- -
- 100%
- +
Ресторан организовала Маркевченко. Ее неуемная энергия сейчас нашла выход в самом безопасном ключе. Ну и ладно. Меня как-то в этот раз не сильно все заботило. Я даже платье старое решила надеть. Я в нем на первом курсе один раз в какой-то клуб выходила – и все. Для меня это прям моветон. Но настроения на покупки не было.
Наверное, стоило признать, что для меня заканчивается самая лучшая пора. Да, школа милиции – тот еще гемор, но зато свой, родной! Проблемы там по большей части именно тупые, искусственные, высосанные из пальца. Да и сколько всего пройдено. Одно мое фото в противогазе и мусорных пакетах в белой рубашке чего стоило. Я собой прямо гордилась. Было что вспомнить.
А вот гордиться на практике пока было нечем. Бли-и-и-ин! Да что ж с настроением-то? Погода прекрасная, золотая осень и бабье лето. Я без формы, в лучших своих шмотках-таки дождавшихся собственного часа. Олег правда бесит, но самое странное, что я его понимала. Всем говорила, что обижена, даже себе, но его объяснение вышло очень уж убедительным.
Макаров умел расставлять приоритеты и точки в нужных местах. И самое главное – я с ним не могла не согласиться! Ну идеально же все рассчитал, зараза. Только для меня участие в этих его установках означало слишком много изменений. Просто взять весь мой уклад жизни, вырвать с корнем и узлом перевязать.
А можно мне обратно на пары и проблемы с Грымзой? Не такие уж они и страшные, как оказалось. Да и вообще все обучение. Я даже в наряд по столовой бы сходила! Только пусть туалетную территорию у нас заберут. Задолбало за бабками из бухгалтерии подчищать. Я свой сортирный долг перед Родиной отработала. Первые курсы плюсом не выдержат такого отношения. Хотя если отлавливать их и заставлять убирать вместо себя…
– Белозерова? Ты и тут промахиваться умудряешься?
Навстречу шел хмурый Андрей. Наш мистер воздержание. Знаем-знаем его основную проблему. И чего Катюха его морозит? Не маленькая же уже. Ну может на нашем празднике первых звезд расколется. Надо попытать ее.
– А ты снова документы носишь за своих? Я вот курьером подрабатывать отказалась.
Он закатил глаза. Странно было видеть друг друга без формы. Мы настолько привыкли к курсантским будням, что смотреть на себя вот так вот, в нормальной одежде, как-то дико даже. Андрюха же особенно хорош. Все же сын своего отца. Весь с иголочки, такой холеный, красивый, в брюках, простом пуловере и кожанке сверху. Папка кожаная модная. И не скажешь, что курсант!
Кому-то форма шла, а кто-то выглядел в ней как чушка. В парадной еще куда ни шло, но каждый день в кителе же ходить не будешь. Неудобно! Да и я свой так ушила, чтобы по фигуре все было, что руки поднять не могла. Писать неудобно. Но кому как не мне знать – красота требует жертв. И точка!
Должно быть, я зависла за своими мыслями, так как Изворотов усмехнулся:
– Чего тупишь, наряды подбираешь на субботу?
– Ой да ладно! Смотри сам подбери, я просто задумалась о превратности бытия. Ну то есть о том, что этот год у нас крайний.
Он неожиданно тяжко вздохнул, а потом неожиданно присел рядом и уставился куда-то вперед:
– Мужики меня в отдел позвали. Как закончу. Говорят, могу хоть сейчас кабинет выбрать, где садится и обживаться.
Удивилась. Андрюха практику проходил в БЭПе, это солидный отдел по борьбе с экономическими преступлениями. Туда попасть очень дорого. Тысяч пятьсот за должность могут даже просить. На практику его туда мужики с кафедры устроили, но получить подобное предложение было очень круто и ценно! Оклады там хорошие, а с новой зарплатой…
– Так я тебя поздравляю! Это круто!
Искренне радовалась за него. Андрюха усмехнулся:
– Сам в шоке, только стремно как-то. Вдруг не получится. Отец вон, не смог работать.
– Твой отец много чего не смог. Но знаешь, ты похож на него далеко не во всем. Внешне там, стать эта, Изворотовская. Хорош, чертяка, в общем. А мозги, судя по всему, мамины. И хватка ее, вон она у тебя уже какая известная в городе, а ты, как оказалось, и в МВД отличник, и розочки из салфеток делаешь первоклассные.
