Вельзеград

— Зря ты так, — предупредил Вен, — Могут и убить

— Я уже говорил, что мы должны быть людьми, — хмуро ответил Парф и бросил злобный взгляд. — Давай не будем снова поднимать эту тему, не хочешь помогать — не подходи, я сам.

Парф вернулся к руинам баррикад и лежащим телам. Впереди Гур вел огонь по противникам на лестнице.

— Может, кто-то не по своей прихоти попал в Даттас — фыркнул Парф.

— В секту, — поправил Вен.

— Да, в секту! У некоторых могут быть долги, они сами или их родственники могут болеть чем-то серьезным, может, их не берут на нормальную работу и они готовы на любой заработок? Многим нужны деньги, не только плохим Многим нужна семья, даже такая паршивая, как Даттас! На свете много одиноких людей, Вен, им просто некуда идти, не их вина, что их так просто завлекают секты. Есть на свете люди, про которых все забыли, которые никому не нужны, общество отвергло их Даттас так и завлекает к себе, любая секта работает по такому принципу, не все из них фанатики, кого-то еще можно спасти!

Еще один голос раздался из-под руин. Парф поспешил на помощь.

— Потерпите, я сейчас подниму — пообещал рядовой.

Парень приподнял очередной здоровенный шкаф. Внезапно из под шкафа выполз молодой сектант и махнулся острым ножом.

— Ах ты ж тварь! — крикнул Вен и выстрелил прямо в лоб сектанта.

Вен оттащил рядового за шиворот.

— Видишь? — рыкнул Вен. — Мы не должны этого делать, пусть валяются, ими займутся другие.

— Они могут умереть, пока придут спасатели — Парф нервно сглотнул.

— Эти фанатики и спасателей убьют! — крикнул Вен.

— Как отличить фанатиков от людей, у которых не осталось выбора?! — крикнул Парф и отдернул руку Вена от своего плеча. — Может, не все люди плохие, не все прогнили, как ты!

— Парф — Вен опешил.

В этот момент ноги Вена коснулась рука. Один из сектантов, с большими очками и обожженной кожей что-то шептал. В неразборчивом шепоте капитан услышал имя — Ия. Сектант медленно вынул дискету и протянул капитану.

— Передай Ия отдай ей — прошептал сектант.

— Что?... Нет! Замолчи! — выкрикнул Вен и выстрелил.

Капитан уставился на дискету на полу, а затем — растоптал. Сектант знал Ию, он мог ее выдать, а капитан не мог этого допустить.

— Он же был ранен! — Парф хотел уже помочь раненому, но пуля попала точно в голову. — Чудовище! Этот точно был безоружен! — рычал Парф.

— Я я не мог знать, — открещивался Вен. — Если ещё раз попробуешь помочь одному из них, я его лично пристрелю Это ради твоего же блага. Бери автомат и пошли. Не хочу, что бы тебя убил один из этих отбросов.

Вен повернулся и пошел помогать Гуру. Парф от злости и безысходности ударил по железному шкафу, а гул от удара разнесся, словно похоронный звон.

Бурса, старое ПТУ на окраине города, это заведение уже давно заброшено: прогнившие парты, пыльные коридоры, отвалившиеся двери и пустые оконные рамы стали приютом для крыс и бездомных, здесь, где некогда студенты грызли гранит науки, а строгие профессора читали многочасовые лекции. Рядом с Бурсой есть речка, где по вечерам лягушки громко квакают свои серенады, и парк, в котором когда-то прогуливались влюбленные парочки, но ныне здесь всё поросло высокой, непроходимой травой.

Время текло мучительно долго. Горислав выглядел ужасно, он и раньше был хмурым, но теперь его лицо выражало истинное отчаяние, гнев и страх. Полицейские всю дорогу безрезультатно пытались хоть немного, на самую малость утешить старика обещаниями скорого освобождения дочери.

Машина под ярким светом уличных фонарей медленно ползла по асфальтированной дороге. Казалось, ночь будет длится вечно. Генерал постоянно смотрел на клочок фотографии с изображением Розы. Он так не хотел впутывать дочь во все это Она была слишком молода, слишком невинна и чиста для всей этой грязи. Горислав любил свою дочь больше всего на свете, он был готов сделать ради неё что угодно. Абсолютно что угодно.

