- -
- 100%
- +
4-го/IX в пятницу приезжала ко мне мать из Саратова привозила курева и как говорят порцию свежего куха, рассказывает что Фадеевич оставлен в Саратове в связи с сильным ушибом руки. Получаю письма от Леонида и Болдырева.
Новостей пока никаких. Адрес прежний. Желаю здоровья. Крепко крепко целую твой Михаил.
9 сентября 1942 г.
Треугольники
Письмо 7. (21.09.42) (треугольник)
Здравствуй дорогая Эмма!
Целую моих милых Люсиньку и Валичку.
Совершенно случайно и неожиданно сейчас около красноармейской столовой встретил человека и кого ты думаешь Николая Васильевича. Сидит на скамейке ждет обед. Страшно он похудел, наверное не по губе ему такая обстановка. А я все героем себя чувствую. Он оказывается с 11/IX у нас в лагерях и служит с водой со мной команде только в разных подразделениях я в роте разведчиков, а он в 1-м мотострелковом батальоне. Говорить много не пришлось, обещал вечером ко мне зайти. Значит мы с ним вместе скоро поедем на фронт. Сейчас усилено изучаем военное дело. Жду приезда матери и от тебя письма. Пиши по старому адресу.
Крепко крепко целую тебя и ребятишек. Привет Паше и Наде.
Твой Михаил. 21/IX-42
Мартюкову (25.09.42)
Фадеевич!
Я нахожусь в специальной мотострелковой бригаде оснащенной всем вооружением до зубов.
Мое подразделение в бригаде, рота разведчиков. Рота снабжена автомашинами, бронемашинами, мотоциклами, бронетранспортерами, пулеметами, автоматами.
_______________
Уже все обмундированы ждем дополнительно техники и должны выехать на фронт.
Куда на какой фронт конечно пока никто не знает.
Но вообщем очень скоро если еще недели проживем то очень хорошо.
Ну Фадеевич повидимому тебе пока участь может быть счастливая быть дома вернее при доме. Желаю всего наилучшего. Целую тебя и Фаину.
Михаил. 25/IX-42
На обороте обрывки (не все разобрал):
Насчет картофеля сена
Насчет посуды ложки, стакан …. селедки
и имена: Карвев Петр Яковлевич Тина Антоновна
Письмо 8. (29.09.42)
Здравствуй дорогая моя Эмма! И милые мои Люсинька и Валичка!
Почти десять дней ничего я вам не писал потому что не было ясности, где и в каком подразделении я буду находиться. В последнем письмишке я вам сообщал, что пока нахожусь в Р.Т. отдыхаю. Ну вот второй день сегодня вопрос решился окончательно я зачислен в новую мотострелковую команду 59 в роту разведчиков.
Вот уже обмундировывают, так что получу я от вас письмо или нет не знаю, скорее всего, что получить не смогу. Но это не говорит за то чтобы ты мне не писала. Много разных причин нам неизвестных может быть и получу еще ваше письмо, крайне хотелось бы.
По вопросу отпуска меня был запрос из штаба ПРИВО, но где-то запропал очевидно когда решат когда меня не будет.
Одним словом дорогая моя Эмма очевидно скоро я буду на фронте и на самом опасном ответственном участке – буду там где должен быть каждый советский гражданин любящий свою родину. Иных новостей у меня никаких нет. Самочувствие хорошее, духом бодрый. Правда от небольшой простуды чувствуется легкий грипп и сильный насморк – ну это все пройдет.
Будем сегодня Эмма рассуждать не на авось, а возможность, что получу от тебя письмо, а если представится возможность с попутчиком вышли до Саратова мне посылочку. Из съедобного многое ничего не нужно что-нибудь может быть немного вкусненького и обязательно шерстяные носки и шерстяные варежки с 2-мя пальцами тонкие из верблюжьей шерсти. А матери я напишу, чтобы немедленно мне доставила.
Затем я забыл тебе сообщить в предыдущих письмах, что в делах конезавода есть приказ НКСХ или постановление СНК-СССР, полученное в 1941 г. изданное во время отечественной войны о том, что семьи руководящих работников и специалистов совхозов призванных в Красную армию, сохраняют полное право на ранее занимаемые квартиры. Я это хорошо помню, оно получено уже когда я был в конезаводе №32. Ну а если Духовнов прет на рожон пусть отдадут тебе рядом квартиру, чтобы только не ругаться и не обострять взаимоотношений.
