Правила черной некромантии

Зильга опустилась на стул около меня, печально сгорбилась и закрыла лицо руками.

– Хватит, – просяще протянула она, и ее плечи затряслись от с трудом сдерживаемых рыданий. – Биридий, хватит. За что ты меня позоришь?

Купец, довольный произведенным эффектом, уткнулся в тарелку с жарким. Какое-то время в обеденном зале было тихо, лишь раздавалось приглушенное звяканье вилок и ножей.

Меня так и подмывало расспросить Зильгу про странные галлюцинации ее мужа. Я очень хорошо знал, что это значит, когда вместо собственного отражения в зеркале ты видишь демона. Но женщина выглядела настолько потерянной и жалкой, что я поостерегся начинать расспросы. Наверняка она сочтет, что жестокая забава, начатая ее братом, продолжается. Нет, пусть немного успокоится. А потом я побеседую с ней наедине. И по поводу Дария, и по поводу ее способностей к магии.

– Между прочим, я тоже видела в зеркале призрака, – неожиданно подала голос Зильга, без аппетита ковыряясь вилкой в своей тарелке. – Брат, ты присутствовал при этом. Почему тогда смеешься над Дарием?

– Глупости все это! – резко отрезал Биридий, украдкой на меня покосившись. – Что-то не припомню, чтобы на меня из зеркала чужая рожа глазела. Ты тогда заорала, как резаная. А я лишь тень уловил. Наверняка занавеска от сквозняка качнулась. Бабы, что с вас взять? Всякую чушь собираете.

– И когда это началось? – негромко полюбопытствовал я, обращаясь прежде всего к Зильге. – Давно ваш муж начал видеть призраков?

– Он всегда был любителем выпить, – извиняющимся тоном проговорила Зильга. – А в последнее время совсем меру знать перестал. Я и просила, и умоляла, и угрожала. Я первый раз увидела призрака два месяца назад. Чуть Светлым Богам душу не отдала. Хотела косу поправить – глядь, а на меня из зеркала чудище смотрит. Дарий именно тогда к бутылке стал крепко прикладываться. До этого он никогда на карачках домой не приползал.

– Это вы умом повредились, – немного заплетающимся языком оборвал ее Биридий, наливая себе пятый по счету бокал вина. – Лично я – самый нормальный. Никогда и никаких призраков не видел. Хоть сейчас к проклятому зеркалу схожу и рожу ему сострою.

– Не надо! – воскликнула Зильга, явно впечатленная угрозой купца.

Тот довольно заулыбался, польщенный заботой о себе, и вновь уткнулся носом в тарелку, придирчиво выбирая самые вкусные кусочки.

– Проклятое зеркало? – Я внимательно переводил взгляд с упорно молчавшей Стеши на Зильгу и обратно. – Что это?

– Да глупости сплошные! – Зильга так порывисто всплеснула руками, что чуть не опрокинула свой фужер. – Вы нас не слушайте, пожалуйста. Мы болтаем, что на ум взбредет. Только инквизиции тут не хватало.

– Проклятое зеркало – это не чушь, – без спроса влез Биридий, пьяно глядя на меня поверх бокала. – Оно стоит у меня в библиотеке. Говорят, если в полночь зажечь около него свечи и трижды призвать Темного Бога, то он и придет. Вырвет у тебя сердце из груди и сожрет его сырым, еще бьющимся. Страшно?

– А если взглянуть в него днем? – полюбопытствовал я, осторожно пригубив терпкое вино. – Вы вроде бы говорили, что ваши слуги не любят библиотеку. Мерещится всякое. Быть может, это из-за зеркала?

– Без понятия. – Биридий икнул и уронил кусок мяса с вилки себе на штаны, но, по-моему, даже не заметил этого. – У нас в семье таких смельчаков нет. Правда, самозванец весьма интересовался им. Даже денег предлагал, чтобы выкупить.

