- -
- 100%
- +
Драки были.
- Расул? - помню, что колотила каждую девчонку, которая с ним говорила.
- Да!
- Деля? Ого. Ты... изменилась.
Она смеётся:
- Ну ещё бы! Я же весила тогда больше, чем сейчас!
Преувеличение, но несильное. Она в десять лет была боевой пухлой булкой. Самый сложный мой соперник.
Мы перекидываемся какими-то воспоминаниями из детства, но Расул никак из головы не выходит.
- А что с ним сейчас? Уехал, наверное. Он же вроде умным был, лучшим в школе.
Поэтому мне и нравился. Сильно. Любила я отличников.
Первая влюблённость, можно сказать. Чистая ещё, незамутненная гормонами. Мы один раз держались за руки, а впечатлений на всю жизнь хватило.
- Уехал, да. В Москве отучился и вернулся. У него свой клуб на берегу.
- Здесь есть клуб?
- А то! Он очень популярный. Каждые выходные битком.
- Не знала, что здесь так много молодых людей живëт.
- В Береговом - немного, но по побережью сейчас санатории восстанавливают. Студентов отдыхать возят всë лето и половину осени. Народа хватает.
- Класс... - так и тянет спросить, женился ли он, еле сдерживаюсь.
- Расула женить хотели на девушке из Дагестана. Ну знаешь, у них принято. Он отказался категорически, представляешь? Сказал, что жену себе сам выберет.
- А так можно? У них.
- Да вроде нет, но его решение без последствий прошло. Он же самостоятельный. В помощи не нуждается. Наоборот, сам всем помогает.
- А ты много о нём знаешь.
- Ань, да здесь все про всех всё знают, - отмахивается, - ты только приехала? Я тебе такого расскажу, закачаешься.
О-о-о... Вопросов масса.
Вы встречаетесь? Встречались? Он тебе ещё нравится? Он симпатичный? В детстве он был симпатичным. Он высокий? Жены нет. А девушка?
Подъезжаем к её дому. Он тоже из известняка. Здесь этого камня много, все из него строят. Бежевые пористые блоки издалека выглядят хрупкими. Напоминают пожелтевший пенопласт.
- Пошли ко мне! - выпаливает Адель, как только останавливаемся.
- Не могу. Мне к дочке нужно...
- У тебя дочка есть? - глаза округляет.
- Совсем маленькая - Мия. Она скоро проснётся. Лучше ты ко мне...
- Да! Сейчас, велик только занесу во двор! - она резво выскакивает на улицу.
"...ко мне как-нибудь" - так я хотела сказать. Как-нибудь! Это не сейчас.
Нажимаю кнопку отпирания багажника.
С другой стороны, а почему нет?
Я за сегодняшнее день видела людей больше, чем за прошлые три недели. Сплетни послушаю, отвлекусь.
Деля скрывается за забором со сломанным велосипедом, а появляется уже с ведром спелого инжира.
- Мамка сказала передать тëть Люде, - ставит подарок в багажник.
Выглядит аппетитно. Хм... Вроде инжир можно вводить в прикорм с шести месяцев. Надо бы погуглить.
В девять солнце уже припекает.
Мы располагаемся на террасе дома.
Мия копошится у меня на коленях. Поела смесь и теперь требует что-нибудь вкусненькое. У неё возраст такой: если не спит, то двигается, если не двигается, то ест. Милашка моя.
Очаровала гостью с первого взгляда. Глазки ей строит, улыбается. Будто понимает, кто ей новую вкусняшку принёс. Неси ещё, добрая женщина. Да побольше.
Тëтя Люда нас оставляет, уходит в зал на онлайн-йогу. Она занимается с тренером из Индии. Видела его на экране ноута... Йога там для галочки больше. Просто повод посмотреть на разные позы. Насколько знаю, она собирается на офлайн тренировку этой зимой.
Но это наш маленький секрет. Бабушке знать ни в коем случае нельзя. Она у меня ещё тот сводник. Любит, чтобы личная жизнь близких под контролем была.
Петя в своё время ей сразу не понравился. Но тогда, в день семейного знакомства, у меня уже под сердцем Мия была, так что она просто рукой махнула.
- Живите уж, - вот и всё напутствие.
Адель двигает плетёное кресло вплотную к моему.
