Мой самый лучший (враг) друг

Глава 5

Доминик Романов.

Она здесь. Это просто шок. Неделя как идут занятия, семь дней как я ее вижу, и все не верю, что это она. Долбанные семь дней.

Я привык к тому, что она пропала, что ушла не прощаясь. Маленькая богатенькая сучка. Стерва, как и все остальные. Отец сказал, что для Есении нашли выгодную партию и она с радостью укатила в Англию. Такое часто происходит, никого не удивить. Помню, как разозлился, когда узнал об этом. А она даже не попрощалась со мной, просто вычеркнула меня из своей жизни. Но какого черта она вернулась. По первой старался найти ее контакты, поговорить хотел с ней, но все разводили руками, говорили, что она уехала и ни с кем не общается. Старался в Англии напрячь знакомых. После Витя, начальник охраны отца, мне все объяснил. Есения долго держала меня во френд-зоне, зная, что у нее есть жених. Она просто весело проводила время с влюбленным лопухом, а пришло время, и она свинтила, не сказав даже «Прощай». Богатенькая стерва, использующая людей, как и все мы. Но я не думал, что со мной она поступит также.

А теперь она стоит передо мной и нагло смотрит на меня не желая разговаривать. Кольца на пальце я кстати не заметил, фамилия у нее та же.

А она выросла за эти три года. Точнее повзрослела. Внешне всё та же мелочь. Как была мелкой, так и осталась.Худая блин. А руки помнят ее стройное тело, что я всегда, якобы случайно трогал. Как бы не специально задевал.

Сейчас пришлось убрать руки в карманы. Хотелось схватить и душу вытрясти.

Все те же длинные прямые волосы черного цвета, что помню, как раскиданы на подушке, все те же карие глаза, что темнели временами и все те же губы, что требовали их целовать. Когда-то мы были друзьями, совместные ночевки, все лето у бассейна вместе. Правда мне все тяжелее это давалось. Всё сложнее было смотреть на нее по утрам, когда она ещё спала, сложнее видеть ее улыбку. Все тяжелее держать себя в руках, когда она была рядом. Но она ещё мелкая была, я ждал, когда подрастет. Моя подружка, которую я обнимал на ночевках, но думал о другом. О большем, но я долбанный рыцарь ждал, какого-то черта.

Вот Доминик радуйся она выросла, смеялся я сам над собой. Вот она, ты же искал эту стерву. Только мне больше не интересна. Не нужна она мне, это ванильное дерьмо я забыл, никаких радужных пузырей. В день встречи назло ей на глазах у всех поцеловал Инну и как там ее подругу, я уже не помню. Девчонки восприняли все слишком серьезно. Я не терплю поцелуев, и они это знают, а тут подумали меня их предложение так зацепило. Теперь каждый вечер я имел не смолкающий телефон с предложениями повторить втроем. А Есения просто ушла.

Бесит меня один ее вид. Вырядилась и задницей крутит, мать ее круглой, упругой задницей.

Я стоял в холле и смотрел как она прошла мимо меня. Стуча каблуками по полу, как специально стерва пролетела на них. Чистая ведьма. Крутит мной как хочет. Ни разу ей ни в чем не отказал. Ей стоило лишь попросить, и я бежал, выполнял.

– Вау, смотри какая задница, —сказал Гарик, мой нынешний друг с которым мы вместе тусим последние два года.

– Ну так подкати если так нравится, —рыкнул я сразу же пожалел о сказанном.

Какого черта я ее кому-то предлагаю. Дом, тебе плевать на нее, напомнил я себе. Чертова ведьма. Рядом с ней все кувырком.

– Что с тобой? – изучающе посмотрел на меня Гарик.

– Ничего, —рычу я.

Гар бесит своим вниманием и желанием докопаться. Друг смотрел на мою бурную реакцию и наконец-то до него дошло. Я перестал испытывать эмоции очень давно, ни одна девушка, не могла вызвать ни единую. Как-то на вечеринке закончив со мной девушка ушла к нему и мне было плевать. А со вчерашнего вечера, я бешусь и срываюсь. Просто комок нервов.

– Это она? Это про нее все говорят? Та самая которая залепила по морде Романову?

