Кентерберийское кольцо: загадка проклятого круга

Глава II

Очень странный день

Школа встретила утро туманом и дождем. Похоже, погода здесь тоже предпочла придерживаться традиций. Типичный английский климат сопровождал учеников на занятия в первый учебный день семестра. Общее построение отменили, и у обитателей «Кентербери» появилась возможность поспать до завтрака на полчаса дольше обычного.

Несмотря на сырость и хмурую погоду, Эрик проснулся в прекрасном расположении духа. Первым делом проверил книгу, чтобы убедиться – не приснилось ли все это. Книга по-прежнему лежала в ящике стола. Значит – не приснилось.

Наспех приняв душ и одевшись, он спустился в большой обеденный зал. За столом его класса еще почти никого не было. Только Джек одиноко ковырял вилкой в яичнице. Эрик поставил свою тарелку рядом с ним.

– Не помешаю?

Джек поспешно дожевал и помотал головой.

– Какая муха тебя вчера укусила? – сглотнув, поинтересовался он. – Что за истерика в библиотеке?

– Ах, это… – Эрик уже успел забыть о том, что бросил друга, когда увидел странный шкаф. – Вспомнил об одном важном деле. Не бери в голову.

– Я взял тебе учебники. Держи, – Джек протянул товарищу потрепанную синюю книжку в мягком переплете. – У тебя же тоже первой парой история?

– Сейчас посмотрим, – Эрик порылся в портфеле и достал расписание. – Да, сегодня только занятия с мистером Гиббсоном.

– Не самое плохое начало семестра.

– Однозначно. Спасибо за молоко.

– Какое молоко?

– Графин. Разве не ты ко мне его подвинул? – удивился Эрик. Он был уверен, что когда садился за стол, молока рядом не было.

– Я не пододвигал.

– Должно быть, я сам, машинально. Задумался…

Без двух минут девять пожилой преподаватель истории, неизменно точный, как часы, постукивая тросточкой, вошел в класс. Ученики встали со своих мест, чтобы поприветствовать учителя. Он кивнул им, разрешая сесть, и расположился за большим письменным столом в углу классной комнаты.

– Прежде всего, – открывая классный журнал, сказал мистер Гиббсон, – позвольте поздравить всех тех, кто дошел до этого последнего этапа школьной жизни. Заметьте, до финишной прямой добрались не все. Но расслабляться рано, ведь впереди еще целый год. Вам, конечно, уже много раз говорили про экзамен. История занимает не последнее место в GCSE. Хорошая новость в том, что мы с вами прошли уже всю программу, и будем лишь интенсивно повторять. А плохая в том, что тем, кто усердно не трудился на протяжении прошлых лет, придется очень постараться. С другой стороны, изучать в старшем классе историю – ваш собственный выбор. И я не вижу здесь никого, у кого могут возникнуть большие трудности. Если вопросов у вас нет, прошу старосту доложить о присутствии.

Брент Джордан – худощавый молодой человек, имеющий самые высокие рейтинги в классе практически по всем предметам – поднялся со своего места.

– Сэр, сегодня в классе отсутствует только Дональд Кертис, он еще не вернулся из своей поездки. Мистер Стейнер сказал, что в курсе, и что его родители заранее предупредили школу. Дональд появится на занятиях уже завтра. Остальные все присутствуют, если не считать Питера Диккерсона. Он отчислен.

Мистер Гиббсон покачал головой.

– К этому все и шло. Что ж, я неоднократно предупреждал мистера Диккерсона, что нужно внимательнее отнестись к своим жизненным приоритетам. Очень жаль, что он меня не услышал. Однако продолжим. Тема сегодняшнего урока – палеолит. Как вы, вероятно, помните, этим термином обозначается самое начало каменного века. Именно этот период, как свидетельствуют археологи, положил начало заселению Британии первыми поселенцами. Однако Британия не была заселена постоянно. Кто мне скажет, какие исследования нам об этом говорят? Может быть, Вы, мистер Харви?

