Судьба. Мрачные души

María Martínez

DESTINO. ALMAS OSCURAS I

Copyright © 2020, María Martínez

© 2020 by Ediciones Urano, SAU

© Сапова А., перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Для тех, кто ищет свет во мраке

От автора

Для всего существует первый шаг. Первый проект. Первая книга. Для меня первыми стали «Мрачные души».

С тех пор, как я написала эту историю, прошло много лет, и ожидание было долгим.

И вот, наконец, вы держите в руках книгу в новой обложке, с другим названием, но с той же любовью в строках.

Клятва на крови, обязанная своим появлением «Судьбе».

Пролог

Я часть зла, царящего в мире и в Тени. Иногда я воображаю себя злом, которое существует, чтобы бороться с иным злом[1].

Сент-Джонс. Январь 1863 г.

Луна сияла посреди усыпанного звездами неба, бледная и холодная, совсем как покрывавший улицу снег. Дул легкий ветерок, уносивший с собой запахи постоялого двора и хлева, что располагался чуть позади, около фруктового сада. Но даже холодному ветру не под силу было ослабить запах навоза и гнили, пронизывающий все вокруг.

Амелия нерешительно выбралась из своего укрытия.

Дрожа всем телом, она крепко обняла себя руками, чтобы хоть немного унять тряску. Во тьме переулка, служившей ей убежищем, она пыталась понять, что делать дальше. Нужно было найти безопасное место, чтобы восстановить силы. Утолить голод и залечить раны.

Амелии пришлось приложить большие усилия, чтобы пройти хоть еще немного. Впереди она уже смутно различала освещенную газовыми фонарями улицу. Девушка попыталась сориентироваться, найти что-то, что подсказало бы ей, где она находится, но разум был затуманен, мысли путались и переплетались, едва хватало сил, чтобы удержаться на ногах.

Она прислонилась спиной к стене и медленно опустилась на землю.

Облизав пересохшие губы, девушка попыталась сглотнуть слюну, но в горле было сухо как в пустыне.

Пустота в животе становилась все невыносимее, и девушка чувствовала, что слабеет с каждой минутой. Она пыталась съесть что-нибудь, но стоило ей проглотить пищу, как появлялось ощущение, будто желудок ее наполнен кислотой, которую она была вынуждена изрыгать, изнывая от острых судорог.

К счастью, жар и боль, мучившие ее на протяжении многих часов, почти исчезли. А вместе с ними и биение сердца. Ни одно движение больше не волновало ее тело.

Она бросила взгляд на свои обнаженные руки, покоящиеся на изношенной юбке. Ожоги почти зажили, оставив на коже лишь розовые пятна. Девушка вздрогнула, вспомнив запах опаленной плоти, как солнечный свет обжигал ей руки и лицо, как ей пришлось ползти по грязи и снегу к амбару, настолько быстро, насколько позволяли ей силы, чтобы солнечные лучи не превратили ее в один большой пылающий факел.

Вдруг послышались чьи-то шаги. Не в силах пошевелиться, Амелия вжалась в стену, обхватив колени руками. Фигура свернула за угол, углубляясь во тьму переулка неуклюжим шагом, сопровождаемым скрипом снега. Она свернулась клубочком и подняла взгляд. Это был мужчина средних лет, одетый в пальто. Он остановился в паре метров от девушки, и, не замечая ее, стал справлять малую нужду у стены.

Амелия закрыла глаза, стараясь остаться незамеченной. Она слышала прерывистое дыхание мужчины, превращавшееся в пар на холодном воздухе. Амелия улавливала каждый шорох. Шипение мочи на покрытой льдом поверхности. Шуршание надеваемых штанов. Звуки были настолько пронзительны и неприятны, будто стук барабанов раздавался прямо в ее мозгу. Она потерла виски, надеясь приглушить этот шум.

Мужчина повернулся, явно намереваясь уйти, но внезапно споткнулся.

– Черт! – воскликнул он, оперевшись о стену, чтобы не упасть.

Он внимательно посмотрел на свою руку и заметил осколок, застрявший в пальце. Стиснув зубы, резким движением извлек его.

Амелия вздрогнула. Сильный аромат проник в ноздри. Очень аппетитный аромат, теплый, с примесью чего-то фруктового и с металлическим оттенком. Ее рот наполнился слюной. Она опустилась на колени и подняла лицо. Глубоко вдохнула, наполняя легкие ароматом, и закрыла глаза, наслаждаясь, и словно смакуя аромат, ощущая его на кончике языка.