Я глубоко вздохнул, облокотившись о стену, взглядом провожая Абрамову которая стуча каблучками скакала по лестнице. Хорошее настроение у неё сегодня. Задницей крутит для всех. Надела эти джинсы, что сейчас треснут. Белая блузка с расстегнутыми пуговицами, я бы застегнул ее по самое горло. Чем думает ее отец? Неужели Роман Абрамов выдал ее замуж и слился? Что на хрен происходит? Пытался узнать у знакомых, все молчат об Абрамове вообще стараются не говорить.

– Доминик, —заговорчески сказал Гарик сам отвечая на свой вопрос, —А что ты сказал ей? Или чего руки распускал?Мордаха как? Или вы уже успели по трахаться и она мозг выносит?

–Гар отвали, —устало отвечаю другу.

– Ну скажи, может и не стоит к ней подкатывать, я выносящее мозг тело не сильно люблю. Хотя если в постели ничего…

Договорить друг не успел, схватив его за воротник я развернул друга спиной к стене, приподнял его перекрывая кислород. Он знал, на что я способен.

– Дом, —задыхаясь, пытался сказать Гар похлопав меня ладонью по плечу, давая знак, что задыхается и его стоит отпустить.

Не знаю, что накатило на меня. Хотя знаю эта стерва в узких джинсах единственная кто меня так называл.

– Послушай, сюда. Нет я с ней не трахался. Нет я к ней не подкатывал. Это просто моя бывшая соседка. Хочешь к ней подкатить вперёд, но мне рассказывать подробности не стоит. Просто оставь меня в покое. И последнее никогда не называй меня Дом. Понял?

Я отпустил Гара. Друг, откашливаясь, свернулся пополам.Гарне злился, мы многое пережили за эти два года. Но сорвался я так впервые. Гарик отдышался долго, смотрел на меня исподлобья.

– Это она? Та которую ты ждал чтоб подросла, а она с испанцем свалила? – немного отстранившись спросил друг.

Видимо не обижался на мой выпал, а меня бесило все, его вопросы, задница Есении на которую пялился мой друг, меня бесило все и вся вокруг. Она сломала мой ледник, который я так долго строил. Всегда холодно внутри, плевать на всех, а сейчас бесит все и вся. Я закатил глаза, вот же я идиот.

– Англичанин, —поправил я друга.

Сам себя ругал за то, что как-то после вечеринки рассказал ему о Есении, нет имени я не называл и в подробности не особо вдавался, но и то что успел выболтать было лишним. Слишком перебрал в тот раз и рассказал, как ждал ее взросления. Слишком «ванильно» о ней я говорил и Гар легко догадался.

– Что делать будешь? – не обижаясь на мою выходку спросил Гар.

– Устрою немного адской жизни.

– Могу развести ее на голые фото, потом по универу расклеим, —предложил друг.

А во мне опять включился рефлекс ее защитника. Ненавижу ее за это. Захотелось врезать Гару за такое предложение. Вот уж чего не хочу, так это чтобы кто-то видел Есению в стиле НЮ. Сам себя ругаю, она предательница, и мне защищать ее больше не нужно. Ведьма.

Если Гар к ней полезет точно не сдержусь. Я хочу, чтобы Есения улетучилась, но не хочу, чтобы Гар с ней что-то сделал.

– Я придумаю, что-нибудь сам.

Абрамова провела спокойные дни нужно было это менять. Девочке пора понять, что она не в рай попала.

Учеба улетела на дно, никак не мог сосредоточиться.

Несколько раз сталкивался с ней в общем холле и Есения отводила взгляд, делая вид, что мы не знакомы. Сучка. Доводила меня так что руки тряслись. Как меня угораздило так вляпаться.

Правда у меня возникло несколько вопросов. Кольца на пальце нет. Но ее отец никогда не отпустил бы дочь жить в обычной общаге. Есения в магазин ходила с охраной, а ко мне сбегала по ночам. Даже правильнее сказать, что я к ней приходил. Абрамов берег дочь, это его сокровище, его принцесса, но вот она живёт хрен пойми, где и хрен пойми с кем.

Какого хрена происходит? Стоит и губеху нижнюю прикусывает. Я бы эти губки по-другому использовал.

Желание схватить ее за волосы и вытащить отсюда все крепчало, потом в машину посадить и вывезти подальше. Чувствую себя маньяком. Долбанным маньяком. Неделю на нервах, неделю ищу ее глазами и как вижу задушить хочу.

