Максимальный уровень

Глава 1

Щеке было щекотно. А почти всем остальным частям тела или жестко или и жестко и больно одновременно. Генка провел по щеке ладонью и ощутил под пальцами что-то твердое и при этом явно живое. Смахнув не пойми что со своего лица, Генка испуганно подскочил, испытав при этом весьма болезненные ощущения, как будто вся правая сторона его тела сплошь покрыта синяками.

Вытаращив глаза, Генка оглядывался вокруг себя, пытаясь понять где он вообще находится. Какая-то игра? Он не помнил ни такой игры, ни того, чтобы вообще собирался начать играть. Он же поехал на встречу к тому, кто поймал его в игре, отдать образец… память потихоньку начинала возвращаться, но от этого понятнее, что происходит и где он не стало. Вокруг было поле поросшее странной серо-бурой травой похожей на птичьи перья. Рядом с Генкиной ногой болтал лапками большой жук пытавшийся перевернуться со спины на живот. Генка легонько подтолкнул его носком кроссовка. Почти прямоугольная спинка жука была ядовито красного цвета с идущими по ней продольными серебристыми полосками. Размером жучара был в половину Генкиной ладони. Бррр! Генка представил, как гигантское насекомое ползало у него по лицу. Жуть!

Вдали виднелись уходящие вверх массивные конусообразные постройки.

«Ну и чего за хрень?» – потирая ноющий бок подумал Генка. И куда идти, и как отсюда выбираться? Он вспомнил аппарат, который должен был «отключить» чип внутри него. Что-то пошло не так. Генка напрягся, пытаясь «ливнуть», или попросту говоря, выйти, из игры, в которую он каким-то образом попал вместо того, чтобы утратить раз и навсегда эту способность. Нет. По прежнему – поле, конусообразные строения. И небо над головой странное. Красно-оранжевое. Можно было бы предположить, что это закат, но диск солнца, непривычно большого, находился высоко над линией горизонта.

Слегка прихрамывая, Генка пошел в сторону видневшихся вдали построек.

––

Было ясно, что это непонятное место точно не является частью его привычного мира. И Генка был уверен, что это и не какой-то из неизвестных ему игровых миров. Что это и где это было совершенно непонятно, но его не оставляло неприятное ощущение, да даже не ощущение, а твердая уверенность, что все вокруг, несмотря на странность и необычность самое настоящее, реальность. Просто не та реальность в которой Генка пребывал всю свою жизнь. Это было безумно, но тем не менее, именно так Генка чувствовал. В игре, какой бы реалистичной она не была, все было по другому. И вот это, пугало намного больше, чем окажись он просто в игровом мире, неважно каком. Генка не имел ни малейшего понятия как ему попасть обратно в свой привычный, еще так недавно, казавшийся не слишком интересным и даже наскучившим мир. И именно вернуться в него он очень-очень хотел. Он вообще ничего другого и не хотел, если честно. Это был тот самый момент, которые, порой случаются в жизни, когда остается одно единственное желание. По настоящему важное. А все остальное становится ерундой, не имеющей значения. Не нужны ему больше никакие невероятные впечатления, приключения, чудеса на грани и за гранью фантастики. Все это фигня. Он хочет домой. К маме. К вечно вредничающей Ленке. К Миланке… Поле и странные постройки стали нечеткими, начали расплываться. Генка поморгал и с силой помотал головой, отгоняя бесполезные, дурацкие слезы.

Вот чего делать-то?! Генка в очередной раз огляделся по сторонам и продолжил путь, не зная куда, не зная, что может его ждать там впереди… Что ж ему так не везет-то? Все беды на его голову…

К моменту когда Генка дошел до края поля и приблизился к самой границе необычного, судя по всему, города, он успел сделать еще одно странное и тоже довольно непритное открытие. В этом месте не было звуков. Вообще никаких. Полная, «оглушительная» тишина. Ну, вернее, звуки-то тут наверняка есть. Но они распространяются на таких частотах, что Генкино ухо их не улавливает. Возможно, конечно, он, по какой-то причине, просто оглох, но это вряд ли. С чего бы ему вдруг оглохнуть? В общем Генка начал подозревать, и это опять же было очень-очень неприятно и пугающе – это либо какое-то другое измерение, которые наверняка существуют, либо, а что, вся его жизнь в последнее время одна сплошная фантастика, и это вообще к примеру, какая-нибудь другая планета. Солнце то тут как минимум в два раза больше чем на Земле. И цветовая гамма странная, насекомые гигантских размеров. И эта жуткая тишина, как будто находишься под водой. Пару раз Генке попались птицы. Размером они были такие же как и в привычном ему мире, к счастью до птеродактилей местные пернатые не дотянули. Но вот внешний вид был необычный. Перья были почти прозрачными и развевались во время полета словно это не перья, а волосы или длинная шерсть. А глазищи на небольших круглых головах были размером с совиные. Выглядело жутко. Генка подумал о том, что хорошо бы ему не встретился больше никто из местной фауны. Хватит с него жутковатых птиц и здоровенных насекомых.

