Квартет обреченных

Глава 7

Но вот наконец процедура прощания закончилась, гроб погрузили в катафалк, участники церемонии расселись по машинам и автобусам, и траурная процессия покинула поселок. Улица сразу опустела – на ней не было видно ни одного человека. Гуров оглядел окна окружающих домов: на всех были плотно задернуты шторы или опущены жалюзи.

– Да, тут и днем свидетелей трудно найти, что же говорить про полночное время, – заметил он. – Скажи, капитан, ты в том пустом доме напротив не был?

– Нет, не пришлось, – ответил Щербинин. – А зачем?

– Так, из любопытства. Я, капитан, очень любопытен от природы. Дверь здесь, конечно, заперта…

Он легко перепрыгнул низкую ограду покинутого особняка, поднялся на крыльцо и подергал дверную ручку.

– Заперто. И, кажется, не на один замок. Да и как могло быть иначе? И жалюзи на всех окнах опущены… А что у нас с тыла? Нет ли в этом доме двери черного хода?

И Лев направился в обход дома, Щербинин следовал за ним. На правой боковой стене дома обнаружились два окна, но они были закрыты жалюзи, как и окна фасада. Но когда он обогнул дом, сразу увидел то, что искал – неприметную дверь, прикрытую от посторонних глаз кустом сирени. Лев подергал ручку – эта дверь тоже была заперта. Однако его это не остановило: он извлек из кармана связку отмычек, выбрал одну из них и вставил в отверстие замка.

– Что вы делаете? – воскликнул капитан. – У нас ведь ордера нет! И дом наверняка на сигнализации! Сейчас группа реагирования примчится, будет целый скандал!

– А мне почему-то кажется, что никакого скандала не будет, – ответил Гуров, орудуя отмычкой. – И сигнализация не сработает. А насчет ордера – если нужно, мы его получим. Неужели суд откажет нам в такой невинной просьбе? Ага, вот оно!

Третья по счету отмычка сработала, замок щелкнул, и дверь открылась. Он сначала заглянул внутрь, повертел головой, потом шагнул за дверь. Щербинин вошел следом за ним.

В коридоре, где они стояли, было темно. Однако постепенно глаза оперативников привыкли к освещению, и стало ясно, особой темноты здесь нет: свет из-под опущенных жалюзи проникал в помещения дома, и впереди, в большой комнате, куда выходил коридор, было достаточно светло.

Однако Гуров не спешил идти туда. Присев на корточки, он внимательно разглядывал пол.

– Старая добрая метода! – проговорил он вполголоса. – Сколько всяких технических ухищрений появилось, а она все так же выручает нашего брата.

– Следы ищете? – догадался Щербинин.

– Точно, капитан, следы. Но пока без толку. Кто-то поработал здесь тряпкой или щеткой. Вот тут, вдоль стен, видишь, сколько пыли? А здесь, посередине, чисто.

– Верно, верно! – согласился капитан, тоже присевший на корточки. – Здесь все вытерли.

– Здесь побывал гость, – заключил Гуров, выпрямляясь. – Очень внимательный гость, чистоплотный. Он не только вытер за собой пыль со следами, он еще и сигнализацию выключил, чтобы зря не звонила, не беспокоила бойцов из группы реагирования. Ну, здесь смотреть больше нечего. Давай теперь поднимемся на второй этаж, а еще лучше – на чердак, там посмотрим.

Оперативники прошлись по первому этажу, потом поднялись на второй. На лестнице, а также в коридоре второго этажа Гуров обнаружил ту же самую картину: пол в середине прохода был вытерт, никаких следов на нем обнаружить не удалось.

По вертикальной пожарной лестнице они поднялись на чердак. И здесь их наконец ожидала удача: чуть в стороне от чердачного люка обнаружился в пыли след левой ноги, обутой во что-то вроде кроссовки. Лев тут же поставил рядом с этим драгоценным отпечатком спичечный коробок, а затем сфотографировал след на телефон.

– Вот, наконец хоть что-то! – заключил он. – И этот факт доказывает старую истину: утаить все улики, стереть абсолютно все следы невозможно, как бы преступник ни старался. Всегда что-то останется. Так, теперь давай полюбуемся видом из окна…

Они подошли к чердачному окну и выглянули наружу. Прямо перед ними находился дом погибшего министра. Отлично были видны и двор, и входная дверь, и все окна, выходящие на фасад.

– Вот отсюда он вел наблюдение за домом, – сказал Гуров. – Надо будет прислать сюда группу криминалистов, пусть все тут хорошенько осмотрят. Никаких окурков или там ниток из подранной о гвоздь куртки они, конечно, не найдут – таких подарков ждать не стоит. Но вдруг найдется отпечаток? Тогда можно будет считать, что убийца у нас в руках. Ну, нам здесь делать больше нечего. – Он отошел от окна и направился к лестнице, но внезапно остановился. – Постой! Ты же мне начал рассказывать о разносчике пиццы, чье имя обвел в кружок. Давай расскажи, что не так с этим разносчиком.

