Артефактор. Книга 1. Оживший камень

Глава 4

Петербургский остров имел свои особенности. Все особняки прятались на маленьких улочках, укрытые от оживлённых проспектов. Здесь царила тишина и покой, шума машин не было слышно, да и прохожих встречалось немного.

Другое дело – центральная часть.

Среди доходных домов втискивались торговые ряды, ремесленные лавки и увеселительные заведения. Проще говоря – гостиницы, магазины и рестораны.

Жизнь в этой части острова бурлила.

Сигналили автомобили, свистели жандармы, по узким тротуарам пытались протиснуться как прилично одетые горожане, так и лихие носильщики, слуги в ливреях и мелкая шпана, норовящая залезть в карман позажиточнее.

Отовсюду веяло эфиром, от каждого здания и человека.

Я свернул с оживлённого проспекта в небольшой сквер и подошёл к скамейке, на которой сидела почтенная дама. Возле неё стояла детская коляска, укрытая кружевным пологом.

Дама одной ногой покачивала коляску, увлечённая чтением книги в довольно яркой обложке.

– Доброго вам дня, сударыня, – воспитано поздоровался я.

Пугать я её не хотел, надеялся, что заметит, как я подхожу. Но дама настолько ушла в чтение, что вздрогнула от неожиданности и выронила книгу.

Я галантно поднял и мельком заметил название: «Украденная для дракона». И девицу на обложке, с томным видом и в объятьях того самого дракона. Дракон, к слову, на настоящего совсем был непохож. Видимо, они уже все вымерли, ну или художник никогда их не видел.

– Ох, молодой человек, ну нельзя же так пугать! – возмутилась женщина, смущённо пытаясь прикрыть обложку.

– Приношу свои искренние извинения, – я поклонился. – И в мыслях не было доставлять неудобства столь прекрасной даме. Я лишь хотел просить вас о помощи.

– Слушаю, – улыбнулась она уже доброжелательно, снова покраснев, на этот раз от незатейливого комплимента.

– Я в затруднении. Мне необходима приличная лавка, с продовольствием соответствующего качества. Надёжная и проверенная. Дело в том, что совсем не ориентируюсь в данном вопросе.

Выражение растерянности и лёгкой грусти на моём лице привело даму в восторг. Что-то, а помочь… Нет, спасти! Спасти мужчину в бытовых вопросах – женщины такое обожали.

Хочешь расположить к себе особу женского пола, попроси её обустроить дом. Ну или дать совет по обстановке. Или вот как сейчас, найти нужный магазин.

– О, вы даже не представляете, как вам повезло! – расцвела дама, помолодев разом на десяток лет. – Я знаю о местных торговцах абсолютно всё! Такова уж специфика моей профессии. Я, между прочим, домоправительница самого князя Шишкина-Вронского.

– Я счастлив, – лаконично ответил я, хотя это было и необязательно, домоправительница принялась с жаром сдавать явки.

За пять минут я узнал так много новой информации, что в голове загудело. Помимо лавок, имён их хозяев и их родословной, на меня вылили данные на всех окрестных слуг, занимающихся провиантов. И кто из них работу свою хорошо знает, а кто негоден.

– А вы отчего сами занимаетесь такими вопросами? – неожиданно переключилась дама и посмотрела на меня с внезапно проснувшимся подозрением. – На служивого не похожи, с виду благородный господин.

Надеяться, что на острове не знают о Вознесенском, было слишком уж оптимистично. Но я понадеялся, улыбнулся и, наконец, представился:

– Извините меня за бестактность. Граф Александр Лукич Вознесенский, к вашим услугам, – и протянул руку.

Дама неуверенно вложила свою, в белой перчатке. Я символично приложился к надушенной ткани.

– Софья Павловна, – машинально назвалась она в ответ и тут же картинно вздохнула: – Ах! Вознесенские, как же, знаю. Но разве ваш род не разо… Ох, простите, ваше сиятельство, не хотела ничего такого сказать.

Она попыталась вскочить, но я усадил её обратно. Не похоже, что её интересы касались моего бурного прошлого. А вот касательно хозяйственных вопросов всех благородных соседей – однозначно.

– Дела идут на лад, – удовлетворил я её любопытство. – И вы оказали неоценимую помощь, благодарю вас, Софья Павловна. Теперь я знаю, чьими услугами стоит воспользоваться. С вашего позволения, я откланиваюсь, чтобы заняться этим незамедлительно.

