Квартет обреченных

Глава 1

– Машину в гараж поставить, Семен Васильевич? – спросил водитель Николай, придерживая дверцу, чтобы пассажир мог без помех выйти.

Приходько не торопясь вышел, потянулся – ох, засиделся сегодня на работе! – после чего ответил:

– Да, Коля, поставь. Ворота потом не забудь закрыть.

– Обижаете, Семен Васильевич! Ведь сколько лет вас вожу. Никогда такого не было, чтобы я что-то забыл.

– Да, верно, верно, – согласился министр.

– Завтра приезжать как обычно? – уточнил Николай.

– Да, все как всегда, – сказал Приходько.

И, больше не обращая внимания на водителя, направился к дому. Там, на всех двух этажах нового, радующего глаз особняка света не было. Только над входом горела лампочка – она автоматически загоралась, когда открывались ворота, и освещала подъездную дорожку. Да еще в холле горел свет – его специально оставила включенным экономка Наташа, когда уходила. Такова была договоренность с хозяевами – оставлять свет в холле. Семен Васильевич не любил, чтобы в доме, когда он возвращался, царила полная темнота. Не терпел он темноты, ничего тут не поделаешь. Ну и что с того, что дома никого нет? Хозяев нет, а свет пусть горит, создает уют и гостеприимство.

Что жены и сына дома не было, Приходько знал, был предупрежден. Жена Лида отправилась в гости к подруге Соне Каблуковой, а сын Евгений был на тренировке, играл в теннис в спортивном центре. Семен Васильевич нисколько не страдал от предстоящего одиночества. Наоборот, так даже лучше! Первым делом переодеться в домашнее, сбросить эту надоевшую служебную сбрую, особенно галстук. Ох уж этот галстук, эта чертова удавка! Приходько просто ненавидел этот предмет своего туалета. Но как без него? Ведь он не кто-нибудь, а министр. Как требовать порядка с подчиненных, если сам будет являться на службу черт знает в чем? Тут как-то новый начальник отдела стандартов вздумал в джинсах на работу прийти. Приходько заметил эту синюю фигуру в коридоре, немедленно вызвал своего зама, отвечающего за данный отдел, устроил ему взбучку, потом вызвал еще и нахала, вздумавшего нарушить правила, и устроил выволочку уже обоим. Порядок должен быть во всем!

Да, переодеться, потом налить полстакана отличной водки, что хранилась в холодильнике, там же взять приготовленные Наташей бутерброды с икрой и с ветчиной и сесть смотреть хоккей. Сегодня, кажется, предстоят два матча, один наш, один за океаном. Можно сидеть и смотреть сколько душе угодно, и никто не пристанет с разговорами о домашних проблемах.

Семен Васильевич вошел в холл. Доставать ключ, чтобы открыть дверь, ему не требовалось – Наташа ушла всего четверть часа назад, и дверь после ухода она не запирала. Зачем? Дом находился на охраняемой территории, посторонние здесь не шастали. Да еще прочный забор вокруг всего участка и камеры на воротах и на заборе, на каждом углу. Нет, с безопасностью у Приходько был полный порядок. Так что он вошел в дом, прошел через освещенный холл и поднялся по лестнице на второй этаж, в спальню. Здесь разделся, бросая предметы туалета куда придется – пускай Лида потом убирает. Иначе зачем жена нужна? Вообще, если такой вопрос задать всерьез, то ответа на него не найдешь. Семен Васильевич иногда (когда принимал на грудь хорошую дозу, ну, и настроение было соответствующее) говорил на эту тему с другом Денисом. Ну, и с Александром Львовичем иногда тоже обсуждал.

И правда, зачем нужна жена? Работать она уже лет двадцать не работает – с тех пор, как Приходько занял свой первый руководящий пост, стал директором завода. Стало быть, в обеспечении семьи не участвует. Готовить не любит и не готовит – едой занимается Наташа, или заказывают готовую в ресторане. Дети? Один сын совсем взрослый, в Москве, второй тоже не нуждается в материнской заботе. Ну а если говорить об интимном, то тут тоже полный швах. Уже несколько лет между ними ничего нет. Разумеется, Семен Васильевич остается мужчиной, и даже очень остается. И у него имеются свои мужские потребности. Но он научился их удовлетворять вне дома. И при этом вне собственного министерства – железное правило! Всегда можно найти какую-нибудь женщину с хорошей фигурой и с пониманием где-то на стороне. Так что пусть Лида хотя бы брюки на вешалку повесит!