– Прямо здесь? – удивился капитан. – Ну, как хотите. Значит, история такая. 3 сентября, в пятницу, семья Приходько решила заказать на дом большую пиццу фирмы «Вкуснятина». Согласно условиям фирмы, разносчик должен был доставить заказ не позднее чем через двадцать минут. Самого министра в это время еще не было дома, а Лидия Захаровна находилась в зимнем саду, возилась с розами. Так что…

– Что-то я не пойму, – прервал его Гуров. – Если мужа не было дома, а жена возилась с цветами, кто же тогда сделал заказ?

– Кто сделал? Сын сделал, Евгений. А что, ему шестнадцать лет, он юноша уже вполне самостоятельный. Он остался в холле дожидаться разносчика, чтобы принять заказ и расплатиться. И действительно, в положенный срок, ровно через двадцать минут, явилась девушка-разносчик с большим пакетом. Вручила пакет, получила деньги, но не ушла сразу, попросила разрешения сходить в туалет и выпить стакан воды. Евгений, будучи настоящим кавалером, разумеется, разрешил даме это сделать.

– Так, и что дальше? В чем интрига? Девушка попросила что-то еще? Задержалась в туалете дольше разумного срока?

– Нет, ничего такого. Действительно сходила в туалет, потом на кухню, налила воды, выпила и ушла. Все. А интрига в том, что в фирме «Вкуснятина», куда я обратился, чтобы проверить эту историю, мне сообщили, что у них нет ни одной девушки-разносчика! И что в тот вечер они никого в дом министра Приходько не посылали.

– А вот это уже интересно! – воскликнул Лев. – Как же такое могло случиться? Значит, и заказ не им делали? И не их диспетчер его принял?

– Нет, когда я сверил показания Евгения и диспетчера фирмы, картина стала выясняться, – объяснил Щербинин. – В фирме получали заказ с телефона Евгения. Разносчик фирмы уже собрал несколько заказов, которые приходились на этот район, и уже собирался сесть в свой «Матиз» и ехать, но тут его что-то отвлекло. А когда он направился к выходу, у диспетчера снова раздался телефонный звонок. Звонивший назвался Евгением Приходько и заявил, что он передумал и отменяет заказ на пиццу. Что ж, такое случалось, и не раз. Диспетчер пожал плечами и сообщил об отмене заказа разносчику. А тот, естественно, выложил коробку с пиццей из машины и отправился в путь, который стал для него несколько короче.

– И в дом Приходько он, конечно, не заезжал?

– Конечно. С какой стати?

– Стало быть, пиццу в дом Приходько доставила какая-то самозванка… – медленно произнес Гуров и задумался. А поскольку он замолчал, капитан решил продолжить:

– Конечно, ни Евгений, ни другие члены семьи не знали, что пиццу им доставил неизвестно кто. Все всплыло только после гибели министра, а если точнее, сегодня, когда я по вашему заданию стал выяснять, кто приходил в дом в последнее время.

– Понятно, понятно… – пробормотал Лев. – Но ты, разумеется, внимательно расспросил Евгения относительно внешности этой девицы?

– Да, мы с ним утром целый час беседовали. Я даже составил фоторобот этой самозванки. Он у меня в машине, в папке лежит. Вот дойдем до машины, я вам покажу. Но скажу заранее: вряд ли этот фоторобот нам многое даст.

– Это почему же?

– Чем больше мне Евгений рассказывал про этот визит, тем яснее я понимал, что девушка перед приходом в дом постаралась максимально скрыть свою внешность. По сути, единственная деталь ее облика, которую запомнил парень, – густые волосы соломенного цвета. Целая копна волос! И еще – большие темные очки. На ней была водолазка с высоким воротом, так что Евгений не видел ни ее глаза, ни шею.

– Волосы, скорее всего, были париком, плюс очки… – задумчиво проговорил Лев. – Так, может, это вообще была не девушка?

– А вот такая мысль мне в голову не приходила, – признался Щербинин.

– Ну, это одна из версий. Ладно, хватит здесь стоять, пошли к машине, покажешь мне свой фоторобот.

Они вышли из пустого коттеджа, причем Гуров аккуратно запер за собой дверь. Когда сели в машину, капитан достал из папки листок с составленным портретом фальшивой разносчицы и протянул Гурову. Тот несколько минут изучал изображение, затем вернул его со словами:

– Явный камуфляж. Форма ушей, по-моему, тоже изменена, что-то на них наклеено. Что тут подлинное, так это только подбородок. И он, скорее, мужской, чем женский. Так что мы можем предположить, что вечером 6 сентября в дом Приходько приходил тот же человек, который до этого вел наблюдение с чердака пустого коттеджа. Тот же человек, который спустя три дня оглушил водителя Лямина и убил министра. Возникает вопрос: он разыграл весь этот спектакль с пиццей только для того, чтобы заранее побывать в доме, изучить расположение комнат, или у него была еще какая-то цель? Боюсь, ответ на этот вопрос мы получим не скоро… Ладно, поехали в управление. Здесь нам пока делать нечего.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.