С момента получения письма и до полуночи оставалось около тринадцати часов. Парф предложил скрытно проникнуть на заброшенный объект, спасти девочку и начать общий штурм здания, но было несколько проблем: никто точно не знал, где именно находится девочка и нельзя было быть уверенным. План штурма в лоб был сразу отброшен — сектанты могли убить девочку. Нужно было действовать более скрытно, более дипломатично и безопасно, на кону стояла неповинная жизнь. Было решено отправить Горислава, переговорщиков и Акси. Снайперы и штурмовики уже давно окружили здание, спецслужбы уже провели тщательную разведку, им удалось примерно определить количество фанатиков в Бурсе — более пятидесяти.

Луна освещала заброшенное здание. Тени на дороге угрожающе упали на машину, когда она остановилась у ржавого забора.

— Идем, — сухо скомандовал Горислав.

Машина остановилась около оперативников, образовавших временный штаб для проведения операции. Оперативники использовали приборы ночного видения, снайперы целились в каждого сектанта, что хоть на секунду показывался в разбитых окнах; на расстоянии, вокруг Бурсы полицейские образовали плотное кольцо из служебных машин. Преступникам давали понять — сбежать не получится. После Шипка Горислав и Ис потеряли много людей, но в Вельзеград вовремя прибыло подкрепление из столицы.

— Мы следим за каждым их шагом, — пообещал Ис. — С вами идут переговорщики, они попытаются убедить фанатиков отпустить девочку, если не получится — начнут работать снайперы, ложитесь на пол и ждите, а мы пойдем на штурм. Акси, если ситуация будет накаляться, дай им что попросят Сейчас жизнь Розы важнее всего.

— Сделаю все что смогу, — пообещала Акси.

Акси в компании генерала и пары переговорщиков вышла из машины и направилась к злосчастному зданию.

Бурса была окружена старым забором, который в некоторых местах совсем развалился и уже давно не выполнял своей главной задачи — не пропускать проходимцев. Всё вокруг Бурсы покрылось мхом и сорняками, входная дверь в Бурсу лежала плашмя.

— Они заходят, — голос Исая зашипел в рации.

Скрип досок под ногами — единственный свидетель присутствия живого существа в пустых и покинутых коридорах Бурсы. Всюду на стенах висели плакаты времен СССР, восхваляющие советскую науку, студентов и преподавателей. Все плакаты уже давно покрылись пылью или сгнили под гнетом лет. Большинство дверей в аудитории оказались сломаны и открыты настежь. При свете луны пыльные парты и шкафы создавали особенно призрачную, гротескную атмосферу.

Горислав внимательно всматривался в каждый угол и выискивал сектантов. Акси шла шаг в шаг, готовая помочь в любой момент. Переговорщики сохраняли уверенный, спокойный вид и изредка смахивали с одежды прилипшую пыль.

Внезапно раздался шорох у лестницы на второй этаж. Горислав насторожился. Делегация приближалась источнику шума и оказалась прямо перед лестницей. Со второго этажа медленно спускалась фигура в черном подряснике без пуговиц. На ноги сектант надел красные кроссовки, кроме того, подрясник у икр задирался, оголяя коричневые джинсы.

— Вы одни? — хриплым голосом спросил фанатик.

— Да, — грубо выплюнул Горислав.

— Кто эти двое?

— Переговорщики.

Незнакомец посмотрел наверх, на кого-то на втором этаже. Горислав подошел на пару шагов, чтобы посмотреть, с кем советуется сектант: наверху мрачно стояли две темные фигуры. Тени о чем-то перешептались и медленно кивнули.

— Идите за мной, — приказал сектант и поднялся по ступенькам.

Делегация насторожено проследовала за сектантом и оказалась на втором этаже: впереди угрожающе зиял мрачный коридор, освещаемый лишь тусклым светом луны; в коридоре, у стен обосновались люди-тени. Сектанты хищно разглядывали свою жертву. Многие из сектантов носили простую, гражданскую одежду, вроде футболок, свитеров, джинс или пальто. У всех на лицах красовались хлопковые нити: у кого по одной, у кого по две, находились и с тремя. Некоторые сектанты носили ромбовидные маски с главным символом Даттас.

Горислав собрался пройти между двух рядов мрачных статуй, но его остановил один из сектантов.

— Обыск, — хрипло предупредил сектант.

Горислав узнал говорившего: таким хриплым голосом обладал один из его сотрудников, исчезнувший после ночи в Шипке. Этого человека звали Мокий.

