Промытые мозги. Как защититься от глобального наступления на нашу ментальную свободу

Но, по моему мнению, имело место и умышленное влияние, позволившее сдвинуть камень с места и вызвать лавину. Были целенаправленно разработаны шаблоны действий в ситуации, дававшей возможность некоторым лицам обеспечить контроль над событиями. Большинству людей нелегко представить себе подобный уровень цинизма. Даннинг указывал на торговлю наркотиками и рабами как на самые яркие исторические примеры сколачивания состояний на страданиях значительного числа людей. Но ведь, кроме запрещенных веществ, бывают еще и лекарства, прием которых может вызвать у огромного количества людей физическую, а нередко и психическую зависимость, словно у наркоманов. И порой она длится всю жизнь и влечет не менее тяжелые последствия. Поводом для длительного приема медикаментов становятся хронические недуги, которые мы называем болезнями цивилизации, как будто они неизбежная обратная сторона выдающихся достижений, позволяющих нам вести достойную жизнь. На самом же деле различные нарушения обычно вызывает отсутствие знаний и образ жизни, который все дальше отходит от естественного. Это влияет на большинство функций организма, включая некоторые важные когнитивные функции мозга, которые еще займут центральное место в ходе нашего дальнейшего исследования основной цели Великой перезагрузки.

К феномену хронической медикаментозной зависимости следует добавить и то обстоятельство, что начиная с конца 2020 года фармацевтическая индустрия сфокусировалась на новом постоянном источнике доходов, который, как ни парадоксально, представляет собой профилактику острых заболеваний. То, что риск острой инфекции теперь требует хронического лечения, обосновывается тем, что у значительной части населения мира естественная иммунная защита якобы не справляется с возбудителями болезни (что не соответствует действительности, как я еще продемонстрирую). Исходя из этого людям внушают, что необходимо каждые три или шесть месяцев в профилактических целях делать прививки. Что касается коронавируса, то это впервые, когда в столь явном виде навязывается экспериментальная инъекция, принцип действия которой во многих случаях схож с генной терапией (если в вакцине используется генно-модифицированный активный материал). Чтобы сделать эту акцию удобоваримой, используется комбинация, состоящая из нагнетаемого через СМИ страха смерти (под лозунгом собственной защиты) и этически санкционированного социального давления (под лозунгом защиты окружающих). Таким образом пожизненный абонемент на вакцинацию создает психосоциальную зависимость, за счет чего министерства здравоохранения повышают влияние на жизнь граждан, а фармацевтические предприятия интенсивно обогащаются.

Даже если бы мы попытались разъяснить всем, что используемые продавцами аргументы не соответствуют действительности и что инъекции создают больше рисков для жизни, чем приносят пользы, вера некоторых людей в спасительный укол непоколебима и не поддается никаким доводам. А ведь предлагаемая процедура, помимо всего прочего, в среднесрочной перспективе делает иммунитет более подверженным инфекции, чем в обычных условиях. Но об этом чуть позже. Мы понимаем, что подобные кризисы могут вызвать соблазн не только использовать, но даже организовать их. Мы знаем, что определенные группы заинтересованных лиц специально ищут возможности осуществить свои идеи преобразований. Но в последующем нам нужно будет найти ответ на вопрос, как получается, что большинство людей беспомощны перед лицом манипуляторов.

