Шутки Сталина в переводе Мемуариста

Сталин улыбнулся и любезно сообщил:

– Это, господа, товарищ Берия. Уверен, Вы он нем слышали. Ваши журналисты болтают, что три года назад он, якобы, убил Троцкого. В далекой от Союза Мексике. Впрочем, журналисты всегда болтают вздор. Или почти всегда.

Гопкинс вежливо посмеялся над шуткой вождя, но остаток вечера старался держаться от Берии подальше.

***

Пока готовился на костре шашлык, Сталин повел гостей показывать дачу. В редкие минуты отдыха он любил сам покопаться в саду, заняться розовыми кустами. Сам Сталин говорил, что это помогает ему отвлечься от текучки, спокойно подумать о важных вещах.

Британский посол барон Керр поинтересовался чем же вождь удобряет такие замечательные розовые кусты. Верховный хитро улыбнулся и объяснил:

– У Вас, господа, часто изображают большевиков какими-то людоедами. Потому ответить придется в духе Ваших газет. Вот этот куст сорта "Советское крестьянство". Он так дружно распустился, потому что под ним мы закопали всех кулаков, спекулянтов и угнетателей деревни.

Сталин перешел к следующему, еще более пышному кусту и продолжил:

– Вот этот сорт называется "Советская промышленность". Его кормят косточки денежных мешков, банкиров и акул капитала.

Вождь подвел делегатов к третьему – довольно хилому кусту с мелкими цветочками:

– А вот этот сорт мы хотели назвать "Антигитлеровский союз". Но сами видите, что-то он никак не распустится. Не уверен, что вообще примется. Вот товарищ Берия мне подсказывает, что и под ним не худо бы закопать пару-тройку политиканов, не желающих вместе дружно бороться против фашистов!

И над этой шуткой "азиатского диктатора" Сталина слегка побледневшие дипломаты вежливо посмеялись. Впрочем, по возвращении домой своим руководителям оба доложили, что намерения у товарища Сталина совсем нешуточные.

Что Верховный готов бить фашистов хотя бы и в одиночку и тем, кто откажется помогать ему в справедливой борьбе с гитлеровцами, – не поздоровится. Через три месяца конференция союзников в Тегеране прошла как надо.

***

В 1942 году Сталин жёстко настаивал на открытии союзниками второго фронта в Европе. Рузвельт и Черчилль как могли юлили. Это сегодня опросы американских подростков показывают, "победили" США, а СССР "присоединился после". В 1942 ситуация была иной.

Почти не приходится сомневаться, Британия тогда надеялась на победу фашистской Германии. Вовсю тянула время, надеясь после разгрома Союза заключить почётный мир с Гитлером. Не верите?

Пожалуйста, телеграмма нашего посла в Британии Ивана Майского от октября 1942. Да-да, того самого "почему нэ дэрется товарищ Майский".

Посол пишет Сталину – Черчилль настроен на военное поражение Союза. Наводятся неофициально мосты к будущему миру с Германией. Готовятся тайные переговоры с Риббентропом и параллельно с его противником – министром Веймара Генрихом Брюнингом.

В последние месяцы Британия стала придерживать и сильно сокращать поставки ленд-лизовских товаров в СССР. Второго фронта тоже не видно даже на горизонте!

Никаких иллюзий. В том же 1942 году Черчилль прилетел с визитом в Москву. Сталин играет с британским лисом. Чтобы поставить чопорного лорда на место, вождь вспомнил визит в СССР виконтессы Астор в 1931 году.

Леди Астор – видная парламентская деятельница и последовательная противница Черчилля. Экзальтированная и эпатажная дама.

Это с ней произошла известная перепалка Черчилля в Парламенте:

– Будь Вы моим супругом, я бы подсыпала мышьяк Вам в чай!

– Будь Вы моей супругой, я б выпил яд до дна!

Она же при встрече со Сталиным на его вежливое приветствие невпопад ответила – Вы еще не перестали убивать граждан? Своеобразная дама.

Когда Черчилль стал петлять про Второй фронт, Сталин вспомнил тот визит Астор. Мол, тогда виконтесса говорила, лорд Черчилль законченный алкоголик и лишен политической перспективы.

Сталин со значением добавил:

– Я тогда поправил ее, что случись большая война и лорд Черчилль станет великолепным премьером. Несомненно.

И тут же напомнил, что британец всегда был врагом коммунизма. Черчиллю не оставалось ничего иного как просить у Сталина прощения за свою позицию! Переговоры пошли гораздо успешнее для СССР. Высший пилотаж дипломатии.