Оставшись в одних трусах и майке, Приходько прошел в кабинет. Здесь за шкафом стоял его личный холодильник. Открыл, глянул на тихо зазвеневшую батарею бутылок, на приготовленную Наташей тарелку с бутербродами. Хороший вид, сердце радует! Достал любимую французскую водку и вместе с бутербродами отнес к телевизору. Вынул из шкафа стакан, налил до половины. И уже приготовился выпить, как вдруг почувствовал, что у него по ногам словно слегка воздухом потянуло. Как будто где-то открыли дверь. Но кто мог открыть? Ни в доме, ни на участке никого не было, и быть не могло – Приходько это отлично знал. Может, у Евгения тренировка раньше времени окончилась?

Семен Васильевич поставил стакан, выглянул из кабинета и громко спросил, глядя вниз, в освещенный холл:

– Кто здесь? Это ты, Женя?

Ему никто не ответил. Никого не было ни видно, ни слышно.

– Показалось, наверное, – буркнул он, разговаривая сам с собой. – Или форточка где-то открылась.

Тем не менее вернулся в спальню, надел пижамные брюки, рубашку. Еще сходил в ванную, умылся – смыл все служебные заботы, разговоры о делах, все смыл – и вновь вернулся в кабинет. Включил телевизор – там истекали последние минуты перед началом матча, крутили рекламу, – взял заветный стакан, выпил глоток, потянулся к тарелке… И в этот момент услышал у себя за спиной какой-то звук. Хотел повернуться, посмотреть, но не успел.

Чужие руки в перчатках обхватили его шею, обернули вокруг нее его собственный, только что снятый галстук. Приходько схватился за эти руки, хотел разжать, но куда там! Силы были явно неравны. Человек за спиной потянул за концы удавки, до упора стянул. Приходько разинул рот, пытаясь поймать хоть малую толику воздуха, захрипел, дернулся, все его тело напряглось в последнем, уже самом последнем усилии.

Напряглось – и обмякло. Рука еще пошевелилась и упала. И ничто в грузном теле министра больше не двигалось.

Подождав немного для верности (торопиться в таком деле не следовало), убийца отпустил труп, бросил рядом галстук, прошел в спальню. Достал из кармана пиджака бумажник, глянул. Денег было не слишком много, но кое-что имелось. Он вытащил всю пачку, отсчитал некоторую сумму, сунул в карман, оставшиеся деньги положил в бумажник и кинул его на пол. Спустился на первый этаж, вышел из дома и направился к воротам. Они так и стояли полуоткрытые. У ворот, привалившись к машине, сидел водитель Николай – все еще без сознания. Убийца оттащил его в сторону, сел за руль, повернул ключ. Мотор тихо заурчал, машина двинулась с места и исчезла в ночи.

Глава 2

Вызов к начальнику Главка не стал для полковника Гурова неожиданным. Его вызывали «наверх» не то чтобы каждый день, но довольно часто. Иногда такой вызов означал новое ответственное задание, а иногда генералу просто нужно было посоветоваться со своим самым опытным оперативником. Почему-то Гурову казалось, что сегодня именно такой случай. Однако, войдя в кабинет Орлова, сразу понял, что ошибся. Дело в том, что генерал был не один. Кроме него, в кабинете находился еще один человек в полицейской форме и так же, как и Орлов, с генеральскими погонами. Гость даже внешне был немного похож на хозяина – такой же высокий, пожилой, но видно, что крепкий, с волевым энергичным лицом. Оба генерала сидели не за главным столом, а за особым, так называемым чайным столиком, стоявшим в углу, и пили чай. К этому столику начальник Главка пригласил и Гурова.

– Вот, Лев Иванович, знакомься, – сказал Орлов. – Это Григорий Гаврилович Земсков, начальник Управления внутренних дел Сарматовской области. А это Лев Иванович Гуров, прошу любить и жаловать.

Приезжий генерал поднялся, и они с Гуровым обменялись рукопожатиями.

– Наслышан о вас, весьма наслышан, – сказал Земсков.

