Невеста другого дракона
- -
- 100%
- +
Много месяцев Райан хватался за малейшую надежду ей помочь. Тратил деньги на лучших целителей, вышел на самого Джеймса Вилара. Все оказались бессильны.
Кто-то невзначай шепнул ему о фениксах, и он нашел одного в Риолоне. Райан даже обращался к послу Эндарии и подключил все связи в Шанории, чтобы связаться с императрицей Мираной, передать ей письмо с просьбой исцелить его дочь. Обе женщины согласились попробовать, но только через несколько месяцев. Судя по данным, которые имелись у магов Эндарии, исцеление другого человека сильно опустошало магический резерв, несло с собой соответствующие риски для здоровья целителя. Риски, на которые не пойдет ни одна беременная женщина. Увы, Мати не могла ждать несколько месяцев. Ее время шло на недели. А если верить сумасшедшей дочери Вилара, то уже на дни.
Райан усмехнулся. Ему не повезло. Даже если бы звезды сложились, все равно никто не давал гарантий, что Мати вылечат. Фениксы появились всего несколько лет назад и совершенно не изучены магическим сообществом.
Тогда Райан от безысходности обратился к целителям альтернативных направлений. Или, как показала практика, к шарлатанам. С каждой неудачной попыткой помочь дочери часть души Райана словно сгорала в огне и на ее месте оставался пепел злости и бессилия. Он потерял надежду. Отчаялся. И все же, по вечерам держа маленькую тонкую ручку, целуя бледный детский лобик, Райан молился о чуде. Боги никогда его не слышали, но молитвы приносили облегчение. И вот он, казалось, смирился с неизбежным. Принял эту уродливую часть жизни, в которой люди просто… умирали.
Ева Вилар своим появлением разбередила старые раны, наступила на все больные мозоли и откровенно разозлила простотой, наивностью, глупостью. Да он скорее поверит, что сам стал феей, чем в том, что эта девица — феникс.
Миниатюрная фигурка исчезла за поворотом.
— Все готово! — крикнул Соер, подъезжая на карете.
— Давай догоним эту сумасшедшую, — бросил Райан и залез внутрь.
Копыта лошадей зацокали по брусчатке. Карета выехала на дорогу.
— Господин, девушки что-то не видно! — крикнул с улицы Соер.
— Не могла же она провалиться в бездну, — выругался Райан и стукнул по стенке, приказывая остановиться.
Он вышел под проливной дождь. Дракона тут же окутали облака пара. Райан горел изнутри. В последнее время ему все сложнее и сложнее давался самоконтроль. Только рядом с Мати он оставался прежним, старался не пугать дочь.
Быстрым шагом Райан пошел по дороге, вглядываясь в кусты и обочины. Чудом ему удалось заметить голубую ткань среди зеленой листвы. Свернувшись калачиком, Ева Вилар лежала в корнях дерева. Бледная, как сама смерть.
— Сумасшедшая, — сказал Райан и коснулся ее щеки.
Она оказалась холодной и влажной.
— Вставай, я отвезу тебя домой, — приказал он.
Ее веки задрожали, но девушка так и не пришла в себя. Он не был целителем, но без труда узнал признаки магического истощения. Для мага огня очень важно не переходить черту и не тратить силы сверх меры. В случае с Евой она еще умудрилась замерзнуть и промокнуть насквозь.
Подняв ее на руки, Райан пошел к карете.
Соер тут же спрыгнул с козел, открыл хозяину дверь.
— Езжай к Виларам, и не жалей лошадей. Нужно спешить, — приказал Райан слуге.
Внутри кареты дракону пришлось удерживать девушку, чтобы она не упала. В сознание Ева так и не пришла, но почувствовав источник тепла, прижалась к мужчине.
Райан уловил легкий аромат ирисов, который смешался с запахом влажных волос и кожи.
— Холодно, — прошептала она, дрожа всем телом.
