Цветок желаний (Погоня за счастьем)

Глава 10

Рэм рвался, напрягая все свои силы и стараясь освободиться от связывающих его веревок, он яростно проклинал дикарей, взявших их в плен, и ругался на чем свет стоит. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким беспомощным, таким никому не нужным – даже тогда, когда сидел в тюрьме. Услышав душераздирающие крики Сьерры, он словно взбесился, но он ничем не мог помочь ей. Его тщетные попытки разорвать свои путы привели только к тому, что он нанес себе глубокие раны, причинившие ему острую боль.

Увидев индейца, выскочившего сломя голову из вигвама и натягивавшего на ходу штаны, Рэм закричал, испытывая страшные душевные муки. Он пожертвовал бы своей жизнью ради того, чтобы избавить Сьерру от подобной пытки. Рэм видел, дрожа всем телом, как воин ворвался в круг своих соплеменников и начал о чем-то говорить, взволнованно жестикулируя и время от времени указывая на вигвам, в котором осталась Сьерра. Через некоторое время один из старейшин, чья горделивая осанка и властная манера обращения с окружающими свидетельствовали о том, что он был вождем племени, отделился от группы индейцев и быстрым шагом направился к вигваму.

– О Боже, нет, только не это! – простонал Рэм, закрывая глаза от страшной боли, пронзившей его сердце. Неужели эти дикари решили насиловать ее по очереди? Рэм пожалел о том, что не убил Сьерру, – для нее это было бы лучше, чем испытать подобные мучения.

Сьерра тем временем стояла на коленях на ложе, устеленном шкурами, и, чувствуя полное изнеможение, дрожала словно в лихорадке. Она не ожидала, что индеец опрометью бросится вон из вигвама при упоминании имени Быстрого Ветра, однако девушка благодарила Бога за то, что сохранила присутствие духа и назвала это имя, если, конечно, Быстрый Ветер действительно был ее братом. С ее стороны подобное поведение было полнейшим блефом, но ей больше ничего не оставалось делать. Реакция индейца на ее слова вселила в душу Сьерры надежду, что ее уловка сработала. Но что будет дальше? Отчаяние заставило Сьерру искать решение. Чудом было уже одно то, что это индейское племя знало или по крайней мере слышало о Быстром Ветре.

Неожиданно в вигвам ворвался еще один индеец. Он выглядел даже более разъяренным, чем первый. Он так долго разглядывал Сьерру, что той показалось, будто он глазел на нее целую вечность. Затем он медленно приблизился к девушке. Внезапно нагнувшись к ней, индеец рывком поставил ее на ноги.

– Кто ты? – спросил он по-английски. Заостренные черты лица делали индейца похожим на хищную птицу, его глаза с вызовом смотрели на девушку, в них светилась злоба.

Сьерра судорожно сглотнула, испугавшись.

– Я... меня зовут Сьерра, я сестра Быстрого Ветра. Ты его знаешь?

Индеец проворчал что-то нечленораздельное.

– Сестрой Быстрого Ветра является Дождевая Слезинка. Я, Сильная Рука, видел ее в лагере Белого Орла. Ноты не Дождевая Слезинка.

– Н-нет, я их младшая сестра. Я в отличие от них воспитывалась не у индейцев. Я проделала далекий путь для того, чтобы найти Быстрого Ветра и Дождевую Слезинку.

Сильная Рука прищурился, с подозрением взглянув на девушку.

– Ты лжешь, – бросил он.

– Нет! Клянусь, это правда. Я сестра Быстрого Ветра, нас разлучили, когда мы были детьми.

Сильная Рука в ярости зарычал и волоком вытащил Сьерру из вигвама. Увидев девушку, которая держалась поразительно мужественно, Рэм чуть с ума не сошел от страха за нее и в то же время почувствовал облегчение.

– Сьерра! – воскликнул он, когда вождь племени со своей ношей оказался вблизи его.

– Не беспокойся обо мне, – успела бросить ему Сьерра. Она не знала, поможет ли имя Быстрого Ветра, но была уверена, что оно по крайней мере не усугубит их и без того бедственное положение.

