Вельзеград

— Парф! — выкрикнул Вен, и со всей яростью ударил сектанта прикладом.

Противник рухнул, а Вен в приступе чистой ненависти забивал мертвое тело сектанта. Труп получил так много сильных ударов по голове, что его физиономия стала похожа на багряное оливье.

— Вен, я в порядке, — сглотнул Парф, видя жестокость друга.

— Уверен?... — капитан кровожадно оскалился.

— Да просто царапина. — Парф перевязал руку бинтом и скрылся от неприятельского огня за грудой хлама.

Пули постоянно бились о большую гору из металлических складных стульев, пока Вен перезаряжал гранатомет и периодически оглядывался на Парфа. Из-за ситуации с особенно живучим сектантом полицейские потеряли время и монстр уже наполовину выбрался из своей тюрьмы.

Вен сделал ещё один выстрел из гранатомета прямо в основание Фиктрида, но монстр загородил снаряд своим телом. Раздался звук сгибаемого металла и монстр покачнулся. Существо на время прекратило какие-либо движения, даже слекга вернулось обратно в Фиктрид, но даже выстрел из гранатомета не смог его убить.

— Да что вы все такие живучие! — выругался Вен. — Оно защищает Фиктрид!

— Слишком медленно — устало сказал Парф.

— Я сделаю еще залп! — воскликнул Вен, уже перезаряжая гранатомет. — Буду стрелять, пока не сломаю эту хреновину!

Монстр уже высунул одну свою длинную, тонкую, черную конечность, но случилось нечто неожиданное: Парф заметил лужицу крови под своей рукой и пальцем начал рисовать прямоугольник, который вскоре приобрел очертание двери. Закрытой двери. Монстр резко поднял голову на кучу хлама, за которой скрывался рядовой. Нечто протянуло свою длинную конечность, пытаясь добраться до парня, но длины хватило лишь наполовину зала. Более того, монстр не мог вытащить свою вторую руку и ногу из Фиктрида: они завязли в черноте, словно в болоте; чернота медленно всасывала в себя пришельца. Именно в этот момент раздался выстрел и взрыв. Общая битва на время прекратилась. Сектанты замерли, полицейские и остатки Альфа смотрели на последствия взрыва: гранатомет попал точно в цель, Фиктрид накренился, а потом — с ужасным скрипом и грохотом рухнул на пол. Чернота исчезла, как и монстр. Все стали переглядываться.

— Ура! — вдруг крикнул Гур. — Эта штуковина сломана!

Победители подхватили победный крик и возобновили огонь. Сектанты, уже потерявшие боевой дух, понуро складывали оружие, более того, кто-то из них рыдал и валялся на земле, а иные и вовсе бились головой о стены. Полицейские с огромными потерями вышли победителями в этой схватке.

В пылу радости от победы и слез поражения капитан подошел к Парфу.

— Парф? — спросил Вен.

— А? Что? — улыбаясь повернулся Парф, нехотя отрываясь от лицезрения победы.

— Как ты это сделал? — серьезно спросил Вен, — Я имею ввиду, отвлек ЭТО. Хотя нет, ты заставил монстра вернуться обратно в эту хреновину.

— Честно говоря...не знаю. Они рисовали языками на воздухе, а я нарисовал на полу своей кровью, — солгал рядовой.

Вен подозрительно посмотрел на своего друга. После небольшой капитан улыбнулся и хлопнул Парфа по плечу.

— Ладно, — обрадовался Вен, — победителей не судят. Не знаю, как ты заставил эту штуку остановится, но это спасло наши жизни.

Парф облегченно выдохнул, мысленно благодаря Гаври за ее уроки рисования и рассказам о Фиктриде.

Спустя два часа отчаянной перестрелки полицейским удалость занять главный коридор. Сектанты отступили на второй этаж, часть закрепилась на лестнице. Полицейские и оперативники Альфа вели огонь по любому, кто показывался хотя бы на мгновение. Звуки стрельбы громко отзывались в ушах и смешивались с криками раненых, образуя невыносимую какофонию.

