- -
- 100%
- +
Монарх вошел в ложу под руку со своей супругой, одевшей по такому случаю великолепное алое платье с серебристыми разводами. Королева была необычайно бледна, при этом лицо ее на фоне такого наряда и в блеске драгоценных камней казалось еще бледнее, она старалась не смотреть в глаза окружающим, точно чувствовала свою вину перед обществом. Следом за монаршей четой вошел некогда могущественный фаворит прежнего, и лишь дальний родственник нынешнего короля, престарелый принц де Тигэр с густыми бровями и бакенбардами в строгом черном костюме. Это был уже не тот искатель приключений, что двадцать с лишним лет тому назад бороздил просторы океанов в поисках Золотого Льва, но в его кошачьих глазах по-прежнему читалось благородное величие и целеустремленность. Под руку с ним шла старая королева-мать, которая после смерти своего мужа, казалось, прибавила добрый десяток лет. На ней было пышное синее платье и черная вуаль, закрывавшая худощавое женское лицо. Последним вошел в ложу любимец короля, министр внутренних дел герцог де Орланд в парадном военном мундире белого цвета, украшенном множеством наград. Во многом походивший на своего отца (не только внешним видом, но и вплоть до должностей и титулов, так что многие поражались такой схожести) этот господин был птицей высокого полета, самой заметной фигурой в окружении короля, сделавшей головокружительную карьеру. Ему удавалось быть не только фаворитом короля, но и любовником его супруги. Роман, о котором в столице знали все, не волновал разве что государя, упорно не желавшего верить вздорным слухам. И даже когда однажды ночью по наущению своей матери король застал в спальне жены де Орланда, он продолжал твердо верить в невиновность своего фаворита. «Герцог сказал, что он не спал с моей женой, а всего лишь зашел в спальню пожелать ее величеству спокойной ночи. И у меня нет оснований не верить ему» — так объяснял позже случившееся Лев ХVII своей матери. Безусловно, что вся эта история совсем не укрепляла престиж королевской семьи.
Государь со своим окружением, а вслед за ним и публика, сели, и спектакль начался. На сцене появились какие-то актеры в белых одеждах, женщины со свечами, мужчины с крестами и тому подобное. От всего этого веяло мистикой и религией, что очень любил государь. Длинные монологи и неестественные движения актеров нагоняли на многих тоску, и если б не неожиданно зазвучавшая музыка в исполнении талантливого Серхио де Мидведа, спектакль можно было бы считать пустой тратой времени. Маэстро же в тот вечер был просто в ударе.
Но в то время, когда на сцене шла одна трагедия, в королевской ложе разворачивалась совершенно другая.
— Матушка, перестаньте так крепко держаться за г-на де Тигэра, а не то он так побледнел, что вот-вот испустит дух, — пошутил король.
— Простите меня, сын мой, — опомнилась раскрасневшаяся королева-мать, спешно убирая свою руку от руки принца. — Я сегодня ужасно рассеяна… Все эти волнения народа в городе меня сильно беспокоят…
— Вы не обязаны оправдываться передо мной и вольны поступать так, как вам только заблагорассудится, — витиевато произнес Лев XVII и обратился к де Тигэру. — Скажите, дядя, а где сейчас ваша супруга? Я слышал, будто она отправилась на север.
Вдовствующая королева Софи покраснела еще больше, понимая, в чей огород ее сын бросает камешки.
— Г-жа де Тигэр сейчас находится в Мидведийске, ваше величество. Она выехала туда неделю назад и собирается вернуться во Львов лишь в начале марта, — учтиво ответил принц.
— Но почему тогда вы не поехали сопровождать ее, а остались здесь, в городе, где по вашим словам, вас не любят? — не унимался король.
— Государь, я не понимаю, чего вы добиваетесь вашими расспросами? — не выдержала Софи. — Вы же сами просили принца де Тигэра остаться в столице на случай возможных беспорядков…
— По-моему, такой случай уже наступил, а между тем результатов этой работы я что-то не вижу.
