Война

— А говорят нет Рая на Земле, — задумчиво доедая завтрак от любимого и засмотревшись на желтоперую иволгу, суетливо перепрыгивающую с ветки на ветку, произнесла Тамара, – хотя нет, правы. На Земле нет. Мироздание открыло его филиал на Либерти, — и рассмеялась, потянувшись правой рукой к мужу. – Спасибо за чудесное утро.

Взгляд Грена проник в неё и молниеносно окутал мысли. Хотелось откадрировать каждый момент этого настоящего и не цепляться вязкими воспоминаниями за прошлое, либо суетиться переживаниями о будущем.

— Предлагаю прогуляться до горного озера Исвайя, — мужчина аккуратно подушечками пальцев провел по ладони жены и легонько улыбнулся одним уголком губ. – Помнишь наше путешествие в молодости от станции Селятино?

И Тамара расплылась в загадочной улыбке, вспоминая своё девятнадцатилетние, перевернувшее жизнь на «до» и «после».

***

Последние июльские деньки щедро отдавали тепло северо-западу Либерти. Запарившись на пути к озеру, путники сняли рубашки и повязали их у себя на поясе, оставшись в лёгких бежевых футболках. Горная тропа непрестанно петляла, как будто старалась намеренно запутать следы и скрыть венценосную пару от всего мира.

На мгновение Тамара замерла. У неё возникло странное чувство, что именно сейчас надо постараться максимально запомнить этот момент. Этот воздух с примесью примулы и чеснеи. Эти приземистые кустарники можжевельника и колючего местного ришвы. Непонятно откуда взявшуюся небольшую изгородь из толстых веток, и спину любимого мужчины, удаляющегося вниз. Действительность как будто задрожала, не позволяя ей сдвинуться с места. В голове отчётливо пронеслось:

«Смотри! Это важно!»

Спустившись к земле, Тамара провела рукой по пробившимся сквозь горную крошку травинкам. Это её земля. Они теперь связаны навечно.

От дороги шло приятное тепло, и, не удержавшись от соблазна, принцесса спустилась на колени и опустила ладони на дорогу. Ее обдало жаром, а может ей это показалось, но лёгкая вибрация проникала через подушечки пальцев от мелких камешков, и снова тихим шелестом у нее в голове всплыли строки из поэтического сборника загадочной поэтессы прошлого, когда-то подаренного ей мужем на день рождения, перечитанного миллион раз, так как каждая строчка как будто была написана о ней:

Не спеши. Не спеши.

Полной грудью дыши.

Воздух хрустальный в горах тишины.

Солнце пастелью

Мягко проснулось,

Веточек елей

Лучами коснулось.

Лёгкая рябь

По воде пронеслась.

Природа шепнула:

"Я заждалась.

Ты всё бежала,

Летела, неслась,

Страдала, молчала,

Не боялась упасть,

Ты забывала

По ночам даже спать.

Душа изнывала,

Хотела летать.

Т-и-и-и-хо. Тревога уходит твоя.

Тебя принимают горы, земля.

Замерли струны,

Волнуясь твои.

Просто сиди.

Просто молчи.1211

Из медитативного оцепенения принцессу вернул обратно голос Грена, который обеспокоенно направлялся к ней:

— Тамара, всё в порядке? Что случилось? Я уже почти до озера дошёл. Смотрю, тебя нет, — аккуратно сжав её плечо, он присел на корточки и заглянул под опущенные ресницы.

— Всё хорошо. Идём, — мягко улыбнулась она и стряхнула камешки с правой руки о штанину.

***

Кристальная вода Исвайи обманчиво сокращала глубину, которая на самом деле достигала тридцати метров посереди водоёма. Дно практически сразу уходило вниз после нескольких шагов от берега, но купаться в озере, несомненно, доставляло удовольствие, если само плаванье не вызывало страха. Приятная прохлада обволакивала тело и растворяло зажимы, тревоги и назойливое беспокойство.

В отличие от Грена, Тамара не любила подвиги на воде или, правильнее будет сказать, в воде. Пытаться переплыть озеро. Стараться достигнуть дна. Плавать разными стилями. Всё это казалось ей ужасным ребячеством и в молодости, а уж теперь и подавно, но её избранник каким-то удивительным образом из серьёзного императора здесь в горах всё больше перевоплощался в мальчишку, что, конечно же, не могло не нравится.

