- -
- 100%
- +
Поэтому никаких угрызений совести Злата не испытывала. Скорее, ощущение свободы и вольной жизни. Правда о том, что ей ещё предстояло сразиться со змеем крылатым, думать она пока не хотела. Просто наслаждалась своим выбором и свободой, и шла дальше, следуя тайком за Драгомиром.
Но когда лесопосадки закончились, скрываться от богатыря стало в разы сложнее. И хоть до подножья гор оставалось всего ничего, но и это время надо было как-то суметь не попасться ему на глаза, и Злате приходилось использовать всю свою изворотливость, чтобы как можно дольше оставаться в тени.
Но вот они почти и достигли гор, каждый по раздельности и всё же вместе. Княжна не могла на них налюбоваться, ведь даже издали они уже напоминали исполинов-великанов, а уж вблизи… вблизи вызывали просто полный восторг!
Уже вечерело, и Драгомир, должно быть, собирался на ночлег. Злата видела расцветающий цветок огня, и чувствовала запах жареной пищи, исходивший от мяса, которое Драгомир жарил на том костре. Сама она ничем таким похвастаться не могла, а потому, привязав Ночку к стволу единственного найдено ей здесь сухого деревца, свернулась клубочком и улеглась прямо на земле.
Но сон на этот раз не шёл. Огромное небо, раскинувшееся над ней чёрным одеялом, мерцало жёлтыми звёздами, мешающими уснуть. Завтра предстоял трудный день, ведь она никогда не ходила раньше в горы. А уж как подниматься на них, даже не слышала, а потому немного волновалась. Лошадку, должно быть, придётся оставить. Но Ночка была смышлёной – такая не пропадёт! Интересно, Драгомир тоже своего Любима в чисто поле выпустит? А иначе ведь не получится. В горах копытные друзья – лишь обуза.
На улице всё темнело и даже далёкий огонёк костра богатыря давно умолк. Воздух стал чище, прозрачнее, от дневного зноя не осталось и следа. И звуки природы стали иными, более выраженными, более вкрадчивыми, как ночные птахи, что изредка переговаривались во тьме, также мешая спать.
Злата прислушалась: где-то неподалёку шумела вода. Тело сразу же зачесалось в предвкушении помыться: обычно княжна легко смывала с себя пот после изнуряющих тренировок в лесном ручье, но в пути ей не предоставилось такой возможности. Но так хотелось смыть себя сейчас всю ту грязь и пыль лесной дороги…
Девушка решительно поднялась на ноги. Ей и в самом деле захотелось искупаться, понежиться в воде, ведь она не знала, что ждёт её там, в горах, и есть ли там вообще вода. Злата отправилась на поиски источника шума воды, и, увлёкшись, сама не заметила, как подобралась слишком близко к спящему Драгомиру. Его боевой конь стоял рядом, без привязи, и тоже дремал.
Наверное, следовало повернуть назад, но Злата так загорелась желанием омыть своё тело, что решила рискнуть. Пройдя мимо мерно посапывающего богатыря, она нырнула в узкий проход между горами и тем самым водным потоком, оказавшимся бурной рекой, уходившей, судя по течению, вглубь горы. За отвесной природной стеной девушку было не увидеть, здесь было такое тихое и уединённое место под открытым воздухом, что в любое другое время Злата бы выбралась сюда ещё не раз, так оно ей понравилось.
Скинув с себя одежду, она на всякий случай положила поближе к воде меч и осторожно зашла в незнакомую речку. Помня наказ старших, решила не уходить далеко от берега, хотя тёмная вода, отражавшая размытые в ней звёзды, так и манила окунуться в её воды. Приятная, прохладная, освежающая… Но Злата решила быть осторожной.
Окунувшись возле берега в бурлящем потоке, она почувствовала, как ночная прохлада приятно щекочет её кожу. Распустив свои светлые волосы, густые и такие длинные, что просто не могли не быть предметом гордости девушки, Злата намочила и их, собираясь промыть, насколько это было возможно. Но едва она сделала это, как услышала из-за каменного отвеса грозный голос Драгомира:
- Сам выйдешь, мил человек, или помочь тебе мне на глаза показаться?!
