Джерунг. Остров Акул

Глава 3

В жизни Максима хватало сложных дней. Но самым трудным он назвал бы сегодняшний. День, в который Лика вернулась на остров и всколыхнула все в его душе. Сначала он был рад ее появлению, хоть и не сразу узнал в девушке с бирюзовыми волосами ту милую, хрупкую красавицу, которую последний раз видел три года назад. Потом разозлился, когда ее назвали девушкой Дениса. А затем, когда увидел ссору и Лика посмотрела на него тем самым, любящим взглядом, запутался.

После всего случившегося на параде, Макс шел обратно на автопилоте. На нем же зашел в кафе и раздал указания, на нем вернулся домой, приготовил обед и отправился кормить маму.

Анна Ланцова была женщиной внимательной, потому, рассмотрев лицо сына, спросила:

– Что случилось?

– Она здесь, – ответил Максим. – На острове.

И без уточнения, Анна поняла, что речь идет о Лике – девушке, разбившей сердце ее сыну. Девушке, которая это сердце могла залечить. И потому она уверенно произнесла:

– Ты знаешь, что делать.

– Она с Дэном, мам, – в голосе Макса сквозила боль, потому что его чувства к Лике за эти годы никуда не делись. – Еще и уверена была, что я два года как умер.

– Даже так, – Анна, в отличие от сына, оставалась внешне спокойной. – Ситуация, конечно… Зато теперь она знает, что ты жив. А когда вы встретитесь, и ты ей объяснишь, почему тогда поступил именно так, она уйдет от Дениса.

– Не уверен.

– Она с детства его ненавидела. И тот факт, что Олежа ее со сцены чуть ли не невесткой назвал, ничего не меняет. Тем более ходят слухи, что Денис взял ее в оборот, чтобы деньги прикарманивать. Главное – это то, что чувствует Лика. Тебя она любит, потому собирай вещи и уезжайте с этого проклятого острова как мечтали в школе.

– Мама, мы это уже сто раз обсуждали. Я тебя не брошу! – начал было Макс, а потом осекся, осознав, что именно сказала мама. – А откуда ты знаешь, что было на празднике?

– Сплетни, сынок, перемещаются куда быстрее, чем ты, – улыбнулась Анна, а ее изученное болезнью лицо снова стало красивым. – Маришка позвонила час назад. Вроде как предупредить, что придет пораньше, а на самом, чтобы поделиться новостями. Весь город на ушах из-за того, что перед фейерверком Денис сделает предложение Лике.

– Предложение?! – опешил Максим.

– Предложение, сынок. Об этом еще месяц назад шептаться стали, когда Денис приезжал сюда. А теперь уже из достоверных источников известно, что предложение будет. Сегодня. Перед фейерверком. У тебя есть время до вечера, чтобы признаться Лике в чувствах и вернуть ее.

– И что я успею за эти пару часов?!

– Очень многое. Для начала, пойдешь в свою комнату и соберешь чемодан.

– Мам, я не уверен, что она со мной разговаривать будет, а ты говоришь чемоданы собирать. Она, как будто, все эти годы сидела и ждала, что вот сейчас я появлюсь с чемоданчиком и увезу ее в закат.

– А может и ждала?! Тебе-то откуда знать?!

Крыть Максиму было нечем. Лика была рада видеть его этим утром, даже послала их условный сигнал, так что он промолчал. А вот его мама продолжила:

– Я знаю, почему ты сомневаешься. Но ты не виноват в том, что произошло. И не обязан всю жизнь провести возле меня.

– В этом виноват Смолов!

– Снова ты за свое?! У нас доказательств нет, так что переставай на Дениса наговаривать. Да и не о нем речь. А о вас с Ликой. Вы должны быть вместе. Ты же ее Ланселот, а она твоя Гвиневра. А обо мне не беспокойся. У меня есть сестра. Она переедет ко мне и будет ухаживать. Мы уже нашли хорошего врача, обещает за пару лет меня на ноги поставить. У меня все хорошо будет. И у тебя будет, если не дашь Денису уничтожить ваше с Ликой счастье, как когда-то его отец уничтожил мое.

