Правила черной некромантии

Я укоризненно зацокал языком. Раньше надо было беспокоиться о присутствии незнакомых молодых мужчин в доме, милый Биридий. Как говорится, поздно молиться Светлым Богам, когда продал душу Темному.

– Вы мне не доверяете? – голосом, исполненным печали, спросил я. – Ай-яй-яй. Как же тогда вы собираетесь покупать у меня призраков? Мало ли что я им прикажу совершить с вами. Но даже не это главное.

Тут я с заговорщицким видом перегнулся через стол, поманил купца пальцем и прошептал ему на ухо:

– Я ведь могу помочь вам в поисках того негодяя, который обесчестил вашу дочь. Подумайте сами, если найти его быстро и заставить сыграть свадьбу, то репутация Стеши окажется незапятнанной. Сами говорили, что дети часто рождаются раньше срока. А вы, я вижу, мужчина серьезный и обстоятельный. Даже если самозванец окажется бедным, сумеете наставить его на путь истинный.

– Да зачем мне его деньги? – простодушно удивился купец. – У меня самого их куры не клюют. Лишь бы не опозорить свои седины на склоне лет. Знаю я соседских завистников – каждый день придется ворота от дегтя отмывать. И кто ведает, когда им забава эта надоест.

– Ну вот. – Я меланхолично отхлебнул из почти остывшей кружки. Скривился от сильной горечи крепкого напитка и сплюнул вязкую слюну на пол. – Сами подумайте. Я ведь некромант. Отыскать самозванца мне не составит особого труда. Даже если мои призраки вам по каким-то причинам не угодят, хоть этим сослужу добрую службу.

Биридий задумался. Яростно зачесал подбородок, потом нехотя кивнул и протянул руку, предлагая заключить сделку.

– Но вы должны понимать, что мои услуги будут стоить определенных денег, – поспешил продолжить я. – Как за продажу призраков, так и за поиск негодяя, обидевшего вашу дочь.

– Сколько? – коротко обронил Биридий.

Я замешкался с ответом, пытаясь прикинуть, какую назвать сумму, чтобы, с одной стороны, хоть немного поправить свое плачевное денежное состояние, а с другой – не отпугнуть купца. Биридий не торопил меня. Лишь изучал с каким-то нехорошим вниманием, словно готовясь вцепиться мне в глотку, если я совсем уж обнаглею и затребую слишком много.

– Двести золотых? – робко предположил я, наконец-то нарушив затянувшуюся паузу. Глаза Биридия опасно блеснули, и я поспешил продолжить: – Это за призрака, если он приживется у вас. А за поиск самозванца… Мм… Пятьдесят?

– Заранее все не отдам, – предупредил купец, откинувшись на спинку стула и сложив на животе руки. – Даже не проси. Хватит с меня уже мошенников.

– Двадцать золотых авансом прямо сейчас, тридцать – как приволоку мерзавца к ногам вашей дочери, – уперся я. – За призрака, так и быть, рассчитаемся по итогу.

Биридий некоторое время изучал мою переносицу, от чего у меня заломило в висках. Затем откинул голову назад и громко расхохотался.

– Не умеете вы торговаться, – пробасил он в перерывах между раскатами заливистого смеха. – Я бы легко двойную цену отдал. Так даже неинтересно дела вести. Поди поэтому у вас не замок, а название одно.

Я немедленно оскорбился. Нахмурился и обвел взглядом стены гостиной. Почему это, интересно, у меня не замок? Ну да, крыша течет немного, щели проконопатить надо, мебель поменять. И такому жилищу любой наследник короля позавидует.

– Пятьдесят отдам прямо сейчас. – Биридий встал и дружески хлопнул меня по плечу, отчего я едва не слетел с кресла. – Как-никак перед невестой тебя оклеветал. Ежели до исхода недели найдешь самозванца – еще столько же дам. А с призраком, действительно, по исходу дела решим. Идет?

И купец отстегнул с пояса увесистый кошель, тихонько позвякивающий при малейшем движении.

– Конечно же! – вскричал я, даже не мечтая о подобной удаче. Откуда-то сверху раздалось осторожное покашливание Тонниса, недовольного моим поведением, и я, опомнившись, продолжил уже тише: – Когда выезжаем?

– Да без разницы. – Биридий равнодушно пожал плечами. – От тебя зависит.

– Тогда сейчас же. – Я поспешно ссыпал со стола золото в карман и метнулся к двери. – Только вещи соберу!