Сладко потягиваясь на «умном» коврике, согревающем и помогающем обсохнуть одновременно, принцесса разглядывала ватные облачка, сбившиеся в кучку у одной из вершин Кессея. Внезапно в неё прилетела увесистая гроздь водяных капель, что заставило женщину приподняться и увернуться уже от следующей порции водяного штурма.

— Грен, что за детский сад? – попыталась возмутиться Тамара.

— А чего ты так скучно лежишь? – смеялся во всю её муж.

— Скучно? – удивилась она, но тут же поняла, что тот шутит, и уже довольно бесцеремонно уселся рядом, чуть сдвинув её и уставившись на неё потемневшими антрацитовыми глазами, от взгляда которых у его жены заныло внизу живота.

— Н-е-е-е-т. Нет. Нет. Нет. Не здесь же, — запротестовала принцесса. – Давай вернёмся в дом, — но Грен как будто не слышал её, а начал сначала нежно, а потом всё настойчивее гладить её по обнажённым ногам и животу, постепенно пробираясь под чёрный раздельный купальник, изящно подчёркивающий её маленькую грудь, которая, похоже, не боялась времени и оставалась всё такой же высокой и упругой с налитыми камешками сосков. Попытавшись приподняться, Тамара была обратно уложена мягким толчком на коврик, и Грен начал покрывать её шею влажными поцелуями.

— Почему нет? Здесь никого кроме нас. Даже с орбиты эта точка не просматривается, — жарко дышал он ей на ушко. – Я хочу, как в первый раз тогда в палатке, когда ты нервничала и боялась до конца довериться мне, а я переживал, что могу сделать тебе больно и облажаться, — руки Грена уже во всю орудовали по её телу, растворив купальник и заставляя принцессу уже тихонько стонать:

— Да? Так уж и переживал? Для тебя же это был не первый опыт в отличие от меня. Профи с огромным послужным списком против новичка из учебной части, — вздыхая, пыталась шутить Тамара.

— Ну, и что? Когда по-настоящему влюбляешься, то всё становится, как в первый раз. Ничего подобного до тебя я не испытывал, и я тебе это миллион раз говорил. Любовь оголяет провода чувств, зачищает контакты так, что искры летят. Тогда же не тела занимались сексом, а души, получив благословение от Вселенной, — и он одновременно проник в неё языком поцелуя и упругой похотливой своей частью, как тогда много лет назад, когда её тело ещё его не знало и неосознанно сопротивлялось, боясь боли и последствий опрометчивого шага влюблённой московской девчонки, но теперь она его с радостью и жадно принимала, сильнее прижимаясь, желая глубже и глубже впустить и почувствовать внутри каждой клеточкой её женского начала. Не меняя, как обычно у них было заведено, с десяток разнообразных поз, они просто наслаждались близостью друг друга и сливались едиными раскатами оргазмов. Снова и снова.

***

Эстафетная палочка кулинарных сюрпризов с лёгкостью перешла к Тамаре, и та решила также попытаться, ну, если уж не удивить, то хотя бы накормить мужа блюдом собственного приготовления. Хорошо, что навыков у неё, благодаря маме Марии Владимировне, было намного больше. Оценив наличие продуктов в виде натуральной говядины в вакуумной упаковке, риса, моркови, лука и приправ, а также очень сообразительного робота-мультиварки, принцесса решила приготовить плов.

«Конечно, не узбекский, но московский точно получится,» — размышляла она, засыпая ингредиенты в ёмкость с кипящим на дне маслом, — «Главное, рис не разварить, но вроде это чудо-устройство умеет ладить с продуктами. М-да…, мне бы такую штуку в детстве, а то сколько блюд загубила, пытаясь научиться более-менее сносно готовить. Определённо это не моё».

Либертийские принцессы плохие кухарки? Отнюдь, нет. Нейма, младшая сестра Грена, с удовольствием не только освоила индийскую национальную кухню, но и сама непрестанно создавала новые кулинарные шедевры, чем ещё больше восхищала своего мужа Сераджа и его семью. При этом она также активно вела свой блог о вкусной и здоровой пище, к чему с играми и прибаутками приобщала трёхлетнюю дочку Нихару. В их загородном доме на огромной кухне всегда стоял аромат куркумы, шафрана, кардамона и мускатного ореха, а на плите можно было найти тушеные овощи в стиле Ведж Корма или рассыпчатый рис с карри. В морозильной камере для гостей томилось мороженое кулфи с шафраном и миндалём, которое самая маленькая принцесса постоянно пыталась выпросить у мамы.

