Полукровка и Чистокровный

Глава 3

Будильник бесцеремонно вырвал меня из мира грёз. Назойливые звуки пробивались сквозь пелену сна, а сквозь полу прикрытые веки уже сочился солнечный свет, ложась тёплыми полосами на прикроватный столик.

Кое-как поднявшись с кровати, я протёрла глаза и отключила этот противный будильник. И тут же нахмурилась: что-то не так. Обычно я ставила на семь, а сейчас на экране — 6:30.

«Ага, потому что ровно в семь вся семья должна быть за столом, а если кто-то проспит — пиши пропало, леди Мэриан такого не прощает... Стоп! Её же нет!» — мысленно хлопнула я себя по лбу. — «Вот дурья башка!»

С этими словами я направилась в душ. Тёплые струи постепенно разгоняли остатки сонливости. Недавно я купила дорогущий шампунь со вкусом роз— сегодня как раз настал его черёд. Когда вышла из ванной, по комнате поплыл аромат корицы и клюквы — это новый гель для душа. Я вдохнула поглубже: запах оказался неожиданно уютным, будто сразу настраивал на спокойный лад, отличное начало дня.

Я взглянула на часы: 7:30. Время ещё есть. Задумалась, что надеть. Вся нормальная одежда ушла в стирку, а в шкафу остались либо вещи, которые казались мне нелепыми для школы, либо те, в которых я чувствовала себя не в своей тарелке. Перебрав вешалки, в глубине я отыскала чёрное платье с мелкими цветочками — когда-то купила его на распродаже, толком не понимая зачем, и почти ни разу не надевала. Оно казалось чуть коротковатым, но выбирать не приходилось. Вздохнув, я натянула его и критически оглядела себя в зеркале: не идеально, но сойдёт.

Сбежав по лестнице, я влетела в зал. Стол уже был накрыт. За ним сидели мама, миссис Аннет и мистер Джордж. Они редко присоединялись к завтраку, но когда такое случалось, атмосфера сразу становилась теплее: слышались лёгкие шутки, а строгий порядок, обычно витавший в доме, будто ненадолго отступал.

Я широко улыбнулась им:

— Доброе утро!

— Доброе! — отозвались они почти хором.

Усевшись за стол, я втянула носом воздух. Миссис Аннет приготовила яйца пашот с беконом — пахло так, что сразу просыпался аппетит.

— М-м-м, как вкусно пахнет! Спасибо, миссис Аннет!

Она мило улыбнулась:

— На здоровье, приятного аппетита!

— И вам!

Все приступили к еде. Расправившись с завтраком быстрее обычного, я поспешила встать из-за стола.

— Мне пора! Всем хорошего дня, до свидания! — воскликнула я, схватила рюкзак и почти бегом направилась к двери. Не дожидаясь ответов, выскользнула из дома и зашагала к метро.

По дороге я пару раз чуть не потеряла равновесие, но всё-таки добралась до станции вовремя. Опустившись на свободное место в вагоне, я шумно выдохнула. Как же несправедливо: школа находилась так далеко, а подвезти на машине никто не мог. «Женщина за рулём? Ой, не смешите меня», — вспоминались бабушкины слова. Да и мужчин в доме толком не было: папа умер, когда мне было десять, а отец Лилиан уехал в командировку на два года.

Поезд тронулся. Я смотрела в окно, пытаясь собраться с мыслями, но где-то на десятой минуте я вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Напротив, сидела странная компания: девушка и двое парней, все в чёрном. Они то и дело переглядывались, но глаз с меня не сводили. От этого внимания по спине пробежал холодок.

«Только не сегодня. Пожалуйста, только не сегодня», — взмолилась я про себя.

Когда поезд остановился, я выскочила из вагона так быстро, как только могла. Та компания двинулась следом. Вокруг кипела привычная городская суета, но их лица отчётливо выделялись в толпе всякий раз, когда я невольно оглядывалась.

В спешке я врезалась в кого-то.

