Хозяин Священной Колыбели
- -
- 100%
- +
Настя Любимка
Хозяин Священной Колыбели
Аннотация
Анастасия Павловна уверена: стать наградой мужчине не страшно. Особенно, если известно, что он – погибший в прошлой жизни любимый.
Куда сложнее разобраться в том, что делать дальше, зная, что память об этом хранит лишь она. И как быть с тем, что сила поделена на двоих, но Анастасии уже удалось стать полноправной Хозяйкой и для самой Священной Земли, и для людей, живущих на ней?
И пусть мир все так же суров, а враг не дремлет, боги уже сделали ставку на любовь!
Глава первая
457 ход1 от Четвертого Исхода, последняя веха2 расцвета3
Королевство Амриарн, столица
Главная площадь при Храме
– Мерзкое отродье!
– Сохрани Священная Пара!
– Убирайся! Вон!
– Пшла отсюда!
Крики людей раздавались со всех сторон. По главной площади к храму шла женщина… Или похожее на женщину существо.
Некогда огненно-рыжие волосы висели грязной паклей, белое лицо давно стало пепельно-серым, покрывшись пылью и грязью дорог, старыми и свежими ссадинами… Прежними оставались только зеленые глаза и яростный тяжелый взгляд, от которого шарахались прохожие. Крикуны, гнавшие женщину, замолкали, когда натыкались на этот взгляд. В нем не было ничего человеческого. В нем клубилась тьма, заставляя даже крупных мужчин отшатываться, съеживаться и мысленно возводить хвалу Священной Паре, прося милости и защиты…
В этом взгляде жили ненависть, злость, обида и решимость…
Сарвенда, а это была она, шла тяжело, но уверенно… Ее затуманенный разум возвращал женщину в те времена, когда она блистала, туда, где она была хозяйкой. И заставлял вспоминать, как в одночасье все это у нее отняли.
Какой бы она была герцогиней! Если бы не королевская семья, если бы не…
Она желала мести… Она дышала ею… Она все еще жила, зная, что времени у нее осталось мало…
Очень мало…
Но сейвеху4 у нее был шанс отомстить…
– Едут!
– Расступитесь!
– Да благословит Священная Пара королевскую семью!
– Да здравствуют король и королева!
– Отойдите!
Стражники расталкивали народ, многим доставалось по спине, рукам и головам, по кому-то и плетью прошлись…
Но Венда продолжала стоять на месте. Ее будто перестали замечать, хотя она стояла очень близко к дороге, зная, что королевская чета непременно остановится здесь, чтобы дальше уже пешком пройти к храму…
Она жадно наблюдала за процессией, мысленно усмехаясь и радуясь тому, что все еще действует когда-то дарованная ей сила… Пусть ее мало, пусть она отравляет кровь, заставляет кусать истерзанные губы, чтобы не кричать от боли, но сейчас она ей полезна… Она укроет, спрячет…
Радостная толпа кидала на дорогу цветы… Восхваляла королевскую семью… Радовалась празднику, зная, что чуть позже, после молитвы в храме, король отдаст приказ, и на площадь выкатят бочки с вином, распалят жаровни с мясом и будут раздавать всем желающим…
– Да осенит Священная Пара своей милостью мой народ! – голос короля раздался над площадью усиленным громким эхом.
Венда наблюдала за тем, как король помогает выйти из кареты жене, малолетним сыновьям, племяннице… Как уверенно стоит, оглядывая толпу, улыбается…
Сарвенду перекосило от этой улыбки. Он виноват! Они все виноваты в ее несчастье!
Ненависть захлестнула ее с головой, на миг лишила дыхания, заставила закашляться кровью, такой черной, что это отрезвило женщину…
Ей ведь не так и много ходов… В кого она превратилась?
Но горечь была мимолетной, ненависть и желание отмщения вновь завладели Сарвендой.
