Первая жена императора драконов

Литмоб "Чудовищная любовь"

Мои прекрасные!

История первой жены императора Кати пишется в рамках литмоба

“Чудовищная любовь”

Легко любить прекрасных, а что, если судьба сводит тебя с кем-то ужасным?

Он монстр во плоти, страшный, опасный… Для всего мира он настоящее чудовище.

Но что, если это чудовище все еще способно любить?

Об этом и не только, в книгах нашего литмоба!

Расписание выхода книг

✦

18.08

“Первая жена императора драконов”

Император драконов одержим мной, но я бесплодна, и он приводит в дом вторую жену.

Не прощу! Уйду от мужа… но ещё не знаю, что в чужих землях встречу настоящее “чудовище”.

✦

20.08

“Котец твоему спокойствию, чудовище!”

Любава Ливада

Исповедь уличному коту привела меня в другой мир. Теперь я – невеста таинственного герцога, покидающего свое поместье лишь по ночам. Но почему?

✦

22.08

“Чудо для Чудовища”

Тая Вальд

Он купил меня на невольничьем рынке как вещь. Но вместо цепей подарил заботу и дом.

✦

31.08

“ Чудовище для чудовища”

Ария Блэт

Что, если жестокий суд выносит страшный приговор? Обрекает на судьбу хуже смерти… И единственный, кто может помочь выжить — настоящее чудовище…

✦

05.09

“Хозяйка замка дракона”

Наталисс

Муж уличил в использовании темной магии и изгнал в заблудшие земли.

Но я выживу, заключив сделку с чудовищем, обитающем в темном замке!

✦

13.09

Принц-орк для крестьянки

Он чудовищно красив и невероятно самовлюблен. Принц орков - наследник могущественного королевства. Так зачем ему я - простая крестьянка, да еще и человечка?

✦

17.09

(Не) люби меня, дракон!

Валентина Ладная

✦

19.09

“Опасная женитьба герцога Д’Армора”

Юна Рунова

На моём лице маска, но это не значит, что из нас двоих чудовище именно я.

✦

23.09

“Измена. Истинная жемчужного дракона”

Марго Арнелл

После предательства жениха я попала в замок лорда-дракона. Он носит маску, скрывающую следы проклятия, и избегает любви. Но мое появление изменит все.

⇩ Читать тут ⇩

https://litnet.com/shrt/367V

Приятного прочтения!

Глава 6

Кати

Вся в белом и золоте, увешанная дорогими украшениями, Сашетта счастливая выходит с императором в центр зала. Её черные волосы блестят в свете тысяч свечей, тонкая смуглая шея обнажена, а голубые глаза сияют триумфом.

Прикрываю глаза, чтобы не видеть этого.

«Не смотри! Не смотри! Не смотри!» - приказываю себе, а внутри всё пылает.

Ненавижу... Боги, как же я его ненавижу…

Плавная трогательная мелодия вальса вновь звучит в зале, но я не слышу ничего.

Громкий пульс сердца отдаётся в висках.

Как же устала от этого представления…

Смотрю в свою тарелку и заставляю себя взять в руки вилку. Вижу, как мои пальцы мелко подрагивают. Непрошенные слёзы стоят в глазах, но я их быстро смахиваю.

Накалываю на вилку одну горошину, потом другую. Кладу в рот. Они безвкусные, как пресное тесто, но я глотаю их, чувствуя, как они царапают горло.

Каждое моё движение сейчас – маска, а всё вокруг меня – один сплошной маскарад.

Когда музыка, наконец-то, стихает, зал взрывается гулом и аплодисментами.

Рвано выдыхаю, медленно поднимаю глаза… и моё сердце пропускает удар…

Муж держит Сашетту в объятиях, властно склонившись над ней. Его крепкая рука поддерживает её спину…

Он. Целует. Её.

Страстно, жадно, на виду у всей знати... втаптывая меня в грязь и окончательно разрывая моё сердце в ошмётки… убивая меня…

И в этот миг пламя в моей груди вспыхивает с новой силой, выжигая всё внутри.

И это не ревность.

Это казнь.

Он заставляет меня смотреть.

Он требует, чтобы я видела его с другой.

Он хочет, чтобы я приняла этот союз также, как с довольными лицами приняли его все в этом зале.

Боль становится невыносимой, слёзы готовы хлынуть из моих глаз, но в этот момент наши с Иреком взгляды встречаются.

Глаза жестокого императора – тёмные, бездонные – прикованы ко мне.

Он целует её, но смотрит на меня… а я вдруг улыбаюсь.