Поэтому, недолго думая, Тамара набрала золовке, от чего та необычайно обрадовалась и начала наперебой перечислять какие специи в каком порядке добавлять к мясу и рису:

— Ней, не тараторь, пожалуйста, — пыталась поумерить её пыл Тамара, — чуть помедленнее! Знаешь песню такую:

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!

Умоляю вас вскачь не лететь!1312 ?

— Нет, не знаю. Какие кони? – удивилась Ней.

— Ой, ладно. Давай дальше, а то наш император останется голодным, — рассмеялась уроженка Москвы.

Получив, всевозможные наставления от сестры мужа, Тамара довольно быстро справилась, и, судя по запаху, исходившему от мультиварки, ужин обещал быть отменным, а главное, натуральным и с любовью.

От размышлений о том, как же всё-таки заменить на космических кораблях, отправляющихся в длительные плаванья, сублимированную пищу на хотя бы охлаждённую, а то, несмотря на всю её полезность и сбалансированность, спустя десять дней экипаж обычно начинал думать не о науке или потенциальных опасностях, а о жареных котлетках с пюрешкой, паэльях, лагманах и далее в зависимости от национальных предпочтений, принцессу отвлекла вибрация телефона. Звонок она уже давно не использовала.

— Привет, Марк! Чего тебе не отдыхается? – даже не удивилась Тамара. – В Адлере море разбушевалось или ты так утомил сына рассказами о соблюдении безопасности, что тот пошёл купаться в шторм?

— Что ты такое говоришь? – возмутился телохранитель. – Слава Богу, никаких штормов на юге России и Санька очень послушный парень.

— Ох, все они послушные до поры до времени, а потом их то с моста снимай, то по ночам карауль, — вздохнула принцесса, вспоминая подростковые периоды своих детей. – Что хотел, мой верный Санчо Панса?

— Просто решил узнать, как у тебя дела? Как здоровье? И когда приступать к работе? – смутился Ворон.

— С момента твоего отъезда ничего не изменилось. Ты же в курсе, что мы в отпуске?! Но спасибо за беспокойство. Ценю, — в этот момент к Тамаре сзади подошёл Грен и обнял её за талию, притянув к себе и начав покрывать её плечи поцелуями. – Всё до связи, Марк.

— М-м-м…, — промурлыкал Грен, закопавшись в её волосах, — чрезмерная забота Марка умиляет и настораживает одновременно.

— В смысле? – удивлённо обернулась к нему принцесса. – Вообще-то, это твоя была идея – приставить ко мне телохранителя, а теперь ты ревнуешь? Ты прекрасно знаешь, что у нас исключительно деловые отношения с некоторыми элементами дружбы, и у них с Ариной всё замечательно.

— Хорошо, хорошо, — примирительно заулыбался муж, но ему понравилась её реакция, так как в последнее время Тамару сложно было взбудоражить и вывести из равновесия, а ему почему-то не хватало её былой вспыльчивости. – Ворон и правда отлично выполняет свою работу. Ни разу он не дал повода мне усомниться в своём выборе. Его помощь во время твоего последнего пребывания на Земле неоценима, — он намеренно избегал упоминания о судебной тяжбе, так как сам факт продолжал вызывать в нём злость. – Я хотел о другом поговорить с тобой, — и присел на деревянный стул напротив. Тамара осталась стоять, скрестив ноги и опираясь на столешницу, периодически боковым зрением поглядывая на урчащую мультиварку.

— До нашего сюда отъезда звонил Рытин и интересовался, какие у тебя планы на ближайшие месяцы, — осторожно начал император.

— Когда российский президент интересуется моими планами, это уже настораживает. Так что не томи. Выкладывай, чего он хотел, — нахмурилась Тамара.

— Не переживай. Ничего архиважного, — Грен поднял ладонь и отвёл взгляд, чем ещё более насторожил жену. Выдержал паузу, и продолжил, — Александр Сергеевич очень просит, чтобы ты прочитала курс лекций студентам в МГУ, Аэрокосмическом университете и на курсах космического кораблестроения в Красноярске, Омске, Благовещенске и Оренбурге…

— Опять Оренбург? – перебила мужа Тамара. – Прямо карма. Тянет меня туда.