Стеша смущенно зарделась при упоминании о своем нечестном возлюбленном. Улыбнулась каким-то своим мыслям и кокетливо стрельнула в меня глазками.

– Вы отказали ему с продажей? – спросил я. – Почему?

– Да полноте. – Биридий негромко рассмеялся. – С чего мне ему отказывать? Сказал: заберешь из библиотеки сам, и оно твое. Дан наотрез отказался помогать вытащить зеркало. И его можно понять. Дарий, как обычно, пьяный сопел у себя в комнате, поэтому тоже с ним не пошел. Самозванец тыркнулся в библиотеку. Уж не знаю, что он там делал, но вышел без зеркала и бледный, словно упырь. По-моему, ноги он сделал сразу после этого, едва ночь настала. Верно, Стеша?

Девушка устало вздохнула и кивнула, подтверждая слова отца.

– Занятно, – протянул я, ни к кому, в сущности, не обращаясь.

– Если желаете, сами полюбуйтесь на проклятое зеркало, – любезно предложил Биридий и неожиданно совершенно трезво на меня взглянул. – Вы ведь в отличие от шельмеца настоящий некромант. Или боитесь?

– Не стоит, – мягко попросила Зильга, чуть слышно испуганно ахнув. – Братец, ну что ты опять начинаешь? Пусть зеркало пылится в библиотеке. Кому оно сдалось?

– Вот ключи. – Биридий, словно не услышав слов сестры, бросил на стол перед собой увесистую связку. – Ну? Или не рискнете, отговорившись неотложными делами?

Почему-то у меня было такое чувство, что Биридий вел к подобному итогу разговора с самого начала. Интересно, почему он так привязался к этому зеркалу? Будто сам боится до ужаса того, что можно в нем увидеть, но высмеивает страхи остальных, не желая быть обвиненным в трусости.

– Вы составите мне компанию? – спросил я, подхватывая связку.

– Ну уж нет. – Биридий нервно хихикнул. – До дверей провожу – а дальше сам. Впрочем, если опасаетесь чего-либо – не стоит. Потомственные некроманты не обязаны быть рыцарями без страха и упрека.

Я растянул губы в вежливой улыбке и обвел взглядом присутствующих дам. Зильга и Стеша сидели бледные, уставившись перед собой и опасаясь поднять на меня глаза. Забавно, очень забавно. Они ведь в самом деле чем-то напуганы, причем напуганы сильно. Неужели только зеркалом? Даже если в нем отражается потусторонний мир, то что из этого? Стоит просто запереть библиотеку, и все будет в порядке. Но нет, тут что-то другое. Почему Биридий так настойчиво отправляет меня к проклятому зеркалу? Эх, была не была. Все равно, пока не схожу – не пойму, что скрывается за этими опасливыми взглядами и туманными намеками.

– Скоро вернусь, – пообещал я, вставая из-за стола.

– Барон! – испуганно воскликнула Зильга, приподнимаясь следом. – Что вы задумали?

– Навещу ваше знаменитое зеркало. – Я пожал плечами, будто удивленный ее недогадливостью. – Вы меня так заинтриговали, что спать теперь не буду, пока его не увижу.

– Барон! – Зильга схватила меня за рукав, останавливая. – Не надо, право слово. Не слушайте моего брата! Он болтает всякую чушь, потому как выпил. Уж если идти в библиотеку, так утром. Ночью там делать нечего, поверьте мне.

– И все-таки я попробую. – Я мягко отцепил дрожащие пальцы женщины от своей рубашки. Улыбнулся ей, пытаясь успокоить. – Не волнуйтесь, со мной все будет в порядке. В конце концов, мне не привыкать общаться с призраками.

– Валяйте, – развязным тоном поторопил меня Биридий, нервно отстукивая какой-то ритм по столешнице. – Если поторопитесь, то как раз успеете вернуться к десерту.

– Брат! – Зильга порывисто повернулась к нему. Ее темные глаза вспыхнули гневным огнем. – Ты хоть понимаешь, куда его посылаешь?

