Обитель дракона

Следует принять тот факт, что женой моей стала ведьма. И наш мир, мир крылатых драконов, ей чужд. Чью сторону эта авантюристка займет в грядущем столкновении людей и драконов? Ей бы только шалить и скакать верхом по оврагам! А как на нее посмотрел Император!

Я, крылатый дракон, провалился на самую настоящую изнанку нашего мира, на Землю, где нет магии, потерян оборот, потеряна моя магическая сила. С нескрываемым ужасом смотрю я через осколок зеркала, словно в крошечное оконце, на то, что происходит с моим родным миром, на то, как моя прекрасная супруга подбирает в свои тонкие руки, словно поводья, нити всеобъемлющей власти.

Лихая, самоуверенная, гордая. Весь двор бегает у нее на поводу.

Куда я попал? И есть ли надежда вернуться обратно? Ловлю отражение в кусочке стекла. Супруга с нежным именем Варя пролистывает мой манускрипт в золоченом окладе, убранном сотней драгоценных камней.

- Верни меня обратно! Черт с ним с брачным ложем! - Дернулась, покачнулась в кресле, будто услышала голос.

- Варенька, забери меня отсюда! Великим драконом прошу! Я буду самым лучшим мужем!

Молчит, только оглядывается по сторонам, будто не знает, куда ей нужно посмотреть, чтобы увидеть меня. Сама же наворожила! Или, действительно, не понимает силу своей ворожбы?

Глава 1

Варенька

- Котик! Тварь! Я тебя все равно найду, скотина безрогая! Чудо коварного измышления!

Высокая трава противно цеплялась за голенища сапог, где-то внизу под ней что-то противно чавкало, будто предвкушая сытный обед. Волноваться ещё рано, до трассы он не дойдет, машин в окрестностях нет, да и до ближайшей крошечной деревеньки с парой беззлобных спившихся мужиков далеко. Помощи ждать неоткуда. Немец, красавец, гений самой чистой, самой желанной крови и воспитания. Вот как его угораздило открыть тяжелый засов? Ведь с секреткой, так просто даже рукой не поддеть, что уж говорить о сильных губах, да и достать он до него не мог. Видимо, раскачал дверь, и засов распахнулся сам собой от мерных толчков? Все может быть. Что ему стоило остаться где-то поблизости? Нет, упорхнул на своих длинных ногах, сам не зная куда, по вечерней росе. Усадебный дом, все хозяйственные постройки я обежала в самую первую очередь, его нигде не было. Внутрь здания он пробраться не мог. Да и акустика там потрясающая, любой шажок слышен, а уж с его габаритами остаться незамеченным было бы невозможно. Опасный обвал в старое овощехранилище рабочие заранее заделали крепко-накрепко. Повезло. Впопыхах мог и съехать по крутой насыпи, да переломать ноги. После этого оставалось бы только пристрелить и его, и меня следом. Чтоб оба больше не мучились.

Моя задача - найти подлеца и вернуть назад, по возможности целым. Хлыст, единственное достойное оружие приятно упирается в ладонь. Поймаю-убью гада, выпорю, если попробует оказать хоть малейшее сопротивление, не захочет вернуться по доброй воле. И тут до меня дошло очередное открытие во всей своей неприглядности. Немец, иностранец, он же не знает русского языка! Смысл мне распинаться тут битый час, обещая неземные блаженства в виде миски тепленькой кашки, залитой ароматным маслом. Сволочь! Как есть, сволочь! И новый хозяин этой заброшенной старинной усадьбы тоже тот еще гад! Снял отсюда всех рабочих, бросил меня одну, разбирайся, как хочешь. Боялся, что кто-нибудь из посторонних прознает про его авантюру, услышит иноземную речь водителя, доставившего ценный груз, разболтает. А там быть беде. Мне-то банкир доверяет как себе, знает, что делу я верна с самой юности, никогда не допущу ни единой опасной глупости, скорее рискну собой. Вон даже ружьишко оставил. Правда, толку-то с него сейчас, когда самый опасный зверь в округе - это я. Усталая, злая, в мокрых от росы штанах, липнущих к коже и орущая всякую ересь. А что еще мне орать? Когда из немецкого языка я помню только смутное "пферде!", "дас из фантастиш! ", "капут" и "вас ис дас"? Придется пользоваться тем, что имею. Малым запасом трудно произносимых слов. И пусть он решит, что девица рехнулась. Теперь не важно, главное, чтоб голос мой опознал и выдал себя. В то, что сам подойдет, верилось уже слабо.

