Лунный свет

Мария Харитонова

ЛУННЫЙ СВЕТ

Благовещенск, 2026

ГЛАВА 1. ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА.

Каждое лето Мэй приезжала к родителям в соседний город. Она проводила много времени с близкими и друзьями, наслаждаясь тёплыми днями, полными лёгкости и тепла.

Однажды, в один прекрасный солнечный день, Мэй отдыхала с подругами на берегу реки. Тёплая вода лениво омывала песок, ветер тихо шелестел в листве, и казалось, что весь город, где‑то далеко, за этой зелёной стеной деревьев. Подруги спорили, кто дальше проплывёт, а Мэй просто лежала на пледе, подставив лицо солнцу, и ловила эту редкую минуту, когда не надо никуда бежать, можно просто наслаждаться прекрасным моментом.

В этот миг, неожиданно раздался звонок. Мэй потянулась к телефону, чуть щурясь от солнца.

— Мэй, привет! Это Томас Родс. Слышал, ты приехала на каникулы? Понимаю, что у тебя каникулы, и ты отдыхаешь, но мне очень нужен помощник. У нас не хватает людей, а сезон самый горячий. Ты не могла бы немного поработать у меня в летнем кафе? Щедро плачу! Ну и мороженое каждый день — как бонус.

Мэй улыбнулась, не открывая глаз, будто уже знала, что скажет «да», ещё до того, как Томас договорил. Она никогда не умела отказывать просьбам, особенно если в голосе собеседника слышалась лёгкая паника — а у Томаса она точно была.

Девушка радостно, но чуть сонно ответила:

— Привет, Томас! Я не против помочь.

— Супер, ты лучшая! — с облегчением и улыбкой ответил парень.

— Только честно: я ни разу не работала в кафе. Вдруг всё перепутаю?

— Да не переживай, там ничего сложного. Главное — улыбаться, а остальное на ходу освоишь. Я сам тебе немного покажу, а потом Кира всё расскажет. Тогда встретимся завтра в 11:00 у входа в парк?

— Хорошо, до завтра.

— До встречи!

Стажировка прошла легко: Мэй быстро схватывала, как правильно ставить чашки и чем отличаются латте от капучино, а коллектив принял её так тепло, будто она всегда была частью этого маленького парка. Бариста Кира сразу протянула ей фирменный фартук и сказала: «У нас тут вечно не хватает рук, зато хватает солнца — теперь будет и то, и другое».

На следующий день, Мэй пришла на работу, заварила кофе и потянулась к входной двери. В этот момент дверь открывает молодой человек. Мэй увидела его впервые, и сердце внезапно забилось чаще. Она была немного напугана и растеряна. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, словно время остановилось только для них двоих. Парень был очень красив, а его улыбка заставила сердце Мэй трепетать ещё сильнее.

— Привет, я Алекс. Алекс Лоран – неловко сказал он и широко улыбнулся, почёсывая затылок.

— Я Мэй Дэвис, – ответила она и быстро отвернулась, устремившись вглубь кухни.

Алекс работал в кофейне на ночных сменах и редко заходил днём, эта встреча была для них первой, пускай он и не знал, что за этим скрывается что-то большее.

Он налил себе горячий напиток и начал расспрашивать девушку, проявляя искренний интерес к её личности. Мэй тоже захотела узнать о нём. Их вопросы звучали почти одинаково.

— Где училась? — спросил Алекс.

— В седьмой школе, — волнуясь, ответила Мэй.

Где-то в глубине души, она надеялась, что возможно он узнал её, ведь для неё их встреча не была первой.

— Серьёзно? Я тоже там учился, — на его лице отразилось детское, неподдельное удивление.

Мэй поняла, что Алекс не помнит или же вовсе не знает её. Она решила не рассказывать ему, желание узнать его лично, а не по сторонним историям, взяло вверх. На удивление, их ответы совпадали во многом, и с каждым новым вопросом они становились всё ближе. Барьер неловкости исчез в эти минуты. Они улыбались друг другу так ярко, что свет в комнате словно становился ярче.