– Прекрасно понимаю, – отозвался купец. – Может быть, хоть его поступок убедит вас, что в библиотеке не скрываются страшные и кровожадные чудовища. А то уже плешь проели своими бреднями. Что ты, что Хельга с ее муженьком, что Дарий с его пьяным бредом.

Я еще раз успокаивающе похлопал Зильгу по руке, вежливо поклонился Стеше, за весь спор ни разу не произнесшей ни слова, и неторопливо двинулся к двери.

– В таком случае я иду с вами. – Женщина догнала меня в несколько шагов и решительно вцепилась мне в локоть. – Рад этому, братец?

На миг мне показалось, что в глазах Биридия мелькнул довольный блеск. Но он поспешно опустил голову, пряча в тени свои истинные эмоции.

– Я не заблужусь, – уверил я Зильгу, недоуменно хмуря брови. – Так что оставайтесь здесь. Вряд ли это займет много времени.

– Ну уж нет. – Зильга криво усмехнулась и с вызовом вздернула подбородок. – Мой брат давно пытался загнать меня в библиотеку. Будем считать, ему это удалось.

Я промолчал, сделав в уме очередную пометку. Что же происходит на самом деле в этом доме, хотелось бы знать? Уж не бросили ли мне жирную наживку в виде самозванца, чтобы заманить сюда? И если так, то какие истинные цели преследует Биридий?

– Поторапливайтесь! – крикнул купец, вальяжно развалившись на стуле. – Разговоры да разговоры. Уже давно бы обернулись туда и обратно.

Зильга побледнела. Лишь темно-карие глаза, почти черные при неверном свете свечей, ярко выделялись на ее красивом лице. Губы плотно сжались в одну тонкую бескровную линию.

– Пойдемте, – шепнула она, крепче перехватывая меня под руку. – Давайте закончим с этим балаганом.

Всю дорогу до второго этажа она не проронила ни слова. Продолжила хранить молчание и около дверей в библиотеку, когда я принялся возиться с замком.

– Быть может, подождете меня здесь? – негромко предложил я, искоса на нее поглядывая и нарочно медля с открыванием. – Биридий все равно об этом не узнает.

– Спасибо за заботу, но не стоит так волноваться за меня. – Зильга нервно хихикнула. – Я давно должна взглянуть в лицо своему страху. Поэтому даже не просите.

– Хорошо, – легко согласился я, несколько удивленный ее странными словами. Вытащил из голенища сапога прутик и крепко сжал его в руках. Повинуясь мысленному приказу, тот на миг окутался белесой дымкой, потеряв свои очертания. Когда же туман рассеялся – в моих руках материализовался длинный резной посох из драгоценнейшего красного дерева. К моему величайшему удивлению, Зильга никак не отреагировала на это проявление магии. Лишь с едва заметной иронией улыбнулась, будто присутствовала не при чуде в некотором роде, а при детской шалости.

Посох был заряжен боевыми заклинаниями до предела. Мои пальцы покалывало от той силы, которая рвалась наружу. Отлично. Кто бы ни скрывался в библиотеке – ему придется ой как несладко. Разорву на мелкие кусочки и даже не замечу.

«Ну да, ну да, – мерзко рассмеялся внутренний голос. – Берегитесь, упыри и вурдалаки! А что, если тебя там встретит верный слуга Темного Бога? Справишься с третьим демоном?»

Я раздраженно мотнул головой, отгоняя ненужные и даже опасные мысли. Если кто-нибудь из домочадцев Биридия продал свою душу, то это было бы тяжело не заметить. Демоны обожают убивать. В семье же купца пока никто не погиб. Исчезновение новоявленного некроманта в расчет не берем – наверняка тот просто сбежал, увидев обычного призрака.

Дверь с душераздирающим скрипом давно не смазываемых маслом петель открылась, повинуясь моему нажиму рук. Да, прав был Биридий – в библиотеку явно очень редко заходят. Посмотрим, что же так пугает слуг.