Впереди показалась полуразрушенная часовня кладбища, как невеста в фату она куталась в клубящийся особенно густо здесь туман. Ни листик не шелохнется, ни раздастся столь желанный топот. А на кладбище у меня, признаться, были возложены большие надежды. Где еще плутать ночью одинокому спортсмену, как не здесь.

- Пферде! Сволочь! Дас из фантастиш! Выходи! Поймаю - убью! Вас из дас, пферде! Чтоб моим врагам жилось как тебе!

Посвист, улюлюканье - а в ответ тишина. Придется дойти до кривого сада, раскинувшегося за часовней. Может он и там, все же голодный. Раз не польстился на замурзанные конфеты, которые местные разложили по древним могилам в канун какого-то праздника, значит, мог заглянуть в сад. То же мне, любитель свободы, найдешь ты путь домой, как же. Тебя отсюда никто не отпускал, да и привыкнешь, полюбишь еще и свой теплый угол, и хозяина, перестанешь скучать по родной немецкой земле и баварскому пиву, которым тебя, сволочь такую, баловали зачем-то почти каждый вечер на прошлом месте. Странный там был тренер и порядки у него странные, впрочем, не мне судить. Денег он за тебя получил достаточно. Даже с излишком, я бы сказала, а все равно жалел о содеянном, когда помогал затащить твою обколотую успокоительным тушу в машину. Конечно, кому хочется расставаться со звездой, созданной своими руками. Террорист, единственный в своем роде, гений, спортсмен, перешагнувший через вершину карьерного острого пика, на который так трудолюбиво взбирался, еще совсем не старый красавец в полном величии своей красоты. Сволочь. Хоть бы в пруд не полез. Утонуть, может, и не утонешь, хотя там полно опасных коряг на дне, еще не успели расчистить, трактор увяз. Вот и ты можешь увязнуть. Или замерзнуть и простудится. Поймаю - точно выпорю! Сначала успокою, а потом за малейшее сопротивление получишь по полной, без лишних эмоций, но и без жалости. Укус на плече от твоих зубов ноет уже второй день, гад. Хоть бы с тобой ничего не стряслось! Умом понимаю, что он далеко не первый, кто бродит тут посреди ночи. И удаленная усадьба специально была построена для безопасной работы с такими, как он. Вон даже песок старого плаца остался вполне целёхоньким, хотя им не пользовались по назначению с самой Великой Октябрьской. Тогда с этой славной, овеянной мрачными легендами сытной земли исчезли последние настоящие мастера своего опасного искусства, дела всей жизни. Просто исчезли, как их и не было, в одну туманную, как и сегодняшняя, летнюю ночь.

Впереди на самой границе видимого пространства хлестко щелкнул яблоневый побег. Показал себя, теперь не уйдешь! Осталось вспомнить какой-нибудь тихий мотив на родном для тебя языке. Пусть половины слов я и не знаю, но суть, интонирование ты уловить сможешь. А большего и не нужно.

Точно, он! Не ошиблась! Уже вижу, как колыхнулся в море густого тумана длинный хвост водопадом черных волос.

- Террорист, взломщик! Я тебя нашла! С такими габаритами ты автостопом далеко не уедешь! Пферде! Дас из фантастиш! Коц-коц! Их либе дих! Чтоб тебе до дому целым добраться сию секунду!

Я запела, отчаянно путая слова, какой-то мотив известной немецкой группы. Заменив большую часть слов, на схожую по звукам абракадабру. Сейчас нельзя ничем напугать красавца, выдать свое нетерпение. Мое оружие - только голос, мягкий, баюкающий, неспешный. Хрустко лопаются палые сгнившие яблоки под подошвами сапог. Надеюсь, он не успел их нажраться. Тоже мне, голодающий. Мог и овсяную кашу поесть, я предлагала. Не мюсли, конечно, но другие-то жрут! И считают высшей наградой после трудового дня, наполненного тяжелой, на грани возможностей работой. А этот нос воротил, масла ему показалось, видимо, мало. Ну-ну. Обвыкнешься, забудешь про свои мюсли, сдобренные баварским. Дикость какая, так портить твоё здоровье.

Морковка, каша, салатик из свежих яблок, сопливый кисель изо льна - предел мечтаний, смирись. В Россию попал, у нас свои традиции спортивной диеты. Зато жив и здоров будешь, пферде ты мерзостный.

