К тебе через туманы

Глава 19

Отсрочка. Все что я прошу. Кажется, он понял меня.

– Хорошо, но условия меняются, – прохрипел он натужно. – Ты сама приводишь себя в порядок, потому как я уже точно не сдержусь. Одеваешься и приходишь ко мне. Я задаю вопросы, ты отвечаешь. Почувствую ложь, позову Кайла. Кажется, тебе не очень понравилась его компания. А потом ты целуешь меня сама, – он цепким взглядом всматривался в меня. – Согласна? Учти, если нарушишь уговор, возьму тебя прямо там, грубо и жестко.

– Я согласна.

Улыбнувшись, он поднялся и вылез из воды. А я, замерев, разглядывала его крепкую мускулистую спину. Под светлой кожей, словно жгуты перекатывались мощные мускулы. А потом он одним движением скинул мокрые штаны и повернулся ко мне лицом.

Я вспыхнула как сухая трава по весне. Мой взгляд невольно упал на то, что возвышалась внизу его живота. Силы великие, он меня убьет, порвет надвое. Паника накатила с новой силой. Не удержавшись, я спрятала пылающее лицо в ладонях и крепко зажмурилась. Вардиган же захохотал.

– Действительно, не женщина, а ребенок малый.

Он вышел, а я осталась, как мешком ушибленная, сидеть в ванной с тряпкой в руках. Не знаю, сколько я бы еще так разинув рот, гипнотизировала дверь, ужасаясь, вспоминая увиденное, но вард не деликатно крикнул из комнаты.

– Время, женщина.

Все, я отмерла и принялась, остервенело оттирать со своего тела грязь.

Пока мылась немного пришла в себя. В голове не укладывалось, чтобы абсолютно посторонний мужчина так интимно меня касался, и самое страшное, я не могу сказать, что мне это не понравилось. Да мне было стыдно, я смущена, но противно не было. Выбравшись из лохани, я столкнулась с новой проблемой.

Оденься, сказал он мне! А во что я тут должна одеться-то?

Даже полотенца были слишком короткие, не обернешься в них. Уже готовая наступить на стыд, обнаженной выйти, все же увидела вещи. Не свои, правда, а его. Кафтан и рубашку он оставил здесь. Что же, это лучше, чем ничего. Осторожно подняв черную рубашку, я рассмотрела ее и спешно накинула на себя, продев руки в рукава. Рубашка оказалась длиной, скрывала мои колени. Стыдно, конечно. Но лучше так, чем голым задом сверкать.

Приоткрыв дверь, вошла в его спальню. Мужчина сидел у камина ко мне спиной и разжигал дрова. В комнате действительно было немного прохладно. Обернувшись, он замер, уставившись на меня, от чего мне стало еще более неуютно.

– Там не было другой одежды, простите, – пролепетала я в оправданье.

– Да, я забыл принести тебе сорочку, но так даже лучше, – заворожено пробормотал он и поднялся с пола одним плавным движением. Камин разгорался, но пока дерево лизал один маленький огонек.

Покрутившись, обнаружила, что кроме шкафа и кровати в комнате больше не было мебели. Неужели придется сидеть с ним на кровати. Словно почувствовав мою неуверенность, вард Итан сам подвел меня к постели и усадил на нее с ногами. Ложе было воистину исполинских размеров, я спокойно могла потеряться там. Он лег рядом, повернулся на бок и положил голову на согнутую в локте руку, подпирая ее ладонью.

– Я хочу знать твое имя, – требовательно спросил он.

– Я уже говорила, – неуверенно промямлила я, пытаясь немного от него отодвинуться.

– Ты солгала, малышка, чем очень меня расстроила, – мужская рука обвила мою талию, пригвоздив к месту и не давая увеличить расстояние между нашими телами.

– Нет, я не лгала, – видя, как сурово поджимаются его губы, поспешила продолжить, – Ниори назвала меня Селестина. Мое имя, данное мне в день совершеннолетия, слишком длинное и не характерно для северян.

– И все же я хочу его услышать – потребовал Итан.