Он произнёс это так спокойно, но при том в голосе богатыря прозвучало столько угрозы, что сердце девушки забилось громко и часто, словно пыталось вырваться из груди. Конечно, он не убьёт её, когда увидит, с кем имеет дело. Но вдруг Драгомир видел её прежде и, узнав, кто она такая, отправит её обратно к отцу?!
Нет, этого допустить никак было нельзя!
Натянув кое-как одежду на мокрое тело, она взяла в руки меч и приготовилась драться. Но потом неожиданно на ум ей пришли слова Лешего: «Ваша сила, Златушка, в женской мудрости… Сумеешь её на деле применить, значит, сильнее любого богатыря станешь. Нет – так… нет».
И решение проблемы возникло в её голове молниеносно!
Сжав в руке свой длинный хвост из волос, она, замешкав лишь на секунду, взмахнула мечом и отсекла волосы по самые плечи! С грустью в последний раз взглянув на то, что осталось зажатым в руке, она швырнула светлые пряди в бурлящую воду, и та понесла их, унося в тот же миг всё дальше от этого места.
- Не гневись, богатырь! – пытаясь придать голосу более грубый оттенок, ответила она, наконец, заждавшемуся Драгомиру. – Я всё сейчас тебе объясню…
Глава 10
Злата, щурясь, вышла из-за отвесного края горы, шлёпая босыми ногами. Мокрые волосы непривычно щекотали концами её плечи и шею, и она очень боялась, что Драгомир раскусит её обман. А потому старалась держаться как можно увереннее, прижимая к себе сумку с вещами и всё-таки сжимая меч в руке наготове.
Когда она показалась на глаза богатырю, тот уставился на неё с таким недоумением, словно невидаль какую увидел. А после, опустив свою дубину, звучно присвистнул.
- А ты здесь откуда, малец?
«Малец?» - усмехнулась про себя девушка. Ну, что же, значит пока всё шло по плану. Её плану… Главное, в глаза смотреть и отвечать спокойно, достойно, чтобы ничем себя не выдать. А там – по обстоятельствам…
- Я тут мимо проезжал, решил искупаться. Видел тебя, спящего, да беспокоить не хотел. Думаю, зачем доброго человека среди ночи будить? Вот и прошёл мимо…
- Ночью? И мимо? – недобро насупился богатырь.
- Да я вон там, недалече остановился. И лошадка у меня там привязана… - пояснила княжна таким тоном, что и сомневаться дальше бы не было смысла. – Ты прости меня, добрый человек, если всё же помешал я тебе. Не хотел я этого, просто… так получилось.
Драгомир хмыкнул, принимая её слова на веру.
- Звать-то тебя как? – добродушно спросил он.
- Злат… Златосвет! – спохватилась девица в самый последний момент. – А я с кем честь имею разговаривать?
И тут же одёрнула себя мысленно – попроще бы надо, по-народному, что ли.
- Драгомир я, богатырь княжий. Иду по душу крылатого змея, что на святое покусился. Хочу истребить чудище поганое, да голову его князю Бориславу принести, в качестве подарка свадебного…
Произнёс и вздохнул тяжело, а Злата и вовсе вся внутри сжалась. Как же! Подарка! Скорее уж, выкупа… Но, конечно, промолчала, изображая полное неведение.
- Значит, не врут слухи? И дракон вновь объявился в наших краях? – тяжелее всего было врать, да изображать удивление на лице. Ведь сама его, крылатого, видела, своими глазами. Но кто бы ей поверил… Да и незачем было об этом никому знать.
- Не врут, - кивнул Драгомир. – Объявился, проклятый и ну беду творить!
Он даже руку в кулак сжал – огромный такой, чуть ли не с голову самой княжны, и помахал им в воздухе.
- Но я с ним по-свойски разберусь. Нечего нечисти по родной земле шастать, пусть катится в свои тартарары, а у нас дома ему делать нечего!
Злата не без уважения согласилась с ним, поддержав кивком.
- А ты куда, малец, путь держишь? – спросил Драгомир внезапно и Злата аж растерялась.
- Да так, по делам своим… - уклончиво ответила она.
- И мамка тебя одного из дому отпустила? – недоверчиво прищурился богатырь. – Сколько тебе годочков-то отроду?