Биридий снисходительно ухмыльнулся и вернулся к недоеденному омлету, который Тоннис подал еще в начале разговора.

По закону подлости, едва я побросал в сумку вещи и собирался незаметно улизнуть из дома, пользуясь тем, что Таша и ее неугомонный братец еще не встали, как в дверь негромко постучали.

Я вполголоса выругался. Из живых в моем замке присутствует только эта парочка. Призраки обычно материализуются прямо посреди комнаты, не очень озадачивая себя вопросами приличия.

– Кто там? – спросил я, уже догадываясь, каким будет ответ.

– Это я, – раздался тоненький дрожащий голосок Таши. – Можно войти?

Я посмотрел на собранную сумку. Тоскливо покосился в окно, всерьез собираясь вылезти из него и задать драпака, лишь бы избежать неприятного объяснения. Однако нашел в себе мужество отогнать трусливые мысли и встретиться с Ташей лицом к лицу.

– Входи, – разрешил я. Зачем-то взял в руки боевой посох и откашлялся, стремясь принять как можно более независимый вид.

Таша робко проскользнула в комнату. Я невольно залюбовался ею. Синие глаза ярко выделялись на бледном личике, темные длинные волосы, как обычно, были убраны в аккуратную косу, а простенькое ситцевое платье ладно сидело на стройной фигурке девушки.

Таша первым делом взглянула на сумку, затем растерянно посмотрела на меня.

– Ты уезжаешь? – глухо спросила она, нервно разглаживая несуществующие складки на подоле.

Скрывать очевидное было глупо, поэтому я ограничился простым кивком.

– Это из-за меня? – В голосе девушки послышались слезы, от чего я досадливо поморщился. Вот только истерик мне сейчас для полного счастья не хватало!

Впрочем, девушка сразу же опомнилась, кашлянула и продолжила более твердо:

– Вулдиж, это из-за того представления, что устроили вчера мой брат и твоя матушка? Слушай, я… Я хочу извиниться за Дирона. Я не хотела, чтобы он на тебя так давил.

– Все в порядке, – негромко произнес я. – Нет ничего странного или постыдного в том, что Дирон так переживает за свою сестру.

– Ты не понимаешь! – с затаенной яростью перебила меня Таша, и я удивленно вскинул брови. Девушка скривилась, словно от сильнейшей боли. – Я… Я вообще не желаю выходить за тебя замуж!

Не скрою, сердце неприятно сжалось после этих жестоких слов. Очень интересно! Как это – она не желает становиться моей супругой? Неужели все мои опасения оказались ненапрасными, и Таша уже нашла себе более подходящего жениха? Обидно. Но, с другой стороны – я это уже давно подозревал. Кому нужен некромант, у которого полно проблем с инквизицией из-за темного прошлого и нет ни гроша за душой?

– Не желаешь? – зачем-то переспросил я. – Почему? Хотя… Нет, не говори. Все в порядке. Ты не должна оправдываться, что не испытываешь ко мне никаких чувств.

– Какой же ты идиот, Вулдиж, – тихо протянула Таша. – Городишь всякую чушь. Все, что я хочу, – чтобы ты был счастлив. К чему мне такое замужество, если ты не любишь меня? Разве я смогу спокойно жить, осознавая, что тебя вынудили на мне жениться, а на самом деле твое сердце принадлежит не мне? Вулдиж, я… Я люблю тебя. И только поэтому не желаю ни тебе, ни мне такой судьбы.

Таша порывисто вздохнула и опустила голову. Слепо зашарила рукой в кармане, выискивая носовой платок.

Я стоял как оглушенный. Слова Таши бальзамом пролились на мое сердце, истерзанное подозрениями и беспочвенными опасениями.

– Поэтому это даже к лучшему, что ты уезжаешь, – пробормотала Таша, упорно разглядывая что-то на полу. – Во время твоего отсутствия я сумею убедить Дирона, что не нуждаюсь в женихе, которому навязана силой. Когда ты вернешься, нас уже не будет в твоем замке. Обещаю!

– Еще чего! – возмутился я и шагнул к Таше. Обнял ее за плечи, ласково взял за подбородок и заставил взглянуть мне в глаза. Девушка шмыгнула носом, стараясь остановить слезы, но все же не выдержала и тихонько заплакала.

– Дождись меня, – попросил я, чувствуя себя последним негодяем. – Пожалуйста, дождись. Я уеду всего на неделю, надо разобраться с этим самозванцем, присвоившим мое имя. А когда вернусь – мы обязательно поговорим по поводу нашей предстоящей свадьбы.