Дракон скрипнул зубами и крепко ее сжал, позволил магии огня сделать свое дело. Мягко, чтобы не навредить, Райан ослабил контроль над своим даром. В карете стало тепло, даже душно. А еще он ощущал, как горит его кожа.
Ева судорожно всхлипнула и уткнулась лицом в его шею. Он чувствовал ее губы, дыхание… Все вместе это возбуждало. В конце концов, Райан был мужчиной.
— Треклятье, — прорычал он и попытался отстраниться. — Прекрати.
Но какое там. Девчонка вцепилась в него, как клещ! Путь до поместья Виларов стал для Райана пыткой.
— Приехали! — крикнул Соер, а затем открыл дверь.
— Слава богам! — проворчал Райан.
С трудом он вышел из кареты. Ева все так же не приходила в себя. Из дома выскочила полная служанка.
— Ева, милая! Ох, что же это! — запричитала она, с ужасом переводя взгляд со своей хозяйки на незнакомца.
Тем не менее служанка додумалась отойти в сторону и открыть дверь.
На шум уже спешили жильцы дома.
— Господин Эбер? Ева?! — Джеймс Вилар, взлохмаченный и испуганный, выскочил из гостиной.
— Ох, боги, — из-за его спины показалась женщина средних лет.
— Куда ее отнести? — спросил Райан.
Он говорил резко, почти грубо. Видят боги, он никогда не отличался терпением.
— На второй этаж, идемте! — это была служанка.
— Да-да, — поддакнул Джеймс Вилар.
Служанка указала путь в небольшую девичью спальню. Райан замер на пороге. Засомневался, туда ли его привели. Первое, что бросилось в глаза — новая, грубо сколоченная дверь.
— Вот сюда, — служанка указала на кровать, и Райан положил Еву.
К ней тут же подошел господин Вилар. Коснулся руки…
— Дита, принеси саквояж с зельями, — распорядился он.
Женщина убежала. А Райан все стоял и смотрел по сторонам. Мебель, обои, балдахин больше подходили подростку, нежели взрослой девушке. При этом все выглядело старым, износившимся. Никаких игрушек, кукол, цветов. Минимум украшений. Аккуратная этажерка рядом с креслом заставлена книгами. По корешкам он узнал романы, которые читала Пруденс, а также исторические очерки, мемуары… Вокруг царила чистота и порядок. «Неужели у лучшего целителя Риолона нет денег, чтобы обновить гарнитур?» — подумал Райан, но тут же тряхнул головой. Это его не касается. Он сделал все, что от него требовалось. Теперь можно забыть этот треклятый день, Еву Вилар и вернуться домой к Мати…
— Господин Эбер, как вы нашли мою дочь? Боги, она сбежала, и мы подняли на ноги полисмагию, — спросил господин Вилар.
— На улице. Мне нужно идти, — отрывисто сказал Райан.
У него не было никакого желания рассказывать о событиях этого дня. Пусть Джеймс Вилар спрашивает у дочери, что, зачем и почему она делала.
Мимо Райана с поразительным проворством прошмыгнула служанка с кожаным саквояжем.
— Заставь ее выпить вот этот бутылек. Весь до дна. Я приду позже, — господин Вилар отдал распоряжения и вышел вслед за своим гостем.
Райан нахмурился. Сам он никогда бы не оставил дочь на попечение служанки, тем более в таком состоянии.
— Спасибо вам огромное, господин Эбер. Не знаю, как вас и благодарить. Ева, должно быть, доставила много проблем…
Огонь внутри полыхнул. Все в доме Виларов казалось неестественным. И Райан испытывал весьма противоречивые чувства. С одной стороны, он радовался, что господин Вилар не стал дальше расспрашивать его, а с другой… Разве не должен отец защищать свою дочь? Переживать за нее, злиться, что какой-то малознакомый мужчина прикасался к ней? Вместо этого Джеймс Вилар переживал за неудобства, которые доставила Ева.
