Возлюбленная Лунного Ветра
- -
- 100%
- +
– Это неразумно, моя девочка, – ведьма ласково провела пальцами по моим волосам, но я дёрнула головой и отодвинулась.
– Мальва, скажи, ты хоть раз жалела о том, что родила Данилу? Ты так не охотно говоришь о его отце. Но я вижу: любишь.
– Я совсем другое дело, княжна. Простая ведьма может позволить себе… любить. И позволить растить безотцовщину. Но ты… Ты знатного рода, Рейна. Подумай о своей семье, об отце. Он с ума сойдёт!
– Но не убьёт же, – грустно улыбнулась я, чувствуя, как сердце сжимается в комочек. Мальва права, сто раз права. Родители не поймут…
Ведьма обняла меня и поцеловала в макушку. Я чувствовала тепло, идущее от её тела, почти как матушкино, и мне вдруг стало так грустно, что я не выдержала и зарыдала. А она всё стояла и гладила мои непослушные волосы, и по щекам бежали слёзы…
– Мы что-нибудь придумаем, – едва слышно прошептала я.
Однако весь мой пыл улетучился, когда по пути домой меня перехватил отец. Он велел Карту спуститься на землю, затем схватил меня за локоть и привлёк к себе. Глаза его были тёмными, как грозовое небо, и не предвещали ничего хорошего. Неужели Яры опять что-то потребовали? И почему он смотрит на меня так, будто я опять что-то натворила? До сегодняшнего дня я почти не выходила из своей комнаты.
А ведь мне предстоит ему ещё кое-что рассказать. Оставалось молиться, чтобы момент выпал подходящий, и он меня ненароком не прибил.
Только вот я совсем не ожидала, что такого момента ловить не придётся.
– Знаешь, почему Миклош сегодня выловил всех болтушек в саду и скормил им семена забвения? – спросил отец.
Я догадывалась, но вслух сказать не решалась. Проклятые болтушки. Надо было сразу скрутить им головы…
– Я жду, когда ты мне всё расскажешь, дочь. Значит, Лаорт всё-таки тебя тронул.
– Нет, отец, – я опустила голову, рассматривая кончики сапог, – это не он.
– Тогда кто? Отвечай! И желательно правду, Рейна.
И я рассказала ему всё, о чём раньше молчала, за исключением, пожалуй, ножа. Эту тайну я не доверила даже Мальве. Не знаю почему, но мне казалось, что даже слово о ней, сорвавшееся с губ, могло обернуться бедой.
Отец слушал меня и всё больше хмурился.
– Знаешь, что, дочь! Яры, конечно, невероятно рассержены, тем более что появился ещё один повод…
– Какой ещё повод?
– В их тайник вчера забрался тиран. Они не сказали, что он похитил. Но я понял, что это очень древний артефакт.
– Теперь они думают, что это я открыла ему путь? Но я ведь его так и не узнала!
– Дочка, тиран может проникнуть куда угодно и без тебя. Просто раньше такого никогда не бывало. Они полагают, что ты замешана, говорят, что за тобой тянется след Луны. И они хотят получить ответ на свои вопросы.
– Я клянусь, что ничего не знаю! Лаорт не посвящал меня в свои планы. Да мы почти не говорили. Тем более, о Луне.
– Думаю, он скоро себя проявит, – задумчиво сказал отец, – но к дьяволу Лаорта. Меня волнуешь ты, Рейна. Кассиль Яр – довольно неплохая партия. Сейчас он обижен, но это и понятно. Но он всё ещё влюблён, и это заметно. Возможно, когда ему станет известно, что тиран тебя отпустил, он поостынет и женится на тебе.
– Не хочу, отец! – я топнула ногой, – я его терпеть не могу. С самой нашей первой встречи! Пусть лучше женится на Флоризель. Из них получится отличная пара!
– А возможно и нет, – терпеливо продолжал отец, – возможно, ближайшие лет сто все будут судачить о том, что тиран взял тебя в жёны, а потом вернул обратно, неугомонную княжескую дочь. А если ещё и узнают, что ты понесла… ты представляешь, какая молва прокатится по Межгорью?
– А ещё ты наконец-то станешь дедом, – прошептала я, – очень молодым.
Отец усмехнулся и покачал головой. Затем прижал меня к себе ещё крепче, и зарылся носом в мои волосы. Мне вдруг стало очень тепло, даже жарко.
Неожиданно он меня оттолкнул. Я упала на траву, прижимая колени к животу. Затем отец рывком поднял меня на ноги и приблизил к своему лицу.
