Путешествие к Серебряному Долу

Глава 3 Байна Драгна

Байна Драгна – пятый принц Хейн – сын короля и четвертой супруги.

Будучи поздним ребенком, не обремененным наследованием престола, с рождения он не знал нужды и отказа ни в чем. Дорогая одежда, лучшее оружие, прекрасные женщины – он имел все, чего можно желать.

Стоит заметить, что небольшое по размерам, но непревзойденное в богатстве королевство Хейн, благодаря хорошему расположению на плоскогорье, обильным залежам руд и приятному климату, могло позволить себе развиваться практически автономно. Столетиями Хейн снисходительно наблюдал с вершин на войны и распри соседей, расположившихся пусть и на более плодородной, но менее защищенной равнине. Все хотели дружить и вести торговлю с Хейном, не решаясь покушаться на его неприступную крепость. А уж сосватать за одного из принцев дочь мечтал чуть ли не каждый князь в округе.

В общем и целом, жизнь юного Байны была похожа на сказку, ровно до тех пор, пока в семнадцать лет с ним не случилось несчастье.

По слухам, пересекая ущелье, принц угодил под обвал, в результате чего красивое лицо его было изуродовано, кости местами раздробленны, местами изломаны жутчайшим образом. То ли благодаря молитвам безутешной матушки, то ли стараниями безмерно дорогого, можно сказать практически бесценного, веренейского лекаря, пятому принцу удалось выжить. Оставшись малоподвижным калекой, Байна не мог не оценить иронии бренного мира. Он имел все и не имел ничего. Казалось, вскоре на земле закончились лекари, что не осматривали бы его недуг. Годы шли. Целители приходили в дом принца все реже и реже, пока визиты эти и вовсе не сошли на нет.

Однажды, расположенную по соседству Абалью посетила дочь чужеземного князя. Звали ее Йердегиль. Говорят, была она ведьмой и могла не только излечить безнадежно больного, но и даже мертвого поднять из могилы. И будто бы сам веренейский глава, еще мальчишкой обучался у нее медицине и остался безмерно доволен этим.

Неудивительно, что вскоре Ее Светлость удостоилась приглашения в Хейн, на которое, впрочем, ответила вежливым отказом.

Однако, не стоит недооценивать стремления убитой горем матери. Мирина Драгна Хейн, четвертая супруга короля, тутже оказалась в Абалье, чтобы поприветствовать ведьму и представить ей сына. С собою взяла она столько золота, что впору было отстроить новую крепость прямо на месте, где стоял великокняжеский шатер.

Йердегиль, якобы четырехсот лет отроду, выглядела довольно молодо. Речь ее была неспешной, взгляд спокойным и глубоким. Поприветствовав четвертую госпожу Хейн, княжна просмотрела бумаги, заверенные печатью Гильдии веренейских лекарей. Сообщив, что дело это решаемое, но госпожа Хейн навряд ли понимает, что золотом и серебром услуги ведьмы не покрыть, она попросила ее покинуть помещение.

Мирина Драгна Хейн, не смирившаяся, но понимающая неизбежность наступающей трагедии, впервые за долгие годы получила надежду.

Губы ее дрожали. Она решительно не понимала, что могла бы предложить Ее Светлости, однако если бы той понадобилась ее жизнь - согласилась бы без раздумий.

- И что же Ее Светлость ценит больше золота? – спросила Мирина, наблюдая, как ведьма попивает дымящийся красный напиток.

Йердегиль загадочно улыбнулась.

- Искренность, – размышляла она, отставляя кубок. – Преданность. Талант.… Никак не могу решить, что из этого мне нравится больше. Вот почему предпочитаю их чудесное сочетание.

Четвертая госпожа Хейн поджала губы. В этот самый момент она твердо решила, что сделает все, чтобы ее сын получил лечение этой женщины.

- Мой мальчик более, чем способный! – проговорила Мирина, уверенно глядя в глаза Йердегиль. – Его учителем был Мейнор Ят. Он владеет словом и разумом. Он красив, чистосердечен и справедлив. Он был…был красив… Что касается верности… Я всего лишь безродная жена среди дворянок, однако если пожелаете – сделаю, что в моих силах. До конца дней, я буду в долгу перед Ее Светлостью. Но вот насчет искренности... Ведь это обоюдоострый меч. Так что, проявите сначала свою.

Йердегиль склонила голову набок. Глаза ее были черными как уголь. Мирина, отражалась в них словно в зеркале и, видимо, все же представляла какую-то ценность.