В этот момент раздался звонок. Мэй увидела незнакомый номер, вышла на улицу и поднесла телефон к уху:

– Мэй, привет! Звоню тебе с нового номера, надеюсь, ты узнала мой голос, – смущённо посмеялся парень.

Позвонил её друг детства, которого недавно призвали на военную службу. Парень давно хранил в сердце свою влюблённость к Мэй, но так и не осмелился признаться. Она же знала о его чувствах, но решила оставить всё как есть: не взаимно, и лучше остаться друзьями. Она боялась, что эти чувства могут разрушить их многолетнюю дружбу.

– Привет, Эрик, – с искренней радостью на лице, ответила Мэй.

Друзья поделились последними новостями, Эрик рассказывал Мэй как проходят его дни на службе, его голос звучал звонко и радостно, а его историям будто и конца не было. Но в один момент, он резко замолчал:

– Эрик? Всё в порядке? – с волнением спросила Мэй.

– Мэй, у меня всё хорошо, кроме одного. Я очень скучаю по тебе, по тем дням, что мы проводили вместе. И я переживаю за тебя, – произнёс он робким голосом.

– Не переживай, со мной всё хорошо. Позаботься лучше о себе, я буду ждать твоего возвращения, – ответила Мэй, неловко водя ногой по песку.

– Хорошо, – он будто хотел сказать что-то еще, но передумал, – Нуу, мне уже пора идти. До встречи. – Эрик быстро попрощался с Мэй и отключился.

После разговора с Эриком, Мэй почувствовала лёгкую грусть и одновременно тепло от его заботы. Она ещё несколько секунд задумчиво смотрела в черный экран телефона, а после, бережно положила его в карман и вернулась к работе. Алекс всё ещё стоял у стойки, наливая кофе новому гостю, и их взгляды вновь встретились.

Вечер быстро наступил, и кафе наполнилось мягким светом ламп. Работа шла своим чередом, но в душе Мэй появилась лёгкая тревога: она чувствовала, что эти летние каникулы могут стать не такими, как раньше. Каждый раз, встречаясь глазами с Алексом, её сердце билось всё сильнее.

День за днём, украдкой, на протяжении месяца, Мэй старалась взглянуть на Алекса. Она находила предлоги, чтобы увидеть его хотя бы раз. Мэй не понимала, что с ней происходит: будто расцветала при виде его, и строки стихотворений, как волной, накрывали её разум.

Мэй была подавлена, так как не знала, что чувствует, и не понимала, что чувствует Алекс. Они просто случайные прохожие или же судьба уготовила для них что-то большее? Они были так похожи, казалось, что даже их сердца бились в унисон.

После их встречи Мэй заметила, что парень чаще стал появляться на работе днём. В свободное от работы время, Алекс неизменно брал в руки свой потрепанный блокнот и с головой уходил в рисование. В этом процессе крылось нечто загадочное — Алекс тщательно скрывал свои наброски от посторонних глаз, отмахиваясь, что там нет ничего интересного. Но однажды Мэй подошла к его столу и заметила, что блокнот остался открытым. На страницах оживали знакомые образы персонажей из его любимых сериалов. В каждом штрихе чувствовались душа и поразительное усердие.

Мэй не удержалась и взяла блокнот. Перелистывая страницу за страницей, она затаила дыхание от красоты рисунков. В этот момент Алекс заметил её. Он неловко подошел ближе и, смущенно почесывая затылок, тихо произнес:

— Мне так неловко... Сильно не критикуй, ладно?

Мэй тепло улыбнулась ему:

— Это просто потрясающе! Может, нарисуешь что-нибудь и для меня? В качестве подарка.

Алекс улыбнулся в ответ и пообещал обязательно что-нибудь придумать.