Отомстить…
Она наблюдала за королевской семьей, совершенно не слыша, что именно король вещает перед тем, как войти в храм… Они все шли медленно, величественно, что злило Сарвенду сильнее…
Ну же, ближе… Еще…
В момент, когда женщина ощутила первую судорогу, скрутившую тело, она поняла – пора! И кинулась через охрану к королевской семье…
Позже очевидцы будут утверждать, что разверзлась земля, обнажая свое черное нутро, и оттуда выскочил монстр… Что все случилось так стремительно, так неожиданно и страшно, что вмешаться и как-то помочь не смог никто…
Монстр кинулся на королевскую чету, отрезая ту от охраны… Посреди ясной вехи свершалось страшное действо… Не сработал ни один защитный артефакт… На глазах множества людей монстр терзал короля и его детей… Черная страшная пасть с кровавой пеной скалилась, длинные костлявые руки хватали и рвали, пытаясь охватить все семейство…
Очевидцы скажут, что никак не могли помочь… Страх парализовал всю площадь… И только Верховные жрецы, выскочившие из храма, смогли остановить ужасающее действо и уничтожить монстра…
Но выжить из королевской семьи смогли лишь двое.
***
Анастейзи
Я стояла в храме и не могла отделаться от мыслей о прошлом. Год назад я тоже была в храме, тоже на имянаречении, но… сына…
Теперь на моих руках – одновременно и чужая, и совсем не чужая малышка, уже не столь худая, как была, но и не полностью восстановившаяся… Вехимана5 для такого недостаточно, даже несмотря на магию и лучших лекарей под боком.
А все ж удивительно, как она выжила, с учетом и рождения раньше срока, и последующего отсутствия должного ухода… Это вам не современная Земля, где медицина на высоком уровне, и врачи научились выхаживать даже младенцев, родившихся на сроке двадцать две недели6… Конечно, не всегда все получается успешно и замечательно, но… Тут такого и близко нет… Магией компенсируется, правда, но ведь не повсеместно!
Казалось бы, все случилось только вчера: мы провели ритуал пробуждения, Виктран наконец-то принял человеческий облик, а сама я совершила подвиг, переместившись на огромное расстояние, чтобы забрать ребенка. Но время течет неумолимо быстро. Конец расцвета уже… Завтра первый день лета…
Сегодня вот вечером праздник большой – Воспевание лета. Так-то в больших городах, в той же столице, уже днем начинаются гуляния. Королевская семья входит в храм, где получает благословение, а потом король на площади перед подданными произносит прочувствованную речь и щедро одаривает пришедший народ едой и питьем…
У нас деревенский люд занят в поле и не только. Поэтому днем гнать всех в храм неразумно, но вечером порадовать своих подданных – запросто. Жрецы благословят. Я с Виктраном или без него (лучше с ним, конечно, и представить его уже, наконец, как полагается!) подбодрю жителей Колыбели и, конечно, выставлю уже подготовленные угощения, а также небольшие подарки… Крупных праздников в ходу немного, так что это не баловство, а наоборот. И, возможно, такое празднование станет хорошей традицией герцогства Моррисон.
Девочка в моих руках притихла. Она не спала. Все ж человеку почти пять месяцев, что тут – всего неделя осталась… Конечно, у нее ритуал будет иной, не такой, как у Илюшки. По большому счету для того, чтобы дать имя, можно было и в храм не ходить, но…
Я хотела, чтобы Радан признал ребенка. А для этого нужно было провести ритуал проверки крови… Вот это будет схожим, правда, с одним исключением – матери-то рядом нет.
В остальном – ни крестных, ни большого праздника… ничего… Даже имя, по идее, не боги давать должны, а я…
Радана не было… Мы просто взяли у герцога Дарремского немного крови. Виктран взял. Утром принес.
Виктран вообще в Колыбели жил набегами. Практически весь этот месяц его на землях и не было. Он мотался по королевству, пользуясь ключами. Уж не знаю, что там мужчина решал – мне Виктран не отчитывался. Но Радана в герцогство Дарремское отволок лично. И помощника к нему приставил по моей просьбе. Как я и думала, лэдор7 Айварс Лайнар Тарведский от этой роли не отказался. Тем более, ему клятвенно пообещали, что за сестрой будет зоркий пригляд, и Светла с сыном будут при ней. А по выходным мы сможем его забирать сюда для общения с ней. Последним Айварс пока не воспользовался. Предполагаю, что замотался, разгребая ту навозную кучу, что Радан устроил из собственного герцогства.
Но это все были мелочи… Весь месяц в моем доме царила напряженная атмосфера. И она только накалялась. Хуже того, процессы, происходящие среди тех, кому я доверилась, несли разрушительный характер, и сегодня я твердо была намерена вскрыть нарыв. К тому же Виктран, судя по всему, тоже созрел для общения.