- Хорошо, – согласилась ведьма, подходя к женщине так близко, что та могла рассмотреть мельчайшие узоры на ее диковинных украшениях. – Я скажу. Но все же… такое знание часто приносит погибель.

Мирина кивнула, изо всех сил сохраняя достоинство. Йердегиль была жуткой. Хотела она того или нет, весь вид ее говорил о том, что в ней сокрыта ужасающая сила. Госпожа Хейн чувствовала это каждой клеткой своего тела. И это было прекрасно. Преисполненная радостью от встречи с тем, кого искала долгие годы, она смиренно ожидала продолжения переговоров.

- Давным-давно судьба наградила меня высокой целью, – наконец сказала Йердегиль, многозначительно улыбнувшись чему-то ведомому ей одной. – Той, что ценнее всего для меня, понимаете?

Госпожа Хейн снова кивнула. Она имела весьма яркое представление о том, что значит желать чего-то изо дня в день и, превозмогая страдания идти по намеченному пути.

- И я делаю, что могу, - продолжила девица, слегка нахмурившись своим мыслям, - но мелкое и незначительное постоянно отвлекает меня от ее достижения. Богатство – ключ к решению многих проблем. И говоря о богатстве, я имею в виду, отнюдь, не жалкие гроши, которые скупой и дряхлый король предлагает беспомощным лекарям из жалости к пятому сыну. Уж если бы я и сделала это, то взамен хотела бы Хейн.

Когда она договорила, госпожа Мирина едва ли могла сдержать истерический смех. Эйфория накрывала ее с головою. Великое чудо, наконец, так близко. Со стороны бы могло показаться, что ведьма желает слишком многого. На деле, если разобраться, она давала гораздо больше, чем просила взамен.

- Что ж. Ваш черед, – напомнила княжна, наблюдая, как лицо четвертой госпожи Хейн становится пунцовым.

Мирина обеспокоенно взглянула на служанку, заботливо подливавшую дымящуюся жижу княжне в бокал.

- Хорошо. – Кивнула госпожа Драгна Хейн, собирая последнее мужество.

Рассказ ее был долгим. Так Йердегиль узнала, что в юности Мирину – дочь торговца ягодами – прогуливаясь по улице, заметил старый король. В ту пору он уже имел три жены, каждая из которых могла похвастаться высоким положением и богатством своей семьи. На пути становления государем, он брал их одну за другой, укрепляя и распространяя свое могущество. Красивая и здоровая Мирина же, стала его отдушиной. Женщиной, с которой можно не церемониться. Никто не возражал ему. Отец Мирины отдал ее без сожалений. Многие годы государь благоволил лишь четвертой супруге, игнорируя прочих, что принесло самой девице немало бед. Когда Мирина все-таки решилась наложить на себя руки – она узнала, что беременна. И это придало ей сил и надежду на то, что жизнь, быть может, станет выносимой. Так и случилось. Ребенок принес много радости в ее сердце. Спустя несколько лет, то ли от возраста, то ли по какой другой причине, старый король, к счастью, обессилел и больше не беспокоил четвертую супругу.

Так и жила Мирина, наслаждаясь обществом своего чудесного сына, пока король совсем не слег. Воспользовавшись случаем, забавы ради, первый и третий принцы устроили ловушку для пятого брата. Очнувшись в подземелье, отравленный и обездвиженный, Байна Драгна, почувствовал в ладонях колья. Звери, которых он много лет называл братьями, ежедневно на протяжении долгого времени, мучали и истязали его тело. Повеселившись вдоволь, принцы выбросили едва дышавшего Байну Драгну во дворе его матушки, пригрозив сжечь их заживо, если та откроет свой рот. Поэтому, когда король пришел в себя, она молчала.

- Как видите, я слаба и бесправна, – договорив, госпожа Хейн, почти не могла дышать от переполнявшего ее гнева. – Однако, если бы великая княжна могла научить меня, я сделала бы все, что нужно.

Когда она закончила Йердегиль не сказала ни слова. Не меняясь в лице, она лишь кивнула, давая понять, что внимательно выслушала рассказ собеседницы. Смерив шатер парой десятков шагов, она отпила из кубка.

- Так Вы, излечите моего сына, госпожа? – Мирина обрушилась на колени, стиснув платье так, что пальцы ее онемели от боли.

Йердегиль склонила голову на бок. Подозревая, что это не понравится ее отцу, княжна все же кивнула и проводила госпожу Мирину к выходу.