Общественно опасная концентрация власти капитала в руках немногих технократов удалась им с помощью современных информационных и биологических технологий, а также, если говорить конкретно о пандемии COVID-19, благодаря манипуляциям и ложным интерпретациям научных данных. Даже самая глупая пропаганда оказывает нужное влияние на население, если распространять ее в ведущих средствах массовой информации через каждые полчаса, тем более убежденным тоном. Незначительное меньшинство, которое не поддалось уговорам паникеров, никак не могло понять, почему большинство оказалось будто парализовано страхом и даже не пыталось сомневаться. Разумеется, нам требуется тщательный и полный анализ произошедшего, потому что в противном случае мы будем обречены на постоянное повторение подобного сценария в обстановке перманентных пандемий, которые сулит нам ВЭФ. Мы будем утрачивать последние остатки свободы, в то время как многие будут страдать и умирать. Нам необходимо найти объяснение, почему столько людей оказались уязвимыми перед лицом страшилок правительств и СМИ. Ответ на этот вопрос поможет найти способ превращения сегодняшнего меньшинства в большинство, которое будет без оглядки на других проверять и оценивать информацию и приходить к собственным выводам. Если нам это не удастся, мы никогда не сможем вернуть себе права, утраченные за счет бессмысленных ограничительных мер в ходе пандемии COVID-19. Вместо этого мы станем свидетелями того, как возникает и развивается тоталитарное и технократическое государство всеобъемлющего контроля.

Первое объяснение тому, как такое широкое распространение смогла получить программа контроля населения в ходе пандемии коронавируса, дал клинический психолог Маттиас Десмет в книге «Психология тоталитаризма»14. При помощи методов социопсихологического анализа Десмет наглядно показывает, «как людей без их ведома и согласия увлекают в реальность технократического тоталитаризма, который агрессивно борется с альтернативными воззрениями, опираясь на деструктивное групповое мышление, а оно клеймит всякое инакомыслие как проявление диссидентства»15. Этот автор говорит о формировании массового сознания (американский вирусолог, иммунолог и специалист в области молекулярной биологии Роберт Мэлоун даже интерпретирует это состояние как массовый психоз 16) и предостерегает «от опасностей нашего современного общественного ландшафта, бездумного потребления продукции СМИ и зависимости от манипулятивных технологий». Ползучее и не встречающее сопротивления лишение народа свобод ради технократических выгод сопоставимо с духовным порабощением. Процветавшая в свое время работорговля, которую Даннинг приводил в качестве исторического примера хищных повадок капитализма, получила современный эквивалент. В своей книге Маттиас Десмет предлагает простые решения – как индивидуальные, так и коллективные, позволяющие не приносить в жертву свою способность к критическому мышлению.

Но действительно ли люди с готовностью идут на подобные тяжелые жертвы? Этот вопрос наводит на мысль о философской дискуссии, действительно ли мы обладаем свободой воли, которая является, так сказать, предпосылкой для полной готовности, независимой от внешних обстоятельств. Право дискутировать на эту тему я уступлю философам, потому что существует и другая, основополагающая и хорошо понятная нейрофизиологическая предпосылка иметь возможность и желание думать своей головой. Она основывается на особом свойстве нашей автобиографической памяти. Эта память записывает все, что с нами происходит и что мы при этом чувствуем. Но кроме того, она фиксирует, о чем мы в тот момент думали. Однако условия для безупречной работы органа, который обеспечивает запоминание, становятся все хуже. Сегодня у многих людей объем автобиографической памяти не увеличивается на протяжении всей жизни, как положено, а постепенно уменьшается. Из-за этого возникают большие трудности, когда человек пытается обдумать и тем более совершить действия, которые отличаются от привычных, даже если от них зависит жизнь и свобода. Вместо этого люди предпочитают слепо следовать устоявшимся убеждениям. Следствием становится стереотипное поведение, которое британский физик и молекулярный биолог Фрэнсис Крик (1916–2004, лауреат Нобелевской премии 1962 года за открытие молекулярной природы наследственности) и его коллега, американский нейробиолог Кристоф Кох назвали «режимом зомби»17. Я должен обратить внимание, что этот термин исследователи выбрали для описания обычно непроизвольной стереотипной модели поведения, которая в корне отличается от осознанных творческих мыслительных процессов. Нельзя недооценивать постоянно возрастающие ограничения в мышлении. Я покажу, что в наши дни все больше людей становятся постоянными рабами режима зомби из-за патологической утраты свойств автобиографической памяти. Этим мы обязаны образу жизни, который все дальше отходит от естественного. И этот процесс получил мощный толчок за счет мер, принятых в связи с инфекцией коронавируса (включая программу якобы вакцинации). Поэтому не может быть даже речи о принесении осознанной жертвы.