В кармане несмело зажужжал телефон. Как не вовремя! Испортит сейчас мне всю охоту. Мельком глянула на экран. Хозяин! Неужто вернулся и заметил побег террориста? Впрочем, ответить в любом случае надо, сообщить, что нашла и вот-вот осуществлю поимку ценной собственности.

- Варенька, а ты где?

- В саду, за часовней, - шепчу в трубку я и продолжаю неспешно красться. Только бы он не почуял мой мандраж и сбившееся сердцебиение. Адреналин. Такие, как он, слишком хорошо его ощущают и боятся этого ощущения.

- А что ты там делаешь? Я просто решил вернуться, смотрю, дверь нараспашку, Лир на месте, сонным взглядом на природу смотрит, а тебя нигде нет. Думаю, мало ли, что стряслось?

- Как стоит? Он дверь отжал как-то и удрал. Я второй час по все местные красоты обхожу. Вот только нашла эту задницу!

- Возвращайся-ка ты обратно. Тут всякое может примерещиться. Это место такое, я тебе говорил, - хозяин заметно нервничал, - батюшку завтра привезу.

- Поймаю, и сразу вернемся.

Место такое. Не было его на месте, точно, не было. Я бы услышала перестук шагов. А вот в кустах, определённо, он. Что уж там, примерещилось. Сказать несложно, но жеребца нужно вернуть домой, пока дел не наделал. Веревка распущена и лежит в руке удобной петлей. Осталось прыгнуть, резко набросить ему на шею, перекрестить ее, и никуда он от меня не денется.

Подобралась, готовясь к прыжку. Так он в руки не дастся, попытается улизнуть в последний момент. Знаем этот чудесный прием, еще и в голову получить можно.

Фердинанд

Какое, оказывается, дивное наслаждение может подарить простая незамысловатая прогулка по саду вдалеке от столицы. Кривые стволы плодовых деревьев, низко стелющийся туман. Никто не мешает, охрана отослана. Мать с кумушками приедут только ближе к рассвету. А я пока могу просто пройтись, как мечтал весь этот месяц. Сбросить изрядно надоевшую человеческую личину, обернуться драконом и просто так плестись меж стволов, то тут, то там ухватывая зубами за спелый бочок сочное яблоко.

Ко всему можно привыкнуть и к бесконечной опасности тоже. Сколько их уже было тех покушений - не счесть. Но здесь я спокоен. Имение наше зачарованно на славу от внезапных визитов, враг не пробьется, уж в самом крайнем случае будет растерзан сворой сторожевых псов. Кисловатый сок приятно щекочет нёбо, растекаясь по языку.

Нападение было внезапным. Из тумана мне на лицо приземлилась невесомая тень юного воина. Петля резко легла на затылок, вторая почти схлестнулась на кончике морды, стоило мне попытаться разинуть пасть, отбиваясь. Невероятно мощный удар крошечного кулака пришелся в чувствительный нос, сбил с толку.

- Я тебе дам зубами тут щелкать, пферде! Где твое холеное воспитание, тварь?

Ответить мне не дали, веревка, обхватила челюсть плотным кольцом и затянулась со всей силы.

- В глине извалялся? Весь корками засох. Где нашел только! Как я отмывать это буду, ты подумал? А главное, где? Мойку еще не запустили. Впрочем, грязь засохнет - сама отвалится, а там я тебя щеточкой дополирую. Или это не глина? Ни черта же уже не видно! Ночь на дворе, луна закатилась.- рука девицы нагло прошлась по моей шее, - Ты что в жидкий пластик влетел?! Ты башкой своей думал? Ты же отравишься! Бегом домой!

Меня поймала женщина, девушка, человечка. Это от шока я не пытаюсь вырваться. Ну не маг-менталист же она, в самом деле. Отойдя от первого впечатления, я попытался мотнуть головой, чтобы скинуть мерзавку в ближайшее дерево. Приподнять ее над землей труда не составило. Веревка до обидного сильно сжала пластины на морде. Рывок, но девица и не думала отпускать. А дальше произошло невероятное, стоило ей коснуться ногами земли, как мой бок опалило ударом розги. Мой! Законного владельца всех этих земель! Самого Карсвида!

- Удерёшь, ноги себе тут переломаешь! Или копыто проколешь. Мы еще не все обошли с металлоискателем. Мало ли тут где-нибудь доска с гвоздем завалялась, а в траве ее и не видно? Марш домой, жрать овес! Башкой он мотать будет. Хоть бы это глина на тебе была. Где ты, вообще, ее нашел-то?

