Командировка во Вселенную

Простреленная нога неожиданно подвернулась, и Виктор, взвыв от пронзительной боли, упал на раненую руку. Мутные круги расплылись перед глазами, удары сердца гулким набатом загрохотали в ушах. Виктор из последних сил старался удержать ускользающее сознание.

– Ты весь в крови! – Девушка, ехавшая с Витей в лифте, склонилась над ним и заботливо поддержала голову. Полы ее длинного пальто испачкались в крови, но она этого не замечала. – Надо вызвать «Скорую».

– Иди к черту, идиотка, – скрипя зубами, прошипел Виктор и попытался встать. – Мне нужно попасть в переулок Гринько.

– Ты весь в кровище, чудик. Тебя туда на носилках надо тащить. – Девушка удержала его на полу. – Скажи адрес, и я сама съезжу, а тебя отправлю в больницу.

Виктор дернулся несколько раз, но, поняв, что не сможет преодолеть заботливое сопротивление этой тупой девчонки, достал из-за пояса пистолет.

– Пусти меня, – тихо, но отчетливо процедил он. По Витиному лбу градом катился пот, губы мелко дрожали, а в глазах желтым огнем разгоралось безумие.

Девушка отпрянула. На ее лице отразились страх и обида.

– Извини, – буркнул он. Ее реакция подействовала на него, как ведро холодной воды, неожиданно вылитое на голову. – Понимаешь, если я не успею, то один очень хороший человек погибнет.

Он спрятал оружие, встал на четвереньки и выпрямился, используя стену в качестве опоры. Боль неутомимо терзала его тело, но теперь он, по крайней мере, был способен держать себя в руках и рассуждать. Понятно, что до дороги, где можно поймать попутку, он не дойдет. А если дойдет, то скорей всего потеряет сознание прямо на проезжей части. Нужно искать более легкий путь.

Девушка робко помогала ему стоять на ногах и даже заставила его облокотиться на свое плечо. Обхватив Виктора за пояс, она дотащила его до корнеевского «жигуленка». Виктор решил ехать на этой машине. Ему показалось, что так будет безопаснее и быстрее.

– Куда ты собрался? Ты не сможешь даже сцепление выжать, – причитала девушка. – У тебя левая нога совсем не работает. И как ты собираешься крутить баранку одной рукой?

– Приспичит – зубами буду скорости переключать, – прокряхтел Витя, собираясь с силами, чтобы переместиться к водительской двери.

– Так и быть, я тебя довезу, – вздохнула девушка, приняв нелегкое для себя решение. Недолго думая, она преодолела слабый отпор Виктора и затолкала его на пассажирское сиденье.

– Ты психанутая, – возмутился он слабым голосом. – Там же перестрелка будет!

– Я со стороны посмотрю, – успокоила она его. – Ужас как люблю такие зрелища. Можешь убить всех, кого захочешь, мешать не буду. – Мотор старого «жигуля» взревел, как двигатель стартующего аэробуса. – Кстати, меня зовут Рита, – представилась девушка.

Она нажала на газ, и машина весело сорвалась с места. Виктора прижало к спинке сиденья, и он тихо замычал, пытаясь сдержать рвущийся из груди стон. «Жигуленок» под управлением Риты выбрался со двора, перевалился через трамвайные рельсы и понесся вперед, бодро подпрыгивая по ухабам и дребезжа всеми своими дряхлыми потрохами. Виктор обеспокоенно завертел головой.

– Куда мы едем? – спросил он, всматриваясь в мелькающие за окном многоэтажки.

– Куда просил. – Рита лихо подрезала дорогу «Форду». Обиженная иномарка прижалась к обочине и возмущенно загудела, но девушке это было безразлично. Она лихо проскочила под красный сигнал светофора, развернулась на встречной полосе, блокировав на некоторое время движение по проспекту. Виктор закрыл глаза и крепко держался здоровой рукой за дверную ручку. Было очень больно. Каждая колдобина на асфальте тупыми зубами вгрызалась в раны. Только мысль об Элеоноре, возможно умирающей сейчас где-то в переулке Гринько, не давала ему потерять сознание. Если бы не это, он бы уже давно превратился в орущий и требующий обезболивающего кусок мяса.