– Присаживайся, Лев Иванович, – пригласил Орлов. – Разговор есть. И разговор не такой уж короткий. – Он повернулся к гостю: – Ну что, Григорий Гаврилович, может, ты дело изложишь? Ты лучше меня помнишь все подробности.

– Да, придется мне второй раз эту историю рассказать, – согласился Земсков. – Понимаете, Лев Иванович, у нас в области ЧП. И не простое чрезвычайное происшествие, а громкое дело, на всю страну.

Тут Гуров припомнил сегодняшнюю сводку, прочитанную утром, и спросил:

– Кажется, у вас произошло убийство кого-то из областных руководителей?

– Совершенно верно, – кивнул Земсков. – Причем убили не просто руководителя, а министра инфраструктуры и коммуникаций Семена Васильевича Приходько. Случилось это позавчера, в понедельник, 6 сентября. Уже одно это преступление само по себе требует особого внимания. Не каждый день у нас убивают членов областной администрации. Приходько убили в собственном доме, который находился на охраняемой территории, то есть преступление совершено с особой дерзостью. И оно, естественно, требует адекватной реакции с нашей стороны. Мы не можем допустить, чтобы это наглое деяние осталось нераскрытым!

– Однако, если я правильно понял ваши слова, у вас случилось еще что-то, помимо убийства министра? – спросил Гуров.

– Совершенно верно, случилось, – кивнул гость. – Не успели следователи начать следственные действия по убийству Приходько, как произошло еще одно преступление. Вчера был убит руководитель департамента Министерства земельных ресурсов Денис Григорьевич Котов. То есть у нас погиб уже второй чиновник высокого ранга. Положение стало совершенно нетерпимым, и наш губернатор Артем Ахматович потребовал от всех нас, правоохранителей, привлечь все силы, чтобы раскрыть эти преступления как можно быстрее. Вот почему я обратился к генералу Орлову как к своему давнему другу и попросил выделить нам в помощь лучшего оперативника из его Главка.

– То есть вы хотите, чтобы я выехал в Сарматов и занялся этим делом? – взглянул на Орлова Лев.

– Да, Лева, даю тебе такое поручение, – ответил генерал. – Сам видишь, какая ситуация. Никогда еще и нигде у нас в стране такого не было, чтобы за два дня убивали двух высокопоставленных руководителей. И я понимаю их губернатора, когда он требует сделать все возможное и даже невозможное, но раскрыть эти убийства в кратчайшие сроки. Было бы хорошо, если бы ты выехал прямо сегодня.

– Могу я взять с собой Стаса Крячко? – спросил Гуров. – Вы сами знаете, мы постоянно работаем вместе. Еще не было случая, чтобы мы вдвоем не достигли нужного результата в расследовании.

– Если бы это было обычное дело, я бы сказал «нет», – ответил Орлов. – Но дело как раз не обычное, поэтому ладно, бери своего Крячко. Так что, сумеете выехать сегодня?

– Думаю, сумеем, – кивнул Лев. – Хотя надо поговорить с самим Крячко. Скорее всего, мы поедем на его машине. Так нам будет удобнее уже там, в Сарматове. Но, прежде чем идти собираться и говорить с Крячко, я хотел бы задать генералу Земскову несколько вопросов.

– Пожалуйста, спрашивайте, Лев Иванович. Я внимательно ознакомился с теми данными, которые успели собрать наши следователи, поэтому могу передать вам все детали, которые мы знаем, – тут же отреагировал начальник управления.

– Вы сказали, что Приходько убили в собственном доме. Как это произошло? Каким способом он был убит?

– Сейчас я вам все расскажу. Как я уже говорил, преступление произошло в понедельник вечером. Семен Васильевич вернулся с работы, как обычно, в половине девятого.

– Откуда известно время, причем с такой точностью?

– Время мы знаем из показаний личного водителя министра, Николая Лямина. Он рассказал, что, когда они въехали во двор дома, часы на приборном щитке машины показывали 20.32. Дома у Приходько никого не было: жена пошла в гости к подруге Софье Каблуковой, а сын Евгений был на тренировке. Семен Васильевич попрощался с водителем, велел ему приезжать завтра в обычное время и вошел в дом.