По телу пробежала судорога. Это было подобно сладостному ожиданию приближающегося экстаза.

Она открыла глаза и увидела, как капля крови упала на землю с пальца мужчины. Неожиданно для девушки из ее горла вырвалось звериное рычание.

Мужчина повернулся, заметив ее присутствие, окинул ее, свернувшуюся на земле, слегка нетрезвым взглядом.

– А ты что тут делаешь?

Амелия молчала.

Он приблизился и присел на корточки рядом с ней. Затем внимательно оглядел ее. Несмотря на неопрятный вид, девушка не казалась проституткой или бездомной. Лохмотья, оставшиеся от ее одежды, отдаленно походили на шелк и тюль, а идеальная кожа выдавала в незнакомке особу, явно привыкшую к комфорту. Мужчина был озадачен: что в этом темном переулке могла делать эта девушка, босая и почти без одежды. Вероятно, она сбежала из дому, и, судя по всему, много дней назад.

Он снял пальто и накинул его девушке на плечи, удивляясь, как она до сих пор осталась жива на таком морозе.

– Ты в порядке? – спросил он дружелюбным тоном.

Амелия подняла взгляд с заснеженной земли и устремила голубые глаза на незнакомца.

– Я голодна – прошептала она огрубевшим из-за пересохшего горла голосом.

Он улыбнулся.

– Как давно ты не ела?

– Я голодна и хочу пить. Очень хочу пить.

Медленно Амелия протянула руку и погладила мужчину по подбородку. Скользнула кончиками пальцев по шее, нащупав самое горячее место, где можно было почувствовать биение пульса.

– Что ты делаешь? – Девушка не ответила. Казалось, она вообще не слушала его. Лишь пристально смотрела на его горло, не отнимая от него руки. – У тебя есть семья? Дом?

– Нет.

– И ты голодна?

– Да.

Мужчина прищурил глаза и улыбнулся. Он еще раз осмотрел девушку с головы до ног, и взгляд его стал ненасытным. Он принялся рассматривать ее длинные ноги, узкие бедра и изящные черты лица, обрамленные светлой, почти белоснежной копной волос. Под тонкой тканью угадывался плоский живот и округлая упругая грудь. Это была очень красивая девушка лет двадцати.

– Я мог бы дать тебе денег… Достаточно чтобы съесть чего-нибудь горячего и переночевать. В свою очередь, ты могла бы… – Он не договорил, бросив быстрый взгляд во тьму узкого переулка. – Поделиться со мной своей лаской.

Амелия отдернула руку и посмотрела на него. Затем склонила голову, продолжая вглядываться в мужчину, нахмурилась, делая вид, что обдумывает его предложение. Наконец девушка грациозно поднялась на ноги, так что пальто соскользнуло с ее плеч и упало на землю. Она взяла мужчину за руку, уводя за собой в темноту. Он послушно последовал за ней в убежище из ряда пустых ящиков из-под пива, где начал ласкать ее. Ноги, бедра, изгиб талии…

– Ты такая красивая… Обещаю, что буду очень ласков с тобой.

Он поднял руку, намереваясь погладить ее лицо, и замер. Сердце заколотилось как бешеное, кровь словно застыла в жилах. Голубые глаза этого создания с ангельским лицом стали багрово-красными, холодными и нечеловеческими. Из полуоткрытого рта самым противоестественным образом торчало два острых клыка.

Мужчина отступил на шаг и заморгал, словно пытаясь очнуться ото сна. Алкоголь, до сих пор бродивший в его крови, начал испаряться, обращаясь в пот на коже. Он попятился назад, но она не отставала, приближалась, загоняя его в угол до тех пор, пока он не врезался в грязную стену.

– Что… ты такое?

– Я голодна, – прошептала она.

С поразительной скоростью Амелия набросилась на беднягу, резким движением наклонила его голову и впилась в шею. Рот наполнился горячей кровью, и девушка застонала от удовольствия. Никогда она не пробовала ничего подобного. Внутри у нее все словно съежилось, ни рвоты, ни боли не последовало. Да, это было именно то, что нужно.

Мужчина рухнул на землю. Она взобралась ему на грудь, зубами разрывая кожу. Снег вокруг стал алым, девушка попыталась приостановить поток, льющийся из раны. Кровь оставалась на пальцах, и она с жадностью их облизывала. Амелия кусала, с отчаянием и жадностью всасывая кровь, словно пытаясь сделать так, чтобы поток не прекращался, но он вскоре ослаб.