***

Когда перед Великой Отечественной немцы разгромили Польшу, правительство страны бежало в Лондон. Все годы войны они пытались подтвердить свои права и захватить власть в Польше после победы. Понятно, что подконтрольная британцам власть прямо на границе Советского Союза Сталину была не нужна. После освобождения Варшавы Советскими войсками власть перейдет к национальному социалистическому правительству. В этом была и моральная сторона: те, кто боролся с врагом, партизанил, не бросил свою Родину, те и есть настоящие хозяева своей страны.

В 1942 году Сталин принимал в Кремле премьера польского правительства в лондонской эмиграции Владислава Сикорского. Советское руководство прямо предложило полякам: хотите вместе бить гитлеровцев? – Пожалуйста! Давайте сформируем из поляков армейские части и отправим в бой рука об руку с Советскими бойцами. С вооружением и снабжением Советский Союз поможет.

Отчего-то гордые "британские" поляки идти на смертный бой, кипевший на восточном фронте, отказались. Эмигрантское правительство выразило готовность вооружиться за Советский счет и воевать против немцев… на территории современной Сирии. Там и теплее и немцы не так лютуют. Опять же, воевать там предполагалось под командованием англичан, а не русских.

Сталин поулыбался польским инициативам и ответил словами знаменитого британского офицера Лоуренса Аравийского.

Дело в том, что в годы Первой мировой майор Лоуренс воевал на Ближнем востоке против османской империи. Союзниками британцев были местные "карманные" племена арабов, крупнейшее из которых возглавлял принц Фейсал.

Лоуренс был направлен военным советником к Фейсалу и подталкивал его всеми силами уже напасть на османов и двигаться к конечной цели войны на востоке – Дамаску. Арабы под разными предлогами отказывались (как и поляки через тридцать лет).

Показывая свой военный лагерь британцу, принц поинтересовался как тот находит их расположение. Лоуренс иронически ответил, что:

– Ваш лагерь неплох, господин принц, но он слишком далек от Дамаска…

Принца это публично уязвило и он был вынужден выступить со своими войсками на турок. История эта была широко известна, так как мемуары Лоуренса "Восстание в пустыне" пользовались большой популярностью.

И вот Сталин на все польские предложения ехать воевать на Ближний восток вместо реальных боев с фашистами сказал так:

– Британские базы в Сирии весьма неплохи, но они слишком далеки от Варшавы!

Польское правительство было вынуждено согласиться на отправку польских частей на Восточный фронт. Впрочем, после нескольких боев части показали себя не слишком здорово и вносили больше неразберихи, чем реальной помощи нашим войскам. Уже к сентябрю Сталин отправил "героические" польские части, как они и просили, на Ближний восток. Чтобы после Победы не мешали устанавливать в Польше настоящую, народную власть.

***

В конце марта 1945 уже всем было ясно, что гитлеровская Германия долго не протянет. Наши британские и американские "союзники" задумались как Европе жить дальше, после неминуемой победы Советского Союза.

Эти их раздумья приведут после к сепаратному миру с Германией без участия Советского Союза (которую Сталин все-таки отменил и заставил капитулировать еще раз, уже перед объединенным командованием).

Именно из-за них неразоруженные фашистские части стояли в американском секторе оккупации вплоть до сентября. Мало ли, вдруг придется воевать против Союза, немцы бы тут очень пригодились. Именно они закончатся холодной войной и железным занавесом.

Но в марте мы еще были союзниками. Правда, и мы, и наши "заокеанские друзья" изо всех сил рвались к Берлину. Кто первым возьмет столицу врага, тот и будет потом делить Европу по своему разумению. Как законный победитель.

Тайные переговоры западных стран с немцами привели к тому, что на западных фронтах германцы сдавались союзникам в плен целыми дивизиями без боя, а на восточном изо всех сил держались против наших войск.

На очередной встрече с Черчиллем товарищ Сталин намекнул союзникам на недостойное военное поведение, рассказав такой анекдот:

– Германского фельдфебеля, господин премьер-министр, спросили как следует приветствовать офицера. Тот ответил, что зависит от того, кто – офицер. Если это немец – то следует поднять одну руку и сказать "Хайль". А если офицер – англичанин, то поднять две руки и сказать "Сдаюсь"!

Черчилль вежливо посмеялся и спросил:

– А как же немцу приветствовать офицера-большевика?

– Наши фронтовики шутят и про это, господин Черчилль. При виде Советского офицера немцу приветствовать некогда. Нужно бросать всё и спасаться в окопе, пока не убили!

Несмотря на неравные условия, Советский Союз успел к Берлину первым. Рейхстаг брали солдаты маршала Жукова, а не хваленые морпехи Эйзенхауэра!