В один из дней, Алекс увидел, как девушка сидит грустной. Он вышел на улицу, подошёл к окну, возле которого сидела Мэй, и оставил на нём записку, с уже знакомым ей, нарисованным персонажем.

Мэй открыла окно, взяла записку и с улыбкой прочла послание Алекса:

«Улыбайся чаще – ведь твоя улыбка так прекрасна».

Девушка не могла скрыть радость на лице. Она взяла листок с ручкой и стала записывать строки, что приходили в голову. Она написала первое четверостишие, которое останется лишь в её сердце:

Все говорят – любви не существует,

Но что тогда я чувствую к тебе?

Буря эмоций, искры пред глазами,

И часто я грущу, что рядом нет….

Дни шли, после завершения очередного рабочего дня, Алекс подошёл к Мэй.

– Ты ведь не против, если я провожу тебя домой после работы? – спросил он, слегка смущаясь.

Мэй улыбнулась и кивнула.

Они вышли на улицу, где вечернее небо окрашивалось мягкими оттенками розового и оранжевого. Лёгкий ветерок шуршал в листьях, и город постепенно погружался в ночную тишину.

– Знаешь, – начал Алекс, – я давно хотел узнать тебя получше. Мне кажется, мы уже много чего друг о друге знаем, но всё равно есть что-то особенное, что сложно объяснить словами.

– Я тоже чувствую что-то подобное, – ответила Мэй, глядя ему в глаза. – Наверное, это лето будет иным, но в хорошем смысле.

Они смеялись и разговаривали долго, не заметив, как наступила ночь. Каждая минута этого вечера запомнилась как волшебство простых моментов, которые иногда случаются между двумя людьми.

Тем временем Эрик отправил ещё одно сообщение:

«Мэй, я скучаю. Береги себя».

Мэй прочитала его и в глубине души поняла: она не хочет терять эту дружбу, но сердце её теперь принадлежало кому-то другому.

Начинались настоящие перемены – лето, наполненное новыми чувствами и неожиданными открытиями.

Мэй и Алекс обменялись номерами и всё чаще стали общаться. Парень восхищался девушкой, подчёркивал все её достоинства и сглаживал недостатки – хотя последних, он и вовсе не видел.

В один из дней парень пригласил Мэй в кафе после закрытия. Когда девушка пришла, она увидела, что Алекс устроил мини-кинотеатр.

– Как тебе мой сюрприз? – спросил Алекс.

– Боже мой, как здесь всё красиво! – сказала Мэй. – Я совсем не ожидала, что мы будем смотреть фильм. Ты всё так тщательно подготовил, мне очень нравится, – смущённо продолжила девушка.

– Я старался, – начал Алекс. – Ещё я подготовил закуски и напитки, сейчас всё принесу, и начнём смотреть, – сказал парень, спрятав дрожащие от волнения руки за спину.

Молодые люди смотрели фильм молча, переглядываясь, словно понимали друг друга без слов. На улице уже стемнело, и ночной холод пробирался сквозь щели летнего кафе. Алекс потихоньку встал, пошёл к своей сумке и достал оттуда тёплый плед. Вернувшись, он заметил, что Мэй поджала ноги и трёт ладони от холода. Парень тут же раскрыл плед и окутал им девушку, оставляя себе лишь маленький край.

К концу фильма Мэй стала засыпать: её голова начала качаться то в одну сторону, то в другую. Заметив это, Алекс аккуратно взял её за голову и положил к себе на плечо. Девушка уснула, а парень всё не мог налюбоваться ею. Пряди волос закрывали её лицо. Алекс не мог оторвать взгляд, волнуясь, он убрал пряди с лица Мэй за ухо и нежно провёл рукой по её голове. Его сердце стучало всё быстрее. Алекс поцеловал девушку в лоб и тихим голосом произнёс:

– Я по уши в тебя влюбился.