– А что, в доме и правда никого не было? – поинтересовался Гуров. – У такого человека, как министр, должны быть слуги…

– Да, у них двое слуг – экономка Наталья Крикунова и горничная Вера Дергачева. Но обе к этому времени ушли – горничная еще в шесть часов, когда закончилось ее рабочее время, а экономка за полчаса до возвращения Приходько. Дом не был заперт – министр считал, что безопасность в достаточной степени обеспечивают закрытые ворота и статус охраняемой территории. Он вошел, поднялся на второй этаж, переоделся в домашнее… В это время водитель Лямин открыл ворота, развернулся, выехал за ограду. Он уже собирался закрыть ворота с помощью специального ключа, когда, согласно показаниям водителя, «откуда ни возьмись» возле машины появился неизвестный. Лямин не успел ничего сделать, как этот человек открыл водительскую дверцу, вытащил его из машины и нанес ему удар по сонной артерии, от которого тот потерял сознание. Киллер оставил бесчувственного водителя возле машины, а сам вошел в дом.

– Что же, Приходько не слышал, как кто-то вошел?

– Видимо, нет. Министр в это время прошел к себе в кабинет, включил телевизор – по всей видимости, он собирался смотреть хоккей. Еще он достал из холодильника водку, налил себе полстакана, выпил. В это время киллер поднялся на второй этаж и вошел в спальню. Скорее всего, он какое-то время находился совсем рядом с Приходько и наблюдал за ним. Министр только собирался откусить бутерброд, как убийца набросился на него сзади и задушил Приходько собственным галстуком, который тот только что снял и бросил на ковер. Затем киллер прошел в спальню, достал бумажник министра, взял часть денег, бросил бумажник и спустился вниз. Здесь…

– Минуточку! – остановил Гуров рассказчика. – Вы сказали, что киллер взял только часть денег? Я не ослышался?

– Нет, вы все услышали правильно, – кивнул Земсков. – Мы, естественно, не знаем, сколько денег забрал убийца. Но Лидия Приходько, жена убитого, показала, что муж всегда брал на работу не меньше двадцати тысяч. А в бумажнике мы обнаружили только три тысячи четыреста рублей.

– Три тысячи, конечно, мелочь, – заметил Лев. – Дело не в сумме оставшихся денег, дело в самом факте. Убийцы не всегда берут деньги, то есть убийство не всегда сопряжено с ограблением. Но уж если он залезет в бумажник, то возьмет все. Зачем что-то оставлять? Ладно, давайте пойдем дальше. Кто обнаружил тело министра?

– Водитель Лямин. Он пришел в себя примерно без десяти минут девять. Увидел, что машина пропала…

– Так убийца уехал на машине министра?

– Да. О машине, если не возражаете, я скажу позже. А сейчас вернемся к дому. Итак, Лямин обнаружил пропажу машины. Тогда он позвонил в полицию и сообщил о нападении на него и угоне. Затем он обратил внимание, что ворота стоят открытыми, и забеспокоился, не случилось ли чего с министром. Позвонил Приходько, но тот не отвечал. Лямин вошел в дом, поднялся на второй этаж и обнаружил труп. Тогда он вторично позвонил в полицию.

– А что за человек этот Лямин? – спросил Гуров. – Можно ли ему доверять?

– Разумеется, наши следователи в первую очередь подумали об этом, – ответил Земсков. – Лямин работает в гараже областного правительства уже восемь лет. Сначала возил других работников, а последние три года обслуживает Семена Васильевича. Репутация у него безупречная, за все восемь лет не было ни одного замечания. Он не пьет, у него нет никаких сомнительных знакомств…

– Да это я так спросил, для очистки совести, – признался Лев. – Вряд ли водитель пошел бы на убийство вот так, откровенно. И тем более никто бы не стал убивать министра ради семнадцати тысяч рублей. Если только в бумажнике была именно такая сумма… Кстати, вы хотели что-то сказать о машине…

– Да, угнанную машину нашли в тот же вечер. Убийца бросил ее недалеко от площади Строителей – там крупная транспортная развязка, ходят автобусы, маршрутки, всегда можно найти свободное такси. А может, там его ждал сообщник с машиной.

– Может быть, может быть… А много людей знало о том, что дом Приходько в это время стоит пустой? Кто знал о том, что жена министра пошла в гости, а сын – на тренировку?