Сильная Рука втолкнул Сьерру на площадку, в центре которой ярко горел огромный костер. И сразу же вокруг них столпились все жители индейской деревушки, которые скорее проявляли любопытство, нежели враждебность. Сильная Рука что-то сказал на непонятном Сьерре языке, и его слова, по-видимому, изумили собравшихся. Все пристально взглянули на Сьерру и начали что-то оживленно обсуждать между собой. Сильная Рука довольно грубо взял девушку за подбородок и повернул ее лицо к костру, чтобы свет от пламени осветил его черты. Пристально вглядевшись в глаза девушки, вождь издал изумленный вопль и обратился к остальным индейцам, приглашая их повнимательнее посмотреть на Сьерру. Толпа еще плотнее сгрудилась вокруг девушки. Индейцы смотрели на нее во все глаза, перекидываясь взволнованными замечаниями.

– В чем дело?! – воскликнула Сьерра, удивленная их поведением.

– Может быть, ты и не врешь, – заявил наконец Сильная Рука. – Твои глаза сияют, словно серебряные монеты, которые так ценят бледнолицые. У Быстрого Ветра точно такие же глаза, как у тебя. Мы подождем, пока Быстрый Ветер приедет сюда. Он сразу же определит, кто ты. Если он не признает тебя своей сестрой, Огненная Пята возьмет тебя себе в жены.

– Откуда ты знаешь, что Быстрый Ветер приедет сюда? – с тревогой спросила Сьерра.

– Он приедет, – убежденно заявил Сильная Рука, и Сьерра невольно поверила ему. – Гонец отправится к нему на рассвете. Правда, для того чтобы найти его, понадобится некоторое время, но он обязательно приедет.

– А что будет с нами?

– Вам не причинят никакого вреда.

Пылая яростью, Огненная Пята издал негодующий вопль и выступил вперед. Он начал оживленно жестикулировать, показывая на Сьерру и на себя. По всей видимости, он был крайне недоволен решением Сильной Руки и оспаривал его. А затем вперед выступила какая-то женщина и тоже начала громко возмущаться. Сьерра, ничего не понимая, удивленно наблюдала за этой сценой. Через несколько минут Огненная Пята повернулся и скрылся в толпе, но женщина продолжала свою перебранку с Сильной Рукой, пока тот не принял другое решение, которое, по-видимому, удовлетворило индианку. Внезапно Сьерра поняла, что это была та самая женщина, которая напоила Рэма водой и жестоко обошлась с Сьеррой, страдавшей от жажды, не дав ей тоже напиться.

– Иди с Цветком Прерии, – сказал Сильная Рука, подтолкнув Сьерру в спину. – Огненная Пята отказался от своих прав на тебя.

– Подожди! А как же мой... мужчина?

Сильная рука бросил взгляд через плечо туда, где был привязан Рэм.

– Я отдал Светлоголового своей сестре. Цветок Прерии недавно потеряла мужа, погибшего в одном из сражений, она страстно хочет иметь ребенка. Она думает, что твой мужчина сможет дать ей сильных сыновей.

Изумленная Сьерра обернулась и взглянула на Цветок Прерии. В глазах индианки светилось холодное презрение. Цветок Прерии была постарше Сьерры, но не менее красива. У нее были чуть раскосые карие глаза, блестящие черные волосы, очень густые, закрывавшие всю ее спину. Ее пухлые губы были просто очаровательны. Стройное тело, одетое в замшевую длинную рубаху, было гибким, мускулистым и в то же время удивительно женственным.

Цветок Прерии с надменным видом махнула Сьерре рукой, приказывая ей следовать за собой. Сьерра покачала головой и умоляюще взглянула на Сильную Руку.

– Рэм – мой мужчина. Ты не имеешь никакого права отдавать его другой женщине.

Выражение лица Сильной Руки было каменным.

– Твои речи слишком смелы для женщины, сестра Быстрого Ветра. Отныне я буду звать тебя Дерзкие Речи, – он, а затем повернувшись, скрылся в толпе.

Сьерра хотела последовать за ним, но Цветок Прерии вцепилась в нее мертвой хваткой. Индианка оказалась на редкость сильной.

– Сильная Рука сказал свое слово, Дерзкие Речи, – сказала Цветок Прерии. – Он вождь нашего племени, и до тех пор, пока народ не оспорит его слова, все будет так, как он сказал. Светлоголовый принадлежит отныне мне. Быстрей Ветер может признать тебя своей родственницей, но он не имеет никаких прав на твоего мужчину. Мы можем делать с ним все, что захотим. Если бы не я, его бы убили. Но он сильный мужчина. Он даст мне прекрасных сыновей.