Тем временем, Байна Драгна, объятый легким любопытством, ожидал возвращения матери. Все же не часто удается встретить женщину, именующую себя ведьмой. К тому же, сам он прекрасно понимал, что нет на свете способа исправить столь незавидное положение дел. Смирившись с судьбой, он терпеливо соглашался на медицинские осмотры, песни шаманов и прочие развлечения с бубном, дабы уважить старания госпожи Драгна Хейн. Впрочем, за предложенные деньги, госпожа ведьма была просто обязана придумать уважительную причину для отказа.

- Она сказала, что не справится? – улыбнувшись искривленным травмою ртом, предположил Байна Драгна, едва мать, позабыв о своем почетном статусе, молнией влетела в его шатер.

- Вовсе нет,– возразила женщина, жестом приказывая слугам покинуть покои Его Высочества. – Вовсе нет, сынок. Позволь мне перевести дух.

Принц снова улыбнулся. Как и ожидалось, госпожа Йердегиль оказалась той еще шарлатанкой. Лишь его мать, ослепленная родительской любовью, будто крот, могла не разглядеть в подобном заявлении подвоха.

Бессмертная ведьма. Конечно. Едва услышав историю о магии и вечной жизни, Байна стал размышлять насколько затратно поддерживать такие слухи.

- Вы выглядите весьма взволнованной, матушка, – поборов прорывающийся от разговоров кашель заметил принц. – Должно быть, лечение обойдется в увесистый кошель.

Госпожа Драгна Хейн развела руками, борясь с нахлынувшим на нее удушьем.

- Нет. Вовсе нет, – повторила Мирина, наливая из кувшина полный стакан воды.

- Вот как? – удивился Байна Драгна.

Семья его была невероятно богата. Хейн процветал. Золото и серебро валялось под его ногами. Но княжеской дочери, что же, было не до того?

И это оказалось весьма забавным, ибо за всю жизнь, Байна Драгна не встречал ни единой дамы, что, в той или иной мере, не интересовалась бы его деньгами.

Тем временем Мирина, массируя виски, прохаживалась из стороны в сторону, охваченная неконтролируемым волнением.

- Она не попросила денег,– ответила Мирина, обдумывая, как убедить Байну Драгну заплатить цену, обозначенную великой княжной. - Она… как бы сказать, заинтересована именно в тебе…

Мужчина, сразу уловивший ход мыслей госпожи Хейн, про себя шутил над тем, что на брак со столь изуродованным калекой женщина решится лишь скорого наследства ради.

Но разве мог сказать он это своей матери, для которой жизнь его была дороже всех богатств великого Хейна.

В конце концов, времени он никуда не торопился. Да и больно занятной оказалась чужеземная княжна.

- Послушай меня, мой принц, – взмолилась Мирина, обнимая ладонями его лицо. – Она не говорила прямо, но… Прошу тебя. Скажи, что сделаешь все, что пожелает княжна. Это важно. Захочет замуж – бери ее в жены. Захочет Хейн – поклянись, что станешь наследным принцем, чего бы это ни стоило. Даже если захочет, чтобы ты стал ее лакеем, подносил туфли и обмахивал веером – просто сделай это для нее. На свете нет ничего дороже твоей жизни. Клянусь, я поддержу тебя во всем. Просто соглашайся. Пообещай своей матушке, хорошо?

Она рыдала. Слезы градом текли по ее раскрасневшимся щекам.

- Обещаю, – сказал принц, с горечью наблюдая за тем, как содрогаются ее плечи. – Я сделаю все, как велела матушка.

- Правда? – большие глаза Мирины на миг прояснились.

- Правда,– повторил Байна Драгна. – Довольно плакать.

Он с трудом протянул перебитую ладонь, чтобы скрюченными пальцами вытереть ее щеки.

Наутро следующего дня, Байна Драгна наряженный словно царь, прикованный к искусно расшитым и украшенным золотом носилкам, оказался в шатре Йердегиль.

В нем находилось четыре служанки и две других женщины, одежда которых могла соответствовать благородному статусу княжны.

Одна из них - в возрасте совсем преклонном, седовласая старуха, мирно дремала в кресле-качалке. Другая – молодая и хрупкая девица неописуемой красоты, грациозно сжимая деревянный гребень, расчесывала длинные волосы пожилой дамы.

- Располагайся, принц Хейн, – проговорила девица, откладывая гребень. – Приветствую тебя в своих покоях.

