Храм под Солнцем

Сейчас, засыпая, Петров погружался в прошлое – ощущения той давней ночи, проведенной в пещере, странным образом возвращались.

***

Мальчишки долго не могли заснуть, ворочались и хотели поговорить.

Каждый по-своему боялся, хотя никто не выказывал друг перед другом своего страха…

Лёлик думал, что подросток-заика вот-вот вернётся, и так как был он рослым и наверняка сильнее их, запросто смог бы убить всех во сне, а ведь остальные наверняка не предполагали этого, иначе задумались бы и приняли какие-то меры – на всякий случай.

Владик боялся чудесного портала – он мало читал и родители его, рабочие, не особо развитые люди, не рассказывали ему никаких сказок, поэтому он не знал, что такое чудеса и что от них можно ожидать. А вдруг в самом деле портал этот сработает не так, как они ждут? Тогда ночью они исчезнут неизвестно где, попадут неизвестно куда, стоит им лишь заснуть…

Серж серьёзно и практично планировал завтрашний день, пытался всё сопоставить и сделать выводы, решить, как и что следует делать, чтобы не ошибиться, и эти планы, мысли о будущем, мешали спать. Ещё почему-то он думал, что портал сделает его старше и сильнее, представлял, как удивятся родители, когда он потом придёт домой. В своём классе он был ниже всех ростом, и каждый день дома подбегал к дверному проёму, где отец ставил пометки над его головой – теперь представлял себя даже выше своего отца и это ощущение очень нравилось.

Богдан прислушивался к звукам, доносящимся снаружи. Но вовсе он не боялся услышать чьи-нибудь шаги, потому что твёрдо знал – никто посторонний сюда не придёт. Зато там пели птицы и журчала река, всё ещё слишком полноводная, несмотря на то, что снег растаял уже очень давно – возможно он не мог заснуть именно от этих звуков, потому что дома всегда ночью была полнейшая тишина.

А Петров как ни странно замёрз. Лежал он с краю и одеяло чуть-чуть приоткрывалось, сползая с него каждый раз, когда кто-нибудь из его товарищей переворачивался с бока на бок. Тогда он ёжился и старательно закрывал глаза. Но он сам решил лечь на такое место, чтобы в случае какой-либо опасности вовремя среагировать – просто считал себя ловчее и сильнее остальных.

Потом настало утро. Однако мальчишкам эта ночь в пещере показалась самой долгой ночью в их жизни.

***

Сразу они спохватились, что никакой еды у них не осталось на завтрак, а проснулись как ни странно все особенно голодными.

– К обеду разойдёмся по домам, – сказал Богдан, думая о том, что снова наловить раков и сварить их, как они сделали это вечером, они просто не успеют.

– Солнце уже взошло, – сказал Серж и свернул одеяло так, чтобы удобней было нести.

– Предусмотрительно, – заметил Петров.

Лёлик и Владик сонно зевнули.

Потом все они перечитали запись в тетради, которую забрали у подростка, и зачарованные стали ждать, когда солнце достигнет заветной высоты.

– Может нам надо разрисовать лица так же, как было у него? – спросил нерешительно Лёлик.

Но все засмеялись от его предложения.

– Пацан этот просто дурак, – бросил небрежно Петров. – а дуракам разве можно подражать?

Тогда Лёлик тоже засмеялся вместе со всеми.

Стрелку солнечных часов установили возле пещеры в кругу нарисованных цифр.

– Как-то это бессмысленно, – заметил Серж. – ведь если солнце зайдёт за вершину скалы, здесь будет тень и часы уже перестанут показывать время.

– Значит луч появится раньше этого момента или заика что-то напутал, – хохотнул Богдан.

Но остальным было не смешно – ребята всё серьёзней начинали верить в грядущее волшебство.

Притаившись, ждали…

В этом ожидании каждый представлял, что же такое удивительное с ними произойдёт, когда луч коснётся красного шара. Задумчиво молчали.