– Свадьбы? – переспросила Таша, подумав, верно, что ослышалась.

– Конечно. – Я позволил себе слабую улыбку. – Неужели ты думаешь, что после всего этого я отпущу тебя? Мне еще ни разу не признавались в любви такие очаровательные девушки. Тем более первыми.

– Мне тоже еще ни разу не признавались в любви, – с намеком протянула Таша, даже покраснев от смущения.

– Я полагаю, это скоро изменится, – ответил я и легонько поцеловал ее в лоб.

Сам не понимаю, как получилось, что мои губы затем скользнули ниже. Некоторое время в комнате было тихо. Но внезапно затянувшуюся паузу прервало чье-то сухое покашливание. Мы с Ташей отпрянули друг от друга с такой поспешностью, будто колдуны, застуканные святой инквизицией на сеансе черной магии.

– Извините, что без стука, – произнес Биридий, с нескрываемым любопытством разглядывая Ташу. – Но я уже полностью готов к дороге. Если мы хотим добраться до обеда, то лучше выехать прямо сейчас.

– Конечно, – пробормотал я, почувствовав, что в мгновение ока начал относиться к купцу куда хуже, чем до этого. – Пойдемте.

Однако Биридий не двинулся с места, продолжая глядеть на меня с такой наглой многозначительностью, что мне нестерпимо захотелось врезать ему по зубам.

– Ну что еще? – раздраженно осведомился я, подхватывая в одну руку сумку, а в другую – боевой посох.

– Вы забыли своего призрака, – сухо напомнил купец.

– Ах да. – Я с показным воодушевлением хлопнул себя по лбу. – Тоннис!

Тотчас же воздух посередине комнаты засеребрился. Вот ведь шельмец! Наверняка подглядывал и подслушивал за мной с Ташей. Впрочем, с этим я разберусь позже.

– Хозяин? – Тоннис окончательно материализовался и согнулся в глубоком поклоне. – Вы звали?

– Едешь со мной, – распорядился я и повернул к двери. Чем призраки хороши, так это тем, что им не надо собирать вещи.

Уже стоя на пороге комнаты, я обернулся, чтобы в последний раз посмотреть на Ташу. Она улыбнулась мне и шаловливо послала воздушный поцелуй. Я совсем было собрался улыбнуться ей в ответ, но мой взгляд случайно упал на зеркало. Плотная ткань, которой я лично занавесил опасный предмет обстановки, слабо шевелилась, словно от ветра. Вот только я не чувствовал ни малейшего сквозняка. Кажется, по моем возвращении меня ожидает множество проблем.

Но я даже не подозревал тогда, что неприятности начнутся намного раньше.

Во дворе нас уже встречал невысокий угрюмый тип, который иногда исполнял для меня обязанности кучера. Мрачно поздоровавшись, он отошел в сторону, предлагая нам познакомиться с повозкой, приготовленной предусмотрительным Тоннисом. Как я и предполагал, Биридий наотрез отказался садиться в эту колымагу.

– Что это? – с некоторой опаской полюбопытствовал он, когда я показал ему, на чем нам следует проделать неблизкий путь.

– Карета, – дал я самый очевидный ответ. – Или вы собираетесь прогуляться пешком?

– Это карета? – с брезгливым интересом переспросил он, от возмущения аж забулькав.

Я с некоторым сомнением почесал подбородок. Ну да, каретой это можно назвать с большой натяжкой. Честнее именовать ее крытой телегой, более-менее чистой, но без особых удобств. Не понимаю, что так возмутило купца? Таша не так давно на этой карете каталась и никаких претензий не высказывала. Или Биридий более изнежен, чем шестнадцатилетняя девушка?

– Да, это карета, – с нажимом подтвердил я. – Ничего лучшего предложить, к величайшему сожалению, не в силах. Впрочем, мы всегда можем сходить в деревню – это около мили отсюда – и нанять на постоялом дворе другую повозку. Однако не думаю, что она будет намного лучше этой.

Биридий насупился, отчего его одутловатое лицо с обвислыми щеками на неуловимый миг приобрело сходство с печальным хомяком. А я нахмурился от внезапно пришедшей на ум мысли.

– А как вы добрались до моего замка? – поспешил я ее озвучить. – От деревни-то еще ладно, но от вашего дома? Или бежали всю дорогу, пылая от негодования?

Биридий побагровел от сарказма, скользнувшего в моем голосе. Потом пожал плечами и пробасил:

– Меня ждет в деревне собственная карета.