– Ниорайклин, – прошептала я.

– Действительно, – хмыкнул он – трудно запоминающееся.

Отвернув голову в сторону, я смотрела на камин, было очень не комфортно находиться в одной постели с мужчиной, облаченным в одни штаны.

– Сколько тебе лет? – продолжил он расспросы.

– Не знаю, – этот вопрос мучил и меня, но я действительно не знала.

– Как же так получилось, что не знаешь? – сильная мозолистая рука опустилась на мое бедро и чуть сдала его.

– «Печать забвения», – просто ответила я. – Еще ребенком я подверглась этому ритуалу. Сначала поставили «печать безмолвия», а через год «печать забвения». То, что я помню, больше походит на сны, чем на реальность. И признаться вспоминать особо и не хочется.

– Почему? – его ладонь поглаживала мою ногу, сам он смотрел мне в глаза, считывая каждую эмоцию.

– Я седая, вард Итан, вы считаете, что в моем возрасте это нормально? – прямо спросила я.

Рука взметнулась и захватила в кулак большую прядь моих белых волос.

– Они мне кажутся красивыми и, признаться, я не подумал о том, что это седина, – в глазах мужчины вспыхнула нежность, он пропустил через пальцы пару белоснежных прядок и прикрыл глаза от удовольствия. – Как твои волосы стали такими?

– Я не помню, как поседела. Была еще маленькой, – спрятав от него глаза, честно призналась. – И вспоминать об этом не хочу. Никогда и ничего, была бы возможность, я бы подвергла себя «печати забвения» еще раз, чтобы воспоминания не прорывались.

– Хорошо, – мужчина призадумался, – тогда последний на сегодня вопрос. Почему ты так сопротивляешься мне? Что во мне не так, что ты сломя голову выпрыгиваешь в окно, обагряя снег кровью, сидишь несколько дней с Харамом, который при мне не одного крупного воина сожрал, и плутаешь по лесу, готовая замерзнуть там на смерть. Чем я так напугал тебя?

– Вы шутите!? – я вскинула голову. – Я знала, что виновата, застала вас с вашей любовницей. Понимала, что это вам не понравится. А вы влетели в комнату и накинулись на меня, обвиняя не понятно в чем. Я ведь в тот момент, только поняла, что означает этот странный запах, который от вас исходит. Вы чуть не ударили меня. Взгляните на себя и на меня. Мне, чтобы испустить дух, одного вашего удара достаточно будет. Вы кричали так, что я думала, сердце от страха разорвется. И при этом ожидали, что я, правда, пойду паковать чемоданы и прыгать от радостной перспективы стать вашей женщиной. Да по мне вы монстр, уж простите за откровенность.

Вардиган молчал. Словно вспоминая что-то.

– Я действительно замахнулся, хотел припугнуть, чтобы испугалась физической расправы. Но запомни, как бы взбешен я не был, я не ударю женщину и покараю любого, кто тронет тебя. Меня можешь никогда не бояться, – в подтверждении своих слов он нежно провел тыльной стороной ладони по моей щеке. – А сейчас ты готова принять меня? Когда знаешь, что я не обижу и дам полную защиту от любого, кто посмеет даже косо взглянуть.

Я хмыкнула, ну да, обещать, мы все горазды. А как случится, что так и все обещалки из головы выскочат.

– Вы не даете мне выбора, – откровенно призналась я, – а это неправильно. Я вольна выбирать себе мужчину сама, а не принимать того, что навязывается силой. Но вы решаете меня этого права. Вы поступаете нечестно и даже подло.

– Да, я так поступаю, – спокойно признал он правдивость моих слов, – а как быть тогда со мной? Во мне слишком густая кровь, чтобы я смог отмахнуться от ее зова. Как мне быть? Сдохнуть не любимым и не познать, что такое любовь? Прожить холодным куском льда, ведь так ты меня назвала. А обо мне ты подумала, бегляночка. Дай нам шанс, – Итан сел и подтянул меня к себе ближе. Обняв тихонько, поглаживал мои волосы. – Все, что я у тебя прошу, – один шанс.