– Что он за существо, Рейна?
– Я уже тебе рассказала…
– Дитя только что отбросило меня, словно… Словно защищалось. И не слабо! Но я ведь ничего не делал!
– Наверное, ему не нравится магия ярости, – предположила я. Или оно почувствовало, что ему не рады…
Отец посмотрел на меня так, будто видел впервые. Затем заговорил, но голос его казался глухим, усталым.
– А теперь послушай, Рейна. Домой возвращаться нельзя. Яры караулят вокруг замка. И тиран, что бы он ни задумал, будет там же тебя искать. Так что ты спрячешься в укромном уголке и будешь сидеть очень тихо. Потом мы скажем, что у нас с твоей матерью родилось ещё одно дитя. Только так, и не иначе, Рейна! Никто ничего не должен узнать…
Я обречённо вздохнула. Мне ничего другого не оставалось, кроме как согласиться. Нужно переждать, пока не разрешится вопрос с тайниками Красных Гор и тираном.
И осмыслить, что дальше делать…
А сейчас отец прав. Мне стоило затаиться. Никому, а в первую очередь моему настырному «муженьку» не стоит знать, что наша связь с Адисом выльется в нечто большее, чем кто-либо мог предполагать…
Никто ничего не узнает, Лунный ветер…
А ведь скоро наступит ночь, и солнце не будет ему угрожать, а я пока не нашла, где спрятаться так, чтобы он меня не нашёл.
Что же мне сегодня делать? Я могла летать под облаками, сколько выдержит Карт, но это был не самый лучший выход. Пожалуй, лишь одно существо могло помочь.
Если, конечно, колдун захочет…
* * *Отец привёз мне самые необходимые вещи, я и вновь полетела в Чёрные Горы. Он, как ни странно, не возражал против того, чтобы я пряталась там. Лишь взял с меня слово, что буду докладывать ему о каждом своём шаге и не стану творить глупости. Как будто сейчас мне было до баловства!
Главное, чтобы Тарьял меня не прогнал.
Я стала возле входа в пещеру и долго стояла, буравя взглядом глухую стену. Пока она, наконец, не расступилась.
– Ну, чего тебе снова понадобилось, княжна, – недовольно спросил Тарьял. Однако я заметила, что краешки его губ дёрнулись. Кажется, он действительно рад меня видеть…
И я тоже, признаться, рада…
Я не знала, чего ожидать от колдуна, особенно после того, как мы расстались в последний раз.
– Спрячь меня от Лаорта, – прямо сказала я, – можно на Небесах. А я… за это я не стану совать свой нос, куда не следует…
Тарьял рассмеялся, и в следующий момент мы очутились внутри его холостяцкой обители среди колдовских источников.
– А теперь рассказывай, княжна…
– Я ожидаю дитя.
Лицо колдуна вытянулось, а взгляд стал задумчивым.
– Это тот парень, который обладает магией лунного ветра?
– Да, и я очень хочу, чтобы никто об этом не знал…
– Это будут нелегко, Рейна.
Тарьял прошёлся по пещере, взволнованно перебирая пальцами амулеты, висевшие у него на шее. И я с удивлением узнала один из них.
Точно такой же мне когда-то дала Камая – благодать Синей птицы. Но откуда он у колдуна? Очень хотелось спросить, но я велела себе забыть об этом. Раз и навсегда. Каждый имеет право на собственные секреты…
В том числе и я…
Часть четвёртая
Глава 41
Ольжанка, 100 лет назад– Ты должна помочь мне, Мальва!
Оставалось всего несколько часов до казни. Ольжанка металась по темнице, пытаясь разорвать колдовские путы, но на этот раз муж отнёсся к её охране всерьёз. Мораш призвал лучших колдунов, чтобы она, не дай, Горы, не сбежала. Вот, значит, как он её боится…
Можно было бы гордиться собой, если бы всё не было так грустно…
Жалкий синемордый князь! Со своим ублюдочным человеческим наследником. Когда-то Ольжанка была счастлива, что ей, ведьме, которой едва ли светило больше, чем покровительство, удалось отхватить владыку в мужья…
Оставалось только избавится от наследника! И ведь почти удалось!
А Ирвальд? Ирвальд тоже хорош. Неблагодарный сын – ведь разве не ради него Ольжанка всё устроила? Разве не для того, чтобы он стал главным, верховным князем? Вдвоём они могли бы править Синими Горами. Да что там! Они могли забрать в свои руки Совет!