Свечи я не стал зажигать, ограничившись огоньком на навершии посоха. Яркий мертвенный свет отблеском лег на многочисленные шкафы с книгами, стройными рядами расположившиеся около стен, и отразился в зеркале, которое находилось прямо напротив двери. Я удивленно прищурился при виде уже знакомой замысловатой рамы в виде перекрещивающихся кругов. Можно сказать, это зеркало было братом-близнецом того, которое находилось в моей комнате. Но небольшие отличия все-таки имелись. Несколько деталей оправы были безжалостно вырваны кем-то. Вон по центру рамы сверху чернеет провал, словно предназначенный для драгоценного камня. Значит, в своем кошмаре я видел другое зеркало – то, которое терпеливо дожидалось меня в отведенной для гостей комнате. И не знаешь – то ли радоваться этому обстоятельству, то ли огорчаться.

Зильга испуганно жалась у меня за спиной. Я повернулся к ней, чтобы как-то ободрить женщину, но подавился словами. Зильга стояла на пороге с крепко зажмуренными глазами, словно боясь взглянуть перед собой. Однако. Она действительно до безумия боится того, что может скрываться в этой комнате. Почему тогда пошла со мной? Только чтобы утереть нос брату?

– Почему вы молчите? – жалобным свистящим шепотом неожиданно заговорила Зильга. – Тут есть кто-нибудь?

– Нет, – совершенно честно ответил я, подходя ближе и внимательно разглядывая зеркало. Оно послушно отразило мое бледное от усталости лицо, встрепанные черные волосы и несколько шкафов с книгами позади.

– А зеркало? – заикаясь от страха, спросила женщина. – Оно на месте?

– Ага, – подтвердил я, на всякий случай коснувшись пальцами ажурной рамы. – Висит, как и должно висеть. Вон язык показываю – а никакое чудище из него не лезет.

Женщина фыркнула от смеха, но глаза открывать не стала, хотя сделала крошечный шажочек от порога в комнату. Я же в свою очередь запнулся, поскольку в этот момент Зильга отразилась в зеркале. Точнее – должна была отразиться. Вместо нее я увидел черное клубящееся облако, смутно похожее на человеческую фигуру. Я на всякий случай зажмурился и потряс головой. Затем внимательно посмотрел на Зильгу. Она продолжала стоять рядом с порогом. Перевел взгляд в зеркало – вновь странное нечто на ее месте.

– Занятно, – протянул я.

– Что такое? – заволновалась Зильга. – Вы что-то увидели?

– Нет. – Я с сожалением цокнул. – Скорее – не увидел то, что надо.

Зильга боязливо приоткрыла один глаз. Ей хватило всего одного взгляда в зеркало, после чего она издала приглушенный тонкий визг, схватилась за сердце и медленно осела на пол.

В последний миг я успел подхватить женщину на руки, уберегая от падения. Крякнул от неожиданной тяжести ее тела и быстро выбежал прочь из библиотеки. Пинком распахнул дверь в свою комнату, благо оставил ее незапертой перед ужином, и бережно уложил Зильгу на постель. После чего замер каменным изваянием. И что прикажете делать дальше? Поднять крик и взбаламутить весь дом? Нет, не стоит. Только всеобщей паники мне не хватало. Поднявшаяся суматоха лишь навредит предстоящему расследованию. В этом доме скрывается что-то странное, но вряд ли смертельно опасное. Лучше сохранять спокойствие и самому попытаться разобраться в загадке проклятого зеркала, чем привлекать ненужное внимание инквизиции. Тем более что тайны семейства Биридия, как показал недавний сон, каким-то образом связаны и с моими проблемами.