Дура, развязала бы рот, а потом уже спрашивала. Острый коготок поколупал одну из моих жестких пластин.

- Не глина, - выразила очевидную догадку воровка. Точно, воровка. Еще и на голову больная, похоже. Металл они тут ищут. Я, конечно, привык ко всяким измышлениям людей, но чтоб мои сокровища искали у меня же в саду столь наглым образом, вижу впервые. Гвозди с доской ей нужны. Отшибленая, не иначе.

Так, надо скорей обернуться и нанести срочный визит управляющему владений. Если уж ко мне в сад пробралось с целью наживы какое-то отребье, значит, в деревнях настал голод. Тем более, что на девушке мужские штаны, явно снятые с кого-то из младших братьев. Значит, дела совсем плохи. Точно, бедняжка помутилась рассудком от голода и лишений. Вон, даже волосы растрепались и коса срезана ниже лопаток, очевидно, она ее продала вместе с платьем, - мысли пронеслись в голове за долю мгновений и следом стремительно начался оборот. Где-то на середине я осознал свою ошибку. Особняк я покинул голым. Точнее, обернулся сразу после вечерних купаний уже на балконе, не сохранив магией на себе ничего из одежды. Демон! Смущу же девицу.

Оборот произошел, и я очутился все с той же петлей из веревки на шее. Девица уставилась на меня во все глаза, словно и не подозревала о наличии у меня второй ипостаси, глупость какая, допустить саму мысль о подобном. Все крестьянские дети, даже в самых отдаленных уездах с самого малолетства знают, что драконы имеют вторую ипостась. Два раза она успела моргнуть, после чего издала боевой вопль, напомнивший мне про опасность покушений. Девушка отшатнулась, тем самым затянув веревку на моем горле еще туже, и с неимоверной, свойственной лишь сумасшедшим, силой начала бить хлыстом мне по лицу и груди.

- Маньяк! Убью! Куда конь делся! Что я хозяину скажу! Где его теперь искать.

- Уймись, девка! Уймись! Кхе, кху, - девица пыталась отступать, и мне пришлось идти за ней шаг за шагом, ибо веревка душила отчаянно. Ну не бить же женщину? Я раскрыл объятия и поймал ее. Удары начали сыпаться мне на спину один за другим, выбивая из меня все высокосветское воспитание, как пыль из дорого ковра.

- Отпусти! - в плечо впились острые зубы. Неужели она оборотень. Вроде бы нет.

С огромным трудом удалось повалить несчастную на землю и вырвать из ее руки хлыст, прижимая сумасшедшую коленом к земле, чтобы хоть как-то освободить себе руки. Вьется на месте хуже ядовитой змеи, так и норовя укусить или ударить. Даже мне, взрослому, сильному двуипостасному почти невозможно удержать ее на одном месте. В довершение всего у девушки отлетели пуговки на рубашке, обнажив кружевное белье весьма смелого фасона. Тут меня окатило льдом. А если кто-нибудь сейчас заметит сей конфуз? Я нагишом и в красных полосах от ее ударов весь, включая то место, что пониже спины, девица полураздета. Как назло в небе замаячили неясные тени. Мамаша с ее кагалом доверенных дам. Заметили, пикируют! Что сейчас будет!

- Это кто? - осмысленно произнесла сумасшедшая.

- Тебе лучше не знать, - девушка дернула головой и впечаталась лбом мне почти в переносицу, после чего расслабленно опустилась в траву, закатив глаза к небу. Припадок закончился? Или это от удара? А может, и вовсе обморок? Наконец-то я выпутал шею из веревки и тут же обернулся обратно во вторую свою ипостась. Не сверкать же голым человеческим телом при дамах высшего света.

Удар тяжелых лап о землю пришелся позади меня.

- Сынок! Ты мне ничего объяснить не хочешь?

- Мама, я рад тебя видеть.

- А я вот не очень. То есть ты отвергаешь одну за другой предложенных мной кандидаток на роль жены из лучших родов двуипостасных, а сам тем временем зажимаешь несчастную человеческую девушку? Ты чем думаешь, вообще? Я даже не говорю о чести и элементарной порядочности. Разве в нынешней непростой ситуации, когда отношения с людьми и так накалены до предела, дракон может опуститься до такой низости, как попытка завладеть аристократкой силой? Тем более, ты! Сколько лет ведутся разговоры о том, что человечки обладают теме же чувствами, что и драконы. А порой еще и более утонченными? К какому роду принадлежит эта девушка?