Но Ирвальд предпочёл выбрать отца…
Какое, к дьяволу, благородство! Родовая честь… Ха!
– С какой стати мне тебе помогать? – красноволосая бестия топталась возле решётки, не рискуя подойти ближе. Как будто Ольжанка могла ей что-то сделать. Она ж ведь мать!
Мать… Ольжанка никогда не хотела быть матерью. Дети – это всего лишь способ пробиться к цели, а Мальва совершенно никакой пользы не несла. Случайное дитя от случайной связи с одним из колдунов, к которым она подлизывалась, пытаясь вернуть себе ведьмовскую силу. Потом они благополучно забыли друг о друге…
Хотя теперь нежеланная дочь была её единственной надеждой.
– Ты ведь не такая, как твой брат! – быстро зашептала Ольжанка, – ты меня не предашь…
– Странно слышать это от тебя, – усмехнулась Мальва. Упрямая ведьма.
– Они тебя не любят. Ни твой брат, ни его отец! Мы должны найти способ выбраться и отомстить!
– Мне они ничего не сделали… А в том, что с тобой случилось, ты виновата сама. Ты погубила Тарра, но Мораш тебя отпустил. Зачем ты вернулась? Зачем пыталась его убрать? Он ведь дал тебе шанс. Никто другой бы не дал…
– Потому что я мать наследника! Я княгиня!
– Вряд ли ты нашла бы поддержку. Под стенами замка собрались те, кто жаждет твоей казни! Оказывается, ты стольким насолила… А я… чем я могу помочь?
– Казни не избежать, – сказала Ольжанка, чувствуя, как в горле собрался комок слёз, – но я могу вернуться. Есть способ. Благодать Синей птицы…
Мальва охнула, затем рассмеялась.
– Они существуют?
– Да. Они прячутся в одном из закоулков этого проклятого мира. Я расскажу, как их найти.
– Откуда ты знаешь?
– Я много чего знаю, – горько вздохнула Ольжанка.
– Допустим. Но с чего ты взяла, что они помогут?
– Помогут… Они помогут, Мальва. Их можно заинтересовать.
– Чем?
Ольжанка прислонилась к стене и плавно сползла на пол. Плечи сотрясались от истерического смеха. Как же не хотелось умирать…
Она так молода, у неё столько планов…Она должна победить. Непременно. Но эта юная девочка, которую она ни разу за свою жизнь даже не приласкала, которая, скорее всего, пришла лишь из любопытства, не сможет дать птицам того, что они хотят…
– Есть лишь одно существо, которое их заинтересует. Найди его, прошу тебя, Мальва.
– Этого человеческого ублюдка. Я знаю, что он выжил. Я видела его в Белых Горах. Он ученик одного из этих сумасшедших колдунов…
– Он должен ненавидеть тебя! – воскликнула Мальва.
– Нет… он сильно изменился… но он по-прежнему меня любит…
– Ты уверена?
– Да!
Пожалуй, это было единственное в этой жизни, в чём злобная ведьма была уверена.
Мальва смотрела на неё с сомнением, видно, решая, стоит ли нерадивая мать таких усилий. Однако Ольжанка знала, что она его найдёт. Молоденькая маковица так наивна…
Возможно, ей будет просто интересно, пошлёт ли юный чародей её подальше.
Неважно…
Главное, выдержать это время и не сойти с ума…
А потом она покажет всем, на что способна…
ТарьялОн никогда не думал, что она позовёт его. После всего того, что было. После того, как она его предала, втоптала в грязь…
Ольжанке вовсе незачем было подсыпать ему зелье, он и так любил её до безумия.
А она… всего лишь воспользовалась им… чтобы избавиться…
Дурак!
Он едва сдерживался, чтобы не закричать, забившись в глухую келью, когда узнал о её казни, но в то же время, ему стало легче. Можно было попытаться забыть обо всём и жить своей новой жизнью, тем более что источник Лунного ветра так сильно его изменил, особенно внешность.
Он чувствовал колдовскую силу, которая росла в нём день ото дня, и она нравилась ему намного больше ярости. Он даже имя себе придумал – Тарьял.
Но он по-прежнему её любил…
Дурак!
И вот теперь он стоял, сжимая в ладонях амулет, который ему одолжил Лунный ветер. С ним можно было найти кого угодно, в любом уголке поднебесья и подземного мира.
– Ты уверен, что она этого стоит? – с сомнением спросил он
– Благодать Синей птицы может её исправить, – грустно улыбнулся Тарьял. Он очень на это надеялся.