Еще один тебе Эмма наказ – люби наших милых детей Люсиньку и Валичку и воспитай их в духе ненависти к заклятому врагу фашизму – нацистам, поработителям свободолюбивого человечества. Сама не кичись, но будь в достоинстве гражданки-красноармейки.
Эмма на зиму заготовь во время овощей особенно помидор, моркови, луку. Это особенно ценно для детей. Лук организуйте купить в Бобровке или Жестянке.
Пиши пока по старому адресу, я договорился мне передадут, а новый адрес нам пока неизвестен.
Всем привет особенно Паше и Наде.
Крепко крепко всех целую. Твой Михаил.
Письмо 9. (06.10.42)
Здравствуйте дорогая моя, милая Эмма
Шлю тебе горячий привет и также горячо целую Люсиньку и Валичку.
Получил от тебя письмо сначала одно, а через несколько дней второе, лот души благодарю тебя. Получить от семьи и любимого человека письмо это составляет необычайное удовольствие. Первое письмо очевидно является ответом на мое письмо Люсиньке, передай ей Эмма, моей доченьке, что папка очень доволен ее обещанием быть хорошей послушной дочкой.
В этих письмах ты дважды обещала приехать ко мне в первом обещала выехать 10/IX, а во втором 22—23 сентября, но сегодня уже 5 октября а тебя все еще нет, было бы конечно очень хорошо если бы ты смогла приехать, но я надеюсь, мне кажется тебя не отпустят, да и просить сейчас трудно.
Ну несколько слов о себе, а потом по больным вопросам тобой затронутым.
Самочувствие мое хорошее. Ангина как будто прошла, но вернее приняла хроническую форму и я остался без голоса, сегодня мне делают состав лекарства, попробую лечить еще, а с другой стороны и некогда этим заниматься. Я тебе сообщал нахожусь я в отдельной роте разведчиков одной воинской части. Давно отмундированы получаем лучшее питание. Своя отдельная походная кухня. Приятно ребята все и командиры все подобрались боевые уже по несколько раз побывавших на фронте и по несколько раз многие были ранеными. Я из них почти старше всех. На днях еще прибыли двое один 1903, а другой 1905г., а все-таки меня зовут или стариком или батькой. Ну это конечно дела не меняет из меня боец не хуже молодого.
Как перевели меня в это подразделение я вызывал мать, она приезжала ко мне два раза на одной неделе на одной неделе привезла мне телогрейку которую ты оставляла, затем Фадеевича шерстяные носки и перчатки оставила мне денег 60 руб., привозила кое что покушать, оладей, пару яиц, арбузом угостила. Многим она конечно не располагает. Да жаловаться не на что, нас кормят не плохо, хлеба дают 800 грамм. Жиров маловато но на это предъявлять претензии сейчас было бы глупо. Приварок три раза в день приличный.
Сначала предполагалось, что мы должны с каждым днем выехать на фронт, а теперь нас усиленно готовят, оснащаем технику. Во всяком случае долго здесь не задержимся если октябрь числа до 20—25 проживем то это очень хорошо, но ведь главное точно никто ничего не скажет и не знает, может быть через три-четыре дня выедем, а может и весь месяц проживем. А возможно даже временно переберемся в соседнюю деревню адрес я тогда оставлю в подсобном хозяйстве, я это тебе все говорю потому, что может быть ты еще приедешь ко мне повидаться и соскучился я о тебе очень и поговорить хочется.