Я опустился перед неподвижно лежащей женщиной на колени. Взял ее ладонь и больно сдавил хрупкие пальцы. Сердце бьется сильно и спокойно, дыхание в норме. Не сказал бы, что Зильга находится на пороге смерти и ей срочно необходима помощь лекаря. И потом, я сам обладаю небольшими познаниями в целебной магии, так что сумею помочь в крайнем случае. Почему бы не воспользоваться беспомощным состоянием Зильги? Не подумайте дурного, просто хочу задать ей пару вопросов. Вряд ли мне представится в скором времени вторая подобная возможность. Когда человек без сознания, то его легче всего разговорить, не опасаясь возможного сопротивления или обмана. Рискнем?

– Зильга, – глубоким чарующим голосом начал я, другой рукой прикоснувшись ко лбу женщины. – Ты меня слышишь?

Мои пальцы слегка засеребрились, усиливая заклинанием воздействие гипноза.

– Да, – безжизненно отозвалась она, и легкий румянец коснулся ее щек. Хороший знак. Если бы не мое желание провести сейчас допрос, то женщина очнулась бы безо всяких проблем.

– Что ты увидела в зеркале? – спросил я. – Что тебя так напугало?

– Я увидела свою смерть, – бесстрастно ответила она. – Каждый, кто входит в библиотеку, видит свою смерть. Это пугает.

Я нахмурился. Очень интересно, почему я ничего не увидел, кроме своего отражения?

– Кроме тебя еще кто-нибудь видел в зеркале нечто странное? – Я провел пальцем по лбу Зильги, стирая испарину.

– Мы все видели. – Зильга устало вздохнула. – Поэтому Дарий пьет. Поэтому Хельга и Дан убираются в библиотеке на ощупь, страшась лишний раз оглядеться по сторонам. Это… Это слишком страшно… Когда видишь, как твое тело пожирают могильные черви. Когда чувствуешь копошение опарышей в глазницах. Когда понимаешь, что тебя похоронили заживо.

– Ты видела, что тебя похоронят заживо? – Я не сумел удержаться от удивленного восклицания.

– Мы все видели это, – печально проговорила Зильга. – Я, Дарий, Хельга, Дан. Мы видели, как нас кладут в гроб. Бледных и холодных, словно трупы. Но только мы чувствовали и осознавали все. А потом комья земли начинали барабанить по крышке гроба. Сначала громко, потом все тише и тише. И наступала вечная темнота. Знаешь, как страшно: понимать, что тебя зарыли заживо, что спасения ждать бесполезно, что солнце… Солнце больше никогда не прикоснется к твоей коже, и все, что тебе отныне осталось – мрак, сырость и поцелуи червей.

– Биридий и Стеша тоже видели это? – жестокосердно продолжил я, не обращая внимания на приглушенные всхлипывания женщины. Сейчас не время для жалости, лучше узнать как можно больше, с чем мне предстоит иметь дело.

– Биридий… – Зильга печально улыбнулась. – Он никогда не рассказывал о том, что ему явилось в проклятом зеркале. Но сам уже давно не заходит в библиотеку. Смеется над нами, издевается, называет чушью и бредом наши истории. И до жути боится оказаться один на один с зеркалом. Стеша наверняка видела что-то. По крайней мере, она сама затащила бедного мальчика в постель, надеясь, что тот заберет ее из дома.

– Что случилось с так называемым Вулдижом? – поинтересовался я, прислушиваясь, не идут ли за нами из обеденного зала. – Он исчез сразу после визита в библиотеку, не так ли?

– Сбежал, – подтвердила Зильга. – И его не стоит в этом винить. К чему связываться с проклятым семейством, когда вся жизнь впереди. Вот только мальчик не учел одной мелочи: раз взглянув в зеркало, ты навсегда оставляешь частичку своей души в нем.

– Давно это началось? – задал я последний вопрос, краем уха слыша, как кто-то грохочет сапогами по лестнице.

– Не помню, – честно ответила Зильга. – Несколько месяцев, быть может, полгода назад. Как раз когда Чария…

– Что тут происходит? – прервал ее громогласный возглас Биридия, появившегося на пороге комнаты.

Я торопливо оборвал нить заклинания, заставив женщину замолчать. Она тихо застонала, приходя в себя.