Мои губы сами растягиваются в ледяной, безупречной улыбке императрицы.

Улыбке, которую я часами репетировала перед зеркалом.

Улыбке, что скрывает руины в моей душе.

Глаза Ирека сужаются на долю секунды, прежде чем он зло отрывается от губ Сашетты.

Чувствую, как по щеке скатывается единственная предательская слеза, и я быстро смахиваю её кончиком пальца, прежде чем кто-либо успеет заметить.

Внутри меня горит пожар. Но снаружи я – лёд.

Император отпускает запыхавшуюся Сашетту. Они идут через весь зал к своим местам, и её глаза сияют победным блеском. Она бросает на меня прямой, дерзкий взгляд, полный торжества.

Я лишь усмехаюсь на этот выпад, и девушка сразу сникает.

Неужели ждала от меня слёз, истерики, отчаяния?

Я мертва уже!

Нет во мне больше эмоций.

Они подходят к столу. Ирек что-то шепчет ей на ухо, и Сашетта, кивнув, отходит в сторону, занимает своё место за праздничным столом, бросая на меня последний колючий взгляд.

Император делает шаг ко мне. Его лицо – маска невозмутимости, но в глубине глаз тлеют угли того гнева, что жёг меня изнутри.

Он останавливается передо мной, заслоняя собой весь зал, всех вельмож и аристократов с фальшивыми масками уважения на их лицах.

- Ты прекрасна, когда улыбаешься, Кати, - его голос тихий, с чувственной хрипотцой.

Я не отвечаю. Просто смотрю в глаза своему палачу.

Его пальцы почти касаются моей кожи... и замирают в миллиметре от неё. Глаза вспыхивают алым огнем.

- Прими мою волю, Кати. Не делай из случившегося трагедию, и мы будем жить... - он делает паузу, и в его взгляде появляется что-то опасное, хищное, - как раньше.

Я отшатываюсь, но рука императора ловит моё запястье. Его пальцы сжимаются так, что мои кости трещат.

Голос Ирека опускается до леденящего душу шёпота, и он сейчас страшнее любого крика.

- Неужели ты думаешь, у тебя есть выбор, Кати? – зрачок в его глазах снова становится угрожающе вертикальным, не давая забыть мне о разъярённом красном драконе, живущем внутри императора, - сегодня ночью я переступлю порог нашей спальни. И ты, наконец, поймёшь, кому принадлежишь. Навсегда.

Глава 7

Кати

Праздник... этот маскарад фальшивых улыбок продолжается. В зале звучит лёгкая приглушённая музыка, смех, продолжаются сыпать тосты.

Я делаю вид, что мне весело – улыбаюсь гостям, поднимаю свой бокал за все пожелания императору и его новой жене… а на самом деле жду, когда, наконец, этот кошмар закончится и я смогу уйти в свою комнату, чтобы просто нормально полной грудью вздохнуть!

Щебетание Сашетты режет слух.

Меня раздражает каждое её приторно сладко произнесённое слово… но, Боги! Ещё больше меня убивает бархатный, снисходительный голос мужа, когда он отвечает на все её дурацкие вопросы.

Их сплетённые в плавный, восторженный с её стороны, разговор голоса вонзаются в моё сознание острыми иглами.

Я не хочу их слышать!

Мечтаю закрыть ладонями уши, но продолжаю медленно погибать рядом.

Они сидят так близко к друг другу, что её белоснежный шёлк, расшитый золотыми нитями, касается его чёрного мундира. Её смех – звонкий перезвон колокольчиков - бьёт меня по вискам.

Его рука лежит на её руке, давая всем понять, что Сашетта принадлежит ему по праву.

Тихо выдыхаю и отпиваю терпкое вино из бокала.

Я жутко устала.

Скорее бы закончился этот день. Он должен был стать одним из счастливейших в моей жизни, но стал для меня самым страшным кошмаром.

Липкие, мерзкие взгляды вельмож, аристократов, драконов по-прежнему прикованы ко мне. Я ощущаю их черноту и грязь кожей. Их глаза ползают по мне, как пауки, сплетая мрачную паутину из жалости, злорадства и ненависти.

Резко поднимаю голову вверх и обвожу зал ледяным, едким взглядом.

Да, я знаю! Знаю, как вы все меня ненавидите! Как ждёте, когда я окончательно паду!

Мои карие глаза, холодные как северные моря моей родины, встречаются их с наглыми, пьяными, злобными.

Я усмехаюсь. Тихо, одними губами.

Вы даже не представляете, насколько скоро исполнится ваша общая мечта!