Я задумалась и пропустила большую часть ритуала, отмерев лишь тогда, когда у девочки на моих руках взяли кровь, и она расплакалась. Тихонько захныкала, почти неслышно, но я уже привыкла реагировать на малейшие изменения ее настроения. Вообще, малышка никогда громко не кричала. Даже когда ее пытался отлупить Илиас, которому очень не понравилось наличие еще одного ребенка у мамы.
И дело в том, что я ничего не могла с этим поделать.
Когда мы вернулись, малышка пробыла со мной пару дней, и то я не кормила ее грудью. Не то чтобы мне было жалко, но я не собиралась привязываться к девочке, рассчитывая все-таки подобрать ей хорошую семью. В деревнях хватало кормящих баб с молоком, да и с козами проблем не возникало. Однако…
Третья ночь оказалась сущим кошмаром. Впервые девочка ночевала не со мной, а с кормилицей в отдельных покоях. Илиас был доволен таким раскладом, а вот сила…
Она подняла меня в глубокой ночи и прямо с постели, еще находящуюся во власти сна, в ночной рубашке, растрепанную, толком ничего не понимающую, переместила к ней. И все бы ничего, если бы ребенок не умирал… Лежал в колыбели и тихо стонал, смотря заплаканными глазами… У малышки не имелось повреждений ни внешних, ни внутренних, но моя сила буквально вопила о том, что еще немного – и девочка отправится на грань…
И легче ей стало лишь в тот миг, когда я взяла ее на руки.
Были это шутки богов или какой-то намеренный расчет, однако я поняла, что мне не просто придется вырастить этого ребенка, а принять как своего…
Я, в общем-то, никогда не винила детей в грехах родителей… Но если Илиаса я приняла сразу же и безоговорочно и даже к воспитанникам прикипела, то с ней у меня такой моментальной связи не случилось. Да и Илюшка противился этому.
Он был старше ее, пусть и ненамного, и уже имел кое-какой разум, пусть и понимал далеко не все, но глупым или злым не был. При этом с малышкой вел себя просто отвратительно. Весь месяц, считай, я воевала с собственным сыном, потому что он норовил то ударить малышку, то укусить, то магией оттянуть от мамы подальше. Чего я, конечно, допустить не могла… И это выматывало.
Наказывать Илиаса тоже было не самой лучшей идеей. Я пыталась ему объяснять, пыталась его как-то примирить с сестрой, но выходило плохо… И ведь других детей он принимал с радостью в свой круг!
Спасибо Рудику, который помогал мне весь расцвет. Он оставался с девочкой днем, ночевал с нами и был стражем малышки. Волчье чутье в мальчике работало исправно и вовремя ловило вспышки недовольства в Илиасе, особенно по ночам, когда я, вымотанная, засыпала беспокойным сном…
Может, Илиас внутренне чувствовал, что я не особо довольна требованием Священной Пары, может, знал, что мама и сама не смогла полностью принять ребенка… А может, он просто не желал делить меня ни с кем, чутьем понимая, что это не очередная воспитанница, а равная с ним по положению девочка. В том смысле, что мамино внимание придется делить поровну.
– Родство подтверждено! Герцог Радан Дартан Дарремский – отец девочки! – громогласно объявил Авеш и протянул руки к ребенку.
Я удивленно на него посмотрела. Неужели все-таки боги дадут ей имя? Странно даже… Все ж в этом мире девочек обделяют, и ритуалы имянаречения по полной форме проводят лишь в том случае, если наследника мужского пола нет. А там заодно и наречённых8 родителей назначают…
Только не говорите, что Священная Пара сейчас благословит девочку на выбор крестных. Где я их возьму, если мы ритуал подтверждения отцовства проводим усеченным составом? Тут из женщин лишь я да жрицы. Мужчин, правда, чуть больше…
Я молча наблюдала за тем, как девочку освобождают от пеленок и аккуратно кладут на алтарь. Хорошо знала, что будет дальше. Авеш и Шева пропоют слова молитвы, затем неведомая сила поднимет ребенка вверх… После он плавно опустится обратно, и тогда я смогу девочку забрать, а жрецы, взявшись за руки и прибегнув к силе, смогут прочесть ее имя на алтаре.
Вот только… Все случилось иначе!