— Простите, — начала я извиняться и, подняв глаза, потеряла дар речи. Передо мной стоял Крис.

— Ты? — вырвалось у меня в замешательстве.

Он прищурился, и его взгляд метнулся в сторону той самой группы. Его лицо напряглось — он явно узнал их и это меня насторожило, не похож Крис на гота, совсем не похож

— Что с тобой? — спросил он.

Я опустила глаза, стараясь унять волнение:

— Всё хорошо. Я опаздываю в школу, так что... Было приятно снова тебя увидеть. Пока! — выпалила я и зашагала вперёд.

Но не успела сделать и нескольких шагов, как путь мне преградил один из тех незнакомцев; рядом с ним встала та самая девушка. Оба были высокими, и от их пристальных взглядов становилось не по себе.

— Что вам... — начала было я, но не успела договорить. Рядом возник Крис.

— Какие-то проблемы? — в его голосе прозвучала холодная угроза. Он грозно посмотрел на парочку.

Они переглянулись. Парень растянул губы в улыбке, от которой по коже побежали мурашки.

— Нет. Никаких проблем, — ответил он.

— Вот и хорошо, — бросил Крис, взял меня за руку и повёл прочь. Я шла следом, пытаясь высвободиться.

— Что это было? Куда ты меня ведёшь? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается паника.

— Доверься мне и не задавай лишних вопросов, — отрезал он таким тоном, что я невольно замолчала.

Мы вышли на улицу, и я только сейчас осознала: мы шли совсем не в ту сторону, где находилась школа. За нами по-прежнему следовали те люди из метро, а теперь к ним прибавилось ещё несколько фигур.

— Крис! Может, ты всё же объяснишь, что происходит?! — голос дрогнул от возмущения.

Он даже не взглянул на меня:

— Потом.

Мы свернули в какой-то пустынный переулок, где почти не было прохожих. Тут уж сомнений не осталось: дело нечисто.

Я резко выдернула руку из его хватки:

— Что происходит?! Куда ты меня тащишь?!

Не успела я договорить, как послышались чьи-то шаги. Крис молниеносно прикрыл мне рот ладонью и прижал к стене. Я хотела вырваться, но он навалился всем телом, не давая пошевелиться.

— Тише, — прошептал он, глядя прямо в глаза.

Дыхание сбилось, но я постаралась взять себя в руки и кивнула. Он медленно убрал руку, но с места не сдвинулся. Я чувствовала его дыхание на своей шее, и от этого сердце колотилось ещё быстрее.

Крис перевёл взгляд куда-то в сторону, а я застыла, не в силах оторвать от него глаз. Неожиданно голова закружилась так резко, что ноги подкосились. Я схватилась за его руки, чтобы не упасть.

Он вовремя поддержал меня.

— И давно это с тобой происходит? — спросил он, когда я немного пришла в себя.

— Что происходит? — голос прозвучал хрипло.

Он встретился со мной взглядом. Его глаза потемнели.

— Ты знаешь, — твёрдо произнёс он.

Я оглянулась по сторонам:

— Со вчерашнего...

— Кого я вижу! — раздался чей-то насмешливый голос.

Я оторвала взгляд от Криса и посмотрела на нежданного гостя. Крис тут же заслонил меня собой; на его лице не дрогнул ни один мускул, в отличие от меня — внутри уже всё сжалось от страха, хотелось просто провалится сквозь землю и исчезнуть.

— Полукровка и чистокровный обжимаются в уединённом месте! Что предки подумают? — незнакомец картинно взялся за сердце, изображая возмущение.

Я застыла, не в силах пошевелиться. «Во что я ввязалась?»

— Это тебя не касается, — холодно ответил Крис, полностью закрывая меня.

Я чуть выглянула из-за его спины и с ужасом заметила, что нас окружили пятеро. Среди них была девушка с красными глазами, а у остальных радужки казались абсолютно чёрными. Я еле сдержала крик.

— Испугалась, милая? — подал голос один из них, и в его тоне сквозила издевательская забота.