Домоправительница рассеянно кивнула, и я поспешил уйти, ощущая спиной её внимательный взгляд.

Нужную мне торговую лавку я, оказывается, прошёл по пути сюда. И она удобно располагалась, недалеко от дома.

Пересёк шумный проспект, нырнул в один из дворов-лабиринтов и сократил дорогу, выйдя прямо к нужному зданию.

Вход, скрытый от улицы за углом, украшали две аккуратные клумбы. В них вовсю пробивались весенние цветы, радуя яркими красками. Об этом явно заботились.

Да и вывеска добротная, свеже подкрашенная и некричащая. На ней была скромная надпись «Торговый дом Малинина». Одна фамилия означала, что владелец из простых, не купец и не чиновник.

Домашнее предприятие, отлично. Такие, ввиду конкуренции, за репутацией следили особо строго.

Звякнул колокольчик на входной двери, когда я зашёл внутрь. Чисто, аккуратно и пахнет вкусно. Незамысловатая мебель, но хорошего качества. На стойке разложены по хрустальным блюдам баранки, пряники и прочие сладости. Уютное местечко.

– Один момент, милейший, уже иду! – донеслось из соседнего помещения.

Меньше чем через минуту появился и хозяин голоса. Рослый мужчина, с густой бородой, в идеально белом переднике и с широченной улыбкой.

Мне кажется, он удивился, увидев незнакомца. На улыбку это никак не повлияло, как и на радушие:

– Добро пожаловать, господин! Стефан Ильич Малинин, к вашим услугам. Буду рад помочь, у меня найдутся товары на любой запрос!

– Так ли на любой? – мне стало интересно, и я хитро улыбнулся.

– Не извольте сомневаться. У меня связи по всему городу, добуду вам всё, что пожелаете, – его запал никуда не делся. – В рамках имперских законов, естественно.

– Что же, полезно знать, на будущее. Пока у меня запросы несложные, требуется собрать что-нибудь на небольшой семейный завтрак.

– Позволите посоветовать, господин? – хозяин ничуть не расстроился скромному заказу, а наоборот воодушевился.

Я кивнул и Стефан Ильич принялся перечислять варианты, от которых у меня тихо заурчало в животе. Порадовало, что с ходу дорогих продуктов он мне не предлагал, очень тактично выясняя мои предпочтения. И цены сразу называл.

Мне он понравился.

Собрал всё необходимое он очень быстро. Упаковал в прочные бумажные пакеты и предложил услуги мальчишки-носильщика. Совершенно бесплатно.

Я отказался, но пообещал, что позже обязательно воспользуюсь его предложением, когда приду закупаться более основательно. Это привело хозяина в ещё более хорошее настроение, хотя казалось, куда уж больше.

Уже в дверях, распрощавшись и поблагодарив, я услышал вскрик и звон бьющегося стекла. Обернулся и увидел в проходе в соседний зал ту самую милую веснушку, что разбудила меня заливистым голоском.

Девушка непредсказуемости не выдала, покраснела и убежала.

– Настасья! – грозно крикнул Стефан Ильич и виновато улыбнулся, разводя руками: – Извините, господин, дочь моя это. Обычно она расторопная, никогда ничего не роняла и не портила. Ума не приложу, что случилось.

– Думаю, ничего страшного, Стефан Ильич. Всего доброго.

Я отправился домой, надеясь, что девица ничего лишнего отцу своему не наговорит. Уж не знаю, что у такой впечатлительной особы в голове. Тем более что в мою спальню она ворвалась сама.

Было бы жаль потерять такого отличного поставщика. Видно же, дело своё любит от души. Да и продукты мне собрал царские, причём совсем недорого.

Проникнуть на кухню незаметно у меня не получилось. Прохор дежурил там, задремав на табуретке. Проснулся он моментально, как только я зашёл. Подскочил и сделал вид, что снова протирает пыль.

– Ваше сиятельство, дайте помогу! – он увидел объёмные пакеты, которые я обнимал, прижимая к себе.

Отдав ему покупки, я занялся кофе. Ещё чашечка не помешает для бодрости. Втихаря подглядывал, как бережно Прохор достаёт провиант, счастливо улыбаясь и что-то бормоча под нос.