– Ваша сестра потеряла сознание в библиотеке, – пояснил я, бережно подкладывая под спину Зильги подушки. – Я отнес ее к себе, хотел было кликнуть на помощь, но тут подоспели вы.

– Потеряла сознание? – с нескрываемым скепсисом переспросил Биридий. – С чего вдруг, хотелось бы знать?

Я неопределенно пожал плечами. Голубчик, ты же сам прекрасно знаешь, почему твоей сестре стало плохо. Зачем тогда спрашиваешь?

– Я посмотрела в зеркало, – слабым голосом отозвалась Зильга, открывая глаза. – И увидела там… Ты в курсе, что именно.

– А вы, господин некромант, смотрелись в зеркало? – повернулся ко мне Биридий.

– Да, – кивнул я.

– И как?

Мне стало не по себе на перекрестье взглядов купца и его сестры. Биридий смотрел на меня с непонятной враждебностью, Зильга же с отчаянной мольбой и надеждой.

– Я не совсем понял, что именно увидел, – уклончиво ответил я. – Но нечто… хм… необычное все же уловил.

– Что же именно? – Биридий вцепился в меня, словно оголодавший упырь в свежую плоть. – Мертвецов? Призраков? Или, не приведи Светлые Боги, демона?

– Нет, что вы. – Я покачал головой, благоразумно умолчав о том, что если бы мне явился демон, то меня бы тут уже и след простыл. – Мне тяжело объяснить. Нечто вроде… Хм… Смутной тени, не более.

Биридий с неподдельным сожалением вздохнул и отвел глаза. Зильга в свою очередь печально улыбнулась. Забавно. Такое чувство, будто они хотели, чтобы я тоже почувствовал себя погребенным заживо. Хотя… В некотором роде их можно понять. Мой страх и ужас доказал бы, что их семья совершенно нормальная. А так получается, что проклятие лежит только на домочадцах Биридия. Интересно, а почему в таком случае самозванец что-то увидел в зеркале? Может быть, потому что купец уже был готов назвать его зятем?

– Помогите мне встать, пожалуйста, – попросила Зильга, протягивая мне руку.

– Вы уверены? – спросил я, не торопясь выполнять это пожелание. – Вдруг вам вновь станет плохо?

– Все в порядке, – заверила меня женщина и неожиданно зарозовелась от смущения. – И потом, не могу ведь я всю ночь провести в постели неженатого молодого мужчины, будучи при этом верной супругой.

– Верной, как же, – глухо буркнул себе под нос Биридий. – Таких верных в былые года, бывало, медом обмазывали да около муравейника привязывали.

– Биридий! – гневно воскликнула Зильга, украдкой бросив на меня извиняющийся взгляд. – Ну что ты, право слово! Всякую чушь болтаешь.

Я легонько пожал ледяные пальцы женщины, показывая, что не принял слова ее брата всерьез, и осторожно помог ей подняться. Про себя же отметил, что купец, как оказывается, великолепный знаток самых изощренных способов пыток. Интересно посмотреть в книгах, за какое преступление карают погребением заживо.

– Ну что, десерт ждет нас. – Биридий с напускной развязностью хлопнул меня по плечу. – Спустимся в обеденный зал?

– Извините, но без меня, – твердо произнесла Зильга, расправляя смявшееся платье. – Мне что-то нехорошо. Лучше лягу пораньше.

– Вам помочь дойти до комнаты? – любезно осведомился я, обеспокоенно наблюдая за ее еще нетвердыми движениями.

– Не стоит, – заверила она меня. – Справлюсь. Бывало и хуже. Проведаю Чарию – и сразу же в постель.

Женщина тихо выскользнула из комнаты, и мы с Биридием остались одни. Купец косо на меня глянул и внезапно хитро подмигнул.

– Думаю, вы не особый любитель сладкого, – проговорил он, расплываясь в лукавой усмешке. – Пусть Стеша доедает пирог. Все равно за фигурой ей уже следить незачем. А мы жахнем что-нибудь, да покрепче вина. Идет?