Ещё пара часов – и вы больше никогда не увидите моего лица, не услышите моего имени. Я стану призраком, который просто исчезнет в эту ночь.

С нетерпением жду, когда же, наконец, этот маскарад закончится, и радостно выдыхаю, когда Ирек поднимается.

Закончилось.

Я почти свободна!

Радуюсь и тут же меня ошпаривает резкое ощущение одиночества.

Муж не смотрит на меня. Он галантно протягивает руку Сашетте, и та, смущённая, с триумфальной улыбкой на губах предназначенной для меня, опирается на его сильную руку.

Неосознанно отмечаю, что её тонкие пальчики смотрятся так хрупко на его загорелой коже.

Боги… ну зачем я опять терзаю себя?!

Не смотри, Кати! Не смотри! Просто забудь о них!

Я поднимаюсь сама.

Иду за ними по длинному коридору, слыша их тихий смех, видя, как его голова склоняется к её темным волосам.

Я проглатываю каждый шаг, каждую долю секунды этого унижения.

Высоко поднимаю голову.

Придерживаю подол алого как кровь платья.

Не сбиваюсь с шага.

Не плачу.

Не умираю... потому что внутри уже нет ничего нет – только сухой пепел и всепоглощающая, жгучая пустота.

Они останавливаются у её покоев. Я вижу, как Ирек открывает ей дверь и проходит с Сашеттой внутрь.

Дверь закрывается с тихим щелчком... отрезая меня от мужа навсегда.

Замираю на мгновение, глядя на высокую резную белую дверь, покрытую золотым орнаментом, за которой остались мой муж и его новая жена… а потом уверенно прохожу мимо и иду в нашу спальню. В место, которое когда-то было только нашим с Иреком уютным миром, а теперь стало моей клеткой.

Вхожу, захлопываю тяжелую дверь и поворачиваю ключ в замке. Звук щелчка – самый сладкий звук за весь этот бесконечный вечер. Я прислоняюсь спиной к холодному, гладкому дереву, закрываю глаза и выдыхаю. Тихо. Глубоко.

Пора.

Сердце колотится, но руки не дрожат. Я уверенно подхожу к огромному гардеробу из светлого дерева, отодвигаю тяжелые вешалки с платьями – шёлк, бархат, парча. Вся моя прежняя жизнь, которая сегодня была разодрана в клочья.

И вот он. Небольшой, потертый кожаный саквояж, спрятанный в самом углу. В нём – несколько простых платьев, деньги, драгоценности, карта.

Моя свобода.

Моя новая жизнь.

Моя независимость.

Я протягиваю руку, мои пальцы уже почти касаются ручки… но в этот момент дверь спальни с оглушительным грохотом распахивается. Дубовые панели бьются о каменную стену, ключ с жалобным звоном отлетает в сторону.

В проёме, залитый светом факелов из коридора, стоит злой и крайне недовольный император.

Глава 8

Кати

Я медленно, не отрывая взгляда от мужа, на несколько шагов отхожу от шкафа.

Сердце безумно бьётся о рёбра. Почти не дышу от страха…

Если Ирек увидит мой дорожный саквояж, он всё поймёт... и тогда я никогда не освобожусь из этого ада.

С тихим скрипом муж закрывает дверь.

Он стоит – высокий, сильный, властный – и чёрными пьяными от гнева и желания глазами наблюдает за мной.

Ирек прячет руки в карманы своих чёрных брюк, и я нервно сглатываю. Неосознанно отмечаю, что военного мундира на нём уже нет, только белая рубаха, расстёгнутая сверху на пару пуговиц.

- Не ждала меня, любимая? – его низкий рокочущий голос прокатывается по комнате, заставляя меня вытянуться по струнке.

Он делает шаг вперёд, а я инстинктивно пячусь назад, но это меня не спасает. Ирек в два широких шага оказывается рядом со мной. Его сильные руки грубо смыкаются вокруг меня стальными обручами, прижимают к его твёрдой, пышущей жаром груди.

Я делаю рваный вдох и в нос ударяет пряный, сладковатый… чужой аромат.

Её благовония.

Запах её кожи, её волос, её постели.

Как же тошно…

Раньше наши с Иреком ароматы смешивались в один страстный, чувственный коктейль, а теперь он носит на себе запах другой женщины… ещё раз подтверждая, что он чужой мне.

- Я соскучился, - его горячий шёпот обжигает шею. Муж наклоняется и проводит носом по моей коже, жадно, по-звериному вдыхая мой аромат, пытаясь насытиться им, а меня начинает трясти от омерзения.