— Да, нет, — усмехнулся Грен, но про себя подумал: «И, правда, странно», — так совпало, но это ещё не всё. Русским нужен спецкурс для космического командования по военно-космической тактике, подготовка и ведение боя с кораблями Ррраррри, — выпалил бывший принц и пытался понять реакцию жены. Та замерла, чуть приоткрыв рот, и в изумлении присела на стул:

— Но… я… у меня не так много опыта.

Теперь настало время Грена удивиться:

— У тебя? Ты серьёзно так считаешь? Но такого, как у тебя нет ни у кого. Ты лучше всех понимаешь психологию Ррраррри и их стратегию.

— Надо подумать, — опустив глаза и, похоже, уже забыв про плов, произнесла Тамара. – Кораблестроение – хорошо, но спецкурс после всей этой истории с К2-18 и «Магелланом».

— Твои знания и интуиция бесценны, и Рытин это прекрасно понимает, — Грен осторожно сжал её левую руку, — но, во избежание каких-либо недоразумений, я предлагаю тебе, — и тут он сделал паузу, — отказаться от российского гражданства, то есть от гражданства Земли. Чтобы ты стала исключительно подданной Либерти.

Тамара вскинула на него ещё более удивлённые глаза:

— Но как я это родителям объясню? Я же родилась на Земле, в Москве.

— С твоим папой я уже разговаривал об этом, пока ты отсутствовала. Он понимает, что если бы ты до всего произошедшего являлась исключительно гражданкой Либерти, то мне не пришлось бы отпускать тебя в Гаагу. Фиг они у меня тебя получили тогда, — взгляд императора стал наряжённым. – Четыре дня назад я разорвал соглашение по Женевским конвенциям.

— Что? – у принцессы пересохло в горле. – Зачем?

— Либерти – это не Земля. Мы живём по другим законам, и я не хочу, чтобы моим подданным какие-то люди из Международного суда, космического сообщества и вообще кто-либо с Земли диктовал, как им жить. Здесь свобода определяется исключительно народом Либерти, выбранным им Правительством, Законодательным собранием и… мной.

— Тебе не кажется, что это попахивает авторитаризмом? – что-то новое Тамара разглядела сейчас в лице мужа и не могла понять нравится ли ей это, или нет.

— Возможно, — согласился он, — но признай, что в последние годы эта система лучше всего зарекомендовала себя. Так ты согласна стать абсолютной подданной Либерти? Это также необходимо, чтобы в дальнейшем, когда не станет моей мамы, а я надеюсь, это произойдёт не скоро, ты стала императрицей.

Пожевав нижнюю губу, принцесса, опустив плечи ответила:

— Значит, я теперь целиком и полностью буду принадлежать тебе? Что ж хорошо, Ваше Императорское Величество! — она встала и театрально поклонилась, чем вызвала у мужа улыбку. В этот момент чудо-робот сообщила:

— Вкуснейший плов готов! Можете приступать к ужину!

Глава 4

К приезду в МГУ принцессы Либерти все подъезды к Воробьёвым горам перекрыли. На лекцию факультета космических исследований от создателя принципа перехода между звёздами собралось максимальное количество студентов и аспирантов. Пришли даже те, кто никогда космосом не интересовался.

На самом деле, подобное внимание к своей персоне Тамару не радовало. Хотелось без лишней шумихи приехать в университет, но новость о том, что сама Её Высочество прочтёт курс лекций по космическому кораблестроению и исследованиям дальнего космоса, вирусно разлетелась в социальных сетях.

После звонка студенты не спешили, как обычно, расходится, а продолжали задавать наперебой вопросы принцессе. В огромной аудитории стоял гул как во взбесившемся улье. Система кондиционирования воздуха не справлялась с жаркими умами молодёжи, и в зале становилось отчаянно душно. Пять минут растянулись в пятнадцать, а потом и в двадцать пять, а Тамару всё не отпускали. Внезапно она подняла руки в примирительном жесте и широко улыбнулась:

— Товарищи студенты, мне очень приятна ваша увлечённость вопросами современной космической инженерии, но давайте продолжим завтра. У вас ещё будет возможность задать вопросы. Как раз нас ожидает тема «Расчёт запуска элементарных частиц в адронном коллайдере». До встречи! – и отключила трансляцию экрана со своего ноута. Зал протяжно заныл. – Ну, ну! Не впадайте в уныние, — рассмеялась принцесса. – Вы также всегда можете попроситься в программу по обмену опытом со студентами Либертийского Университета, где я постоянно преподаю и даже принимаю экзамены.