— Прошу прощения, ваше величество, но я уже имел честь докладывать вам, что без вашего особого приказа в столице мне не подчиняются не только городские власти, но даже дворники, не говоря уже о военных, — спокойно ответил де Тигэр. — Впрочем, если ваше величество считает, что я недостаточно…
— Ах, оставьте, дядя. Я всего-навсего шучу, — засмеялся король.
— Ваши шутки, сын мой, переходят всяческие границы, — недовольно произнесла Софи.
— Не понимаю, матушка, почему вы так рьяно защищаете дядю, когда он и сам в состоянии это сделать?
— Я не намерена объяснять это в присутствии посторонних, — сказала королева, повернув голову в сторону де Орланда.
— Где вы видите здесь посторонних? — удивился король. — Герцог де Орланд такой же член нашей семьи, как и г-н де Тигэр, и потому имеет полное право обо всем знать.
— Интересно, с каких это пор? С того дня, как впервые перес… — продолжила в запале королева-мать, но тут же осеклась на полуслове.
— Сударыня! — возмутился монарх. — Я прошу вас не оскорблять мою жену. Вы прекрасно знаете, что все, о чем трезвонят в городе — наглая ложь, не имеющая ничего общего с истинным положением дел.
— Неужели ваше величество верит этому? — со слезами на глазах произнесла молодая королева, обращаясь к свекрови.
— Я верю тому, что есть на самом деле, дорогая. Вы можете сколько угодно обманывать моего сына, но не меня и не народ.
Заплаканная невестка встала с места и попыталась было уйти, но король довольно грубо остановил ее.
— Вы жестокая бессердечная женщина, — сказал Лев ХVII матери. — После смерти моего отца я думал, что вы будете помогать мне в правлении, но все, на что вы только способны — это плести интриги против порядочных и невиновных людей. Не сомневаюсь, что вас подстрекает к этому мой дядя, г-н де Тигэр, который никак не может смириться со своим нынешним положением при дворе. Но вы рано радуетесь, господа, ибо правда все равно будет на нашей стороне.
— В таком случае, государь, нам остается только откланяться вам, — сухо произнесла Софи и вместе с де Тигэром покинула ложу.
Разговор, имевший место в королевской ложе, не слышал никто из публики, однако по выражению лиц членов королевской семьи и внезапному уходу королевы-матери и де Тигэра можно было догадаться о том, что не все ладно в «датском королевстве». Король сидел, как на иголках, чувствуя на себе сотни пытливых взглядов, видя вокруг лишь перешептывающиеся лица, а потому с трудом досидев до конца первого действия, тут же покинул ложу и вместе со своей супругой и свитой отправился во дворец. Отъезжая, королевские сани крепко увязли в толпе негодующих граждан.
— Дорогу его королевскому величеству! — кричал сопровождавший на вороном коне монарха герцог де Орланд.
— Мы хотим есть! Дайте нам денег! Уберите ваших солдат! — галдели со всех сторон. — Защитите нас!
— Уступите дорогу! — шумел герцог, но народ от этого напирал только сильнее.
— Сделайте же что-нибудь, г-н де Орланд! — начинал нервничать король, которому встреча с народом не сулила ничего хорошего.
— Слушаюсь, ваше величество! — ответил министр и тут же повернулся к сопровождающим его кавалеристам. — Кавалерия!.. Готовсь к бою!.. Огонь!!!
Солдаты дружно выстрелили в толпу. Перепуганные не на шутку горожане пустились врассыпную, и королевские сани без труда смогли продолжить путь. Первая кровь, пролитая у здания Королевского театра, позволила монарху лишь вырваться из окружения, но не в силах была остановить надвигавшуюся бурю.