- Шестнадцать скоро, - не моргнув глазом, соврала Злата. На деле ей ещё весной восемнадцать стукнуло, но парни в её возрасте выглядели несколько иначе, а потому она решила не рисковать. – Сирота я…
- Мммм, - с сочувствием протянул Драгомир. – Тогда понятно. Скажи, Златосвет, голоден ты, наверное? У меня там мясо вяленое есть, да немного хлеба…
От такого внимания богатыря у Златы глаза защипало. Не хотела она к нему проникаться симпатией, да вот её новый образ –Златосвет – уже, кажется, по уши это сделал, уж больно располагающим были и речи, и внешний вид богатыря.
- Не хочу тебя объедать… - хоть живот и сводило от голода, и всё же Злата на этот раз сказала чистую правду.
- Да ты чей ешь, как мышонок, - хмыкнул Драгомир. – К тому же, знаешь, я немного проголодался. А одному есть – хуже некуда, меня лишь Любим – конь мой, иногда поддерживает, но я с ним уже довольно наговорился. Нет, он выслушает, конечно, но в ответ – ни слова. В общем, рад я буду твоей компании…
- Ну, тут уж грех отказываться! – обрадовалась Злата, и живот поддержал её радостным урчанием, развеселившим Драгомира.
- Вот и договорились!
И уже через несколько минут они сидели у вновь разведённого костерка, и Злата с удовольствием уплетала за обе щёки предложенное богатырём угощение и слушала его истории о походах и подвигах. Дали бы ей волю – так бы и сидела всю жизнь, наслаждаясь простой походной пищей - вяленым мясом да сухими овощами, студёной колодезной водицей. А поговорить Драгомир любил, она же хотела слушать, потому как поделиться ей особо было нечем, да и нельзя, и обстоятельства складывались таким чудесным образом, о каком она и мечтать не могла. И даже не заметила, как уснула, прямо здесь, у костра, потому как на рассвете Драгомир, тронув её за плечо, разбудил, прошептав тихо:
- Ну, прощай, малец! Пора мне в путь-дорогу свою, а тебе – свою… Дадут светлые боги, ещё свидимся…
Злата, поднявшись, но ещё не проснувшись, закрутила головой, пытаясь согнать с себя дрёму.
- Постой, Драгомир! – выпалила она, едва не забыв, что парни порою более сдержанны и не столь эмоциональны, как девицы. – Возьми меня в попутчики! Авось я тебе пригожусь…
Но богатырь, бросив на неё недовольный взгляд, тут же отмёл это предложение прочь.
- Без тебя обойдусь! – бросил он обидные слова, глядя Злате прямо в глаза. Но после голос его немного смягчился. – Не хватало сопливого мальчишку на верную смерть с собой тащить! Жить тебе ещё да жить, успеешь навоеваться!
- Но я многое, что могу! – не сдавалась Злата, понимая, что шанс отправиться в поход вместе с Драгомиром улетучивается прямо у неё на глазах.
- Возвращайся домой. Или иди туда, куда направлялся, - богатырь повернулся к новому знакомому спиной, тем самым показывая, что диалог окончен. – А увяжешься – привяжу тебя к дереву! Усёк, малец? И о коне моём Любиме, позаботься… Не вернусь – так он тебе добрым другом станет. А вернусь – одарю тебя за заботу, чем только пожелаешь.
Злата разочарованно кивнула, сделала вид, что уходит, но, дождавшись, пока Драгомир скроется из виду, отвязала и Любима, и Ночку, выпустив их на волю, а сама практически бегом отправилась следом за богатырём.
Глава 11
Вновь осталась Злата совсем одна. Даже с Ночкой ей было куда веселее, хоть и вместе пробыли они не так много времени. А теперь её пришлось оставить там, у подножья горы, и княжна очень надеялась, что та не пропадёт, выйдет к людям. Ведь и Драгомир Любима здесь оставил, значит, верил, что тот в живых останется.
Правда в горах по-другому и не получилось бы. И если сначала идти было просто тяжело, то после и вовсе пришлось по камням карабкаться. Не везде – кое-где горная дорога ровной становилась, и тогда Злата откровенно отдыхала, проклиная и змея крылатого, и недобрым словом вспоминая Драгомира, который наотрез отказался её с собой брать. Конечно, он-то думал, что парнишкой она была молоденьким – «мальцом», как он её прозвал. Но, случись, что девку бы богатырь в ней признал, то шансов пойти с ним было бы ещё меньше. А ведь будь Злата понастойчивее, возможно, и не прогнал бы он взашей.