— Господин Эбер, я Налия Вилар, супруга Джеймса, — в коридоре им преградила путь дама средних лет.
Невысокая, разодетая в шелка и драгоценные камни, точно собралась на аудиенцию к императору. Райан кивнул и хотел пройти мимо, но тут же наткнулся на еще одну незнакомку. Это была уже девушка, моложе, но вылитая копия Налии Вилар.
— А это моя дочь, Елана. Простите за неудобства, которые доставила моя падчерица. Меньшее, что мы можем сделать, — это пригласить вас на чай. Оставайтесь. На улице промозгло и дождливо, — предложила хозяйка, кокетливо улыбаясь.
— Я спешу, — коротко ответил Райан, ослабляя ворот шейного платка.
Ему было жарко из-за дара, который, точно тигр, метался внутри.
— Джеймс, ну что же ты, убеди господина Эбера остаться, — обратилась госпожа Налия к супругу.
— Господин Эбер… — начал тот.
— Моя дочь больна. У меня нет времени на пустую болтовню, — отрезал Райан.
Налия Вилар недовольно поджала губы.
— Тогда не смеем вас задерживать. Елана, идем! — она позвала дочь и прошла мимо спальни падчерицы, даже не заглянув к ней.
Вот только ее дочь Елана не шелохнулась. Широко распахнув глаза, она смотрела на Райана не мигая.
Эта семейка уже начала действовать ему на нервы. Обойдя девицу по дуге, Райан сбежал вниз по лестнице. Внутри шевельнулось неприятное чувство. Точно кто-то мелкими острыми коготками скребся в его сердце. Райан был не в восторге от Евы Вилар, но ее семья… Даже Джеймс Вилар, которого он уважал и к чьему мнению прислушивался, теперь казался никчемным, слабым.
Не дожидаясь, пока кто-то из слуг откроет ему дверь, Райан сам вышел на улицу и едва не столкнулся с Габриэлем Денвером.
— Эбер? — выдохнул тот. — Какой бездны ты тут забыл?!
У Райана был тот же вопрос и к нему. Вот только на разговоры с Денвером у него не осталось времени. Мати ждет. Он и так слишком долго отсутствовал.
— Уйди с моего пути, — процедил Райан сквозь зубы.
Огонь внутри взвыл. Сколько ночей он мечтал выжечь этого выскочку-дракона. И вот Денвер стоял напротив него. Протяни руку и все…
— Габриэль! — из дома выбежала Елана. Она радостно выкрикнула: — Ева нашлась! Ее привез господин Эбер.
Глаза Денвера переместились с нее на Райана. Вокруг сгустилась магия. Райан понял, что этот наглец без ответов его не отпустит. Двух драконов окутали клубы пара. Оба едва сдерживали силу, и только остатки здравого смысла не давали им сцепиться в драке прямо на подъездной дорожке поместья Виларов.
— Что ты сделал с моей невестой?! — голос Денвера клокотал от гнева.
Райан и сам едва ли не дрожал, но смог нагло улыбнуться. А у судьбы, пожалуй, есть чувство юмора. Наклонившись вперед, он тихо произнес:
— А ты спроси у нее.
Это стало последней каплей. Денвер сорвался, но прежде чем он нанес удар, Райан вывернул ему руку и оттолкнул от себя.
Габриэль едва не упал, но все же смог устоять на ногах. Теперь его окружали языки пламени. Он потерял контроль.
— Иди к своей невесте, Денвер. И в будущем не мерь всех по себе. В конце концов, ты единственный дракон-мерзавец во всем мире.
Райан развернулся на каблуках и пошел к своей карете. Он не боялся удара в спину. Скорее отчаянно его желал. Тогда у него появился бы отличный повод убить Денвера, и суд бы это убийство оправдал.
— Мы еще встретимся, Эбер! И клянусь богами, я выжгу твое гнилое сердце! — крикнул ему вслед Габриэль.