В обычно спокойных глазах Анны горелся тот самый огонь, который Максим видел лишь раз – в день похорон отца.

– Ты о чем, мам? – насторожился он. Впервые мама открыто обвиняла Смолова-старшего, с которым всегда поддерживала теплые отношения. Олег даже врача какого-то именитого ей из Москвы привозил и денег на лечение дал. И пусть Максим считал, что он просто замаливает грехи сына, все равно был ему благодарен. Особенно за деньги, ведь без них не смог бы покупать те редкие лекарства, ради которых приходилось в Северодвинск мотаться. Еще и ждать, пока они из Москвы придут.

– Не до этого сейчас! – отмахнулась Анна. – Сейчас важно уехать с острова до десяти, потому собери вещи и документы, а Маришка принесет из отеля вещи и документы Лики. Катер она подгонит к восьми часам. Спрячет его в том гроте, что вы с Ликой нашли. От маяка до него пару минут идти, так что быстро доберетесь. Вы же никому, кроме меня, о нем не говорили?

– Нет. Зачем нам такое место рассекречивать?

– Хорошо. В девять начнется концерт, потому никто не заметит, что вы отчаливаете. Да и не будет никого на берегу, все пойдут на центральную площадь, в правдивости слухов лично убедиться. В семь тридцать ты будешь ждать Лику на маяке. В восемь зажжешь ту синюю лампу, которой всегда ее зазывал. К восьми тридцати она доберется до тебя. У вас будет час на беседу и в девять тридцать вы должны, нет обязаны, отплыть с острова, а телефоны оставить у маяка. На берегу Северодвинска, рядом с маяком, будет ждать мой человек. Он довезет вас до Архангельска и посадит на самолет. Вас доставят в безопасное место, где сможете переждать, когда все уляжется. Или осядете там и начнете новую жизнь, если город понравится.

С каждым новым словом мамы, удивление все сильнее отражалось на лице Максима. Он не понимал, как беседа о том, что Лика вернулась на остров, свернула в другую сторону. Ту, в которой они с Ликой превращались в каких-то преступников, которые сбегали от правосудия. Он собирался обсудить совсем не это, потому вслух заметил:

– Ты сейчас указания раздаешь, как какой-то криминальный авторитет, а не как владелица прибрежной кафешки на Богом забытом острове. Какие-то катера, самолеты, надежные люди. Ты шпионских фильмов пересмотрела?

– Нет, сынок, не пересмотрела. Просто у меня есть, скажем так, предчувствие. Интуиция или что-то в этом роде. Она и подсказывает мне, что вам с Ликой нужно как можно скорее покинуть остров. – ответила Анна, которая чувствовала не только это. Она знала, что назревает что-то плохое. И оно может уничтожить целый остров. Но сама не могла его покинуть, ведь была привязана к нему. Зато у нее был шанс спасти сына. Причем спасти дважды. И от надвигающейся угрозы, и от семейного предназначения, которое посадило бы его на цепь. Еще и навредить бы могло. А она хотела, чтобы сын был счастлив и свободен. Для этого и старалась выдворить его с острова как можно раньше. Всех она все равно не успела бы спасти, ей бы никто не поверил. Но она могла успеть спасти самое ценное – сына, и самое ценное для него – Лику.

– Ладно. Допустим, – кивнул Максим. Ему было проще согласиться с мамой, чем спорить. Тем более он уже привык, что с момента трагедии она стала странной, и принимал эти изменения. Не споря и не препираясь. Все равно это было бесполезно. – Но с чего ты решила, что Лика увидит свет маяка и придет? Она на вечеринке со своим будущим мужем будет. В особняке Смоловых, на минуточку. Оттуда прямиком на фейерверк поедет. А мне, как ты помнишь, доступ на их вечеринку заказан.