Предатель в маске обыскал Горислава: ему удалось найти потаенные лезвия, отлично спрятанный пистолет и еще несколько небольших ножей. Мокия обучали для проведения таких проверок, он знал все трюки Горислава и так легко оставил всю компанию полностью безоружной. Также проверили и Акси, но у неё нашли только ноутбук и телефон. У переговорщиков оружие так же не нашли. Горислав рассчитывал пронести хотя бы один нож, но даже не подозревал, что здесь будет Мокий. Генералу оставалось полагаться лишь на свои мускулы и смекалку.

Генерал бросил на предателя взгляд полный ненависти и тяжелыми, грузными шагами зашагал по коридору. Акси гордо подняла голову и пошла следом за генералом.

Коридор оказался длинным. В каждой аудитории у окна стоял один или два фанатика, неустанно следящих за полицейскими снаружи. У сектантов помимо ножей нашлись пистолеты, автоматы и даже гранатометы, которые, скорее всего, им предоставил Мокий и другие предатели. Сектанты угрожающе поднимали оружие, когда мимо них проходили чужаки. Акси не выказывала признаков страха, а Горислав не выражал ничего, кроме холодной ненависти. Делегация прошлась по просторному помещению, разрезавшему коридор на две части, где фанатиков оказалось еще больше. Просторное помещение снова перешло в длинный коридор, который закончился двумя большими дверями с надписью Директорская, единственными уцелевшими во всем здании.

Горислав и Акси без страха вошли в просторное помещение. Здесь оставалось около десяти сектантов. Слева стояли пустые стеллажи и пара горшков, а права располагались большие окна, у которых стояли еще пять сектантов. Впереди ждал большой пыльный стол и пара стульев. На столе угрожающе лежал пистолет Макарова, ноутбук, пачка сигарет и бутылка дешевого пива.

— Наконец, — хмуро выплюнул сектант с четырьмя нитями на лице.

— Где моя дочь? — грозно бросил Горислав.

Сектант глянул на своего сообщника и указал пальцем в угол. Из тени выволокли стул, к которому была привязана девочку. Лицо Розы было перевязано покрасневшей белой тканью.

— Что вы с ней сделали?! — Горислав угрожающе сжал кулаки.

— Сам знаешь, — мерзко хихикнул сектант у окна.

Один из переговорщиков тактично ткнул генерала локтем. Горислав едва поборол желание забить сектантов голыми руками. Акси с отвращением смотрела на эту картину, ей хотелось сбежать как можно скорее.

— Давайте спокойно все обсудим, изъявите требования, мы постараемся их выполнить, — дипломатическим тоном начал переговорщик.

— Нам нужен пароль, — ответил сектант с четырьмя нитями. — Остальное обсудим потом.

— Пароль от системы? — хмуро спросила Акси.

Сектант за ноутбуком подозвал девушку к себе. На экране ноутбука сектанта виднелась странная программа.

— Вы забрались в мой ноутбук? — удивленно спросила Акси.

— Это было не так сложно, — плевался сектант под маской. — Но я не могу подобрать пароль, что это за метод хеширования?

— Мой личный, — грубо ответила Акси.

Сектант поднялся, уступая место девушке. Акси нехотя села за стол и начала печатать пароль. Сектант-программист внимательно следил и нетерпеливо тер ладони.

— Готово, — фыркнула Акси и вскочила.

Сектант-программист все проверил и кивнул сообщнику. Гориславу позволили подойти к дочери.

— Рози — как мог, ласковее сказал Горислав, обнимая свою дочь. — Я рядом, все хорошо

Горислав впервые заплакал, даже рыдал. Сердце Акси налилось кровью при виде душераздирающей картины, она прижалась к стене всем телом. Горислав наконец смог выпустить все свои эмоции, он забыл обо всем на свете, кроме своей дочери. Роза тоже рыдала и уткнулась в грудь отца.

Время все шло, сектант работал над чем-то на своем ноутбуке. Акси стояла у стены, Горислав и Роза были в истерике, а сектанты вокруг издевательски посмеивались.

— Вы получили пароль, дайте уйти вместе с девочкой, — настоял второй переговорщик. — Даже если не дадите уйти всем, освободите хотя бы девочку.

— Нам нужен безопасный коридор, — ухмыльнулся четырехнить.

— Обеспечим, вы сможете уйти, — обещал переговорщик.

— Лжет, — внезапно вмешался Мокий.

Предатель незаметно появился в помещении, на его лице больше не было маски: скуластое, щетинистое, усталое лицо с большими черными кругами под глазами медленно смотрело маленькими, налившимися кровью глазами.