На его лице расцвела искренняя признательная улыбка:
– Не напоминай! Мы тогда до ночи просидели!
– Так ты бы еще позже в чат клич кинул. Сидели там, с Катькой вдвоем накручивали. Ты бы видел, как она рада была нас видеть.
Мы тогда с Машкой пошли помочь ему, не успевали они там к свадьбе какой-то декор сделать. Местные подрядчики подвели. Вот кто смог и сидел крутил в ночи долбанные розочки для фотозоны.
– Спасибо, Диан! Честно.
Пожала плечами. Не за что. Такое сложно описать словами, просто наше общее единение какое-то что ли. Без ненужных чувств. Просто дружба. Без подтекстов.
Мы улыбнулись друг другу. Андрей пошел в управление, скорее всего в ЭКЦ за какой-то экспертизой, а я осталась сидеть в этом красивом во всех отношениях скверике.
Осень все же красивая. Золотая. Да и лето бабье настало, а я сапожки выгуляла самые что ни на есть новые, тоже красивые и золотые. А остальное сложится. Обязательно сложится.
Глава 5. Васильев Антон
– Нифига себе! Вот это огонь! И что было потом? Василек, вот молоток парнишка, не зря в своей шараге на пары ходил!
Сидел счастливый до безобразия. Улыбался, хотя под скулой и расплывался порядочный такой фингал. Зато третьего закладчика на неделе задержали!
Мрази. Всегда терпеть не мог наркоту и всех, кто с ней связан, но даже подумать не мог, что попаду на практику в отдел по борьбе с наркотиками! Тут было так интересно!
А еще тут я оказался весьма кстати и реально приносил пользу. Хотя в этот раз и с небольшими потерями. Но зато мы взяли не простого закладчика, а по ходу дилера.
Его уже отрабатывали, но отбивался он из последних сил, даже успел съездить мне по лицу. Но неожиданно я смог заломать преступника по всем канонам боевого искусства самбо.
Сам офигел, мужики офигели, да и вообще эти урки даже успели снять на камеру весь процесс. Теперь я даже в новости должен был попасть. Не только региональные, но и федеральные! Никогда в жизни я еще не чувствовал себя таким нужным.
– Короче, придется даже в твою шарашку письмо благодарственное направить. У нас начальник райотдела впечатлен, ну просто народный герой! Мы этого козла три раза упускали.
Расплылся в улыбке. Он еще мне зуб хотел выбить, но тут уж я оказался против. Какой у нас был забег! Говорят, он в прошлом какой-то чемпион по полосе препятствий, паркурщик, вот и не могли его взять, у него всегда были пути к отступлению.
Местные же мужики не особо дружили со спортом. Нет, они были тут все худые, поджарые такие. Урки. Я так их называл, потому что чтобы ловить нариков, надо самому отчасти таким нариком быть. В душе, разумеется. Просто по другую сторону правды. Иначе ты хрен поймаешь этих ребят. А дело серьезное! Заразу всякую распространяют по городу, детей травят! Сволочи…
Так вот этот паркурщик каждый раз ходил по лезвию ножа, а в этот раз попал на меня. Спортсменом я, может, и не являлся, но зато был курсантом. И полосу препятствий лучше всех в группе бегал и даже выступал один год на соревнованиях, где наша команда взяла историческое третье место.
Он сильно удивился, когда я не только не отстал от него, но и спустя пару препятствий догнал и даже повалил. Это было феерично. Сам не ожидал, что получится.
– Ну что, Василек, завтра отпускаем тебя на три денечка? Чтобы там, как настоящий офицер, свои первые звездочки обмыл, усек?
– Усек, товарищ майор.
Моя улыбка была от сих пор до сих пор. Кайф же. Начальник отдела мне уже много чего рассказал и даже обещал, что если я продолжу в том же духе, то мне гарантировано место в отделе. В нашем городе это было сродни чуду. Следствие развалено, потому что начальник там никакой, участковые просто трэш где бы ни было. Криминальная полиция тоже так себе.
Я даже не думал, что попаду сюда, просто меня первого сентября увидели мужики в коридоре, попросили для операции, и все, дальше оставили, переоформив мою практику. Еще никогда в жизни мне так не везло. И даже никто не говорил, что я какой-то не такой, смотрели по заслугам и старанию. А я очень старался и заслуживал на полную.