Джек нехотя поднялся с места.

– Рискну предположить, возможно, археологические исследования?

– Отличный ответ, мистер Харви! Очень хитрый, ведь все, что мы знаем о тех периодах – наследство археологических исследований. И все же, хотелось бы попросить Вас ответить немного точнее.

Джек кинул на Эрика умоляющий взгляд. Тот уже лихорадочно листал учебник, однако не видел ничего, даже отдаленно похожего на обсуждаемую тему.

Помощь пришла неожиданно. В дверь постучали. Не дождавшись ответа учителя, в класс вошла высокая светловолосая девушка.

– Доброе утро, мистер Гиббсон. Прошу прощения за опоздание, директор задержал. Разрешите мне войти?

– А, мисс Итон. Я уже решил, что Вы передумали.

– Нет, ну что Вы. Конечно нет. Вы же знаете, как для меня это важно.

– Ну, если важно, проходите. Класс, познакомьтесь. Кто не знает – это Рейчел Итон. В прошлом году она завершила основную программу своего обучения, и как большая часть ваших предшественников осталась в школе в группе A-Level, чтобы подготовиться к поступлению в институт. Однако, поскольку мисс Итон выбрала для себя профессиональное будущее, связанное с очень глубоким изучением истории, ей предстоит серьезный профильный экзамен. С разрешения мистера Стейнера она будет посещать наши занятия, чтобы как и вы повторять пройденное. Ну и, конечно, мисс Итон, Вам предстоит много внеклассной работы. Но это мы обсуждали.

Девушка кивнула.

– Да, мистер Гиббсон. Я помню наш разговор.

– Что ж, это замечательно. Прежде чем войти, быть может, Вы, как более опытный товарищ, сможете нам помочь? Мистер Харви немного застопорился с ответом на мой вопрос. Хотя, хочу отметить, что говорил об этом в прошлом году. Итак, мы знаем, что первые поселения в Британии появились в период палеолита. Однако мы также знаем, что Британия не была заселена постоянно. Мисс Итон, какие исследования нам об этом говорят?

– Исследования, показывающие на изменения температуры в течение десятков тысяч лет, – не задумавшись ни на секунду, ответила Рейчел. – Они означают, что Британия не была заселена постоянно.

Мистер Гиббсон пару секунд пристально смотрел на нее, слегка улыбаясь уголками рта. А затем захлопал в ладоши.

– Браво, мисс Итон. Кажется, Вы не ошиблись в выборе факультета. Что ж, желаем Вам успехов. Проходите, занимайте любое свободное место. Мистер Харви, Вы тоже можете сесть. Будьте внимательней к деталям, в конечном счете именно они все определяют. Особенно в истории. Что ж, вернемся к палеолиту.

Рейчел прошла по классу и заняла парту неподалеку от Эрика. Заметив его, она улыбнулась и подмигнула. Эрик немного растерялся и, залившись краской, сделал вид, что не заметил этого.

– Это нечестно, – прошипел ему на ухо Джек, – она же уже прослушала весь курс. Конечно, она знает то, чего мы пока не знаем!

– Ну, справедливости ради, мы и правда проходили это в том году, – заступился за Рейчел Эрик. И тут же одернул себя: – Хотя, конечно, это и правда нечестно. И вообще, я сам не вспомнил, пока она не сказала. Никто бы в классе не ответил.

– Вот-вот! – фыркнул Джек Харви. И, поймав на себе суровый взгляд мистера Гиббсона, уткнулся носом в тетрадь. Его сопение продолжалось до конца пары. Однако когда прозвенел звонок, и Рейчел подошла к их парте, недовольства и след простыл.

– Привет, ребята, – улыбаясь своей ослепительной улыбкой, сказала она. – Рада видеть тебя, Эрик. Как твои каникулы?

