Экономическая политика критических социальных технологий

1.1. Критические социальные технологии: сегодняшние грани будущего

Категория «социальная технология», с комфортом поселившаяся в понятийном аппарате всех отраслей обществознания, была с таким радушием принята обществоведами, что могла бы с успехом символизировать столь долгожданное формирование междисциплинарного общенаучного языка, необходимого для проведения социогуманитарных исследований.

Впрочем, отмеченное радушие оказалось не совсем бескорыстным, и связано это прежде всего с предметной спецификой социального знания.

Социальное знание, действительно, качественно отлично от естественнонаучного – и по объекту, и по предмету, и по методу анализа. Это качественное отличие принципиально ограничивает метод социального анализа исключительно научным абстрагированием. И эта постоянная необходимость научного абстрагирования порождала во многих поколениях обществоведов чувство своеобразного «комплекса неполноценности», которое они пытались преодолеть – то адаптированным заимствованием математического аппарата для анализа социально-статистического материала, а то и прямым включением естественнонаучных методов в инструментарий социального исследования – «кластерный анализ», «генотипические структуры», некая подозрительная «синергетика».

С этих позиций понятие «социальная технология» обладает, как кажется обществоведам, стесняющимся своего социогуманитарного происхождения, определенным компенсирующим потенциалом: да, «социальная», но все-таки – «технология». И это, на слух не очень гармоничное, но уже становящееся привычным словосочетание, видимо, удовлетворяет жажду истосковавшихся обществоведов по приближению своего объекта, предмета, метода к технократической трактовке.

В строго понятийном смысле термин «социальная технология» обозначает любую технологию, которая упрощает (и тем повышает эффективность) процедуры и формы межличностных социальных контактов на основе их прямого коммуникативного взаимодействия; непременной стороной современных социальных технологий является их современное техническое обеспечение (посредством глобальных или локальных социальных сетей – Интернет, мобильные устройства, сайты, блоги, веб-конференции), которые практически реализуют цели и функции данной формы социального взаимодействия (см., напр.: Social technologieshttp (Gartner IT Glossary). URL: www.gartner.com/itglossary/social-technologies).

Другими словами, социальной технологией обозначают все технические средства и приемы, используемые для достижения конкретных коммуникативных социальных целей, все, что ускоряет и повышает эффективность взаимодействия между группой лиц, объединенных общими интересами или достижением общей цели. Но тогда социальная технология сама становится определенной социальной процедурой (в широком смысле – определенным «социальным институтом»), требующим выполнения некоторых добровольно возлагаемых на себя индивидом социальных (внутригрупповых) обязательств, а информационно-компьютерное обеспечение приобретает содержательное значение, предопределяя процедурные формы общения в рамках данной социальной технологии (термин «социальная технология» был впервые использован в университете Чикаго в конце XIX в. (см. подр.: https://en.wikipedia.org/wiki/Social_technology)).

Значимость разработки и реализации социальных технологий для всего обществознания определяется тем, что такие проекты, как «социальные технологии», взяли на себя сложнейшую функцию связи между общественной теорией и общественной практикой. Для обществознания этот пункт является, пожалуй, самым болезненным. И болезненность эта порождается иллюзией, будто, в отличие от производственных технологий, реализации социальных технологий достичь гораздо легче и проще. Однако реальность не подтверждает такого упрощенного взгляда на динамику общественной практики. И в установлении эффективной связи между общественной теорией и общественной практикой организационно было бы целесообразно, чтобы каждая критическая производственная технология, включенная в соответствующий «Перечень критических технологий Российской Федерации», сопровождалась соответствующей «критической социальной технологией», обеспечивающей формирование социально-экономических предпосылок для осуществления конкретной критической производственной технологии.

Когда речь идет о производственных технологиях, определение «критические» не вызывает недоумения, а напротив, рассматривается как их определенная актуальная характеристика.