Фильм закончился, и Алекс разбудил Мэй, чтобы поехать домой. Открыв глаза, у Мэй промелькнули быстрые и смутные воспоминания, как парень гладил её по голове и коснулся губами её лба, но она подумала, что ей приснился сон, и, не обратив на это внимания, девушка вызвала такси, попрощалась с Алексом и уехала домой.

На следующий день, когда солнце уже взошло, Мэй проснулась с нежным теплом в душе. Её мысли всё ещё были заняты прошедшей ночью, особенно тем нежным жестом Алекса, который она почувствовала даже во сне. Она поднялась, взяла телефон и увидела 17 пропущенных звонков от Эрика. Мэй вздохнула и открыла сообщения. В каждом чувствовалась искренняя тревога и нежелание потерять связь.

– Мэй, я понимаю, что ты занята, но пожалуйста, позвони мне, как сможешь. Мне важно знать, что ты в порядке.

Мэй набрала номер Эрика. После нескольких гудков он ответил с чуть напряжённым, но сдержанным голосом.

– Алло? Мэй? Ты?

– Привет, Эрик. Извини, что не отвечала раньше. Просто была занята, – спокойно сказала она.

– Понимаю… – В голосе Эрика чуть слышалась лёгкая напряжённость и непривычная раздражительность. Он быстро проговорил:

– Я пытался с тобой связаться несколько раз за последние дни.

Мэй немного заметила, как его голос звучит чуть мягче, словно он старается не показывать истинные чувства.

– Правда? Я не знала, что ты много раз пытался дозвониться. Только сегодня увидела пропущенные звонки. – Мэй намеренно солгала Эрику. Зная о его чувствах, она хотела держать дистанцию, но в то же время боялась ранить его.

– Ну да. Просто не хотел, чтобы у тебя возникли какие-то трудности или что-то произошло. Мне было важно знать, что ты в порядке. – Его голос стал ещё мягче, хотя он всё ещё пытался сохранить спокойствие.

Мэй почувствовала, как внутри у него что-то ёкнуло, будто он боялся, что она отвернётся или что-то случится с ней. Но он быстро сгладил эмоции, чтобы не показаться слишком обеспокоенным.

– Спасибо, что беспокоился. Всё нормально. Просто нужно было немного побыть одной и подумать.

– Понимаю… – Он немного помолчал, словно собираясь с силами. – Мне было важно услышать твой голос. Всё-таки для меня ты очень важна.

Внутри Эрик боролся с собой, чтобы сохранить равновесие, не выдать и доли того, что чувствует. Он надеялся, что всё ещё сможет быть рядом, не показывая слишком много, ведь всё, что он хотел, – чтобы она была счастлива.

– Хорошо, я не буду тебя больше задерживать. Если что – звони, хорошо? – его голос стал чуть тише, но в нём звучала искренняя забота.

– Обязательно. Спасибо, что переживал. Пока.

Мэй положила телефон, чувствуя, как в сердце Эрика всё ещё есть что-то не проговорённое, скрытое за спокойствием.

Она долго сидела, размышляя, что делать дальше. В её сердце смешались чувства: нежность к Алексу, тёплая память о прошедшей ночи и разум, который напоминал – нельзя забывать о старых друзьях. Но одновременно она ощущала, что именно сейчас перед ней открывается новая страница. Может, стоит дать шанс этим новым чувствам? Может, ей стоит разобраться в своих эмоциях и понять, чего она хочет?

Мэй собралась с мыслями и пошла, одеваться на работу. Сегодняшний день обещал стать для неё началом новой главы, полной загадок, встреч и, возможно, любви, которая переплетётся с её судьбой так же крепко, как во сне ощущалась нежность и тепло ночи с Алексом.