– Что же нам мешает воспользоваться ею? – спросил я, изумленно вскинув брови.

– Как сказать… – Биридий замялся, по какой-то непонятной причине не желая обосновывать свой странный поступок. Потупился и скороговоркой выпалил: – Понимаете ли, вы некромант. Я бы не желал, чтобы в деревне знали о моем визите к вам домой. Мне только проблем с инквизицией не хватает для полного счастья. Сами понимаете, пойдут слухи, домыслы о том, какие дела могут связывать меня с некромантом. Поэтому я оставил кучера с повозкой на постоялом дворе и решил прогуляться. Слуги бывают так болтливы, а я, боюсь, слишком грузен и неуклюж, чтобы даже милю преодолеть верхом. Прогулки же пешком, говорят, полезны для здоровья. За кучером я пошлю слугу, когда мы вернемся домой. Поди, тот даже волноваться не станет, все это время проведя в теплой компании с бутылкой вина. Благо денег я ему оставил более чем достаточно.

Я кисло поморщился, услышав столь прозаическое объяснение. Мог бы догадаться и самостоятельно. Однако странно, что при всей этой нелюбви к некромантам Биридий пустил самозванца в дом, более того, спокойно отнесся к возможности породниться со мной. Или тщеславное желание выдать дочь замуж за барона заставило забыть о сплетнях?

Впрочем, на этом я решил прекратить своеобразный допрос купца. Мало ли, вдруг он держит свою челядь в такой строгости, что она и помыслить не смеет о походах в деревню и перемывании косточек своему хозяину? Это уже сущие мелочи.

– В таком случае у вас нет особого выбора, – проговорил я. – Или мы едем на этой колымаге, или же идем за вашей каретой в деревню.

Биридий задумчиво пожевал губами, затем обреченно вздохнул.

– Надеюсь, она не развалится под моим весом, – невесело пошутил он, первым забираясь в скрипучую повозку.

Я тоже на это надеялся, но промолчал. Залез вслед за Биридием и приткнулся в самом уголке повозки. Купец с его тучной комплекцией занял сразу все свободное пространство кареты, поэтому пришлось сесть на самый краешек лавки, в любой момент рискуя свалиться с нее. Да, с Ташей путешествовать было определенно приятнее. Благо что для Тонниса не требуется места.

– А где ваш призрак? – Биридий с любопытством заозирался, словно прочитав мои мысли. – Или вы вновь забыли про него?

– Я здесь, – раздалось откуда-то слева.

Купец вздрогнул всем телом и испуганно отпрянул.

– Аккуратнее! – прошипел я, от резкого движения мужчины едва не свалившись на пол. – Никуда Тоннис не делся. Просто витает где-то рядом в дематериализованном виде.

В этот момент повозка издала душераздирающий скрип, задрожала, будто раненое животное, и наконец-то тронулась.

– Веселое нам предстоит путешествие, – проворчал Биридий, устраиваясь поудобнее. – Тесно, жестко, да еще и призрак где-то рядом ошивается.

Я флегматично пожал плечами. Говорят, трудности закаляют характер. Вот и проверим, так ли это на самом деле.

Поскольку нам предстояло трястись в повозке несколько часов, я решил выяснить хоть что-нибудь про самозванца, явившегося в дом купца. Все равно делать нечего, не молчать же всю дорогу.

– Быть может, вы расскажете немного о том мерзавце, который обесчестил вашу дочь? – осторожно начал я. – Зачем он пришел в ваш дом? Неужели только для того, чтобы соблазнить ее?

– А для чего еще? – мрачно буркнул Биридий и страдальчески охнул, когда карета подскочила на очередном особенно высоком ухабе.

– Не верится что-то. – Я скептически хмыкнул. – К чему такие сложности для обычной интрижки? Я понимаю, если бы он хотел стать мужем вашей дочери. Тогда риск был бы оправдан. Но он сбежал, когда его цель оказалась достигнута. Почему?

– Может быть, он извращенец какой-нибудь? – предположил Биридий. – Ну, или развлекается подобным образом. Кто-то на драконов охотится, кто-то на кладбище старые могилы разрывает, не в обиду будет сказано. А кто-то по добропорядочным домам ходит и невинных девиц из хороших семей портит. Все повод побахвалиться перед дружками в кабаке.

Я покачал головой. Нет, не сходится. Слишком сложно. Почему-то у меня такое чувство, что самозванца интересовала в доме Биридия не только красавица-дочь, но и нечто иное. И еще я все отчетливее понимал, что мне чего-то недоговаривают.