Местечко было однозначно пренеприятное. Все было каким-то несимпатичным, гнетущим. Снова захотелось к маме… Генка шмыгнул носом и пристроившись в тени дерева, более менее похожего именно на дерево, начал осматривать «очаг» местной цивилизации». Кто тут может жить, хрен его знает. Мутанты людоеды с головами размером с чемодан? Или какие-нибудь люди многоножки способные жалить ядом как змеи. Или… Стоп. Генка одернул сам себя. Нечего тут фантазировать, растравляя себя еще больше и впадая в уныние еще сильнее. Всегда есть выход. Из любой ситуации. Наверное…

– Что ты тут делаешь?!

Это прозвучало так неожиданно, что Генка подскочил и наверняка заорал бы, если бы тут можно было заорать.

Голос, который Генка услышал, был женским, причем исходил он не из вне, а словно звучал прямо у Генки в голове. То есть прямо как у сумасшедших, которым слышатся голоса. Но это не было сумасшествием. Рядом с Генкой стояла девушка, примерно его ровесница. Местная жительница не была, слава тебе Господи, ни чемоданоголовой, ни многоногой или многорукой. Обычная девчонка, довольно симпатичная. Единственное, что в ней было необычно, так это прическа – темные волосы заплетенные в тонкие косички были собраны надо лбом и скреплены широким серебряным кольцом. Одета девчонка была в черный облегающий костюм, похожий на спортивный.

Генка с некоторым облегчением вздохнул. Хоть не людоеды, по крайней мере не явные, и не непонятные чудовища с выпирающими из головы жабрами или еще чем.

Девчонка пристально смотрела на Генку. Лицо у нее было очень сосредоточенным и не менее озадаченным.

– У тебя столько странных глупостей и вообще полная неразбериха в голове! – с изумлением сказала она наконец. Ну, вернее не сказала, а подумала, но Генка как бы невозможно и неправдоподобно это не казалось, ее «услышал».

«Блин! Она чего телепатка? А телепаты вообще могут сами свои мысли другим передавать?»

Девчонка изогнула тонкую бровь.

– Кто такая телепатка?

«Блииин!»

– А блииин, это что?

Она склонила голову немного набок и рассматривала Генку теперь уже оценивающе.

– Конечно, очень похоже, по тому что творится в твоей голове, что ты псих, но в то же время ты все-таки не ненормальный. Но очень странный! Кто ты?

Генка пытался сообразить можно ли вообще сделать как-то так, чтобы девчонка не могла читать его мысли. Потому что это очень не прикольно, когда все что ты думаешь кому-то известно. Он-то ведь ее мыслей не слышит, а только то, что она «говорит» непосредственно ему.

Девчонка скорчила презрительную гримасу.

– Ты очень странный! С самой настоящей свалкой в мозгах.

Генка вздохнул и решил, что делать нечего. Лучше всего, в данной ситуации, «рассказать» кто он и что он, все как есть. Может новая знакомая подскажет ему что-то полезное и даже поможет хоть как-то.

– Да-да, расскажи все как есть. Может и подскажу тебе что-нибудь. Тебе точно нужна помощь. – Девчонка ухмыльнулась.

«Блин!»

– Блин! – передразнила девчонка. – Давай, рассказывай. Я чувствую твое внутреннее напряжение. Это очень вредно перегружать мозг таким количеством мыслей.

Рассказ получился сумбурным. Потому что «рассказывать» мысленно оказалось намного сложнее, чем рассказывать при помощи произносимых вслух слов. В мысленном рассказе к нужным мыслям постоянно примешивались ненужные, посторонние, не имеющие вообще никакого отношения к повествованию. Например: «А интересно, что они тут едят», или «А она ничего так, с такой можно было бы замутить…» Учитывая, что девчонка «читала» абсолютно все его мысли, получалось и неудобно, и смешно и не настолько понятно, как хотелось бы.

