Криминальные истории. Синие розы

Глава 1: Необычный букет

Утренний дождь мягко стучал по витрине цветочного магазина "Флора", когда флористка Анна Петрова вставляла ключ в замок входной двери. Было половина девятого утра понедельника, и она, как всегда, пришла на работу первой, чтобы проверить свежесть цветов и подготовить магазин к открытию. Запах роз и хризантем привычно встретил ее в просторном помещении, но что-то было не так.

– Алло? – негромко позвала Анна, заметив, что свет в торговом зале уже горел. – Елена Викторовна, вы уже здесь?

Тишина. Анна прошла между стеллажами с цветами к рабочему столу флористов в глубине магазина. Там, в кресле перед зеркалом, сидела Елена Викторовна Морозова – постоянная клиентка магазина, элегантная женщина средних лет, которая каждую неделю заказывала букеты для украшения своего салона красоты.

– Елена Викторовна? – Анна подошла ближе и остановилась как вкопанная.

Женщина сидела неподвижно, запрокинув голову назад. Ее глаза были закрыты, лицо странно покраснело, а губы имели синеватый оттенок. В руках она сжимала букет из дюжины роз удивительного ярко-синего цвета – такого насыщенного и необычного, что Анна никогда не видела ничего подобного.

Дрожащими руками флористка нащупала пульс на шее клиентки. Пульса не было. Тело было холодным.

Анна схватилась за телефон и с трудом набрала 112.

– Скорая помощь? Полиция? К нам в цветочный магазин… кажется, умерла клиентка. Адрес: улица Садовая, 47, магазин "Флора".

Через двадцать минут к магазину подъехали машины скорой помощи, полиции и черный минивэн с надписью "ЦКР" – Центр криминалистических расследований.

Первой из минивэна вышла женщина лет тридцати пяти в строгом темном костюме – старший лейтенант Елена Соколова, руководитель экспертной группы ЦКР. За ней последовали: капитан Дмитрий Волков – специалист по химической экспертизе, лейтенант Игорь Белов – техник-криминалист, и подполковник Марина Орлова – судмедэксперт.

– Доброе утро, – обратилась Соколова к дрожащей Анне Петровой. – Мы из ЦКР. Расскажите, что произошло.

– Я пришла открывать магазин в половине девятого, как всегда, – сбивчиво говорила флористка. – Дверь была заперта, но свет горел. Я вошла и увидела Елену Викторовну… вот так, как она сидит. Она наша постоянная клиентка, очень хорошая женщина.

– Вы трогали что-нибудь? Перемещали предметы? – уточнил Белов, доставая из кейса фотоаппарат.

– Только проверила пульс. И телефон взяла. Больше ничего не трогала.

Орлова подошла к телу и начала внешний осмотр, не касаясь букета в руках покойной.

– Предварительно – смерть наступила 6-8 часов назад, – сообщила она коллегам. – Лицо гиперемировано, губы цианотичны. Предполагаю отравление. Точное время установлю после вскрытия.

– Игорь, фиксируй все подряд, – распорядилась Соколова. – Дмитрий, посмотри на эти розы. Ты когда-нибудь видел цветы такого цвета?

Волков наклонился к букету, не прикасаясь к нему, и внимательно изучил лепестки.

– В природе роз такого синего цвета не существует, – констатировал он. – Это либо генная инженерия, либо искусственное окрашивание. Судя по интенсивности цвета и его неравномерности – второе.

– То есть кто-то, специально покрасил белые розы в синий цвет?

– Скорее всего. Нужно взять образцы лепестков на химический анализ.

Белов методично фотографировал место происшествия: общий план торгового зала, рабочее место флористов, тело жертвы с разных ракурсов, особое внимание уделяя букету в ее руках.

– Елена Викторовна, – обратилась Соколова к флористке, – расскажите подробнее об этой клиентке. Как ее звали, что вы о ней знаете?

– Елена Викторовна Морозова, ей примерно сорок пять лет. Владеет салоном красоты "Афродита" в центре города. Очень успешный бизнес. Каждую неделю заказывает у нас букеты для интерьера салона – обычно белые розы или хризантемы. Очень требовательная к качеству, но всегда платит без проблем.

– А когда она последний раз была у вас?

– В пятницу днем заказывала букет из белых роз на понедельник. Сказала, что заедет забрать в воскресенье вечером после закрытия. У неас есть ключи постоянным клиентам для таких случаев.

– То есть она могла прийти вчера вечером за букетом?