– Тебе да. А вот одному нужному нам человеку нет. И он сделает так, что с вечеринки Лика уйдет в районе восьми часов. Выйдет с заднего двора и побредет по берегу, потому что по городу ей гулять не захочется. А если ее на машине захотят повезти, то не смогут, наш человек подстрахует. Лика пойдет по берегу, а тут ты с вашим сигналом. Если сама не придет – иди ей навстречу и уговаривай всеми правдами и не правдами поехать с тобой, потому что в десять вам нужно быть в Северодвинке, а в полночь ваш рейс. Если по-хорошему не получится, Мариша расскажет про план Б.

– Мам, притормози! – Максим выставил вперед руки, желая отгородиться от потока информации, что на него столь неожиданно обрушился. – Я рад, что ты помогаешь мне вернуть Лику, но это уже какое-то сталкерство, а не любовь. Ты целый план перехвата придумала, еще и побег на десерт. А я просто должен с ней поговорить и объясниться. Извиниться еще не помешает. А там уже, если для нас не все потеряно, можно потихоньку начать восстанавливать отношения. И торопиться никак нельзя.

– Торопиться нужно, Максик. И еще как. Завтра может быть поздно.

– Ну сделает он ей предложение сегодня и что?! Не в ЗАГС же они пойдут. Предложение ни к чему не обязывает. Она всегда может передумать, штампа в паспорте у нее сегодня не будет. А я все обдумаю и на днях нормально с ней поговорю, а не вот так, наскоком. И я с тобой именно это обсудить хотел.

– Да не в предложении дело!

– А в чем? К чему все эти шпионские игры с надежными людьми?!

– К тому! Важно, чтобы вы сегодня уехали с острова. Не захотите встречаться, не надо. Но забери ее и увези с острова.

– Зачем?

– Предчувствие у меня плохое! – почти прокричала Анна. – Нельзя ей на праздник. И тебе. Просто уезжайте. Мой человек вас сопроводит. Отдохнете пару дней, потом вернетесь.

Состояние мамы все больше настораживало Максима. Такой он видел ее впервые и решил, что надо звонить тете Марине, чтобы она пришла и вколола маме успокоительное. Он быстренько набрал ей сообщение, а сам сел рядом с мамой и поинтересовался:

– И как ты всего за час после звонка Марины такой план по возвращению Лики придумала?

– Ты же не думал, что моих родителей пригласили работать на закрытый остров, где велись секретные военные разработки за красивые глаза? – прищурившись, спросила Анна. – Да и я, знаешь ли, не только владелицей кафешки была и остаюсь. Может родителей уже и нет, но в живых остались их друзья. Очень надежные люди, которые лучше всего умеют хранить секреты, что доказали годы. Они и помогут переправить вас с Ликой в безопасное место.

– Мам, ты опять? – простонал Максим. У его мамы были тяжелые дни, когда она пыталась рассказать что-то про загадочного Джерунга, секретные лаборатории и военные разработки. Но он быстро понимал, что дело дрянь и звонил Маришке, которая делала укол. Но в такие дни мама обычно быстро замолкала, а сегодня продолжала настаивать на своем, что пугало. Видимо, обновленный формат лечения ей не подходил. – Может не надо тебе больше принимать те новые таблетки, что врач прописал? Мне кажется, у них нехилый такой побочный эффект нарисовался.

– Да не в таблетках дело! – отмахнулась Анна, которая второй год не могла рассказать сыну правду, ведь он каждый раз принимал ее за бред от таблеток. – А в том, что происходит на острове. Здесь творится черти что, а кроме меня этого никто не чувствует. Сынок, поверь, наш остров не такой, каким его представляют.

– Ну да, мам. Он секретным кучу лет был из-за завода подлодок. Но все это узнали, после того, как Союз распался.