Когда Генка, наконец, изложил суть проблемы с которой он столкнулся и «рассказал» о себе, в том числе и много того что рассказывать не следовало, но как назло приходило ему в голову, девчонка, в очередной раз, повторила:

– Ты очень странный! И у меня, если честно, даже голова заболела от того, какой страшный беспорядок творится у тебя в голове. И в ней так много вещей, которых нет на самом деле, но ты действительно в них веришь. Ты очень странный…

Она закатила глаза и покачала головой.

– Тебе просто необходимо как можно быстрее пройти через очиститель.

– Через какой очиститель? – обеспокоенно поинтересовался Генка. Почему-то слово ему не понравилось.

– Процедура очищения от ненужных мыслей. Все «колеблющиеся» через нее проходят. И в большинстве случаев успешно. Ну, если случай совсем сложный и не поддается исправлению, «колеблящегося», разумеется, устраняют, – она дернула плечиком.

Генка с ужасом уставился на новую знакомую.

– Устраняют?! В смысле, как, совсем?! За ненужные мысли?!

– Ну да! А что еще с ними делать, если они неисправимы? – девчонка снова, как ни в чем не бывало пожала плечиками. Словно она рассуждала о заросшем сорняками огороде. Если есть сорняки – нужно их выполоть, а что с ними еще делать? Только уничтожить…

Она улыбнулась.

– Ну тебе-то беспокоится не о чем. Что ты опять так напрягся? Ты же не колеблющийся и уж конечно не тоф. Ты совершенно точно рибериец. У всех риберийцев в голове неразбериха и риберийцы чаще всего слегка чудные. Думаю, с тобой произошел какой-то несчастный случай и в твоей голове из-за этого произошло смещение. Но после очищения все снова встанет на свои места, не переживай. – Она снова улыбнулась. – Но, даже если не встанет, тебя-то никто устранять не будет. Реберийцев не устраняют, даже самых странных. Мы же дружественные стороны и вы снабжаете нас всем необходимым для борьбы с тофами. Так что вы можете иметь в своих головах любой беспорядок. Вам все прощается.

При «произнесении», непонятного для Генки слова «тофы», лицо девчонки презрительно скривилось, а глаза злобно сверкнули.

– А кто такие тофы?

– Те, кого нужно убивать! Всех до одного!

Генка вздрогнул. Он хотел спросить за что нужно убивать этих самых тофов, но девчонка считала его мысли, быстрее чем он успел их додумать.

– Это ничтожные, недостойные создания, которые не должны жить! Рабы, посмевшие восстать против тех кого Высший поставил повелевать над ими.

Генка, с ужасом понимая, что она поймет о чем он думает, против воли думал, что девчонка больше не кажется ему такой симпатичной. Весь этот мир все больше и больше казался ему отталкивающим и страшным.

«Услышав» его она надменно вскинула голову.

– Ты рибериец и поэтому тебе простительно так думать. Вы там у себя не знаете нашей жизни. Вы все живете в богатстве, и у вас есть все, что нужно для хорошей жизни. Поэтому вам нас не понять. Но у вас, хвала Высшему, мудрые Главные, они знают, как обстоят дела и оказывают нам поддержку. И мы благодарны за эту помощь и Главным, и вообще всем риберийцам. И когда мы, наконец, одержим победу над тофами, у нас тоже будут все те блага, что и у вас. Ваши Главные нам это обещали. Нужно только победить тофов. Уничтожить их всех.

На этот раз Генке хотелось сказать, что у нее в голове тоже ужасный беспорядок, просто чудовищный. Конечно он не знал в подробностях, что именно происходит в этом странном месте с его странными жителями, обладающими, судя по всему, способностью телепатического общения. Но из «сказанного» девчонкой можно было понять, что это место, мир, планету или чем там это является, населяют представители разных рас или народов. И кто-то вообразил себя господствующими над другими, причислив тех других к рабам. И теперь после того, как, те кого считают рабами восстали, между ними идет война. И существует еще третья сторона, которая помогает в борьбе с непокорными рабами и обещает невероятное процветание, но только после того как будет одержана победа над рабами. Получается, что та третья сторона по какой-то причине заинтересована именно в уничтожении рабов. Все это очень напоминало то, что происходило и в том мире, в который Генка так жаждал вернуться – борьба за власть, нетерпимость, подстегивающая эту борьбу заинтересованная сторона, намеренно вносящая еще больший разлад и извлекающая из всего этого выгоду для себя.