Рита несколько раз останавливалась, выскакивала из машины и о чем-то расспрашивала прохожих. По-видимому, она выясняла, как проехать к переулку. Убедившись, что девушка действует правильно, Виктор немного расслабился и перестал контролировать ситуацию. Он хотел поскорее добраться до места, поскорее получить свою пулю в лоб и закончить наконец этот глупый спектакль. Пулю в лоб! Как Славик? Нет, умирать Вите совсем не хотелось. Чем больше крови терял его организм, тем сильнее он жаждал жить.

– Вот твой переулок! – «Жигуленок» резко остановился. Пронзительно взвизгнули тормоза. Виктор очнулся от странной вязкой полудремы, охватившей его сознание приятным одурманивающим шлейфом.

– Разворачивайся! – неожиданно приказал Виктор. – Едем в милицию. Десять минут ничего не решат.

– Ты что?! Не пойдешь за ней? – удивленно спросила Рита.

– Не твое дело! Разворачивай!

– Тогда я пойду. Дай пушку! – Она потянулась к пистолету, торчащему у Виктора из-за пояса, но он грубо оттолкнул ее и ударил здоровой рукой. Кулак глубоко погрузился в мягкий теплый живот. Девушку скрючило от боли, а Витя безжалостно уперся подошвой ботинка ей в бок и вытолкнул из машины.

– Ты ненормальная, – заорал он. – Не лезь не в свое дело! Понятно?

Рита лежала в сугробе, беззвучно сжимая и разжимая губы, но Виктору показалось, что она шепчет странно знакомые слова: «Спаси ЕЕ, спаси ЕЕ, слышишь, спаси…»

– Хрен с вами! – крикнул он, перебираясь на водительское сиденье. – Бешеные тетки! Откуда вас столько на мою многострадальную голову!

Витя несколько раз крутанул ключом в замке зажигания, но левая нога слушалась плохо, сцепление отжималось рывками, и двигатель позорно глох. Наконец, после четвертой попытки, мотор заурчал ровно и устойчиво. Виктор, стараясь не обращать внимания на худенькую фигурку Риты в зеркале заднего обзора, занялся поисками поля своей будущей битвы. Битвы, в которой ему не суждено победить.

Вот он, девятнадцатый дом. Огорожен монументальным каменным забором. За забором – Элька. Надо спасти ее. Странно, что Рита говорила о НЕЙ. Откуда она знает, что он идет выручать женщину? Ведь он говорил про человека, а про женщину разговора не было. Или всё-таки был? Неважно. Что у нас тут по плану? Забор!

Перелезть через него было бы затруднительно и для мужчины, обладающего богатырским здоровьем, а истекающему кровью подранку можно было сразу забыть про этот путь.

Железные ворота вызывали больше оптимизма, и, газанув пару раз для разминки, Виктор пошел на таран вражеского укрепления. Капот «жигуленка» врезался в створку, тяжелые металлические листы прогнулись, но засовы и петли выдержали – ворота устояли. Помятая машина зарылась носом в наледь и заглохла. Из двигателя начали подниматься к небу тоненькие струйки дыма.

«Тук-тук, – подумал Витя. – Теперь все обитатели цитадели в курсе, что к ним в гости пришел хороший человек, который пытается выломать дверь».

Сбоку от ворот открылась маленькая калитка, и из нее опасливо выглянул бородатый мужчина. Увидев разбитый «жигуленок» с чахлым водителем за рулем, он громко закричал:

– Какого черта ты ворота ломаешь?

– Мужик, прости, я думал, здесь поворот есть. – Виктор попытался изобразить пьяного, и у него это неплохо получилось. – Я всё починю, мужик, ты только не волнуйся.