Поджав губы, я предпочла промолчать. Дать нам шанс, после того, как ту же Селестину заперли под замок, после того, как Каира рассказала, как ее украли и в неволе держали.

– Вам не нужно мое дозволение и шанс вы уже сами себе дали. Все решили за нас обоих. Ваши слова лишь иллюзия готовности пойти на уступки, – еле слышно прошептала я. – Я кушать хочу, обед не скоро? – поспешила перевести тему. Уж слишком щекотливой она была. Обсуждать с ним наши возможные отношения, я была не готова.

– Умная девочка, это даже хорошо, что сама все понимаешь и воздушных замков не строишь. Да, я все уже решил, ты моя! Только моя! И всегда будешь лишь моей! – немного пафосно заявил он. – Обед уже давно прошел. Ужин будет минут через десять. Но нам принесут сейчас, если хочешь?

Я закивала головой. Не говоря больше ни слова, он вышел из комнаты, и тут же раздался характерный щелчок – меня заперли. Я продолжала сидеть в мужской рубашке на кровати, гадая как можно добраться до своих вещей. Мои волосы остались не заплетенными, пушистые волнистые прядки спадали на плечи и опускались до талии. И расчесать их нечем, только пятерней.

Итан вернулся, неся перед собой поднос с едой. О какие это были запахи. Тут было все: и мясо, и салат, и зелень, и отдельно нарезанные овощи, и даже капуста, которую мы вместе квасили. Вот она-то и заинтересовала меня больше всего.

– Можно, я попробую, ради чего искромсала пару ведер морковки, – ткнув вилкой в тарелку, я наколола капусты и отправила в рот. Ммм. Вкусно. – Оно того стоило! – искренне поделилась я с вардиганом. Но стоило взглянуть на него, как я замерла. На меня смотрел незнакомец. Только холодные серые глаза были привычны. Черты лица исказились до неузнаваемости, лицо чуть вытянулось, скулы и подбородок заострились. Рот – тонкая полоса, лишенная губ. И главное, кожа словно туман, будто не из плоти и крови он, а из эфирной материи.

– Вы кто? – прошептала я, миг и видение рассеялось, а передо мной на кровати был вард Итан.

– Туманник, – рассеяно ответил он мне, – ешь, с тебя еще поцелуй.

Туманник. Призраки, сотканные из воздуха. Почему-то образ эфемерного создания, никак не вязался с этим огромным мужчиной. Казалось, внутри него бушует снежная буря, его взгляд замораживал. Ну а характер варда Итана, взрывной, даже бешеный и вдруг туманник.

Я немного ошарашенная его признанием, вяло ковыряла в тарелке.

– Так невкусно. Или аппетит пропал? – немного с издевкой поинтересовался он.

– Нет, вкусно очень, – вежливо ответила я, пропустив мимо ушей его шпильку в мой адрес. – Просто я раньше про Иных и мало что знала, одни легенды да сказания, которые за вымысел воспринимала.

– Да через Туман нам путь закрыт. Удивительно как ты прошла.

Он не спрашивал, но интонации, с которыми он произносил это «как ты прошла», звучали вопросительно. А может и правда, рассказать все и пусть решает, что ему думать. Чем больше молчу, тем у него сильнее фантазия работает. Придумает себе невесть чего, а потом доказывай, что я не шпион имперский, или не подослана к нему, с целью связать узами брака, чтобы наложить руку на его земли, или еще чего. Кто его знает, воображение у него хорошее, а если с братьями, да еще и после распития винца, так возможно окажусь лазутчиком гуронским.

– Там за туманом война, вард Итан, – осторожно начала я, подбирая слова, – там голод и смерть везде. Деревни разграблены, женщин и детей вырезали. Под вратами сотни беженцев. Я была одной из них.

Он смотрел внимательно и насторожено. Казалось, даже не дышал, чтобы не спугнуть меня. Глаза смотрели жадно, но в то же время холодно. Словно прожигали льдом. Он пытался уловить ложь.