Она издала рык, как животное, борющееся за добычу.

Затем убрала с лица несколько окровавленных прядей и продолжила пить, припав губами к дряблой шее. Девушка была так увлечена своим занятием, что не услышала приближающихся шагов.

– Ну и что тут у нас?

Внезапно раздавшийся слащавый голос заставил ее вздрогнуть всем телом. Она вскочила, встретившись лицом к лицу с незваным гостем, и оскалила зубы.

Незнакомец поднял руки в знак перемирия и улыбнулся. На нем был черный костюм безупречного покроя и сапоги для верховой езды длиной до колена. Не до конца застегнутая рубашка демонстрировала бледную кожу и хорошо сложенное тело. Лицо было красивым, почти детским, а волосы такими светлыми, что незнакомец мог показаться альбиносом. Он осторожно приблизился к трупу, взглянул на Амелию, словно спрашивая разрешения, и только потом склонился над телом. Рукой он повернул мертвецу шею и посмотрел на рану. Амелия наблюдала за ним. Ее суженные зрачки не упускали ни одной детали в движениях мужчины. Он не проявил ни единого признака агрессии, и все же Амелия чувствовала в незнакомце опасность.

– Тебя учить и учить! – тихо сказал он нараспев. – Так никогда не сможешь прокормить себя, имей ввиду. Ты слишком сильно впиваешься клыками, сильно сдавливаешь челюстью, из-за чего, вон, сломала ему шею, прежде чем успела выпить всю кровь, – объяснял он Амелии, как учитель ученику. Он улыбнулся, и клыки сверкнули в темноте. – Ты должна быть осторожной. Сердце не должно останавливаться до тех пор, пока не выпьешь все до последней капли. Вам, новичкам, всегда не достает деликатности!

Он вздохнул и достал из кармана платок, вытирая кровь с пальцев. Затем с интересом посмотрел на Амелию. Несмотря на грязный и неряшливый вид и лохмотья, мало что оставлявшие воображению, она была красива. Ее светлые волосы ниспадали на плечи, обдуваемые ледяным океанским бризом, несущим глубокий соленый запах. Великолепная новообращенная.

– Я могу научить тебя делать это правильно, – добавил он обольстительным голосом. – Искусство заключается в том, чтобы продлить им жизнь, успев выжать из них все до последнего вздоха. Ты научишься ценить запах крови, как запах хорошего вина. Он нахмурился, пытаясь вспомнить что-то важное, о чем он мог забыть. – Амелия, верно?

Услышав свое имя, девушка невольно утратила бдительность, позволив телу чуть расслабиться.

– Откуда ты знаешь мое имя? – В голове всплыло воспоминание. – Ты кажешься мне знакомым.

Мужчина самодовольно хихикнул.

– Ты ведь не в обиде, правда? Ничего личного, поверь.

– Ты… ты…

– Такой же, как ты теперь.

– Я?

– Да, моя дорогая, но в этом нет ничего плохого. Скорее, напротив. Позволь помочь. Я могу позаботиться о тебе, – он с недовольным видом прищелкнул языком. – Посмотри на себя. Измученная жаждой, изможденная… Да на тебя без слез не взглянешь! А ведь такая красивая девушка, как ты, должна ходить в шелках и быть усыпана бриллиантами, с десятками слуг у ног, только и ждущих того, чтобы удовлетворить прихоти своей хозяйки. Я могу сделать все это возможным.

Эти слова пробили брешь в тщеславии Амелии. Воображение девушки уже рисовало очень привлекательную картину, и на губах ее заиграла хитрая улыбка.

– С какой стати тебе помогать мне?

– Мы одного вида и должны помогать друг другу, иначе не выживем. Кроме того, я так долго живу в этом мире, что для меня не осталось секретов. Со мной ты не пропадаешь, и сможешь лакомиться так, как сегодня, каждую ночь— Он указал на труп. – Недостатка в пище не будет.

– И почему я должна тебе доверять? – спросила Амелия.

– Потому что я тоже одинок. Никто не должен быть одинок, – искренне ответил он. Затем сделал паузу, позволив Амелии поразмыслить. – Итак, позволишь позаботиться о тебе?

1

Долог путь, безмерно тяжек, от преисподней к свету

Нью-Гемпшир. Наши дни.