В последнем письме ты пишешь о нанесенном тебе я так пониамю оскорблении со стороны тов. Духовного, меня до глубины души обидела только для меня немного одно не ясно чем это вызвано, или нежеланием освободить квартиру для него или потому что твое национальное лицо ему не понравилось. Я ручаюсь собственной головой за тебя и одновременно с этим я пишу Духовному и Иваческо одно письмо к обоим. А если понадобится напишу и дальше или облисполкому или даже Верховному Совету. Я понимаю тебя сейчас, что очень тяжело пережить подобное моральное состояние, но что сделать тебе нужно набраться мужества, понять все глубже и попросить помощи районных организаций если нужно сходи в НКВД или в райком партии. А выезжать пока воздержись. Лучше бы конечно поговорить нам лично, всесторонне обсудить. Ведь ехать к матери сейчас не так просто с 2 детьми на такое большое расстояние – значит ты должна лишиться всего, а продать все иметь деньги равносильно бумажки так как их невелика ценность и ты обречешь себя на тяжелое материальное состояние и мучения, за дорогу ты можешь потерять детей, а ты понимаешь что значит лишиться любимых детишек. Так вот рассуждай по всем этим вопросам не узко с личной колокольни, а с точки зрения государственной.
Выезд к матери может быть только тогда когда будет неотложная необходимость.
Эх милая Эмма, жалко мне тебя больше всего на свете, придется может быть многое тебе пережить. Но ты верь в одно общее дело, война всетаки должна скоро кончиться, победа будет за нами. Я и почему то верю в себя что буду жив, в каком бы состоянии не был может быть весь изуродованный, а все таки вернусь «жди меня и я вернусь». А ты лучше больше будь дома. Хочется надеяться еще раз на твой приезд, особенно не загружай себя сухарями если поедешь, много везти не надо. Главное шерстяные носки рукавицы, потому что мать взяла от Фадеевича.
Мы живем сейчас в землянках около столовой, если приедешь мимо нас не пройдешь, мать знает где. А если выедем в деревню то тоже недалеко я оставлю адрес в подсобном хозяйстве. Тут деревня – 3 км.
Ну до приятного свидания
Крепко крепко тебя целую и дорогих Люсиньку и Валичку.
Михаил.
Привет Наде, Паше и всем знакомым.
6/X-42г.
Со Стягиным часто встречаюсь он ходит ко мне в гости. Говорит жена живет в Пугачеве, но писем не получал не одного.
Новый адрес точно без малейших добавлений: Татищево Сарат. обл. Воинская часть 2065 №185 мне.
Письмо 10. (23.10.42) (треугольник)
Здравствуй моя дорогая Эмма, Люся и Валя!
Я от души рад, что побывали у меня, глубокие инстинктивные переживания близкого человека оправдались, ты молодец, все же успели вовремя приехать повидаться.
Так хотелось повидать Люсю и Валичку, прямо с ума не сходит, ну что делать, будем надеяться не будущее, если судьбой написано быть живым значит вернусь – жди меня.
Вчера послал тебе из Татищево телеграмму.
Едем на фронт, но на какой? Жди писем с фронта.
Едем весело и сыто. Все одеты в теплую одежду.
Ну до приятного свидания
Крепко крепко целую тебя, Люсю и Валю. Ваш папка. Ст. Балашев. Привет всем
23/X-42г
ФРОНТ
Письмо 11. (31.10.42) (треугольник)
Письмо от 31.10.42
Здравствуйте мои дорогие Эмма, доченька Люся и сынонька мой Валичка!
Дойдет ли это письмо или нет не знаю.
Под грома пушек и взрывы снарядов и бомб пробираемся к самому ответственному и опасному этапу. Не хочется верит в смерть, жить хочется.
Вступаем на защиту Сталинграда. Если погибну в бою – знай, что находился в рядах героических защитников города Сталина.
Писать нет времени да и страшно, рвутся бомбы. Возможно теперь от меня долго не получишь писем. Не падай в уныние, не отчаивайся будь мужественной, не я первый, здесь вся сила – грудь (сердце) советского народа.
Крепко и горячо еще раз вас целую
горячо вас любящий Михаил (папка)
31 октября 1942 г.
10 ч вечера
Средняя Ахтуба
Письмо 12. (11.11.42) (треугольник)
Здравствуйте мои милые Эмма, Люсинька и Валичка!
Шлю вам горячий фронтовой привет.
Вот теперь мы находимся совершенно в иной обстановке. Беспрерывно нас веселит музыка воздушной и наземной канонады.
Самочувствие хорошее. Начались морозы, но так как от нас проявлено достаточно заботы – мы хорошо одеты: получили теплое белье, ватные брюки и телогрейки, суконные портянки, шапки и подштанники, рукавицы и т. д. поэтому мороз пока не страшен. Вот и праздник 25 годов провели, впервые выпили по чарке горилки и даже получили по плитке шоколада, приятно было.