- Гляди, это страница его клуба. На личной у Расула нет фоток, а здесь - полно.
"Кукуруза". Ну и название выбрал. Судя по фото, нормальный современный бар. Столики, танцплощадка. Студентов и правда много, молодых горячих студенток в коротких юбках. Море прямо под боком.
А вот и сам Расул...
Очень вырос. Возмужал. Я бы даже его не узнала, если бы на улице встретила. Симпатичный такой, плечистый, смуглый, но ему очень идëт...
Щемящее чувство под ложечкой разрастается.
Я поняла!
Как только молоко исчезло, либидо вверх подлетело. Все мужчины привлекательными кажутся. Сколько там времени прошло? Наверное, у меня овуляция. Нужно быть осторожнее...
Что?! Осторожнее? С чем?
Господи, о чëм я только думаю.
- Сегодня с друзьями собираемся в "Кукурузу". Часов в десять там самая движуха начинается. Хочешь с нами?
- Я даже не знаю...
Гляжу на Мию, которая совершенно точно будет в десять спать. Да и тëтя мне через день предлагает сходить куда-то одной, развеяться.
- Давай! Будет весело! - заливает Адель.
5
Кисть с угольно-черной подводкой дëргается у самого уголка глаза.
Черт.
Откладываю. Вдыхаю. Снова подношу.
И почему я так волнуюсь? Всего лишь прогулка. Короткая. Один коктейль максимум. Что в этом такого? Я, наоборот, радоваться должна. Повеселюсь.
Мия сопит в кроватке. Уткнулась пухлой щекой в плюшевого бегемота.
Целую её в лобик.
На мне джинсы, майка и шикарный макияж. Как в старые добрые времена постаралась.
Вообще я достаточно молеподобная по типажу. Чистый холст, на котором можно что угодно творить. Сегодня нарисовала себе глаза: угольный смоки с правильной стрелкой. Немного блеска, ровный тон. Этакая готическая принцесса.
И взгляд роковой соблазнительницы...
Так! Опять?
Это всё гормоны. Не собираюсь я никого соблазнять. Ни брюнетов, ни блондинов.
Выхожу в гостиную.
Тётя Люда расположилась на диване и по видеосвязи общается с индийским гуру. Смеётся. Замечает меня, одобрительно вытягивает вверх большой палец.
- А наверх? Там будет ветер.
- Свитер, - отвечаю.
- Косуху мою возьми. Только аккуратно, не испачкай!
Я не спорю. Тëтя Люда любит классные брендовые вещи, любит винтаж с историей, да и вкус у неё отменный.
- Обещаю вести себя, как монахиня в музее, - парирую.
До клуба добираемся на местном такси с Адель и двумя её подругами. Одну из них узнаю - Маша, в детстве пересекались, а вторая только сегодня приехала в посёлок. Как и я, в первый раз увидит "Кукурузу" Расула.
Мы паркуемся далеко. Машин - уйма.
У самого моря большое здание в два этажа. Свет и музыка только на первом. И нормальная музыка, надо сказать. Обстановка тоже, интерьер классный. Всё со вкусом. Если отвернуться от панорамных окон, за которыми волны гуляют, можно подумать, что ты в нормальном Московском клубе.
Проходим на открытую веранду. Тут шикарный бар, столики, музыка тише, а море - вот оно, рукой подать.
И студенток меньше, что само по себе - огромный плюс. А то, от обилия молодых красоток, совсем не в своей тарелке себя чувствую.
Адель машет рукой. У стола уже сидят её друзья. Шумные объятия, смех. Меня представляют:
- Это Аня! Племянница Ламповой!
Улыбаемся и машем. Все такие приветливые. Классные. А мне здесь нравится.
- Что там за ажиотаж у бара? Не прорваться, - возмущается Маша.
И правда толпа. Становлюсь на носочки, чтобы заглянуть над головами. Это бутылка подлетела?.. Судя по счастливому девичьему визгу - да.
- Расул с новым барменом шоу устраивают, - отвечает рыжий парень.
- Да? О, класс! Пошли поздороваемся! - Адель хватает меня за запястье и тянет в толпу.
На правах сторожил, протискиваемся к стойке. Девочки впереди, а я за их спинами, как за щитом.