– Да, мы тоже интересовались этим вопросом, – кивнул Земсков. – Расписание тренировок Евгения Приходько узнать нетрудно – для этого достаточно зайти на сайт теннисного центра. А вот о том, что Лидия Приходько пойдет в этот вечер к Каблуковым, знали только сами Каблуковы.

– А кто эти люди?

– Денис Артемьевич Каблуков – начальник ревизионного управления областной администрации, то есть человек по своему рангу лишь немного ниже Приходько. Его жена, в отличие от жены министра, работает – служит руководителем кредитного отдела в одном банке. Лидия Приходько и Софья Каблукова – давние подруги, еще со студенческих времен.

Гуров на минуту задумался, потом произнес:

– Вопросов у меня еще много, но их можно задать и потом, уже в Сарматове. Разве что еще парочку. Как там насчет улик? Убийца оставил какие-то следы? Отпечатки пальцев?

– Нет, он, по всей видимости, работал в перчатках.

– А свидетели?

– Понимаете, там коттеджный поселок, – начал объяснять Земсков. – Коттеджи стоят обособленно, поэтому соседи друг друга видят редко. Так что со свидетелями у нас плохо. По сути, единственные два свидетеля – это водитель Лямин да еще вахтер, который сидел в будке при въезде в поселок.

– И что показывает этот вахтер?

– Ничего существенного. Он видел, как машина министра въехала на территорию, и подтверждает, что это произошло чуть раньше половины девятого. А спустя восемнадцать минут машина выехала обратно.

– Он не разглядел человека, сидевшего за рулем?

– Нет, не разглядел. Точнее, как сказал сам вахтер, он вообще на него не смотрел.

– Понятно… – протянул Лев. – Расскажите еще немного о втором убийстве. Вы сказали, что оно произошло вчера?

– Да, Котова убили вчера поздно вечером. Собственно, после этого я и решил лететь в Москву и просить помощи у вас.

– Где произошло второе убийство? При каких обстоятельствах?

– Убийство Котова отличается от того, что случилось с Приходько, хотя случилось примерно в то же самое время, вечером. Котов засиделся на работе, ушел оттуда, по словам вахтера в здании администрации, уже в девять часов. За ним не была закреплена служебная машина, но он мог вызвать незакрепленную машину из гаража. Однако Котов не стал этого делать и пошел домой пешком. Как рассказали его сослуживцы, он делал так довольно часто. Руководитель департамента жил в нескольких кварталах от работы; кроме того, он был любителем пешей ходьбы. В этот раз он, как видно, отправился привычным маршрутом, через городской парк.

– А в парке, конечно, есть укромные уголки, куда редко кто заглядывает… – заметил Гуров.

– А вот и нет, – парировал Земсков. – Парк у нас небольшой – собственно, не парк, а большой сквер. Его весь можно пройти неспешным шагом за пятнадцать минут. Все дорожки хорошо освещены, и темных уголков там нет. Да ведь убийство и произошло совсем не в парке, а в стороне от него, на стройплощадке, где действительно никого не было.

– Зачем же ваш руководитель департамента зашел в такое глухое место?

– Вот этого мы не знаем, – развел руками Земсков. – На этой стройплощадке ему решительно нечего было делать. Но факт остается фактом: тело Котова было обнаружено именно там, возле котлована, где закладывают фундамент нового здания.

– А кто обнаружил тело и когда?

– Обнаружили тело сотрудники полиции, когда начали поиски. Видите ли, когда Котов не пришел домой ни в десять часов, ни позже, его жена подняла тревогу и стала всем звонить. Прежде всего позвонила на работу мужа, но там, естественно, уже никого не было. Его собственный телефон упорно отвечал, что абонент недоступен. Тогда жена позвонила в полицию. Поскольку Котов занимал достаточно высокий пост, а буквально накануне произошло убийство Приходько, в полиции отреагировали быстро и сразу начали поиски. Искали в парке, в других местах вблизи обычного маршрута Котова. И спустя час тело нашли.

– То есть около полуночи?

– Совершенно верно, его нашли около полуночи.

– А когда наступила смерть?

– По определению врачей, около десяти часов, во всяком случае, не позднее одиннадцати.

– Как был убит Котов?

– Его застрелили. По всей видимости, стреляли из пистолета с «глушителем», так как выстрела в окрестностях никто не слышал. Но что это был за пистолет, какого калибра – этого я не знаю.

