмотрела на Дьявола. На его безупречной скуле красовался отчётливый синяк.

— Лин! — Дрианта увидела меня и мгновенно бросилась вперёд, обвивая руками так крепко, что я едва удержалась на ногах. — Я думала, Шут что-нибудь с тобой сделал!

Она отстранилась и быстро осмотрела меня с головы до ног.

— Он ничего не сделала? Скажи, что ничего.

— Нет, — ответил за меня Шут, откинувшись на спину кресла с видом человека, которого глубоко оскорбило само предположение. — А должен был?

Мы с Дриантой одновременно посмотрели на него.

Шут выдержал наши взгляды несколько секунд и рассмеялся. Его внимание почти сразу переключилось на Дьявола.

— Впрочем, вижу, вы времени зря не теряли.

Алый взгляд скользнул по растрёпанным волосам Дрианты, затем остановился на синяке Дьявола.

— У вашей семьи удивительно убедительный способ вести переговоры.

Дьявол лениво улыбнулся.

— Ты даже не представляешь насколько.

— Заткнись, — процедила Дрианта, и щёки вспыхнули от злости.

Дьявол расхохотался. Перед тем как раствориться в привычном кроваво-красном дыму, он подмигнул именно Дрианте. И сразу же исчез, оставив после себя шлейф дорогого табака и напряженного молчания.

Я смотрела на Дрианту, полная вопросов. Знать подробности...не хотелось. Они были богами. Мы — игрушками. Чувства, боль, стыд — для них лишь приправа к вечному празднику.

— Комната твоей сестры за этой стеной, — Шут указал на смежную дверь. — Навестить её пара шагов. Единственный мой подарок тебе перед состязанием. Всё, как ты хотела, ягодка. Рядом. Насколько это возможно.

Серебристая дымка окутала его, и он исчез, оставив нас одних в огромной комнате, с видом на огни Гвиндема. И подарок Шута соседняя комната для Дрианты ощущался не как милость, а как новая, более изощренная ловушка, суть которой, мне до сих пор непонятна. Единственное, что было ясно — смерть дышала мне в затылок. Она была чертовски близко, каждый час в этом кошмарном замке приближал Дрианту и меня к гибели.

— Нам нужно бежать! — произнесла шепотом Дрианта.

Мои глаза всё ещё были прикованы к месту, где только что стоял он. Мне хотелось кричать, биться в истерике. Почему именно я? Почему его алый взгляд остановился именно на мне? Не в силах держаться на ногах, я тяжело опустилась на край кровати.

— Они убьют нас обоих.

Это была лишь часть правды. Главный же яд таился глубже. Правда о том, как погибли наши родители. Да, эгоистично, но она была единственным живым членом семьи. Потерять её — потерять частичку себя. Дрианта никогда не простит меня.

— Линет, — она присела рядом, и её рука с теплотой коснулась моей.

Она попыталась улыбнуться, но вдруг её лицо изменилось. Не постепенно, а мгновенно, будто маска из плоти и крови. Все эмоции стёрлись, словно их ветром сдуло. Взгляд стал плоским, пустым. А левый глаз...его зрачок затянула молочно-белая, непрозрачная пелена. Губы приоткрылись, и послышался голос, но это был не её голос. Он был низким, многослойным, будто звучал из-под земли и из самых дальних уголков комнаты одновременно.

— Ключ в изумрудной ловушке. Он дышит за твоей спиной, его руки погрязли в грехах, а сердце сокрыто в глубине ловушки. Не дай поглотить ему тебя.

— Дрианта! — я вцепилась её в плечи, тряся, пытаясь вырвать из этого транса. Но её тело было гибким и безвольным, как у марионетки.

Отчаявшись, я занесла руку и отвесила ей звонкую пощёчину. Звук шлепка оглушительно прокатился в тишине. Но никакой реакции. Только этот пустой взгляд. Мысль позвать Шута пронзила мозг, но я тут же отбросила её. Это было бы равноценно приглашению палача.

И тогда Дрианта снова заговорила, но теперь её настоящий, испуганный голос был обращён ко мне. Её здоровый глаз, изумрудный от ужаса, смотрел куда-то за мою спину.

— Линет...