– Да не было тут отродясь никаких подлодок, их в Северодвинске делают! Здесь есть кое-что куда страшнее, что пробуждаться начало, а защитить нас некому, потому вас с Ликой и увезут в надежное место. Я его названия пока не знаю. Так безопаснее. Потом, когда все уляжется, мне сообщат, где вы.

Максим внимательно посмотрел на свою маму и осознал, что совершенно не понимает ее в последние годы. И, выходило, не знает ее вовсе. Он привык к тому, что эта хрупкая темноволосая женщина с пронзительными голубыми глазами всегда заведовала кафе, а еще ее уважали абсолютно все жители острова, включая Олега Смолова. Но он не задумывался над тем, отчего ее побаивался даже мэр. И дело было явно не в том, что мама была его старше. Максим не расспрашивал ни о прошлом, ни о том, чем именно занимались на острове его бабушка и дедушка. А, наверное, стоило бы. Может быть стало понятнее, от чего, когда маму накрывает, она твердит про какие-то секретные разработки, силы и прочее.

– Мам, давай чаю попьем с ромашкой, – попросил Максим.

– Не до чая сейчас! – продолжала бушевать Анна. – Я чувствую, что печальная история повторяется, но теперь уже с младшим Смоловым. И я должна тебя уберечь от нее, чтобы ты, как Петя, Маша, Вероника и твой отец не пострадали. Подобный день больше не повторится.

– Конечно не повторится. – Максим взял мамину руку и начал поглаживать ее, успокаивая. – Тем более все они в разные дни погибли.

– Все они, Максимка, погибли в один день, в одном месте и от рук одного человека, – с болью в голосе сказала Анна. – Это я знаю точно. А сейчас может случиться тоже самое. Я, в отличие от остальных, знаю, на что смотреть. И весь месяц смотрю. Смотрю и знаю, что будет дальше. Если раньше я сомневалась, то после того, что рассказала сегодня Маришка, я уверена. Мы обе уверены. Потому быстро наверх и собирай вещи!

Успокаивать маму становилось все сложнее, потому Максим решил пойти на уступки:

– Хорошо, мам. Я сейчас поднимусь наверх и соберу вещи.

– Вот умница! – Анна взлохматила темные волосы сына, сидевшего у ее кровати. – Дневники еще захвати. Мои и дедушкины. Я скажу, где они спрятаны. Они тебе все ответы дадут, но прочтешь их потом, когда доберетесь с Ликой до безопасного места. А на острове таких нет. Сейчас это самое опасное место.

– А почему остров вдруг стал опасным? – осторожно поинтересовался Максим.

– Сейчас не могу сказать. Но потом ты все поймешь. Поймешь и, надеюсь, простишь нас. Но все. Довольно болтовни! Времени мало, задач много. Тем более тебе еще нужно появиться в кафе, чтобы никаких подозрений не вызвать. Не думаю, что они за тобой следят, но перестраховаться никогда не помешает.

– Никуда я не пойду, пока вы, Анна Константиновна не объясните мне… – начал Максим.

– Еще как пойдешь! И не просто пойдешь, а побежишь, – перебил его знакомый голос. – Иначе Марина Константиновна тебе голову оторвет, в футбол ею поиграет и обратно присобачит. Уяснил?! У тебя полчаса на сбор вещей. Я Анечку сейчас искупаю и за катером отправлюсь, так что шевелись.

– Но… – все пытался возражать Макс. – Зачем ты ей подыгрываешь?

– Никаких «но»! – строго ответила Маришка. – Я тебе дневник Анечки положу и отца. Почитаешь и все поймешь, ты мальчик умный. Все, топай, не мешай нам, девочкам, красоту наводить. И да, прости за лицо Лики.