В кафе в тот день было особенно оживлённо. Рабочий день Мэй подходил к концу — совсем скоро ей предстояло уехать на учёбу. Коллектив тепло поздравлял её с началом учебного года, но все мысли девушки были заняты совсем другим: перед глазами снова и снова всплывали картины прошедшей ночи. Каждая её улыбка невольно становилась чуть шире, а в груди разливалось тёплое, едва уловимое чувство. Мэй и сама не замечала, как в её сердце всё прочнее укоренялось понимание: в её жизни появился человек, к которому тянуло всей душой. Это был человек, которого она искренне ценила и в присутствии которого, мир будто становился ярче.

Когда часы приближались к вечеру, на улице внезапно разразилась небольшая гроза. Лёгкий дождь хлынул, и кафе быстро заполнилось жителями города, спрятавшимися от непогоды. Мэй, укрывшись за стойкой, заметила, что Алекс стоит у входа, вооружённый зонтом и улыбкой. Он зашагал к ней, протягивая зонт.

– Времени немного, чтобы укрыться, – сказал он мягко. – Но я не хочу потерять ни секунды, чтобы сказать тебе, как ценю каждое мгновение с тобой.

Мэй посмотрела на него, и в её глазах загорелся внутренний огонёк. Стесняясь, она ответила:

– Мне тоже очень важно быть с тобой, Алекс. Я не могу точно объяснить, что происходит, но чувствую, что это лето изменит многое…

Дождь продолжал моросить, превращая улицы в сказочный пейзаж. В этот момент Алекс аккуратно взял её за руку и тихо сказал:

– Хочешь пройтись со мной чуть дольше?

Мэй согласилась. Вместе они пошли под одним зонтом, смеясь и мечтая о будущем. В их сердцах таилась надежда, что это лето станет началом чего-то настоящего, тёплого и искреннего, что навсегда останется в памяти.

Дождь наконец закончился, и мягкое свечение заката залило улицу. Алекс провожал Мэй до дома, оба молчаливо наслаждались свежестью после ливня. Зайдя во двор, они заметили компанию друзей Мэй, которые ждали её.

– Мэээй! – громко, на весь двор, словно музыка после тёплого дождя, воскликнула Эмма. – Наконец-то мы встретились! Ты совсем про нас забыла со своей работой.

Она бросилась к подруге, весело обнимая её.

– Я тоже скучала по всем вам, – улыбаясь, ответила Мэй и отступила немного, чтобы приветствовать всех. Алекс остался рядом, внимательно наблюдая за встречей друзей.

Эмма (радостно, смеясь):

– Ах, Мэй, ты столько пропустила! Мы тут всё обсуждали, как ты увязла в работе и чуть ли не забыла о своих давних друзьях. Николь думала, что мы тебя уже не увидим.

Николь (улыбаясь):

– Ну, мы же все давно знакомы, правда? Только вот Мэй всегда занята своими делами. Но я рада, что наконец-то увидела её снова.

– Да, Мэй, ты у нас как звезда, которая иногда пропадает из виду. Но когда возвращаешься, всё становится ярче, – подмигивая, продолжил Рэин.

– Ага, мистика и тайна! – добавил Томас.

Мэй (смеясь):

– Вы такие милые! Ну, я обещаю, что буду появляться чаще. А сейчас хочу вам кое-кого представить. Это Алекс – мой хороший друг, с которым я недавно познакомилась, – сказала она, поворачиваясь к нему. – Алекс, это мои друзья: Эмма, Николь, Рэин и Томас.

Она мягко указала на каждого по очереди:

– Алекс, это Эмма – одна из моих самых близких подруг, сердечная и заботливая, моя лучшая подруга с начальной школы.

– А это Николь – очень яркая и весёлая девчонка, наша хорошая подруга и одноклассница.

– Вот Рэин – умный, шутник, а еще он парень Николь.

– И Томас – наш весельчак, всегда умеет поднять настроение.

Алекс, слегка смущённый, помахал рукой и сказал:

– Очень рад познакомиться с вами. Надеюсь, хорошо проведём время и узнаем друг друга получше.