Первым замечаю долговязого парнишку. Он стоит в стороне. Тихо и смирно. Разливает пиво из бочки по бокалам.
А в центре бара - кружится Расул. Такой же, как на фото. Высокий брюнет с лучезарной улыбкой. В белой футболке с длинными рукавами, поднятыми до локтей.
Он кидает шейкер и ловит его за спиной, чем вызывает мгновенный отклик толпы.
А рядом с ним... Глеб?..
Бармен Расула - Орангутанг?
В светлой льняной рубашке жонглирует бутылкой и зажигалкой, а потом разливает по ряду рюмок и поджигает все одним пролëтом голубого огня.
Визга в два раза больше.
Мужчины синхронно чокаются, выпивают по одной. Остальные стаканы скользят по стойке к гостям.
- Вау! А новенький-то - огнище! - пищит Адель.
- Руки прочь! Я его первая заметила, - Маша спускает декольте.
- На камень-ножницы-бумага? - девушка сжимает кулак. Подруга поддерживает. - Рас, два, три!.. Йесс! На сегодня он только мой!
Как-то не по себе становится. Я вообще-то тоже тут! С чего это только твой?
Ну и самомнение у красоток.
Может, кто-то ещё поиграть хотел... Оглядываюсь по сторонам... Вон сколько желающих. От томных женских вздохов аж душно становится.
- Привет, Расул! - она высоко машет и сразу протягивает руку ладонью вниз своей жертве. - Привет. Я Адель, - мурлычет.
Глаза Орангутанга скользят по красотке, но потом фокусируются на мне. От их тëмного азарта на коже вспыхивают обжигающие искры. Колкими мурашками рассыпаются.
Уголки губ по-дурацки подлетают вверх. Вовсе я и не рада от того, что он меня вспомнил... Просто... Атмосфера располагает к веселью.
- Глеб, - он жмëт её кисть чисто по-братски, - представишь своих подруг?
Это он обо мне? Точно обо мне!
- Эм... Да... Маша. Аня.
- Привет, Аня, - он улыбается. Блин, какая же у него всё-таки улыбка... Вау...
Не зря смоки айс вырисовывала полчаса. На человека стала похожа. Вон как Орангутанг удивился переменам.
Незримую струну, натянутую между нами, обрывает Расул.
- Что будете?
- Текилу! - восклицает Маша.
Глеб вопросительно изгибает бровь. Киваю.
Текила, так текила. Одну стопку, не больше. Эх, вот было время... Вспомню бурную молодость. Я, конечно, больше по сладким коктейльчикам, но всякое бывало.
Хозяин выставляет стаканы, лайм и соль. Глеб берёт с верхней полки бутылку со стеклянными шипами и этикеткой на... не знаю, на испанском, наверное. Выглядит она внушительно и дорого.
- За счёт заведения, - говорит.
- Эээ! Брат! Куэрво возьми, она нормальная. Это здесь для красоты стоит.
- Я тебе новую куплю.
Открывает. Расул сделать ничего не успевает. Наблюдает, как в замедленной съёмке, будто за варварством каким-то. На святую вещь посягнули.
- Что? - а его бармена ничего не смущает. Разливает стопку за стопкой.
Расул, смирившись, машет рукой.
- Тогда пошли сядем, - достаёт поднос откуда-то снизу, нагружает его по самые края, - Тимур, на тебе бар! - бросает парню с пивной бочкой.
Что происходит?
Через минуту мы в новой компании. Крайний стол, большой и круглый. По правую руку - Глеб. По левую - Расул. И как так получилось? Вроде с девочками же шла, а они на другом конце стола.
Ну ладно. Главное - не потеряться.
Первая стопка... я даже не поняла, как выпила. В этом общем гаме почувствовала только, что горло обдало огнëм. Слизываю с руки соль и опрокидываю вторую. Закусываю кислым лаймом. Алкоголь тягучим теплом разливается по телу.
Третья? Вот это скорость.
Пью. О-о-о. Теперь нормально.
Чувствую, что хватит, а то уже голова с непривычки кружится.
Электронные биты на фоне вдруг сменяются гитарным перебором. Прислушиваюсь, но нот не узнаю. Похоже на вступление к какому-то медляку.
- Ну не-е-ет! Кто это включил? Рано ж ещё! - Расул выгибается, чтобы посмотреть на ди-джея за стойкой. Тот указывает на один из девичьих столиков.