***

Как любят американские пропагандисты с "Радио Свобода" клеймить Советско-германский договор о ненападении! Тот самый пакт Молотова-Риббентропа, который позволил на полтора года оттянуть неизбежную войну, собраться с силами Советской армии и промышленности.

Вспомним как за год до этого такие же пакты заключали с Гитлером Британия и Франция. Как в сентябре 1938 года в Мюнхене было совершено одно из самых тихих преступлений в мировой политике. Преступление стоило миру более пятидесяти миллионов жизней!

Мы знаем это соглашение от сентября 1938 года как "Мюнхенский сговор". Советское правительство во главе с товарищем Сталиным потратило много сил, чтобы он не случился. Но в 1938-м этот камень нам было не поднять.

Тогда в Мюнхене Гитлер собрал британского премьера Чемберлена, французского Даладье и Дуче – изобретателя итальянского фашизма. Решался вопрос расчленения Чехословакии и захвата немцами Судетской области.

Все понимали, что Гитлера необходимо остановить, но страх перед большевиками был еще больше. Сталин направил британцам и французам ноту с требованием не поддерживать претензии фашистов.

Если германцы введут войска в Судеты, Советский Союз предлагал оказать чехам военную помощь. Правда, для этого сначала пришлось бы разгромить армии Польши и Венгрии, которые не давали прохода Советским войскам. Понятное дело, эти страны сами планировали поживиться за счет чехословацких земель.

Через год, в своей знаковой речи "Hush over Europe" Черчилль назовет политику британских властей "затишьем над всем миром, затишьем марширующих сапог". Он также назовет германские армии "солдатами-освободителями".

Именно они "освободили" Австрию от ужасов самоуправления. Они "спасли" Чехословакию от страданий независимого существования, – писал Черчилль.

Что ж, это не помешало великим державам в сентябре 1938 дать Гитлеру полный карт-бланш. Чехословакия была отдана на разграбление.

Судетская область отошла немцам, Тешинская – Польше, Словакия стала "независимой" и тоже подпала под власть Германии. Поживилась чешскими областями и Венгрия.

Тогда, в сентябре 1938 года фашистов еще можно было остановить. Но капиталисты заткнули уши и остались глухи к предупреждениям Сталина.

Чемберлен на переговорах прямо сказал вождю, что намерения германских властей миролюбивы. И западные державы поддерживают такую позицию Гитлера. Поводов для беспокойства нет.

Более того, сразу после мюнхенского сговора Британия подписала с немцами свой пакт "Чемберлена-Риббентропа", договор о ненападении. Немного позднее такой же договор подпишут с Гитлером и французы.

Сталин, узнав о переговорах в Мюнхене, мрачно заявил британскому премьеру:

– Это миролюбие Гитлера, господин премьер-министр, напоминает мне одну грузинскую семью. Они так любили друг друга, что уже два раза откладывали развод. Так и Ваш Гитлер настолько привержен делу мира, что уже пару раз откладывал войну!

Сталин оказался прав. Тихое шлепанье германских сапог по европейским столицам превратилось в самую страшную в истории человечества мировую войну. Гасить которую в который уже раз пришлось не западным политикам, а простому русскому Ване!

***

В ходе переговоров как-то Сталин заговорил о роли коммунистической партии в освобождении Европы от гитлеровцев. Черчилль раздраженно спросил:

– Для нас, англичан, партии – инструмент борьбы за избирателей. Как партия может кого-то освобождать? Чем вообще занимается Ваша партия?

Сталин ответил необычайно серьезно:

– Компартия работает, чтобы искоренить в человеке зверя.

***

Знаменитый Советский министр иностранных дел Вячеслав Молотов как-то пикировался на переговорах с американским коллегой. Тот разливался соловьем по поводу свободы слова в штатах. Так, мол и так, мы у себя в Америке можем говорить про свое руководство что угодно. А вот в Советском Союзе такое не принято, боятся, наверное, люди.

Американский посол даже заявил, что может в любой момент выйти на лужайку перед Белым домом и прокричать, что президент – дурак. Свобода слова и все тут!

Молотов не смутился и попытался перевести бестолковую дискуссию в шутку:

– Я тоже могу выйти на Красную площадь и сказать, что Ваш, американский президент – дурак. Мне тоже ничего за это не будет.

– А про господина Сталина Вы такое можете прокричать на площади?

– Нет, про Сталина не могу, – твердо ответил наш министр.

– Вот видите! – радостно оживился посол, – А из-за чего?

– Из-за того, что это не так! – веско закончил Молотов.