– Да, но… – Анна запнулась, – она заказывала белые розы, а не синие. Я даже не знаю, откуда взялись эти синие.

Орлова аккуратно приподняла руку покойной с помощью пинцета.

– Странно. Букет крепко сжат в руках, но признаков агонии нет. Скорее всего, жертва сама взяла цветы и понюхала их перед смертью.

– У Елены Викторовны была аллергия? – спросил Волков.

– Не знаю точно, но она всегда очень долго выбирала цветы, нюхала их, проверяла свежесть. Говорила, что у нее очень чувствительный нос и она сразу чувствует некачественный товар.

– Дмитрий, – обратилась Соколова к химику, – возможно ли отравление через запах цветов?

– Теоретически да. Если краситель содержал летучие токсичные вещества. Например, соединения цианида или другие яды, которые могут испаряться при комнатной температуре.

Белов закончил фотосъемку и начал осматривать помещение в поисках следов проникновения.

– Елена Викторовна, проверьте, пожалуйста, не пропало ли чего-нибудь из магазина. Касса, дорогие цветы, инструменты.

Анна быстро осмотрела торговый зал и рабочую зону.

– Все на месте. Касса не тронута, инструменты лежат, где положено. Даже дорогие орхидеи стоят на своих местах.

– Значит, ограбление исключается, – констатировала Соколова. – Похоже, целью было именно убийство конкретного человека.

Орлова продолжала внешний осмотр тела.

– Других повреждений не вижу. Одежда в порядке, украшения при ней. На руках следы от цветочных стеблей – микроскопические царапины, обычное дело при работе с розами.

– А что с замком входной двери? – поинтересовался Волков.

Белов внимательно осмотрел замок под увеличительным стеклом.

– Следов взлома нет. Либо жертва сама открыла дверь убийце, либо у него был ключ.

– Анна Петровна, – обратилась Соколова к флористке, – вы сказали, что даете ключи постоянным клиентам. Кому именно?

– Только самым проверенным. Елене Викторовне, директору ресторана "Европа" Сергею Игоревичу, хозяйке свадебного салона Ирине Александровне. Всего четыре человека, включая меня и владелицу магазина.

– Нам понадобятся их контакты.

Волков аккуратно срезал несколько лепестков с букета специальным скальпелем и поместил их в пробирки.

– Отправлю на экспресс-анализ в лабораторию. Через два часа будем знать состав красителя и наличие токсичных веществ.

– Игорь, есть ли камеры наблюдения в магазине или на улице? – спросила Соколова.

– В самом магазине камер нет, но напротив есть банк. Там должна быть наружная камера, направленная на улицу.

– Отлично. Запроси записи за вчерашний день.

Подполковник Орлова закончила внешний осмотр и дала разрешение на транспортировку тела в морг.

– Елена Викторовна, что можете сказать о характере жертвы? Были ли у нее враги, конфликты? – продолжила допрос Соколова.

– Елена Викторовна была… как бы это сказать… очень успешной и немного высокомерной. Всегда подчеркивала, что ее салон лучший в городе, что у нее самые богатые клиентки. Некоторых это раздражало.

– Кого именно?

– Ну, других владельцев салонов красоты. Она часто переманивала к себе мастеров, предлагая большую зарплату. А недавно выиграла тендер на обслуживание какого-то большого корпоратива, хотя другие салоны тоже претендовали.

– Вспомните, были ли открытые конфликты?

Анна задумалась.

– Месяц назад она поссорилась с Викторией Сергеевной Лебедевой – она тоже владеет салоном красоты неподалеку. Виктория пришла сюда и устроила скандал, обвиняла Елену Викторовну в том, что та переманила у нее лучшего парикмахера.

– Что именно говорила эта Лебедева?

– Кричала, что накажет Елену Викторовну за подлость, что та еще пожалеет о своих поступках. Угрожала разорить ее бизнес.

Белов вернулся с улицы.

– В банке согласились предоставить записи камер. Менеджер говорит, что камера захватывает входную дверь цветочного магазина.

– Хорошо. Дмитрий, сколько времени займет анализ красителя?

– Предварительные результаты через час-полтора. Полный химический состав – к вечеру.

– Тогда пока займемся свидетелями. Анна Петровна, дайте контакты всех, кто имел доступ в магазин. И адрес этой Лебедевой тоже.

– Хорошо. А что с магазином? Когда я смогу открыться?

– После того как техники закончат работу. Примерно через два-три часа.

Орлова руководила упаковкой тела для транспортировки в морг.