Опираясь на открытия нейробиологии, мы можем по-новому объяснить, почему обществом становится все легче управлять. Это выходит за рамки социально-психологических аспектов, сформулированных Десметом, и имеет несколько иную нейропатологическую основу. У опасных тенденций развития более глубокий и драматичный характер, потому что они базируются не только на психологических аспектах и изменении образа мышления. Попав в режим зомби, человек уже не может осознать пагубность своей ситуации. У него пропадает природное любопытство и интерес к поиску альтернативных объяснений и способов действий, а мозг оказывается полностью открытым для индоктринации. К тому же нейропатологический процесс, лежащий в основе этого явления, снижает психическую устойчивость, о чем речь пойдет далее. Таким образом, человек не только испытывает постоянно растущее чувство страха перед всем новым, но и начинает руководствоваться этим страхом в своих действиях.

Ситуация приближается к очень тревожному пику: угрозой является не только ускоренная утрата идентичности вследствие снижения функций и возможностей автобиографической памяти, но и опасность, что воспоминания о собственной идентичности заменит посторонний контент за счет пропаганды технократического нарратива. И то, и другое приводит к ментальному переформатированию общества. Нарратив – это история, которая позволяет встроить пережитые события в более широкий осмысленный контекст и определенным образом интерпретировать их. В данном случае технократический нарратив рассказывает о мире, который становится все лучше, поскольку управляется сведущими технократами и еще более умным искусственным интеллектом (ИИ). В статье, опубликованной ВЭФ в 2016 году, датский политик Ида Аукен идеализировала общество, которое возникнет в результате Великой перезагрузки: «Добро пожаловать в 2030 год. У меня ничего нет, в моей жизни не осталось ничего личного, но жизнь еще никогда не была так хороша»18. Частную собственность отменят, свобода мыслей и приватность уйдут в прошлое, но люди будут счастливы. Так утверждает пропаганда ВЭФ. Какие именно нейробиологические связи будут задействованы, чтобы незаметно внушить людям подобные цели? С помощью определенных методов можно успешно стереть индивидуальность человека и заменить ни на что не реагирующим конформизмом. Я представлю вам многочисленные примеры, которые позволят сделать вывод, что эти методы сознательно и широко применялись не только в рамках пакета мер в ходе пандемии COVID-19.

Я назвал далеко не полный спектр угроз для нашего общества. В ходе описанных процессов снижается и самооценка личности, а это крайне опасная тенденция. В результате человек начинает чувствовать себя увереннее, если не выделяется из общей массы: слабое «я» ищет поддержки у сильного «мы». С точки зрения Десмета, утрата идентичности, которая постоянно усугубляется, объясняет, как происходит формирование массового мышления и все чаще наблюдаемого во всем мире коллективного нарциссизма со всеми его негативными последствиями 19. И все это сопровождается снижением или полной потерей рационального чувства сопереживания. Автобиографическая (она же социальная) память обеспечивает также когнитивную деятельность, позволяя оценивать последствия своих поступков по отношению к третьим лицам и анализировать собственные предубеждения. Дефицит этих качеств каждый мог ощутить на себе, стоило ему только поставить под сомнение распространяемый нарратив по поводу COVID-19 и отказаться от вакцинации.