Ему хватило ума не продолжать драку.
Запрыгнув в карету, Райан постучал по стенке. Соер стегнул лошадей.
Дракон откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
— Потом, все потом. Сейчас нужно думать о Мати, — прошептал Райан.
Он успокаивал себя и дар. Для мести еще будет время.
Глава 3
Ева
Из уютных объятий сна меня вырвала лава, которая медленно растекалась во рту и падала куда-то в желудок. Закашлявшись, я попыталась вырваться, но чьи-то руки крепко держали меня.
— Пей, девочка, пей, — мягко сказала Дита. — Это должно помочь.
Ее голос успокоил. Глаза слезились, дыхание причиняло нестерпимую боль. Оно точно распаляло огонь во рту.
— Что это? — сипло спросила я, когда выпила содержимое бутылочки.
— Восстанавливающее огненное зелье, — сказала Дита.
Я вспомнила, что такое же пил Габриэль. Дракон тогда всего лишь морщился. Мне и в голову не приходило, что зелье такое отвратительное на вкус. Хотя вкуса-то по сути и не было. Один нестерпимый жар.
— Держи, милая. — Дита вложила в мою руку стакан. — Это вода.
Я тут же все выпила. Стало немного легче.
— Как я здесь оказалась?
Последнее, что помнила, — это дорогу, дерево, дождь…
— Тебя привез некий господин Эбер, — сказала Дита.
— Эбер? — не поверила я своим ушам и снова закашлялась. Когда приступ прошел, решила все-таки уточнить. — Такой высокий, худощавый, темноволосый?
— Да, дракон, судя по глазам. — Кивнула Дита.
О боги. Значит, он меня нашел, подобрал на обочине дороги, как какую-то бродяжку, и отвез домой! Захотелось провалиться сквозь землю.
— Ева, почему ты не оставила хотя бы записки? Господин Джеймс обратился в полисмагию, господин Габриэль ищет тебя по всему городу. Мы ужасно перепугались.
— Были неотложные дела.
— Илфия, помоги, — взмолилась Дита. — Какие еще дела у юной девицы?! Все решили, что ты сбежала!
Я виновато улыбнулась.
— Поверь, если я решусь сбежать, то возьму тебя с собой.
— Не подлизывайся, — проворчала Дита и поправила мое одеяло.
Я перевела взгляд за ее спину и отметила, что пока меня не было, поменяли дверь. Из коридора послышался шум. Без стука в мою спальню влетел Габриэль. Встревоженный и растрепанный. Одежда мокрая, грязная, местами в подпалинах. Рыжие волосы торчат во все стороны. Я замерла, так как не ожидала увидеть его таким. Сколько себя помнила, Габриэль одевался с иголочки, следил за прической и внешним видом. Сейчас же его лоск исчез.
— Ева, — выдохнул он и бросился к моей кровати.
Я пыталась отстраниться, вжалась в спинку, но Габриэль успел схватить мою руку и крепко сжать.
— Что он тебе сделал? Он обижал тебя, оскорблял или…
Голос Габриэля дрогнул. Боги, да что с ним творится? Он ведь никогда себя так не вел.
— Кто «он»? — не поняла я.
— Эбер, — выплюнул он имя дракона, точно оно было ругательством.
Слова застряли в горле. Они, получается, знакомы? И не просто знакомы. Габриэль явно ненавидит Райана Эбера.
— Господин Эбер был добр ко мне и подвез до дома, — уклончиво ответила я. — Только и всего.
— Подвез? — с подозрением спросил Габриэль.
Его взгляд прошелся по моему лицу, распущенным волосам, мокрому помятому платью. Что, бездна его поглоти, он ищет?! Господин Эбер может быть и грубиян, но точно не лишен чести.
— Господин Габриэль, простите, но Еве нужно переодеться и отдохнуть. Она очень слаба, — вмешалась Дита.