- Мама! Это просто бродяжка. Она сама на меня напала.

- Конечно! Ни одна ненормальная не нападет на дракона первой, а без твоего согласия никто посторонний в сад даже пробраться не смог бы. Бродяжка! - мама подошла ближе и подцепила когтем прядку всклокоченных волос несчастной, - серьги. Золотые серьги с топазами, сильный магический дар, тончайшие кружева, рубашка шитая пусть и по мужскому фасону, но тончайшей работы. Сапоги для верховой езды лучшей выделки, брюки какого-то странного фасона, но, точно, дорогие. Как ты посмел, - в голову прилетела оплеуха, - меня дурачить? Как посмел, я тебя спрашиваю, попытаться взять силой девицу?

- Я бы никогда не посмел! Ты вообще что говоришь? Я советник Императора! Знаешь, сколько их таких бывает рядом со мной? Нормальных?

- Ты осознаешь, к каким последствиям приведет сейчас подобный скандал? Дай сюда свое плечо. Прокус виден в обеих ипостасях. Любому будет ясно, на чьей стороне правда! Может, ее и подослали, но виновным окажешься ты! А за нападение на мага сам знаешь, чем и как придется нам отвечать. Радуйся, что она сейчас без сознания и не может мне отказать.

- Мама!

- Поздно. У меня есть еще сыновья, даже если ваш союз будет не очень удачен и не принесет детей, род будет, кому продолжить.

- Что ты делаешь?

- Спасаю как минимум твою глупую шкуру, а еще честь нашей семьи. И ситуацию в целом. Брак с человеческой девицей как раз то, что сейчас может склонить ситуацию в мире в нашу неоспоримую пользу. А погибнет во время обряда, так и не страшно. Скажем, что она сама настояла.

Вспышка родовой магии, и столб огня накрыли меня и девчонку.

- Да свершится союз двуликого и юной магессы, - торжественно крикнула мать своим подругам, так и парящим над нами высоко в небе. Моя жена - сумасшедшая. Хоть бы она умерла в этом огне, так будет лучше для всех. Столб огня спал, девица слабо пошевелилась.

- Выжила? - я кивнул, - Прикажи отнести ее в комнаты, да смотри, не "потеряй" по дороге. Твоя жена необычайно ценна для нас. И сделай все, слышишь меня? Все! Чтобы она выглядела нормально через два дня. На третий жди гостей от двора с поздравлениями в гости. С Императором я договорюсь сама через одну из его доверенных фрейлин. Озадачься тем, чтобы консумировать брак в возможно короткие сроки.

Глава 2

Варенька

Проснулась в какой-то абсолютно незнакомой мне комнате. Это номер гостиницы? Что, вообще, вчера было? Конь! Он удрал! Я его поймала? Вроде бы, да. Так, стоп, владелец коня мне позвонил и сказал, что жеребец на месте. Что-то нёс про нехорошее место и про то, что тут всякое может мерещиться. А потом связь пропала. И я кого-то поймала, коня, кого же еще. Так. Это помню. Может, он отбил копытом мне в голову? Потому что дальше вспоминается какая-то муть, и начинается полный бред. И лоб болит. Попробовала сесть. Тошноты нет, значит, если даже и сотрясение, то не сильное. Работать смогу, может, и не сегодня сяду в седло, но коня из конюшни до электропастуха доведу, точно. Вопрос в том, где я и что с лошадью?