– Елена, я начну вскрытие сразу по прибытии. Судя по внешним признакам, смерть наступила от острого отравления. Предполагаю поражение дыхательной или сердечно-сосудистой системы.

– Что можешь сказать о времени смерти?

– Между десятью вечера воскресенья и часом ночи понедельника. Более точно скажу после измерения температуры печени.

Волков упаковал последние образцы для анализа.

– Если мои подозрения подтвердятся, то мы имеем дело с очень изощренным способом убийства. Отравить человека через запах цветов – это требует серьезных знаний химии.

– Значит, убийца либо химик, либо имеет доступ к специальной литературе или консультациям, – заключила Соколова.

Белов проверил все окна и двери в магазине.

– Следов проникновения нигде нет. Жертва определенно впустила убийцу сама или он имел ключ.

– Анна Петровна, еще один вопрос. Букет из синих роз мог изготовить любой флорист или нужны специальные навыки?

– Покрасить белые розы может любой, кто знает технологию. Но чтобы получить такой яркий и равномерный цвет, нужен качественный краситель и опыт работы с ним.

– А где можно купить такой краситель?

– В специализированных магазинах для флористов. Или заказать через интернет. Но обычно флористы используют пищевые красители – они безопасны.

– А если хотели получить именно такой яркий цвет?

– Тогда нужны промышленные красители. Они дают более насыщенный цвет, но могут быть токсичными.

Соколова записала все в блокнот.

– Игорь, когда получишь записи с камер, просмотри весь вчерашний вечер. Ищи, кто приходил к магазину после закрытия.

– Уже работаю над этим.

Дмитрий Волков получил звонок из лаборатории.

– Елена, предварительные результаты готовы. Краситель содержит высокую концентрацию синильной кислоты. Смертельная доза для взрослого человека при вдыхании.

– То есть убийство подтверждается?

– Безусловно. Причем убийца точно знал, что жертва будет нюхать цветы. Иначе план мог не сработать.

– Значит, он хорошо изучил привычки Елены Морозовой.

– Или это кто-то из близкого окружения.

Подполковник Орлова уехала в морг с телом жертвы, обещав предоставить результаты вскрытия к вечеру. Остальные члены команды ЦКР продолжили сбор информации на месте преступления.

– Анна Петровна, – обратилась Соколова к флористке, – вспомните, не было ли странных заказов за последнее время? Кто-то просил синие розы или интересовался красителями?– Нет, таких заказов не было. Синие розы вообще редко заказывают – это больше для особых случаев или фотосессий.

– А кто из ваших коллег-флористов мог бы изготовить такой букет?

Анна задумалась.

– Любой опытный флорист справился бы технически. Но нужно знать, где достать такой краситель и как правильно его использовать.

Белов закончил осмотр помещения и присоединился к разговору.

– Елена, я нашел интересную деталь. В мусорном ведре лежит упаковка от красителя. Промышленного производства, очень токсичного.

– Отличная находка! Отправляй на экспертизу – ищи отпечатки, следы ДНК.

– Уже упаковал.

Соколова подвела итоги осмотра места происшествия.– Итак, что мы имеем. Елена Морозова убита с помощью букета роз, окрашенных ядовитым красителем. Убийца либо имел ключ от магазина, либо был впущен жертвой. Смерть наступила вчера поздно вечером. У жертвы были конфликты в бизнесе, особенно с конкуренткой Викторией Лебедевой.

– План действий? – спросил Волков.

– Дмитрий, заканчивай анализ красителя – нужно знать точный состав и где его можно купить. Игорь, просматривай записи камер и ищи отпечатки на упаковке. Я поеду беседовать с Лебедевой и другими людьми из окружения жертвы.

– А если убийца – профессиональный флорист? – предположил Белов.

– Тогда круг подозреваемых сужается до коллег по цеху. Анна Петровна, составьте список всех флористов города, особенно тех, кто мог знать Елену Морозову лично.

– Хорошо. Но знаете, наша профессия небольшая. Все друг друга знают, часто общаются на выставках и семинарах.

– Тем лучше. Значит, убийцу будет легче найти.

Команда ЦКР покинула цветочный магазин, оставив его под охраной полиции до окончания экспертизы. Впереди их ждала кропотливая работа по установлению личности убийцы, который превратил символ красоты и любви в орудие смерти.

Синие розы, которых не существует в природе, стали ключом к раскрытию преступления, совершенного человеком, который прекрасно знал и жертву, и ее слабости.

