Коучинг семей: для внешних коучей. Путь к Мастерству

Глава 1. История появления коучинга семьи

Что такое коучинг? Почему появилось это направление как отдельный вид деятельности? Напомню. Люди, которые уже успешны, – спортсмены, музыканты, бизнесмены, специалисты с большим опытом и квалификацией, оказываются в ситуации, когда они подошли к своему потолку успешности в своей сфере деятельности. Например, спортсмен, чемпион страны или чемпион мира. Он чемпион всего мира в своем виде спорта, в своем направлении деятельности. Он имеет мировой рекорд, выше него никого нет. Но известно, что, если он на этом остановится, через какое-то время появится кто-то, кто побьет его мировой рекорд. Обязательно так происходит. Есть люди, которые хотят побить этот мировой рекорд. И у него встает задача построить тренировки так, чтобы он стал еще раз чемпионом мира, с более высокими показателями, а аналога такой подготовки не существует. Потому что он уже построил со своими тренерами такой результат, которого просто нет больше ни у кого.

Так же в бизнесе. Создана компания, которая занимает ведущую позицию в отрасли. Затем еще одна и еще. Нужно еще что-то делать, чтобы двигать их дальше или создавать что-то иное. То же происходит у человека, который в своей карьере вырос от исполнителя до генерального директора или президента компании. Дальше некуда. А жизнь продолжается.

Именно у таких людей возник вопрос, какую помощь запросить у тех, кто им помогает, как ее организовать, чтобы созданы были результаты, которых не создавал никто и никогда? Как поставить задачу, сформулировать ее, обозначить результат и как для этой задачи создать какие-то формулы, ресурсы, организовать процесс?

Вот это и есть коучинг.

И тогда каким должен быть, чем обладать и как действовать коуч?

Зарождение новой профессии всегда является отражением тех процессов, которые происходят в обществе. Вторую половину ХХ века в этом отношении можно назвать эпохой зарождения и расцвета гуманистической, а вслед за ней и позитивной психологии. Позитивный подход – это новая модель человечества, которая «утверждает, что мы больше похожи на желудь, который потенциально может стать величественным дубом. Чтобы расти, нам нужны подпитка, уход и свет, но сами задатки превращения в дуб в нас есть всегда»[1].

Другими основными характеристиками нашей эпохи являются распространение системного мышления и все нарастающая скорость изменений социальных структур и правил их существования, ранее долго остававшихся стабильными и незыблемыми. Подтверждением этого выступает мгновенная интеграция всех новых идеологий в практическую жизнь людей. Причем, появившись в одной сфере жизни или профессиональной деятельности, они находят отражение и в остальных. Это, в свою очередь, стимулировало появление универсальных профессий, не привязанных к одной или какой-либо ограниченной области или направлению деятельности.

Наиболее ярким примером является коучинг, который «опирается на тонкое и прагматическое знание человеческого фактора, а также методологии выстраивания индивидуального и коллективного успеха»[2]. Взаимопроникновение наук и практического опыта обусловило трудность однозначного определения функциональных обязанностей коуча. Кроме того, притягательность принципов коучинга продолжает привлекать представителей иных профессий, направленных на оказание помощи отдельным людям, коллективам и организациям в достижении желанных целей. «Общепринятого определения коучинга не существует»[3], однако уже имеется развернутое понимание того, как именно ведет себя и действует коуч, как строит отношения с клиентом и что является целью и результатом его собственной деятельности. Поэтому при изучении и освоении этой новой профессии скорее следует говорить не об «обучении коучингу», а о том, «как стать коучем».

Так, У.Т. Голви[4], идеолог и создатель понятия коучинга как Внутренней игры, определил сущность коучинга как «раскрытие потенциала человека с целью максимального повышения его эффективности. Коучинг не учит, а помогает учиться»[5]. Эта функция коуча – обучать особенным образом, не давя на ученика, а сопровождая его в мире собственных открытий и достижений, – и есть та изюминка, которая реализована была У.Т. Голви вначале в спорте, а потом в бизнес-консультировании.