– Ты говоришь по-английски?

Цветок Прерии презрительно взглянула на Сьерру:

– Арапахо всегда прекрасно изъяснялись на языке бледнолицых. Нам это не составляет никакого труда. Пошли, уже поздно. Праздник окончился. Я отведу тебя в твое жилище.

С видимой неохотой Сьерра пошла за индианкой. Когда они проходили мимо Рэма, девушка хотела остановиться, но Цветок Прерии снова крепко схватила ее за руку и увлекла за собой.

– Не пытайся выйти из вигвама, – предупредила Цветок Прерии Сьерру, втолкнув ее внутрь убогой хижины. – Огненная Пята хочет овладеть тобой. Если ты дашь ему хотя бы малейший повод, он изнасилует тебя. Возможно, Быстрый Ветер сам отдаст тебя ему, когда явится сюда.

Сказав это, Цветок Прерии покинула вигвам, оставив Сьерру наедине с мрачными мыслями.

Рэм в это время находился в полном недоумении. Он не знал, что произошло между Сьеррой и вождем племени, и чувствовал, что сойдет с ума или умрет от тревоги, если ему никто не сообщит о том, что же все-таки происходит. Он не сводил глаз с вигвама, в котором исчезла Сьерра, ожидая новых событий. Ему не пришлось долго ждать. Женщина, которая сегодня днем напоила его водой и которая только что отвела Сьерру в вигвам, приблизилась к нему. Опустившись рядом с пленником на колени, она достала нож из голенища высоких мокасин. Рэм вздрогнул, но тут же успокоился, видя, что индианка собирается перерезать связывавшие его веревки.

– Пошли, – промолвила она и махнула Рэму рукой. Но индианке пришлось несколько секунд ждать, пока пленник растирал затекшие запястья, восстанавливая кровообращение. Когда Рэм попытался встать на ноги, он почувствовал, что голова раскалывается от боли. Индианка, сочувственно цокая языком, сразу же устремилась к нему на помощь и подняла Рэма на ноги. Он был вынужден опереться на ее плечо, иначе он не мог идти.

– Куда ты меня ведешь? – спросил он, с тоской глядя на вигвам, в котором скрылась Сьерра.

– Меня зовут Цветок Прерии, я сестра Сильной Руки. Отныне ты принадлежишь мне.

– Черта с два! – возмущенно рявкнул Рэм в ответ. Негодование прибавило ему сил, и он резко спросил индианку: – Что ты сделала с моей женщиной?

Он оттолкнул от себя Цветок Прерии и зашагал прочь, покачиваясь от слабости. Он был слабее, чем думал. Рана головы, бесчисленные синяки и травмы, полученные им от побоев, привели к тому, что он чувствовал себя таким же беспомощным и слабым, как новорожденный котенок.

– Пошли, Светлоголовый, – снова сказала Цветок Прерии, увлекая его за собой. – С твоей женщиной ничего не случится, а Цветок Прерии позаботится о твоих ранах. Дерзкие Речи спокойно спит в своем вигваме.

Рэм не мог не улыбнуться, услышав имя, которое индейцы дали Сьерре. Дерзкие Речи. Это имя идеально подходило ей. Каким-то чудом Сьерре удалось выпутаться из безнадежной ситуации. Рэм надеялся только на одно: как бы дерзкие речи Сьерры не ввергли их в еще худшую беду, – как говорится, из огня да в полымя. Цветок Прерии тем временем нетерпеливо дергала Рэма за рукав, и тому не оставалось ничего другого, как только последовать за ней. Теперь он знал, что Сьерра находилась в относительной безопасности, и мог воспользоваться этой передышкой для того, чтобы восстановить свои силы.

Сьерра наблюдала сквозь щель в пологе, закрывавшем дверной проем вигвама, за тем, как Цветок Прерии перерезала веревки, связывавшие руки Рэма, и увела его с собой. В тот момент, когда он зашатался и чуть не упал, Сьерра затаила дыхание, но ее тут же охватила ярость, когда она увидела, что индианка бросилась к Рэму и поддержала его. Неужели Рэм был таким наивным и не понимал, чего эта женщина хочет от него? В конце концов Сьерра с досадой подумала о том, что Рэм, по-видимому, сам хочет того же. Ведь Цветок Прерии была красивой женщиной, и Рэм с наслаждением выполнит свой долг. Сьерра, уставшая за день до изнеможения, опустилась на постель и закрыла глаза.