- Ты насквозь пропах ею, Ирек, - зло выдыхаю ему в лицо. Мой голос звучит тихо, но каждое слово впивается в мужа отточенным лезвием. Внутри всё горит, но я заставляю себя стиснуть зубы, чтобы сохранить остатки самообладания, - отойди от меня.

Муж не отпускает. Наоборот, его объятия становятся ещё теснее, почти удушающими. Его ладонь скользит по моей спине, как раньше, нежно пальцами проводя по позвоночнику, только вот желание больше не растекается по моим венам от этой ласки.

Мой муж стал мне противен, и он, конечно, считывает мои эмоции, злится. Его кожа пылает жаром.

- Кати, хватит упрямиться! - Ирек больно хватает пальцами и поднимает мой подбородок, впивается в моё лицо своими чёрными драконьими глазами, - она никто для меня! Просто сосуд! Женщина, которая выносит мне наследника!

Конечно! Я видела сегодня насколько она для тебя никто!

- Женщина, с которой ты будешь спать! – ядовитый шёпот всё-таки срывается с моих губ, - уже спишь, изменяя мне!

- Это не измена, Кати! Я женился! – хрипит мне в лицо и встряхивает меня за плечи.

Боги! И это его оправдание?!

Злость смешивается с острой болью в груди, и мой лёд инеем проступает на коже.

- Вот именно, Ирек! Ты женат! – я вырываюсь из его объятий, резко отпрянув назад, - поэтому наши брачные клятвы больше не имеют силы!

Лицо императора искажается от лютого гнева. Чёрные глаза вспыхивают огнями, сужаются.

- Раз ты отказываешься быть моей женой, Кати, – он хрипит, медленно приближаясь ко мне, а я смотрю на разъярённого мужа и мне впервые становится по-настоящему страшно, - значит, будешь моей шлюхой!

Его руки снова ловят меня… и вдруг треск…

Громкий, сухой… беспощадный.

Тяжёлый бархат на моей спине расходится, впуская холодный воздух к оголенной коже.

Алое платье, символ моей любви, с тихим шелестом падает к моим ногам бесформенной кучей.

Прикрываю себя руками.

Жалко. Стыдно. Унизительно.

Слёзы не катятся из глаз – они выжигают меня изнутри.

- Прекрати! - мой крик срывается с губ, но Ирек уже выпивает его своими губами.

Этим поцелуем он жестко, безжалостно клеймит меня, утверждая и показывая мне своё право.

Его пальцы больно впиваются в мою плоть, быстро сдирая с меня тонкое бельё. Жадные губы опускаются ниже и клеймят мою шею, оставляя на коже жгучие, болезненные метки.

- Отпусти! Убирайся! Ненавижу тебя! – бьюсь в его руках, но Ирек гораздо сильнее.

- Ненавидь, - чувствую, как он ухмыляется, ненадолго отрываясь от моей шеи. Мужские пальцы больно сминают мою обнажённую грудь, - всё равно ты будешь принадлежать мне вечность, моя Кати.

Глава 9

Кати

Задыхаюсь от его слов, а муж подхватывает меня, как лёгкое пёрышко, и бросает на нашу кровать.

Сердце подпрыгивает в груди, больно бьётся о рёбра.

Отворачиваюсь от Ирека и быстро отползаю к краю кровати, но император, конечно, быстрее.

Его пальцы грубо сжимаются на моей лодыжке, Ирек тянет меня к себе, и я, скользя по холодному шёлку покрывала, оказываюсь под ним. Мужское тело – тяжелое, пышущее жаром и пропахшее чужим сладким ароматом – нависает надо мной.

И в этот момент во мне что-то окончательно рвётся.

Рука сама летит вперёд, и звонкий, оглушительный звук пощёчины рассекает воздух.

Замираем оба.

Я не дышу.

В чёрных, бездонных глазах императора вспыхивает не просто гнев – холодный, опасный огонь вулкана перед извержением.

Я чувствую, как каждый мускул его мощного тела напрягается.

Вся сжимаюсь, ожидая, что знакомый драконий огонь в моей груди взорвётся сейчас ослепительной, выжигающей болью… но проходит мгновение… второе… третье… ничего не происходит.

Напряжённую тишину между нами разрывает только наше прерывистое дыхание.

- Значит, не хочешь меня? Отказываешь своему мужу? – император смотрит мне в глаза и ледяным голосом спрашивает.

- Не хочу, - твёрдо, уверенно отвечаю, хотя внутри всё дрожит.

Ирек ещё несколько мгновений молча изучает моё лицо, ища хоть тень лжи… но не находит.

- Хорошо.