Глава 2: Искусственная красота

Лаборатория ЦКР работала в режиме повышенной готовности. Капитан Дмитрий Волков склонился над газовым хроматографом, изучая результаты анализа синих лепестков розы, найденных в руках убитой Елены Морозовой. На экране компьютера медленно формировались пики спектрограммы, каждый из которых рассказывал свою историю о химическом составе красителя.

– Елена, срочно иди сюда, – позвал он старшего лейтенанта Соколову. – То, что я обнаружил, меняет всю картину дела.

Соколова подошла к рабочему столу химика, где были разложены увеличенные фотографии лепестков и пробирки с образцами.

– Что показал анализ?

– Краситель имеет сложный многокомпонентный состав. Основа – синтетический анилиновый краситель промышленного производства, но не пищевой, как я первоначально предполагал.

– А что это означает?

– Это означает, что для окрашивания роз использовалась краска, предназначенная для текстильной или химической промышленности. Гораздо более токсичная и стойкая, чем обычные флористические красители.

Волков указал на спектрограмму:

– Но самое важное – в составе красителя обнаружены соединения цианида калия в концентрации 2,3 грамма на литр. Это смертельная доза для взрослого человека при длительном вдыхании.

– То есть убийство подтверждается?

– Безусловно. Причем яд был добавлен в краситель намеренно. Посмотрите на эти кристаллические включения под микроскопом.

Соколова наклонилась к окуляру мощного микроскопа. На увеличении в тысячу раз были видны мельчайшие игольчатые кристаллы, равномерно распределенные по всей структуре засохшей краски.

– Цианид был растворен в красителе в процессе его приготовления, – пояснил Волков. – Это не случайная примесь. Кто-то специально изготовил ядовитую краску для окрашивания роз.

В лабораторию вошел лейтенант Белов с папкой документов и диском с записями камер наблюдения.

– Дмитрий, Елена, у меня есть важная информация. Просмотрел записи с камер банка напротив цветочного магазина.

– Что удалось выяснить?

– Вчера в 22:15 к магазину подъехала темная машина, из которой вышла женщина. Она открыла дверь ключом и вошла внутрь. Через пятнадцать минут вышла с букетом в руках, села в машину и уехала.

– Удалось разглядеть номер машины или лицо женщины?

– Номер частично виден – начинается на М447, но последние цифры не различить. Женщина была в темной одежде, лицо скрыто капюшоном.

Соколова изучила стоп-кадры с камеры:

– Телосложение, походка… Это определенно не Елена Морозова. Кто-то другой приходил в магазин и оставил там ядовитый букет.

– Значит, преступник заранее планировал убийство, – заключил Волков. – Изготовил ядовитую краску, покрасил розы, доставил их в магазин в тот момент, когда знал, что жертва придет за заказом.

В лабораторию принесли результаты дактилоскопической экспертизы. Белов изучил протокол:

– На упаковке от красителя, найденной в мусорном ведре, обнаружены отпечатки пальцев двух человек. Один набор принадлежит продавцу магазина химреактивов, второй – пока не идентифицирован.

– Пробейте по базам данных, – распорядилась Соколова.

– Уже делаю. Но есть еще одна важная деталь. Упаковка от красителя производства завода "Химпром" в Нижнем Новгороде. Это специализированное предприятие, выпускающее красители для текстильной промышленности.

Волков углубился в изучение химической формулы:– Краситель марки "Синтетик-247" – профессиональный состав для окрашивания синтетических тканей. В свободную продажу не поступает, реализуется только предприятиям по специальным заказам.

– А где его можно купить частному лицу?

– В специализированных магазинах химреактивов или через интернет. Но для покупки нужен документ, подтверждающий профессиональную деятельность.

Соколова позвонила в отдел по розыску:

– Нужно проверить все магазины Москвы, торгующие промышленными красителями. Ищем, кто в последнее время покупал "Синтетик-247".

Подполковник Орлова закончила вскрытие тела Елены Морозовой и принесла окончательные результаты:

– Смерть наступила от острого отравления цианидами. В крови и легких обнаружена высокая концентрация синильной кислоты. Время смерти – между 22:30 и 23:00 вчерашнего дня.

– Это совпадает с показаниями камер наблюдения, – отметил Белов.

– Марина, сколько времени потребовалось для развития смертельной интоксикации? – спросила Соколова.

– При такой концентрации яда в красителе – от десяти до пятнадцати минут. Жертва успела взять букет, понюхать его несколько раз и потерять сознание.