– Вам не понять, вы не были на моем месте. Знаете, как сложно сидеть на месте и не шевелиться, когда всего в десяти шагах от тебя убивают человека. Ни за что, просто, потому что взгляд его не понравился. Или насилуют женщину. И самое страшное, выбора-то никакого нет. Или сидишь и надеешься, что северяне сжалятся и пропустят, что сродни вере в сказки, или уходишь в Туман. Многие уходили. Они и вернулись. Думаю не нужно говорить, кем вернулись.

Я замолчала, вспоминая ту ночь, когда появились мертвые. Будто вновь услышала крики, стоны и вопли тех, кого жрали еще живыми. Паника, темнота и всеобщий ор и гам.

– Возвращаться назад от Туманной стены, мне было некуда. Там, откуда я пришла, в сотни раз страшнее, чем в Тумане. Да и мало я тогда на живого человека походила. Я выбрала туман, особо ни на что не надеясь.

Что еще ему сказать? Выражение его лица не менялось. Маска. Ни чувств, ни эмоций. Я опустила глаза на свои руки. Тонкие пальцы нервно сжимали подол рубашки. Его рубашки, от которой исходит тонкий аромат яблок. На черном фоне материи мои ладони выглядели бледными с тонкими четкими венами. Глубоко вздохнув, я разжала руки и пригладила смятую ткань.

– Я знала, что пройду. Вот и все, – рассеяно прошептала я.

– Откуда такая уверенность? – глухой голос варда, выпытывающий, бесстрастный, звучал настойчиво.

– Просто знала и все. Так бывает. Я не желаю об этом рассказывать, это мои тайны. Они плохие, страшные. Туман был самым лучшим решением, или он или смерть.

– И все же. Так рискнуть, – с легкой иронией заметил он.

– Вы не понимаете, вард Итан, куда страшнее было остаться там, чем погибнуть в тумане, – нервно хохотнула я. – Думаете, смерть самое страшное, что случиться может. Нет. Далеко не самое. Уж поверьте седой девушке.

Говорить о собственном прошлом оказалось, куда сложнее и больнее, чем я думала. С Селестиной болтать было легко, а вот вардиган оказался не самым душевным собеседником.

– Может, вы просто зададите вопросы, а я расскажу все, что знаю. Не поверите, повторю все при вашем брате, – вспомнив гер Кайла, я поморщилась. Вот нервировал меня этот менталист. Неуютно даже в комнате находиться с тем, кто тебя как марионетку использовать может, даже не потея.

– Меня много чего интересует, Ниори, например, что ты видела в тумане?

– Да ничего такого не видела. Доползла, облокотилась на камень и уснула. Там сухо было и тепло. Я под дождем так вымокла, что, казалось, кости дрожат, и кожа размокла от сырости. Я там заблудилась, и вдруг на выручку пришел странный человек со змеиным хвостом. Селестина рассказала, что это хашшаси. Признаться, он помог мне пройти и выжить. Снабдил вещами, едой, деньгами и даже куском мыла, – вспомнив, как выглядела тогда, вся в грязи и крови, не мытая, почему-то рассмеялась, сейчас казалось это приключением. Страшным, голодным, холодным, но приключением. – От меня так разило, что мертвяки разбегались. Толпы их вокруг бродили. Все меня за свою воспринимали, – замолчав, я опомнилась. Поняв, что болтаю лишнего, просто пожала плечами. – Ничего в тумане нет. Мертвые и земля высушенная.

Итан молчал, обдумывая услышанное. Я же, спрыгнув с высокой кровати, подошла к окну. Делиться с этим расчетливым мужчиной своими переживаниями и страхами расхотелось окончательно. Его волновали лишь детали: как прошла, что видела.

– Еще что-нибудь спросите? – глухо поинтересовалась не оборачиваясь.

– Спрошу, – низкий баритон раздался у самого моего уха, – но потом. Этот разговор тебя расстраивает. Думаю, сейчас продолжать его не стоит, – большие ладони сжали мои худенькие плечи. – Вернись на кровать. Ты можешь простыть.