— Мокий Так вот как ты выглядишь... — разозлилась Акси. — Это же ты был в суде, когда Глеб отправил меня в санаторий? Давно хотела повидаться! В честь встречи ответь на один вопрос: вы бы расправились со мной прямо там, в Санатории, да?

— Да, — Мокий ответил машинально и даже не глянул на девушку.

— Давайте без агрессии, — переговорщик посмотрел на девушку, а потом на Мокия. — Мы гарантируем

— Я знаю, по какому методу вы работаете, — безэмоционально прервал Мокий. — Прямо сейчас в моих ребят целятся снайперы и только ждут сигнала. Если вы уйдете, нас сразу пустят в расход. Даже если дадут выйти из окружения — не отпустят, отойдем подальше, там и прижмут.

— Я закончил, все удалено, — довольно хрюкнул сектант-программист. — Подожди А где дискета?!

Сектанты схватились за оружие.

— Они украли дискету! — обвинял сектант-взломщик.

— У нас только одна дорога, — использовать вас, как заложников и драпать, — сухо сказал Мокий. — Но если вернете дискету, обещаю, мы вас отпустим.

— Давайте не будем действовать необдуманно, мы же все люди здравомыслящие — собрано сказал переговорщик. — Нам ничего неизвестно ни о какой дискете

Предатель подставил пистолет к голове генерала.

Горислав не понимал, что происходит, он лишь медленно поднял заплаканные глаза. Дуло пистолета смотрело прямо в зрачок генерала.

— Не трожь нас! — исступленно крикнул Генерал, закрывая свою дочь руками.

Мокий внезапно выстрелил, но не в Горислава, а в Розу. Генерал взвыл, отчаялся, но Роза выжила, и только через мгновение Горислав увидел — пуля была черная, сектант выстрелил гильзой с паразитом, который молниеносно проник в голову девочки.

— Ей не поможешь: Он через пару минут доберется до мозга, а ты уже видел, что бывает, когда такое случается, — процедил один из сектантов.

Горислав обомлел, вспомнив старика в подвалах Шипка, когда неведомая тварь пробралась под кожу прямо в мозг и взяла контроль над телом.

— Нет Вытащите это из ее головы! — умолял Генерал.

Акси еще никогда не видела Горислава настолько слабым и беспомощным.

— Она станет послушной марионеткой и живым щитом, — безучастно сказал Мокий. — Последний раз спрашиваю: где дискета?

— Рози доченька, посмотри на меня пожалуйста — шептал Горислав.

Роза не отвечала, лишь испуганно смотрела в глаза отца.

— Да, это папа, ты узнаешь меня?... Ведь узнаешь же, да?

Губы девочки медленно, безмолвно двигались, и Горислав понял каждое слово — Да, папа..

— Узнаешь своего старика Узнаешь ведь Мы сейчас уйдем, доченька, далеко, где нас никто не найдет, ты только потерпи

Генерал попытался встать, но ноги не держали. Он посмотрел в глаза дочери и в последний раз увидел в них этот крошечный огонек понимая, узнавания и жизни. Ее глаза стекленели с каждой секундой, она все меньше понимала, где находится и кто перед ней.

— Ро зи Не уходи — отчаянно, будто во сне, шептал генерал.

Горислав в последний раз обнял дочь.

— Вы просто чудовища — всхлипнула Акси и со злобой посмотрела на сектантов.

— Без дискеты нам нужен живой щит, не больше, — безэмоционально сказал Мокий. — Теперь она — послушная кукла.

— Пусть убьет папашу! — ухмыльнулся сектант-программист.

Мокий медленно посмотрел на девочку. Она посмотрела в ответ.

Внезапно Роза вырвалась из рук отца и прибежала к Мокию. Предатель вложил в руки девочки пистолет.

— Рози, что ты делаешь? Это же папа — еле проговорил Горислав.

Раздался выстрел — пуля угодила прямо в плечо. Сектанты хихикали, Акси сильнее прижалась к стене, а переговорщики в ужасе отступили к двери.

— Поче почему? — всхлипнул генерал, поднимая отчаянный взгляд на дочку.

Она медленно подошла, ступая маленькими ножками прямо к отцу. Горислав лежал на полу, истекая алой кровью, пролитой собственной дочерью. Несколько фанатиков рухнули на пол и завопили — начался снайперский обстрел. Сектанты спешили занять позиции в коридоре, начался штурм. Мокий посмотрел на девочку, затем на убегающих переговорщиков и ринулся в коридор. В помещении осталась Акси, пара мертвых сектантов, Горислав и Роза.