Чем активнее людей приводят к ментальному единообразию и чем больше их оказывается в режиме зомби, тем стабильнее чувствует себя общество, пережившее процесс Великой перезагрузки, и тем маловероятнее его возврат к нормальному состоянию. Независимо от того, скрывается ли за всем этим некий коварный план (а у нас есть основания это предполагать) или события разворачиваются более-менее случайно, в конечном счете не так уж важно. Как показывают мои научные исследования, независимо от подозрений в умышленных действиях – обоснованных или спекулятивных – нам грозит деструктивная нейропатологическая и психосоциальная опасность невиданной силы. Этой угрозы можно избежать, лишь если мы осознáем ее. В противном же случае результат будет катастрофическим независимо от умысла. Нас ждет настоящий зомби-апокалипсис, то есть конец креативной культурной эволюции человечества, для которой необходима интеллектуальная свобода, индивидуальность и творческая активность.

Большую помощь в сравнении текущих событий с мрачными прогнозами прошлого могут оказать литературные аналогии. Так мы сможем сохранить более нейтральное отношение к происходящим переменам, оставаясь в рамках строгой логики. В романе Джорджа Оруэлла «1984» прослеживается известный мотив изменения записей и даже воспоминаний о прошлом, чтобы обеспечить более эффективный контроль будущего в соответствии с намерениями технократической элиты. Нескончаемые войны в мире Оруэлла всего лишь инсценируются, чтобы облегчить вечную войну против человеческого духа. Если присмотреться, то нечто подобное происходит и в наши дни. Например, в «1984» подробно описывается, как за счет перепрограммирования центров автобиографической памяти люди лишаются индивидуальности. Так из них можно лепить что угодно, и значительная часть человечества воспринимает свое порабощение не просто безвольно, а даже с радостью. В результате Великой ментальной перезагрузки создается мир, в котором очень многие воспринимают тотальный контроль и зависимость от технократической «опеки» как нечто позитивное. Об этом же прямо говорится и в откровениях ВЭФ.

В историческом плане можно провести параллель с моментом, с которого начинается антиутопический роман Олдоса Хаксли (1894–1963) «О дивный новый мир». По сюжету после девяти лет вооруженных конфронтаций наступает «грандиозный экономический коллапс». В нашей реальности мы видим долгие войны против коронавируса, или других непрекращающихся пандемий, или против изменения климата, или за территории, питание и воду. Все эти кризисы служат, наряду со своей основной целью, глобальному промыванию мозгов (чтобы изобразить технократов нашими единственными спасителями), а также «креативному разрушению» мировой промышленности (еще один термин из арсенала ВЭФ) 20. О том, что происходило после коллапса, Хаксли рассказывает устами одного из контролеров: «Выбор был лишь между всемирной властью и полным разрушением»21. В романе люди сделали выбор в пользу тотального контроля, так что «дивный новый мир» – подходящий сценарий для нашего реального нового мира, к которому мы придем в обещанном ВЭФ и судьбоносном 2030 году.

«Зомби-апокалипсис – 2030» – так можно бы озаглавить роман, представляющий собой синтез книг «О дивный новый мир» Хаксли с его индоктринацией и «1984» Оруэлла, где описывается государство тотального контроля. В этом романе самопровозглашенная технократическая элита осуществляет Великую ментальную перезагрузку – промывку мозгов глобального масштаба. В итоге стирается индивидуальность и люди становятся некритичными конформистами. В произведении мы встретили бы описание гениального, но одновременно безумного сражения на пути к мировому господству, где полем битвы за индивидуальную и общественную свободу становится человеческий мозг. Но я решил написать эту книгу в форме не романа (время тонких намеков закончилось), а сухого изложения фактов, чтобы зомби-апокалипсис 2030 года в лучшем случае остался одним из многих несбывшихся прогнозов, поскольку люди смогут вовремя разглядеть опасность и предотвратить ее. В конце концов те, кто хочет стать властелинами мира, ничего не боятся так сильно, как человеческой креативности и социального самосознания. Поэтому так важно поддерживать их и сохранять.