Крис развернулся ко мне и легонько встряхнул за плечи — видимо, вид у меня был такой, будто я привидение увидела.

— Всё хорошо. Я с ними разберусь, — тихо сказал он.

«Их пятеро, а он один, — пронеслось в голове. — И как он себе это представляет? Пусть он и крепкий, но...»

— Я бы не был в этом так уверен, — ухмыльнулся юноша. В ту же секунду один из незнакомцев бросился на Криса. Я вскрикнула и закрыла лицо руками.

Когда я осмелилась открыть глаза, противник Криса уже лежал на земле. «Как?!»

Я не успела ничего понять. Крис поднял руку — и в следующий миг один из нападавших вспыхнул, объятый пламенем. Воздух вокруг него загустел, и я почувствовала, как ветер ударил мне в лицо — Крис словно призвал его на помощь. Огонь плясал на его ладони, но не обжигал его. Он смотрел на пламя так, будто оно было частью его самого.

Дальше всё слилось в безумную картину. Крис превратился в вихрь — его тело двигалось так быстро, что я едва успевала следить за ним. Первый противник бросился на него с кинжалом, но Крис лишь слегка наклонился, и лезвие рассекло воздух в сантиметре от его шеи. В ответ он взмахнул рукой — и из его ладони вырвался сноп пламени, такой ослепительно-белый, что мне пришлось зажмуриться. Когда я снова открыла глаза, тот уже лежал на земле, объятый огнём, который не касался асфальта.

Второй и третий набросились одновременно. Крис отпрыгнул назад, и в тот же миг ветер ударил им в грудь, отбросив обоих на стену с тошнотворным хрустом костей. Я прижала ладони ко рту, чтобы не закричать.

Четвёртый оказался быстрее — он сумел подобраться вплотную и замахнулся. Но Крис уже был готов: он перехватил запястье противника, скрутил его с нечеловеческой силой, и я услышала, как тот взвыл от боли. Огненный шар вспыхнул прямо в его лице — и человек обмяк.

Пятый попытался зайти сзади. Крис даже не обернулся — лишь взмахнул рукой, и порыв ветра подхватил нападавшего, поднял в воздух и швырнул на землю так сильно, что асфальт треснул.

Через несколько минут всё было кончено. Пять тел лежали на асфальте, некоторые ещё дымились. Крис выпрямился, и я увидела, что его руки слегка дрожат — не от усталости, а от ярости .Я отступала назад, не веря собственным глазам. Мои руки дрожали. Я смотрела на Криса и не узнавала его. Этот человек, только что управлявший стихиями, был тем же самым, кто заступался за меня вчера? Тем же, кто улыбался мне в уборной?

Когда он шагнул ко мне, я невольно отпрянула.

— Не бойся меня, Александрия. Я тебя не трону, — он слегка приподнял руки, показывая, что не собирается причинять вред. Но шок от увиденного ещё не отпустил меня.

— Что ты такое? — выдохнула я.

Он подошёл ближе и только тогда ответил:

— Я всё объясню, но позже, ладно? А пока идём со мной.

Он протянул руку. Внутри всё протестовало: я ведь совсем его не знаю! Но выбора, похоже, не было. Там, за спиной, лежали те, кто хотел мне навредить. А он — единственный, кто защитил меня.

— Я не причиню тебе вреда, можешь мне поверить, — повторил он.

Я медленно вложила ладонь в его руку. Его пальцы сомкнулись вокруг моей дрожащей ладони, и это прикосновение почему-то успокоило меня.

Он повёл меня куда-то, и я лишь механически переставляла ноги.

— Куда мы идём? — наконец спросила его, Крис ответил не сразу:

— Ко мне.

Сердце ёкнуло. «Что он только что сказал?»

— Зачем? — голос звучал жалко и неуверенно.

Крис свернул на незнакомую улицу. Я огляделась: раньше я здесь никогда не бывала.

— Нам нужно поговорить, это важно. Почему ты вчера не рассказала о том, что с тобой происходит? — спросил он, и от этого вопроса мне стало неловко.