Чтобы так радовались кровяной колбасе, я ещё не видел…

Ладно, это была колбаса отменного качества, но ситуация, конечно, выводила меня из равновесия. Ничего, откормлю, клянусь!

Завтрак готовили вместе. Я хотел сделать всё сам, мне это было в радость. Но началась такая битва за права простого люда, что пришлось уступить.

В итоге Прохор с важным видом чистил и нарезал овощи, а я из этого творил простые, но очень вкусные блюда.

Научился в многочисленных походах и путешествиях. Царь не капризничал и не требовал изысков, да и продуктов выбор был не особо большой. Тем не менее его повар умудрялся делать настоящие шедевры, чтобы порадовать своего правителя. У этого удивительного человека я и перенимал искусство еды.

Немного специй, чуть ароматного масла, самые простые сочетания – и вот, готова пища, достойная любого ресторана.

Слуга смотрел на меня всё это время так странно, что я в итоге не выдержал и спросил в чём дело.

– Это вас там, чтоль, – Прохор благоговейно закатил глаза к потолку, – научили? Чудеса-то какие. Травки вон диковинные, – он нюхнул из мешочка с острым перцем и расчихался.

– Там, там… – вздохнул я, не придумав, зачем это нужно.

Внедриться в заведение и отравить иностранного шпиона? Ну да, графу стать поваром. Но благо старику и не нужны были дополнительные пояснения. Научили, значит так надо.

А вообще удобно, многое этим можно объяснить.

Жаль, что с дедом так просто не выйдет. Полковник в отставке точно сразу вычислит мой обман. Да и связи наверняка остались, проверит обязательно.

Для Луки Ивановича мне нужно было придумать что-то более убедительное. И, возможно, не самое приятное. В подобное он поверит скорее.

Подавать завтрак я доверил Прохору. Пусть это будет мучительно долго, но патриарх и без того немало удивлён моим поведением. Всё нужно делать постепенно.

Сделал вид, что только проснулся и прошёл в гостиную.

Дед растапливал камин, хотя в комнате было тепло. Я поздоровался и попросил доверить заняться этим мне. Лука Иванович с виду неохотно позволил, но довольно улыбнулся, думая, что я этого не вижу.

– Я рад, Александр, что ты сегодня в более подобающем виде, – одобрительно отметил он мой выбор одежды, пока я разжигал огонь.

– Спасибо тебе, что не избавился от моего гардероба.

Дед в ответ лишь фыркнул, мол, глупость сморозил. Но на самом деле, продай он такое количество дорогих шмоток, не мёрз бы теперь от голода.

Упёртый.

– А что пресса? Принесли сегодня?

Я сказал, что проверю, и сходил на кухню за газетами, которые нашёл у входа по возвращении из лавки. Несколько разных выпусков были аккуратно сложены стопками. Совсем забыл про них.

Дед уважал только печатные издания. Другие варианты не признавал категорически. И соблюдал утреннюю традицию – быстро пролистнуть, мельком взглянув на последние новости, а уже после завтрака взяться за изучение основательно.

А ведь был Эфир, где все новости распространялись мгновенно.

Изобретатели такой чудесной вещи не стали придумывать ничего оригинального и просто назвали глобальную сеть передачи информацией в честь силы, благодаря которой её и создали.

Как и устройства, позволяющие не только эту информацию искать, но и служили для связи, фотографических карточек и прочего. У меня, кстати, такое устройство было. Мобильник, ну да.

Вот только, когда я очнулся на каком-то пустыре, его при мне не нашлось. И куда я его дел, вспомнить я не мог.

Патриарх любых устройств избегал, ворча, что они только балуют. А раньше ножками ходили и добывали данные. Ну и так далее.

Так что утренняя газета для деда была столь же важна, как умывание, напомаженные усы и чистая одежда. И не дай бог, что-то в этой строгой системе рухнет.

Я вернулся с газетами, и Лука Иванович сразу же зашуршал листами, впитывая то, что печатники посчитали важным. Он то усмехался, то хмурился, а один раз даже выругался. Наслаждался, в общем.

Прохор ожидаемо задерживался, и я уже хотел наплевать на всё и пойти помогать. Есть хотелось просто зверски. Давала знать вся магия мира, засевшая во мне. У универсалов свои особенности. Пётр тоже обладал животным аппетитом. И чем сильнее становился, тем более ненасытным был царь.