Я кивнул в знак согласия. Дождался, когда купец первым выйдет из комнаты, и прищелкнул пальцами, торопливо уменьшая посох до размеров прутика, после чего сунул его на прежнее место в голенище сапога. Пусть будет под рукой. Так мне спокойнее в этом загадочном доме.

Не сговариваясь, мы решили перебраться в более уютный каминный зал, где вовсю горело веселое рыжее пламя, согревая и даря ложное чувство защищенности. Стеша, не спрашивая соизволения отца, присоединилась к нам, прихватив тарелку с пирожными. Биридий в свою очередь взял бутылку из темного стекла, в которой что-то заманчиво булькало, и пару хрустальных фужеров. Я же быстро нарезал сыра и вяленого мяса и, опасно балансируя подносом, отправился вслед за купцом.

Чтобы перейти из обеденного зала в каминный, надо было миновать лишь один темный переход. Но странное дело, весь недолгий путь меня не оставляло чувство, будто кто-то следит за нами. За тенями, сгустившимися в углах с приходом ночи, словно скрывалось живое существо. Казалось, обернись внезапно – и столкнешься лицом к лицу с опасным зверем, неслышно крадущимся за тобой на мягких лапах.

Наверное, Биридий ощутил нечто похожее. По крайней мере он резко прибавил шаг, едва не сбив с ног впереди идущую Стешу, и первым ворвался в жарко натопленное помещение, ярко освещенное множеством свечей.

– Проклятые нервы, – извиняющимся тоном пробормотал он, смахивая рукавом выступившую испарину. – Это все моя сестренка с Хельгой. Нарассказывают всякого бреда, а потом в собственном доме каждого шороха опасаешься. Где это видано, чтобы ночью по нужде страшно было выйти? Зильга муженька своего до такой степени напугала, что тот уже до белой горячки допился. Только и знает, что про призраков болтает.

Я нахмурился, вспомнив про Тонниса. Интересно, куда он делся? С того момента как Биридий разрешил ему войти в дом, ни звука от него.

Видимо, купца тоже посетила эта мысль. Он опасливо глянул на Стешу, которая с отсутствующим видом поедала одно пирожное за другим, зачарованно уставившись в огонь, и нагнулся ко мне.

– А где этот ваш Тоннис? – жарким шепотом произнес он мне прямо в ухо. – Не видать и не слыхать его. Не сбежал, случаем?

– Что вы. – Я немного отодвинулся, слегка поморщившись от чесночного дыхания купца. – Он никуда не денется без позволения на то хозяина. Здесь где-то. Наверное, дом осматривает.

– Это хорошо, – задумчиво проговорил Биридий, ловко открывая бутылку и разливая прозрачный напиток по бокалам. – От призрака же в доме ничего не может скрыться, верно? Значит, если здесь живут привидения, то он обязательно их почует. Правда?

Я с иронией вскинул брови. Ах вон оно как. Сдается, Биридий попросил захватить с собой Тонниса отнюдь не для того, чтобы приглядеться к нему в качестве слуги. Решил самым простым и надежным способом удостовериться, что его дом чист от всяких духов и проклятий. Теперь мне самому интересно, куда пропал Тоннис. Поскольку он подчиняется лишь мне, то я бы обязательно почувствовал, если бы кто-нибудь вздумал ему навредить. Тем более только некромант может развоплотить призрака. Ну да ладно, позже займусь этой проблемой. На прямой приказ явиться Тоннис не посмеет не отозваться. Если же кто-нибудь попробует задержать его – я это наверняка почувствую.

Биридий протянул мне бокал, и я с сомнением принюхался к предложенному напитку. Купец не соврал – сильный алкогольный запах доказывал, что в фужере плескалось что-то намного превышающее по крепости вино. Но было еще кое-что. Чуть уловимый аромат каких-то трав. Только не разобрать – то ли успокаивающих, то ли, напротив, тонизирующих.