***
Голубой зал королевского дворца блистал во всей своей красе. Две огромные хрустальные люстры освещали богато сервированный стол на три десятка персон, повсюду блестели серебро и позолота. На торжественный ужин, устроенный королем в честь юного Серхио де Мидведа, смогла приехать лишь половина из приглашенных господ. Невообразимое скопление народа и солдат в центре города парализовали все движение. Король, севший во главе стола вместе со своей супругой, надевшей пышное желтое платье, был крайне недоволен тем, что пришли не все приглашенные, считая это личным оскорблением. Никак не выходила из головы недавняя ссора с матерью, однако, в обществе придворных дам и господ государь вскоре обо всем забыл, благо перепады в его настроении были сродни детским.
По правую руку от короля сидел белокурый маэстро де Мидвед, герцог де Орланд со своей супругой, супруги Лизы с дочерью и несколько других именитых гостей. Со стороны королевы сидели герцог Викторио де Тигэр — сын принца де Тигэра, с супругой, его брат Михал и два гвардейских офицера. Часть мест, в том числе королевы-матери, пустовала. Недолго думая, король велел начинать ужин, не дожидаясь остальных, и проворная прислуга засуетилась вокруг стола.
— Что-то я не вижу здесь своей дорогой матушки, — поморщившись, сказал король.
— Ее величество просили передать свои извинения за то, что не смогут присутствовать на этом ужине, — ответила какая-то дама из свиты королевы-матери.
— Вот как? — язвительно произнес государь. — И что же за причина позволила ей не выйти к столу?
— Ее величеству нездоровится…
— А почему я не вижу здесь нашего дорогого дядю, принца де Тигэра? Ему тоже нездоровится? — не унимался король.
— Его высочество сейчас в городе… Пытается успокоить народ, — ответил Викторио де Тигэр.
— Что ж, это вполне уважительная причина для отсутствия. Но думаю, что все ваши опасения, господа, по поводу возможного бунта совершенно беспочвенны. Народ предан мне и никогда не выступит против законного государя…
Присутствующие ничего не ответили на это королю, прекрасно понимая, что государь настолько далек от жизни, что не может трезво смотреть на вещи, однако высказать это вслух никто никогда не решался.
— Скажите, маэстро, давно ли вы занимаетесь музыкой? — неожиданно переменил тему король, обращаясь к Серхио.
— С самого детства, ваше величество, — отвечал музыкант, поведав собравшимся о своем становлении в качестве музыканта.
Поздний вечер летел незаметно, плавно перейдя в ночь. За столом уже прошло пять перемен блюд, так что присутствующие наелись досыта. Общаясь между собой, господа неплохо проводили время, тем более что Серхио де Мидвед оказался таким великолепным собеседником, что смог очаровать всех. Он не только поражал господ своим тонким искрометным юмором, но и тут же сыграл на рояле одно из своих лучших произведений. Присутствующие, и, прежде всего сам король, разогретые изысканными винами, не скупились на выражение восторга. Один только Михал де Тигэр, не спускавший глаз с молодой графини Лизы, немного выпадал из картины всеобщего веселья. Мысли юноши были далеко от этого места.
Но время неумолимо двигалось к полуночи, и вскоре до слуха господ донесся какой-то непонятный шум с улицы. Не сразу до всех дошло, что это были десятки, если не тысячи людских голосов. Из-за зашторенных белым шелком окон можно было разглядеть лишь горстку офицеров, торопливо снующих по двору с зажженными факелами.
— Что бы все это могло означать? — первой выразила общее беспокойство королева.
— Понятия не имею, — ответил король. — Герцог де Орланд, немедленно выясните, что происходит!
— Слушаюсь, ваше величество! — произнес генерал и тотчас покинул зал.
Господа продолжили сидеть за столом, над которым на смену бодрости и веселья воцарилось нервное напряжение. Все посматривали друг на друга вопросительными взглядами, но никто не решался прервать общее молчание. Первым не выдержал король, который встал из-за стола и принялся расхаживать по залу.