Сьерра чувствовала страшную усталость... и она очень беспокоилась за Рэма. Ведь он получил серьезные травмы. Девушка опасалась также, что он поддастся женскому очарованию Цветка Прерии. Сьерра молила Бога, чтобы индианка занялась лечением ран Рэма. Вздохнув, она погрузилась в чуткий беспокойный сон.

Недалеко от нее, в другом вигваме, Рэм настороженно следил за Цветком Прерии, которая снимала с него разорванную во многих местах рубашку. Сделав это, индианка принесла откуда-то из глубины скудно освещенного жилища воду и жгуты из мягкой замши. Она обмыла рану на голове Рэма и многочисленные царапины и ссадины на его теле. После этого женщина наложила на них лечебную мазь и перевязала голову Рэма замшевыми жгутами. Но когда она попыталась снять с него брюки, Рэм решительно воспротивился этому. Однако в конце концов Цветок Прерии добилась своего. Рэм был слишком слаб для того, чтобы оказывать ей продолжительное сопротивление, и настырная женщина вскоре раздела его догола и окинула Рэма оценивающим взглядом.

– Черт бы тебя побрал, смотри, сколько тебе влезет, – пробормотал Рэм. – Но если ты ожидаешь от меня чего-то большего, то тебе следует поискать этих развлечений где-нибудь на стороне. Я чертовски устал и не способен удовлетворить сейчас женщину.

Бросив недовольный взгляд на индианку, он растянулся на мягком ложе, завернулся в одеяло, закрыл глаза и почти моментально уснул.

Цветок Прерии от досады фыркнула, но размеренное дыхание заснувшего Рэма убедило ее в том, что он действительно был слишком утомлен для того, чтобы потворствовать ее желаниям. С сожалением вздохнув, индианка разделась и легла рядом с Рэмом под одеяло. Она прижалась к его спине, но это не произвело на Рэма никакого впечатления, он уже крепко спал.

Внезапно проснувшись, Сьерра явственно ощутила, что не одна в помещении. Перевернувшись на другой бок, она увидела прямо перед собой чьи-то голые ноги и задрожала от страха. Подняв глаза, девушка увидела смуглую грудь и покрытые шрамами плечи. Когда же ее взгляд упал на суровое лицо индейца, в котором она узнала Огненную Пяту, девушка задохнулась от ужаса. Его темные, горящие хищным огнем глаза следили за каждым ее движением, словно глаза зверя, выслеживающего свою добычу.

– Ч-чего ты хочешь?

Ответом ей была мертвая тишина. Она угнетающе действовала на Сьерру, точно так же, как и взгляд горящих глаз индейца, пожиравших ее. Сьерра так перепугалась, что не сразу заметила свои седельные сумки, перекинутые через плечо индейца. Но тут индеец скинул их, и они с глухим стуком упали на пол рядом с низким ложем девушки. Резко повернувшись, Огненная Пята выбежал за порог.

Сьерра облегченно вздохнула. Она очень боялась, что Огненная Пята решил нарушить приказ Сильной Руки. Сквозь дымоход в потолке в вигвам проникали косые лучи, освещая полутемное помещение. Поняв, что уже наступило утро, Сьерра встала. Все ее мысли были о Рэме. Как он провел эту ночь? Если Цветок Прерии составила ему компанию, то Рэм, должно быть, получил истинное удовольствие и встретил это утро улыбкой.

– Надеюсь, он хорошо поразвлекся, – пробормотала она. Сьерра знала, что все мужчины одинаковы, а для постели сойдет любая женщина.

Затем ее мысли обратились к более насущным проблемам. Девушка вспомнила, что выглядит не лучшим образом. Ей необходимо было срочно искупаться. Кроме того, она давно не ходила в туалет, и это давало о себе знать. Порывшись в своих седельных сумках, Сьерра достала чистую блузку, панталоны, нижнюю сорочку, полотенце, мыло, щетку и расческу. Здравый смысл подсказывал ей, что индейцы не могли устроить свой лагерь далеко от воды, и девушка решила найти близлежащий водоем.

Завернув чистое белье и все принадлежности для купания в полотенце, она вышла из вигвама. Деревушка постепенно просыпалась. До Сьерры доносились запахи готовящейся еды, и у девушки слюнки потекли от голода. Она молила Бога о том, чтобы Сильная Рука распорядился кормить ее и Рэма до приезда Быстрого Ветра.