Так что задача обеспечить себя едой имела важный приоритет. Как только я займусь развитием, питаться придётся усиленно.

– Завтрааак, – донеслось торжественное из глубины дома.

Я терпеливо сидел за столом и молился, чтобы Прохор не грохнул поднос, так дребезжала посуда. Точно! Нужно купить столик специальный, на колёсиках. Перво-наперво в список покупок!

Первому подносу дед удивился так, что газетку выронил. Ко второму он немного пришёл в себя, но нахмурился. Когда слуга притащил третий, патриарх задумчиво посмотрел на меня.

Я пожал плечами. Сам не спросит, а мне и врать не придётся.

Уже к середине завтрака дед позабыл про все переживания, вспомнил про этикет, и дальше всё протекало чинно, благородно и очень медленно. Наконец-то пригодились и сохранённые каким-то чудом все многочисленные столовые приборы.

Прохор присоединиться отказался наотрез. Я подозревал, что он там на кухне ест, как не в себя, и одним прибором – руками. И немного ему завидовал. Но неумело скрываемая радость деда останавливала меня от соблазна тоже так сделать.

Оживал старик прямо на глазах.

Затем последовал кофе и чай со сладостями, и тут дед всё же спросил:

– Так где ты был всё это время?

Я уже был готов к этому вопросу. Вот прямо пока завтракали, и решил – скажу правду.

– Я не хочу об этом говорить, Лука Иванович, – спокойно, но твёрдо ответил я. – Сказать всё как есть, я не могу. А врать тебе будет ещё хуже.

– Ясно, – дед поджал губы, сдерживаясь.

– В новые неприятности я при этом не влип, если это хоть как-то тебя успокоит. А со старыми разберусь.

Патриарх долго смотрел в мои глаза, будто саму душу изучая. Хмурился, но молчал. В итоге отрывисто кивнул и демонстративно взял газету. Встряхнул её, раскрыл и уставился в текст.

Что же, всё не так и плохо. Обиделся, и сильно, это понятно. Но это поправимо, ему нужно время убедиться в том, что я больше не подведу.

Мне представилась удобная возможность, пока дед занят обидами и чтением. Пора было приступать к следующему пункту моего плана.

Я попрощался и отправился к себе. Мальчишка был не то чтобы избалованный, но меру в приобретении вещей не знал. Поэтому у меня была надежда, что найдётся какой-нибудь старый мобильник.

Поиски мои увенчались успехом. В просторном резном комоде действительно хранился предыдущий телефон, на самом дне одного из ящиков. Конечно же, абсолютно разряженный за это время. Ещё одна хитрость эфирников, могли бы и сделать удержатели получше. Ведь им не пользовались, а эфир утекал.

Но рядом нашёлся и простенький накопитель эфира. Оставалась там капля, но мне этого должно было хватить на какое-то время.

Я влил в устройство силу, проверил, что оно работает, положил в карман и пошёл на поиски Прохора.

На кухне его не было, зато было чисто и прибрано. Я заглянул в холодильник: всё аккуратно разложено, и осталось немало вкусного.

Поборов искушение стащить кусок окорочка, я отложил это занятие на потом. Лишь ночь – самое подходящее время для таких поступков.

Слуга нашёлся снаружи, стоял с огромными садовыми ножницами возле дерева. Чесал макушку и подслеповато прищуривался, решая с какого бока приступить. Увидев меня, он разулыбался:

– Молодой господин, ну и пир вы устроили! Я вот на радостях решил тута немного порядка навести. Листвой заняться никак, уж не серчайте. Нагибаться мне спина не даёт, заклинит, и на что я стану годен? А оно и неплохо, так-то. Перегниёт да удобрение будет для травки-муравки, как считаете?

Я считал, что ножницы весят чуть меньше его и затея вряд ли удастся. Но говорить об этом не стал. Сам поймёт, не дитя малое. Не менее упёртый, чем дед, толку спорить. Вот уж действительно парочка.

– Дело у меня к тебе, Прохор. Так что бросай ты пока стрижку.

– Задание? – встрепенулся старик и натурально отбросил орудие, которое тут же поглотила листва.

– Задание. Очень важное. Но сначала скажи, где Лука Иванович бумаги те держит?