Друзья дружелюбно улыбнулись и ответили:

– Добро пожаловать в нашу компанию!

Мэй тепло улыбнулась:

– Я очень рада, что мы сегодня снова собрались.

Эмма, с улыбкой и юмором, добавила:

– Ну что, ребята, сегодня мы веселимся и наслаждаемся временем вместе!

Николь посмотрела на Рэина с любовью:

– А ты, дорогой, как думаешь, сегодня будет весело, как и всегда?

Рэин, держа Николь за руку и улыбаясь:

– Конечно! Главное – чтобы мы все были вместе, и этот вечер запомнился самыми яркими моментами.

Мэй, повернувшись к друзьям, сказала:

– Ребята, я очень ценю нашу дружбу. Спасибо, что не забывали меня и продолжаете быть рядом. Мне очень важно чувствовать вашу поддержку.

Все собрались вместе и стали решать, где и как провести встречу. Вечер стал обещанием ярких и тёплых воспоминаний – полный дружеского тепла и настоящего веселья.

Компания подъехала к небольшому, но оживлённому бару, чьи окна светились тёплым жёлтым светом, а изнутри доносилась ритмичная музыка. Томас припарковал машину, и все с улыбками направились внутрь.

Бар был наполнен живой атмосферой: люди смеялись, танцевали, заказывали напитки. Алекс и Мэй, окружённые друзьями, быстро влились в общий поток веселья. Мэй, обычно несколько сдержанная, растворилась в музыке, позволяя себе расслабиться и просто наслаждаться моментом.

Николь и Эмма активно зажигали на танцполе, а Томас и Рэин подбадривали их с бокалами пива.

Алекс, увидев, как Мэй улыбается и двигается в ритме музыки, подошёл ближе и предложил танцевать вместе.

– Пойдём, Мэй, – сказал он тихо, чтобы не перебивать музыку.

Она согласилась, и они тихо покинули весёлую компанию, найдя собственный уголок для танца. В свете разноцветных ламп вспыхивали их улыбки, руки иногда случайно соприкасались – маленькие прикосновения, которые говорили больше слов.

После танца они сели за столик, делясь бутылкой холодного пива. Атмосфера была лёгкой и искренней, и казалось, что между ними существует невидимая ниточка, соединяющая сердца.

– Спасибо, что сегодня со мной, – тихо сказала Мэй, глядя Алексу в глаза.

– Всегда рад быть рядом, – ответил он с мягкой улыбкой.

В ту ночь в шумном баре зарождалась новая близость – тёплая, нежная и искренняя, словно музыка, которая их объединила.

Время незаметно перевалило за полночь. Ритмичная музыка, которая ещё недавно заряжала энергией, теперь казалась чуть навязчивой, а смех звучал чуть тише — усталость потихоньку брала своё. В какой-то момент Николь резко хлопнула ладонью по столу, заставив всех подпрыгнуть:

— Всё! Я больше не могу! Ещё одна песня в этом ритме — и я начну танцевать на столе. А это уже перебор даже для меня.

Все рассмеялись, и этот смех будто стал сигналом: пора закругляться.

— Поддерживаю, — сказала Эмма, вставая. — Я хочу домой, хочу в пижаму, и хочу есть.

Томас закатил глаза:

— Вот это я понимаю — настоящие приоритеты.

Рэин поднял руки:

— Ладно, сдаюсь. Такси, дом, сон. Но завтра мы обязаны повторить. Только в каком-нибудь месте, где можно нормально поговорить.

Алекс тихо спросил у Мэй:

— Вызываем такси? Или хочешь пройтись? Тут недалеко, и воздух сейчас такой свежий…

Мэй посмотрела на него, улыбнулась:

— Давай прогуляемся. Музыка стихла, а мне пока не хочется, чтобы вечер заканчивался.