Он поднимается с кровати одним плавным быстрым движением.

Хищник. Дракон. Император.

Не моргая смотрю на его удаляющуюся мощную статную фигуру. Сажусь на кровати и, подхватив край тонкого покрывала, быстро укрываюсь им.

Сердце грохочет в груди, от ужаса не могу нормально дышать, но заставляю себя делать частые рваные вдохи.

Шаг. Второй. Третий… император открывает дверь… и останавливается.

Нервно сглатываю и вжимаюсь в изголовье кровати, когда Ирек оборачивается.

- Сегодня ночью я пойду туда, где меня ждут, лю-би-ма-я, - мужские губы кривятся в саркастичной, уродливой усмешке, - но я буду ждать момента, когда ты сама приползёшь ко мне, Кати, - напоследок бросает мне как пощёчину.

Сердце сжимается от этих слов.

Император выходит, хлопнув дверью так, что содрогаются стены и дребезжат стёкла в окнах.

Я сижу на кровати, не двигаясь. В ушах стоит оглушительный звон, а внутри меня разверзается пустота.

Холодная. Бесконечная. Напряжённая.

Эмоций нет.

Ни страха, ни ненависти, ни любви… ничего.

Я будто выпотрошена. Совершенно разбита.

Кажется, проходит вечность, прежде чем я прихожу в себя.

Моргаю несколько раз. Глубоко вдыхаю, пальцами сжимаю мягкую пуховую перину и заставляю себя подняться.

От пережитого стресса ноги подкашиваются, но я медленно подхожу к гардеробу. Руки сами находят то, что нужно – простое дорожное платье из мягкой, тёмно-синей шерсти.

Сбрасываю с себя остатки бархата и быстро переодеваюсь.

Хватаю приготовленный заранее и ждущий своего выхода саквояж. Удивительно, но в этой потёртой кожаной сумке уместились все мои сокровища – несколько платьев, бельё, драгоценности и золотые монеты. Оказывается, для побега мне не так много нужно.

Пальцы нащупывают в кармане платья свёрнутый в трубочку старый пергамент и гладкий перламутровый шарик – два ключа к моей свободе.

Тихо прикрыв за собой злосчастную дверь, выхожу в освещённый несколькими факелами коридор… и тут же слышу из соседних покоев звонкий, игривый смех Сашетты и низкий, бархатный голос мужа.

Что-то острое и ядовитое больно колет под сердцем, пытаясь пробиться сквозь лёд, которым я себя окружила, но я загоняю эту боль обратно, в самый тёмный уголок души, и быстро иду дальше.

Почти в самом углу, в полумраке нащупываю потайную дверь, скрытую за гобеленом.

Цепляюсь за старую железную ручку и дверь с тихим жалобным скрипом открывается.

Быстро ныряю в образовавшийся проём и тихо прикрываю за собой хлипкое деревянное полотно. В нос ударяет затхлый воздух, и я на пару мгновений останавливаюсь, стараясь привыкнуть к нему и непроглядной темноте.

Чиркаю спичками и снимаю со стены старый факел. Поджигаю его и медленно спускаюсь вниз по узкой каменной винтовой лестнице. Подол платья поднимает вековую пыль со ступеней. Руки касаются холодных, вытесанных в камне стен.

Сердце сжимается от страха.

Дышать очень тяжело. Зажимаю рукой нос, чтобы не чихнуть – боюсь, что меня могут услышать.

Несколько пролётов вниз – и вот она – свобода.

Отодвигаю рукой тёмные длинные плети какого-то растения, скрывающие выход из замка. Тушу факел и кладу его на пол.

Выхожу наружу, и ночной воздух, пахнущий лесом и свободой, бьёт мне в лицо.

Уверенно иду вперёд и останавливаюсь только на самом на краю огромного каменного плато. Вышедшая из-за серых туч луна заливает его своим серебристым светом.

Поднимаю голову. Надо мной – почти чёрное, бескрайнее, усыпанное звёздами небо.

Нет больше позолоченных сводов императорского дворца.

Ночная прохлада обнимает меня.

Ветер играет моими рыжими прядями, треплет длинный подол синего платья.

Я прикрываю на пару мгновений глаза и делаю глубокий, полный вдох. Первый по-настоящему полный вдох за долгие годы.

Свобода.

Сладкая, невесомая, с густым ароматом леса и трав.

Открываю глаза и достаю из кармана перламутровый шарик-портал, а пальцами другой руки сжимаю небольшой клочок пергамента и начинаю читать древнее заклинание, которое навсегда погасит в моей груди огонь дракона моего мужа…