О коучинге я узнала в процессе прохождения длительной тренинговой программы личностного роста. Так в России называли аналог знаменитой в то время американской тренинговой программы Life Spring. Программу мы проходили вместе с мужем. А попали на нее благодаря нашему сыну. В свои 19 лет он решил устроиться на работу, и ему предложили пройти сначала тренинг личностного роста, чтобы стать членом команды в компании стартапов. Первый этап оплатила компания, а на второй он пришел просить денег у нас. Так мы узнали, где он пропадает по несколько суток до поздней ночи. И мы тоже решили пройти эту программу для повышения собственной психологической грамотности. Кроме того, мне важно было воочию увидеть и поучаствовать в длительной тренинговой программе, потому что подготовки как тренера психологических тренингов у меня не было. У меня была базовая подготовка практического психолога и специализация системного семейного психолога. К тому времени я уже почти 10 лет психологом работала в больнице, проводила индивидуальные и семейные консультации, а еще как самоучка, по книгам, готовила обучающие тренинги, чтоб передать тот опыт, который уже набрала, своим коллегам.

О коучинге я не слышала до этого вообще ничего. А в программе пришлось столкнуться с такой интересной задачей, как постановка целей, и первый раз я выполняла эту задачу в течение более чем 3 часов. Оказалось, что мой личный опыт целеустремленного человека кардинально отличается от практики правильной постановки целей. В процессе программы нас курировали не только бизнес-тренеры, а еще и коучи.

Здесь я столкнулась с тем, что коучи работают как-то так, что мне очень понятно, очень похоже на то, что делаю я, но скорость и одновременно глубина их работы значительно выше, чем моя.

В этот период я работала в больнице психологом, и создание краткосрочных результативных методов для меня было ключевой задачей. Потому что те методы, которым нас обучали, все были подходами для длительной психотерапии. И только буквально незадолго до этого я познакомилась с таким подходом, как фокусированный на решении. На его основе я начала разрабатывать свою собственную модель работы, которая теперь известна как «Универсальная модель краткосрочной психологической помощи». Она опубликована в моих книгах[6]. Эта модель нужна мне была для работы с пациентами клиники, для ведения их после выписки из клиники, для работы с теми семьями, которые приходили в консультацию при институте, который я закончила и теперь была его преподавателем, а также для студентов этого института, практику для которых я организовала и проводила вместе с завотделением социально-психологической службы, где работала[7].

Именно на основе принципов фокусированного на решении подхода, а также системных семейных подходов родилась эта модель, которая очень хорошо работала и для клиентов, и как обучающая программа для начинающих психологов. Она стала инструментом быстрой помощи, для того чтобы справляться с острыми ситуациями и затем переходить в такое интересное направление, как планирование здоровой жизни.

На тренинговом марафоне я столкнулась с тем, что те, кто называли себя коучами, работали в сходном и одновременно несколько ином ключе. Они начинали с постановки целей специальным образом, по особым критериям и дальше организовывали процесс удержания на пути в достижении этой цели. Они называли это направление «коучинг», а не психотерапия и не консультирование. Психотерапия и консультирование в этот период как раз разделялись между собой, и конкретно границы между ними старались провести многие специалисты, практикующие уже много лет, но четкого определения каждого вида помогающей деятельности еще не было. Так как я уже владела подходом с фокусом на решении, на котором, как оказалось, базировалось стратегическое мышление коучей, меня пригласили в Training Coaching International (TCI) стать членом команды коучей и тренеров, сопровождающих программу бизнес-коучинга для производственной компании, и я стала коучем-стажером, еще не имея подготовки коуча.

Восемь месяцев мы были коучами, сначала только беседующими с работниками производственной компании между тренингами, которые проводили руководители консалтинговой компании, от имени которой мы участвовали в этом. А потом мне с еще одной коллегой, бизнес-тренером, предложили проводить самим отдельные тематические тренинги. Таким образом, в коучинг я вошла именно через практику и по ходу обучалась консультативной и тренинговой работе в коуч-форматах.

В процессе я узнала, что коучи, которые работали со мной в этом проекте, прошли подготовку в программе центра, которым руководила Светлана Юрьевна Чумакова. Она первая прошла все стадии квалификации Международной федерации коучей (ICF) и стала «Мастер-коуч номер один в России».

Опираясь на идею, что я уже имею достаточно мощную подготовку и практику психотерапевта, мы с мужем решили, что первым пройдет эту программу он. Я надеялась, что по тем раздаточным материалам и впечатлениям, которые он принесет с этого обучения, я смогу тоже понять, что такое коучинг, и включить его в свою практику. Раздаточные материалы были обширные, но не было никакого списка литературы. И внятно передать весь материал, а главное, методологию, и «натаскать» меня стать коучем подготовки у мужа не оказалось. То есть он стал коучем сам, но не смог стать коучем-преподавателем. И следующим потоком я пошла обучаться на коуча сама.