- Приветствую и я тебя, великая княжна, – ответил пятый принц, когда Ее Светлость, легкою походкой проплыла к его носилкам.

Черные глаза княжны были такими глубокими, что, казалось, в них можно утонуть.

- Говори же,– ведьма, заправила за маленькое ухо черный локон. – Время великой княжны стоит дорого.

Голос ее звучал негромко. Похоже, она не хотела тревожить безмятежный сон блаженно похрапывающей старухи.

- Вероятно, много дороже, чем предложила моя мать, – ответил Байна, подмечая про себя, что наряды зарниек, не уступали в роскоши хейнским.

- И ты хотел бы заплатить? – улыбнувшись, поинтересовалась ведьма.

- Если бы ты оказалась достаточно способной, я бы, конечно, отдал что имею, – улыбнулся в ответ Байна Драгна. - Но я не верю тебе.

- Понимаю, - проговорила Йердегиль, продолжая смотреть в его уставшие от продолжительной болезни глаза. – Ведь ты не видел ничего, кроме Хейна.

Старуха, похоже застигнутая недобрым сновидением, заерзала и пробормотала что-то бессвязное. Йердегиль ненадолго отвлеклась, жестом повелев служанке проверить пожилую госпожу. Принц имел удовольствие наблюдать, как изгибается ее тонкая белая шея. Он видел много хорошеньких девушек, но эта показалась ему особенно красивой.

Убедившись, что седовласая дама в порядке и ни в чем не нуждается, ведьма вновь повернулась к принцу и продолжила разговор с того места, где прервала.

- И, тем не менее, когда я закончу, ты сможешь ходить, наслаждаться женщинами, держать в руках меч. Будешь молод и здоров сотню лет.

– А потом? -Байна Драгна иронично усмехнулся.

Йердегиль казалась искренней и совершенно безумной.

– Рассыпешься в пыль, – нежно улыбнулась Йердегиль. – Прекрасная смерть, без страданий и боли.

- Ты выглядишь так, словно веришь в то, что говоришь, маленькая княжна.

Как бы ни хотел Байна Драгна провести в компании новой знакомой больше времени, усталость все же брала свое. В конце концов, дорога измотала его. Да и бессмысленные, но весьма увлекательные беседы совсем не шли молодому принцу на пользу.

- И что же ты хочешь, если не золото? – Мягко спросил Байна Драгна, порадовавшись хотя бы тому, что вскоре сможет утолить свое любопытство.

Девица вновь поправила волосы. Густые и блестящие, они сплелись в изящные завитки и тяжелые косы и все равно казались бесконечными.

– Конечно же Хейн. – Ответила Йердегиль. - Я сделаю тебя королем. И заберу себе твое царство.

Брови пятого принца Хейна поползли вверх. Он ожидал чего угодно, но чужеземная княжна просто сломала все шаблоны.

Впрочем, сам он чувствовал, что дни его сочтены. Перспектива умереть на глазах безутешной матери, под ее громкие отчаянные рыдания, совсем не радовала Байну Драгну. Что бы ни собиралась сделать с ним княжна и куда бы ни задумала увезти, он был согласен.

Он дал ей слово и на рассвете следующего дня процессия из двух карет, семи продовольственных обозов, телеги, груженной подарками, а также целого кордона охранников и слуг, выдвинулась в сторону зарнийской крепости. Зарна была уделом ведьмы Йердегиль и находилась рядом со столицей Красного княжества. Его необъятная территория простиралась далеко на запад прямо от границ Хейна и Абальи.

В дороге Ее Светлость сменила наряд на более скромный, сложила часть драгоценностей в шкатулку и как ни в чем ни бывало, принялась за чтение, обмахивая бледное лицо элегантным веером. Старуха, последовавшая ее примеру, также переоделась в дорожное платье, однако сослепу перепутала транспорт и оказалась аккурат в экипаже принца Хейна.

Через некоторое время, она, словно не ожидая встретить кого-то подобного в своей карете, удивленно моргнула и спросила, как он здесь оказался.

- Приболел, почтенная госпожа, – вежливо ответил принц.

Байна Драгна не был уверен, как следует обращаться к этой женщине. По всей видимости, она занимала довольно близкую позицию по отношению к Йердегиль. Однако текла ли в ней княжеская кровь, он не знал.

Старуха понимающе кивнула. Маленькие блестящие глаза ее уставились в окно. Она ждала, когда карета тронется и прекрасные картины гор и рек вновь начнут меняться одна за другой.