***

К началу 1944 года уже было понятно, что до победы союзников над Гитлером еще далеко, но что она неизбежна. Быстрая и легкая победа Советского Союза над Германией была не выгодна нашим западным "друзьям". Чем сильнее ослабли бы в войне Советы, тем лучше было бы нашим идеологическим противникам – США и Англии. Это стало ощутимо выливаться в снижении интенсивности бомбежек немецких городов союзниками. Возмущенный этим Сталин написал письмо Черчиллю, но не в гневном, а в шутливом ключе:

– Уважаемый премьер-министр! Шлю Вам наш армейский привет. Хотел бы развеять Ваши опасения, вылившиеся в почти полное прекращение бомбардировок немецких укрепрайонов и столицы. Продолжайте бомбить Берлин смело! Заверяю Вас, что немцы очень работящая нация. За время, оставшееся до нашей Победы, они вполне успеют заново отстроить в Берлине какой-нибудь дворец, потребный для подписания в нем капитуляции Германии!

Черчилль очень хорошо понял намек Верховного и Британия была вынуждена возобновить бомбардировки фашистских войск.

***

В начале Войны Сталин пригласил британскую делегацию на переговоры в Москву. Очередной раунд переговоров, британские дипломаты как на иголках.

Лорд Черчилль держит лицо, но то и дело срывается, выбегает в туалетную комнату. Сталин спрашивает у Берии, что стряслось.

Берия мрачно пожимает плечами:

– Всё исполнено в лучшем виде, товарищ Сталин. Не пойму, что британцам не так. Мы расстарались, всё для них самое лучшее, их родное. И напитки, и еда, всё английское. Даже соль!

Английская соль, она же – магнезия, сильнейшее слабительное.

***

Перед очередными переговорами с союзниками Сталина спросили какое самое верное средство договориться. Нужно ли упирать на общечеловеческие ценности, убеждения или уповать на страх союзников перед Гитлером и на мощь СССР.

Сталин ответил, что, пожалуй, придётся напирать на страх:

– Ценностей у наших "союзничков" никаких нет, убеждения меняют как джентльмен перчатки. Только и остается, что страх.

***

В 1944 году шли переговоры Сталина с британским премьером Черчиллем. Обсуждалась судьба Югославии после освобождения от фашистских захватчиков. Советский Союз поддерживал социалистов во главе с Осипом Броз Тито. Их партизанские отряды храбро били врагов еще во время оккупации.

Британия, наоборот, настаивала на возврате власти эмигрантскому правительству Югославии, которое сидело в Лондоне во главе с королем Петром II. Сталин возражал:

– Господа союзники, пока Титовцы скрывались по лесам и пускали под откос германские поезда Ваш король Пётр гонял чаи в лондонском отеле. Наша партия считает – кто сражался за свою Родину, тот и должен взять ее в руки после победы!

На возражения Сталина, что народ Югославии не поддержит королевское правительство, бросившее страну, Черчилль стал говорить о достоинствах короля. Мол, его величество еще очень молод, у него все впереди и он станет со временем хорошим руководителем страны.

Сталин послушал эти панегирики югославскому монарху и спросил:

– Господин Черчилль, а сколько же лет этому Вашему молодому королю?

– Двадцать один, – ответил премьер.

– Двадцать один?!! – вскричал вождь, – Двадцать один?!! И Ваш Пётр только собирается набираться опыта? Наш Пётр Первый в семнадцать уже царем стал!

После освобождения Югославии ее возглавило социалистическое правительство Тито. Король так и остался "гонять чаи" в Лондоне.

***

В марте 1935 года товарищ Сталин встречался с лордом-хранителем печати Великобритании Иденом. Вождь высказал свою озабоченность ситуацией в Европе, даже спросил Идена как бы он сравнил нынешнюю ситуацию, с годом, ну скажем, 1913-м. Британец отлично понял намек на предвоенный год и сказал, что сейчас ситуация намного лучше, так как Лига наций (прообраз ООН) не допустит новой войны.

Сталин задумчиво прикусил мундштук трубки сказал:

– Лига наций, конечно, дело хорошее. Но вот Германия, к примеру, из нее вышла. И возвращаться не хочет. Рвет на глазах у всех международные соглашения, считает их пустыми бумажками. Как верить их подписям под новыми документами?

Дальше Сталин принялся объяснять британскому представителю, что единственной реальной гарантией против войны был бы Восточный пакт взаимной помощи. Сталин очень просто пояснил как должен работать такой пакт:

– Ведущие государства Европы, господин лорд, должны договориться и помогать друг другу против агрессора. Вместе. Вот, к примеру, нас здесь шестеро. Был бы заключен такой пакт и вдруг товарищ посол Майский решил на кого-нибудь из нас напасть! Вышло бы у него что-то? Нет, не вышло бы. Мы бы вместе его наверняка побили! – Сталин улыбнулся и добавил, – Вот потому товарищ Майский и ведет себя вежливо!