Они попрощались с остальными у входа, пообещав написать, когда доберутся. Компания распалась на маленькие группы: кто-то уехал на такси, кто-то пошёл пешком, а Алекс снял с себя кофту и накинул её на плечи Мэй, защищая девушку от холода вечернего города. Они медленно двинулись в сторону дома, оставляя за спиной шум бара и унося с собой тепло этого вечера.

Когда Алекс довёл Мэй до дома, они смущённо взглянули друг другу в глаза — в этом взгляде уместилось всё: благодарность, лёгкая неловкость и та самая зарождающаяся близость, которую не нужно было озвучивать словами.

Мэй на мгновение замерла, а потом, не сдерживаясь, нежно прильнула к Алексу, уткнувшись ему в плечо. Тихо, почти шёпотом, она поблагодарила его за этот вечер, и в её голосе прозвучало столько тепла, что у Алекса отчего-то защемило сердце. Затем она чуть отстранилась, подарила ему светлую улыбку и, чуть покачиваясь в ритме собственных мыслей, отправилась к двери.

Алекс остался стоять на тротуаре, всё ещё чувствуя на плечах её лёгкое прикосновение. Он смотрел ей вслед, не отрывая взгляда, пока Мэй не скрылась за дверью, и только тогда поднял руку и помахал — будто хотел передать ей этот жест даже сквозь стены. На его лице медленно расцветала улыбка: вечер закончился, но ощущение чего-то важного, только что родившегося, оставалось с ним.

Солнце поднялось над горизонтом и залило небо золотистым светом. Его лучи, острые и яркие, будто крошечные лазеры, пробивались сквозь стёкла и рассыпались бликами по комнате Мэй.

Птицы щебетали, где‑то совсем рядом — на ветке у окна, словно нарочно старались перекричать тишину, чтобы объявить: день настал. Лёгкий прохладный ветерок пробирался в комнату сквозь слегка приоткрытое окно, шевелил тонкую занавеску и приносил с собой запах утреннего города — свежий, чуть пряный, полный обещаний нового дня.

Мэй проснулась в своей комнате, ощущая сильную боль. Голова будто раскалывалась от давления, а в горле было сухо и неприятно. Всё вокруг казалось немного плывущим, а мысли – расплывчатыми, как в тумане.

Она медленно приподнялась, ощутив, как внутри всё немного кружится. Мэй дрожащей рукой потянулась к стакану воды на тумбочке и сделала несколько глотков, чтобы облегчить жажду. В комнате было тихо, слышен был только разговор родителей на кухне.

В голове проносились обрывки воспоминаний – весёлый вечер, музыка, смех, пиво и шум бара, а потом – мягкое тепло чьей-то руки и неожиданный покой. Несмотря на болезненное состояние, ей было спокойно и уютно.

Стук в дверь, и родители Мэй зашли в комнату.

Мать (с тревогой):

– Ну, как ты? Голова не раскалывается сильно?

Мэй (стонет):

– Угу… Это жуть, как будто барабан в голове. Больше не хочу так!

Отец (с усмешкой):

– Вчерашнее веселье дало о себе знать. Пей больше воды, скоро отпустит.

Мать (нежно, похлопывая по руке):

– Мы тут сидим, ждём, когда ты очнёшься. Вижу, ты выглядишь чуть лучше.

Мэй (улыбаясь и шутя):

– Дааа, я не могу сдавать позиции…

Отец (шутливо):

– Вот это настрой!

Мэй нехотя потянулась, ещё пару мгновений цепляясь за остатки сна, а потом всё же встала и поплелась на кухню. По пути она мельком глянула в зеркало — и вдруг резко остановилась, а потом громко вскрикнула:

— Боже, да я же как после урагана!

Она застыла перед зеркалом, в ужасе разглядывая себя: волосы кое-как собраны в небрежный пучок, отдельные пряди упрямо выбивались и торчали в разные стороны, пижама растянулась от уютного сна, а на щеке ещё виднелся лёгкий отпечаток подушки — будто сама ночь оставила на ней свою подпись.