Дракон не двинулся с места. Он продолжал меня изучать, а еще держал за руку.
Отец в дверях прочистил горло.
— Габриэль, сынок. Идем, тебе тоже стоит привести себя в порядок. Ева непременно нам все расскажет, но позже. Когда восстановится. У нее магическое истощение.
— Истощение? — удивился он, не отрывая от меня своих драконьих глаз. — Куда ты потратила силу?
Я высвободила из его пальцев руку. Пора заканчивать это представление.
— Ты мне не муж. Я не обязана перед тобой отчитываться.
Он дернулся точно от пощечины.
— Ева, — попытался осадить меня отец.
— Что Ева?! Я разорвала помолвку. Он мне даже не жених!
Огонь тлел где-то глубоко внутри. Раньше я бы никогда не позволила себе подобной вспышки гнева. Кажется, огонь и вправду на меня влиял куда сильнее, чем я думала. А может быть, сказалась усталость и отчаяние. За последние годы мне пришлось многое пережить.
— Простите, господа, вам нужно выйти, — пришла на выручку Дита.
Пожалуй, она единственная служанка во всем Риолоне, которая могла выставить в коридор и своего хозяина, и наглого дракона.
Когда за ними закрылась дверь, я откинулась на подушки. Слез не было. Только тупая боль и разочарование.
Дита подошла ко мне. И столько было в ее глазах любви, ласки, печали и сочувствия, что мне пришлось проглотить ком в горле.
— Давай, милая, переоденемся. Потом ты как следует поешь, выспишься, тебе станет полегче.
Я заставила себя улыбнуться. Ради Диты. В том, что дальше будет «полегче», я сомневалась, очень сомневалась.
***
Разговор с отцом получился коротким. Благодаря Дите у меня было время продумать свой рассказ. Я не стала лгать о том, что посещала библиотеку и провела весь день в Вертии. Только умолчала о визите к Эберу и сразу перешла к случайной встрече на дороге по пути домой. Отчасти так и было. Я же не знала, что Райан Эбер решит меня проводить. Да и провожал ли он на самом деле? Скорее поехал по своим делам и заметил меня у обочины.
— Почему ты вообще возвращалась домой пешком под проливным дождем? — спросила Налия.
Она тоже пришла вместе с отцом и стояла около кровати, скрестив руки.
— Хотелось прогуляться, — ответила я, прекрасно понимая, как звучит мой ответ.
— А дар куда потратила? Как довела себя до истощения? — не унималась она.
Не одного Габриэля интересовал этот вопрос. Я пожала плечами. Налия фыркнула.
— Вот видишь, к чему приводит вседозволенность? — она обратилась к отцу. — Ева ни во что нас не ставит! Сбегает из дома, несмотря на мой запрет. Еще и выставляет семью на посмешище!
— Дорогая, Ева — маг огня. Ее дар только пробудился и нестабилен. Он влияет на нашу девочку. Вспомни сама, до проявления силы Ева была совсем другой. Нам нужно быть терпимее.
Он защищал меня, но я понимала, что на самом деле отец пытается сгладить острые углы ради своего же спокойствия. Не удивлюсь, если он тоже считал дни до моего замужества. Думал, что как только я покину дом, то здесь воцарятся мир и покой.
— Терпимее?! — не отступала Налия. — Подумай о Елане. Как поведение сестры скажется на ее репутации?! Нет, я всегда была мягка с тобой и с Евой. Старалась быть осторожной, все же девочка потеряла мать, но ее детство и моя доброта кончились. Обуздай свою дочь или, клянусь, я заберу Елану и уйду от тебя!
Она вышла из комнаты. Совсем дошла до отчаяния, раз ставит такие ультиматумы. Рушатся ее сокровенные мечты породниться с Денверами, и заодно избавиться от падчерицы.
