Кифа, или кольцо Богоматери
- -
- 100%
- +
При этих словах оба профессора побледнели. Не замечая этой реакции, Боуд продолжал:
– Священник скончался на наших глазах. Но прежде успел произнести несколько слов на той же латыни. Вот эти слова: «крылатый демон, бездна, спасите сына и звезда семь четыре семь».
Профессор Коэл снова порывалась что-то сказать, но Боуд попросил её воздержаться, пока он не закончит.
– У вас будет возможность высказаться, уважаемые профессора. А пока я хочу, чтобы вы до конца выслушали меня. Итак, я решил разделить слова священника на две части по той простой причине, что первая указывает на настоящее, а вторая, как мне кажется, на будущее. Итак, – снова повторил Боуд и продолжал размышлять вслух. – Остановимся на двух первых словах «Крылатый демон, бездна». Что они могут означать? Сопоставив всё виденное и слышанное, я представил вот какую картину.
Боуд сделал небольшую паузу и продолжал несколько медленней, чем ранее. Даже ручка в руках завертелась медленней.
– Битва у стен святилища должна была стать концом для человечества. Князь Евстас вмешался в ход событий, восстав против своего отца и тем самым, изменив всю ситуацию в нашу пользу. Проиграли силы зла. Проиграли, но не смирились. И, конечно же, не мог смириться…отец Евстаса.
При этих словах оба профессора вздрогнули и начали покрываться бледностью. Отец Джонатан вообще не подавал виду, что слушает разговор. Тем временем, Боуд продолжал развивать свою мысль.
– Сатана вместе с демоном явился в церковь. Это вполне объясняет первое слово. А вот и объяснение второго. Он же вызволяет с помощью демона своих архангелов из бездны. Он должен наказать сына, а затем и всех нас. Архангелы не в состояние справиться с сыном. Поэтому он им вручает нечто, что делает эти создания гораздо более могущественными, чем единокровный сын Сатаны и, следовательно, открывает путь для уничтожения. Ведь по сути, никто больше не в состояние им противостоять…
– А как же битва? – возразила с места Александрова. – Разве князь Евстас с опричниками не победили?
– Нет! – Боуд отрицательно покачал головой. – Архангелы Сатаны просто ушли, испарились. Вы всё видели и понимаете, что останься они там, всё закончилось бы гораздо печальней.
– Пожалуй, я соглашусь с вами, – Александрова кивнула и тут же задала новый вопрос. – А что это за «нечто»? Что вы имели в виду?
– А вы не слышали слов одного из этих карликов? – ответил Боуд вопросом на вопрос. – Он упоминал о «пяти печатях Сатаны». Думаю, именно это и было им вручено. Если так, то вполне понятными становятся и слова «спасите сына».
– Верно! – в один голос прошептали Александрова и профессор Коэл.
– Примем эту версию за основу и перейдём ко второй части, – тем же сосредоточённым голосом продолжал Боуд. – Теперь нам надо понять вторую часть слов распятого священника. А именно, «звезда семь четыре семь». По моему глубокому убеждению, священник либо услышал нечто в ту ночь или же это стало неким откровением, а возможно наитием мученика. В любом случае, кроме этих слов у нас ничего нет. А если брать в расчёт слова предшествующие этим, то получается весьма удивительная картина. Следите за моей мыслью… – Боуд сделал небольшую паузу, и лишь убедившись, что его со всем вниманием слушают, продолжил:
– «Спасите сына…звезда семь четыре семь». Получается, что последние четыре слова и есть то самое, что должно спасти сына. Иначе, зачем они следуют сразу же вслед за этим уже понятным нам выражением? А если это и есть тот самый путь спасения, по которому мы должны пойти? Но как понять значение этих странных слов? По моей просьбе Метсон нашла всю возможную информацию о существующих звёздах. Но ни одной с таким названием не существует. Так что это за странные слова?
Глава 10
«Все дороги ведут в Рим»
Воцарилось короткое молчание. Оба профессора осмысливали услышанное и делали собственные выводы. Боуд убрал ручку в карман и, отпив глоток остывшего кофе, устремил взгляд на Александрову. Заметив этот взгляд, она коротко спросила:
– А вы пробовали переставлять цифры местами?
Боуд молча кивнул.
– Следовательно, речь может идти о некой иносказательности. Возможно, слову «звезда» придаётся несколько иное значение, – предположила Александрова. Боуд сразу же заинтересовался этими словами и попросил выразить эту мысль конкретней.
– Возможно, имеется в виду некий человек, ну не знаю,…король или другая великая личность, – пояснила свою мысль Александрова. – И тут имеется в виду событие, связанное с его правлением.
– Звучит вполне логично! – одобрительно отозвался Боуд, но тут же поправился и добавил. – Правда, в этом случае нам придётся сделать выборку всех царей в истории человечества и остальных выдающихся личностей, изучить биографию этих людей едва ли ни день за днём. Как мне думается, понадобится несколько лет…
Александрова хмуро покосилась на Боуда. Затем перевела взгляд на профессора Коэла. Слово за слово, между ними завязался оживлённый разговор. В ход пошли даты, люди, происшествия. Боуд, как ни в чем не бывало, налил себе новую чашку кофе и стал пить медленными глотками. Он делал вид, что не обращает внимания на разговор, хотя на самом деле не упускал и слова.