Поэтому он двинулся в путь – на поиски невероятного создания, о котором слагали легенды. Ольжанка верила, что он сможет уговорить Синюю птицу вернуть её к жизни.
Значит, он должен хотя бы попробовать…
Амулет довольно быстро привёл его к гнезду, похожему на огромный шатёр, украшенный сотнями сияющих самоцветов. Внутри была она.
Невероятно красивая, статная, с огромными турмалиновыми глазами, которые, казалось, видели его насквозь – каждую мысль, каждую тайну… и даже внезапно вспыхнувшую страсть. Всё-таки, удивительно красивая…
– Значит, ты её любишь? – спросила девушка-птица, игриво танцуя вокруг него, задевая своими точёными локтями, а иногда и грудью – полной, сочной, так что трудно было не смотреть, но Тарьял старался. – Покажи мне, как сильно.
– Что я должен сделать? – спросил он.
– Просто люби меня… так, как её.
У Тарьяла давно не было женщины, а эта будоражила плоть, и всё же он колебался.
– Я ведь не за этим пришёл.
– Но по-другому не получится, – улыбнулась птица, – я должна почувствовать, ради чего отдаю благодать…
КамаяКак же сильно он любил её… Как сильно…
Каждым прикосновением, каждым поцелуем, каждым укусом страсти, каждым проникновением в её лоно… этот юнец буквально сгорал от любви.
Никогда ещё Камая не испытывала таких чувств. Никогда ещё так не наслаждалась лаской, как в его объятиях. Такие крепкие сильные руки, мощные бёдра, кожа, немного влажная, едва заметно пахнущая свежим лесным яблоком…
В её мире почти не было мужчин. Но только сейчас от этого стало грустно.
«Нет-нет, не влюбляйся, синяя птица. Ты можешь только окунуться в его любовь, а потом отпустить его на все четыре стороны, подарив то, что он хочет. Он ведь дал тебе столько страсти, что хватит ещё на несколько лет»
– Я пойду с тобой, – прошептала Камая ему на ухо. Тарьял её не услышал – он спал, обессиленный после ночи ласк. А на следующее утро, едва открыв глаза, вскочил на ноги и потребовал благодать.
– Она не сработает во владениях тёмного тирана. Именно там сейчас находится твоя… женщина. Мне жаль.
– Тогда я приведу её сюда?
– Нет, – Камая почувствовала, как во рту стало горько, – я буду ждать вас у черты пламени. Только так.
– Хорошо, – кивнул Тарьял.
– Это очень опасно. О Валлиаре ходят недобрые слухи.
– Мне всё равно.
Как жёстко и уверенно он это сказал! И у Камаи застучало сердце…
Смог бы он так ради неё? Она была уверена, что да… если бы полюбил… Но его сердце, увы, занято. Интересно, кем? Кто она – женщина, которую он любит?
Едва полог шатра упал за спиной Тарьяла, Камая взмахнула крыльями, погрузилась в невидимый морок и полетела за ним.
Владения Валлиара ей не понравились. Несмотря на богатство и помпезность замка, Синяя птица не чувствовала в этом месте души. Большинство слуг были ожившими мертвецами, у них не было не мыслей, ни ощущений, ни желаний. Пусто и глухо…
Камая никогда не смогла бы здесь жить…
Она с недоумением смотрела на призрак хорошенькой злобной ведьмы, откровенно недоумевая, за что её можно любить? И с ужасом слушала требование Валлиара…
Пройти через Врата? Но ведь насколько Камая слышала, никто не возвращался оттуда прежним. Все становились бездушными безропотными слугами тирана. И этот славный юноша Тарьял – разве заслужил он такую участь?
«Эх, Камая, разве тебе не должно быть всё равно?»
Не всё равно…
Камая смотрела, как колдун возвращается прямиком из ада, и свет в его синих глазах становился тусклым, как умирающая заря. Тогда она отломила кусочек благодати и повесила ему на шею.
Синяя птица знала, что лишается её навсегда, ведь теперь без этого кусочка колдун просто не сможет жить. Зато уже через несколько секунд его глаза опять заблестели, а волосы заструились по спине, вытянувшись почти до пят.
Догадается ли он, что это Камая спасла его душу? Скорее всего, нет…
Но это сейчас было не так уж важно.