— Не видела в этом необходимости, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Даже когда стол загорелся? — спросил он, и я замерла, так он все таки заметил, что это моих рук дело или…

— Откуда ты... — начала я, но он перебил:

— Я видел. Вчера. Это была ты

Я почувствовала, как кровь отливает от лица. «Он видел? Всё это время он знал?» “Тогда почему ты промолчал?”

— Почему ты ничего не сказал?

— Не я должен был говорить первым, — ответил он, его тон был такой естественный, будто мы погоду обсуждали, а не пробуждение сверхъестественных сил от которых у меня волосы дыбом.

Вскоре он остановился перед красивым домом. Открыл дверь, и мы вошли внутрь. Интерьер оказался куда более уютным, чем можно было предположить по фасаду: в прихожей мягко светили бра, в воздухе витал едва уловимый запах сандала и бумаги — словно где-то рядом хранились старые книги.

— Проходи, — сказал Крис, пропуская меня вперёд.

Я сделала шаг и замерла. Внутри всё кричало: «Что ты делаешь? Ты совсем его не знаешь!» Но другая часть меня — та, что видела, как он сражался за меня, — шептала: «Он единственный, кто может дать ответы».

Глава 4

В доме было на удивление уютно — и от этого контраст с моим внутренним состоянием становился ещё резче. По спине то и дело пробегала неловкость, будто я вторглась туда, где мне пока не место. Воздух здесь пах сандалом и чуть заметно — бумагой и чернилами, словно где-то поблизости хранились старые книги; этот запах странным образом смешивался с ощущением стерильной чистоты, будто каждая деталь прошла через заботливые руки.

Крис шёл впереди, уверенно и неспешно, а я семенила следом, словно привязанный хвостик, то и дело цепляясь взглядом за мелочи: за едва заметные тени в углах, за ровные линии плинтусов, за то, как мягко ложился свет от бра на светлые стены. Мы оказались в гостиной — и я невольно замерла на пороге, разом забыв, как правильно дышать.

Всё здесь выглядело продуманно и современно, без лишней мишуры. Плазменный телевизор был едва заметно вмонтирован в стену — так, что поначалу его и не заметишь; посреди комнаты стояло фортепиано с закрытой крышкой, на которой лежал тонкий слой пыли, будто на нём давно никто не играл. Рядом раскинулся огромный диван с бархатистой обивкой тёплого песочного оттенка, а перед ним — круглый, почти невесомый прозрачный столик, в котором дрожали размытые отражения комнаты. Интерьер выдержали в бежевых тонах, и оттого в помещении было светло и спокойно — словно кто-то специально подбирал цвета, чтобы они гасили тревогу. Но мне это спокойствие почему-то казалось чужим и колючим.

— Присаживайся, — сказал Крис, указывая на диван. Голос его звучал ровно, без нажима, но от этого становилось только тревожнее: будто за той ровностью пряталась целая буря.

Я медленно опустилась на край сиденья — так, чтобы не утонуть в мягкой глубине, так, будто от этой границы зависело что-то важное. Он сел рядом, но не слишком близко; развернулся ко мне и, пристально взглянув, начал свой допрос:

— Так почему ты промолчала о своём самочувствии вчера?

Я уставилась на него, сперва даже не найдя слов. В голове стучало: «А кто ты вообще такой, чтобы спрашивать?» — но вслух это произнести не решалась. Потом, кое-как собрав мысли в кучу, ответила:

— Я уже ответила на этот вопрос.

Он прищурился, и от этого взгляда по коже снова побежали мурашки, а внутри всё сжалось. В его глазах было что-то такое, что заставляло чувствовать себя под лупой.

— Ладно, сформулирую иначе: почему ты на самом деле промолчала, Александрия? — в его голосе прозвучала та самая твёрдость, от которой становилось жарко и хотелось съёжиться.

По телу прокатилась волна жара, щёки предательски запылали, но, к счастью, руки не задрожали. Я судорожно сцепила пальцы, чтобы они не выдали моего волнения.