— Альфа идут первыми? — настороженно спросил Гур.

— Сам знаешь — у них больше опыта, — хмуро ответил Парф и прижался к стене.

На лестнице всё неожиданно стихо: сектанты перестали стрелять. Поняв, что противник обескровлен, отряд Парфа начал подниматься по лестнице. Ступеньки завалили трупы фанатиков с нитями на лицах. На стенах всюду зияли выбоины, отметины от пуль и брызги крови. Несколько лужиц образовались на верхних рядах ступенек и медленно, как кровавый ручеек, стекали с верхних ступенек вниз.

— Движение! — крикнул Альфа на середине лестницы и открыл огонь.

Снова зазвучала канонада выстрелов и крики. Сектанты на втором этаже пытались соорудить новые баррикады, чтобы заблокировать лестницу, но Альфа вовремя заметили фанатиков и разобрались с последними фанатиками. Лестница была взята, отдельные сектанты пытались открыть огонь с верхней площадки, но их сопротивление быстро подавили. С начала операции Альфа понесли серьезные потери, раненых переносили вниз и эвакуировали, их осталось всего десять человек, полицейских в строю оказалось около тридцати.

Наверху лестница заканчивалась длинным коридором, по которому недавно проходили Акси и Горислав.

— Черт! — выругался Парф, пытаясь перебинтовать голову полицейского.

— Парф, он мертв! — крикнул Вен. — Ищи за чем спрятаться и стреляй!

Пара пуль прилетела прямо в автомат с газировкой, за которым скрывался капитан.

— Он еще дышит! — крикнул Парф, лишь сильнее затягивая повязку, словно это могло вернуть мертвого к жизни.

После очередной стычки с капитаном, Парф вел себя странно: постоянно хотел помогать смертельно раненым и даже убитым, его психическое состояние пошатнулось; порой рядовой стоял в ступоре и что-то мямлил под нос, сам не понимая, зачем и почему он это делает. В глазах Гура все помутнело, когда он заметил странное поведение рядового и капитана, но времени разнимать товарищей не нашлось — пули градом неслись над головами, нужно было действовать.

— Парф, прошу, соберись, сейчас не время распускать нюни! — грозно приказал капитан. — Если кого-то ранили — оттащи назад, дальше им займутся медики, но не геройствуй, а то сам словишь пулю!

— Я да, хорошо, — растерянным голосом мямлил рядовой.

Сектанты укрылись в аудиториях и вели огонь из дверных проемов по коридору, негде полицейским не где было укрыться, огонь велся слишком плотный. Сектанты часто стреляли по-сомалийски, высовывая руки с оружием за угол, но в тесном коридоре этого вполне хватало: шальная пуля рано или поздно попадала в полицейских. В аудиториях возвышались большие окна, поэтому сектанты жались к дверным проемам и стенам, иначе их находила пуля снайпера.

Капитан с боем прорвался в первую аудиторию, но ценой такого рывка стала половина отряда. Без руководства Исая Альфа понесли большие потери, но капитан Альфа смог возглавить отряд и прорваться к одной аудитории.

Вскоре с обеих сторон в ход пошли гранаты: светошумовые, дымовые и осколочные, попытка прорыва в коридор стала невозможной; по коридору не могли продвинуться даже щитовые. Крики, выстрелы и взрывы заполнили весь второй этаж. В абсолютной неразберихе полицейские не могли пробраться дальше, им удалось захватить лишь пару первых аудиторий, где находились настолько большие окна, что сектанты не могли в них вести бой из-за снайперского огня.

Вен вытащил телефон из кармана и позвонил Парфу. Рядовой удивился звонку прямо во время боя, но ответил.

— В какой части коридора засел твой отряд? — спешно спросил Вен.