Что же, деваться было некуда, и княжна вернулась к первоначальному плану. Не хотел Драгомир брать напарника – ну и бог с ним, и без него можно справиться. Правда, с богатырём бы и охотиться сподручней было бы, и дозор нести. Да и веселее бы дорога казалась. Но, видать, не судьба. Пусть потом сам жалеет, что от такого попутчика отказался!
Зря только волосы обкорнала…
Но здесь Злата немного кривила душой. Коса-то, оно, конечно, хорошо, но слишком уж много с ней забот было. Гребнем расчесать, заплести… А уж про мытьё-то и говорить не хотелось! Столько мороки. Теперь же её светлые волосы едва касались плеч, и голове было так легко, как и душе, едва представляла она лицо Драгомира, что увидел её впервые. Знал бы он, кто на самом деле этот «малец», на которого он едва с дубинкой не кинулся! И так весело было от этого, что Злата, каждый раз вспоминая, улыбалась собственным мыслям и так же мысленно усмехалась.
А ещё теперь можно было сделать вывод, что никогда прежде Драгомир княжну в глаза не видел. Сватался не по любви - не потому, что увидел её да забыть не смог – нет. Скорее им двигал совсем другой интерес, и от этого на душе становилось немного горько. Хоть и не собиралась Злата за него замуж, а всё же самолюбие её слегка было этим обстоятельством задето. Тем более что проникнуться она к нему успела не простым интересом – люб он ей был, но даже самой себе признаваться она в том не желала.
Должно быть, Драгомир неплохо ориентировался в этих горах, потому как не видела она его с тех самых пор, как он оставил её одну у подножья горы. Наверное, ушёл так далеко, что было уже не догнать, тем более той, что была здесь впервые. А потому Злате приходилось не только приспосабливаться к новой для неё местности, но и просчитывать опасности, которое могли её здесь ждать.
К ночи она уже совсем выбилась из сил. Благо, здесь ей встретилась небольшая горная речка, и она смогла утолить жажду и пополнить запасы воды. Стало легче, но ночевать в горах было откровенно страшно и, наверное, стоило поискать какую-нибудь пещеру или хотя бы выемку, где можно было переждать ночь. А утром, с первыми лучами, вновь продолжить свой путь.
Ситуация осложнялась тем, что Злата просто не знала, куда ей нужно было идти. В лесу было проще: дорога была одна, и она не сильно переживала, что может свернуть с неё или что-то напутать. Но горы… Они стали для молодой княжны настоящим испытанием, и как бы Злата не храбрилась, ей было тревожно и боязно находиться здесь одной.
И всё же иного выбора у неё не было. Княжна, немного поблуждав, совершенно случайно наткнулась на углубление в каменной кладке горы, более или менее похожее на то место, где можно было затаиться на одну долгую ночь. И она, тяжко вздохнув, шагнула туда на свой страх и риск, ведь в этой нише было темно, и даже свет звёзд и луны не проникал внутрь.
Пройдя немного вглубь, Злата замерла, прислушиваясь. Пока глаза привыкали к темноте, интуиция опасливо сигнализировала о том, что здесь может быть не всё так спокойно, как казалось на первый взгляд. И всё же возвращаться, ища новое пристанище… Да княжна уже просто с ног валилась, да и не знала, найдёт ли ещё что-нибудь подходящее в такой темноте!
Нет уж, это всё нервы. При ней был её меч, и на реакцию девушка тоже никогда не жаловалась. Княжна могла за себя постоять, но вряд ли бы здесь ей понадобились её умения. Она продолжала уговаривать себя, да внутреннее чутьё никак не унималось.
Закрыв глаза и набрав в лёгкие побольше воздуха, Злата медленно выдохнула, а после громко спросила:
- Есть здесь кто-нибудь?
Ответом ей была тишина, однако, не полная. Плеск воды и шорохи земли. Копошение мелких животных или трав, что колыхались на ветру, то касаясь почвы, то возвращаясь в своё исходное положение. Кое-где осыпались камушки, но в горах это, надо полагать, было обычным явлением. Естественные проявления неживой природы, хотя, как природу можно было назвать неживой?
Эти размышления немного успокоили девушку. Хоть она и была здесь одна, но это не делало её одинокой. Стоило расслабиться, довериться окружающему миру и, наконец, лечь спать.