Марина вытолкала племянника из комнаты и закрыла дверь. А когда шаги поднимающегося на второй этаж парня стихли, она повернулась к сестре, которая была похожа на нее как две капли воды – такие же голубые глаза и темные волосы, такое же хрупкое телосложение, и такой же праведный огонь в глазах.

Улыбнувшись, она отчиталась:

– Наташка в аптеку сходила, пузырьки с синькой купила. Она куда легче и быстрее зеленки оттирается, а эффект будет такой же. К вещам я положу набор, который поможет Лике лицо в порядок привести. Заодно вещи потеплее из ее чемодана достану, чтобы девочка переоделась, потому что Наташка ее обольет от души.

– Точно сможет?

– Свою роль она сыграет идеально, не переживай. Тем более у нее свои счеты со Смоловыми, и защитник хороший имеется.

– Отлично! Не хотелось бы, чтобы девочка из-за нас пострадала.

– Скорее из-за этой девочки кто-нибудь пострадает, – рассмеялась Маришка. – Она мужиков знаешь, как профессионально обдирает, еще и дистанционно. Талант у нее, хоть сомнительный. Нам с тобой стоит подумать не о ней, а о том, как сделать так, чтобы Максик не пострадал. Вот кому реально угрожает опасность, если все будет как в прошлый раз.

– Не будет! – твердо сказала Аня. – Я этого не допущу!

– Мы не допустим, – поправила Маришка. – Неужели ты думаешь, что в этот раз такая заварушка без меня пройдет? Нет, конечно. Хватит и того, что в прошлый раз ты сохранила тайну и пыталась все сама исправить, раз уж ты старшая сестра. А разница у нас, между прочим, всего четыре минуты. Так что в этот раз я с тобой. Ты, кстати, Жене позвонила?

– Позвонила, – кивнула Анна. – Он на берегу их будет ждать, потом до Архангельска довезет, где посадит в самолет.

– Неужели дядька Сашко организовал?

– Он самый.

– Он что, летает еще? В его возрасте уже не то что не летают, не ходят.

– И летает, и бегает вприпрыжку. Сама знаешь почему.

– Знаю. Но как он от Батуми до Архангельска так быстро долетит?

– А он и не полетит. В Архангельске их примет на борт грузовой самолет, а потом уже перехватит дядька Сашко.

– Где перехватит?

– А вот этого я предусмотрительно не спрашивала, если вдруг кто-то перехватит нас.

– Не думаю, что они пойдут против нас с тобой.

– Пойдут, еще как пойдут. Тем более их больше. И они сильнее меня. В разы. Так что надо быть готовыми. В этот раз, Мариш, все серьезнее. Они сильнее стали. Я чувствую это, потому и хочу, чтобы Максимка как можно скорее покинул остров. Не нравится мне все то, что происходит последний месяц.

– Так может, и нам на материк?

– Не могу, сама же знаешь, я старшая. Но тебя держать не буду. Езжай с ними. Точно, Маришка! Езжай с ними, мне так надежнее будет. Рядом будет родной человек, который Максима всегда поддержит. Тем более ты ему как вторая мама всю жизнь.

– Ну нет, Анечка, обойдешься. Так быстро от меня ты не отделаешься. Мы с тобой всю жизнь вдвоем. Родились вместе и умрем, если понадобится, тоже вместе.

– Но умереть мы должны только после того, как Максим покинет остров. Иначе… – на глазах Анны выступили слезы.

– Не будет никакого иначе. Я тебе обещаю, – Маришка вытерла Ане слезы и отправилась в подвал, чтобы достать дневники родителей и сестры. Ведь только эти записи, после того, как они умрут, помогут Максиму. А то, что им с Аней осталось не долго, Марина знала и без сил, которые были у ее сестры.