В общем, не так этот мир и отличается от его собственного в этом плане. Но в любом случае, в своем мире, пусть и не идеальном, все равно все привычнее и роднее. И конечно там есть то чего нигде больше не найти, исследуй хоть все другие виртуальные и реальные миры, измерения, планеты… И ему нужно обязательно найти способ попасть обратно. Обязательно. И он его найдет!

– Да успокойся! – прозвучал в Генкиной голове голос девчонки. – Я же говорю, тебе нужно прийти в себя, «почистить» мысли, навести порядок и разумеется ты вернешься к себе. Тебе непременно помогут это сделать. Ты же рибериец!

Ладно, побуду риберийцем, мысленно махнул рукой Генка. Видимо так будет удобнее всего разобраться, что и как и найти способ возвращения.

Прочитав его очередные мысли, девчонка покачала головой, в очередной раз сообщив, что он очень странный и у него в мозгах страшный беспорядок.

Глава 2

Как сообщила девчонка, город назывался Канопс и он являлся одним из трех крупнейших городов местного государства Аурии. Улица вымощенная квадратными желтыми плитами словно стрела уходила далеко вперед. По обе стороны дороги возвышались конусообразные дома, каждый из которых был этажей по сорок-пятьдесят не меньше. Дома плотно примыкали друг к другу, при этом улица была почти пустынна. Девчонка объяснила, что сейчас все жители заняты работой.

Изредка, кто-то из местных все же встречался. Все они шли с деловитым видом, не зевая по сторонам, явно торопясь по каким-то своим делам. У всех женщин были темные волосы уложенные в такую же прическу, как и у Тиры, как звали новую Генкину знакомую. Все, без исключения, были одеты в темные облегающие костюмы. У мужчин волосы были высоко выбриты, только на самой макушке оставалась разной длины растительность от совсем короткой до средней. На Генку поглядывали с равнодушным любопытством, но не более того. Видимо риберийцы отличались от местных жителей не только чудаковатостью но и пристрастиями в одежде и прическах. Генкин вид «топлес», «рваные» джинсы и обилие волос на голове, по сравнению с остальными, никого не смущал и особо не удивлял.

– Вы все общаетесь с помощью мыслей? – поинтересовался Генка.

Она удивленно посмотрела на него.

– Конечно, а как же еще можно общаться? – после чего она тут же спросила – Что это такое «словами»?

Генка мысленно застонал. Она в его голове. Это просто ужас!

Она засмеялась, подтверждая, что она действительно в его голове и это действительно ужас.

– Неужели вы читаете все мысли друг друга?

На этот раз она посмотрела на него чуть ли не с жалостью.

– Нет конечно! Как можно читать все мысли? Так и с ума можно сойти. Существуют же блоки. – Она покачала головой. – Видно ты действительно сильно повредил голову, раз задаешь такие странные вопросы и считаешь себя пришельцем из другого мира.

Генка заскрежетал зубами. Взяв себя в руки он сказал:

– Слушай, возможно ты права. Но раз уж я так сильно повредил голову, может скажешь что это за блоки? И кстати, почему я не слышу твоих мыслей, это из-за них?

– Я вижу, что ты искреннен в своем непонимании, поэтому, как бы глупо это не было, объясню элементарные вещи, которые знает каждый ребенок, – она потащила его к одному из продолговатых камней, время от времени попадавшихся им на пути и очевидно служивших здесь скамейками.

– Сядь, – приказала она. Генка послушно уселся. – Я слышу каждую из твоих мыслей и, честно говоря, это ужасно раздражает. Потому что в голове у тебя ужасно много глупостей. Их очень много! И много непонятных и странных вещей. Ты действительно разучился ставить блоки… – она пристроилась рядом с ним, усевшись по-турецкий. – Начнем с начала. Есть мысли поверхностные, доступные всем. А есть глубинные. И на них ставится блок…

– А как поставить этот е…й блок?! – мысленно заорал Генка. – Я понятия не имею ни о каких блоках.

– Что такое е…

– Ничего, не обращай внимания. Результат моей травмы.

– Ты врешь. Но не важно… чтобы поставить блок нужно как бы разделить мысли на верхние и нижние. И нижние мысли закрыть, как закрываешь дверь. Чтобы они были за нею спрятаны.