На удивление, тёмный тиран не отказался от своего слова и позволил колдуну забрать призрак. Камая видела, как оба прошли сквозь пламя. Теперь настал её черёд. Синяя птица сомневалась – так ли уж она готова подарить ещё немного благодати ЕЙ…
Нужно было немного подумать. Камая взмахнула крыльями, намереваясь покружить над призрачным лесом, и полетела через пламя. Как вдруг её отбросило назад. Более того, крылья вспыхнули и мгновенно сгорели, осыпавшись на землю пеплом. Она опустилась на колени, чувствуя, как волшебная сила покидает тело и стремится к племени, которое пожирало её, словно сочный кусок мяса на обед…
Благодать… ей не хватило той малости, которую отдала Тарьялу…
А позади уже слышались звуки шагов. Сколько их – десятки, сотни?
– Так-так, – раздался грубый насмешливый голос, – что это за красавица к нам пожаловала? Неужто сама Синяя птица?
Валлиар, настоящееЧто ещё было нужно этой несносной бабе? Разве он не окружил её богатством, роскошью, сотней личных слуг?
Разве не её он называл своей царицей? Разве не её сделал единственной официальной женой? Ведь любовниц, случайных смазливых девок, которые расстилались перед ним по одному лишь щелчку пальца, у Валлиара всегда было, хоть отбавляй…
Но нет… Камая всегда хотела на волю. Всегда мечтала о другом, выкрикивая в моменты близости имя этого нахального колдуна. Жаль, что он позволил ему уйти…
Впрочем, колдун сейчас волновал его меньше всего.
Как Камае удалось сбежать? Как удалось вернуть благодать, да ещё и провести скитальца через пламя? Валлиару не давал покоя этот вопрос.
Он целыми днями бродил по преисподней, скрывая свою сущность под мороком амулета. Оранжевые облака сгущались над головой, не давая Многоликим увидеть, что он нарушил обет покидать свои владения.
Странный амулет… Валлиар ещё никогда не встречал таких. В нём чувствовалась какая-то непонятная сила, настолько древняя, что даже он не мог разобрать символы, начертанные на его поверхности. Проклятая ведьма ничего не смогла рассказать, кроме того, что с его помощью можно проникнуть куда угодно и быть скрытым от любых глаз. Откуда взялся такой амулет у существа преисподней? Нет-нет, с ним не всё так просто…
Тёмному тирану очень хотелось его найти. Он шёл по следу, который тянулся через холмы Неприкаянных, через густые заросли лунного терновника и уже слышал, как бьются о берег волны сумеречной реки, как вдруг почувствовал под ногами странное покалывание.
Прямо под его ступнёй лежал кусочек благодати Синей птицы. Валлиар поднял его и усмехнулся. Затем сжал в кулаке и позвал.
Камая прилетела сразу, словно была неподалёку. Увидев мужа, она вскрикнула и рванула в облака, однако сбежать не получилось. Сила благодати тянула её обратно, прямо в расставленные сети Валлиара.
– Чего тебе не хватало, дрянь? – спросил тиран, хватая её за шею.
– Свободы, – прохрипела птица.
– Разве тебе было мало? Разве я хоть в чём-то тебя притеснял?
– Ты знал, что я тебя не люблю.
– А кому она нужна, эта любовь? – рассмеялся Валлиар, – впрочем, ладно. Сейчас меня заботит другой вопрос: как ты смогла сбежать? Ну же! Как вернула благодать?
Он поднял её и приблизил к своему лицу.
– Я ведь знаю твоё имя, Синяя птица… Говори сейчас же!
Камая зажмурилась и замотала головой, однако сети тёмного тирана сковали её тело плотным коконом, сжимая всё крепче, мешая дышать. Благодати осталось так мало…
– Скиталец провёл меня через пламя. А девушка вернула благодать. В ней такая светлая магия невинности…
– Черед адское пламя может пройти не каждое существо. Далеко не каждое. Что у него за магия?
– Не знаю.
– Не лги мне, птица!
Сети скрутили её так, что перед глазами почернело, и стало невероятно холодно.
– Лунного ветра, – обречённо выдохнула она.
– Дьявол!
Валлиар ослабил сети, перекинул Камаю через плечо и зашагал обратно к своим владениям. Он был невероятно зол. Какой же он дурак! Почему он сам не догадался, что это за магия. Все эти века, проведённые в кольце пламени, он полагал, что Алларис мёртв, а источник его запрещён и забыт навеки.
Но Лунный ветер таки бродил по преисподней, прикрываясь магией амулета. И свою единственную, похоже, тоже нашёл…
Многоликие будут счастливы узнать об этом.