Отец сидел у меня в ногах. Сцепив пальцы в замок, он смотрел на пол и молчал. Я же пыталась понять, всегда ли теперь буду чувствовать разочарование при виде отца. Я не переставала его любить, но при этом… Боги, боль становилась острее.
— Ты должна выйти замуж за Габриэля, — сказал он.
— Мы это уже обсуждали и…
— Должна, Ева, — перебил отец. — Иначе мы окажемся на улице. Ты, я и Налия с Еланой.
— Что ты имеешь в виду? — не поняла я.
В теле все еще чувствовалась слабость, но магический запас постепенно восстанавливался. Помогло зелье. Об отдыхе в этом доме речи не шло.
— Я не рассчитал расходы в этом месяце и просрочил несколько платежей Имперскому банку Вертии и частным кредиторам.
— Ты… ты просто пытаешься меня запугать, — отказывалась верить я, ведь в прошлом подобного не было.
Мы с Габриэлем сыграли свадьбу и отправились в путешествие. Какое-то время все шло нормально. Просить в долг отец начал позже. Неужели я тогда что-то не заметила? Крупные покупки или непредвиденные траты…
— Налия и Елана ездили отдыхать на Великое Озеро, — вспомнила я.
Они ни в чем себе не отказывали, пока отец работал, а я готовилась к свадьбе. Свадьбе, которую полностью оплачивали Денверы.
— Они болели зимой, — пояснил отец и процитировал Налию: — Эта поездка была им необходима.
Я стиснула зубы, чтобы не сказать, что думаю об отце и его жене. Он говорил так, будто Налия и Елана переболели пневмонией, тогда как обе просто перенесли легкий насморк.
Нет, мачеха и сводная сестра и раньше часто ездили отдыхать. Не могло все полететь в бездну только из-за отпуска. Ответ, казалось, лежит на поверхности, но я никак не могу его разглядеть…
— Я договорился об отсрочке, объяснил, что старшая дочь вот-вот выйдет замуж за Габриэля Денвера, — продолжил отец. — Но как только новости о расторгнутой помолвке получат огласку, эти кровопийцы потребуют вернуть деньги.
— И тогда все заложенное имущество пойдет с молотка, — поняла я.
Вот что произошло. В будущем, из которого я вернулась, мое замужество выручило отца. Еще бы, мы породнились с очень богатой семьей на хорошем счету.
— Да, — признался отец.
Я тихо рассмеялась. И этот человек с серьезным видом недавно утверждал, что я ничего не смыслю в деньгах!
— Я думала, ты разбираешься в финансах, — не смогла сдержать сарказма.
Отец ничего не ответил. Я же попыталась найти хоть какой-то выход. Выход, где мне не придется приносить себя в жертву.
— Ты мог бы поговорить с Налией. Продайте все украшения, картины, дорогие платья. Да, имущество уйдет с молотка, но это не конец света.
— Моя репутация будет уничтожена, — отец покачал головой.
— Та же Елана может выйти замуж и поправить ваше с Налией положение.
Мне с трудом удавалось держать эмоции под контролем и не давать раздражению вылиться в откровенные обвинения.
— Елана еще ребенок, — сказал отец с укором.
Ну да, ребенок Налии. Ее будущим жертвовать нельзя.
— Ей восемнадцать, — напомнила я.
— Ева, ты ведь старшая сестра. Сначала ты должна выйти замуж.
— А ты мой отец, и тем не менее готов расплатиться моим будущим, чтобы и дальше удовлетворять аппетиты Налии! — Я все же повысила голос.
Это стало последней каплей.
— Расплатиться?! Вот как ты это видишь? — разозлился отец и наконец-то на меня посмотрел. Кажется, терпение покинуло не меня одну. — Денверы хорошие люди! Габриэль — дракон, и искренне тебя любит.
— Он не любит меня, папа. Я буду несчастна в браке с ним, как мама была несчастна в браке с тобой.