- Раньше здесь был мой дом, – туманно заметила дама. – Но теперь это место выглядит таким хорошим…

Светлые глаза ее на миг стали влажными.

Она, вероятно, имела ввиду Чабурское ханство, стертое с лица земли чуть менее столетия назад. Байна Драгна, тем временем, пытался припомнить историю падения Чабура. Как назло, в архивах Хейна, помимо пары скупых предложений о том, что крепость его была разрушена до основания, ничего не значилось.

- Не волнуйся мальчик, – проговорила женщина, грациозно сложив на коленях трясущиеся дряхлые руки. – Ее Светлость исцелилась от многих увечий. Несомненно, она излечит и эти…

- Вот ты где! – из-за двери раздался укоризненный голос Йердегиль.- Знаешь ли, все с ног сбились, разыскивая тебя.

- Не хорошо, первая сестра, – согласилась пожилая дама, вновь отворачиваясь к окну.

Она заерзала и незаметно вцепилась скрюченными пальцами в край обитой бархатом скамьи, как будто кто-то собирался силой вытащить ее из кареты.

- Ну так пойдем же? – нахмурилась ведьма, отмахнувшись веером от надоедливой пчелы, норовившей присесть ей на хорошенький нос.

- Все дело в том… - заявила старуха, упорно не глядя на княжну… - что мне и здесь хорошо.

Брови Йердегиль, казалось, сошлись в одну изогнутую линию. Некоторое время она молчала, обдумывая, как поступить и, в конце концов, подобрав полы юбки, вошла в карету и присела рядом со своей сестрой.

- Вы же не думаете, что я оставлю вас двоих наедине, – княжна раскрыла веер и углубилась в чтение. – Это неприлично.

Старушка кокетливо захихикала. Сухих губ Байны Драгны коснулась едва заметная улыбка. Он устал и чувствовал себя еще более разбитым, чем прежде. Карета тронулась. Обе княжны молчали. Принц Хейн немало удивился тому, что пожилая дама называла юную девицу первой сестрой.

Старуха, в свою очередь, едва не вывалившись из окна в погоне за случайной бабочкой, все не давала девушке покоя.

- Йесыль, – перелистывая очередную страницу, позвала Йердегиль.

- Ничего не видно,– проскрипела старуха, недовольно принимая степенную позу.

Тогда княжна распорядилась выбить несколько досок у оконного проема так, чтобы ее сестра могла спокойно наблюдать местные пейзажи.

Так и ехали они, не проронив ни слова. Через какое-то время Йесыль уснула. Путешествуя за пределами Зарны впервые за долгие годы, она каждый миг восторгалась разнообразием и красотой большой земли. Спокойствие и радость обнимали ее сердце. В конце концов, она закрыла глаза и растворилась в своих помутневших с годами воспоминаниях. Так на сто восьмом году жизни, последняя чабурская княжна Йесыль Агора Халла успокоилась с миром.

Той же ночью драгоценная сестра ее зажгла погребальный костер и развеяла прах в чистом поле.

Глава 4 Кровь ведьмы

Байна Драгна не мог сомкнуть глаз. Кости его ломило особенно сильно. Ближе к полуночи жар сковал тело принца, пробравшись в каждую клетку слабого тела. Горло его отекло, шея опухла. Он едва мог дышать, когда ведьма, не извещая о своем прибытии, вошла в шатер, одетая в халат поверх ночного платья, босая и простоволосая.

За ней, словно тень, семенила служанка Мерге, умудрявшаяся нести подсвечник, поднос с ароматными травами и зловонными жижами, а также забытые туфли Ее Светлости.

Йердегиль осмотрела принца и, покачав головой, велела унести лекарства обратно.

Так Байна Драгна понял, что умирает.

В эту минуту в шатер вошли угрюмый бородач, вооруженный увесистым мешком, и другая бесшумная служанка - Данья. В руках ее Байна Драгна заметил кинжал, украшенный аметистом размером с человеческий глаз.

Бородач перенес господина Драгну в центр покоев, и, раскрыв мешок, принялся очерчивать круг оказавшейся в нем солью. Княжна взяла кинжал и, даже не поморщившись, несколько раз вспорола себе запястье так, что спустя короткое время, смогла нацедить целую пиалу темной блестящей крови.

- Пей же, – приказала она, прислоняя напиток к губам задыхающегося Байны Драгны. – Я держу свое слово.

Она казалась спокойной. Словно все, что происходило сегодня в шатре молодого принца, было для нее делом обыденным и случалось с нею не раз.