Позволь мне тебя коснуться

– Ты же тоже не отсюда? – спросил у меня он, сузив глаза, переводя взгляд с меня на линию горизонта, которая заканчивалась за пределами веранды. Он смотрел в сторону пляжа с какой—то невыносимой тоской, которую пытался скрыть.

– Я приехала вчера. Захотела учиться подальше от дома, – просто ответила я, чувствуя, как мне неприятно находится в мокрой одежде. Только сейчас я заметила, что мои волосы, которые обычно были объемными и красивыми, повисли, как мокрые сосульки, и прилипли к плечам и шее.

– Сбежала из дома? – Он с удивлением посмотрел на меня, а потом кивнул, будто о чём—то задумавшись. Я увидела странный огонек интереса, промелькнувший в его глазах. – Так, как, ты говоришь, тебя зовут?

– А вот нужно было внимательнее слушать, – отрезала я, не понимая, почему я всё еще нахожусь рядом с ним, и куда запропастились Кайл и Кендалл. На минуту между нами воцарилась полная тишина, но я не чувствовала себя неловко. Мне хотелось, чтобы он что—то ответил мне.

– Максимилиан! – я услышала чей—то визг, а затем наблюдала следующую картину: довольно сильно напившаяся девушка схватила парня за края рубашки и потянула на себя. Она появилась будто бы из воздуха – видимо уже давно выслеживала свою жертву и обдумывала план действий. Макс чуть было не выронил свой стакан с пивом из рук, но вовремя поставил его на бильярдный стол, поднимая руки вверх, будто бы сдаваясь. Тем временем девушка обхватила его за шею и, слегка повиснув на парне, откинула одну ногу назад.

– Видела сегодня, что ты делал в море… Боже, я в восторге! – пропищала она, размахивая своим светлыми волосами в разные стороны. Я стояла, пребывая в шоке: ну как можно так унижаться? Как можно вешаться на парня, когда он даже не отвечает тебе взаимностью? Может, я чего не знаю, но, по крайней мере, со стороны это выглядело примерно так.

– Это океан, Рейчел, – с тяжелым вздохом, вырвалось из губ Макса. Он закатил глаза, стараясь оттолкнуть от себя прилипшую девушку. – Тихий океан.

– Что? – девушка залилась смехом, видимо рассчитывая, что это сразит его наповал. – А разве есть различия?

– Тебе нужно домой, Рейч. – Он старался быть сдержанным с этой потаскухой. – Ты выпила слишком много.

– Это травка, дурачок. У меня ещё есть. – Она достала из своего декольте прозрачный пакет, наполненный тёмно—зеленой смесью. – На, держи, мне не жалко. Может, ты после неё подобреешь, – заявила она и, взяв его ладонь в свою руку, положила туда пакет.

– А ты кто такая? – она вдруг перевела взгляд на меня и прошлась по моему телу оценивающе. – И какого черта, ты ошиваешься рядом с моим парнем?

После последней фразы Макс не выдержал и расхохотался, ударяя свою руку о лицо. Он покачал головой, будто девушка несла полную чушь.

– Только не говори, что то, что между нами было, ничего для тебя не значит… – девушка жалобно простонала это и облокотилась на его плечо, но он и глазом не повел.

– А между нами что—то было? – скучающим тоном произнес он, уже не обращая внимания на её расположившееся к нему тело. Я наблюдала за их диалогом, скрестив руки на груди. Мне уже наскучила эта сцена, но деваться было некуда – я всё равно не найду дороги домой без Кендалл, да и возвращаться поздно ночью одной мне не хотелось. Даже на такси.

– Рейчел, пойдём. Прости, Макс, она под кайфом. – Девушка в розовой футболке, принадлежавшая сестринству, подошла к Рейчел и, схватив её под руку, постаралась увести подальше от нас. Та начала брыкаться, сопротивляться и выкрикивать что—то нечленораздельное. Но уже через несколько секунд она полностью расслабилась и утихла, а её взгляд стал отсутствующим и стеклянным.

– Не знаю, что ты там вытворяешь в океане, но мои уши ещё долго не забудут её визг. – Я снисходительно посмотрела на Макса, вскинув брови. Он прокрутил пакет с травой в руке, показывая его мне, предлагая.

– Марихуана? Ты серьезно? – Я уже начала злиться от того, что я всё еще держу руки на своих плечах. Это не очень удобно. Но и показывать всем свою грудь я не собиралась. Он заметил, как я сжала свои плечи, слегка царапая их, и посмотрел на меня с издевкой:

– Предлагаю тебе сделку: ты попробуешь это. – Он перевёл взгляд на зеленый пакетик. – А я дам тебе это. – С этими словами он положил пакет на бильярдный стол и снял с себя рубашку. По его движениям я поняла, что он собирается накинуть мне рубашку на плечи, и вовремя отпрыгнула на шаг назад.

– Стой! – вырвалось из моих губ, а на его лице отразилось удивление.