Глава 4

Тело Максима сотрясало от дрожи. Но не ветер, гуляющий на маяке с выбитыми стеклами, был тому причиной. Последние несколько часов он действовал так, как говорили мама и тетя. Но, оставшись в одиночестве, проанализировал все происходящее и испугался. С его мамой произошли странные изменения, и стоило как можно скорее найти ей нового врача, это Максим знал точно. А как поступить сегодня, он не понимал. Мама с каким-то фанатичным блеском в глазах требовала, чтобы он покинул остров, и Максим согласился. Но теперь раздумывал, а нужно ли. Может, стоило переждать очередной мамин «приступ» здесь, на маяке, а потом спокойно вернуться домой и соврать, что они с Ликой провели пару дней в Северодвинске. Да, этот план определенно нравился Максиму. Вот только был нюанс: тот самый надежный человек, который в десять должен был встречать его в Северодвинске. Он-то врать не будет и быстро позвонит его маме. Хотя… может и нет никакого человека… А есть все это лишь больное воображение его мамы.

Устав теряться в догадках, Максим решил все же смотаться к десяти в Северодвинск и уже на месте разобраться что к чему. Оставалось только решить, как поступить с Ликой. Встречаться с ней сегодня Максим не спешил. Он не знал, что говорить девушке и боялся все испортить. Предложение Дениса ее ни к чему не обязывало, а вот он, своими глупыми речами, мог только ухудшить ситуацию. Стоило все обдумать, подготовиться и только потом идти в бой, чтобы отвоевать свою любовь.

Добавляла проблем и Маришка. Она заглянула на маяк, чтобы передать рюкзак со сменной одеждой и пакетом, который должен был пригодиться Лике. Маришка не только включила тот самый синий свет, который Макс всегда посылал Лике как приглашение, но и попросила послушаться маму и поскорее уехать. И, крепко сжав Максима на прощание, скрылась в ночи. А он остался наедине с догорающим закатом и своими тревогами, которые с каждой минутой становились все крепче

Максим собирался отключить свет маяка, когда увидел ее. Свою любимую девушку в красивом белоснежном платье. Она походила на того ангела, в которого он влюбился еще в шестом классе. И только когда она подошла ближе, Макс понял для чего была нужна сменная одежда и почему перед ним извинилась тетя. Отругав себя за то, что не уточнил подробности плана и позволил изуродовать девушку, Максим вышел ей навстречу.

Как начинать разговор с девушкой, которую не видел три года, он не знал. Но медленно подошел к Лике и заключил ее в объятия.

– Это правда ты? – спросил Максим, уткнувшись в волосы девушки и вдыхая такой знакомый запах пионов.

– Это правда я, – ответила Лика, уткнувшись парню в грудь и вдыхая такой знакомый запах апельсина и кедра. Ей показалось, что Максим совсем не изменился. Все те же лохматые темные волосы и красивые голубые глаза. Тот же родной цитрусово-древесный запах и жуткий шрам на правой руке. Даже футболка старая, та, что она дарила ему когда-то на День всех Влюбленных.

– Давай зайдем внутрь, там есть какая-то вода молярная, чтобы тебя в порядок привести, – предложил Максим, отстранившись от девушки.

– Мицелярная, – поправила Лика, проходя внутрь маяка следом за парнем. Внутри ничего не поменялась. Все та же разруха, тот же запах сырости, плесень на стенах и старенький диванчик со столиком в углу, которые притащил когда-то Максим, чтобы обустроить их тайное логово. Ведь ключи от дверей старого маяка хранились именно в его семье.

– Наверное, – согласился Максим и, порывшись в пакете, вытащил бутылочку и ватные диски, которые передал девушке: – Вот! Марина дала, сказала, что тебе пригодится.

– Спасибо! – поблагодарила Лика и начала оттирать лицо. К ее огромной радости, синева смывалась.

– Тут еще одежда есть. Брюки спортивные, футболка, худи и носки с кроссовками, – Максим продемонстрировал все перечисленное.

– Подожди-ка, – девушка повнимательнее пригляделась к содержимому. – Это же мои вещи! Макс, откуда они у тебя?