– У себя в кабинетах, ваше сиятельство. Те, что возле спальни его, в южном крыле, – подробно ответил он. – Изъять надобно?

– Нет, заметит пропажу. Ты его отвлеки пока, беседой там или ещё чем. Придумаешь. А я скопирую бумаги, чтобы показать юристу.

– Скопируете? Это ж что, всё-всё переписывать будете? Сколько же времени мне его сиятельство отвлекать?

Я достал устройство и просто показал его. Прохор хлопнул себя по лбу, отчего чуть не завалился. Я удержал его от падения и заговорщицки улыбнулся:

– Ну что, Прохор, начинаем операцию по спасению рода Вознесенских?

Глава 5

Несмотря на пафосность заявления, Прохору оно пришлось по душе. Спасением рода, судя по горящим глазам, он был готов заниматься без устали.

Лишь бы не переусердствовал, и дед не заподозрил неладное.

Но бывший вояка чуть обиженно уверил, что он дело своё знает хорошо. Хоть не добавил «безо всяких сопливых». А явно хотел.

– Надо будет, припадок изображу, но из гостиной не пущу!

– Не надо припадков, – я не на шутку испугался такого поворота. – Не нервируй лишний раз Луку Ивановича. А то рядом же сляжет. Давай обойдёмся мирными методами.

– Ой, и то ваша правда, молодой господин. Вот я дурень старый, – запричитал слуга, уже представив исход.

– Так, спокойствие. Приходишь и тихонько занимаешься наведением порядка. Ненавязчиво заводишь непринуждённый разговор. Выбери что-нибудь, что для Луки Ивановича самая любимая тема. На которую он часами может говорить.

– И верно! Вот как раз устройства эти ваши, дюже ему не нравятся. Про это и заговорю.

На том и договорившись, мы отправились в дом.

Южное крыло было размера небольшого, но целиком принадлежало деду, и только ему. Очень редко пускал он туда кого-либо, включая родню. Лишь Прохору в крыло был беспрепятственный доступ.

Здесь находилась личная библиотека патриарха, спальня, кабинет и гостиная.

Аналогичную планировку имело и северное крыло. Но оно было закрыто с тех пор, как погибли мои родители, то есть уже лет пятнадцать. К моему совершеннолетию дед хотел открыть его для меня, но я к тому моменту успел накуролесить, и тема была закрыта.

Мне было очень любопытно заглянуть в библиотеку, но я точно знал, что там сигнальные артефакты. На остальных помещениях их не было, потому что Прохор постоянно терял артефакт допуска, и дед в итоге снял защиту со всего, кроме хранилища книг.

Вот бы добраться до собрания талантливого артефактора! А Лука Иванович был именно что выдающимся мастером.

Впрочем, обойти защиту – дело времени. Вполне возможно, что дед и сам передаст мне знания, как только удостоверится в моей надёжности.

Для начала нужно решить текущие проблемы.

В кабинете главы рода царила безупречная чистота. Нигде ни пылинки, ни соринки. На массивном дубовом столе все предметы разложены в идеальном порядке. Стёкла высоких шкафов отполированы так, что можно смотреться в них, как в зеркало. Поскрипывающий паркет без единого пятна или потёртости.

Несмотря на то, что патриарх сильно сдал, он следил за порядком в этом месте.

И мне это было на руку, найти документы не составило сложности.

Стопка бумаг обнаружилась в ящике стола, помещённая в папку из мягкой кожи. Прежде чем взять её, я сделал снимок, чтобы вернуть в точности на то же место.

Пробежался по тексту и понял, что ничего не понял. Никогда не разбирался во всех этих юридических закорючках. Так что привлечь юриста – хорошая идея.

Осталось найти такого, что разберётся быстро и объяснит всё просто. Та ещё задачка.

Я отснял каждый лист и проверил, чётко ли всё получилось. Вернул папку обратно и тщательно сверился со снимком.

Подмигнул на прощание бронзовой статуе совы, стоящей на столе, и тихо ушёл.

Проходя мимо дверей библиотеки, я услышал слабое завывание. Словно ветер запутался в печной трубе. Но мурашки на затылке дали ясно понять – призрак. Вряд ли я его увидел бы, но ощущать уже мог.

Удел универсала – восприимчивость ко всей магии мира. И если не развиваться, то это может стать проблемой. Пока это лишь незначительные звоночки, но чем дальше, тем сильнее будут сбивать хаотичные проявления силы.