Остановившись у своего вигвама, Сьерра огляделась вокруг. Увидев, как несколько женщин направились по тропе в лес, она решила следовать за ними. Она шла не спеша, уверенной твердой поступью', не обращая внимания на любопытные взгляды, которыми провожали ее индейцы. Надежды Сьерры оправдались, тропа действительно привела ее к чистой горной речке, неширокой, но довольно стремительной, образующей в своем быстром разбеге буруны вокруг больших валунов и водовороты. Индианки пошли вдоль берега реки, делавшей здесь поворот, и Сьерра старалась не отставать от них, следуя за ними буквально по пятам. За поворотом, к огромной радости девушки, оказался небольшой затон, образованный горным потоком, имевшим здесь довольно широкое русло и плавное течение. Несколько женщин уже плавали в этой тихой заводи, плескаясь и смеясь от удовольствия.

Сьерра помедлила пару минут, прежде чем решилась присоединиться к купающимся. Поблизости не было видно ни одного мужчины, и девушка сделала вывод, что они, должно быть, купаются где-то в другом месте. Скинув блузку и юбку, Сьерра вошла в воду. Индианки тут же захихикали, показывая на нее пальцем. Их рассмешило то, что Сьерра не сняла панталоны и сорочку, соблюдая правила приличия. Сами же индианки, как заметила Сьерра, купались обнаженными. Девушка понимала, что мыться было бы намного легче, сняв с себя одежду, и поэтому после непродолжительной борьбы с самой собой и своей стеснительностью она все же скинула нижнее белье и бросила его на берег.

Час спустя Сьерра вернулась в индейскую деревушку, чувствуя себя заново рожденной. Искупавшись, она выстирала свою грязную одежду и развесила ее сушиться на ветвях кустарника. Она поела и поговорила с Рэмом. Это случилось, когда Сьерра увидела, что Цветок Прерии выходит из своего вигвама и направляется к реке, неся в руках кувшин и одеяло. В тот же миг Сьерра шмыгнула в вигвам индианки, надеясь на то, что Рэм еще не ушел на реку, чтобы искупаться. К ее удивлению и радости, Рэм все еще крепко спал.

Одеяло прикрывало его живот и бедра, и из-под него виднелись обнаженные ноги Рэма и его торс. Оглядевшись вокруг, Сьерра не нашла второго ложа и пришла к выводу, что Цветок Прерии спала сегодня в одной постели с Рэмом. Сьерра заметила вмятины, оставленные телом индианки на мягких шкурах. Девушка тяжело вздохнула, и из ее груди вырвался стон, странно похожий на придушенное рыдание.

Рэм сразу же проснулся и изумленно огляделся вокруг, не понимая, где он находится. Его голова раскалывалась от боли, а все тело страшно ныло. Он осторожно сел на постели, не замечая того, что он совершенно раздет и его чресла едва прикрыты одеялом.

Заметив Сьерру, Рэм нахмурился, стараясь припомнить события минувшего дня.

– Сьерра, что... что случилось? Где мы? О Боже, я отвратительно себя чувствую...

– Мы в индейской деревне, – объяснила Сьерра, сразу же смягчившись, так как заметила, что Рэм страдает от боли и страшно растерян. – Неужели ты ничего не помнишь?

– О Боже, – снова нахмурился Рэм, – теперь я начинаю вспоминать! У тебя все в порядке? Как обошлись с тобой эти дикари?

– Со мной все хорошо, Рэм. – Она опустилась на колени рядом с ним. – А как ты? Ты плохо выглядишь.

– Цветок Прерии перевязала мои раны. Но у меня раскалывается голова от страшной боли. Правда, она у меня чертовски крепкая, поэтому я уверен, что вес будет в порядке и рана скоро заживет.

– Скажи мне, Цветок Прерии доставила тебе удовольствие прошлой ночью? – Сьерра никак не могла удержаться от этого вопроса. Чувство ревности, словно хищный зверь, пожирало ее изнутри.

– Цветок Прерии? О чем ты, черт возьми, говоришь? Я моментально заснул, едва мое тело коснулось подстилки.

На лице Сьерры отразилось выражение огромного облегчения.

– Ты хочешь сказать, что ты не... Ты и Цветок Прерии не... Ведь она хочет, чтобы ты сделал ей ребенка.