- Ладно, я принесу, - он уходит к бару.
У гостей странная реакция на песню. Аплодисменты с нескольких сторон. Свист.
Серьёзно? В первый раз вижу, чтобы мужчины так медленному танцу радовались, который, к слову, начинается. Между столов поднимаются парочки.
- Что принесёт? - поворачиваюсь к Глебу. Слова выскальзывают сами, не фильтруясь мозгом.
И откуда томные нотки в моём голосе?
Глеб наклоняется ближе. Рука лежит на столе, мизинец почти касается моего.
А у него длинные ресницы. Светлые очень. А глаза тëмные, без дна совсем, без тормозов.
- Не знаю, я здесь в первый раз.
- Я тоже, - отворачиваю голову, а он не отходит.
- Ты же говорила, что давно приехала.
- Ну... я не гуляла, - вообще, - по вечерам.
- А теперь начала? - его голос становится ниже. Дыхание долетает до тонкой кожи на шее.
- Как видишь, - сглатываю.
- Погуляешь со мной?
Ладошки вдруг влажными становятся, пальцы сжимаю. Так это происходит, да? Так измены начинаются? Общая компания, выпивка. Ночь.
- Сейчас. Пошли по пляжу пройдёмся, - ещё ближе.
Боже... Я... Мы же не просто гулять будем?.. Он же меня взглядом тут... прямо при всех уже на этом самом столе уложил. В нашу сторону смотреть стесняются.
Этот Глеб нормальный вообще? А я нормальная, если позволяю?
Между руками нашими последний миллиметр остался. Ещё не коснулись друг друга ни разу, а уже коротит... Ещё как коротит, прямо по воздуху напряжение летает. Боже... Что ж такое со мной...
Сердце пропускает удар, но вместо него раздаётся оглушающий стук стекла о столешницу.
Вздрагиваю всем телом.
Общая команда владельца заведения:
- Время бутылочки!
...
6
Глеб
За день до знакомства с Аней
Умаров толкает меня в спину так, что я чуть не влетаю в дверной косяк.
- Давай, не ссы. Все через это проходят, - от его перегара у меня слезятся глаза.
Кто "все"? Шашлычники местные? Тогда понятно, почему они в жопе мира застряли.
Я выдыхаю, теперь от моего перегара глаза слезятся. Ватсон угрюмо пыхтит в ногах, толкается. Он у меня ещё тот нюхач. Английский мастиф. Весит как подросток и ведёт себя соответствующе.
Дверь обшарпанная.
Как я вообще согласился?
Приехал, называется, к другу. С обеда меня накачивал. Десять лет не виделись - повод. Вспомнили всю ту дичь, которую в институте творили, а потом, как стемнело, к сельской знаменитости припёрлись.
- Умар, да ну нахер...
- Я тебе отвечаю. Жизнь на до и после разделится! Сам говорил, что по земле вопрос есть. Вот и спросишь, как решить.
- У ведьмы?
- Тсс! Медведев, ты только при ней такое не спиздани! Марфа Кузьминична - ясновидящая. Запомни.
Ох ты ж ëжкин... Он серьёзно.
Глаза горят, как у сектанта. Благоговейным трепетом аж изошëлся.
Дверной звонок допотопный. На проводе, и тот оторван.
Умаров тянет к двери сжатый кулак.
- Погоди! - перехватываю, - Ясновидящая поймëт, что мы пришли.
- Ой, не душни, - вырывается и стучит, - потом подаришь мне самый большой дом в своëм посёлке. В благодарность.
Посёлок ещё построить надо. А для этого скупить землю до того, как владельцам станет известно о новой трассе.
- Заходите! - скрипучий голос из-за двери. Судя по нему, Марфе лет под сотню.
Мы переваливаемся через порог. Два тела и пëс.
Когда Умар заливал про чудо-женщину, я представил ну... женщину. Такую в чёрной мантии, взглядом а-ля "на тебе порча" и куриной лапкой на груди...
А тут - бабуля. Божий одуванчик. Тоненькая вся, иссохшая. С полностью седыми волосами и глубокими морщинами. Одета, как подобает возрасту, скромно, в рубашечное платье до пола.
Мне аж как-то неловко стало. Завалились пьяные к ней. Ночь почти. Разбудили, наверное.