Так что откладывать надолго развитие первой пары не стоит.

Но, как бы мне ни было интересно, что за призрак обитает в дедовской библиотеке, с этого я начинать не планировал. Успеется ещё.

Оживлённый разговор в гостиной был слышен издалека. Прохор задание выполнил на отлично, окрепший голос деда вещал о ветрености молодого поколения.

Я заглянул туда и сообщил:

– Мне нужно отлучиться. Буду вечером, обедайте без меня.

Удачный поход в торговую лавку позволил закупиться большим количеством продуктов, чем я рассчитывал. Так что хватит и на обед, и на ужин.

Можно пока не переживать за стариков, а финансовый вопрос я как раз и собирался решить в городе. Так, чтобы, по крайней мере, закрыть хотя бы часть касаемо питания и эфира.

Не дело это – спасать род на голодный желудок.

Патриарх, кажется, даже не расслышал меня, просто махнул рукой, не прерываясь. Прохор взглянул на меня с мольбой, но я сделал торжественно-благодарное лицо и мысленно пожелал ему удачи.

Тёплый день набирал обороты, солнце уже грело по-настоящему, по-летнему. И я решил прогуляться и заодно полюбоваться весенним городом.

На нашей ограде уселись в ряд жирные голуби. Нахохлились и поглядывали на меня с интересом. Наглых птиц ничуть не спугнуло моё приближение, только один неуклюже взмахнул крыльями и улетел в небо.

Я осуждающе посмотрел на результат их жизнедеятельности, которые яркими пятнами выделялись на металле, покачал головой и сделал себе пометку: изготовить артефакт, отпугивающий гадёнышей.

Путь до Невы я проделал быстро, подмечая что где находится, и какая публика тут вращается. А вот на набережной, у реки, я замер на время.

Эта ширь всегда меня завораживала. Сейчас же повсюду сверкали солнечные зайчики, ослепляя. Бликовали и окна дворцов на той стороне, поддерживая это световое варьете.

Перед самым моим носом, чуть не сбив меня, промчалась девчонка на велосипеде, громко сигналя и хохоча. За ней вприпрыжку бежала мелкая собачонка, весело гавкая.

– Хорошего дня! – задорно крикнула наездница вместо извинений.

Я улыбнулся её веселью и отправился на место первого тайника.

Но там, где раньше разбили небольшой сквер, теперь высился монументальный памятник одному из императоров. К тому же его бдительно охраняли гвардейцы. Караул почёта определённо не давал мне ни единого шанса отыскать тайник.

Город сильно изменился, но я был уверен, что одно место точно осталось неприкосновенным. Та земля сама по себе была артефактом, напитанным древней силой. Летний сад.

Я прошёлся по гудящему под ногами мосту, издалека заметив зелёные кроны старых деревьев. Сад был на своём месте, окружённый со всех сторон водой. Пришлось прокопать каналы, чтобы экранировать землю стихией воды.

Сейчас вообще все стихийники считались чем-то незначительным, но тогда водники ценились на вес золота. Ещё бы – такую работу проделать!

Ворота сада были гостеприимно распахнуты.

Едва я зашёл и направился к главной аллее, мне наперерез бросился мальчишка с кипой бумажек в руке:

– Господин, господин! Открытие летней ассамблеи! Приходите на уникальное выступление великого иллюзиониста Ракиты в малой оранжерее! Первое шоу в году после долгого перерыва!

Его напору я не устоял и взял одну листовку, мельком глянув на неё. Великий иллюзионист был в весьма драматичном образе – облачённый в чёрный плащ и глухую маску.

Я сунул бумажку в карман и направился по аллее.

В погожий день не только я решил прогуляться, в саду было довольно оживлённо. И больше всего людей было именно там, где находился тайник. Собралось человек двадцать, а экскурсовод поторапливал отстающих, чтобы начать рассказ.

Сюда ветер с реки не добирался и начало припекать. Я отправился к торговому павильону с мороженым – всё равно придётся ждать, а так и удовольствие получу.

А вот у павильона, на удивление, не было никого. Так что симпатичная продавщица мороженого всё своё внимание обратила на меня. Вьющиеся волосы её были убраны назад, но несколько прядей выбились из причёски и падали на лицо. Она постоянно их сдувала, отчего выглядела ещё милее.