Как отмечается во всех справочниках, Перечень критических технологий Российской Федерации – один из основных инструментов государственной политики Российской Федерации в области развития отечественной науки и технологий. Его формирование предусмотрено «Основами политики Российской Федерации в области развития науки и технологий на период до 2010 г. и дальнейшую перспективу», утвержденными Указом Президента Российской Федерации от 30 марта 2002 г. № Пр-576.

Перечень критических технологий Российской Федерации утверждается в соответствии с поручением Президента Российской Федерации от 17 апреля 2003 г. № Пр-655 о корректировке приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в Российской Федерации и перечня критических технологий Российской Федерации решениями Президента по представлению Правительства не реже одного раза в четыре года. Одновременно утверждаются Приоритетные направления развития науки, технологий и техники в Российской Федерации (см.: https://ru.wikipedia.org/wiki/Перечень_критических_технологий_Российской_Федерации).

Современный перечень критических технологий Российской Федерации включает следующие направления развития научных исследований (утвержден Указом Президента РФ от 7 июля 2011 г. № 899):

1. Базовые и критические военные и промышленные технологии для создания перспективных видов вооружения, военной и специальной техники.

2. Базовые технологии силовой электротехники.

3. Биокаталитические, биосинтетические и биосенсорные технологии.

4. Биомедицинские и ветеринарные технологии.

5. Геномные, протеомные и постгеномные технологии.

6. Клеточные технологии.

7. Компьютерное моделирование наноматериалов, наноустройств и нанотехнологий.

8. Нано-, био-, информационные, когнитивные технологии.

9. Технологии атомной энергетики, ядерного топливного цикла, безопасного обращения с радиоактивными отходами и отработавшим ядерным топливом.

10. Технологии биоинженерии.

11. Технологии диагностики наноматериалов и наноустройств.

12. Технологии доступа к широкополосным мультимедийным услугам.

13. Технологии информационных, управляющих, навигационных систем.

14. Технологии наноустройств и микросистемной техники.

15. Технологии новых и возобновляемых источников энергии, включая водородную энергетику.

16. Технологии получения и обработки конструкционных наноматериалов.

17. Технологии получения и обработки функциональных наноматериалов.

18. Технологии и программное обеспечение распределенных и высокопроизводительных вычислительных систем.

19. Технологии мониторинга и прогнозирования состояния окружающей среды, предотвращения и ликвидации ее загрязнения.

20. Технологии поиска, разведки, разработки месторождений полезных ископаемых и их добычи.

21. Технологии предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

22. Технологии снижения потерь от социально значимых заболеваний.

23. Технологии создания высокоскоростных транспортных средств и интеллектуальных систем управления новыми видами транспорта.

24. Технологии создания ракетно-космической и транспортной техники нового поколения.

25. Технологии создания электронной компонентной базы и энергоэффективных световых устройств.

26. Технологии создания энергосберегающих систем транспортировки, распределения и использования энергии.

27. Технологии энергоэффективного производства и преобразования энергии на органическом топливе.

В этом перечне отмечены практически все приоритетные направления современной науки и техники, призванные ускорить инновационную динамику российской экономики, обеспечить модернизацию технологической основы производства, а также стимулировать процесс импортозамещения. Как отмечается в литературе, критическими называются технологии, имеющие важное социально-экономическое значение или важное значение для обороны страны и безопасности государства. Ранее перечень таких технологий был утвержден Распоряжением Правительства РФ от 25 августа 2008 г. № 1243-р. Документ был подготовлен в целях реализации закона «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства». Список насчитывал 35 позиций. Добавим, что отношения между субъектами научной и (или) научно-технической деятельности, органами власти и потребителями научной и (или) научно-технической продукции (работ и услуг) регулирует закон «О науке и государственной научно-технической политике». Правила формирования, корректировки и реализации приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в РФ и перечня критических технологий утверждены Постановлением Правительства РФ от 22 апреля 2009 г. № 340. Основы государственной политики в области развития науки и технологий на период до 2010 г. и дальнейшую перспективу изложены в Письме Президента РФ от 30 марта 2002 г. № Пр-576 (Президент назвал 8 приоритетов науки и 27 критических технологий (URL: http://ppt.ru/news/97593)).