Как я потом узнала в процессе обучения, эта программа была франшизой Мэрилин Аткинсон. Поэтому в ней преимущественно были базовые навыки, техники и идеи коучинга, который она предлагала как мастер НЛП. К чести Светланы Юрьевны Чумаковой и тренеров, которые работали вместе с ней, каждый вносил что-то свое и пытался отвечать на все наши вопросы исходя из собственной уже имеющейся коуч-практики. Однако об источниках и авторах-создателях коучинга они ничего не могли сказать и относительно самого определения коучинга всегда звучал ответ, «чем коучинг не является». Шел 2007 год, и четкого определения коучинга как отдельного вида деятельности еще не существовало. На фоне собственной подготовки системного семейного психолога я выявила, что базовые понятия сформированы из идей Милтона Эриксона, стратегического системного подхода и в основном фокусированного на решении подхода, авторами которого были Стив де Шазер и Инсу Ким Берг.

По окончании обучения я поставила себе цель создать собственную программу подготовки коучей, что и сделала. В 2008 году был первый выпуск. Участниками были 15 человек – мои бывшие студенты, теперь коллеги, и члены моей семьи. Мы на себе «обкатывали» эту программу. В ней были базовые понятия и техники постановки цели, которые мы с мужем получили на программе С.Ю. Чумаковой, но большую часть я вложила в нее из своей практики, в которую включала и апробировала то, что нашла, прочитав всю доступную в тот момент литературу про коучинг на русском языке.

Уже к третьему выпуску стало понятно, что в практике коучинга нам не хватает того, как работать со взаимоотношениями – в семье и на работе. При этом, так как я консультировала семьи, а индивидуально работала с людьми как с представителями семейных систем, для меня открылось абсолютно тогда пустое поле коучинга для семей. Из коуч-практики и психотерапии семей сложился материал, на основе которого я создала еще одну небольшую программу, которую назвала «Коучинг семей». С тех пор моя программа состоит из двух частей: «Коучинг в консультировании и в жизни» как базовая и «Коучинг семей» как продвинутая программа подготовки коучей. При этом оба эти курса представляют собой подготовку именно системных коучей: я даю основы системного мышления и техники из системных семейных подходов.

Источниками знаний и вдохновения работы коучем для меня стал Леонардо с его 50 принципами коучинга, которые легли в основу этических принципов коучинга для ICF. В 1995 году Леонардо создал эту международную федерацию коучей и стал ее первым президентом.

Другим автором, идеи которого легли в основу создания моих программ и практики системного коуча, стал Тимоти Голви (W. Timothy Gallwey) со своими идеями Внутренней Игры[8]. Его ученик и создатель направления «бизнес-коучинг», Джон Уитмор[9] в 2007 году на своем тренинге в Москве представил принципы Внутренней Игры в коучинге, а также показал и другие грани коучинга, раскрывающие личностные стороны и убирающие сомнения в достижимости, если цели поставлены по всем необходимым критериям. В личном общении в перерыве тренинга мы с Уитмором обменялись своими увлечениями: он в то время изучал аналитическую психологию Юнга, считая, что коуч должен изучать и внедрять в свою работу психологические методы, особенно системные. Он с интересом слушал о моей практике семейного коуча и записал имена авторов-создателей системных семейных подходов. Впервые с Тимоти Голви я встретилась лично в Москве, куда он приехал в 2010 году со своим трехдневным тренингом. До этого я уже была знакома с его знаменитой книгой применения принципов Внутренней Игры в работе[10], а в этом году очень небольшим тиражом вышла на русском его первая книга о теннисе. Тренинг был сплошной демонстрацией, как именно думает и действует мастер и создатель собственного направления коучинга. Многое для коуч-практики мне раскрыли также книги его учеников и соратников Джона Уитмора и Майлза Дауни[11]. В 2011 году У.Т. Голви и Дж. Уитмор приехали уже вместе, и мы смогли наблюдать совместную, командную работу двух мастер-коучей.

Истинное восхищение у меня вызвал Стивен Кови, который свой опыт организационного консультанта и созданную им модель приложил к широкому спектру систем, от бизнеса до семьи, в том числе к своей собственной[12]. Книга, сделавшая его знаменитым, была посвящена объединению принципов и ценностей в две взаимозависимые параллели[13]. Принципы он рассматривал как внешние и естественные законы, а ценности как внутренние и субъективные, присущие отдельному человеку или большей живой системе (семье, организации). Он показал, что люди и сообщества действуют исходя из их актуальных ценностей. Сам же процесс и результаты определяются принципами, которые они используют для достижения своих целей. Он предложил как необходимое условие для достижения успеха соблюдение восьми ключевых принципов.