– А могла ли она попытаться позвать на помощь?

– Цианиды действуют очень быстро. Сначала появляется головокружение, затем тошнота, потом потеря сознания. Позвать помощь она не успела.

Волков показал коллегам результаты дополнительного анализа:

– Обнаружил еще одну важную деталь. Кроме цианида, в красителе содержатся микроскопические частицы серебра и платины.

– Это что означает?

– Такие добавки используются в высококачественных красителях для придания особого блеска и стойкости цвета. Краситель очень дорогой, профессионального уровня.

– Значит, убийца не экономил на "инструменте" преступления, – констатировала Соколова.

В это время пришли результаты проверки по базам данных. Белов зачитал информацию:

– Краситель "Синтетик-247" за последний месяц покупали в Москве четыре организации и два частных лица. Из частных лиц – художница Анна Краснова и… флористка Виктория Лебедева.

– Виктория Лебедева? Это же та самая конкурентка Морозовой, о которой рассказывала Анна из цветочного магазина!

– Именно она. Купила полкилограмма красителя три недели назад в магазине "Химреактив" на Тверской улице.

Соколова немедленно дала распоряжение:

– Игорь, немедленно найди адрес Лебедевой. Дмитрий, продолжай анализ красителя – нужны все подробности о его составе. Марина, готовь дополнительные экспертизы биоматериала.

– Елена, есть еще информация, – добавил Белов. – Лебедева покупала краситель по поддельным документам. Представилась художницей-оформителем, показала липовую справку с несуществующего предприятия.

– Это уже прямое доказательство преднамеренности действий.

Волков обнаружил в образцах красителя еще одну важную улику:

– В составе краски есть стабилизатор на основе глицерина. Он замедляет испарение ядовитых веществ и позволяет яду оставаться активным дольше.

– То есть убийца учел, что розы могут простоять в магазине несколько часов до прихода жертвы?

– Именно так. Без стабилизатора цианид выветрился бы через час-полтора. А со стабилизатором остается активным до суток.

– Профессиональный подход к убийству, – мрачно заметила Орлова.

Белов связался с продавцом магазина "Химреактив":

– Продавец помнит Лебедеву. Женщина лет сорока, среднего роста, блондинка. Очень интересовалась свойствами красителя, задавала много вопросов о стойкости цвета и способах применения.

– А что говорила о целях покупки?

– Утверждала, что занимается росписью театральных декораций. Нужен яркий синий цвет, который не выгорает под софитами.

– Ложь с самого начала, – резюмировала Соколова.

Дмитрий Волков завершил полный химический анализ:

– Итоговый состав красителя: анилиновый краситель промышленного производства, цианид калия, стабилизатор на основе глицерина, микроскопические частицы серебра и платины, пластификатор для лучшей адгезии к поверхности лепестков.

– Сложная формула. Такую смесь мог приготовить только человек с химическими знаниями?

– Не обязательно. В интернете полно рецептов изготовления ядовитых составов. Но нужно было точно рассчитать концентрацию, чтобы получить нужный эффект.

Соколова изучала фотографии с места преступления:

– Важная деталь – жертва держала букет очень крепко. Это означает, что она действительно долго его нюхала, как и рассчитывал убийца.

– У Елены Морозовой была привычка тщательно проверять качество цветов, – подтвердил Белов. – Флористка из магазина говорила об этом.

– Убийца хорошо изучил повадки жертвы.

В лабораторию принесли дополнительные результаты экспертизы. Орлова изучила протокол:

– В волосах и под ногтями жертвы найдены микроскопические частицы того же красителя. Она не только нюхала букет, но и трогала лепестки руками.

– Это усилило отравление?

– Через кожу цианид проникает медленнее, но тоже опасен. В совокупности с ингаляционным отравлением это ускорило наступление смерти.

Волков сделал важное открытие:

– В красителе обнаружены следы хлорофилла и растительных волокон. Убийца готовил ядовитую смесь в помещении, где хранились живые цветы.

– Значит, преступление готовилось в цветочной мастерской или магазине?

– Скорее всего. Причем в помещении с хорошей вентиляцией – иначе сам убийца отравился бы парами цианида.

Белов получил новую информацию по телефону:

– Виктория Лебедева владеет цветочным салоном "Нарцисс" на улице Петровка. Работает там с двумя помощницами. Салон оборудован профессиональными холодильниками и вытяжной системой.

– Идеальное место для изготовления ядовитого букета, – констатировала Соколова.