Погоны мне вручили еще на той неделе, хотели устроить для меня посвящение по всем традициям. Но потом я получил приглашение от Маркевченко, и мои мужики все как один сказали, что курсантское братство – это святое!
Оказалось, из них половина училась на курсантском, правда в другом городе. И все регулярно общались с однокурсниками, встречались и поддерживали друг друга.
– Ох, Василек. Сначала вы ездите на свадьбы, а потом начинаете и на похороны… Цени тех, кто рядом. Цени тех, кто столько лет бок о бок с тобой спину в нарядах прикрывает. Это кажется, что все оно фигня и детский сад, но потом они в сложных ситуациях так поступают…
Советы были разные, но слова майора задели. Он недавно похоронил лучшего друга. Тот поехал в командировку в Ингушетию и не вернулся. Такое сейчас бывало очень редко, но бывало. И теперь у меня закралось такое чувство, что и нас с ребятами это может не обойти стороной. Аж за грудиной болело. Поэтому по первой же просьбе Насти я сорвался.
Ехал на поезде и думал, как интересно все разворачивается. Отчего-то на душе было так неспокойно. То ли просто я головой сильно долбанулся? Такое тоже возможно.
Ехал разукрашенный, синяки еще даже близко не сошли, но ребят я подготовил. В чат скинул ссылку на репортаж. Там хоть моего лица видно не было, да и качество записи в целом было такое себе, ведь никто меня светить не собирался, но ребята узнали.
Девчонки ахали и охали, а парни обещали замучать расспросами про подробности операции. Не всем повезло работать в интересном месте. Один Сема сказал в пафосном тоне, что я молодец и верно служу своей стране. Народ как всегда с него ржал.
Но там, судя по всему, он работал теперь в особых условиях. И еще… Этот смертник купил себе машину. «Приору». Опять. И не поверите, снова в пленке схожего с той тачкой цвета. Где хоть он находит такие предложения?!
Мы даже рады были, что Сему там не отпустил его женский коллектив. Все же ехал бы точно на машине, а мы бы еще волновались. Ну его, пусть по своему городу с одной центральной улицей пока научится ездить.
– Василек, привет!
Меня встречала чета Литвиных. Общим решением было принято жить у Макса с Машей. У них квартира побольше, так что места хватало. Счастливые молодожены в компании с Сохиными стояли на платформе. Приятно.
– Иди сюда, наш герой – цветочек аленький!
Макар как всегда. Годы идут, а шефство свое он надо мной не теряет.
Мы решили сегодня собраться пацанами. Олег тоже уже приехал. Диану он днем выгулял, так что должен был вырваться.
В таком составе мы и засели в каком-то баре. Ребята тут без меня один раз всего встречались. Практика, работа… Последним подошел товарищ преподаватель, сразу стал поздравлять:
– Ну молодец, красавчик! Наслышан. Держись теперь, там место неплохое, хоть и не пойми как все оно развернется со временем.
Мы кивали. Много говорили, болтали, пили. Проводили репетицию перед завтрашним вечером в лайтовом режиме. Только Литвин был каким-то загруженным.
Я кивнул на него и тихонько спросил у Сохина:
– А что с Максом-то? Какой-то он весь вечер тихий. Не то чтобы обычно он балагур и весельчак…
Сохин выставил вперед руку в жесте «сейчас все будет, Тоха», шепнул мне, чтобы я не кипишовал, а потом громко спросил:
– Что ж, боярин, ты не весел, буйну голову повесил? Аль печаль тебя съедает… Или как там? Макс, колись.
Литвин нахмурился еще сильнее, но потом, приняв для себя какое-то решение, негромко сказал:
– Расскажу, только Маше не говорите пока.
Все тут же напряглись. Напряжение повисло в воздухе, так как стало понятно, что дело серьезное. Более чем. Поэтому возникла пауза, прямо в середине которой Максим сказал:
– Руководство не хочет отпускать меня в адьюнктуру. И на Машу направление не дают. Мол, и так на практике тут оставили.
– А ничего, что женатых по закону не могут в разных регионах держать?
Макаров был подкован, но я чувствовал, что не в этом дело, ох не в этом.
Слушали дальше:
– Не могут, но распределение было до того, как мы расписались. На это постоянно упирают, что ей направление в Москву на учебу тоже не светит.
– Дай угадаю? Что им от тебя надо?