Отсутствие социальных технологий в этом перечне объясняется, по нашему мнению, их многообразием и разноуровневым механизмом осуществления. Что касается критерия «критичности», то он не может быть применен по отношению к социальным технологиям, поскольку для каждого уровня социальной общности степень критичности определяется самой этой общностью. Например, для того или иного предприятия, города или вуза степень критичности используемых им социальных технологий будет различаться по степени актуальности, поэтому порядок приоритетности также будет существенно различаться.

Критические социальные технологии стремительно перемещаются в центр научного внимания отечественных обществоведов, и это не случайность: сегодня в российском обществознании фактически возникает новая сфера междисциплинарных исследований в форме «критических социальных технологий». Аналогичный процесс происходит и в зарубежном обществоведении. Это означает, что практика подтвердила экономическую эффективность разработки и реализации критических социальных технологий. В результате неизбежно возникнет новый аспект глобальной конкуренции по развитию и освоению алгоритма реализации критических социальных технологий. Собственно, такие технологии сродни проектному финансированию или проектному обучению, которые за короткое время приобрели статус системных инноваций.

Следует по достоинству оценить коммуникативный потенциал критических социальных технологий, которые могут заменить господствующие сегодня типы социальных сетей (Facebook, ВКонтакте). И к этому надо готовиться, в том числе – вузовским корпорациям. Участие в «типовых» социальных технологиях может стать новой общепринятой формой коллективного общения, обладающего силой мобилизации крупных социальных общностей. Поставить на службу экономике, гражданскому обществу, экономике и здравоохранению возможности, открываемые критическими социальными технологиями, – таково самое актуальное направление для региональных сообществ.

Необходимо отметить и определенные затруднения, возникающие при реализации проектов по социальным технологиям, которые предполагают открытость общества, реальную свободу действий гражданского общества практически во всех сферах, в том числе и контроль над деятельностью государственных учреждений и официальных инстанций. Однако это может войти в противоречие с формальными установками, принятыми в данный период в данной стране или данной сфере общественной жизни. Поэтому на реализацию целевых функций социальных технологий возможно наложение определенных ограничений, которые в отдельных случаях способны воспрепятствовать их эффективной деятельности. Отмеченный момент актуализирует ускоренную разработку правовых норм, регулирующих нормативный регламент формирования, функционирования и развития социальных технологий.

Социальные технологии могут превратиться и в инновационные учебные структуры, имеющие особое значение для инклюзивного обучения социально-уязвимых групп (в том числе – для маргинальных категорий населения). И объясняется это «мягкой» архитектоникой строения проектов социальных технологий, которые легко перестроить под конкретные нужды данной группы или категории обучающихся.

Для российских вузов разработка критических социальных технологий, ориентированных на разные уровни социальной структуры и разные сферы экономики, может иметь революционной значение, выступив перспективной формой междисциплинарной интеграции в рамках отдельного вуза (Борисов Н. В., Чугунов А. В., 2001. С. 8–15; Котова Е., 2008. С. 161–163; Мухамеджанова Н. М., 2008. С. 126–134).

Институционализация типовой организации социальных технологий означала бы прорыв для данного вуза в выходе научных результатов его социогуманитарной достижений на практику. (Социальные коммуникации: новое в науке, образовании, технологиях, 2004).