– У вас из дома ничего не пропало? – напрямик спросил я, отбросив всяческие условности. – Золото, драгоценности, старинные книги?

– Книги? – Биридий заметно оживился при последнем слове. Подозрительно глянул на меня и зло поинтересовался: – А почему вы задаете подобные вопросы?

Я опустил голову, пряча от купца довольный блеск глаз. Ага, кажется, мои предположения оказались верны. Неужели помимо чести Стеши из дома купца было украдено что-то еще?

– Это первое, о чем надлежит подумать в подобной ситуации, – честно ответил я. – Если в дом обманом проникает некий человек, то в подавляющем большинстве случаев следует заподозрить кражу. Так как? Пропало что-нибудь?

Биридий молчал. Лишь барабанил толстыми короткими пальцами по колену, обдумывая мои слова.

– Поймите, я хочу помочь вам, – вкрадчиво начал я, вплетая в голос немного магии убеждения, совсем капельку, на грани восприятия. – Негодяй, обидевший вас, чернит мою репутацию и мое доброе имя.

– Ах, оставьте, – поморщившись, перебил меня Биридий. – Какое доброе имя у некроманта?

Я удивленно хмыкнул, ни капли не обидевшись на столь хамское замечание. Забавно. Чем дальше мы отъезжаем от моего замка, тем сильнее меняется характер Биридия. И куда только делся тот добродушный пожилой толстяк, который вчера рассыпался передо мной в извинениях?

– И все же, – с нажимом продолжил я. – В силу специфики… хм… профессии моей скромной персоне и так чрезмерно много внимания уделяет инквизиция. И мне совершенно не надо, чтобы происшествие с вашей дочерью стало достоянием общественности. Чем меньше скандалов вокруг моего имени – тем спокойнее жить и тем благодушнее ко мне настроены святые отцы. Я понятно излагаю? Поэтому поимка этого самозванца есть в некотором смысле дело чести для меня. Я думал, мы уже обсудили эти детали. Более того, вы щедро заплатили мне за предполагаемую помощь. Почему же теперь столь упорствуете и не желаете честно отвечать на мои вопросы?

– А вы инквизиции не расскажете? – неожиданно спросил Биридий, опасливо понизив голос.

Я позволил себе слабую усмешку. Вот оно как. Значит, мои предположения верны. Не только Стеша пострадала от действий новоявленного некроманта.

– У меня со святыми отцами не настолько хорошие отношения, чтобы беседовать с ними по душам, – отозвался я. – Поэтому не беспокойтесь. Ваша тайна останется между нами. Итак. Что пропало из дома?

Биридий смущенно заерзал на лавке, вновь едва не спихнув меня на пол. Засопел, о чем-то напряженно размышляя. Я терпеливо ждал, не торопя его.

– Ладно, – наконец, сдался он. – Только не уверен, что это имеет какое-нибудь значение. Правда, надо начать несколько издалека, чтобы были понятны истоки этой истории. Видите ли, я никогда не был особо охоч до чтения. Лишь время терять да зрение портить, как любил говаривать мой отец. И его можно понять. Он был родом из простой деревенской семьи. Звали его Пакий. Всего в жизни он добился благодаря невероятному везению и деловой хватке. В итоге женился на девушке из весьма знатного и древнего рода, хотя сам из всех наук только процент с прибыли научился считать. Нетрудно понять его отношение к учебе. Но мать была с ним категорически не согласна и настояла на том, чтобы мне дали неплохое образование. Хотя, если честно, умения считать и корябать свою подпись на торговых бумагах мне бы с головой хватило. Отец очень любил мать, слушался ее беспрекословно. Поэтому пошел навстречу и в этом, как он считал, капризе. Ох, до сих пор зад болит, как вспомню, с каким трудом мне наука давалась. Но речь не об этом. Моя мать – леди Циция – очень любила читать. Отец много разъезжал по стране, даже за морем бывал в древнем Хургисе. И отовсюду вез ей книги. У нас дома скопилась весьма обширная библиотека. После смерти родителей рука не поднялась выбросить весь этот пыльный хлам из комнаты, хотя Латия хотела устроить там детскую.

– Продать книги не пытались? – полюбопытствовал я. – Они же наверняка стоят кучу денег.