Литвин на слова Круглова усмехнулся. Хотя, судя по выражению лица Дениса, тот уже почти все понял. Кажется, понял и я, отчего у меня внутри все застыло.
Литвин же просто ответил:
– Они хотят, чтобы я на полгода поехал в командировку, а потом, по приезду, они отпустят меня и мою жену на три года на учебу. Так что, парни, я понятия не имею, что делать. Вроде ничего сложного, наши вон, пачками ездят и почти все возвращаются.
Ключевое слово во всем этом было «почти».
Глава 6. Настя Маркевченко
– Девушка, а алкоголь весь же достали? У нас не так много. Покажите, где еще брать, чтобы мы вас не трогали, туда же и пустую тару складывайте.
Официантка поджала губы. А нечего было на папином юбилее подворовывать. Я сразу сказала, что тогда вина они не доставили. А мне не поверили!
– Настюха, расслабься, жизнь прекрасна и удивительна!
Конечно, когда к тебе любовь твоя приезжает. Вон, три недели почти без продыха срывалась и рожи корчила. Уже забыла, как говнилась на Олега, что он тебя кинул?
Но вслух Диане я сказала:
– За звездами своими следи, а то знаю я тебя.
Ее глаза сверкнули. Родители предлагали купить мне звезды из золота, но если честно… Нафига? Нам уже шепнули, что не по уставу. Будут давать люлей и все такое.
Но это ж Белозерова. Где все, и где она? Я не злилась, я просто психовала. И понять меня мог, как ни странно, только один человек. Изворотов.
Это он заметил у меня признаки этой отвратительной болезни, что случилась со мной впервые. А именно…
– Маркевченко, хорош уже с Осиповым выпендриваться, а то твой недотрах скоро попадет во все новости.
Не-до-трах. Страшный зверь, портящий настроение и водящий дружбу с ПМС, никак не меньше. По крайней мере, по количеству психов он еще и поспорить мог.
– Мои звезды на погонах будут скоро! Ура-ура.
Покосилась на Диану. Она что, приняла? По ходу, да. Хотя… Подруга вообще не любила это дело и даже для сегодняшнего мероприятия делала исключение. Собственно, я тоже.
Традиции есть традиции, и кто мы такие, чтобы их нарушать? Не стоило. Тем более в отделе с меня затребовали видеоотчет. В общем, мы готовились.
Прошла в зал, отмечая про себя рассадку и прочие мелочи. Нас было немного, а еще мы решили скооперироваться с остальными группами. Так что могучая кучка разрослась. Даже Николяша обещал быть. Симон и Груша не согласились. Получилась, правда, этакая репетиция выпускного. Лайтовая. Хотя у меня было стойкое ощущение, что это случилось на свадьбе у Литвиных.
Кстати, вот и они. Сияющая Маша и хмурый Максим. Случилось что ли что-то? Хотя вроде нет, Копылова-Литвина вон, на позитиве.
Пожала плечами и пошла здороваться.
– Настюша! Какая ты красивая сегодня. Прямо ух!
Машка, как всегда, была такой лучистой, что рот сам собой растянулся в улыбке. Вот как можно рядом с ней грустить? И я не стала. Тем более я сегодня превзошла саму себя по смелости. Никогда на такое не решалась. У меня было глубокое декольте и силуэт а-ля жена кролика Роджера.
Так что я даже немного засмущалась. Все Осипов виноват! Ну не клеилось у нас. Как все феерично начиналось. Он смотрел на меня по-особому, да только за два с лишним года весь запал растерялся. Мы постоянно даже не ругались, собачились, опускаясь до оскорблений. Это переходило все границы, и никто из нас не хотел заканчивать это, но и продолжать не мог.
Мне иногда казалось, что институт нас связывал. А без него мы просто рассыпались. Нечего было обсудить, нечего было придумать по времени. Ни нарядов нет, ни заданий. Осипов устроился на практику в ГАИ, там его уже пустили на дорогу и даже дали добро на общак. Он был рад до опупения, а мне как-то противно что ли стало.
Мне вообще не нравился такой порядок. Взятки эти все… Артем меня в крайний раз дурой назвал. Что я тупая, как пробка, раз думаю, что ребята на дорогах этим по своей воле занимаются. У нас в области существовала система поборов и так называемой таксы с каждого, кто выходил на смену. Не заработал – плати из своего кармана. Но я-то откуда могла это знать?