Перечень улик, подтверждающих целенаправленные нейропатологические атаки на автобиографическую память, обширен. Существует множество открытых высказываний сторонников Великой перезагрузки, а также публикаций отдельных правительственных документов, в которых излагаются планы на будущее. В связи с этим я с самого начала отвожу себе роль своеобразного научного прокурора. Я буду выдвигать аргументы перед вами как членами жюри присяжных, доказывая, что существуют коварные планы индоктринации населения, которые безжалостно и с полным осознанием последствий претворяются в жизнь немногочисленной элитой. В ходе аргументации мы детально познакомимся с деструктивными механизмами и поймем принципы их работы. Благодаря этому нам будет легче определить меры противодействия.

В первой главе я покажу, кто входит в небольшую группу людей, заинтересованных в расширении своего влияния, и объясню, почему к их намерениям следует относиться со всей серьезностью. Некоторые из этих людей готовы в буквальном смысле пойти по трупам, чтобы добиться технократического господства. Даже если мы сможем предотвратить конечный успех таких субъектов, они все равно смогут причинить народу немало страданий.

Во второй главе я в доступной форме опишу нейробиологические механизмы формирования идентичности и ту «кнопку» в голове, которую необходимо нажать, чтобы максимально промыть человеку мозги. Полученные знания откроют вам возможность для самообороны, потому что эта «кнопка» служит также ключом к защитной формуле против индоктринации, которую я также объясню.

В третьей главе речь пойдет о человеконенавистнической логике и о точном двухэтапном плане максимально эффективной индоктринации людей на основе представленного нейробиологического механизма.

В четвертой главе я подробно разберу нейропатологический пакет мер, направленных на борьбу с COVID-19, и расскажу, какое деструктивное воздействие он оказал на автобиографическую память.

В пятой главе мы займемся собственно процессом индоктринации, который будет строиться на мерах, описанных в предыдущей главе.

В шестой главе нам предстоит задать себе вопрос, в чем может заключаться конечная цель технократов по отношению к человечеству. Вполне возможно, что, следуя своей циничной логике, технократы придут к мысли, что человечество (и природу) надо спасать от людей, которыми в этом случае придется пожертвовать.

В заключительной, седьмой, главе я завершу свою обвинительную речь научного прокурора словами надежды. Я надеюсь, что мои доводы помогут вам осознать основную проблему современного мира. Мы найдем ответ на вопрос, почему оказались в таком незавидном положении. Для этого мысленно окунемся в эпоху раннего каменного века, когда возник один из самых устойчивых нарративов в истории, что человек якобы зол по своей природе. Этот тезис совершенно не соответствует действительности, но губительно сказался на нашей культуре. Несмотря на это, а может, как раз именно поэтому задача по исправлению указанной ложной фундаментальной предпосылки будет самой важной и одновременно самой трудной для общества. Только если нам год за годом, поколение за поколением удастся достойно справиться с этой задачей, мы сможем не просто пережить, но и выиграть войну за наш мозг.

Из защитной формулы против индоктринации со всей очевидностью вытекают меры по противодействию, которые каждый должен принимать самостоятельно, чтобы ликвидировать слабые места своей автобиографической памяти. Тогда произойдет следующее:

1. Каждый, кто будет применять описанные принципы, повысит свою психическую устойчивость.

2. Повышенная сопротивляемость будет способствовать развитию природной любознательности, которая позволяет направлять взгляд несколько дальше края тарелки.

3. У нас будет больше ментальной энергии, а значит, и возможности перерабатывать новую информацию и принимать более качественные решения.

4. Эта энергия понадобится также в случае, если мы захотим освоить новые пути. Она – основа упорства в преодолении внешних и внутренних препятствий.

5. Не в последнюю очередь эта энергия способствует проявлению рационального чувства сопереживания – главной предпосылки для того, чтобы каждый был способен глобально мыслить и действовать.

Таким образом как бы сам собой создается новый мир с идеалом – усовершенствованным человеком, который соответствует своим природным качествам, данным с момента зачатия. Человек по натуре добр. На базе этого принципа можно осуществить настоящую ментальную перезагрузку, которая позволит полностью восстановить свой духовный потенциал.