– Да так, ничего впечатляющего, – пробормотал Эрик, – каникулы как каникулы.

– Слышала, ты ездил в Лондон?

– Угу.

– А я был во Франции, – вклинился в разговор Джек. – Ездил в Париж, тренировал французский. Жил в семье. Правда, оказалось, что семья мечтает выучить английский. Поэтому в итоге говорили мы почти весь месяц на английском.

Рейчел засмеялась.

– Забавно. А что интересного в Лондоне, Эрик?

– Я ездил к родственникам. Что может быть интересного у родственников? Если не считать пирожков тетушки, конечно.

Втроем они вышли из класса.

– А как ты, Рейчел? Как твое лето? – поинтересовался Эрик, заполняя повисшую паузу.

– Помогала маме в больнице как волонтер. Съездила на море. Нужно было набраться сил перед этим годом. Он не самый простой будет. Нужно подготовиться к вступительным в Оксфорд.

– Вот, значит, куда ты нацелилась. Дай угадаю – факультет истории? – Эрик галантно распахнул перед Рейчел дверь в фойе.

– Долго выбирала между ним и психологией. Но решила, что история мне все же ближе. Я в библиотеку, нужно взять книгу. Составите компанию?

Эрик хотел было сказать, что библиотеки с него на ближайшие дни, пожалуй, хватит. Но Джек опередил его.

– Конечно, мы как раз туда и собирались! – и, поймав удивленный взгляд товарища, добавил: – Я не всю литературу тебе взял.

Они находились в центральной части корпуса. До библиотеки отсюда – рукой подать. Если сократить через верхний этаж, путь займет несколько минут. Поднявшись по лестнице, ребята оказались в той части здания, где шел ремонт.

– Смотрите, что это? – вдруг воскликнула Рейчел, указывая куда-то вглубь коридора. Проследив в том направлении, мальчики заметили нечто вроде свернутого пергаментного свитка, перевязанного красной ленточкой.

Эрик наклонился и поднял находку. При более детальном рассмотрении она оказалась старой пожелтевшей газетой.

– Это The Times середины прошлого века, – развязав ленту и развернув газету, сказал он. На обложке красовалось лицо Уинстона Черчилля. Местами чернила размыло, однако дату разглядеть было можно. Издание вышло в марте 1955 года.

– Надо отнести ее в библиотеку. Наверное, кто-то взял на абонемент и выронил по дороге, – предположил Джек.

– Это вряд ли, – Рейчел указала на верхний правый угол издания. – На библиотечных всегда ставится штамп в верхнем углу. Здесь его нет.

Газета по-прежнему находилась в руках у Эрика, и, проскальзывая глазами по первой странице, он вдруг заметил знакомое слово. Анонс выпуска включал обзор основных тем номера. Где-то между интервью Элвиса Пресли и установкой первой морской нефтяной вышки американцами затерялся неприметный заголовок: «Скандал в «Кентербери»: пятеро учеников исчезли с территории школы».

Вероятнее всего, Рейчел или Джек тоже бы заметили то, что бросилось в глаза Эрику. Если бы в этот момент газету не выбило у него из рук баскетбольным мечом. Больно ударив по руке парня, срикошетив от стены и чудом не разбив окно, мяч прокатился вперед по коридору несколько метров и замер.

– Так-так. Моя бывшая и мой брат. Какая прелестная картина. Рейч, дорогая, я был лучшего мнения о твоем вкусе, – послышалось сзади. Ричард Коллинз, облаченный в форму школьной баскетбольной команды, нагнулся и поднял с пола мяч.

Воспользовавшись заминкой, Эрик быстро засунул газету под пиджак.

– Я тоже была лучшего мнения о своем вкусе. Однако опыт отношений с тобой говорит, что это было заблуждением, – сухо парировала Рейчел.

– Что ж, не кори себя. Девушкам свойственно заблуждаться.

– Равно как и мужчинам.

– Возможно. А еще мужчинам свойственно ошибаться.