Про индейцев в своей глухой деревеньке они могли узнать совсем немного, не все читали книгу про последнего из могикан, которая всё-таки имелась в единственном экземпляре в их школьной библиотеке, и теперь даже завидовали подростку-заике, не понимая, откуда он так много узнал про этот краснокожий народ и отыскал даже описание их священных ритуалов. Хотя может он всё просто-напросто придумал? Такое предположение изредка появлялось у каждого, но вслух мальчишки об этом не говорили, боясь разуверить в грядущем волшебстве остальных, да и не хотели разочаровываться сами.

Солнце поднималось всё выше – по их подсчётам лучи его должны были вот-вот проскользнуть в выдолбленное отверстие. Вот-вот…

На цыпочках они подкрались совсем близко.

В пещере было сумрачно, но фонарики они не включали, опасаясь, что их свет окажется намного ярче заветного солнечного луча. И вот уже жёлтый проблеск появился чуть-чуть издалека.

Все замерли, хотели зажмуриться, но старательно вопреки волнению не закрывали глаза, чтобы не пропустить самое главное… Однако в следующую минуту случилось то, чего никто не ожидал. Вдруг стало совсем темно. Неизвестная пугающая мгла окутала со всех сторон: и сзади, где был вход в пещеру, и по всему пространству внутри, так что они даже потеряли то особенное место в скале, откуда должен был появиться солнечный луч. Лёлик и Серж вскрикнули.

– Молчите, – приказал им Петров, но голос его тоже прозвучал неестественно.

– Бежим отсюда, – умоляюще проговорил Богдан.

Никто не послушал его и все продолжали оставаться там, где стояли – то ли из любопытства, то ли от сковывающего их страха.

Потом от скалы прямо на них подул резкий ветер. Откуда он взялся, никто не мог понять, но теперь уже дети не сомневались в явном присутствии здесь каких-то других, неведомых им сил. Вдруг яркий свет всё же осветил нарисованный на стене красный шар.

– Вот он луч! – воскликнул торжествующе Владик. – сейчас свершится!

– Это мой фонарь, – пояснил Богдан.

– Зачем ты его включил? – закричал на него Петров и бросился на товарища, сжав кулаки.

Тот успел выскочить из пещеры, за ним выскочили и остальные. Все поняли – намечается драка, потому что эти мальчишки были задирами.

Богдан оттолкнул Петрова, чтобы тот не ударил его, и он едва удержался на краю обрыва. Тотчас подскочил обратно и замахнулся.

– Посмотрите на наши солнечные часы! – в ту же минуту воскликнул Серж.

Все машинально повернулись в ту сторону, где установили они часы совсем недавно – стрелка валялась, выдернутая кем-то из небольшой каменной насыпи, которой её укрепили, камни были разбросаны повсюду, а цифры подтёрты.

– Заика напакостил, – прошептал Владик. – сама стрелка точно не могла упасть.

Петрову сразу расхотелось драться – он сердито отвернулся от Богдана и присел на корточки, взял в руки несколько камней и стал рассматривать их. Подумал, что наверняка они просто ненадёжно закрепили стрелку, поэтому внезапный резкий ветер повалил её. Но говорить это не стал.

Теперь и солнце уже повернулось в сторону и спряталось за скалой, на вход в пещеру упала тень и все поёжились от появившейся неожиданной прохлады. Ветер подул здесь тоже и вместе с ним откуда-то потянулся странный запах, так что мальчишки не смогли понять, чем же таким пахнет.

– Кто-то разжёг в лесу костёр, – предположил Лёлик.

Петров покачал головой.

– Нет, это не дым, – сказал задумчиво.

– Может это всё-таки портал открылся? – робко, однако с надеждой в голосе проговорил Богдан.

Все растерянно переглядывались. Потом Серж осторожно на цыпочках направился к пещере.

– Ты зачем туда? – спросил его Петров.

– Надо посмотреть, что там происходит, – пояснил он.

Тогда все остальные двинулись вслед за ним.

Но вдруг он закричал – так внезапно и так громко, что все тоже закричали…

При этом вовсе не понимали, зачем кричат, не видели, что же такое страшное увидел внутри их товарищ. Серж отпрянул, спиной наткнувшись на стоявших рядом мальчишек, потом оттолкнул их и выскочил из пещеры, с паническим криком побежал вниз. Все тоже побежали за ним следом.