Кивнув, я развернулась и снова забралась с ногами на постель. Взяв поднос, принялась есть. Итан так и остался стоять у окна. Что-то его беспокоило, но вот лезть к нему в душу, не хотелось. Мы чужие друг другу и сближаться желания не было. Была бы возможность, сбежала бы. Но вот куда? Вокруг снег, лес и холод. Там верная смерть. Так что до весны как минимум придется мериться со своим положением.

Глава 20

Наевшись вдоволь, я отставила поднос. Вардиган все это время, молча, стоял у окна и вглядывался вдаль. А я маялась от волнения. Присутствие мужчины давило. Сложно находиться с ним рядом и не понимать, что творится у него в голове. О чем он думает?

– Знаете, вы лучше один раз меня допросите. Мне так будет проще, – вот не знаю, зачем я выпалила это. Но выносить его молчание, никакого терпения не осталось.

– Мы нашли книги, откуда они у тебя? – не оборачиваясь, сухо спросил вардиган.

А вот оно что! Мои книги! Ну, еще бы, они их не заинтересовали. Нашли они их, значит. Обыскали мои вещи. Хотя чего там было обыскивать. У меня-то и вещей нет. Одна сумка с платьем и парой носков. Стало как-то гаденько на душе. Выходит, все это время он молчал, обдумывая, как выпытать у меня эту информацию. Да мог бы не мучится, все равно всю правду не скажу. Хоть пытай.

– Украла, – вызывающе громко ответила я, – у кого не признаюсь.

Вард развернулся и окинул меня внимательным взглядом.

– Ты знаешь, что в них описано? – ухмыльнувшись, подошел он к главному.

– Естественно, знаю. Это я их переводила, рукописи, найденные вами в моих вещах во время обыска, мои личные.

Мужчина недовольно поморщился, когда я уточнила при каких обстоятельствах они «нашли» мои книги. Но заострять внимание на этом не стал, деликатно пропустив мимо ушей мое недовольство.

– Переводила? – уточнил он. – Ты знаешь языки?

Столько удивления в его глазах. Это неприятно задело. За пустышечку он меня принимал, значит, за деревенскую пастушку, которая по странной прихоти судьбы к нему в жены решала пролезть.

– Вас это удивляет, вардиган? – полюбопытствовала я. – Почему? Я разговариваю с вами на вашем языке, а вы спрашиваете, знаю ли я языки.

Мои доводы попали в цель. Вард качнул головой, отчего его длинные черные пряди упали на лицо. Вот такой вот, без рубашки, в свободных штанах и босой, он не выглядел монстром, скорее домашним мужчиной. Правда, немного раздраженным.

– Те знания, что в этих книгах, утеряны много веков назад. И я не только о ритуалах и обычаях, с этим смириться еще можно. Я о свитках, на которых описан принцип создания Туманной стены. С такой информацией я смогу создать еще одни врата и стану независим от совета сильнейших. Это даст большую власть, – он произносил слова с таким холодом и расчетом, что я поежилась. – На нашей территории лишь небольшая часть Тумана, но этого будет достаточно, чтобы стать независимыми. Это торговля и приток новых рабочих сил. Если там все, как ты описываешь, то желающих прийти сюда будет больше, чем нужно. Например, женщины, наделенные магией, ведь ты не единственная такая? Да и Иные поохотятся на невест на славу. Получив свои врата, я стану независим и смогу диктовать соседним варданам свои условия и заключать самые выгодные союзы.

Неужели он так мечтает о власти!?

– Так вы, поэтому так вежливо со мной обращаетесь? Вам не я нужна, а знания. Хотите про свитки эти узнать? – усмешка непроизвольно скользнула по моим губам. Я-то думала, что он избранную приручить пытается, семью хочет. А тут все куда более прозаично, власти ему надо.