– Доминик, —шепнула мне на ухо блондинка, одна из первокурсниц, что только поступила в университет, —Мне тут птичка на хвосте принесла, что ты можешь развеять скуку.

Девушка поджала губы, а я смотрю не на нее, а на Есению,стоит общается со студенткой видимо однокурсницей и так занята этим разговором. Что-то показывает, стерва, в учебнике. Но я-то знаю её стервозную натуру.

– Что предлагаешь? – спрашиваю я.

– Все что ты сможешь дать, —шепчет блондинка.

Я закатил глаза, мы оба знаем, что я могу предложить и чего ты хочешь блондиночка. Все знают, как я провожу время.

– Забыться, оторваться,по трахаться, —говорю я, —Но не большее.

– Идёт. Меня кстати зовут…

– Не надо. Все равно не запомню, зачем нам сложности киса?

Я оборвал блондинку, говорил с ней как с тряпкой,может откажет мне. Ну давай покажи, что ты не такая.

– Идёт, красавчик, —пожала она плечами соглашаясь на мои условия ,– На машине прокатишь?

– И не только на ней, —ответил я, указывая на район моего паха.

Девчонка облизнула губы, ее устраивал такой расклад вещей.

Приобнял блондинку за талию и повел к выходу. Планы просто грандиозные куда угодно лишь бы от богатенькой сучки подальше.

Глава 6

Есения.

Ко всему можно привыкнуть. Ну или почти ко всему. К жизни без денег, к переменам в жизни, к требовательным профессорам, но блин Кэт меня выводила. Словно мне выбрали максимально не подходящую соседку, которой откровенно плевать на мои потребности.

– Кэт, ты уже час в ванной, —стучала я в закрытую дверь в надежде достучаться к ее совести, но абсолютно тщетно.

– Выхожу, —крикнула Кэт, уже в третий раз.

Крикнула и просидела в ванной ещё пол часа. Я всегда встаю раньше нее, но сегодня просто проспала и вот результат. Вчера засиделась за учебником, заснула с ним в обнимку.

– Блин я опаздываю, —я успела лишь умыться и почистить зубы.

Натянула джинсы, белую рубашку, волосы скрутила в тугой пучок и зафиксировала карандашом, искать заколку не было времени.

– Ты так пойдешь? – спросила Кэт, закатывая глаза и недовольно поджимая губы, насколько это позволял гель.

– Да, а что?

– Ничего. Так ты себе никого не подцепишь, —сказала Кэт.

– В следующий раз раньше выходи. Может и у меня будет время на прическу.

Кэт закатила глаза опять.

– Ой, ой. Простите, что слежу за собой.

Кэт при полном макияже, прическа, мини-юбка обтягивала стройные бедра, а майка открывала вид на молодую грудь. Высокая шпилька босоножек. Девочка конфетка.

С Кэт мы встречались редко, она каждый день старалась куда-то свинтить, я занималась зубрежкой.

Взяв с собой кучу тетрадок и учебники, я убежала на пары боясь опоздать.

– Привет, Алексис, —сказала Я влетая в аудиторию и садясь с девушкой помешанной на учебе, как ия.

– Привет, готова? – спросила Алексис.

– Как всегда.

В первый же учебный день с Алексис мы сели вместе. Алексис безумно скромная девушка, у ее родителей сеть кофеен, но она хотела чего-то добиться сама.

Лишь спустя пару дней она мне призналась, что на самом деле “пинком” для достижения целей была влюбленность. Все мы такие девочки с марципановыми сердцами, влюбленность Алексис была огромной тайной. Уже два года, как она сходила с ума от партнера по бизнесу своего отца. Кстати парню всего двадцать пять лет, но он даже не замечал Алексис. Лишь вежливо кивал головой при встрече и уходил в свой кабинет.

Но однажды она подслушала разговор отца с матерью и они обсуждали Марика, который уважает только тех женщин, что сами чего-то добились. С этого момента Алексис забыла обо всем на свете, о шопинге, салонах красоты и погрузилась в изучение науки. И что-то мне подсказывает, что с таким напором Марик не справится. У него есть всего пару лет передышки, пока Алексис не начала добиваться своего.

О моей ситуации Вы уже в курсе. Точно не стремлюсь к большим деньгам, но стабильность нужна.

Хочу сама всего добиться, а главное найти гармонию между заработком и гармонией в жизни.