Уильям выругался про себя. Эта рухлядь никак не хотела работать, и, как бы он ни пытался настроить новый пункт назначения на навигаторе, карта Портленда не желала исчезать с экрана. Великолепно! Он выключил навигатор и подавил навязчивое желание сделать то же самое и с приборной панелью.

Вместо этого Уильям решил обратиться к обычной карте. Развернул, положив на руль перед собой, и стал вглядываться в нее. Необходимо было определить местоположение. Судя по всему, он находился на юго-западе от Белых гор, но где именно? Хороший вопрос.

Он раздраженно скомкал карту и зашвырнул ее на заднее сидение. Ориентироваться в этой дорожной паутине, опутывавшей местность, было совершенно невозможно!

Солнечные лучи, проникавшие сквозь листву деревьев, уже не отличались насыщенностью, словно весь свет исчез под покровом туч, принесенных ветром с севера. Уильям снял темные очки, поблекшее солнце не причиняло неудобств.

Вдруг мелкий дождь забарабанил по стеклу внедорожника.

Молния сверкнула в небе, предвещая скорую бурю. Стук дождя по стеклу становился все громче и громче, напоминая звук гравия, бросаемого пригоршнями прямо в окно.

Уильям выключил музыку и сбавил скорость, вглядываясь в лесной пейзаж. Приоткрыв окно, он сделал вдох и разом ощутил десятки разных ароматов: запах влажной земли, сладкого клена, гнили старого дуба и бальзамический запах сосен…

Все это напомнило ему о доме.

Пока дождь превращался в плотную завесу, Уильям размышлял о принятом решении. Он устал и чувствовал на себе тяжесть проведенных впустую лет. Давно пришла пора все бросить, оставить поиски, поглотившие его целиком и полностью. Внутри него не осталось ничего хорошего, лишь отчаянная железная хватка, которой, как ему начинало казаться, было недостаточно.

Он должен научиться жить. Найти цель, которая бы увела его с пути разрушения, по которому он шел уже слишком долго; и для этого ему нужно было оказаться рядом с единственным человеком, которому он доверял, Даниэлем.

Уильям скучал по другу, который никогда бы не стал смотреть на него как на белую ворону, которой он, в сущности, и был на самом деле. И не стал бы ждать чуда, которого ожидали все и которое на самом деле было лишь отражением отчаяния.

Даниэль никогда бы не ждал от него ничего взамен.

Он огляделся, наслаждаясь долгожданным одиночеством.

Внезапно некий образ вдали заставил его прервать раздумья. Сквозь стену проливного дождя он различил фигуру человека, шагавшего по грязной обочине.

«Отличный денек для прогулки», – подумал про себя Уильям.

Он склонил голову, наблюдая за фигурой через окно. Это оказалась молодая, промокшая до нитки девушка с длинными темными волосами, прилипшими к лицу. Мокрые куртка и платье, словно вторая кожа, плотно облепили ее тело, и бедняжка дрожала с головы до пят. Приближаясь, она подняла взгляд на Уильяма, замерявшего температуру в машине. Двенадцать градусов. Холодновато для разгоряченного и промокшего тела.

Проехав мимо, он продолжал смотреть на нее в зеркало заднего вида.

Вдруг девушка споткнулась и начала шататься из стороны в сторону. Обочина дороги, по которой она шла, была особенно скользкой, и девушка упала.

Уильям нажал на тормоза и уставился в зеркало заднего вида, наблюдая за безуспешными попытками незнакомки подняться на ноги. Она снова попыталась встать, но сдалась и в итоге уселась на асфальт, держась за ногу обеими руками.

Уильям почувствовал покалывание в груди и отвернулся.

«Это не мое дело», – подумал он.

Он прибавил скорость, пытаясь подавить желание оглянуться. Неприятное покалывание пробежало по животу. Если это была не совесть, то определенно что-то похожее; чем дальше он ехал, тем сильнее становилось это чувство, так озадачившее его: вот уже много лет он не испытывал ничего подобного.

– Черт побери! – Он недовольно фыркнул и с силой нажал на тормоза. Уильяму казалось, что, возвращаясь, он поступает как полный идиот. Девушка могла быть ранена, а он…

Он был вампиром.

Голодным вампиром. Вот уже несколько недель он питался лишь кровью животных, которая едва могла утолить его жажду.

Он вышел из машины, наступив прямо в лужу.