Витя вышел из машины и, покачиваясь на ходу, направился к калитке, придав своему лицу выражение кающегося грешника. Бородач, до этого державший руку за пазухой, расслабился и вынул ее оттуда, посчитав, что оружие ему в данном случае не потребуется, но он ошибся. Виктор только и ждал этого момента. Доля секунды потребовалась ему, чтобы выхватить из кармана пистолет капитана Корнеева и нажать на курок. Выстрела он не услышал. Оружие хоть и было без глушителя, работало почти бесшумно. Витя остался удовлетворен дыркой, проделанной в груди бородатого сторожа. Не меняя темпа движений, неторопливой походкой живого мертвеца он вошел в калитку, пересек пустой двор и поднялся по ступеням роскошного особняка. Как заведенный, он протопал по веранде и через незапертую дверь проник в холл. Там за небольшим столиком сидели трое молодых парней и играли в карты. Даже грохот врезавшегося в ворота автомобиля не оторвал их от увлекательного занятия. Увидев вооруженного человека, они инстинктивно потянулись за своими пистолетами, но Виктор не позволил им оказать сопротивление. Пистолет в его руке вздрогнул ровно три раза, и два бандита съежились на полу в позах эмбрионов. Третий «бык», в которого Витя не попал, отбросил в сторону оружие, поднял руки вверх и плаксиво завыл:

– Не стреляй, не стреляй, пожалуйста.

– Где девчонка? – прорычал Виктор.

Бандит пробормотал что-то невнятное и неопределенно махнул рукой, но Витя понял, куда нужно идти. Это было ощущение на грани телепатии. Похоже, он уже немного научился чтению мыслей.

– Лежать! Гадить в штаны! – приказал он перепуганному «быку», и тот с готовностью упал лицом вниз, закрыв голову руками. А Виктор прошел за занавеску, маскирующую дверь в подвал, и начал очень медленный спуск по винтовой лестнице. Отступившая на время боль теперь вернулась в десятикратном размере. Перед глазами всё расплывалось, и он уже почти ничего не видел в окружившей его туманной полутьме.

Навстречу ему попался еще один обитатель бандитской берлоги, но дымка, окутывавшая мозг, не позволяла действовать гуманно. От потери крови и боли реакция замедлилась. Поэтому Виктор, не церемонясь, сразу выстрелил в силуэт человека, как только сумел его разглядеть. Переступив через тело, он продолжил мучительный спуск. Наконец лестница кончилась. Впереди был длинный бесконечный путь по коридору. Виктор изо всех сил старался дойти до светлого прямоугольника, маячившего где-то в бездонной дали. Снежно-белое марево дверного проема разрасталось, и постепенно из него выступила комната. Она казалась огромной. Виктор не мог охватить взглядом ее всю. Далекие стены тонули в фосфоресцирующем непрозрачном воздухе. Из дымки постепенно выделилось розовое пятно. Оно неторопливо обретало форму и вскоре превратилось во что-то, похожее по очертаниям на распластанное женское тело.

– Элька!

Еще один агрессивный силуэт! Он движется неторопливо, с трудом преодолевая вязкость белого лучистого тумана. Он что-то держит в вытянутой в сторону Виктора руке. Нечто черное и страшное. Сейчас грянет выстрел, но сегодня у Вити хороший день, и он опять нажимает на курок первым. Расплывчатая тень вяло опадает и растекается по полу.

Отбросив в сторону пистолет, Виктор опустился на колени рядом с Элеонорой и захрипел ей прямо в лицо:

– Ты жива?

Слабый стон в ответ утешает и дает надежду, что его усилия не пропадут даром.

– Нам надо идти. – Непослушный язык еле ворочается во рту Виктора. Он пытается поднять безжизненное Элькино тело, но, крякнув от боли, падает рядом.

– Вы очень эротично смотритесь вдвоем. – Чей-то голос пробился в сознание Виктора, словно сквозь мокрую вату. Где-то он его уже слышал. Кто-то кинулся к нему, но Витя всё еще был начеку, и пистолет Кита мгновенно переместился из-за пазухи в его дрожащую потную ладонь.

– Стоять!

– Это же я! Рита! – взвизгнула тень, отпрыгивая в угол.

– Какая Рита?! – промычал Виктор, с трудом поднимаясь на непослушных ногах и не опуская ствол пистолета. – Возьми ее!