В тот же миг в комнату ворвался холод. Не простой холод, а неестественный, мертвенный. Он обжёг легкие. И мои пальцы моментально окоченели. Чужое присутствие в комнате ощущалось так явно. Кто-то третий лишний был с нами в одной комнате. Спиной я чувствовала тяжёлый, липкий, немигающий взгляд. “Только не Луна, только не она. Кто угодно, но не она!“

Я повернулась всем телом, ожидая увидеть очередного Аркана. Но нет. В дальнем углу, в тяжёлой позолоченной раме, стояло зеркало. Оно пульсировало темнотой. Ноги понесли меня к нему сами, против моей воли. “Любопытство сгубит тебя” — визжала каждая клеточка моего тела. Но если не я, то это нечто сгубит Дрианту.

Моё тело застыло в метре от зеркала, не решаясь подходить ближе. “Опасность!” — яростно предупреждал меня мозг. В комнате стало настолько тихо, что я не слышала ни своего дыхания, ни биения сердца. Дрианта тоже притихла.

И тогда в глубине стекла проступила улыбка. Алая, слишком широкая. За ней таился смутный женский силуэт, тонувший в тенях. Её глаз не было видео — только черные впадины, но я чувствовала, как её глаза прожигали меня насквозь. Бледная, почти прозрачная рука с длинными пальцами приблизилась к стеклу изнутри и постучала. Два мелодичных стука.

Тук, тук.

— Кто ты? — беззвучно прошептала я.

Она ничего не ответила, а лишь ухмыльнулась. Её палец изящный палец медленно поднялся и указал в сторону балкона. Я повернула голову и сердце медленно остановилось.

Дрианта стояла на самом краю парапета, спиной к пропасти. Её фигура была неестественно прямой, а взгляд таким же пустым. И затем, беззвучно, не издав ни крика, ни стона, она шагнула назад. Её тело рухнуло вниз, растворившись в ночном мраке над сияющим городом.

— Нет! Дрианта!

Я побежала к балкону, сердце выскакивало из груди. Перегнувшись через холодный камень, я вглядывалась в темноту, но внизу зияла лишь бездна, усыпанная крошечными огоньками.

— Линет? Ты в порядке? — окликнула меня Дрианта.

Я застыла, не в силах поверить. Плавно, как во сне, обернулась. Дрианта стояла в дверном проёме нашей комнаты, живая. Но как? Только что Дрианта спрыгнула с балкона, а через секунду стоит уже позади меня. На её лице застыла грима беспокойства, волосы были слегка растрёпаны, но на ней не было и тени того ужаса, чир секунду назад свело моё собственное тело в ледяной ком.

— Ты же... — я, запинаясь, показала пальцем в черноту за балкон. — Ты...

— Что я? — её брови сдвинулись. — Лин, мы только что сидели на кровати и говорили о завтрашнем дне. Ты вдруг встала, подошла к зеркалу, закричала моё имя и бросилась на балкон. Что происходит? Ты сводишь меня с ума!

Я хотела объяснить, но мой взгляд скользнул мимо неё к зеркалу. Снова стук из зеркала, и бледная рука, медленно опускающаяся в темноте. Дрианта ничего не замечала. Её испуганный взгляд был прикован только ко мне.

— Лин, пожалуйста, пойдём спать. Завтра испытание. Тебе нужны силы. Ты должна...ты обязана выжить.

Я молча кивнула. Мы легли в одну кровать, прижавшись друг к другу, как в детстве во время грозы. Дрианта быстро заснула, её дыхание стало ровным. А я лежала и смотрела в потолок.

Зеркало манило. Оно было черным порталом в комнате, искажающей пространство. Я чувствовала его зов на физическом уровне — лёгкое покалывание в затылке, холодок вдоль позвоночника. Любопытство, смешанное с ужасом, в конце концом пересилило. Я медленно повернула голову и застыла.

Она была там. Ближе, чем прежде. Её лицо почти прижималось к стеклу с той стороны. Её алые губы изогнулись в усмешке, а палец вновь поднялся, и на этот раз он указала прямо на спящую Дрианту. Угроза была абсолютной.

“Нет, — пронеслось в моей голову с железной решимостью. — Я не отдам тебе её Никогда”.

И тогда, как эхо из кошмара, в памяти всплыли слова Дрианты, сказанные чужим голосом: “Ключ в изумрудной ловушке”.

Что это было? Галлюцинация, наведённая стрессом? Или чьё-то послание? Предупреждение? Помощь, протянутая из самой тьмы? Но кем? И, что самое главное, — какой ценой?