Дальше бежали через лес, не разбирая дорогу.

Не замечали, как низкие кустарники, через которые они пробирались, хлещут их лица, запинались о сухие ветки, которые прятались в высокой траве. Продолжали кричать и теперь им казалось, что кто-то неведомый и страшный тоже кричит позади них. Потом оказались на ухабистой лесной дороге – знали, ведёт она к небольшой деревенской улочке, единственной, расположенной на этом берегу. Отдышались, раскрасневшиеся от быстрого бега и этого непонятного испуга.

– Пойдёмте ко мне, – сказал вдруг Петров.

Он жил здесь, но никто из друзей прежде не бывал у него в гостях, потому что добраться до этого берега всегда было непросто. Мальчишки охотно побежали за ним – радовались, ведь наконец-то могли спрятаться от чего-то страшного, что стремилось догнать их, настигнуть и возможно растерзать.

– Что ты там такое увидел? – спросил по дороге Петров, обращаясь к Сержу, который теперь плёлся позади всех.

– Ннн-нн, – попытался ответить он.

– Ты чего, заикаться что ли начал? – Петров уставился на него, хлопнул рукой по плечу, взволнованно, но от всей души, и выглядело это так, будто он хотел привести своего товарища в чувство, помочь побороть свой испуг.

– Ннн, – продолжал лепетать тот.

Тогда все разволновались ещё больше.

– Неужели заикание – заразная штука? – растерянно пробормотал Владик.

– Это подросток-заика проклял нас, – предположил Лёлик, – рассердился из-за того, что мы его прогнали, и наслал на нас свой недуг.

– Выходит, больше всех не повезло Сержу, – сказал Владик и теперь хохотнул.

Услышав этот неуместный смех, Петров пнул его под зад.

– Ты чего? – обиделся Владик.

– Нельзя смеяться, когда кому-то плохо, – пояснил тот.

И Владик понурился.

– Это не беда, пройдёт, – проговорил едва слышно.

– Может и не пройти, – сказал Лёлик. – серьёзно это, надо, чтобы бабка зашептала.

В деревне их в самом деле была такая знахарка, к которой многие тайно приезжали отовсюду, и людям она помогала, хотя не принято было об этом говорить.

– Почему же тогда подростку-индейцу она не помогает? – возразил Петров.

– У него наверно проблема эта серьёзная: может родился таким, может ударился, – предположили разом Владик и Лёлик.

И все сочувственно, хотя с заметной надеждой посмотрели на Сержа.

В это время они уже подошли к дому Петрова.

Выглядел тогда этот дом совсем не старым и уж тем более не разрушался, огород был вскопан и засажен, а у самого забора высоченная яблоня вся была усыпана ещё не распустившимися белыми бутонами. Мальчишки догадались, что это наверняка жёлтые ранетки, которые товарищ их всегда осенью приносил в школу и угощал всех.

Родители Петрова не ожидали увидеть такую ватагу ребятни у себя дома, однако налили всем молока и накормили вкусными домашними ватрушками с творогом, испечёнными совсем недавно и потому ещё тёплыми.

– Ну как прошла ночь в пещере? – спросили участливо.

Однако дети не знали, что сказать. Потом Петров с трудом выдавил из себя:

– Нормально, – и тотчас покосился на своих товарищей, опасаясь, как бы кто-нибудь из них не ляпнул того, что родителям вовсе не следовало знать.

– Ещё пойдёте? – спросил тогда Петрова прозорливый отец.

– Может и пойдём, – отозвался растерянный мальчуган и стал усиленно жевать ватрушку, надеясь, что больше родители ничего не спросят.

Они и не спросили.

Потом мальчишки вышли во двор и уселись на лавочку, такую длиннющую, что поместились на ней все впятером.

– Одеяло и котелок у пещеры оставили, – всполошился Владик.

И все сочувственно посмотрели на Сержа, предполагая, в каком недоумении будут его родные, когда он вернётся домой такой вот заикающийся и без своих походных вещей.

– Сейчас туда не пойдём, – рассудительно заявил Петров. – потом когда-нибудь.