Очень интересен мне был и остается такой автор, как Роберт Дилтс, современный идеолог, творческий мыслитель и создатель многих методик НЛП и коучинга[14]. Лично с Р. Дилтсом я встретилась гораздо позже, когда в 2016 году была участником конференции «Эволюция психотерапии», где наблюдала демонстрации реальной работы с клиентами многих мастеров психотерапии различных подходов. По книгам Р. Дилтса я поняла идею, как можно встраивать в рамку коучинга техники и методики из различных психотерапевтических подходов.

С транзактным анализом я познакомилась в процессе базового обучения психологии, а потом отслеживала появляющиеся книги разных авторов и применяла их методы в своей практике психолога и коуча, в том числе с семьями. Структура личности и варианты межличностных транзакций Эрика Берна[15] легко принимаются и используются для изменения своих отношений большинством людей. Принципы и профессиональная позиция транзактного аналитика и коуча, как оказалось, во многом совпадают. Поэтому когда выяснилось, что одна из выпускниц моей коучинговой программы прошла подготовку транзактного психотерапевта у В.А. Петровского, мы с ней подготовили тренинг «Транзактный анализ в коучинге», и он до сих пор является частью моей базовой программы подготовки коучей.

Посещая с 2004 года различные тренинги по нарративной практике, я с большим интересом изучала это направление, неизвестное тогда еще в России. Потом вышла первая и на долгое время единственная книга по нарративной практике[16]. В совокупности по этим материалам я создавала собственную методику работы в нарративном подходе, которую применяла в то время больше всего в городской больнице, где работала психологом. Кроме того, я применяла нарративные практики и в коучинге, поэтому скоро внесла в свою коуч-программу тренинг «Нарративные практики в коучинге».

Создавая вторую программу, «Коучинг Семей», я опиралась на те материалы, которые нам давали на специализации по системной семейной терапии. Руководителем программы была Варга Анна Яковлевна, мы были ее первым выпуском. Истинное вдохновение я черпала из книг и видео работы с семьями Вирджинии Сатир, а ее модель[17] стала мантрой моего отношения к людям и их семейным отношениям. Источником знаний о том, как строить помогающие отношения с семьями, для меня были книги Дж. Хейли[18], К. Маданес[19] по стратегическому подходу, книга С. Минухина и Ч. Фишмана по структурному подходу и книги Т. Ахола и Б. Фурмана по фокусированному на решении подходу[20]. К тому времени я переработала материалы по структурному подходу[21] таким образом, чтобы это была практическая работа, методически четко прописанная. Я и по сей день преимущественно помогаю семьям в структурном подходе. Фокусированный на решении подход является рамкой моей работы в коучинге. Именно сочетание этих двух подходов стало основой для моего направления коучинга семей.

Однако этого оказалось недостаточно, чтобы работать с феноменами многопоколенных семей из трех–пяти поколений. Тогда я обратилась к материалам, которые нам были предоставлены Кэтрин Бэйкер и Питером Тительманом во время двухгодичной (2000–2001 гг.) программы обучения подходу по теории Мюррея Боуэна[22]. В английском варианте книги этого автора[23] обнаружила, что он называет совершенно по-иному профессиональную позицию психотерапевта, чем ее перевели на русский язык. Первая половина называется супервизия (supervision), а вторая – коучинг (coaching). Таким образом, М. Боуэн обозначил, что работа с многопоколенной семьей через одного или через несколько ее представителей должна вестись не с лечебной, а с исследовательской позиции, постепенно переходящей в позицию фасилитатора, поддерживающего творческие начинания членов семьи по изменению и улучшению их взаимоотношений в их многопоколенной семье. И именно такую деятельность он назвал коучингом. Это очень мне отозвалось, потому что пересекалось с теми результатами, которые я сама получала в своей практике помощи семьям. Встречи с семьями из трех-четырех поколений с самого начала моей практики интересовали гораздо больше, чем только с детско-родительскими отношениями или с отношениями супругов. Достаточно быстро стало понятно, что работы с двумя членами семьи будет недостаточно, если не учитывать и не работать сразу параллельно с семейным системным контекстом. Именно системный семейный подход, когда в поле зрения специалиста оказываются те, кто пришел с обращением за помощью, их нуклеарная семья, их расширенная семья и их социальный контекст существования, помогает выйти семье на следующий уровень развития, на следующий этап ее жизненного цикла. И изменения к лучшему тогда происходят не только быстро и высоко результативно, а еще помогают членам семьи стать менеджерами, управляющими, авторами системы своих отношений в семье.