– Что?! Черт возьми, мы ничем подобным не занимались! Я и впредь не собираюсь делать этого. За кого ты меня принимаешь, за безмозглого самца? Кстати, где эта женщина?

– Пошла на реку купаться. Я видела, как она выходила из вигвама.

– В таком случае расскажи мне, что случилось прошлой ночью. Я чуть с ума не сошел от беспокойства за тебя. Что ты сказала Сильной Руке, почему он изменил свое решение и не убил нас?

– Я сказала ему, что я сестра Быстрого Ветра. Я просто ухватилась за соломинку, у меня не было другого выхода – Огненная Пята хотел... – Она осеклась. – Я и предположить не могла, что мои слова произведут такой эффект. Реакция Огненной Пяты просто ошеломила меня. Но как бы то ни было, мы пока живы. Живы до тех пор, пока сюда не приедет Быстрый Ветер.

– Они послали за ним гонца? О Боже, Сьерра, а что, если он вовсе не твой брат? Но даже если он действительно твой брат, годы, проведенные среди дикарей, могли неузнаваемо изменить его и наложить свой отпечаток. Что, если он уже не тот любящий брат, память о котором сохранилась у тебя?

– Мне было всего лишь три года, когда нас разлучили, но я уверена, что он не сделает мне ничего дурного, он никогда не пойдет против меня. Если верить слухам, мой брат вернулся к белым людям, в цивилизованное общество. Он поступил на государственную службу.

– Если это так, то почему одно лишь имя Быстрого Ветра повергло дикарей в такой ужас? Боюсь, что своей уловкой ты ничего хорошего не добьешься. Нельзя серьезно рассчитывать на то, что Быстрый Ветер – твой брат. Это в высшей степени невероятно.

– Нет, Рэм, я уверена, что ты ошибаешься. Я не могу не верить в то, что Быстрый Ветер – мой брат. Я должна в это верить. Ведь я проделала ради этого такой далекий путь. И потом – слишком многое поставлено на карту...

– Да, наши жизни... – промолвил Рэм с горечью в голосе. – Нам надо уходить отсюда. Где, черт возьми, моя одежда?

Он порылся в своих седельных сумках, лежавших рядом, и извлек из них то, что искал. Достав смену чистого белья, Рэм откинул в сторону одеяло и встал во весь рост. Сьерру бросило в жар при виде его обнаженного тела. Она вспыхнула и отвела глаза в сторону, на в силах смотреть на него. Девушка не хотела вспоминать то блаженство, которое испытывала в его объятиях.

Одевшись, Рэм схватил ее за руку и воскликнул:

– А теперь пойдем отсюда!

– Но куда мы направимся?

– Нам надо разыскать Сильную Руку. Если он думает, что он может по своему усмотрению распоряжаться мною и дарить меня своей сестре, чтобы я играл роль самца-производителя, то он жестоко ошибается. Ты должна постоянно быть у меня на глазах. Я видел, как на тебя смотрит Огненная Пята, и не доверяю ему. Мы находимся в относительной безопасности лишь до тех пор, пока индейцы думают, что ты сестра Быстрого Ветра. Думаю, что мы можем предъявить им сейчас собственные требования и условия.

Откинув полог, они вышли из вигвама и прошли по деревне, крепко держась за руки. Сьерра кожей чувствовала обращенные на них взоры, исполненные угрозы, но, к счастью, их никто не попытался остановить. Они застали Сильную Руку у порога его жилища. Вождь жадно ел, медленно, с наслаждением облизывая пальцы, по которым тек жир. Заметив краем глаза приближавшихся Сьерру и Рэма, он громко рыгнул, даже не удостоив пленником взглядом.

– Мы хотим поговорить с тобой, Сильная Рука, – произнес Рэм непререкаемым тоном.

Сильная Рука вскинул черную бровь и взглянул на пленников с непроницаемым выражением лица. На несколько долгих мгновений воцарилась томительная тишина, а затем вождь махнул рукой, приглашая бледнолицых сесть рядом с собой. Его жена принесла Рэму миску с горячей дымящейся пищей, и тот, будучи страшно голодным, начал есть. Еда сказалась довольно вкусной, и Рэм повернулся к Сьерре, чтобы предложить ей разделить с ним завтрак, но увидел, что ей тоже подали миску с едой и она уже поднесла ложку ко рту.