Нет, голенький ребенок и правда был уложен на алтарь, однако молитву жрецы не спешили заводить, да и божественная сила как-то не рвалась себя выказывать… Произошедшее дальше я могу охарактеризовать только одним словом – нецензурным. И вся брань, которую мысленно в этот момент я прокручивала в голове, была обращена лишь к одному человеку – Сарвенде.
Для девочки, конечно же, не прошла бесследно связь Сарвенды с Зураром. А то, что Венда точно была связана с магией этого бога, сама ли, или через его последователей – стало подтвержденным фактом.
Вот прямо сейчас и подтвержденным, потому что из ребенка тучей начало выходить густое черное марево…
Всего на краткий миг повеяло затхлостью и спертым воздухом, таким, какой бывает в склепах… Стало холодно и грустно, и я поежилась, ожидая продолжения…
И пусть это не длилось долго, и магия Священной Пары уже окутала ребенка, поднимая его вверх, я все еще была зла. И на ситуацию, и на то, что Сарвенда в погоне за лучшей долей осознанно причинила вред своему дитя. Не знаю, будут ли у малышки последствия…
Но, может, именно это в ней и отторгало меня на уровне интуиции? А сейчас Священная Пара буквально выбивала из тела малышки вредоносную магию.
Девочка плавно опустилась на алтарь, и я поспешила ее забрать, тем более, что ребенок собрался заплакать. А я, как выяснилось за последний месяц, была лучше валерьянки и любого другого успокоительного. Во всяком случае, для нее.
Так и вышло, девочка быстро угомонилась. Я же ожидала слов своих жрецов. Что там? Будет ли имя даровано богами?
– Боги благословили дитя! – мягкий голос Шевы прозвучал торжественно. – Энежда Дарремская!
«Надя, значит, Надежда… – мысленно адаптировала имя ребенка. – Дома буду звать Нежкой».
– Священная Пара дает позволение на выбор нареченных родителей! – объявил Авеш.
А я хмыкнула. Я и до его слов поняла, что быть мне нареченной матерью… Кто вот только станет крестным? Тирхан рядом, конечно, но захочет ли?
Меньше всего я ожидала, что на роль нареченного отца себя предложит Виктран. Он вообще истуканом стоял весь ритуал, словно и не в этом месте находился, настолько пустым взгляд его был.
У меня-то и выбора не было. Я оказалась здесь единственной подходящей женщиной, к тому же малышка со мной клятвой была связана и родством с моим сыном.
Интересно, а как пройдет церемония при условии, что родителей Нежки тут нет? Кто там персты давать будет?
– Я, Верховный жрец Авеш Миррай, объявляю отцом Виктрана, Хозяина Священной Колыбели, еще не избравшего имя рода, и передаю ему перст.
В этот момент Шева забрала у меня Нежку и понесла ее к Виктрану. Представляю, какое у меня было лицо, вытянутое от удивления… А Виктран ничего, пошел навстречу, и ребенка принял, и по лбу себе палочкой поводить дал.
– Я, Хозяин Священной Колыбели Виктран, еще не избравший имя рода, принимаю перст и называю себя нареченным отцом Энежды Дарремской.
– Я, Верховная жрица Шева Миррай, объявляю матушкой Анастейзи Моррисон, Хозяйку Священной Колыбели.
Мне пришлось пройти к самому алтарю, чтобы подтвердить намерение и позволить провести со мной манипуляции местной атрибутикой ритуалов… Только после этого Виктран положил на лоб ребенка ладонь, мне же нужно было положить свою на грудь Нежки.
– Одобряем! – в унисон выдохнули мои жрецы, а я закатила глаза.
Еще бы не одобряла Священная Пара, когда буквально всучила нам крестницу. Что ж… дело сделано. И пусть все происходящее казалось странным, не совсем для местного общества правильным, но кто мы такие, чтобы спорить с богами?
Я наблюдала за тем, как наши с Виктраном нити магии переплетались в местах, где мы касались малышки… Красиво на самом-то деле, если учесть, что и моя, и его магия с обретением новой силы несколько изменились.
Да, центральными и главными цветами оставались прежние: его – медная, моя – зеленая, но внутри наших нитей теперь сверкали разноцветные искорки… Завораживающе, ярко, невероятно красиво…
Нас всех нежило в божественной магии… Нас в ней купали… Невидимые руки гладили… Благословляли…
Речитатив жрецов летел под купол храма, пока не оборвался на самой высокой ноте.