Глава 42
Адис, 1000 лет назадПолёт в Бездну длился целую вечность. И мне уже начало казаться, будто Многоликие заманили меня в очередную ловушку, как вдруг кто-то схватил меня за плечи. Над головой послышался шелест крыльев.
– Ты вовремя, – воскликнул я.
Алларис громко фыркнул и опустил меня на твёрдую поверхность. Я поднялся и огляделся по сторонам. Ничего не было видно, совсем ничего. Кругом непроглядная мгла.
Отовсюду слышались голоса. Некоторые казались знакомыми, но я не мог разобрать, что они говорят.
– Это миражи, Адис, – сказал Алларис, – следуй за мной. Я укажу путь.
– Но разве я могу? – неуверенно спросил я.
– Ты – нет, а я да. Я ведь не заключал сделки с Многоликими.
На багровом лице появилось странное выражение, издалека напоминавшее улыбку. И я подумал, что всё не так уж плохо. Дело осталось за малым – пересечь Бездну, которую ещё никто не пересекал. Это было настолько безумно, что даже становилось весело.
Алларис бодро перескакивал с камня на камень, я едва поспевал следом.
– Ты, похоже, здесь не раз бывал? – догадался я.
– Да, тут есть, где разогнаться. Главное, не очутиться в пасти древнего существа. Они обычно слепы. Но нюх хороший. Поэтому держись за моей спиной.
Я почувствовал дуновение ветра на своих щеках, но ничего не сказал.
Так мы шли несколько часов. А может, и дней – в Бездне это не имело значения. Я почти не чувствовал усталости. Только голод. Желудок бунтовал, требуя пищи, однако по пути мы не встретили не то, что ни одного живого существа. Даже захудалого кустика травы – и то не увидели. Правда, воды было хоть отбавляй. Она лилась отовсюду и пахла скверно. Но всё же это было лучше, чем ничего.
В конце концов, я выдохся и опустился на каменистую твердь, вытянув уставшие ноги.
– Нам стоит поспешить, – пробурчал Алларис.
– Мне нужен отдых. Хоть немного.
Существо недовольно взмахнуло крыльями и село чуть поодаль. Я заметил, что дыхание его стало хриплым. Видно, тоже устал. Тогда почему несётся, как угорелый?
– Времени очень мало, Адис, – он будто читал мои мысли.
– Что-то должно случиться?
Он лишь пожал плечами и отвернулся. Загадочное существо. Я подложил руки под голову и прикрыл глаза, как вдруг услышал тихое пение. Я подскочил на месте и огляделся.
Слева от меня из тумана выплыла девушка. Красавица, каких поискать. И что-то в её облике показалось знакомым. Как будто я уже видел раньше такое пригожее лицо.
– Ортана, – удивлённо прошептал я, – Алларис! Это ведь Ортана? Безумно похожа на свой потрет!
– Да, это она.
– Но почему она здесь? Непала места себе не находила, когда она исчезла.
– Её отправил сюда Валлиар – в наказание за предательство.
– И ты об этом знал?
– Да. Я ведь изначально выбрал её, как хранительницу.
– Но почему ты её не защитил?
– Я защищал. Пока она, стараясь вымолить прощение у Валлиара, не попыталась отдать ему источник. Потом мне стала безразлична её судьба. Не люблю предателей.
– Нужно забрать её отсюда, – решил я, но Алларис мотнул головой.
– Приглядись к ней внимательно.
Ортана пела и кружилась, размахивая руками – то ныряя в туман, то выскальзывая из него. И чем ближе она становилась, тем яснее я мог видеть сквозь неё.
– Тень, – выдохнул я.
– Не совсем. Обращённая Бездной. И теперь нам лучше убираться, пока она тебя не обратит.
Алларис подхватил меня под руки и поднял в воздух, прежде чем Ортана прыгнула, как кошка, пытаясь уцепиться за меня. Я успел взглянуть в её глаза: совершенно пустые. И подумал, что Непале, если я вернусь, лучше об этом не знать.
А вскоре всё пространство под нами заполонили точно такие же обращённые тени, и их заунывное пение ещё долго стояло в моих ушах. Я был рад, что мы убрались оттуда. Особенно потому, что вскоре очутились на поляне, усеянной самой настоящей травой. А кое-где виднелись кустики земляники.
Я встал на колени и принялся собирать ягоды – такие сладкие и сочные, особенно, когда столько дней не ел. Алларис тихо урчал в сторонке, не мешая мне пировать.