– Я же хочу тебе помочь, – произнес он, играя скулами. Я помотала головой и, взяв из его рук рубашку, которую он легко отпустил, накинула на себя. Я молилась о том, чтобы он не пялился на мою грудь. Но всё же беглый взгляд он туда закинул – сукин сын.

Я обмоталась его джинсовой рубашкой, чувствуя её запах. Как ни странно, но она вся пропахла океаном и песком. Мне было неловко надевать её – это слишком интимно. Слишком много для одного знакомства. Но у меня не оставалось выбора – я не хотела привлекать к себе много внимания, а с белой мокрой майкой это просто невозможно.

Но это было ещё не всё. Теперь к набору моих проблем добавилась ещё одна – Максимилиан Кенинг остался без рубашки. Я уставилась на свои балетки, стараясь не смотреть на него. Я не хотела, чтобы он думал, что я из тех девушек, которые кидаются на шею, тают от красивых парней, мечтая принадлежать им. Всё было совсем не так. Я всю жизнь бежала от отношений, и не думаю, что когда—либо решусь на них.

– Я свою часть сделки выполнил. – Его голос отвлек меня от грустных воспоминаний. Мне всё же пришлось поднять на него взгляд. Светлые глаза пытались разгадать меня. У Макса было красивое тело: в меру накачанное, но без перебора, спортивное. Пресс выглядел так, будто его кто—то отредактировал в фотошопе. Мой взгляд был беглым, едва заметным, и всё же я отметила, что на ребрах слева у него было что—то написано. Татуировка. На немецком языке. Это я поняла сразу по одному слову, которое знала.

«Снова» – это слово, а всё остальное я бы не смогла разобрать, потому что все мои силы всегда уходили на изучение английского. И пусть немецкий должен был быть мне вторым родным языком, я так и не взялась за его основательное изучение.

– Какого черта, ты хочешь, чтоб я выкурила марихуану? Для вас это что – дело обычное? – Мои глаза расширились от удивления, а он наблюдал за мной с улыбкой, будто просто издевался. Но это было скорее по—доброму, не так, будто он хотел причинить мне вред.

– Конечно. Здесь травка легализована. Я просто хочу, чтоб ты расслабилась, – продолжил он хриплым голосом. – Ты выглядишь какой—то странной. Испуганной что ли.

– Я только что упала в бассейн, промокла до нитки. Прости, что не выгляжу, как богиня красоты, и не соответствую твоим ожиданиям, – отрезала я, поправляя волосы. Где, черт возьми, Кендалл носит? Хоть она меня и раздражала, сейчас мне был необходим её болтливый нрав. – Конечно, для полного счастья мне не хватает ещё обкуриться. Отличная идея, Кенинг!

Он поморщился, когда я называла его по фамилии. И всё же, он выглядел так, будто я забавляла его. Будто бы ему надоели эти вечеринки, подобные этой, и он наконец—то нашел здесь развлечение себе по душе.

– На твоём месте я всё же бы попробовал. На самом деле я сам не курю её. Пытался пару раз, но ничего не почувствовал. У меня есть кое—что поинтереснее, чтобы расслабиться. – Он засунул руки в карманы своих джинсов и присел на бильярдный стол.

– Боюсь представить. Того и гляди, будешь трясти передо мной пакетиком с героином. – Я закатила глаза, не в силах скрыть раздражения.

– У меня только один наркотик – серфинг. И больше мне ничего не нужно. Я счастлив, что выбрал Калифорнийский только потому, что здесь крутые волны. Ты уже купалась? – спросил он, проводя рукой по волосам. И с улыбкой добавил: – Я имею в виду, где—то кроме бассейна.

– Я приехала вчера, и за один день столько всего произошло. Голова идёт кругом… У меня никогда не было столько знакомств за сутки. – Я поражалась тому, как много я ему рассказываю. С Максом было очень легко общаться, когда он этого хотел. И всё же, он был мне пока совершенно не понятен. С одной стороны он выглядел загадочным и дерзким и в то же время сбивал эти качества своей хитрой улыбкой, превращаясь в дружелюбного парня. В следующую секунду он уже задумчиво смотрит вдаль и кажется обремененным сожалениями стариком. Затем снова превращается в кого—то другого, постоянно меняясь у меня на глазах. Макс для всех был загадкой, а я их очень не любила. У меня никогда не получалось их разгадывать. Он хотел мне что—то ответить, но не успел – к нам подошла Кендалл, злая и раздраженная, и какой—то помрачневший Кайл.

– Ребекка. Ненавижу её, – прошипела Кендалл, рассматривая меня с головы до ног. Когда она заметила на мне рубашку Макса и его голый торс, её глаза округлились. – У тебя всё в порядке?

– Познакомилась с моим соседом комнате? – Кайл приобнял своего друга, похлопав его по плечу. – Кстати, ты бы видел, как она рисует. Я видел её скейт, это что—то. Думаю, она не откажет тебе в помощи, если ты хорошо попросишь.

– В чём? – не понимая, спросила я. Причем здесь то, что я хорошо рисую?

– Макс давно хочет себе особенную доску для серфинга. Скоро будут соревнования, на которых он просто обязан присутствовать. Но он до сих пор не подал туда заявку… Правда? – Кендал с угрозой посмотрела на Макса, качая головой.