– Но обязательно все вместе, – добавил Богдан и посмотрел искоса, не зная, кивнёт ли ему с одобрением Петров.

Тот немного помедлил, но всё же кивнул.

Хотелось ему прямо немедленно вернуться в пещеру, чтобы узнать, что такое особенное увидел там Серж – он даже завидовал своему товарищу, несмотря на случившийся с ним теперь недуг. Но то, что кто-то знает больше, чем он, Петрова всегда раздражало. Тогда для себя он решил, что сходит в пещеру один, когда проводит своих друзей – всем им в самом деле пора было возвращаться по домам, а он сам был вовсе не из пугливых.

***

Через какое-то время все они отправились к реке, попрощавшись с гостеприимными родителями Петрова и с ним самим тоже. Реку мальчишки запросто перешли вброд, несмотря на то, что она по-прежнему после весны оставалась полноводной.

Уже оказавшись на другом берегу, молча посмотрели на таинственную пещеру…

Вход чернел зловеще посреди скалы. Солнце продолжало сиять повсюду, но именно ко входу совсем не попадали его лучи. Ни строить предположения, ни говорить о произошедшем никто не спешил – все прятали взгляды друг от друга, когда смотрели вдаль.

Но вот им показался мелькнувший силуэт – там, у самого входа.

Серж протянул вперёд руку, указывая туда. Сказать что-либо он уже не решался. Мальчишки так же молча кивнули ему в ответ, догадываясь, что он увидел то же, что и они. Не сомневались – это подросток-индеец вернулся туда, зная, что они ушли. Наверняка караулил пещеру всё это время и дожидался момента, когда пойдёт туда снова.

– Надо было разрисовать лица так же, как у него, – сказал наконец Владик.

– Зачем? – не понял Богдан.

– Наверняка эта странная раскраска не спроста, она связана с ритуалом.

– Может быть, но мы же не индейцы.

– Да, но ритуал индейский. Их ритуальные маски спасали от злых духов.

– Ты полагаешь, наш Серж увидел там злого духа?

– Иначе и быть не может.

Однако Серж нахмурился, слушая этот диалог, потом покачал головой – мальчишки поняли, что он возражает, что вовсе не злой дух притаился там, но расспрашивать было бесполезно и они решили, что придётся немного подождать, когда товарищ их снова станет нормально разговаривать, тогда он и расскажет им всё. А потом все вместе они снова пойдут в пещеру и тогда уже у них точно получится осуществить задуманное.

***

Торопливо бежали летние дни, проходя один за другим, однако мальчишки больше никак не могли собраться все вместе: то одного, то другого родители возили в соседний небольшой городок, чтобы осмотреться и постепенно сообразить, что же такое взрослая жизнь. Уезжать из деревни всем даже нравилось и каждый раз, возвращаясь, виделись им деревенские улочки уже неказистыми и скромными, так что становилось скучно, несмотря на множество игр, которые затевали они в деревне прежде.

Потом понемногу они стали определяться, кем же хотят стать: Лёлику понравились белые халаты врачей, Владик был потрясён, насколько грандиозны заводы, Богдану понравились городские трамваи и он хотел бесконечно долго на них кататься, а такое возможно было, лишь став водителем. Серж продолжал молчать, хотя родители возили в город и его. Он увлёкся науками, хотя пока об этом не мог им сказать.

Петров ещё долгое время оставался в деревне, но потом родители показали город и ему. Тогда он удивился в первую очередь тому, как много людей ходит там по улицам… Все их деревенские игры и мысли о пещере тотчас показались наивными, хотя поначалу храбрый этот мальчишка каждый день порывался пробраться в пещеру даже втайне от всех и чувствовал, что не забоится зайти туда один.

Побывав в городе, он понял – на самом деле в пещере этой нет ничего особенного, а просто заняться им больше в своей деревеньке было нечем и потому они придумывали невесть что. Ещё он решил, что гораздо увлекательней всё делать вместе, а особенно круто – управлять и командовать всеми. Но куда пойти после школы учиться на такого вот командира, он пока никак не мог предположить.