Но едва она решила воспользоваться этой возможностью, как почувствовала, как кто-то подкрадывается к ней сзади, но даже обернуться не успела. Этот кто-то до боли сдавил её грудь, обогнув рукой со спины, а шеей она ощутила прикосновение холодного метала. И в тот самый миг Злата поняла, что одно неосторожное движение может лишить её жизни в один момент. А потому даже дышать перестала, чтобы ещё хоть на сколько-нибудь продлить своё существование.
Глава 12
- Кто ты и зачем следишь за мной?! – тяжёлый, как воздух перед грозой шёпот, раздался над самым ухом княжны.
Но от души в тот же миг отлегло. Драгомир! Это был он!
- Это же я – Златосвет! – прошептала она в ответ, надеясь, что это слегка охладит пыл богатыря.
Так и вышло. Хватка, сжимающая грудь, ослабла и он резко развернул девушку к себе.
- Малец?! Ты!
Прозвучало как укор, но лучше уж выслушать гневную тираду из уст богатыря, нежели головы лишиться.
- Я…
- Да как ты… - глаза Драгомира тоже медленно привыкали к темноте, и теперь он мог поверить не только своим ушам и глазам. – Ты почто за мной увязался?! Я же сказал тебе домой возвращаться!
Злата, на всякий случай отступив на пару шагов, тоже рассердилась.
- А я и не за тобой! Я сам решил попытать удачу и попробовать расправиться с драконом! – задрав подбородок, возвестила она.
- Ты?! – насмешливо хмыкнул Драгомир. – Никак упал ты да головой ударился, парень!
А вот девушке стало ещё обиднее и оттого она разозлилась.
- А что, только тебе это дозволено, значит? Сам героем хочешь стать, а другим даже и пытаться не стоит?!
Богатырь устало вздохнул и упёр руки в бока.
- Героем? Да кому нужно это геройство? – просто произнёс он, отворачиваясь от княжны. – Ты, малец, играй да не заигрывайся. Думаешь, игрушки это всё? Поиграл и забыл? И голова, откушенная, на место прирастёт, ежели чего?..
- Конечно, я так не думаю! – ещё больше возмутилась Злата. – Я что, на ребёнка похож, который только и делает, что шалит да играется?!
- Похож, - со всей серьёзностью подтвердил Драгомир. – И высечь бы тебя лещиной по-хорошему, да думается, некому…
- Что?! – Злата почувствовала, как щёки вспыхнули алым, да, благо в темноте пещеры того было не разглядеть. – Да я… Да мне…
Но одного взгляда на богатыря было достаточно, чтобы понять: ей с ним не справиться. А ну как и впрямь решит её выпороть, да портки стащит? Нет уж, этого допускать было нельзя! Но и терпеть подобного отношения тоже…
Закипев, как котелок над костром, княжна сорвалась с места, желая как можно скорее покинуть ставшую тесную для них двоих пещеру. Но тут же была перехвачена ловкой хваткой Драгомира.
- Куда собрался? – тот даже усилий не прилагал, чтобы её легонько удерживать одной рукой, хотя княжна и пыталась вырваться изо всех сил.
- Пусти! Пусти, говорю!
- Ночь на дворе, - столь же спокойно отвечал ей богатырь. – Переночуешь, а там я тебя обратно отправлю. Молод ещё слишком, чтобы с чудовищами сражаться! Но ночью и без чудовищ опасностей полно…
Он легонько толкнул её внутрь пещеры, и принялся разбирать свои вещи. Конечно, в его словах была доля истины, и как бы не пыталась Злата отрицать, но всё же ей пришлось сдаться.
Меж тем Драгомир почти перестал обращать на неё внимание. Он неспешно разложил походный плащ, сложил воедино заранее принесённые дрова и разжёг костерок, от которого потянуло живым теплом и даже дым не мешал, потому как вытягивало его в проход пещеры.
А после он достал свои припасы, при виде которых у Златы опять заурчало в животе.
- Поешь, малец, - добродушно предложил Драгомир, но Злата демонстративно отвернулась, хотя и была голодна сейчас, как волчица зимой.
Богатырь настаивать не стал, тем самым всем своим видом показывая, что нянчиться ни с кем не намерен. Княжна ругала себя последними словами за гордость, которая, порой, мешала ей жить, ведь засыпать на пустой желудок было таким себе занятием.