Я в свою очередь призналась Алексис о реальном положении своих дел. Так сказать откровенность, за откровенность. И к моему счастью, Алексис ни разу не посмотрела на меня другим взглядом, ни разу не старалась избежать меня.

Пара пролетела незаметно. Мы с Алексис словно заучки постоянно тянем руки и общаемся с профессором.

После окончания набрала себе холодной воды из кулера в стаканчик.

Выходя из аудитории я не смотрела вперёд постоянно отвлекаясь на разговор с Алексис и наткнулась на какую-то гору остановившую меня. Ледяная вода обожгла кожу. Рубашка моментально пропиталась влагой.

– Да блин, —закричала я, смотря на свою промокшую рубашку.

– Плохой день Абрамова?– послышался голос Доминика.

Я поднимаю взгляд и вижу его чертовы, зеленые глаза, в которых бесята скачут.

По довольному лицу видно, что он это сделал специально, ледяная вода из бумажного стаканчика, вылитая мне на рубашку, как же это остроумно. Вроде вырасти должен был, но нет. А я так радовалась, что практически не встречаюсь с ним.

–Дебил-переросток, —выпалила я.

– Остынь, —улыбаясь сказал Доминик показывая на стаканчик и предлагая добавки.

Толпа вокруг нас с интересом наблюдает. Кто же это посмел осадить Доминика, САМОГО Доминика. Обычно за ним же хвостиком бегают. В рот заглядывают.

– О смотри у нее сиськи видно. Доминик и соски торчат, походу тебя кто-то хочет, —раздался голос в толпе и после этой шутки все кругом загоготали.

И вот, я должна покраснеть, заплакать и может даже убежать. Так я и поступила бы раньше. Но в школе бывали ситуации и похуже, особенно по началу.

Во мне закипает гнев, хочу настучать этому придурку по его дурной голове, и его другу заодно.

И тут я замечаю, Доминик бросил взгляд на мою грудь, короткий, мимолетный, но бросил и сглотнул. Вижу как сжались его губы, как потемнели глаза.

И тут я без слов понимаю, о чем он думает.

О, мой бывший друг, смотрю тебе нравится, то что ты увидел. Белая ткань прилипла полностью открывая вид на тонкий кружевной лифчик. Да именно сегодня я надела белье безпушапа. Соски отчетливо торчали реагируя на холод, а не на этого переростка. Доминик делает странное движение расправляет спину, делает шаг ближе и прикрывает меня собой. Ух у кого-то работает инстинкт защитника. Что такое мой бывший друг, с рефлексами не поспоришь?

– Тебя как зовут? – спросила я у парня, что пальцем на меня показывал. Доминик так и стоит, прикрывая меня от лишних взглядов, а сам не двигается, смотрит мне в глаза, челюсть сжимается все сильнее. Я выглядываю из-за его спины.

– Гарик, —отозвался парень.

– Гарик это грудь, раз тебе так смешно вывод один что ты грудь до моей ещё не видел. Рада быть у тебя первой! – сказала я.

Толпа подхватила шутку и вот теперь уже смотреть смеялась над парнем.

Алексис достала джинсовую рубашку и протянула мне. Я прикрыла прилипающую белую рубашку, толкнула Дома в бок, чтобы он отодвинулся и гордо вскинув голову ушла в туалет. Ну погоди ещё у меня.

В туалете я просушила рубашку минут пять стоя у сушилки для рук. Про себя поливаю Романова самыми грязными ругательствами. Идиот, ничего получше не смог придумать, водой облил. Руки и ноги трясутся от злости.

– Ты такая смелая. Я бы убежала, может и документы из университета забрала бы, —говорит Алексис.

Тоже мне нашла смелую, это я только с виду такая. У самой все перевернулось внутри, когда все смеялись. Хоть и не подаешь виду, а внутри все замирает словно и стыд берет верх. Как сдержалась не знаю. Хотя знаю, взгляд Дома разозлил.

– Они не стоят этого. И запомни если тебя не могут задеть, то и задевать смысла нет. Стерпится. Еще один два выпада и отстанут. Им просто станет скучно.

В этом я кстати уверена. Уже проходили такое в школе. По началу бесилась когда впервые на меня вылили банку краски, когда нашла свой рюкзак полный столовской пюрешки, и таких случаев было много, а потом подралась. Дралась я часто. И тогда моя учительница предложила плевать на колкости от одноклассников, они и успокоились. Это помогло. К концу первого учебного года у меня даже друзья появились.