– А не могло быть так, что Котова убили в другом месте – например, где-то в машине, – а уже потом привезли на эту стройплощадку?

– На этот вопрос я, к сожалению, тоже не смогу вам ответить, – в задумчивости покачал головой Земсков. – Как и на многие другие, относящиеся к этому преступлению, у меня просто нет информации. Как только мне доложили об этом втором убийстве и как только последовал звонок от нашего губернатора Артема Ахматовича, я сразу вылетел сюда, в Москву. Так что об убийстве Котова у меня имеются только самые общие сведения. Подробности вы узнаете на месте. Вот, можете записать, с кем вам там нужно контактировать.

Он достал записную книжку. Гуров тоже достал свой блокнот, и Земсков продиктовал ему:

– По линии Следственного комитета расследование ведет Игорь Денисович Железнов. А по нашей, оперативной линии всем ведает майор Федор Петрович Глухов. Вот вам его телефон.

Гуров записал и имена, и телефоны, после чего убрал блокнот и, поднявшись, произнес:

– Действительно, самое главное мы с Крячко узнаем уже на месте. Вы ведь тоже вылетаете обратно в Сарматов?

– Да, я лечу завтра, – ответил Земсков.

– Значит, скоро увидимся.

Глава 3

Гуров и Крячко выехали в тот же день. Правда, очень поздно, так что вернее было сказать, что выехали они ночью. Часы как раз показывали полночь, когда «Опель» Крячко миновал МКАД и направился на юго-восток. Впрочем, Стас, сидевший за рулем, не испытывал по этому поводу никаких неудобств: он был человеком еще более выносливым, чем сам Гуров, и мог всю ночь напролет вести машину, или сидеть в засаде, или проводить другие следственные действия. И когда, уже за Тулой, Лев высказал предложение сменить друга за рулем, он ответил на это только легкой усмешкой:

– Если хочешь знать, я так могу вести машину, не сменяясь, до самой Астрахани или, допустим, до Оренбурга. Вот до Новосибирска, наверное, не возьмусь – запрошу перерыва. А здесь, в пределах европейской части нашей родины, везде доеду. Ты лучше, пока едем, расскажи мне о деле. Я слышал, там двойное убийство? Причем один из убитых – министр?

– Правильно слышал, – отозвался Гуров. – Вернее, почти правильно. Убийство нельзя назвать двойным, потому что это два разных эпизода и они произошли с разницей в сутки. И способ убийства разный: если в первом случае убийца задушил свою жертву с помощью галстука, то во второй раз он использовал огнестрел. Но есть кое-что, объединяющее эти преступления. Прежде всего – жертвы обоих преступлений относились к числу областных руководителей высокого ранга. Они работали в одном месте – в администрации области. Оба убийства совершены вечером, когда чиновники возвращались домой. То есть в обоих случаях убийца досконально знал, где и когда он сможет встретить свою жертву. Выходит, что эти преступления – не спонтанные акты, они тщательно готовились. Вот почему местные правоохранители объединили оба убийства в одно дело. И я с ними совершенно согласен.

– А убитых что-то связывало, помимо работы?

– Вот и я задал себе тот же самый вопрос. Генерал Земсков, начальник сарматовского управления, не сказал мне об этом ничего. Но чем больше я думаю об этом деле, тем больше убеждаюсь, что должно быть что-то, что связывало убитых между собой. Надо будет это выяснить по приезде. Ты когда рассчитываешь доехать – к утру?

– Да, часам к шести утра, думаю, будем на месте, – ответил Крячко.

– А зачем нам являться в такую рань? Все равно никого на работе не будет. Давай лучше остановимся где-нибудь на стоянке, где дальнобойщики останавливаются, и ты поспишь пару часов. Приедем в Сарматов к восьми, как раз к началу рабочего дня.

Стас немного подумал и согласился. Так что за Тулой они выбрали подходящую стоянку, и оба слегка вздремнули. А затем продолжили путь и в начале девятого въехали в областной центр. Крячко заранее заложил в навигатор координаты областного управления и теперь точно вырулил прямо к нему. Остановил машину неподалеку, и Лев набрал полученный в Москве номер майора Глухова.

– Это Гуров говорит, – сообщил он. – Мы с полковником Крячко только что приехали и горим желанием приступить к работе. Где мы можем получить всю необходимую информацию?