В отличие от жрецов, что проводили ритуал для Илюшки, мои не грохнулись в обморок, но и особо бодрыми тоже не выглядели. А я пыталась понять, есть ли в Нежке магия, и если да, то какая? Или тот факт, что богам пришлось вытурить из нее тьму Зурара, говорит о том, что она не будет одаренной?
Ох…
Я забрала ребенка у Виктрана и первой побрела на выход из храма. Во-первых, я точно знала, что Авешу и Шеве необходимо перевести дух, а младшим жрецам привести в порядок зал и алтарь. Во-вторых, мы тут все уже не нужны, только мешаться будем. В-третьих, девочку стоило и перепеленать, и покормить. А мне предстоял разговор. И, как бы, не один.
– Ваши поездки закончились? – нейтрально спросила у догнавшего меня Виктрана. – Готовы поговорить?
– Да. Домой?
– Всех нас, пожалуйста, – я кивнула в сторону Тирхана, который весь этот месяц старался не упускать меня из виду.
Словно что-то чувствовал, переживал… Эх… Будет ему невольный очередной стресс. Он и так известие о том, что хозяев у Священной Колыбели двое, принял тяжело. Да и поведение аргерцога его напрягало…
И воспитанники были насторожены. А у нас и времени, чтобы толком всех перезнакомить-представить, не было!
Расцвет получился отвратительно бешеным и в плане времени, и в плане вереницы непростых событий…
***
Я сидела за столом в кабинете и смотрела на Амадео, которого тут, вообще-то, не должно было быть. Потому что изначально планировался разговор с его сыном. Но Виктран опаздывал, а аргерцог вот нарисовался.
Смотрела на него и хмурилась. Весь этот месяц мы с ним, считай, общались сквозь зубы. Да и его жена совершенно изменила свое поведение и отношение ко мне. С ней уже я не горела желанием общаться, всячески избегая контакта. Ее вроде как «ненавязчивая» обработка невестки вызывала у меня и головную боль, и жажду приструнить как Лианелию, так и ее обнаглевшего мужа. Я держалась и сдерживалась, потому что Виктрана вечно не было, а не поговорив с ним и не расставив все точки над «i», выяснять отношения с его родителями тоже было неправильно. Мне с ним еще жить, мне с ним еще воспитывать одаренных детей и искать части тела бога…
Но с Амадео надо было что-то делать…
Вот уж кто радостно и счастливо принял тот факт, что его сын – Хозяин Священной Колыбели. Наконец-то его пошатнувшийся мирок вновь обрел утраченные черты. Мужчина во главе, как и полагается, а не какая-то там баба, пусть вроде как и суженая Виктрана.
И как-то забылись и мои подвиги, и мои старания, и вообще все, что между нами за время беспамятства морфа было… Мне приходилось из аргерцога чуть ли не кулаками выбивать информацию о том, что происходило в поместье, да и вообще обо всем, что делали люди, приехавшие по его указке. Опять же, Аррияш хмурый ходил, явно что-то там было неладно…
А уж фраза, брошенная Амадео вскользь, о том, что этот дом уже, вообще-то, не мой… Помню, что только Нежка и спасла этого старого дурака от немедленной расправы. Расплакалась – и мне пришлось взять ее на руки, а он как раз скрылся из виду…
Девочка и сейчас, накормленная и перепеленутая, находилась в кабинете со мной. Спала в плетеной корзине… Илиас вот с Рудиком был, мальчишка меня просто невероятно выручал с сыном. Что бы я без него делала? Впрочем, как и без остальных детей, тесно сплотившихся возле меня…
Я вздохнула и снова посмотрела на Амадео. Сидит, будто кол проглотил, подбородок чуть ли не к небу тянет. И зашел без стука, гоголем вплыл9 и уселся напротив… Вот тебе и семья… М-да…
– Амадео, может, объяснитесь? – хмуро спросила его. – Я вас не звала.