Девочка приставила пистолет к голове отца, хладнокровно глядя в его глаза, застывшие от непостижимого ужаса. Она точно выстрелит, и этот выстрел будет последним.

— Прости

— Слышим вас, — ответил Ис.

— Что там? — заинтерисованно Вен.

— Дело плохо, вмешался Мокий, фанатики уходят из поля зрения снайперов, в окнах почти никого не видать.

— Опять этот предатель — задумчиво произнес Вен. — Знаешь, мне начинает казаться

— Погоди, — остановил Исай и прислушался к наушнику. — Переговорщики пытаются договорится

— И как? — Вен бросил быстрый взгляд в сторону Бурсы.

— Пока не выходит — не хотят отпускать девочку.

Атмосфера накалялась, полицейские полицейские напряженно глядели в окна Бурсы, а снайперы тщетно пытались отыскать противника. На мгновение все замерли.

Внезапно, словно стреляли из сотен пушек, громыхнул пистолетный выстрел.

— Черт! Все вперед! — скомандовал Исай и отряды ринулись на штурм.

Последовали выстрелы из снайперских винтовок. Оперативники с щитами заняли коридоры, фанатики открыли по ним беспорядочный огонь. За бойцами с щитами следовали все остальные. Снайперы не давали сектантам перемещаться по коридорам в полный рост, фанатикам приходилось пригибаться или вовсе ползти, но стоило поднять голову чуть выше положенного — пуля мгновенно настигала цель.

Парф, Гур с целым отрядом полиции обходили здание слева, впереди них пробивался отряд Альфа. Савва и Вен со своим отрядом обходили здание справа. Исай бросился в лобовую атаку с несколькими отрядами Альфа.

Сектанты бросили все силы на отряд Исая, у них не хватило сил для флангов, Парф и Гур с небольшим отрядом обошли все здание и зашли в тыл врага.

— Слева! — яростно шепнул Парф, и Гур резко повернулся, чтобы подстрелить в сектанта с пистолетом.

— Спасибо! — благодарно шепнул Гур и с большей осторожностью крался дальше по коридору.

Сектанты бросились к передней и правой части здания, тыл остался открытым для незаметной атаки. На этот раз численное преимущество находилось на стороне полицейских.

Отряд Парфа и Гура продвигался все дальше по коридорам. Члены отряда Альфа шли в авангарде: они быстро и бесшумно обезоруживали или, в крайнем случае, пристреливали сектантов одного за другим. Гур и Парф не поспевали за парнями Исая, бойцы Альфа были лучше обучены и имели больший опыт подобных операций.

— Эти парни явно знают свое дело — удивлялся Парф, осматривая тела убитых сектантов.

— Вау Быстрые, — согласился Гур.

— Ладно, будем прикрывать их спины, — улыбнулся Парф. — Они и без нас справятся, постараемся хотя бы не мешать. В общем, не отставай!

— Сам не отставай! — лукаво улыбнулся Гур и зашагал по коридору.

С правой стороны здания Вен и Савва встретили беспорядочный огонь противника. Щитовые уже проникли в Бурсу0, шаг в шаг за ними шли капитан и лейтенант.

— Второй проход справа, — предупредил капитан.

— Заметил еще раньше тебя, одноглазый, — издевался Савва, скрываясь от фанатика за бетонной стеной.

— Насчет три, — ухмыльнулся Вен.

— Четыре! — крикнул Савва и высунулся, чтобы открыть огонь.

Сектант поспешил укрыться от беспорядочного огня.

Вен быстро высунулся из-за спины щитового и со всей силы метнул гранату. Граната отскочила от стены, залетела за угол, угодила прямо под ноги сектанта и взорвалась с оглушительным грохотом.

— Отлично бросаешь, Одноглазый, — улыбнулся Савва. — Ты же знаешь, три — нечетное число, в моей религии нечетные — приносят неудачу.

— Ага-ага, отлично прикрываешь, Хапуга, — Вен улыбнулся и перезарядил автомат.

Вен осторожно проверил первый коридор, отправил в него пару гранат и только потом повел отряд внутрь. Их встретил точечный огонь из трех проемов справа. В коридорах оставалось мало места, Вен шел за щитовым, стойко встречающим весь огонь противника. Они почти дошли до первого помещения, но внезапно перед щитовым взорвалась граната. Щитовой закричал и рухнул. Капитан не сразу понял, что произошло, но успел нырнуть вперед и поднять щит. Несколько полицейских оттащили щитового, Савва наскоро осмотрел раненого — осколок рикошетом попал в колено. Вен под плотным огнем повел отряд назад.