А квартирка... убогая. Маленькая, старенькая. Под стать хозяйке. Типовая хрущёвка с крохотными комнатками. Мебель древнейшая. Торшеры с бахромой. Опа... люстра, как у моей бабки. Трëхуровневый пожелтевший стеклярус из длинных пластинок.
Расул здоровается, я тоже.
- У меня боярышник настоялся. Будете? - спрашивает она.
- Не откажемся... - Умаров оживляется.
Толкаю его в плечо.
- В другой раз, Марфа Кузьминична, поздно уже, - он понял.
- Сколько раз просила по отчеству не называть! Старухой совсем себя чувствую.
А кем ей ещё себя чувствовать?
- Простите, Марфа. Забыл.
- Всю жизнь живёшь. Марфа-Марфа. В один день просыпаешься - Марфа Кузьминична, - она из советского серванта достаёт бутылку, рюмку, наливает, - а я выпью. Бессонница измотала в край.
Опрокинув пятьдесят грамм без закуски, подходит.
- Ну что ж, тогда и времени терять не будем, сразу к делу, - на меня смотрит, - проходи туда. А лишний - на выход!
Командует, как генеральша.
- Всё, брат, мы внизу ждём, - Умар пытается ухватить Ватсона за ошейник, но тот уворачивается.
- Я сказала - лишний. Только ты, - вдруг говорит бабуля.
Умар округляет глаза.
- А собака...
- Оставь.
Хлопнув меня по плечу, друг скрывается.
Послушный какой. Лучше б меня слушал, когда я десять лет назад говорил бар в столице открывать, а не в этой дыре.
Прохожу в комнату. Пол грязный. Бабка сама в туфлях, я в кроссовках.
Мастифу новое место по душе. Обнюхивается, вертится. Заприметил что-то в серванте, не отлипает теперь.
- Ватсон, ко мне!
Бредëт, оглядываясь. Ворчун мелкий. Под семьдесят кило вымахал, и это только начало, а по мозгам - щенок. Надо дрессировкой заняться, профессионалам отдать, а я мотаюсь вечно. Не до этого.
Сажусь за покосившийся стол с кружевной скатертью. Стул скрипит.
Умар взахлёб рассказывал, как бизнесмены носят ей чемоданы денег за советы. Со всего юга съезжаются. Ага.
И какие советы по бизнесу эта Шапокляк может дать?
Если сама живёт в таких условиях. Если только... она из тех, что всё нажитое телефонным мошенникам отправляет.
- Что? Не нравится у меня? - Марфа достаёт блестящую колоду Таро.
Модная какая.
Я думал, такие по старинке свечи жгут.
- Ну что Вы. Очень нравится. Уютно.
- Правильно говоришь. Бабам не всегда правда нужна. Бабам нужно себя правой почувствовать, особенной...
Мой новый коуч по отношениям с важным видом мешает карты.
В первый раз в такого рода фарсе участвую. Цыганки приставали раньше - было. Но чтобы вот так, по доброй воле самому к гадалке прийти... Аж смешно.
Объективный показатель один: закупил биток в десятом - видишь будущее. Не закупил - не видишь.
А в эту чушь собачью, прости Ватсон, не верю от слова совсем.
- Начинай, Медведев.
Откуда?.. А... Умаров успел рассказать.
- У меня, вообще-то, вопросов нет, - говорю.
- Есть.
Она с размаха хлопает картами по столу. Переворачивает по порядку.
- Хочешь про дело новое узнать. Про землю, про подрядчиков, про ссуды и партнёров. Да только зря всё это.
Ну приехали.
- Дайте угадать. На мне порча? - усмехаюсь.
Поднимает потемневший взгляд. А неплохо! На эмоции давит. Профи - не разглядел сразу.
- Слишком много хочешь. Слишком, - она стучит кривым пальцем по карте с мечами, - всё у тебя хорошо было, Медведев, всё по накатанной. Бизнес построил, капитал сколотил. Всё сам, умом да упорством. Но за белой полосой чëрная будет. Удача отвернется.
Ну пока всё по классике.
Достаю бумажник.
- Сколько будет стоить ритуал на удачу?
- Я тебе не помогу, - колоду ещё мешает, сверху карту берёт.
- Жаль. Если на этом всё...