И вот мы снова проходим боевое крещение от придурка переростка Доминика. Наверное, несколько дней планировал свой великий план, странно, что сосуды на лице не полопались от выдумки столь грандиозного выпада.

Глава 7

Есения

Следующая неделя прошла как на американских горках. Я занята учебой и при этом каждая наша встреча с Домиником заканчивалась неприятно. Видимо облить меня водой было лишь началом. Курьеры через день ломились в аудиторию с громким бодрым оповещением, что для Абрамовой и громко говорили, что именно они принесли. На этой неделе мне принесли тампоны икс икс эль, мазь от геморроя и шампунь от вшей. Хотелось убить Доминика, но я понимаю, что он именно этого и добивается. Ведет себя, как конченный придурок. Стоит отметить, что я стала, слишком часто ругаться и только на него, моего мучителя.

– Романов придурок, —шепчу себе под нос.

– Есения, —шепчет Алексис, —Чего он так взъелся на тебя?

– Дурак он, качается много мышцы растут на мозг и давят, —отмахнулась я.

Ну а кто еще будет заниматься в таком возрасте детскими шалостями?

– Просто должна быть причина. Он твой бывший?

Понимаю к чему ведет Алексис и качаю головой. Он точно не мой бывший, но частично она права. Все-таки отношения у нас были.

– Сосед. Он жил в доме рядом с нашим. На этом все. Иногда праздники и выходные проводили вместе. Но поверь ничего у нас не было.

Алексис пожала плечами.

– Тогда он точно дурак. Может он влюбился в тебя? Страдает парень, старается. Поговори с ним.

Я закатила глаза.

–Алексис прекрати. Он железный робот, с идиотским чувством юмора и знанием собственной вседозволенности, вот и все. И поверь нам с ним не по пути.

Я отмахиваюсь, о наших с Романовым отношениях в прошлом я умолчала, да и рассказывать особо нечего.

– Кстати, тут один парень о тебе интересовался, —затянула Алексис.

– Мне это не интересно, —отвечаю я.

– Вот и зря, он спортсмен, самбист, может твой глупый сосед увидит, что ты с кем-то встречаешься и отстанет. Ну или может ему навалять, как следует.

– О, это точно не мой вариант. Романов тоже самбист. Сразу отпадает этот вариант, —отказываюсь я, —У меня на самбистов и вообще спортсменов аллергия, только шахматисты.

Алексис смеется, толкает локтем меня в бок.

– У вас точно, что-то было. Кстати сегодня наша первая смена. Отец безумно рад, что я проявила интерес к его работе.

– Отлично.

Я радовалась возможности отвлечься и немного подзаработать.

После пар мы с Алексис ушли на подработку, хоть тут меня Романов не достанет.

В кофейне было шумно, нам выдали фартуки с логотипом кофейни, на бейдже красовалось имя: “Стажер Светлана”,у Алексис: “Стажер Татьяна”. Мы долго смеялись над нашими новыми именами. Но мне понравилось, Светлана, так Светлана. Администратор Елена долго рассказывала, как правильно обслуживать клиентов, ничего сложного, но она глаз не сводила с каждого нашего движения. Если что ей не нравилось, Елена тут же хмуро смотрела на нас, делала замечание и тут же писала кому-то.

– Татьяна, —грозно позвала Алексис Елена, —Ты считаешь нормально, что у тебя тут такой свинарник?

Алексис только, что отдала несколько заказов и не сразу поняла, что сделала не так, а я заметила, что к ней сильно цепляется администратор. Слишком сильно, другим ребятам столько внимания она не уделяет.

– А что не так? – Алексис тоже за словом в карман не полезла.

– Да вот посмотри, —Елена указывала на кофе машину на которой было несколько едва заметных капель кофе.

– Сейчас уберу, —процедила Алексис сквозь зубы.

– Сейчас уберу, —передразнила Елена, —Сейчас Марату Сергеевичу напишу, как именно ты сразу убираешь.

Елена ушла звонить, громко, чтобы мы слышали и в красках рассказывала тайной любви Алексис о том, что девчонка криворукая, ленивая, еще и ругается, пререкается и не уважает её. Не знаю, что ответил Елене Марат Сергеевич (или Марик как называла его Алексис), но вернулась, она еще более злая, чем уходила.

– Чего она на тебя взъелась? – спрашиваю у Алексис.