— Мы только в самом начале, вроде... вторая аудитория, — неуверенно предположил Парф.

— Выгляни в окно, — приказал Вен.

Парф выглянул в окно: из соседнего оконного проема высунулась голова Вена.

— Они нас не заметят? — спросил Парф.

— Куда там — снайперы не спят, — ухмыльнулся капитан. — Давай, лезь сюда!

— Было бы безумием пытаться перепрыгнуть из окна в окно — удивился Парф.

— Да ладно, не так и далеко, — Вен наставнически протянул руку. — Главное — не сорвись вниз. Тут такой гвалт стоит, никто ничего не услышит. Прыгнешь сюда, — переберемся в следующие окна и зайдем к фанатикам с тыла.

— Ты рехнулся — Парф растерянно посмотрел на капитана.

— Ладно, держи, герой! Это подарок от наших друзей из "Альфа", — засмеялся капитан.

Вен бросил рядовому конец черного альпинистского каната.

— Видишь лестницу слева? Поднимись по ней на крышу и зацепи канат за что-нибудь, я поднимусь по нему наверх, — обяснил капитан.

Парф тысячу раз проклял Вена за эту безумную идею, но все же забрался на край оконного проема, а от него уже на пожарную лестницу и крышу.

— Если плохо закрепишь канат — шутил Вен, перекрикивая взрывы, стрельбу и крики. — ...им же удушу.

Вскоре сверху спустился канат. Вен взялся, проверил узел на прочность и вскарабкался наверх. Наверху уже ждал рядовой — он обвязал веревку вокруг вентиляционной шахты.

— На этот раз хвалю, — похвалил капитан. — Теперь вот что: перевязываем канат, спускаемся к окну и заходим в тыл.

— Ты первый, — рядовой едва улыбнулся.

Вен обвязал канат вокруг другой вентиляционной шахты и осторожно спустился вниз: сектанты столпились у дверного проема и вели постоянный огонь по полицейским и бросали гранаты. Вен дождался Парфа, вместе они скрылись под пыльными партами и подползли почти в упор к фанатикам.

— Подожди! — шепнул Парф. — Я крикну, что бы сдавались, если ослушаются — будем палить, ладно?

Вен нехотя кивнул.

Парф наставил автомат и крикнул, чтобы фанатики бросили оружие. Лишь несколько сектантов замерли и бросили оружие, а остальные предприняли попытку повернуться, что бы отрыть огонь, но капитан с холодным расчетом выпустил по ним град пуль. Зачистив одну аудиторию, полицейские снова поднялись на крышу и предпринимали уже знакомый маневр раз за разом. Наконец, осталось последнее окно. Парф глубоко вздохнул, собрался с силами и залез на оконную раму. Рядовой опустил голову и посмотрел на лицо капитана: один глаз Вена с волнением и азартом наблюдал за каждым движением парня. Внезапно, старая рама не выдержала веса рядового и надломилась. Парф едва не рухнул вниз, но капитан подоспел вовремя: сильно высунувшись через окно, Вен схватил Парфа за предплечье.

— Ух — удивился Вен. — На вид легче

— Поднимай уже, — буркнул Парф.

Вен с силой поднял рядового и устало рухнул на пол. Автоматы на груди слабо постукивали, половицы издавали скрип, но бесконечная канонада не давала даже шанса услышать полицейских.

Удар в спину оказался быстрым и коварным: Вен и Парф подкрались к пяти культистам, Парф приказал всем сдаться, на этот раз лишь один ослушался и попытался атаковать, но его расстреляли почти в сразу. Парф глянул на раненого сектанта, уже собираясь помочь, но Вен сделал еще один, смертельный выстрел прямо в голову недобитого фанатика.

В аудитории по соседству осталась горска сектантов, но они смотрели в коридор, ожидая врага оттуда, и сильно удивились, когда к ним из дверного проема напротив, где еще совсем недавно располагались союзники, внезапно прилетела осколочная граната.