Особенно перспективно применение социальных технологий для оптимизации внутривузовской учебной и научной работы. Так, известно, что преподаватели многих школ и вузов по всей стране фактически объявили тотальную войну мобильным устройствам (прежде всего – телефонам), пользование которыми поставило лекции и семинары на грань повсеместного срыва. Более того, поскольку мобильные и социальные технологии становятся вездесущими, попытки блокировать их оказываются все более и более неэффективным. И хотя в школах, например, запрещают мобильные телефоны, по некоторым данным более половины учащихся занимаются отправкой текстов во время учебных занятий. А будущее – еще мрачнее: мобильные устройства становятся все более мощными и все более доступными, тем более что в последние годы среди студентов наблюдается взрывной рост создания контента, манипулирования и обмена им в Интернете. И вот, многие преподаватели не нашли ничего более удачного, чем запрет на использование этих технологий в учебное время. В ответ число использующих мобильные устройства во время учебных занятий для посторонних целей стало стремительно расти.

Между тем в некоторых колледжах, вместо запретительных мер, разработали и приняли совершенно альтернативную социальную технологию, взяв курс на интеграцию мобильных телефонов студентов во все формы образовательного процесса: например, обмен преподавателя со студентами с помощью SMS вопросами и ответами, проведение блиц-опроса, разрешение фотографировать схемы, тексты, материалы для комментирующего объяснения на лекции. Очень важно, что такая технология освобождает студентов от рутинной и утомительной необходимости механического конспектирования лекции под диктовку, высвобождает время для слушания лекции и организации других интерактивных форм общения преподавателя со студентами. Политика разрешения студентам пользоваться мобильными телефонами в социальном плане важна и тем, что она придает доверительный характер общению между преподавателями и студентами (см. подр.: http://mashable.com/ 2017/07/26/dough-truck-overflows-washington/). Интересно, что данная социальная программа предусматривает поощрение студентов за использование мобильного устройства в обучении. В частности, это означает, что каждый студент должен обладать возможностью подключения своего мобильного устройства (планшета, нетбука, ноутбука или смартфона) к текущему учебному процессу (см. подр.: https://nassp.org/who-we-are/board-of-directors/position-statements/usingmobile-and-social-technologies-in-schools?SSO=true). Но для этого должны быть принципиально изменены методика преподавания, структурирование учебного материала. Не исключено, что для некоторых школ, колледжей и университетов такая технология приобретет статус «критической».

Социальные технологии способны улучшить и обогатить жизнь пожилых людей, способствуя интенсификации межличностных отношений – тому, в чем больше всего нуждается данная категория населения. Между использованием социальной технологии по межличностному общению и состоянием физического и психологического здоровья среди пожилых людей, несомненно, существует прямая зависимость. В одном из исследований на данную тему рассматривались преимущества «коммуникативной» социальной технологии. Поведение пожилых людей оценивалось по пяти вариантам технологии общения (использование электронной почты, социальных сетей, онлайн-видео / телефонных звонков, онлайн-чата / мгновенных сообщений, смартфона). Выводы, к которым пришли исследователи, таковы: пожилые люди, как правило, положительно относятся к социальной технологии интенсификации межличностного коммуникативного общения технологии. В то же время максимальное использование возможностей, предоставляемых использованием данной социальной технологии, связано с реальной самооценкой данным лицом состояния своего здоровья, наличием хронических заболеваний, субъективной оценкой благополучия и депрессивными симптомами. Однако в любом случае каждая форма коммуникативной социальной технологии способствует преодолению чувства социального одиночества. А это является доказательством «критической» значимости данной социальной технологии.

1.2. Функциональное обеспечение эффективности социальных технологий

«Социальные технологии» – таково обозначение алгоритма действия общества или группы в определенных сферах жизнедеятельности или при наступлении определенной ситуации (Руднев, 2008. С. 315–331). Фактически речь идет о государственных целевых социальных программах, которые содержат четкое указание на: источники, финансирующие эти программы; целевую аудиторию, на которую рассчитана данная социальная технология; последовательность действий, методику расчета и на другие организационно-управленческие моменты, необходимые для эффективной реализации данной социальной технологии (Гембаренко, 2010. С. 41–47). В настоящее время во всех государствах мира осуществляются самые разнообразные программы социальной помощи, под которые разработаны жесткие социальные технологии – оказание денежной помощи (пенсионерам, больным, инвалидам, маргинальным группам, рабочей молодежи, студентам, мигрантам, депрессивным регионам и т. д.), а также социальные технологии, обеспечивающие выполнение социальных программ по здравоохранению и медицинскому обеспечению, помощь в рационированном распределении продуктов питания, жилищные субсидии, в энергетике, в образовании и помощи по уходу за детьми, субсидии и помощь в других жизненно важных услугах.