После этих слов она, собрав свои устройства, покинула помещение, находящееся на грани кислородной катастрофы. Хотелось скорее на улицу за глотком свежего сентябрьского воздуха с нотами пряных листьев. Она даже не стала задерживаться по просьбе декана Красовского, грузного мужчины небольшого роста с залысинами по бокам, настаивавшего обсудить детали её курса и расширить тематику:

— Нет, Иннокентий Валерьянович, менять я ничего не буду. Программа утверждена Либертийским преподавательским составом, а Российская Академия Наук её согласовала. Так что никаких изменений. Я и так сегодня выделила много времени на вопросы. Попросите лучше заведующего по хозяйственной части почистить сплит-систему в аудитории, иначе завтра мы точно там задохнёмся. Хорошо?

Декану оставалось только рассеянно кивнуть и вздохнуть. Этой женщине в голубых чуть небрежно сидящих на ней джинсах, чёрной майке и синем жакете с витиеватой брошью «L» как-то неожиданно для него уже удавалось командовать на его же факультете! Иннокентия Валерьяновича, конечно, предупреждали, что с ней лучше не связываться, но это же не значит, что она тут свои порядки будет наводить. Хотя похоже, что будет…

Тем временем Тамара выскочила на улицу в поисках Марка и чёрного BMW M3 Competition Package VI на номерах с буквами «А», «М», «Р», любезно предоставленным гаражом Рытина. Каково же было её удивление, когда возле мрачного немецкого жеребца она увидела ярко-красную маленькую машинку неизвестной ей марки на пневмо-подушке, но чем-то отдалённо напоминающую ей туристический кьюбсат, а такие совсем недавно появились для состоятельных космических туристов, предпочитающих скорость и перегрузки. Вокруг этого чуда техники недоверчиво бродил её телохранитель, а рядом с ним суетилась рыженькая длинноволосая женщина аппетитных форм. Маргарита, сестра Тамары.

«Видимо, она, наконец-то, бросила затею с бесконечными диетами,» — промелькнуло в голове у принцессы. Увидеть сестру она не ожидала. Само собой, в её ближайшие планы входила встреча с ней, но точно не сегодня. Тамара остановилась в метрах тридцати, размышляя, с чего начать непростой разговор. В этот момент та её заметила и кинулась навстречу.

— При-в-е-е-е-е-т, сестрёнка! – как ни в чём не бывало, воскликнула Рита и налетела с объятиями. – Представляешь, какой Марк зануда. Говорит, что моя «крошка» Рю фантик, а не машина. Это же новейшая китайская разработка! Электрическая, на пневмо-подушке, разгоняется до ста километров в час за шесть секунд, голосовое управление множеством функций…

— «Крошка» Рю? — перебила тираду Риты принцесса.

— Ну, да! Ты что не в курсе? – изумлённо воскликнула её сестра. – Ух ты! Неужели мне удалось удивить свою всезнающую старшую. Рю – это лидер в производстве удобных и современных машин, отличающихся безопасностью и надёжностью.

На этих словах лицо Ворона удивлённо вытянулось:

— Да, это какая-то взбесившаяся табуретка! Тамара, категорически не рекомендую садиться в это творение безумных китайских гениев.

— Что бы ты понимал! Я месяц на ней гоняю, и она ещё ни разу меня не подвела. Тамара, не слушай этого BMW-дрочера. Поехали со мной. Ты же вроде освободилась? Сонечка ждёт. Я кучу вкусняшек наготовила, а Марк пусть догоняет, — продолжала тараторить Риточка, от чего у Её Высочества начала гудеть голова, но она направилась к пассажирскому месту спереди Рю.

— И всё-таки это небезопасно! Смею напомнить о протоколе охраны, утверждённом непосредственно твоим мужем, где указано, что перевозить Её Высочество можно исключительно в проверенных транспортных средствах под управлением телохранителя либо иного профессионального водителя, — занудствовал Ворон.

— Марк, спасибо, что отлично выполняешь свою работу, но я хочу поехать с Ритой. Мы давно не виделись. Я соскучилась. Ты последуешь за нами, и никакого нарушения протокола здесь нет, — спокойным тоном сказала Тамара и села в «крошку» Рю, пристегнувшись. Парню только и оставалось разочарованно всплеснуть руками, а довольная Марго радостно показала ему язык и прыгнула за руль:

— Нас не догонишь! – пропела рыженькая барышня песню из далёких двухтысячных и топнула на газ.