— Не могу поверить, что это сработало — устало выдохнул Парф, когда последняя аудитория оказалась под контролем полицейских.

— Меньше во мне сомневайся и проживешь намного дольше, — улыбнулся Вен и по-дружески стукнул Парфа по плечу.

— О черт — удивился Парф.

— Что? Я ударил не так уж и сильно — Вен поднял бровь и посмотрел на свой кулак.

— Я не об этом, — отмахнулся Парф. — Они построили Фиктрид!

Коридор заканчивался просторным залом, в котором могли поместиться до ста человек. В конце помещения стояли две большие двери, едва державшиеся на ржавых петлях. Помещение заполнили груды ржавых стульев, скамеек, столов и стульев. По всей видимости, это когда-то это был актовый зал. В конце зала разместился большой Фиктрид, наспех построенный из старых парт и стульев, связанных вместе металлической проволокой. Фанатики в конце актового зала соорудили низкие баррикады из стульев. Некоторые фанатики занимались постройкой Фиктрида, другие начали стрелять по полицейским.

— Твою ж дивизию! Действительно проблема — Вен нырнул за угол и перезарядил автомат.

— Может, если сломаем эту штуковину, монстры не появятся? — предположил Гур, внезапно возникший рядом с капитаном.

— А ты не боишься, паренек? — ухмыльнулся Вен. — Вдруг не сможем сломать и опять вылезут монстры, помнишь Шипок? Не будешь стоять, как вкопанный?

— Я иду за вами, шаг в шаг — улыбнулся Гур. — Монстров я уже не боюсь.

Вен бросил светошумовые гранаты через весь зал. Раздались взрывы и ругань. Отряд Вена ринулся вперед, за ним, замыкая штурмовую атаку, поспевал отряд Парфа и остатки Альфа. Полицейские старались занять позиции, но вокруг громоздились лишь гнилые предметы мебели, сектанты могли запросто прошивать их прицельным огнем.

В гуле выстрелов и криков зазвучали уже знакомые молитвы сектантов. Началось самое худшее — сектанты призывали своего Бога для помощи в бою. Пространство внутри Фиктрида из мусора начало становиться черным, как сама ночь. Внезапно из черноты медленно вылезла крюкообразная конечность и зацепилась за край Фиктрида. Послышалось легкое завывание ветра.

— Проклятье! — выругался Гур. — Я не боюсь! — крикнул рядовой, и нырнул под кучу хлама, когда рядмо прошлась автоматная очередь.

— Как же я ненавижу эти магические фокусы! — выругался Вен.

Полицейские и члены Альфа перестали стрелять, удивленные появлением нового, неземного противника. Многие помнили события в Шипке и готовились к худшему. Сектанты ликовали, когда из Фиктрида показалась прямоугольная голова чудища с белым пространством вместо лица и чертой посередине. Монстр наполовину высунул свою длинную шею и оглядел поле боя.

— Гранатомет сюда! — злобно рыкнул Вен и подбежал к одному из Альфа.

Капитан выхватил гранатомет и дал залп прямо по Фиктриду.

На секунду воцарилось молчание, словно случилось что-то совсем неподобающее и шокирующее, словно во время молитвы кто-то вдруг встал и крикнул К черту вас всех!. Все медленно обернулись и посмотрели на Вена с неописуемым удивлением. Даже чудовище невероятно медлительно повернуло свою прямоугольную голову и обратило вертикальный зрачок на Вена.

Выстрел задел основание Фиктрида и выбил пару ржавых стульев, гнилых парт и прочего мусора. Фиктрид медленно покачнулся, но остался на месте. Монстр продолжил медленно вылезать из своего убежища.

— Огонь, огонь, огонь! — скомандовал Вен.