— Крепко нас прижали, — ворчал капитан, укрывшись за углом.

— Надо было взять больше гранат, — ворчал Савва.

— Я думал, это твоя обязанность — хранить и тащить с собой всякие вещи, — Вен засмеялся.

— Какой ты вредный стал в последнее время, неужто влюбился в кого?! — Савва пытался перекричать автоматную очередь.

Савва выхватил из-за пазухи пару гранат. Вен уже давно не удивлялся способности лейтенанта доставать самые неожиданные вещи в самые нужные моменты. Обе гранаты по очереди отправились в коридор. Раздались хлопки и весь коридор озарил яркий свет. Стрельба прекратилась лишь на пару тройку секунд, но капитану этого времени вполне хватило: подняв щит, он бросился вперед, и весь отряд ринулся следом. Зрение вернулось к сектантам слишком поздно: полицейские заняли все три помещения. Большая часть фанатиков оказалась мертва, лишь немногих взяли в плен.

В отряды Исая входили как члены Альфа, так и полицейские с хорошей боевой подготовкой. Исаю пришлось хуже всего: бой велся в главном коридоре, настолько широком, что в нем могли без проблем поместится два танка, а противники возвели баррикады из кучи больших, массивных шкафов и вели шквальный огонь; щитовые не могли пройти из-за гранат и перекрестного огня. Завязался тяжелый бой, в котором никому не удавалось одержать явное преимущество. Исай завяз в длительной перестрелке, его отряды смогли соорудить небольшие укрепления из толстых, металлических, ржавых шкафов и другого мусора. Полицейские высовывались, чтобы сделать пару выстрелов, но из-за плотного огня тут же ныряли обратно в укрытие. Посередине коридора разместились большие окна, из-за которых сектанты не могли подойти близко, иначе тут же ловили пулю от снайперов.

Сектанты крепко засели по всему коридору, будучи готовыми к штурму именно с этой стороны здания, они собрали тут все свои силы. У фанатиков в арсенале нашлись крупнокалиберные автоматы, дробовики и даже пара пулеметов. Не все фанатики могли метко стрелять и не знали ничего о ведении боев такого типа, из-за чего то тут, то там раздавались крики от полученной пули. Но на смену одному сектанту тут же вставал другой, и казалось, что их силы бесконечны. Исай уже битый час пытался хоть что-то предпринять, пусть его отряд отлично экипирован и обучен, но крупнокалиберный, шквальный огонь и гранаты уравнивали шансы.

— Слышишь? — Парф прислушался.

— Да, ничего себе там пальба — насупился Гур.

— Идем, надо выяснить, где идет бой.

Двое полицейских шли в составе отряда Альфа. Они уже практически не встречали сопротивления.

Звуки пальбы становились все громче, их было отчетливо слышны прямо за дверью, прикрытой здоровенным металлическим шкафом. Дородные участники отряда Альфа втроем еле подняли шкаф и оттеснили от хрупкой двери. Один оперативник поднял оружие, встал с краю и толкнул дверь. Дверь отворилась наружу, её в считанные секунды изрешетили с обеих сторон, она качнулась и рухнула на пыльный пол. Через дверной проем было видно, как слева и справа летят пули, не оставалось возможности высунуться в дверной проем и посмотреть, кто в кого стреляет. Парф и Гур пока не понимали, в какой части здания находятся и где их союзники.

— Черт, огонь слишком плотный, и носа не высунешь — выругался Парф.

— Не обязательно высовывать нос, — ухмыльнулся Гур и вытащил телефон из кармана.

— Хочешь сделать селфи? — смеялся Парф.

— Почти, — засмеялся и Гур.

Гур осторожно присел на корточки у стены, слева от дверного проема. Он включил камеру и осторожно высунул в коридор. Гур сделал пару фотографий и поднялся. Вокруг парня столпился весь отряд, включая Парфа.

На первой фотографии, в левой стороне коридора, грозно смотрели баррикады из мусора, за ними ютились сектанты. На второй фотографии, правой части коридора, среди более организованных и крепких укрытий едва удавалось заметить людей из отряда Исая. Отряд Парфа оказался посередине длинного коридора, расстояние до сектантов или отряда Исая вырисовывалось слишком большим. Любая попытка выйти в коридор — чистое самоубийство.