После Драгомир улёгся на ночлег, отвернувшись к стене пещеры, а Злата, так и не сумев пересилить себя и взять хотя бы кусочек вяленого мяса, последовала его примеру.
Но спалось плохо. Во-первых, пустой желудок давал о себе знать. Во-вторых, жутко было спать не под открытым небом, а в каком-то каменном склепе, отчего девушка всё время чувствовала себя не слишком хорошо, тревожно. А в-третьих, слова богатыря не давали ей покоя, ведь он собирался отправить утром её обратно. И этого Злата допустить не могла.
Так и помучавшись всю ночь, она, чуть рассвело, взяла свою дорожную сумку и тихонько вышла наружу, боясь разбудить Драгомира. Сейчас её задачей было как можно скорее скрыться от него, ведь, как княжна уже понимала, размусоливать он не станет. Если надо, и свяжет, лишь бы «уберечь» её от дальнейшего похода. Но Злата не могла отступиться, иначе ей пришлось бы попрощаться со своей свободой и выйти замуж за этого самого богатыря. Если, конечно, он справиться со змеем крылатым. А если не справится…
Кажется, княжна совершенно запуталась, не успев отследить момент, когда всё вдруг стало настолько сложно. Но в любом случае ей необходимо было улизнуть, замести следы и как следует поразмыслить о том, как ей поступить дальше. Сейчас идея напроситься в попутчики к богатырю там, у подножья гор, казалась ей просто ужасной. Но, если бы она знала, чем это всё обернётся, то ни словом, ни делом бы не стала намекать ему на это.
Но сейчас ей повезло. Драгомир не проснулся, и она легонько, словно лесная лань, побежала туда, куда подсказывала ей её интуиция. Пусть она даже заплутает, но, если у неё был хоть крошечный шанс укрыться от Драгомира, чтобы потом незаметно продолжить путь, она непременно должна была им воспользоваться.
Перепрыгивая с камня на камень, Злата и не поняла, что произошло в следующий миг. При очередном таком прыжке, она не смогла удержать равновесия, словно земля под ногами закончилась, и она полетела вниз, едва ли сообразив, что с ней случилось.
Глава 13
Открыв глаза, Драгомир какое-то время пытался сообразить, где он находится. Каменные своды пещеры почти не пропускали солнечный свет и, вероятно, именно поэтому он проспал дольше, чем намеревался. Ведь, судя по всему, время было не раннее, и он мысленное укорил себя за то, что не проснулся раньше. Он поднялся, смахивая с себя остатки сна, и тут же сделал ещё одно открытие.
Мальчишка-юнец, что увязался за ним давеча, похоже, дал дёру. Вот же ж заноза в том месте, о котором и говорить-то неприлично! Но это была его вина. Сам наплёл ему баек да историй разных о боевых походах и подвигах! Устал в дороге от одиночества и разговором с одним только конём. Он, конечно, друг верный, но живого человеческого общения заменить не мог. Вот и случилось то, что случилось.
Мало того этот малец, Златосвет, лошадей на произвол судьбы оставил. Так ведь и сам поплёлся за верной гибелью, так его перетак!
Но было что-то в этом мальчишке такое… Светлое, располагающее. Драгомир и сам понять не мог, что именно. Обычно к детям он спокойно относился, пусть и взросленьким. Своих у него не было, а чужие на то и были чужими, чтобы за них сильно не переживать. Нет, конечно, случись чего, в беде бы не оставил. Но и волноваться бы шибко не стал.
А тут… Словно изменилось в нём самом что-то. Вроде малец как малец, но душа за него отчего-то была неспокойна. Как будто и впрямь Драгомир себя в том винил, что тому ума не хватило понять, что за ним следовать никак нельзя! Особенно таким щуплым, да мелким. И ему, богатырю, подготовка нужна была, чтобы со змеем крылатым сразиться. А тут прыщ этот на том же самом месте, о котором было изложено выше!
В общем, Драгомир то ли раздосадовался, то ли разозлился, да так, что понять не мог, чего боле. И завтракать не стал, вещи в мешок походный побросал и вышел на свет божий из пещеры. Призадумался, остановился. Да поклонился своему временному пристанищу, в котором ночь провёл, мысленно вознеся благодарность. Одним богам было известно, где следующую ночь коротать придётся. Дай-то боги, опять крыша над головой сыщется.