Британская делегация очень хорошо поняла метафору Сталина.

***

На той же встрече, желая сделать приятное хозяевам приема, Иден похвалил большую карту Советского Союза в переговорной:

– Замечательная карта и такая огромная страна! Наша Британия по сравнению совсем маленький остров.

Против ожиданий британского хитреца Сталин не улыбнулся:

– Да уж, господин лорд, остров прямо скажем небольшой. Вот если бы этот "островок" твердо заявил немцам – не дадим вам ни финансов, ни металла, ни зерна, – был бы мир в Европе…

Идену ответить на это было нечего.

***

В августе 1941 года, когда наша Красная армия несла на себе всю тяжесть боев с Гитлером, снова прошла встреча с британским представителем Иденом. Сталин, ссылаясь на необходимость борьбы с общим врагом, просил британское правительство поторопиться с материальной помощью Союзу, хотя бы начать заранее обговоренные поставки продовольствия и топлива.

Британский лорд как всегда юлил, на словах рукоплескал доблестным Советским воинам, а на деле подписывать какие-то обязывающие британцев документы отказывался. Особенно возмутила Сталина речь британца о высоком союзном долге и как в древней истории Великая Британия всегда выполняла свои обязательства. В заключение Иден назвал Советский Союз и Британию "союзниками на век". Сталин вспылил, но не показал этого и спокойно проговорил:

– Русский царь Александр говорил, что у России лишь два союзника – армия и флот. Сегодня мы можем сказать, что у Советского Союза только один союзник – мировой пролетариат! На месте британского правительства я бы подумал как британский пролетариат отреагирует на такую позицию нашего "союзника на век"!

Социалистической революции британские лорды не захотели и достаточно быстро поставки топлива в Советский Союз все-таки начались.

***

В августе 1942 года в Москве с визитом был британский премьер Уинстон Черчилль. Неофициальная часть встреч запомнилась современникам рядом курьезов.

В один из дней после переговоров Сталин вывез британскую делегацию на пикник. Пока помощники готовили все для шашлыков, руководители мирно беседовали, развалясь в матерчатых креслах.

Август, лето на исходе, да еще и местечко, видимо, такое попалось – много комаров. Британец весь извертелся, обчесался от укусов. А Сталин, привычный к мошке еще со времен туруханской ссылки, сидит как ни в чем не бывало.

Черчилль вспылил – как же так, почему эти Советские комары меня кусают, а Сталина – нет!

Сталин с непроницаемым выражением лица посмотрел на британского премьера и без тени улыбки пошутил:

– Вас, господин Черчилль, почему – не знаю. А меня – нельзя!

***

Пока начальники отдыхали Берия вооружился топором и лично рубил дрова для костра. Зрелище было колоритнейшее. Сталинский нарком ставил чурбачок, коротко замахивался и так ловко бил топором, что чурочки как будто сами отпрыгивали в разные стороны.

Черчилль с некоторой опаской несколько раз оглянулся на Берию. Все-таки британские газеты знаменитого наркома иначе чем "кровавым людоедом" и "личным палачом Сталина" не называли. А тут с топором, мало ли, пойми этих коммунистов…

Сталин заметил эти взгляды и решил слегка подколоть надменного лорда:

– А что это, господин Черчилль, даже лягушки замолчали? Кваканья не слышно. Я Вам скажу почему. Его – боятся! – сказал вождь и кивнул в сторону раскрасневшегося от рубки дров Берии.

Черчилль от этой шутки слегка вздрогнул, но овладел собой и рассмеялся.

***

Переговоры в том августе прошли так себе. "Союзники" так и не согласились открыть второй фронт, всё тянули пока Советы разгромят основные силы фашистов. Тем не менее, на словах британцы были героями.

Черчилль постоянно подчеркивал роль и помощь союзников, что мы сражаемся плечом к плечу и т.п. Хорошо сражаться, когда русское плечо гнется под Сталинградом, а британское играет в крикет на своем острове. Но политика есть политика.

Прощаясь перед отлетом домой, Черчилль покровительственно похлопает Сталина по руке и скажет с большим пафосом:

– Я не прощаюсь, господин Сталин. Я говорю – до свидания. До встречи в Берлине!

Сталин улыбнулся и вежливо окоротил британского позера гостеприимным приглашением:

– До свидания, мистер Черчилль. Будем рады принять у нас! У нас – в Берлине!