Комната очень похожа на помещения поместья с той лишь разницей, что те смотрятся, как бедные родственники под слоями дешевого платья - масляной краски. А над этой совсем недавно колдовала толпа реставраторов, вон и завитушки на потолке все на месте. Что-то в усадьбе таких комнат я не помню. Значит, гостиница, просто обстановка схожая. С невероятным трудом опустила ноги на деревянный пол. Не мутит, и голова не болит, уже хорошо. Что же вчера было? Голый мужик. Красавец, каких мало. Может, конокрад? Мы с ним подрались. Точно! Я же его всего исхлестала от души, так старалась отбиться, а он меня все равно повалил. И дальше я ничего не помню, кроме каких-то теней. По телу прошелся неприятный холодок. Неужели? Вроде бы нигде не болит. Может такое быть, если что-то произошло, пока я была без сознания? Кстати, а почему и когда я его потеряла, сознание? Этот гад ударил меня лбом в голову. Конь ни при чем! Мужик - маньяк, конокрад, урод и извращенец! Где я? И кто, черт побери, меня раздевал? Откуда, вообще, на мне могла оказаться эта ночная рубашка? Таких даже не продают. Плотная, синтетическая без какой-либо отделки, еще и с завязочками под подбородком. Идиотизм! Обвела глазами комнату. Вазы с цветами у входа, металлический шкаф весь в завитушках, пол из наборного паркета и стул. На стуле моя одежда, уже счастье. Встала, в голове ощущение нормальное. Жить буду, плечо только немного болит, но это после драки. Вещи постираны, даже, кажется, выглажены. И сапоги натёрты до блеска. Хозяйственный маньяк попался. Хлыст, жалко, украл. Скорее одеться и бежать отсюда, пока есть, кому бежать.

Выглянула в окно – несколько пышных клумб на земле маячат, словно ориентиры. Второй этаж и полное отсутствие пожарной лестницы и сколько-нибудь надежных водостоков. Так просто не слезешь, спрыгнуть тоже может быть чревато последствиями. А если подумать про крышу, как про крайний вариант? Не вариант, даже, встав на подоконник, не допрыгну. А вот карниз вдоль стены выглядит жизнеутверждающе. Вполне меня выдержит и идет он, похоже, по всему периметру дома. Черт, да этот особняк точно брат близнец того, который сейчас реставрирует хозяин конёчка. Вон, даже погреб такой же маячит в отдалении. Попробую сбежать через дверь, как все приличные нормальные люди, до поведения которых мне, как до луны. А если не выйдет - то по карнизу, держась за лепнину, до окна лестницы для прислуги и бегом до лесочка. Что тут бежать-то? Метров четыреста. А в лесу меня, точно, никто не поймает. Уж с учетом того, сколько окопов и дзотов в этих местах сражений, где-нибудь затаюсь до темноты. Что за бред! Скорей всего, и ловить не будут, главное, выбраться, если это не гостиничка, а особняк того извращенца. Ладно, в голове целых два плана, можно уже и одеться.

Стоило потянуться к стулу, как в комнату влетела женщина средних лет с малой на голове и в старинном наряде. Горничная она или кто?

- Мадам! Доброе утро! Мы все очень рады, что вы в добром здравии. Примите мои самые искренние поздравления со свершившимся таинством брака. И позвольте помочь вам одеться.

- Оденусь я сама. Где этот?

- Ваш супруг дожидается вас за дверью. Пригласить его войти?

Таинство брака, супруг, одежда эта на тетке, прическа. Точно, я попала в лапы к богатому извращенцу. Доберусь до города и сразу к врачу! Мало ли, что он мог со мной сотворить, пока я спала, и чем это светит. Глаз нехорошо дернулся, а мурашки разбежались по спине добротным таким табуном. Надеюсь, хлыст я об него все же сломала в порыве нахлынувших чувств. Хоть какая-то моральная компенсация, тогда и не так жалко ценную вещь. Тише. Нельзя показать свою ярость и, тем более, страх, если хочу, чтобы никто ничего не заподозрил, нужно чуть-чуть подыграть. Самую малость. Прислали девушку помочь с одеждой, ладушки. Сапоги сами себя не натянут, уж очень они тугие.

- Я для начала оденусь, пожалуй.

- Как будет угодно. Если изволите, я принесу подходящее случаю платье.

- Не надо, я предпочитаю носить свои вещи.

Белье и то сняли, надеюсь, это сделала горничная. Черт! Какое же гадстао! И откуда он только взялся там, за кладбищем? Яблоки, что ли, тырил. Так они кислые до ужаса, одичалые, даже я их есть не смогла. И это после тренировки.

- У вас очень смелые утонченные кружева, заказывали в столице? – задала горничная вопрос о моем белье в духе мнимой эпохи.

- Купила, не глядя.

- После завтрака я представлю вам наших швей. Они редкие мастерицы, хоть мы живем здесь очень камерно, но думаю, что-то вы сможете заказать на свой вкус.

- Я подумаю над этим.

Бриджи, рубашка, а резинки для волос, конечно же, нет, я ее еще в обед оставила на какой-то ветке, когда проверяла леваду на наличие острых камней. Гольфы под сапоги, о, надо же дырочку кто-то заштопал. Давно собиралась, а тут помогли.