Рита с опаской, по стеночке, подобралась к бесчувственной Элеоноре и подняла ее на руки.

– Неси! – Витя грозно потряс оружием. – Ну же! Неси! Или я тебя пристрелю!

Рита, тяжело дыша от натуги, потащила безвольно провисшее в ее руках тело к выходу. Виктор последовал за ней, удерживая мушку на колышущейся от страха и напряжения спине. Он уже сам не понимал, что делает, но точно знал – он нажмет на курок, если Рита остановится или откажется подчиниться.

Только солнечный свет во дворе привел его в чувство. Пробившееся сквозь тучи солнышко раскрасило серый при пасмурной погоде снег в яркие черно-белые тона.

Виктор спрятал оружие и, покопавшись в кармане, вытянул за тонкую цепочку Элькин медальон. Надежный талисман, который может выручить из любой беды и в то же время создает большие проблемы самим фактом своего существования.

Рита с интересом наблюдала за Виктором и старалась не смотреть на обнаженное тело Элеоноры, на котором ясно были видны следы жестоких побоев и пыток. Витя улыбнулся, чтобы приободрить свою бескорыстную помощницу, и прижал круглого металлического спасителя ко лбу. Через секунду он почувствовал приятное покалывание на коже. Радужный шар, почти невидимый в свете дня, начал надуваться огромным мыльным пузырем в двух шагах от Вити. Свершилось! Сейчас они все будут в безопасности.

– Дамы, прошу вперед. – Виктор уступил дорогу Рите. Он даже нашел в себе силы галантно склониться перед смелой, хотя и не вполне нормальной девушкой. Какие черти понесли ее в подвал гангстерской цитадели?

Рита тоже нашла в себе силы любезно оскалиться в ответ и неуклюже засеменила к гиперпереходу.

Элькины руки и ноги беспорядочно мотались из стороны в сторону, как у кукольного клоуна, и мешали Рите идти. Виктор хотел помочь ей, но быстро передумал. Ему самому нужна была помощь, чтобы сделать несколько последних шагов до спасения.

– На землю!!! Козлы! – Над головами беглецов засвистели пули. Спустя мгновение Виктор услышал грохот выстрелов. На веранде стоял «бык». Он размахивал автоматом и посылал беспорядочные очереди во все стороны. «Недобиток!» – вспомнил Виктор. Это был тот самый бандит, которого он пощадил, когда ворвался в дом. Широко расставив ноги, обутые в высокие армейские ботинки, «бык» выпустил еще пару очередей в небо, а затем расположил ствол параллельно земле, давая понять, что в следующий раз будет стрелять на поражение.

– Рита! В шар! – Виктор, забыв про торчащий у него за поясом пистолет Кита, бросился наперерез стрелку.

Он не надеялся сцепиться с бойцом врукопашную. Это было невозможно. Он просто хотел перекрыть своим телом как можно больший сектор обстрела и дать девчонкам шанс убежать. Если, конечно, Рита не промедлит.

Мозг вдруг заработал четко и ясно, как компьютер: чем меньше расстояние до автоматчика, тем больший угловой размер у грудной клетки Виктора и тем больше пуль он сможет задержать своим мясом и костями. Метры, секунды и градусы слились в одну безумную формулу смерти и жизни: один погибнет – двое живут.

Стрелок, вначале слегка опешивший от такой невероятной наглости одной из мишеней, быстро вернулся в хладнокровное состояние, и Виктор почти явственно почувствовал, как по нервным волокнам правой руки автоматчика бежит-торопится сигнал: «согнуть указательный палец – нажать на курок».

Витя сделал последний прыжок вперед, и черная пелена заволокла его сознание. Только блестящая капля свинца, рожденная ярко-красным пламенем выстрела, осветила погрязающую в кромешной тьме Вселенную. В последнее, самое длинное в жизни мгновение перед смертью, а может быть уже и после, он увидел перед собой лицо Славика Корнеева с большим пулевым отверстием посередине лба.

– Почему ты? – прошептал Виктор. – Я всегда хотел, чтобы ТАМ меня встретила моя бабушка.