– Сейчас же Виктран придет, тогда и объясню. Я лишним не буду. Наоборот, я сейчас гораздо полезнее тебя. Столько всего обсудить требуется. Ты бы, Анастейзи, детьми лучше занялась… Да и…
Договорить он не успел, в дверь раздался стук, и после моего сухого «да» вошел Виктран…
Я вздрогнула и опустила глаза, всего на миг. Все никак не могла привыкнуть к его внешности. Помню, когда схватила его руку и переместилась вместе с женщинами к озеру, замерла истуканом, разглядывая Виктрана. Он был практически копией Виктора. Практически – потому что Витюша был светловолосым, а вот Виктран – брюнет. В остальном же… Ну копия! Словно ксерокопия!
Однако секундный ступор прошел. Моя злость вновь поднялась волной. И на широко скалящегося Амадео, уверенного в своих правах и статусе, уже смотрела Анестезия Падловна. Мой тяжелый взгляд и мужиков посуровее пронимал, аргерцог же явно слишком расслабился.
Я молча наблюдала за тем, как с его лица стекала улыбка. Как он подобрался, явно ощутив перемены во мне, будто ему захотелось оборониться, хотя к магии я точно не прибегала. А могла бы.
Но, вероятно, придя к выводу, что Виктран, несомненно, за него заступится, аргерцог то ли решил рискнуть и закрепить следующими словами свои притязания, то ли вкрай уверовал в то, что теперь сможет распоряжаться мной и моими действиями за счет разделенной с его сыном силы. Как там у них? Жена да подчинится мужу? И неважно, что я не жена.
– Анастейзи, освободи кресло, Виктран пришел… Теперь он Хозяин!
И пусть мне совершенно не хотелось устраивать показательную порку перед Виктраном, да еще перед важным разговором, но… Амадео перешел черту. Да и самому Виктрану стоило сначала со мной диалог выстроить, прежде чем мотаться по стране. И своему отцу самостоятельно объяснить, что я не придаток к Виктрану, а равноправный партнер, обладающий всеми правами и обязанностями.
– Ваш статус гостя аннулирован, все договоренности аннулируются, – не разрывая зрительного контакта, произнесла я, чувствуя, как пришла в движение сила, накладывая на Амадео, его помощников и семью ограничения. – У вас и вашей свиты есть час, чтобы покинуть Белый Дом. Никого из неблагодарного рода Аригальерских я в своих домах более не потерплю. И только из уважения к вашему сыну позволю находиться вашей семье в Колыбели. При условии, если кто-то захочет вас приютить. Время пошло.
Я легонько махнула рукой, распахивая входную дверь, закрепляя свои слова действием. То, что Виктран не вмешается – знала наверняка.
Чего еще не понимал Амадео – это того, что его сын больше не является частью его рода. Магия рода уже отказалась от него, списав со счетов и кинувшись защищать дитя в утробе Лианелии. Он уже не принадлежит им и бороться за род, оскорбивший Хозяйку, не станет.
Как в дальнейшем скажется это на нашем общении с ним – не знаю. Но есть вещи, которые игнорировать нельзя, даже если они исходят от близких людей. Эту ситуацию допустил именно Виктран, пусть дальше и расхлебывает. А я однозначно уверилась, что сходство Амадео с Сергеем Денисовичем внешним и ограничивается, стать мне родным отцом этот индюк надутый точно никогда не сможет.
Надо же… Освободи место, дом не твой…
– Время пошло, отец, – хрипло выдохнул молчащий до этого Виктран. – Советую не тратить его попусту. Собери всех на улице, я перенесу вас в аргерцогство. И молись богам, чтобы позже Ее светлость приняла ваши и мои извинения.
Я перевела взгляд на Виктрана, который упорно смотрел куда угодно, но только не на меня. Я столь страшна в гневе или… ?
Амадео вылетел из кабинета, но начать диалог с Виктраном мы не успели – в кабинет ураганом ворвался Аррияш.
– Хозяйка, вестник!
Вестник переливался магией в руках Аррияша, и красный цвет превалировал. Я торопливо забрала вестник и, распаковав его, вчиталась…
– Да твою ж!..
Глава вторая
– Король и его наследники убиты, – я зачитала послание от лэдора Геварского, когда первые эмоции схлынули, и Аррияш покинул кабинет. – В крайне тяжелом состоянии Ее величество и Ее высочество. Они пока живы, но…
Я замолчала. Когда успели? Полдень едва минул… Вот тебе и праздник! Получается, возле храма на них напали? Подробностей нет, только констатация свершившегося. Значит, позже лэдору доложат, и он поделится более полной картиной.