Спросила отца, но тот лишь сказал, что это не мое дело. Правда, по ходу. Вот так, раз за разом наши отношения разваливались самым некрасивым образом. Не ожидала от себя такого, и было очень обидно, что любовь, о которой мы друг другу говорили, оказалась такой вот недолговечной.
Расправила плечи, стряхнув наваждение. Если честно, то я думала, что буду больше переживать, что в очередной раз говорило не в пользу наших отношений. Девчонки пытали меня, но пока я им так и не призналась, что по ходу все.
– Насть, привет! Оу… Я так понимаю, с Осиповым действительно все?
Вика зашла и сразу негромко поставила мне диагноз. Да что они меня все так бесят? Расстраивают и все такое. Только сама себя успокоила и приняла решение, что наплевать!
– Вик, не кушай мне мозги чайной ложкой!
– Ладно, куда нам с Денисом садиться?
Вон, она своему парню отказала в предложении руки и сердца, а еще мне что-то говорит. Их-то тоже институт связал. Шарага дурацкая! Кто бы знал, что столько приключений она принесет.
– Вон туда проходите.
Ребята заторопились. Красивые все такие, хотя изначально традиция другое предполагала. Тут свой особый церемониал! Но у нас не получалось его соблюсти…
Мы собирались сначала по всей форме устроить обмывание. Ну там все прийти как минимум по форме с курсантскими погонами. Потом чтобы Симон или Груша пришли, тоже по форме, на крайняк, Николяша. Но… Нам такое строго настрого запретили. Не знаем, как в милиции, а новым сотрудникам полиции, вернее их руководству, плевать было с высокой колокольни на то, что и как делается. Сотрудники в форме рядом со спиртным даже стоять не должны.
Нет, я так-то вообще непьющая, но согласитесь, традиции есть традиции. Мы и так от граненых стаканов отошли максимально далеко! По правилам мы бы стояли в форме, при старых погонах. Напротив – начальство. Мы бы брали стакан, представлялись, что курсант такой-то такой-то, товарищ подполковник, прибыл для присвоения первого звания младший лейтенант полиции. Разрешаете?
Симон бы разрешил. По крайней мере, в моей голове это было так. Я бы жахнула эту гадскую гадость, исключительно для дела! Губами бы поймала звезды и ртом себе на погон.
Кто придумал эту изощренную пытку я знать не знала, если что. Но ТРАДИЦИЯ! Я бы громко сказала:
– Младший лейтенант милиции… тьфу ты, полиции Маркевченко!
Все бы мне захлопали, закивали. «Ура» бы крикнули. Но нас тут набралось человек двадцать, да и Симона не было. Я ему на выпускном это еще припомню. Там, кстати, нам будут уже лейтенантов вручать.
Эх, время летит, а мне вообще ни разу не верится в это. Что теперь я не просто полицейский. Я офицер! Приказ-то уже подписан. Сегодня на торжественном мне мои погоны отдали. Всем нашим отдали.
Даже по такому случаю белую рубашку надела. Осипов тоже был, но со мной даже здороваться не стал. У них со своими факультетом сходка. Когда и где, не знаю. На их же курсе нет такой, как я, организаторши. Небось все Артему самому и придется делать. Ибо нефиг штаны просиживать на старшинских погонах.
В общем, злая я была. Пошла все проверять по пятому кругу, а потом вместе со всеми садиться. Хорошо, что с нами был Николяша, он и стал командовать нами, беря инициативу в свои руки, рассказал, как вышли из ситуации в свое время они.
Литвин тоже помог, мол, они большой один бокал делали общаковский. Короче, сами того не заметив, мы действительно пустили по кругу большой стакан, больше напоминавший вазу, а потом начали представляться.
Когда называла свое первое офицерское звание, внутри все дрожало. Надо же оно как. Теперь все, теперь я правда настоящий полицейский. Со звездочками.
Я очень плохо помню, как обмывала звезды, все как-то скомкано было, не очень. Действительно, ни площади, ни организации, а фотка у меня с тех времен вообще жуткая.
Глава 7. Макар Сохин
– Так, Макар, а давай-ка ты напишешь обвинительную. Мне кажется, ты справишься.
Моя следачка посмотрела с усмешкой. На понт берет, видно же. Но неожиданно с ней работать оказалось прикольно. Сначала мы все собирались в отдел к Круглову, но в итоге в самый последний момент мне предложили «нормальную» практику.