— Ваш брак не имеет ничего общего с тем, что было между мной и твоей матерью! Не такой я тебя воспитывал, Ева.
— Ты прав. Ты воспитывал меня удобной.
Разочарование заполнило все свободное пространство комнаты. Впервые я поняла, что завидую Елане. Налия ее хотя бы любила и была готова на все ради дочери. Моя же мама давно умерла, а отец… Он был во мне разочарован, как и я в нем.
На лбу отца залегли глубокие морщины. Усталый, упрямый, но еще не сломленный. Он цеплялся за привычный уклад, за жену, за свой статус. Но не за меня.
— Вижу, тебе плевать на свою семью, — он встал с кровати. Его голос звучал холодно, отстраненно. — Подумай тогда о себе. Положение дел таково: либо ты выходишь замуж за Габриэля, либо оказываешься на улице.
Его слова можно было понять по-разному. Он имел в виду свое банкротство, или то, что выгонит меня из дома? Раньше я бы не поверила, что отец способен на подобное. Он вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь. Чернильное пятно в моем сердце стало еще больше.
Налия, Елана, они как кошки приземлятся на четыре лапы. А вот Дита и отец… Даже после его угроз я не могла не думать о его будущем. Слезы жгли глаза. Замужество давало шанс позаботиться хотя бы о няне. С отцом же я поняла одно — помочь можно только тому, кто готов принять помощь.
***
Поздно ночью, когда все легли спать, я взяла книгу со столика и пошла вниз в гостиную. Там, около камина, я любила посидеть в тишине. Иногда заваривала на кухне чашку ароматного чая, сама без помощи слуг.
Мне не хотелось читать, но так мои мысли были заняты буквами, которые складывались в слова, а слова в предложения. Все лучше, чем раз за разом прокручивать в голове события будущего и корить себя за то, что не смогла ничего изменить.
Богам, должно быть, доставляет особое удовольствие смотреть, как я прохожу через кошмар во второй раз.
На кухне я без труда нашла все необходимое для чая и поставила чайник. Плита работала на артефактах. Мне нравилось смотреть, как на раскаленном круге конфорки закипает вода. Магия завораживала. Теперь дар был и у меня. Я приложила ладонь к груди и почувствовала огонь. Он здесь, просто пока слаб после истощения и не готов проявляться так же ярко. Прошло от силы два дня, а я уже к нему привыкла.
Чайник вскипел. Я не спеша заварила чай, а затем наполнила свою кружку.
— Я бы тоже не отказался от чая, — донеслось сзади.
От неожиданности я вздрогнула и облилась кипятком. Чашка полетела на пол и разбилась.
— Треклятье, — выругалась я и обернулась.
В нескольких метрах от меня стоял Габриэль. В рубашке, без сюртука и шейного галстука.
— Ева, — выдохнул он и, прежде чем я пришла в себя, оказался рядом.
Выкрутил кран с водой, хотел снова взять меня за руку, но я резко бросила:
— Не надо, я сама.
Вода и вправду облегчила боль. Но ожог не шел ни в какое сравнение с тем дискомфортом, который доставлял взгляд Габриэля. Впрочем, его присутствие мне тоже было неприятно.
— Почему ты здесь? — спросила я.
— Господин Джеймс предложил остаться на ночь, и я согласился. Хотел убедиться, что ты не сбежишь еще раз, — ответил он и с нескрываемой тревогой спросил: — Ева, что с тобой происходит? Почему ты так себя ведешь?
Что я могла ему сказать? Признаться, что я феникс и видела будущее, в котором он не мог пропустить ни одной юбки? Это ничего не изменит. Габриэль слишком упрям и самоуверен. Скорее он наоборот начнет с удвоенной силой настаивать на свадьбе, чтобы доказать мне, как сильно я ошибаюсь. Хотя кого я обманываю? Тот же отец не поверил мне. Просто еще один человек сочтет меня сумасшедшей.