– Нет, бегляночка. Вежлив я, потому как терять тебя более не желаю. Я в том лесу, как ищейка под каждый куст на твоем пути заглянул. Собственные владения по нескольку раз обыскал. Несколько ночей на ногах и все без толку, если бы не Бьек, то живой и не нашли бы. Ты не представляешь, что я испытывал, раскидывая сугробы на твоем пути, страшась найти тебя замершей под ними, – на красивом лице вардигана заходили желваки. – А книги Вульфрик обнаружил только сегодня в твоих вещах, когда искал ночную рубашку. Признаться, мы были шокированы такой находкой. Но власть мне нужна, только потому, что теперь у меня есть ты. Моя женщина и будущие дети, дочери и сыновья должны жить в безопасности. Мне нужна власть, чтобы стать сильнейшим.

Оторвавшись от созерцания чего-то там за окном. Он неспешно, немного нервно, подошел к кровати. Взяв уже пустой поднос, молча, вышел за дверь, а я осталась одна.

Сидела в ожидании долго, но проходили минуты, а он не возвращался. Тихо подойдя к двери, дернула за ручку. Заперто! Я ведь даже щелчка не услышала. Постояв немного, я прислушивалась к тому, что происходит снаружи. Тишина. Развернувшись, прошла к окну. Солнце уже садилось, но было достаточно светло, чтобы увидеть двух стражников под окном. Ясно. Даже если надумаю, из окна не выбраться. Пройдясь по комнате, вновь вернулась на кровать. Шкаф был пуст. Все что мне предоставили – это ночная сорочка и его рубашка, что была на мне сейчас. Не густо. Думает, что в одной сорочке я уж точно не сбегу.

Устало я опустилась на подушку и укрылась одеялом. За прошедшие дни сильно устала и вымоталась. Сейчас мысль о том, чтобы остаться здесь, не казалась столь ужасной. За те дни, что я пробиралась по лесу, раздирая руки и лицо, как-то приоритеты пересмотрелись. Тут, во всяком случае, теплее и сытнее.

А что до вардигана, могу его ласки и потерпеть, они оказались не столь ужасны. Все равно рано или поздно я окажусь под мужчиной. И за счастье будет, если по доброй воле. Так что пока буду обживаться. Главное, не раздражать этих пожирателей, а то действительно будет беда.

С этими тяжелыми и совсем не наивными мыслями, я уснула.

Неясная тревога будоражила сознание. Что-то было не так. Опасность.

Сама не понимая, что происходит, я вскочила и бросилась бежать, толком не проснувшись. Схватила ручку двери и дернула на себя. Открылась. В глаза ударил свет из коридора. Я замерла. Где я вообще? Недоуменно проморгавшись, уставилась на каменные стены и деревянные полы. А где решетки, где подземелье?

Кто-то подошел сзади и мягко дернул меня на себя. Волна животного ужаса заполнила сознание, и я заорала, выплескивая весь свой страх.

– Тихо, ну что же ты. Успокойся, – чужак прижал меня к своему телу и странно поглаживал по спине. Это действовала успокаивающе. А потом я вспомнила. Я в доме, не в клетке в пещерах. А рядом не охранник, не насильник. Это…

– Вард Итан, это вы? – собственный голос звучал жалко. Пережитый ужас отпускал, выпуская из тисков мое сердце.

– Я, – шепнул он тихо, – это всего лишь я.

Убедившись, что я осознаю происходящее, мужчина подхватил меня на руки и вернул в кровать.

– Простите, – попыталась как-то исправить ситуацию, было стыдно и за то, что я тут устроила. – Я слишком крепко уснула. Сразу не сообразила, где я нахожусь.

Он ничего не ответил. Лег рядом со мной и крепко обнял, прижимая мое лицо к своей груди. Это было странно и непривычно. Никто никогда не спал рядом со мной. Странное ощущение, вроде стыдно и неудобно, но так тепло. Тело сковало смущение. Я даже старалась лишний раз не дышать. А вот мужчина, чье сердце билось у меня под ухом, был спокоен и расслаблен. И, кажется, даже дремал, что вводило меня в больший ступор.

– Расслабься, Ниори, – в его сонном голове проскальзывала хрипотца. – Привыкай, теперь ты будешь спать только со мной.