«Отлично», – подумал он.

Снова фыркнув, Уильям обошел машину и присел рядом с девушкой, удивленно смотревшей на него. Секунду он изучал ее: овальное лицо, большие зеленые глаза, выделявшиеся на фоне золотистой кожи.

– Ты в порядке?

– Не знаю.

– Поранилась? Встать можешь?

– Не думаю… я вывихнула лодыжку.

Она убрала прядь мокрых волос с лица и посмотрела на парня, стоявшего перед ней на коленях. У него были растрепанные каштановые волосы, словно он только что встал с постели: такая небрежность ему шла, но серьезное выражение лица незнакомца настораживало ее. И эти глаза… До невозможности синие, ясные и яркие, будто неоновые лучи подсвечивали их изнутри. В таких запросто можно было утонуть.

– Я посмотрю? – тихо спросил он.

Девушка не сразу поняла, что он имел в виду ее ногу.

– Да.

Уильям тяжело сглотнул, прилагая немало усилий, чтобы не обращать внимания на царапины на руке девушки, и на то, как вода приобретала красный оттенок при контакте с раной. Взяв ее за ступню, Уильям осторожно ощупал опухшую лодыжку. Он заметил, как она вздрогнула и прикусила нижнюю губу от боли.

– Извини, – он опустил ногу на землю и протер руки о джинсы. – Не могу точно сказать, не похоже, чтобы она была сломана, но есть припухлость… Думаю, стоит обратиться к врачу, так как выглядит, прямо скажем, не очень, – нетерпеливо объяснил он, в тот же миг осознав, насколько холодно звучал его голос.

Безразличное отношение к людям уже давно стало привычкой.

– Может быть сломана? – боязливо переспросила девушка.

Уильям пожал плечами и постарался ответить с большим дружелюбием.

– Я не врач, но тут и не профессионал увидит, что дело плохо. Думаешь, сможешь идти?

– Не уверена. Нога болит.

– Ты живешь здесь неподалеку? Я мог бы подвести тебя.

– Примерно в трех километрах по этой дороге, но… это не обязательно, не утруждайтесь, – она похлопала по сумке, висевшей на груди, где лежали телефон и фотоаппарат. – Я позвоню бабушке, попрошу забрать меня. В любом случае, спасибо.

Уильям наклонился, чтобы сесть поудобнее, и девушка инстинктивно съежилась. Надменная улыбка тронула его губы, когда он поднимался на ноги.

– Как хочешь, но, похоже, что погода только ухудшится.

Небо, словно услышав его слова, обрушило на них раскат грома, и сильный дождь превратился в потоп. Уильям посмотрел на пасмурное небо и затем на девушку. Ее право оставаться здесь, если она этого желает. Что касается него, одного доброго дела в день было вполне достаточно, и это дело он уже совершил.

Он зашагал к машине и, остановившись у бампера, протер мокрое от дождя лицо.

– Извини, ты не знаешь городок под названием Хэвен-Фолз? Я уже час как пытаюсь найти туда дорогу и все без толку, – крикнул он, в надежде, что дождь не заглушит его голос полностью.

Девушка несколько озадаченно кивнула.

– Я живу в Хэвен-Фолз. Это в пяти километрах отсюда…

– По этой дороге, верно? – Уильям не дал ей договорить.

Он повернулся, подняв руку в знак прощания, и с облегчением выдохнул оттого, что эта встреча подошла к концу. Следовало убраться как можно дальше от запаха крови.

– Постой! – вдруг окликнула его девушка.

Уильям замер, лишь слегка повернув голову в ее сторону.

– Если подумать… И, если тебе не составит труда… Буду благодарна, если подвезешь меня в город.

Он долго молчал, после чего тяжело вздохнул и развернулся, направляясь обратно к девушке. Ситуация складывалась не в его пользу. Он задержал дыхание и присел рядом с ней.

– Иногда я немного подозрительно отношусь к незнакомцам, но думаю, что тебе можно доверять. Кроме того, если я останусь здесь, вскоре точно покроюсь чешуей, – пошутила она и застенчиво улыбнулась.

Ответив ей неким подобием улыбки, он взял ее под руки и помог подняться. Встав на ноги, она всхлипнула и потеряла равновесие, но рука Уильяма тут же приобняла ее за талию, предупредив падение.

– Извини, я не могу ходить, – пожаловалась девушка.