— Ну, где же этот де Орланд? — бормотал он. — Почему не торопится?.. Ничего не понимаю… Что происходит? Весь день сегодня просто под откос. То эти нелепые обвинения матушки, то… Нет, не может быть, чтобы народ восстал против своего государя, — лепетал Лев ХVII, сам, очевидно, мало веривший в только что сказанное. — Этого не может быть, ведь я не такой уж и плохой монарх… Ведь так, господа? — король остановился, испуганно посмотрев на собравшихся.
Ответом ему стало внезапное появление де Орланда.
— Ваше величество, горстка бунтовщиков попыталась захватить мост, ведущий к королевскому дворцу, — отрапортовал герцог.
— И что? — замер король.
— Все в порядке, мой государь. Они были рассеяны кавалерией…
— Но чего они требуют?
— Похоже, что… вашей смерти, мой король.
Господа ужаснулись от услышанного. Королеве даже стало дурно, и она упала в обморок. На помощь ей подоспели Викторио де Тигэр и граф Лиз.
— Не беспокойтесь, ваше величество, охрана дворца надежно… — начал было де Орланд, но словно опровергая его слова, за окном раздались выстрелы и звон битого стекла.
— Я вижу, как надежно! — закричал король. — Я не могу быть в безопасности даже в собственном дворце!.. А как же моя непобедимая армия? Ведь у нас в столице расквартировано шесть полков! Где генерал Слонюшко?
— За ним уже послали…
— К черту ваших послов! — зашумел монарх, направляясь к стоявшему у стены телефону. — Я переговорю с ним лично.
Лев XVII взял трубку, собираясь набрать нужный номер, но расслышал лишь прерывистые гудки.
— Связь не работает, ваше величество, — сухо сказал де Орланд.
— Не может быть… Это заговор, — пролепетал король.
В эту минуту дверь зала распахнулась, и в нее пулей влетел адъютант короля, держась за руку, из которой сочилась кровь.
— О, боже! — изумились присутствующие, вставая из-за стола.
— Ваше величество! Новая толпа мятежников смяла кордон гвардейцев на мосту и движется ко дворцу! — доложил офицер.
— Бездельники! Идиоты! — закричал на него де Орланд. — Не в состоянии защитить собственного короля!.. Генерал де Тигэр!
— Слушаюсь, ваше превосходительство! — ответил герцог, находившийся в подчинении министра.
— Поручаю вам охрану королевского дворца… А вы, господа, — де Орланд обратился к присутствовавшим офицерам, — позаботьтесь о безопасности находящихся здесь лиц, — и, повернувшись к королю, герцог вполголоса пробормотал. — Государь! Умоляю вас, бежим, пока у нас есть время. Мы отправимся на север, в порт, где стоит верный вам флот.
И, не дожидаясь ответа, он подхватил за пояс короля и спешно покинул Голубой зал. Викторио де Тигэр отправился выполнять приказ министра, в то время как прочие господа в сопровождении офицеров отправились вслед за королем. Сперва они бежали все вместе, сталкиваясь на пути с перепуганной дворцовой обслугой, ранеными гвардейцами и прочими господами, но раздавшиеся на главной лестнице оружейные выстрелы заставили их разбежаться врассыпную.
Во дворце тем временем царил настоящий хаос: военные и гражданские бегали по этажам, спешно создавая на своем пути баррикады из столов, стульев и прочей мебели. Бесконечная пальба, пороховой дым и душераздирающие крики были повсюду. Никому и в голову прийти не могло, что толпы разгневанных горожан, пробравшись по покрывшейся льдом реке, ринутся сквозь парк к королевскому дворцу на расправу с ненавистным им монархом. Возгласы «Смерть тирану!», «Долой короля!» были слышны везде. В парк попыталась бежать и часть господ, но, видя, что бунтовщики повсюду, поспешила ретироваться. Пушки, которые стреляли по восставшим с моста, вскоре перешли в руки горожан и были повернуты в сторону дворца. Кольцо вокруг защитников государя сужалось с каждой минутой.