Генка не особенно понял, но попытался «закрыть дверь» перед мыслью о том, что у нее красивая грудь.

– Рада, что она тебе нравится, – ухмыльнулась девчонка. – Любая другая конечно дала бы тебе по физиономии. Но, на твое счастье я знаю, что у тебя проблема с головой.

Генка рассмеялся. Конечно это невыносимо, когда ничего нельзя оставить в секрете от кого-то другого. Но с грудью смешно вышло.

– Пробуй закрывать дверь. Маленькие дети учатся этому некоторое время. И у тебя получится. Тренируйся, если уж и правда совсем забыл как это делается.

Они пошли дальше и Генка все пытался закрывать эту чертову дверь, а девчонка каждый раз повторяла ему его мысли, которые он пытался «закрыть».

– Ты начинаешь еще более усиленно думать о том, что пытаешься скрыть, – сказала она вдоволь насмеявшись над его попытками. – Расслабься. Не думай об этом, просто «захлопывай», как делаешь это по привычке с обычной дверью.

Навстречу шел мужчина одетый, в отличие от всех остальных, в костюм стального цвета. По всей длине груди проходила желтая полоса шириной с ладонь. Голова была выбрита полностью, «без макушки».

Когда расстояние между Генкой и Тирой и обладателем необычного костюма сократилось шагов до двадцати, девушка неожиданно «сказала»:

– А ты бы хотел увидеть мою грудь?

Генка ошалело заморгал, а тот кто шел им навстречу, поравнявшись с ними, сердито сдвинул брови и неодобрительно посмотрел на Генку.

– Нечестивец! – сказал мужчина и быстро пошел дальше.

Тира рассмеялась.

– Это Слуга Высшего. Я не хотела чтобы он слышал то, что творится в твоей голове. Слуги очень подозрительны и он мог не разбираясь, решить что ты «колеблющийся» и отправить тебя на дознание. Колеблющихся перед очищением допрашивают, чтобы узнать не являются ли они шпионами тофов и не известна ли им важная иформация.

– А как же блоки, про которые ты говорила? Разве они не могут скрыть то, чего они не хотят говорить?

Девчонка недобро усмехнулась.

– На допросе любые блоки «снимаются». Там умеют узнавать то, что нужно.

Генке стало не по себе.

– В общем, я не хотела рисковать. – Она засмеялась. – А у тебя очень грязные мысли. Ужас! Слуга был крайне возмущен. Даже послал проклятие в твой адрес.

Генка залился краской. Ему обязательно, просто обязательно нужно овладеть искусством скрывать то, что он думает. Иначе тут он просто пропадет. Все кому не лень копошатся в его голове. И теперь она знает вдобавок ко всему и его грязные мысли…

Глава 3

Пройдя достаточно большое расстояние по вымощенной желтой плиткой улице, Тира свернула к одному из уныло-однообразных многоэтажных домов.

– Я поняла, что ты понятия не имеешь куда тебе нужно идти. По-хорошему, нужно было бы отвести тебя к олбам. – Она закатила глаза прочитав мысли Генки, что он понятия не имеет и о том, кто такие олбы. – Все еще хуже чем я думала. Ты как-то невероятно сильно повредил мозги. В твоей голове просто огромное количество такой ерунды и бессмысленной информации, что просто удивительно. А все нужное, даже самые простые вещи из нее как будто испарились. – Олбы следят за порядком. И много чего еще делают. И они могут провести идентификацию личности и помочь узнать где ты остановился в Аруе… Ой, а ожет твой биль попал в аварию? Ты же пришел в Канопс со стороны пустоши. Видимо ты шел от шоссе расположенного за ней…

Она вопросительно посмотрела на Генку и затем с раздражением махнула рукой.

– Ты совершенно бесполезен… как можно не помнить даже того откуда ты пришел. Не с неба же ты свалился посреди пустоши… Ну конечно, именно с неба…

Генка в этот момент даже подумал, что некоторое преимущество в том, что она может «залезть» к нему в голову все же есть. Ему самому ничего не нужно объяснять, отвечать то и дело на ее вопросы. Она сама спрашивает, сама находит ответ в его голове, сама этот ответ комментирует. В его мире некоторые женщины, видимо тоже обладают способностью к телепатии, потому что тоже спрашивают что-то у своих мужей, сами тут же за них отвечают, а потом начинают предъявлять претензии по поводу не понравившегося им ответа. Генка рассмеялся.