- Хочешь нажитое спасти и приумножить - поймай золотую рыбку.
Она тычет в перевёрнутую карту.
- Рыбку? - усмехаюсь.
- Золотую.
И где она её увидела? На карте солнце. И подсолнухи. И вообще я не понимаю, почему об этом всерьёз думаю.
- Спасибо за совет, конечно, но невода у меня нет.
- А невод и не нужен, если знать где ловить.
Тру лоб. Что-то она давить начинает. Умаров обещал лëгкую прогулку перед сном, а эта же... Блин. Загрузила. Вроде и фарс, но неприятно.
- Марфа, понимаете, это всё не по мне, загадки там. Ребусы. Я человек конкретный...
- Конкретно хочешь деньги выгодно вложить? - осекает жёстко. - Конкретно прогоришь. Так понятнее? А с уловом - не прогоришь, а многократно умножишь. Глебушка, ты бы послушал лучше, а не упирался. Мне выгоды тебя пугать нет никакой. Мне, что карты говорят, то и передаю. Расул утверждает, что славный ты человек, да я и сама вижу, что славный. Добрый и сильный. Непорядок, если доброму человеку зло светит. Не должно так быть, тем более, если избежать можно.
- И где мне ловить эту рыбку? - сам не верю, что из моего рта слова.
А Марфа довольная! Прогнула. Мешает оставшиеся карты, раскидывает.
Ватсону надоедает о мои ноги тереться, к бабкиным тычется. Понравилась ему, хоть обычно стариков не жалует. Та отвлекается, гладит.
- Вы где остановились, Глебушка? У Расула? - пса чешет.
- Нет. Дом сняли, у Скалистого Мыса.
- О-о-о, знаю. Один там такой. На отшибе совсем, зато простор для Вани. Бегай, сколько хочешь.
- Ватсона.
- Ваню-ю-юшка, - бабка, кривляясь улыбкой, теребит довольную морду мастифа, - какой хороший мальчик. Был у меня козёл Ванюшка когда-то. Бодался, так мы его быстро... Так о чëм мы? А-а, вспомнила.
На Таро опять мечи, бабы, мужики, всё, как в прошлый раз. И что там можно разглядеть?
- Лучшая рыбалка на рассвете. Завтра.
- Что-то я не понял, - зато извилины в мозгу от абсурда этого так активно шевелятся, что протрезвел.
- Карты больше ничего не говорят. Ты главное выйди из дому, как солнце встанет. А там, будь, что будет... Может, боярышника всё же? Что-то ты напряжённый.
Какой там.
Рыбку золотую поймать. А что не Джина сразу?
Долго у местной Ванги не задерживаюсь. Тем более она и колоду сразу убирает. Кроме как о погоде и настойках не говорит больше ни о чëм.
Распрощавшись, выхожу и понимаю, что Ватсона нет. Он, оказывается, опять к серванту приклеился. Запах настойки его что ли так вставил?
- Ватсон!
Плетётся обиженно.
Спускаемся. Умаров курит у местного такси.
- Ну что? Что сказала?
- Да бред какой-то. Не понял ни хрена.
- Странно. Обычно она по делу... За это её и любят.
Пока в машине домой едем, какие-то совсем невозможные истории слушаю. Водила тоже знаток волшебства оказался. Как сцепились языками, не разорвать.
Бля, ну взрослые же мужики. Пожившие. Детский сад!
Добираемся с Ватсоном до дома.
Длинная дорога за рулëм была. Потом коньяк. Потом сеанс бабки-гипнотизерши. В итоге - сна ни в одном глазу.
Так и провалялся всю ночь до рассвета.
Ну что за бред? Какая нахер золотая рыбка?
Чëрная полоса... Да у меня вся жизнь - ведро побелки опрокинутое! Только наверх. Вложил в одно. Снял сливки. Вложил в другое.
Дело - беспроигрышное. Что может не так пойти?
Чёрная полоса...
- Ладно, гулять, - отвечаю на скуление выспавшейся морды.
А смысл без сна валяться? Хоть пройдусь, воздухом подышу.
Выходим с крыльца на Мыс. Спускаю пса, тот резво начинает носиться вокруг. Жуёт траву, шарахается от чаек. Дурной он у меня. Почти три года, а всё никак не наиграется.