Уильям обдумывал следующий шаг: поддерживать ее при ходьбе – это одно, но нести на руках – совсем другое. Слишком тесный физический контакт.

– Мне придется взять тебя на руки, – предупредил он наконец, и живот невольно скрутило.

Она покраснела, и тепло растеклось по ее шее.

– Хорошо, я готова.

Свободной рукой Уильям обхватил девушку и поднял ее безо всяких усилий. Ее кожа была теплой и очень мягкой, а волосы пахли мокрой травой и яблоком. Он медленно вдохнул, уловив еще один аромат. Он был сладким, фруктовым, немного резким и слегка пряным, настолько восхитительным, что у него чуть не потекли слюнки.

Он тяжело сглотнул и задержал дыхание. Лучше не испытывать судьбу.

Уильям открыл дверцу машины и осторожно усадил ее внутрь. Дождь продолжал хлестать с той же силой. Уильям быстро обошел машину и сел за руль, несколько раз провел рукой по волосам, а затем по лицу. Он вымок до нитки.

Затем вынул из дверного кармана тканевый носовой платок и предложил его девушке.

– Вот, приложи к ране.

Она взяла платок и улыбнулась ему.

– Спасибо.

Через несколько секунд они уже тронулись.

Когда девушка оборачивала руку тканью, он задержал дыхание… Но запах свежей крови был настолько сильным, что не было необходимости вдыхать, чтобы почувствовать его.

Он обнаружил, что не может отвести взгляд от ее горла. От тонкой голубоватой жилки, пульсирующей под кожей. Девушка смотрела в окно, соединив вместе ноги и сложив руки на коленях. Казалось, она сбросила с себя маску настороженности и недоверия, позволив себе расслабиться. Уильям видел, как играет на щеках румянец, как течет по капиллярам красная жидкость, чувствовал, как повышается температура тела.

Он отвернулся и сосредоточился на дороге.

– Меня зовут Кейт, – сказала она через несколько минут, прервав наконец неловкое молчание.

– Уильям.

– Приятно познакомиться, Уильям, – она протянула руку, и он пожал ее чуть крепче, чем следовало. – Что же привело тебя в Хэвен-Фолз?

Уильям не горел желанием поддерживать беседу с девушкой, напротив, предпочитая притвориться, что ее здесь нет. Но увидев, как она смотрит на него с выжидательной улыбкой, заставил себя ответить.

– Я здесь, чтобы навестить друзей.

– А я могу спросить, кто они? Может быть я их знаю. У нас маленький город.

Уильям бросил на нее резкий взгляд.

– Не думаю. Они здесь всего несколько недель.

Кейт, заметив его недовольство, перевела взгляд в окно.

– Извини. Не хотела лезть не в свое дело.

Уильям искоса взглянул на нее, и неприятное чувство, напоминающее вину, кольнуло его. Такое поведение явно граничило с грубостью. Десятки лет Уильяма пожирали вина и раскаяние, в итоге превратив его в угрюмое и асоциальное существо. Особенно когда дело касалось людей.

Он в раскаянии вздохнул. Он ведь приехал в Хэвен-Фолз, чтобы начать все сначала и обрести нормальную жизнь. Влиться в среду, наладить отношения.

Первая попытка обернулась полной катастрофой.

Он заставил себя улыбнуться и хоть немного расслабиться.

– Их фамилия Соломон. Купили дом у озера… – он задумчиво нахмурил лоб. – Не помню название.

– Уайтуотер, озеро Уайтуотер, единственное озеро в округе. И огромное! А у тебя есть их адрес?

– Не точный. Тебе знакомо название «Волчья роща»?

Кейт повернулась к нему с улыбкой на губах.

– Да, в этом районе такие красивые дома! – она вдруг стала серьезной и посмотрела на Уильяма широко раскрытыми глазами. – Подожди минутку. Ты сказал Соломон? Я только что вспомнила! В моей школе так зовут новенького. Эван. Эван Соломон. Мы встречались на некоторых уроках. Пару раз. Я никогда с ним не разговаривала, но он кажется приятным. Я как-то видела его в городе с семьей. Их много, и все они как будто… Не то чтобы я следила за ними, просто, в маленьких городках все друг друга знают, и если приезжает кто-нибудь новый… Ну, знаешь, они сразу привлекают внимание. Остаться незамеченными шансов мало. Не пойми меня неправильно, я ничего плохого не имею ввиду, скорее наоборот, они кажутся очень дружелюбными.