Дорогая, мы сейчас находимся в такой обстановке, что будут моменты когда писать будет просто невозможно. Пиши сама чаще. С дороги по пути следования я посылал два письма и телеграмму с места отправки – получила или нет? Стягина давно не видел. Ну пока до приятного свидания. Любящий вас, крепко крепко всех вас мои дорогие целую. Папка, Михаил.
Привет Ивасечко, Духовнову, Цибулько, Паше, Зебреву, Мущеровым, Здановским, Абсалыку.
11/XI-42
Письмо 13. (14/17.11.42) (треугольник)
Здравствуйте мои дорогие Эмма, Люсинька и Валичка!
Что-то последние дни я так часто стал вспоминать моих Люсиньку и Валичку, кажется что они уже такие большие стали и от души хотелось бы их повидать, поцеловать бы крепко крепко, ну Эмма сделай за меня.
О себе писать пока мне нечего, пишу вот урвал возможность под орудийную канонаду, но цветы еще впереди, пока только цветочки.
Написал сегодня пару слов Николаю Павловичу. Хотелось бы от тебя скорее письмо получить узнать как ты живешь, как к тебе относятся, изменили ли отношения. Получили они мое письмо в частности т. Духовнов.
Я особенно беспокоюсь как ты будешь обеспечена сеном для коровы зимой, наверное с подвозкой будет плохо обстоять дело – самой придется ездить. Держись за ребят которые могут оказать помощь. В предыдущем письме я не совсем правильно тебе адрес свой сообщил, вот сегодняшний. Пиши точно без малейших изменений и добавлений. Привет Паше.
Крепко всех целую любящий Михаил. 14/XI-42
17/XI-42
Обр. адрес: 3623 полевая почта часть 480 СМН
Письмо 14. (18.11.42)
Здравствуйте мои милые Эмма, Люсинька и Валичка!
Сегодня 18 ноября – папке исполнилось 38 лет, ну как
дорогие мои не вспомнить сегодняшний день если бы я был дома, целую я вас всех без счету раз горячим искренним поцелуем, будьте здоровы, не забывайте своего мужа и папу. Соскучился я о вас, особенно о Люсиньке и Валичке не знаю как и передать. Мне кажется, что вы стали уже такие большие, Люсечка послушная девочка слушает маму и Пашу и помогает им, а Валичка уже хорошо говорит и хочет с папой кататься на лошади.
Ну придет время когда нибудь все таки повидаемся и покатаемся на лошадках Валичка. даже верхом будем ездить.
Проклятые фрицы – ироды (изверги) рода человеческого мороза боятся, Красная Армия их крепко прижмет.
Эмма мы вступаем в очень серьезную, ответствнную и опасную операцию, наверное долго не придется писать. Не беспокойся дорогая за меня мне кажется я буду жив, мне и в голову не приходит, что я погибну, хотя опасность ежеминутная. Наша жизнь (стерто) человека. Четыре раза собирался писать, все же сегодня послал.
Самочувствие мое хорошее. Перед отъездом из Татищево наше командование мне объявило благодарность и в день празд. 25 год. окт. революции также отметила как лучшего бойца.
Ну милые мои до приятной радостной встречи, крепко целую, Михаил.
Приветы: Паше, Ивасечко, Духовнову, Цибулько, Зебреву, Беляеву, Абсалыку и всем знакомым.
18 ноября 1942 г.
Письмо 15. (05.12.42)
Здравствуйте мои дорогие
Эмма, Люсинька и Валичка!
Шлю вам горячий фронтовой привет.
Сегодня у нас передышки если можно так выразиться, наша часть заняла населенный пункт, ну и даже на скорую баню истопили правда всем не удалось помыться, но я урвал возможность с комсоставом – так хорошо помылся.
Немцы бегут без оглядки, и только в отдельных местах заядлые людоеды «СС» оказывают сопротивление. Наши части забрали много населенных пунктов, большие трофеи и много пленных.
События об успехах Красной Армии подробно освещаются в газетах. Мы продвинулись уже примерно на 100 км и ни в одном месте не сидим, почти каждый день на новых участках фронта.