– Пытался, – мрачно ответил Биридий. – После чего едва ноги унес из столицы. Оказалось, что маленькая потрепанная книжка, за которую я не рассчитывал выручить больше серебряного, написана на каком-то странном и непонятном языке. Торговец решил, что я пытаюсь вручить ему трактат по черной магии, поднял шум, на который явились стражники. Благо те оказались уж дюже жадными до чужих денег. Откупился всем золотом и товаром, а мне на сдачу фингал под глазом оставили. Приехал домой злющий, кинулся в библиотеку – а там почти все книги этим языком написаны. Сам не понимаю, откуда их отец в таком количестве выискал. Как я говорил, выкинуть или сжечь их у меня рука не поднялась. В итоге оставил плесневеть в отдельной комнате.

– А как умерли ваши родители? – спросил я. – От несчастного случая или от болезни?

– Да как сказать. – Биридий криво усмехнулся. – Отец погиб при кораблекрушении, не вернувшись из очередной поездки. Мать пять лет его прождала. Никак поверить не могла, что больше его не увидит. А потом… Однажды утром она просто не проснулась. Хорошо, что к тому моменту я как раз справил двадцатилетие и сумел сохранить и приумножить богатство семьи. Вот только про заморские страны пришлось забыть. Перед смертью мать взяла с меня обещание, что я никогда в жизни не ступлю на борт корабля.

– Занятная история, – произнес я. – Но давайте вернемся к нашему делу. После бегства самозванца из вашего дома пропала какая-то книга?

– Я не уверен, – смущенно сказал Биридий. – Говорю же, никогда не увлекался чтением, поэтому не знаю, сколько именно книг хранилось у меня дома. Но… Кто-то в библиотеке явно побывал. Вы бы видели, какой бедлам там творился! Мебель перевернута, канделябры опрокинуты, все бумаги на полу валяются. На первый взгляд ничего не пропало, однако поручиться за это не могу. В этой комнате давно уже не убирались должным образом.

– Вот как? – переспросил я, удивившись подобной беспечности слуг у столь строгого хозяина. – Почему же?

Биридий замялся, подыскивая нужные слова. Затем пожал плечами и честно признался:

– Знаете ли, мои слуги… Хм, как бы правильнее выразиться… Им не очень нравится эта комната. Болтают про нее всякую чушь. Мол, что слышат какие-то голоса, холодом откуда-то веет. В итоге я пригрозил, что рассчитаю любого, если услышу еще раз подобные бредни. Разговоры вроде бы закончились, но слуги лучше работать не стали. Так, заскочат раз в пару недель, быстренько смахнут пыль, подметут – и вон.

Услышанное мне весьма не понравилось. Похоже, дельце будет не столь простым, как мне сперва показалось. Книги на непонятном языке, странные явления, взломанная библиотека. Одно радует – ни о каких загадочных убийствах речи не идет. Возможно, дух покойной матушки Биридия шалит, и после смерти не пожелавший расстаться с любовью к чтению.

– Сколько человек постоянно проживает в доме? – задал я следующий вопрос. Все равно ехать нам долго, потрачу это время на выяснение обстановки в доме.

– Я, Стеша, моя младшая сестра Зильга со своим дурнем-мужем Дарием, – принялся перечислять Биридий, послушно загибая пальцы. – Хельга и Дан – супружеская пара, присматривающая за домом. Есть еще несколько молодых служанок, но они живут в деревне. Мы нанимаем их в помощь Хельге, когда намечается крупный прием. Кто же еще? Ах да, Чария – моя бабушка по материнской линии.

– Бабушка? – переспросил я, решив, что ослышался. – Сколько же ей лет? Вы и сами-то не очень молоды, а уж ей…

– По правде говоря, не могу ответить. – Биридий с виноватым видом кашлянул. – Сам сбился со счета. А у нее спрашивать бесполезно. Старушка давно уже впала в детство и считает, что она ровесница Стеше. Благо, что на здоровье не жалуется. Деревенский знахарь полагает, что она еще не меньше пяти лет точно протянет.

Я присвистнул про себя. Ну и ну, вот это бабушка! Наверное, еще короля-братоубийцу Шердия помнит, которого в итоге вздернули на Дворцовой площади столицы.

Я хотел еще побеседовать с Биридием, узнать, какие отношения между его родственниками, почему он так поздно женился, раз в столь почтенном возрасте имеет молодую дочь, в общем – убить время в долгой поездке. Но купец откинулся на спинку лавки, закрыл глаза и тихонько засопел, притворяясь, будто задремал. Понятно. По всей видимости, больше со мной не желают общаться. Утомил я несчастного своим допросом. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.