Разбуженная стрельбой и криками толпы вдовствующая королева Софи, так и не вышедшая к ужину под предлогом недомогания, тут же вскочила с кровати, накинула поверх ночной рубашки лежавшую в кресле шубу и торопливо вышла из спальни. Она прекрасно понимала, к чему идет дело, и потому первой ее мыслью было спасти наследника престола.
«Только бы не тронули внука, только бы с ним ничего не сделали. Ведь он совсем ребенок!» — испуганно думала Софи, врываясь в покои внука, которые были совсем рядом.
Здесь уже сидела заплаканная молодая королева, прижимая к груди своего тринадцатилетнего сына.
— Вот вы где! — раздраженно сказала Софи. — Нам нужно немедленно бежать!
— Отстаньте от меня! — закричала на нее невестка. — Я знаю, что все это из-за вас. Это вы организовали мятеж. Но я не отдам вам своего единственного сына! Слышите, не…
— Замолчи, дура! — прикрикнула на нее королева-мать. — Бежим, пока не поздно!
И Софи, подталкивая Розель и ее сына, поспешила к выходу. Но тут в соседней комнате раздались шаги, за ними — выстрел, затем — вновь шаги, и в раскрывшихся настежь дверях появился бледный как мел король.
— Сын мой! — изумилась Софи. — Скорее уходим! Я уже подумала было, что в вас стреляли, ведь мы отчетливо слышали выстрел.
Королева-мать хотела было взять Льва XVII за руку, но король пошатнулся и, точно подкошенный, грузно рухнул на пол. В спине его темнело большое кровавое пятно.
— О, Господи! — отпрянула от неожиданности мать, а ее невестка тут же потеряла сознание.
Наследник бросился к упавшему отцу, но для Софи уже было ясно, что король мертв. Спустя мгновенье в дверях показались подоспевшие на шум принц де Тигэр с сыном Викторио.
— О, боже! — изумился старик. — Неужели его величество убит?!
— Как видите, принц, — ответила никогда не терявшая хладнокровия Софи, несмотря на то, что только что у нее на глазах убили единственного сына. — Скорее отсюда! Надо спасти наследника!
— Нового государя, а не наследника, — поправил ее принц, оттаскивая от тела покойного рыдающего паренька.
Не мешкая ни секунды, господа двинулись в путь. Впереди всех семенила королева-мать, за ней едва поспевали принц де Тигэр с плачущим наследником и его сын Викторио с потерявшей сознание молодой королевой на руках. Старая Софи знала во дворце каждый уголок, а потому беглецам довольно легко удалось миновать занимавших этаж за этажом повстанцев. На одном из поворотов они, правда, напоролись на двух небритых мужиков с саблями, но всегда имевший под рукой пистолет принц де Тигэр тут же пулей сразил наповал одного, второй же, недолго думая, убежал прочь.
— О, вы спасаете нам жизнь, — произнесла, отойдя от охватившего ее испуга Софи.
— Не к чему благодарности, ваше величество, — ответил принц. — Вы говорили нам о потайном ходе. Где он?
— Здесь, — указала королева-мать на ровную стену.
Спустя мгновенье господа скрылись в одном из множества потайных ходов дворца, плотно закрыв за собой дверь. По темным глухим коридорам они спустились вниз, слыша, как за стенами отстреливаются гвардейцы и дико кричат вооруженные, чем попало бунтовщики. К тому времени часть рядовых солдат, защищавших дворец, из-за сочувствия горожанам если и не перешла на их сторону, то, по крайней мере, прекратила всякое сопротивление. Кое-где восставшим уже удалось совершить поджоги, так что вскоре пламя перекинулось и на другие помещения.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.