Вот и все прелести современной войны мне под старость лет пришлось повидать, все таки война – это ужасное зрелище, зачастую потрясающе действуют на психику человека, когда разгорается ожесточенная схватка.
Здесь на фронте еще чаще приходится вспоминать о вас о милой родной семье, редкий день-час проходит чтобы мыслью и душой не переживал и не вспоминал о маленьких моих дорогих Люсиньке и Валичке.
Погода стоит здесь не совсем приятная каждый день меняется снег, дождь, мороз слабый. В валенках ходить почти нельзя.
Эмма, не обижайся дорогая, что редко приходится писать сейчас время и обстановка такая. Ты пиши чаще, хоть мы и не стоим на одном месте, но адрес наш не меняется может быть и твое письмо догонит нас, хочется знать как вы живете.
Теплый привет: Паше, Ивасечко, Цибулько, Духовнову, Мущеровым, Зебреву и друг.
Крепко крепко вас всех целую.
Ваш Михаил. 5 декабря 1942г.
На обороте этого письма стихи, а вдоль них справа сверху-вниз слова: «Эмма! Это песня фронтовая, написанная известным современным писателем участником фронтовиком, погибшем на фронте, кажется фамилия его Петров. ЖДИ МЕНЯ» Далее идет текст стихов, я поместил в таблице слева – текст, присланный папой, справа – оригинал.
«Жди меня»
Сравнение текстов
К. Симонов: «У стихотворения «Жди меня» нет никакой особой истории. Просто я уехал на войну, а женщина, которую я любил, была на Урале, в тылу, актриса Валентина Серова.
И я ей написал письмо в стихах. Это письмо было напечатано в газете и стало стихотворением и песней и листовкой…».
А Петров появился из другого стихотворения
К. Симонова «Сын артиллериста»:
Был у майора Деева товарищ – майор Петров,
Дружили еще с гражданской, еще с двадцатых годов.
Вместе рубали белых шашками на скаку,
Вместе потом служили в артиллерийском полку.
Письмо 16. (26.12.42) Письмо на бланке-открытке, складывается пополам, текст остается внутри, а сверху подготовленное, как на открытках место для адреса и свободная половинка, открытая для продолжения письма.
Здравствуйте мои дорогие
Эмма, Люсинька и Валичка!
Давно я вам не писал, не было возможности потому что все время двигаемся вперед. Нахожусь я на юго-западном направлении Сталинградского фронта, места стоянки определенной не имеем – на резиновых ногах живем.
Многое бы хотелось написать да нет времени. Единственно должен сказать, за все время нахождения на фронте – день 19 декабря был для меня особенно тяжел и будет памятным на всю жизнь. Как я милая Эмма остался жив, только по какому то чуду – повидиму судьба так продиктовала. Вспомнил я тут слова матери, напиши ей об этом обязательно, я наверное написать не смогу.
19—21/XII т. Сталин поздравил нашу часть и решением правительства присвоено нашей части гвардейской.
Тот самый гвардейский значок, обкололся со временем
Самочувствие пока хорошее, здоров. Единственно донимает насморк.
Передай привет горячий привет всем друзьям и знакомым.
Крепко крепко вас всех целую милые мои.
Ваш Михаил.
26/XII-42г.
На половинке оборота: От тебя писем не получал, пиши чаще, почта работает хорошо. Страшно хочется знать как вы живете, как мой дорогой Валичка, наверное уже говорит чисто и Люсинька тоже, слушает ли маму и Пашу – ведь она обещала быть хорошей послушной девочкой.
Поцелуй их Эмма за меня крепко крепко обоих, жгучим папиным поцелуем. Ваш Михаил.
И карандашом:
Поздравляю вас с наступающим 1943 годом, с надеждой, что он 1943 г. будет годом окончательного разгрома фашистской своры.
И по диагонали: Пишите чаще жду с нетерпением. Ну до приятного свидания.
1943 год
Письмо 17. (18.01.43)
Здравствуй моя милая Эмма!
и дорогие мои Люсинька и Валичка!