Полицейские вышли из оцепенения и тут же открыли огонь по сектантам. Сектанты ревели от богохульства и палили только Вена, из-за чего становились жертвами остальных полицейских. Некоторые, особенно фанатичные сектанты, бросались в бой с холодным оружием, желая лично разобраться с богохульником, но очень быстро получали автоматную очередь и выбывали из боя.

— Снеси эту штуковину! — крикнул Гур, стрельбой пытаясь выиграть для капитана немного времени.

— Заклинило! — выругался Вен.

Один сектант выбежал из-за баррикад и словил несколько автоматных очередей прямо в грудь, но продолжил бежать с фанатичным пылом. Он добежал до кучи стульев, за которой прятались богохульники.

— Вен, сзади! — крикнул Парф и выбежал вперед.

Парф выпустил пару пуль в грудь фанатика, но на последнем издыхании он замахнулся ножом. Парф бросился к капитану, успел оказаться перед капитаном и поднял руку в защитном жесте. Лезвие коснулось предплечья и оставило багряную линию.

— Парф! — выкрикнул Вен, и со всей яростью ударил сектанта прикладом.

Противник рухнул, а Вен в приступе чистой ненависти забивал мертвое тело сектанта. Труп получил так много сильных ударов по голове, что его физиономия стала похожа на багряное оливье.

— Вен, я в порядке, — сглотнул Парф, видя жестокость друга.

— Уверен?... — капитан кровожадно оскалился.

— Да просто царапина. — Парф перевязал руку бинтом и скрылся от неприятельского огня за грудой хлама.

Пули постоянно бились о большую гору из металлических складных стульев, пока Вен перезаряжал гранатомет и периодически оглядывался на Парфа. Из-за ситуации с особенно живучим сектантом полицейские потеряли время и монстр уже наполовину выбрался из своей тюрьмы.

Вен сделал ещё один выстрел из гранатомета прямо в основание Фиктрида, но монстр загородил снаряд своим телом. Раздался звук сгибаемого металла и монстр покачнулся. Существо на время прекратило какие-либо движения, даже слекга вернулось обратно в Фиктрид, но даже выстрел из гранатомета не смог его убить.

— Да что вы все такие живучие! — выругался Вен. — Оно защищает Фиктрид!

— Слишком медленно — устало сказал Парф.

— Я сделаю еще залп! — воскликнул Вен, уже перезаряжая гранатомет. — Буду стрелять, пока не сломаю эту хреновину!

Монстр уже высунул одну свою длинную, тонкую, черную конечность, но случилось нечто неожиданное: Парф заметил лужицу крови под своей рукой и пальцем начал рисовать прямоугольник, который вскоре приобрел очертание двери. Закрытой двери. Монстр резко поднял голову на кучу хлама, за которой скрывался рядовой. Нечто протянуло свою длинную конечность, пытаясь добраться до парня, но длины хватило лишь наполовину зала. Более того, монстр не мог вытащить свою вторую руку и ногу из Фиктрида: они завязли в черноте, словно в болоте; чернота медленно всасывала в себя пришельца. Именно в этот момент раздался выстрел и взрыв. Общая битва на время прекратилась. Сектанты замерли, полицейские и остатки Альфа смотрели на последствия взрыва: гранатомет попал точно в цель, Фиктрид накренился, а потом — с ужасным скрипом и грохотом рухнул на пол. Чернота исчезла, как и монстр. Все стали переглядываться.

— Ура! — вдруг крикнул Гур. — Эта штуковина сломана!

Победители подхватили победный крик и возобновили огонь. Сектанты, уже потерявшие боевой дух, понуро складывали оружие, более того, кто-то из них рыдал и валялся на земле, а иные и вовсе бились головой о стены. Полицейские с огромными потерями вышли победителями в этой схватке.

В пылу радости от победы и слез поражения капитан подошел к Парфу.

— Парф? — спросил Вен.

— А? Что? — улыбаясь повернулся Парф, нехотя отрываясь от лицезрения победы.