Социально-приоритетными во всех странах с развитой рыночной экономикой являются социальные технологии, призванные поддерживать эффективность социальных программ пенсионного обеспечения категориям населения по старости. По эффективности этих программ можно судить не только об эффективности рыночной экономики в данной системе, но и о степени цивилизованности данного общества (Абдулгалимов, Керимова, 2006. С. 21–23).

Приоритетное значение во всех программах социальной помощи имеют социальные технологии оказания финансовой помощи, предоставляемой людям, у которых отсутствуют другие доходы для удовлетворения своих основных потребностей в еде, одежде и жилье, кроме государственной финансовой поддержки (Григорьев, 2010. С. 50–55). Бюджетная социально-финансовая помощь считается «плательщиком последней инстанции», что, согласно принятой социальной технологии, по которой реализуется данный вид помощи, означает, что все остальные доходы должны учитываться при определении того, какая сумма денежных средств будет предоставлена данному лицу.

Другим элементом социальной технологии оказания финансовой помощи лицам, не имеющим стабильных и достаточных доходов, выступает стандартная правовая характеристика признаков на получение социально-финансовой помощи. Она должна определяться для каждого домохозяйства посредством выявления всех доходов из всех источников лиц, живущих в данном домохозяйстве. Если совокупный доход семьи меньше, чем ставка, которая применяется к данной семье, то домохозяйство имеет возможность получать дополнительную социальную помощь в виде разницы между фактическим и стандартным размерами. Таким образом, размер финансовой помощи зависит от суммы совокупного дохода.

В результате оценка реальной потребности человека или семьи определяется суммой всех доходов всех членов, проживающих в домохозяйстве. Это исключает дискриминацию по признакам пола, семейного положения или по другим признакам, отторгающим людей с ограниченными возможностями, родителей-одиночек и людей, которые живут с родителями.

Очень важно, что размер пособия по социально-финансовой помощи не уменьшается на сумму налоговых льгот ребенку, которые получают семьи. Но зато они снижаются на величину получаемых алиментов, если таковые имеются.

Таким образом, социальная технология социально-финансовой помощи исходит из того, что родители несут основную ответственность за финансовую поддержку своих детей. Родители, которые не содержатся под стражей, должны поддерживать своих детей, насколько им позволяют обстоятельства.

Лица, получающие социальную помощь, могут получать поддержку и в других областях жизнедеятельности. В частности, получатели социальных услуг могут получить «карту здоровья». Это помогает оплачивать рецепты на лекарства, стоматологические и офтальмологические услуги, а также некоторые другие медико-санитарные потребности. В некоторых случаях эта категория лиц может получить сезонные доплаты, например, помощь для оплаты зимнего топлива или надбавку за инвалидность.

Оптимизация социальных технологий как средства роста эффективности социальных программ сводится к упрощению участия определенных категорий населения в социальных программах. На практике такая оптимизация выражается в том, что официальные инстанции способны понизить барьеры, препятствующие пользованию социальной помощью. Понятно, что программы социальной помощи предназначены для улучшения благосостояния нуждающихся в них людей. Однако эта цель становится недостижимой, если именно нуждающиеся в ней люди не сумеют в ней участвовать. Причины неучастия часто могут носить преимущественно «технический» характер – правовая инерция, отсутствие информации, четкого регламента и сервисных программ. Иногда возможны специфические ограничения, например, в виде межрегиональных различий, которые свидетельствуют о недостаточной технической поддержке используемых социальных программ помощи. Это говорит одновременно и о недоработке в сфере социальных технологий.