– А что, если речь идёт об известных тиранах? – неожиданно выпалила профессор Коэл и продолжала развивать свою мысль. – Посуди сама, Ольга, ну кто ещё, кроме этих чудовищ, запомнился так хорошо в истории? Уж если и есть зло во плоти, так это они. Невозможно представить, что нормальные люди способные на подобные зверства. Возьми, к примеру, правление «красных кхмеров» в Камбодже.
– Палачи! – поддержала её Александрова, – уничтожить больше двух миллионов человек собственного народа. Смотришь, как судят этого тщедушного старичка…Каинг Гуик Ива и поражаешься. Какой злой силой он обладал? Как сумел внушить такой животный страх миллионам людей? Превратить школу в инквизицию с камерами пыток…бррр… там сейчас располагается музей геноцида Туол-Сленг. Подумать только, из семнадцати тысяч заключённых выжили только четырнадцать человек. Что же там творилось?! А знаешь, ведь мысль хорошая, – Александрова осеклась и, по-особому посмотрев на профессора Коэл, неожиданно предложила: – Давай пройдёмся по всем известным истории тиранам? Может, что и получится найти?
– Отличная идея! – обрадовалась профессор Коэл. – С кого начнём?
Боуд расположился поудобней на диване и, скрестив руки, сосредоточил всё внимание на разговоре двух профессоров.
– Давай с Калигулы? – предложила Александрова.
– Почему все начинают с него? – недовольно бросила профессор Коэл, но тут же кивнула головой и добавила. – С него так с него. Какая разница. Обойти-то все равно не удастся эту зловещую фигуру. Итак, что мы о нём знаем? Ты предложила, тебе и отвечать.
– Легко! – Александрова впервые за разговор улыбнулась. Было понятно, что здесь она чувствует себя как рыба в воде. – Калигула. Настоящее имя Гай Юлий Цезарь. Родился в двенадцатом году нашей эры. Плохое было у него детство: когда ему исполнилось семь лет, его папа, римский полководец Германик, был отравлен из зависти наместником Сирии. Его мать была убита в тридцать третьем году по приказу императора Тиберия. По приказу того же Тиберия, оба его старших брата были заморены голодом. Однако Калигуле повезло. В тридцать первом году Тиберий приблизил его к себе с целью сделать своим наследником. До самой смерти Тиберия в тридцать седьмом году Калигула жил в роскошной императорской резиденции на острове Капри и предавался обычным развлечениям римской знати той поры, пьянству и оргиям. Тиберий, большой шутник, не раз восклицал при виде Калигулы: «О, какую змею для римского народа я вскормил!»
После того, как Тиберий умер, Калигула становится императором. Произошло это восемнадцатого марта тридцать седьмого года. Начало правления было неплохим. Калигула неоднократно устраивал раздачи продовольствия и роскошные зрелища. Однако очень скоро больной мозг нового императора проявил себя в полной мере. Огромное наследство Тиберия он промотал за год. После чего он потребовал от римлян денег, причем сделал это в несколько оригинальной форме. В первый день нового года Калигула встал на пороге своего дворца и как последний нищий просил подаяние у проходивших мимо людей. Кто же мог отказать императору? В результате такого процесса он «настрелял» немалую сумму. Затем Калигула решил почувствовать эти деньги на ощупь и, рассыпав огромные груды монет по полу, катался по ним всем телом. Процессы об оскорблении императорского величия шли не переставая. Приговор был один – смерть, и после приведения приговора в исполнение Калигула завладевал имуществом убитого. Девизом его правления были слова: «Пусть ненавидят, лишь бы боялись!». Двадцать четвёртого января сорок второго года Калигула вместе со своей малолетней дочерью и проституткой-женой был убит в результате заговора. Вот коротко и всё! – выдохнула Александрова.
– Похоже, Калигула не наша звезда, ни одна дата не сходится с нашими цифрами, – скептически заметила профессор Коэл. – Пошли дальше! Полагаю, сейчас моя очередь! Я, пожалуй, остановлюсь на Нероне!
Профессор Александрова сморщилась, но не стала возражать.
– Итак, Нерон! Луций Домиций Агенобарб стал императором в пятьдесят четвёртом году, после смерти императора Клавдия. Его учителем был знаменитый Сенека. Но это не сделало его лучше: Нерон был просто диким зверем и сумасшедшим садистом. Вскоре, после прихода к власти Нерон, кстати, по наущению того же Сенеки, убивает свою мать. По свидетельству историка Тацита, когда убийцы обступили ее ложе, императрица задрала юбки и воскликнула: «Поразите меня туда, откуда я родила это чудовище!». В шестьдесят втором году нашей эры Нерон убивает свою жену. В шестьдесят четвёртом году начинается тот самый знаменитый пожар в Риме. В шестьдесят пятом он выходит на сцену театра в Неаполе с сольным выступлением. В шестьдесят восьмом кончает жизнь самоубийством.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.