– Не думаю, что это хорошая идея. – Он пожал плечами, снова с интересом разглядывая меня. – Да, я давно хотел такую доску, которой нет ни у кого. Но я не думаю, что девушка, которая не понимает, что такое серфинг, сможет всё сделать, как мне нужно. – Я поймала его взгляд полный превосходства, когда он говорил об этом. Он чувствовал себя Богом, но не на земле.

– Это ты зря, – поправил его Кайл, вставая на мою защиту. – Ты как увидишь её доску, сам начнёшь умолять её это сделать. Тебе же нужно, чтобы тебя заметили.

– Нет, мне это не нужно. Я занимаюсь этим для себя, а не ради дурацкого кубка, который будет пылиться на прикроватной тумбочке. Это вы у нас в погоне за вечными победами. – Он вскинул руки вверх, изображая Кендалл с помпонами, за что тут же получил от неё локтем под ребра и испепеляющий взгляд.

– Ребят, скоро усну от этих разговоров. Уже полтора часа здесь торчим и до сих пор трезвые. Кайл выяснял отношения с Сандрой, я выясняла отношения с Ребеккой… Где веселье? Где, в конце концов, пена? Я на пенной вечеринке или на собрании английского парламента? – Она зевнула, осматриваясь по сторонам. На самом деле веселье происходило чуть подальше от нас, там, где танцевала толпа обезумевшего народу и доносились веселые крики.

– Я не буду пить, – сразу напомнила я, выразительно посмотрев на Кендалл.

– В нашей компании появилась хорошая девочка, – усмехнулся Макс и начал скручивать травку. – Но ничего, ты мне должна.

Я смерила его холодным и долгим взглядом, представляя, что из моих глаз выходят два красных лазера и прожигают его тело насквозь. Его только забавляла эта картина. Я посмотрела на Кайла. Он уже выпил залпом три каких—то шота – видимо они с Сандрой разругались в пух и прах. Для Кендалл он взял коктейль с водкой и соком и протянул ей в руки.

Несколько секунд я сомневалась, а потом подумала, что мне стоит попробовать? Это же всего лишь марихуана. Ничего страшного не случится. Тем более, тут это разрешено. Может это наконец—то поможет мне расслабиться. Макс затянулся сам и протянул косяк мне. Я отключила все свои мысли и повторила за ним, чувствуя сладковатый запах чего—то жженного, будто где—то рядом перегорели провода. Я закашлялась, как только вдохнула эту гадость, и вернула её обратно.

– И в чём прелесть? – не поняла я, продолжая кашлять.

– Пойдем танцевать, Эмс. – Кендалл взяла меня за руку и потянула на танцпол, хватая другой рукой Кайла.

– А я буду приглядывать за вами. – Он выкинул самокрутку в урну и, скрестив руки на груди, проследил за нами взглядом. Кендалл буквально тащила меня в пену, и, как я не пыталась скрыть свое нежелание там находиться, ноги, будто сами, несли меня в гущу событий.

Было так трудно думать. Слова в мыслях начинали превращаться в какую—то вечность. Кажется, я стала на танцполе, где было много свободного места и, просто задрав голову к небу, стала танцевать.

Ну.. как танцевать… Со стороны это выглядело так, будто я просто переступаю с ноги на ногу. Мои ноги стали ватными, захотелось просто лечь прямо на полу и, свернувшись калачиком, заснуть. Пьяная Кендалл рядом отрывалась, демонстрируя всем свою пластику. На её фоне я выглядела бревном, но это меня не особо заботило. Кайл пил стопку за стопкой – я заметила это краем глаза.

Я видела в небе звезды. Такие яркие и большие. Мне показалось, что они заполняют каждый сантиметр небесного пространства. Они двигались на меня, были так прекрасны. И я была прекрасна. Вся жизнь перестала быть тяжелой, осознанной. Груз прошлого на моих плечах на мгновение отступил, чтобы потом снова ударить с новой силой. Я отключилась и видела черно—белые сны, в которых всё повторялось снова и снова.

– Ты принадлежишь мне, ты не посмеешь больше гулять с ним, – раздается угрожающий голос в моей голове, и мне становится холодно. Я будто снова оказываюсь на полу, связанная по рукам и ногам, у той паршивой кровати. Мои волосы спутаны, и я чувствую себя грязной. Я и есть грязная и дешевая – я больше не представляю никакой ценности.

– Прошу, отпусти меня, – умоляю я в своих воспоминаниях, но молодой человек только ближе наклоняется ко мне, оскаливая свои зубы.

– Никогда. Не отпущу тебя. А если попытаешься сбежать, я найду тебя даже на другом конце земли. Я всегда буду преследовать тебя. Ты всё, что мне нужно, – прошептал он с обожанием и, когда увидел, что я собираюсь заплакать, с силой ударил меня по лицу. Снова.

Я потеряла сознание и последнее, что я помню – это прикосновение холодной плитки к моей щеке и горы пены, опадающие на меня сверху.