С момента выезда из лагерей 2,5 мца, около 2-х месяцев в условиях фронтовой жизни. Жизни интересной, каждый день, каждый час какие либо фронтовые новости, в то-же время жизни опасной, временами страшной даже жутко страшной думаешь после как только нервы выдерживают. Кажется я тебе уже писал 19 декабря попали мы в 4-ом (вчетвером) под сильный пушечный и пулеметный обстрел вражеских танков, пули сыпались градом. 2-х товарищей убило, а я и еще один остались невредимыми, а ведь рядом были, долго буду помнить этот момент.
30/XII гады – фрицевские самолеты налетели на нас случайно – вот бомбили, мне от разрыва бомбы глаза и рот землей засыпало, в левую лопатку попал ком глины, побаливает немного, но ничего все мелочь.
Но и достается же фрицам от Красной Армии кромсали их как бешеных собак, все таки крепкий и выносливый русский воин. вот за все время боев наши части еще ни разу не давали фрицу спуску, а были случаи, что дрались куда с большими силами противника – уничтожали, выбивали и понуждали к бегству без оглядки. Очень много наши части освободили населенных пунктов (далее четыре строки вымараны)
Работа цензуры
Вспоминая о доме о вас близких дорогих родных, хочется многое рассказать или написать, а как изберешь время 10 минут чтобы черкнуть письмо, то не знаешь о чем писать, хочется написать скоро и о многом, а не получается.
Одеты мы хорошо – тепло, кушаем без прикраски говоря вдоволь, зачастую не получаем продукты т.к. часто бывают трофеи.
Погода стоит переменчива, частые оттепели, с неделю тому назад по снегу ездили, а километров 150 спустились южнее и снегу почти нет, только и видно в лощинах да бурьянах.
Эмма милая, было бы большим наслаждением получить от тебя хоть одно письмо, на фронте не получал еще ни одного, а тебе посылаю пятое, прошу тебя пиши чаще, какое нибудь да получу, (далее писано другим карандашом и в другое время) тяжело и неприятно не получать из дому писем. Это письмо писал примерно 3 или 4 января а отправить не смог, не было возможности. Думаю завтра как нибудь отправить. С тех пор как начал писать это письмо уже многое пережито и далеко двинулись.
Крепко крепко вас всех целую мои дорогие. До приятного свидания.
Еще раз Валичку целую Михаил.
18.I.43г.
Письмо 18. (20.01.43) (Письмо-открытка без картинки)
Здравствуйте мои дорогие самые близкие родные Эмма Люся и Валя!
Успех Красной Армии на всех фронтах подбодряют каждого бойца, воодушевляют на новые и новые подвиги.
Мысль скорей уничтожить и выгнать с нашей родной земли гитлеровских хищников, и опять вернуться к своим родным вновь продолжать старое наше народное счастье.
Соскучился я о вас как никогда, почему-то о Валичке больше всех ведь он самый маленький, мой дорогой сынонька. На днях видел его во сне «Будто меня в Армию призывали, я проявив малодушие плакал и взял от тебя Вальку на руки».
Новости наши – одни, каждый день и час боевые действия, все вперед и вперед овобождаются населенные пункты. (далее вымарана строка) всего в нескольких километрах от конезавода (вымарано три слова) передай об этом Сергею Михайловичу может быть придется на днях повидать это бывшее образцовое советское хозяйство, наверное варвары все поразрушили, они ведь гады ни с чем не считаются им ничего не дорого, что принадлежит советскому союзу и советскому народу. Ну и расплатятся они своей кровью за все злодеяния. В жизни не забуду одного случая в одном селении занятом нами Вер. Кумская, зашли мы в маленькую хату и вот встречаем в сенях убита женщина и около нее трое маленьких детей, один так на ней-на матери и лежал. Прямо жуткая картина, что ему нужно было от такой беззащитной детной женщины. И разве после этого терпеть красный воин – месть беспощадная фашистским гадам.
Эмма милая пиши чаще, я не получил еще не одного письма. Жду с нетерпением, хочется знать как вы живете, как мои деточки Валичка и Люсинька. Привет паше и всем сослуживцам.
Крепко крепко вас целую до приятн. радостной встречи, Михаил.
20 янв.43г.
Сбоку: Не успел отправить эту открытку как получил 4 письма 2 твоих и 2 Фаины. Вот и для меня праздник, ведь посуди на фронте получить 4 письма это прямо радость. Благодарю и еще раз крепко целую всех.