– Как и женщинам. В мужчинах, – Рейчел повернулась к Эрику и Джеку: – Простите, ребята, мне что-то резко захотелось поменять свои планы. Схожу в библиотеку в другой раз. Увидимся завтра на занятиях.

Она двинулась в сторону лестницы, но как только поравнялась с Ричардом, он схватил ее за запястье.

– Рейч, постой. Ты так и не поговорила со мной.

– Поговорила. И с того момента мое мнение не изменилось. Не собираюсь общаться с вруном и предателем, – вырвав руку, она быстрым шагом удалилась.

Эрик посмотрел на брата. У Ричарда был очень расстроенный вид. Без привычной надменности или самоуверенности. Было очевидно, что ему действительно грустно от такой манеры общения бывшей девушки. Однако, заметив взгляд младшего брата, он моментально взял себя в руки.

– Это называется флирт. Вырастешь – поймешь, – бросил он через плечо.

Оставив Джека в одиночестве, Эрик не пошел в сторону библиотеки. Быстрым шагом добравшись до спальни, он закрыл дверь и вытащил из-под пиджака спрятанную находку. Газета была уже изрядно потрепана временем: на пожелтевших страницах текст в некоторых местах был размыт и едва различим. Но Эрику повезло. Несмотря на то, что несколько предложений все же превратились в неразборчивую черно-белую кляксу, заинтересовавшая его статья находилась посередине издания и практически не пострадала. Расправив бумагу на колене, он присел на кровать и начал читать.

«Невинные игры в «Кентербери» обернулись трагедией»

Полиция продолжает поиски пятерых подростков, пропавших из школы «Кентербери» накануне. Следствию удалось установить, что дети покинули свои спальни около пяти часов вечера и вышли из здания, направившись в сторону спортивной площадки. Также, в соответствии с информацией от охраны заведения, они не покинули территории школы.

«Мы обыскали все здания «Кентербери», всю территорию и прилегающие к ней земли. К сожалению, никаких следов пропавших детей обнаружено не было. На данный момент поиски продолжаются», – отметил в беседе с нашим изданием официальный представитель Кентерберийского полицейского участка Джонсон Дэвис.

Официальная администрация элитного колледжа пока воздержалась от комментариев, однако близкие к ней источники на условиях анонимности сообщили нам, что, по мнению директора Билла Грина, поднимать панику, возможно, преждевременно.

«В школе знают, что последнее время среди учеников набирает обороты странная игра – участники должны скрываться от родных и близких, вообще исчезать из чьего-либо поля зрения на срок от двадцати четырех до семидесяти двух часов. Длительность «тура» выбирают они сами, в соответствии с количеством часов увеличиваются и ставки. Эта игра пришла в «Кентербери» из Северной Ирландии, и администрация школы изо всех сил борется с ней. Два месяца назад, после 48-часового «исчезновения» одного из учеников младших классов, до сведения учащихся было доведено, что эта игра официально запрещена в «Кентербери», а нарушившие запрет будут исключены из школы. Но для подростков запретный плод сладок, и не исключено, что эти дети тоже решили попробовать свои силы в очередных “соревнованиях”», – на условиях анонимности поделился с нами одной из версий представитель школы.

Мы будем держать вас в курсе развития событий. Отметим, что это далеко не первый случай пропажи несовершеннолетних в Кентерберийском районе. Пятьдесят лет назад из расположенной неподалеку деревни без вести пропали трое детей. Тогда следствию удалось выйти на убийцу, который, не дождавшись допроса, совершил в камере суицид. Тела детей так и не обнаружили.

Закончив читать, Эрик почувствовал себя немного разочарованным. Все это было ужасным, но ни на шаг не приблизило к разгадке мучавшей его ситуации с книгой. К тому же, вероятнее всего, с детьми все-таки ничего не случилось. Ведь нигде, кроме этой газеты, он никогда не слышал о каких-то пропажах и тем более смертях в «Кентербери». Уж, наверное, если бы дети погибли, в колледже бы был организован какой-то стенд их памяти или что-то в этом духе.