— А как ты прорвалась к МГУ? Перекрыто же, или убрали пост? – недоумевала принцесса.

— Я-то и не проеду к родной сестре! Ха! – рассмеялась Рита. – Господа из ГИБДД узнали меня и любезно пропустили. Ты мне лучше скажи, ты вино сейчас пьёшь? У меня как раз к твоему приезду появились две бутылочки невероятного розового сухого «Румянца». Подруга из Крыма привезла. У вас на Либерти точно такого нет, — и вопросительно уставилась на старшую, пока они стояли на красном сигнале светофора.

— Э-э-э…пью, — напор и динамичность Марго могли сбить с толку кого угодно. Не так представляла себе Тамара их встречу после размолвки в апреле. – Кстати, у меня для Сонечки подарки в машине. Хорошо, взяла с собой сегодня.

— О-о-о! Она будет в восторге. С вечера мне все уши прожужжала: Мама, а во сколько тётя Тамара приедет? А как ты думаешь, что она мне привезёт? А можно я пораньше со школы уйду, чтобы прибраться к её приезду. Представляешь? – ещё больше расходилась Рита.

— Рит, ты хоть бы предупредила. А если бы я в Королёв уехала спецкурс вести? А ты ребёнку пообещала уже, — покачала головой Джокерс.

— Так я же спросила у Марка, какое у тебя расписание. Хотела тебе сюрприз сделать. Удался сюрприз? Да? – сияла женщина.

— Удался. Спасибо, Рита! – улыбнулась Тамара, с теплотой разглядывая свою младшую сестрёнку. – Марго, ты прости меня. Неправильно как-то всё это произошло. Я искренне сожалею. Если бы я могла что-то исправить…, — она опустила глаза на свои ногти с красным переливающимся маникюром. Машина резко затормозила на перекрёстке.

— Нет, это ты меня прости, сис. Я наговорила тебе столько гадостей. Потом спать не могла. Тем более после того, как ты в больницу попала. Я…, — тут она запнулась, и слёзы градом посыпались у неё из глаз, — я… — плохая сестра. Даже не дала тебе объясниться. Ты же сделала всё, что было в твоих силах. Ведь, могли погибнуть и другие корабли, и все могли погибнуть. Фернандо умер героем, — продолжала всхлипывать Рита. Тут раздался сигнал BMW сзади, девушка встрепенулась и поехала.

— Да, героем, Рит. Они все – герои, — тихим голосом продолжила принцесса.

— Тамара, скажи только, неужели эта планета того стоила? Неужели нет других таких? – осторожно спросила младшая.

Женщина с зелёным отблеском боли в карих глазах тяжело вздохнула и серьёзно ответила:

— Марго, экзопланет типа Земли, Либерти, К2-18b, действительно, мало в нашей галактике, но не это главное. Хотя сильные мира сего, наверное, не согласятся со мной. Страшно другое – Ррраррри очень близко подобрались к нам, и мы должны сейчас постоянно напоминать им, что мы, люди, не готовы подчиняться, и им нечего делать в наших владениях, иначе завтра они будут в Солнечной системе, а это жестокие и женоненавистные создания, которые разрывают женщин на куски. Поэтому сегодня мы делаем всё возможное, чтобы оградить людей от Ррраррри, — закончила принцесса.

— Ага, — выдохнула Рита, сворачивая в Очаково, — Томочка, ты же не видела моё новое гнёздышко на улице Озёрная, дом десять. Я продала квартиру в Барселоне и купила здесь. Родители помогают с Соней. Из школы встречают. Мама занимается по возможности, когда не уезжает в дом.

Всё это логично, подумала Тамара. Зачем Рите оставаться в Барселоне? Родители Гонсалеса хоть и являлись чудесными людьми, но не готовы, как их родители, нянчиться с внучкой, когда Марго уезжала в командировки и на острова с поклонниками, а Мария Владимировна находила смысл жизни в заботе о близких. Только либертийские внуки выросли и жили очень далеко, а Соня рядом, и Рита казалась такой беззащитной и нуждающейся в помощи.

Рю занырнула во двор огромной очаковской многоэтажки, найдя уютное место для парковки. Чёрный BMW лишь мгновение покрутился сзади, но, уже выбираясь из китайского автопрома, Тамара на выходе опиралась на руку Марка, который предварительно собрал из машины подарки для Софы.