— Я... я думала, что это скоро пройдёт, — пробормотала я, глядя куда-то в сторону, лишь бы не встречаться с ним взглядом.

— Что ты думала? — перебил он резко, и я вздрогнула.

— А почему я вообще должна была кому-то что-то сообщать? — возмущение прорвалось наружу, и я вскочила с дивана, будто сидение вдруг стало раскалённым. Крис поднялся следом, не торопясь, но так, что его движение показалось угрожающе плавным.

— Почему? Да потому что тебя могли убить сегодня! Ты вообще понимаешь, что могло случиться, если бы меня рядом не оказалось? — голос его сорвался на крик, и от этих слов внутри всё сжалось до крошечной точки.

Я судорожно втянула воздух, пытаясь удержать равновесие между страхом и обидой, и выпалила:

— Кто были эти люди? Зачем они гнались за нами?

Крис скрестил руки на груди, будто выстраивал между нами невидимую преграду, и лишь потом ответил, тщательно выговаривая каждое слово:

— Начнём с того, что это не люди. Это демоны. Они учуяли твой запах.

Я вытаращила глаза, чувствуя, как реальность даёт трещину. «демоны? Запах? Серьёзно?» В голове тут же всплыли нелепые картинки: завтра за мной, чего доброго, побежит мини-эльф с криками «сжечь». Я даже попыталась усмехнуться, чтобы сбросить напряжение, но усмешка вышла жалкой.

— Что значит «учуяли»? — спросила я, и мой голос прозвучал хрипло.

Крис сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию так, что мне пришлось отступить:

— Демоны питаются нашей благодатью. Со вчерашнего дня ты — полукровка, а значит, пахнешь иначе. Людей они отличают сразу.

— Пахну иначе? — я невольно поднесла руку к носу, будто могла учуять себя со стороны. — Я пахну как... еда?

— Хуже, — его голос стал тише, но от этого не легче. — Как редкое лакомство. Ты — прямой потомок одного из древнегреческих богов. Со вчерашнего дня ты официально унаследовала часть сил предков. Поняла?

Я машинально отступила назад, чувствуя, как пол будто уходит из-под ног. «Он точно псих», — пронеслось в голове. Но где-то внутри шевельнулась странная, пугающая искорка сомнения: а вдруг в этом безумии есть доля правды?

— Ага, ага, всё понятно. Пока, — выпалила я и рванулась к двери, лихорадочно перебирая ногами, будто за мной уже тянулись чьи-то холодные пальцы. «Я в гостях у сумасшедшего!» Дёрнула ручку — заперто. — Вот чёрт!

— Далеко собралась? — голос Криса прозвучал совсем близко, низкий и спокойный, от чего становилось ещё страшнее. Я прижалась спиной к двери, ощущая, как холод металла просачивается сквозь ткань.

— Н-нет. Я... просто...

— Проверяла, заперта ли дверь? — в его тоне скользнула едва заметная усмешка, и это разозлило ещё сильнее.

— Ты не в себе. Слушай, демонов не существует. И древнегреческих богов тоже. Это сказки, понимаешь? — слова полились сами собой; когда я волнуюсь, всегда начинаю тараторить, не могу остановиться, будто пытаюсь звуком отгородиться от всего пугающего.

— Да что ты? Уверена? — он будто издевался, растягивая слова, и это выводило из себя.

— Ты издеваешься?! Никаких мифических существ не бывает! — выкрикнула я.

Но в ту же секунду голова закружилась так резко, что мир перед глазами поплыл, словно кто-то размазал краски по холсту, а потом и вовсе провалился в темноту.

Когда я снова смогла различить очертания предметов, оказалось, что Крис держит меня на руках. Его лицо было совсем близко — серьёзное, с напряжённой складкой между бровей. Видимо, я ненадолго потеряла сознание. Он осторожно опустил меня на диван, придерживая за спину, будто боялся, что я снова рухну.