— Как ты это сделал? — серьезно спросил Вен, — Я имею ввиду, отвлек ЭТО. Хотя нет, ты заставил монстра вернуться обратно в эту хреновину.

— Честно говоря...не знаю. Они рисовали языками на воздухе, а я нарисовал на полу своей кровью, — солгал рядовой.

Вен подозрительно посмотрел на своего друга. После небольшой капитан улыбнулся и хлопнул Парфа по плечу.

— Ладно, — обрадовался Вен, — победителей не судят. Не знаю, как ты заставил эту штуку остановится, но это спасло наши жизни.

Парф облегченно выдохнул, мысленно благодаря Гаври за ее уроки рисования и рассказам о Фиктриде.

Спустя два часа отчаянной перестрелки полицейским удалость занять главный коридор. Сектанты отступили на второй этаж, часть закрепилась на лестнице. Полицейские и оперативники Альфа вели огонь по любому, кто показывался хотя бы на мгновение. Звуки стрельбы громко отзывались в ушах и смешивались с криками раненых, образуя невыносимую какофонию.

— Альфа идут первыми? — настороженно спросил Гур.

— Сам знаешь — у них больше опыта, — хмуро ответил Парф и прижался к стене.

На лестнице всё неожиданно стихо: сектанты перестали стрелять. Поняв, что противник обескровлен, отряд Парфа начал подниматься по лестнице. Ступеньки завалили трупы фанатиков с нитями на лицах. На стенах всюду зияли выбоины, отметины от пуль и брызги крови. Несколько лужиц образовались на верхних рядах ступенек и медленно, как кровавый ручеек, стекали с верхних ступенек вниз.

— Движение! — крикнул Альфа на середине лестницы и открыл огонь.

Снова зазвучала канонада выстрелов и крики. Сектанты на втором этаже пытались соорудить новые баррикады, чтобы заблокировать лестницу, но Альфа вовремя заметили фанатиков и разобрались с последними фанатиками. Лестница была взята, отдельные сектанты пытались открыть огонь с верхней площадки, но их сопротивление быстро подавили. С начала операции Альфа понесли серьезные потери, раненых переносили вниз и эвакуировали, их осталось всего десять человек, полицейских в строю оказалось около тридцати.

Наверху лестница заканчивалась длинным коридором, по которому недавно проходили Акси и Горислав.

— Черт! — выругался Парф, пытаясь перебинтовать голову полицейского.

— Парф, он мертв! — крикнул Вен. — Ищи за чем спрятаться и стреляй!

Пара пуль прилетела прямо в автомат с газировкой, за которым скрывался капитан.

— Он еще дышит! — крикнул Парф, лишь сильнее затягивая повязку, словно это могло вернуть мертвого к жизни.

После очередной стычки с капитаном, Парф вел себя странно: постоянно хотел помогать смертельно раненым и даже убитым, его психическое состояние пошатнулось; порой рядовой стоял в ступоре и что-то мямлил под нос, сам не понимая, зачем и почему он это делает. В глазах Гура все помутнело, когда он заметил странное поведение рядового и капитана, но времени разнимать товарищей не нашлось — пули градом неслись над головами, нужно было действовать.

— Парф, прошу, соберись, сейчас не время распускать нюни! — грозно приказал капитан. — Если кого-то ранили — оттащи назад, дальше им займутся медики, но не геройствуй, а то сам словишь пулю!

— Я да, хорошо, — растерянным голосом мямлил рядовой.

Сектанты укрылись в аудиториях и вели огонь из дверных проемов по коридору, негде полицейским не где было укрыться, огонь велся слишком плотный. Сектанты часто стреляли по-сомалийски, высовывая руки с оружием за угол, но в тесном коридоре этого вполне хватало: шальная пуля рано или поздно попадала в полицейских. В аудиториях возвышались большие окна, поэтому сектанты жались к дверным проемам и стенам, иначе их находила пуля снайпера.