Убрав в тумбочку газету, он вытащил с нижней полки злополучную книгу и пролистал страницы. Ни намека на какие-либо изменения, только пустые пергаментные листы.

– Вот что действительно скрывает в себе какую-то историю, так это ты, – сказал он изданию. – Будь добра, поведай мне свою тайну.

Он пристально смотрел на пустой титульный лист. Ничего не происходило.

– Ну, давай же, – продолжил уговаривать книгу Эрик. – Ты ведь однажды уже пыталась со мной заговорить. Что мешает тебе сделать это вновь?

Книга никак не реагировала. Эрик только теперь заметил, что даже появившееся при первом знакомстве загадочное четверостишье испарилось – как будто и не было. А может, и не было?

– Может быть, мне все это привиделось? – стал рассуждать сам с собой парень. – Может быть, все, что произошло – плод моего воображения? И может быть, в книге и нет никакой значимости на самом деле?

В следующую секунду на него напал приступ невероятной злости. Столько лет он пытается найти хоть какие-то ответы на свои вопросы, и каждый раз, когда ощущает себя близким к разгадке, в конечном итоге получает одни обломы! Может быть, секрет в том, что он, как собака, бегает за своим хвостом? Может быть, все то, что казалось ему ответами или подсказками, на самом деле не имело под собой никакой значимости? И Эрик понял, что больше не хочет так жить.

– Скорее всего, ты просто старая и никому не нужная хрень! – сказал он книге. – А раз так, то пользы ты не приносишь, а только портишь мне жизнь! Ты – гнусная, никому не нужная макулатура! И единственное, чего ты достойна – это этого!

Он с силой дернул двумя руками за корешок, пытаясь отодрать его от страниц. Он хотел порвать эту книгу, уничтожить ее и забыть, как страшный сон. Заняться учебой, строить планы на будущее и жить как все нормальные дети его возраста. Он уже был почти готов к этому, но проблема заключалась в том, что книга совершенно не разделяла этих намерений. Отделить обложку от страниц оказалось равносильным тому, чтобы отделить от человеческого тела кожу. А когда, после титанических усилий, одна из страниц вдруг надорвалась, книга внезапно истошно завопила человеческим голосом:

– А-А-А-А-А-А!!! Стой, мерзкий мальчишка!!! Прекрати сейчас же, тебе говорят! Ты вообще соображаешь, что ты делаешь?!

От неожиданности Эрик выронил из рук издание и внезапно понял, что крики издавало вовсе не оно. Прямо перед самым его носом стоял бледный остроносый темноволосый юноша. При более пристальном рассмотрении оказалось, что он даже не стоит, а висит в воздухе. И что тело его состоит не из плоти, а будто бы из плотных колец сигаретного дыма. До того как заметить это, Эрик успел подумать, что где-то уже видел парня. Но обнаружив, что видит перед собой привидение (а сомнений, что это было именно оно, быть не могло), все мысли из головы как веником вымело. Теперь настала очередь Эрика орать.

– А-А-А-А-А-А-А-А!!! – что было силы вывел он на одном дыхании и в такой тональности, что преподаватель брошенных им после начальной школы занятий по вокалу раздулся бы от гордости. – А-А-А-А-А-А!!!

Схватив первое, что попалось под руку, он что было силы запустил в непрошеного гостя настольной лампой. Лампа пролетела сквозь него и, ударившись об дверь, разлетелась на сотни осколков. Темноволосый бледный юноша покрутил пальцем у виска и исчез. А в запертую дверь в ту же секунду заколотили.