Сам Денис пожал плечами и лишь ответил, что поработать я успею. Но черт меня дернул решить иначе. Хотя я понимал, почему. Учиться надо у лучших, и волей судьбы я попал к очень интересной женщине. У нее был огромный опыт. Она сперва работала в УВД, теперь ее и, соответственно, меня перевели в райотдел. Ее на должность замчальника следствия. Я с ней пошел, даром, что к дому ближе стало.
– Если надо, то справлюсь, – пожал плечами.
Она регулярно пыталась залезть на меня с дополнительными заданиями. Прощупывала словно, какой я. Рохля, дурак или стою чего-то. Мы были вместе уже два месяца. Звучало как история отношений. И они у нас и правда имелись, такой рабочей связки даже на третьем курсе не было. Даже Ника по моим рассказам сказала, что крутая тетка.
– Ну давай. А пока сходи-ка в третий кабинет, там сейчас принесут…
– Николаевна, Асимов едет! Давай своего подопытного, вот ему полторы тысячи. Быстро! Коньяк хороший, конфеты и те эклеры из хлебокомбинатовского ларька! А еще всем скажи!
Начальница следствия влетела в кабинет с именем прокурора на устах. Она тут была дай боже. Я в таком цветнике ни разу еще не работал. Семен рассказывал, что у них там тоже весело, может у него так же? Хотя его слушать…
– Не пойду я в магазин…
– Макарушка, дорогой. Не пойдешь, ты прав. Побежишь. От твоего вкуса на крепкие спиртные сейчас зависит судьба всего отдела. Я тебе потом все объясню.
– Николаевна, с гонором он у тебя!
– Зато не дурак, мы ему простим его юность и неопытность. В конце концов, он учиться пришел сюда, так пусть знает, что следствие – это не только хорошо выполненная работа, но и налаженные связи.
Я уже одевался, по тону моего руководителя все было понятно. Значит, надо идти, чтобы связи налаживать? Ну окей. Пусть будет.
Оставил этих хихикающих кумушек в кабинете. И как они срабатываются? Для меня стало откровением, что в большинстве своем в следствие работают женщины. И с каждым годом их процент растет. Они более гибкие, более усидчивые, да и обе начальницы фору дадут любому мужику. Причем они замужем. У Николаевны дочка, она живет в МВДшной общаге, а у второй, рыжей, аж трое детей.
При этом на работе они сутки напролет. МВД на земле – это иногда двадцать четыре на семь и совсем не про выходные. Всем плевать на твое личное время, а отдел здесь самый большой в городе. В производстве на одного человека по двадцать-тридцать дел. Короче, я стал задумываться, что мне срочно надо искать себе место, где работалось бы лучше. А то после выпуска стану или следаком, или участковым, и забуду как сын выглядит.
Тут Николаевна особо не жестила. Уходил я вовремя, на сутки она меня не ставила, сразу сказала, что не видит смысла. Так что в целом практика проходила очень даже легко. Начальница следствия не возражала, смотрела на меня как на бесплатное дополнение ко всему этому цирку. А следствие и правда было цирком.
Я спустился вниз, открыл ключом решетку. Внизу мужики стояли и переговаривались. Краем уха услышал, о чем они спорили:
– Да все равно тебе придется самому покупать все, Саш. Я в том году тоже в командировку ездил. К мужикам подошел и мне список выкатили. Зато денег заработаешь.
– Ага, жене это моей скажи. И ведь не откажешься же. Нафиг мне сдалась эта командировка сейчас?
Точно. Сразу же в голове всплыл разговор с Литвиным. Прошло больше двух недель, а он так и не поговорил с Машей. Было непривычно, следить за ними в таком ключе. Он не просил совета, не сомневался в том, что выбрал правильное решение, но говорить своей жене о нем не спешил.
А вдруг я окажусь в такой же ситуации?
Вроде бы в командировках нет ничего такого. От двух месяцев до полугода, в безопасных районах исключительно для охраны общественного порядка. Сейчас не девяностые, машины не подрывают, людей не крадут, да и район району рознь. Вроде Литвину достался один из самых тихих. Да и ментов посылают вместе с представителями спецслужб. Все выглядит максимально безопасно, только я не мог не признать, что все равно это пованивало. Иначе бы на эти командировки очереди стояла, да и не платили бы так.