Капитан с боем прорвался в первую аудиторию, но ценой такого рывка стала половина отряда. Без руководства Исая Альфа понесли большие потери, но капитан Альфа смог возглавить отряд и прорваться к одной аудитории.

Вскоре с обеих сторон в ход пошли гранаты: светошумовые, дымовые и осколочные, попытка прорыва в коридор стала невозможной; по коридору не могли продвинуться даже щитовые. Крики, выстрелы и взрывы заполнили весь второй этаж. В абсолютной неразберихе полицейские не могли пробраться дальше, им удалось захватить лишь пару первых аудиторий, где находились настолько большие окна, что сектанты не могли в них вести бой из-за снайперского огня.

Вен вытащил телефон из кармана и позвонил Парфу. Рядовой удивился звонку прямо во время боя, но ответил.

— В какой части коридора засел твой отряд? — спешно спросил Вен.

— Мы только в самом начале, вроде... вторая аудитория, — неуверенно предположил Парф.

— Выгляни в окно, — приказал Вен.

Парф выглянул в окно: из соседнего оконного проема высунулась голова Вена.

— Они нас не заметят? — спросил Парф.

— Куда там — снайперы не спят, — ухмыльнулся капитан. — Давай, лезь сюда!

— Было бы безумием пытаться перепрыгнуть из окна в окно — удивился Парф.

— Да ладно, не так и далеко, — Вен наставнически протянул руку. — Главное — не сорвись вниз. Тут такой гвалт стоит, никто ничего не услышит. Прыгнешь сюда, — переберемся в следующие окна и зайдем к фанатикам с тыла.

— Ты рехнулся — Парф растерянно посмотрел на капитана.

— Ладно, держи, герой! Это подарок от наших друзей из "Альфа", — засмеялся капитан.

Вен бросил рядовому конец черного альпинистского каната.

— Видишь лестницу слева? Поднимись по ней на крышу и зацепи канат за что-нибудь, я поднимусь по нему наверх, — обяснил капитан.

Парф тысячу раз проклял Вена за эту безумную идею, но все же забрался на край оконного проема, а от него уже на пожарную лестницу и крышу.

— Если плохо закрепишь канат — шутил Вен, перекрикивая взрывы, стрельбу и крики. — ...им же удушу.

Вскоре сверху спустился канат. Вен взялся, проверил узел на прочность и вскарабкался наверх. Наверху уже ждал рядовой — он обвязал веревку вокруг вентиляционной шахты.

— На этот раз хвалю, — похвалил капитан. — Теперь вот что: перевязываем канат, спускаемся к окну и заходим в тыл.

— Ты первый, — рядовой едва улыбнулся.

Вен обвязал канат вокруг другой вентиляционной шахты и осторожно спустился вниз: сектанты столпились у дверного проема и вели постоянный огонь по полицейским и бросали гранаты. Вен дождался Парфа, вместе они скрылись под пыльными партами и подползли почти в упор к фанатикам.

— Подожди! — шепнул Парф. — Я крикну, что бы сдавались, если ослушаются — будем палить, ладно?

Вен нехотя кивнул.

Парф наставил автомат и крикнул, чтобы фанатики бросили оружие. Лишь несколько сектантов замерли и бросили оружие, а остальные предприняли попытку повернуться, что бы отрыть огонь, но капитан с холодным расчетом выпустил по ним град пуль. Зачистив одну аудиторию, полицейские снова поднялись на крышу и предпринимали уже знакомый маневр раз за разом. Наконец, осталось последнее окно. Парф глубоко вздохнул, собрался с силами и залез на оконную раму. Рядовой опустил голову и посмотрел на лицо капитана: один глаз Вена с волнением и азартом наблюдал за каждым движением парня. Внезапно, старая рама не выдержала веса рядового и надломилась. Парф едва не рухнул вниз, но капитан подоспел вовремя: сильно высунувшись через окно, Вен схватил Парфа за предплечье.