– Коллинз, у Вас все в порядке? Откройте немедленно! – услышал ошалевший Эрик голос дежурного по этажу. – Откройте, или я выбью дверь! Считаю до трех. Раз…

Дожидаться конца счета Эрик не рискнул. Не став проверять на прочность нервы «надзирателя», так же, как и прочность дерева, из которого изготовили входную дверь, он кинул еще один взгляд на место, где только что «висел» в воздухе непрошеный гость. А затем поспешил отпереть замок. Взлохмаченная голова дежурного преподавателя моментально появилась в проеме и обвела комнату подозрительным взглядом.

– Что здесь происходит? – недовольно спросил он, сконцентрировав внимание на осколках разбитой лампы. – Это Вы кричали?

– Я, сэр, – пробормотал виновато Эрик, лихорадочно придумывая в голове оправдание. – Я просто… э-э-э-э… Мне приснился плохой сон.

Преподаватель удивленно поднял бровь.

– Плохой сон? Настолько плохой, что Вы решили разбить школьную лампу?

– Я… да… Так получилось… Я все возмещу. Просто это… э-э-э-э… Касалось личного.

Дежурный кинул на него еще один подозрительный взгляд и, пробормотав что-то про подростковый период, собрался уходить.

– Может быть, Вам стоит обратиться к медсестре? – кинул он через плечо напоследок. – Пусть Вам дадут какое-то успокоительное, чтобы дурной сон не повторялся.

– Спасибо за совет, сэр. Пожалуй, я им воспользуюсь.

Однако лечение Эрик назначил себе сам. Этим лекарством он пользовался в самых исключительных случаях, и дома с доступом к нему возникало меньше сложностей. Но сегодня он был настолько обескуражен и взволнован, что был даже готов потерпеть шуточки своего братца. Еще раз окинув взглядом пустую комнату, он подмел с пола осколки разбитого стекла. А затем отправился в корпус к учащимся группы A-Level.

Дверь в спальню старшего Коллинза оказалась запертой. К счастью, Ричард часто терял ключ и оставил Эрику на хранение дубликат. Впервые в жизни воспользовавшись им в своих целях, он открыл дверь и без труда вошел в комнату. Почувствовав себя взрослыми и в полной мере ощутив ослабление контроля со стороны преподавателей, учащиеся группы A-Level не упускали случая насладиться этими привилегиями. Вся школа знала, что почти у каждого из них есть свой мини-бар. И за определенную плату на вечеринки старшеклассников поставляли алкоголь именно из этих ресурсов. Эрик отлично знал, где его брат хранит свою «заначку». А потому, воспользовавшись отсутствием домашних заданий, остаток дня он провел в теплой компании с двумя лучшими друзьями – Джеком и Джеком. Второй носил известную во всем мире фамилию Дэниелс.

Мысли о странном происшествии не посещали его до самого вечера. И конечно, он никому о нем не рассказал. После ужина, вернувшись в свою спальню, он мечтал только о том, чтобы этот день как можно скорее закончился. «Завтра я проснусь, и все будет хорошо. Больше никаких глюков!» – убеждал себя он, готовясь к вечернему туалету. Миновав полупустой коридор, отделяющий его комнату от душевой, он разделся и встал под струи горячей воды. Пар, наполнивший ванную комнату, вновь напомнил сегодняшнего неожиданного гостя. И Эрик, смывая с себя пену, вдруг подумал о том, что все это могло ему на самом деле и присниться. Последнее время он плохо спит из-за своих ночных кошмаров. Вполне логично, что от усталости грань между восприятием действительности и иллюзией начала стираться. И хотя где-то поверх этих мыслей внутренний голос надрывно орал, что гипотеза очень слабо правдоподобна, она все же была более правдоподобной, чем говорящая книга или встреча с привидением. Поэтому Эрик приказал своему внутреннему голосу сейчас же заткнуться, а гипотеза стала основным и окончательным объяснением всех странностей последних дней. Вытираясь махровым полотенцем, он предвкушал грядущий сон и был почти спокоен. Однако до сна ему пришлось столкнуться с еще одним испытанием.